„ехов ј.ѕ.
–ассказы

—ќƒ≈–∆јЌ»≈:

јѕ“≈ ј–Ўј
Ѕ≈—≈ƒј ѕ№яЌќ√ќ — “–≈«¬џћ „≈–“ќћ
Ѕ≈—ѕќ ќ…Ќџ… √ќ—“№
ЅЋј√ќƒј–Ќџ…
Ѕ–ј“≈÷
¬ √ќ—“»Ќќ…
¬ ѕќ„“ќ¬ќћ ќ“ƒ≈Ћ≈Ќ»»
¬ —ј–ј≈
¬јЌ№ ј
¬≈—№ ¬ ƒ≈ƒ”Ў ”
¬ќЋќƒя ЅќЋ№Ўќ… » ¬ќЋќƒя ћјЋ≈Ќ№ »…
√ќ¬ќ–»“№ »Ћ» ћќЋ„ј“№
ƒјћј — —ќЅј„ ќ…
ƒј„Ќ» »
ƒ≈Ћ≈÷
ƒ≈Ќ№ «ј √ќ–ќƒќћ
ƒќЅ–џ… «Ќј ќћџ….
ƒ–јћј“”–√
ƒ”Ў≈„ ј
≈ƒ»Ќ—“¬≈ЌЌќ≈ —–≈ƒ—“¬ќ
∆≈Ќ»’
∆≈Ќ— ќ≈ —„ј—“№≈
∆»¬јя ’–ќЌќЋќ√»я
∆»Ћ≈÷
∆»“≈…— »≈ Ќ≈¬«√ќƒџ
«јЅЋ”ƒЎ»≈
«ј ”— ј
«Ќј ќћџ… ћ”∆„»Ќј
«Ќјћ≈Ќ»≈ ¬–≈ћ≈Ќ»
»« ¬ќ—ѕќћ»ЌјЌ»… »ƒ≈јЋ»—“ј
»« ƒЌ≈¬Ќ» ј ќƒЌќ… ƒ≈¬»÷џ
»ћ≈Ќ»Ќџ
 ј«ј 
 јЌ»“≈Ћ№
 јЎ“јЌ ј
 Ћ≈¬≈“ј
 Ќя√»Ќя
 ќЌ“–јЅј— » ‘Ћ≈…“ј
 –ј—ј¬»÷џ
 –≈—“
 –џ∆ќ¬Ќ» 
 ”Ћј„№≈ √Ќ≈«ƒќ
Ћ»ЎЌ»≈ Ћёƒ»
ЋќЎјƒ»Ќјя ‘јћ»Ћ»я
ћј–№я »¬јЌќ¬Ќј
ћ≈—“№
ћ≈—“№ ∆≈Ќў»Ќџ
ћ≈„“џ
ћ—“»“≈Ћ№
Ќј √¬ќ«ƒ≈
Ќј —“–ј—“Ќќ… Ќ≈ƒ≈Ћ≈
Ќј’Ћ≈ЅЌ» »
Ќ≈ —”ƒ№Ѕј!
Ќ≈”ƒј„Ќџ… ¬»«»“
Ќќ¬јя ЅќЋ≈«Ќ№ » —“ј–ќ≈ —–≈ƒ—“¬ќ
Ќќ¬ќ√ќƒЌ»≈ ћ”„≈Ќ» »
ќ ЋёЅ¬»
ќ–ј“ќ–
ќ“ Ќ≈„≈√ќ ƒ≈Ћј“№
ќ“ –џ“»≈
ѕј–»
ѕј“–»ќ“ —¬ќ≈√ќ ќ“≈„≈—“¬ј
ѕ≈–≈∆»“ќ≈
ѕ≈–≈ѕ”“јЌЌџ≈ ќЅЏя¬Ћ≈Ќ»я
ѕќƒќЅ–ј“№ Ќј«¬јЌ»≈
ѕ–»«Ќј“≈Ћ№Ќџ… Ќ≈ћ≈÷
ѕ–ќ“≈ ÷»я
–ј—— ј«,  ќ“ќ–ќћ” “–”ƒЌќ
–≈„№ » –≈ћ≈Ўќ 
–ќћјЌ —  ќЌ“–јЅј—ќћ
— ∆≈Ќќ… ѕќ——ќ–»Ћ—я
—јѕќ√»
—¬»–≈Ћ№
—»Ћ№Ќџ≈ ќў”ў≈Ќ»я
— –»ѕ ј –ќ“Ў»Ћ№ƒј
—Ћ≈ƒќ¬ј“≈Ћ№
—Ћќ¬ј, —Ћќ¬ј » —Ћќ¬ј
—Ћ”„ј» MANIA GRANDIOSA
—Ћ”„ј… »« ѕ–ј “» »
—ћ≈–“№ „»Ќќ¬Ќ» ј
—ќЅџ“»≈
—ќ¬≈“
—ќЌ –≈ѕќ–“≈–ј
—“ј–џ… ƒќћ
—“≈Ќј
—“–ј’
—”ѕ–”√ј
—„ј—“№≈
“≈ћЌќё Ќќ„№ё
“–»‘ќЌ
“џ » ¬џ
”Ќ“≈– ѕ–»Ў»Ѕ≈≈¬
”ЎЋј
’»“–≈÷
„“≈Ќ»≈
„“ќ Ћ”„Ў≈?
Ў”“ќ„ ј




јѕ“≈ ј–Ўј
   √ородишко Ѕ., состо€щий из двух-трех кривых улиц,
спит непробудным сном. ¬ застывшем воздухе тишина.
—лышно только, как где-то далеко, должно быть за городом,
жидким, охрипшим тенорком лает собака. —коро
рассвет.
   ¬се давно уже уснуло. Ќе спит только молода€
жена провизора „ерномордика, содержател€ б-ской
аптеки. ќна ложилась уже три раза, но сон упр€мо не
идет к ней - и неизвестно отчего. —идит она у открытого
окна, в одной сорочке, и гл€дит на улицу. ≈й
душно, скучно, досадно... так досадно, что даже плакать
хочетс€, а отчего - оп€ть-таки неизвестно.  акой-то
комок лежит в груди и то и дело подкатывает
к горлу... —зади, в нескольких шагах от аптекарши,
прикорнув к стене, сладко похрапывает сам „ерномордик.
∆адна€ блоха впилась ему в переносицу, но он
этого не чувствует и даже улыбаетс€, так как ему
снитс€, будто все в городе кашл€ют и непрерывно покупают
у него капли датского корол€. ≈го не разбудишь
теперь ни уколами, ни пушкой, ни ласками.
   јптека находитс€ почти у кра€ города, так что аптекарше
далеко видно поле... ќна видит, как мало-помалу
белеет восточный край неба, как он потом багровеет,
словно от большого пожара. Ќеожиданно из-за
отдаленного кустарника выползает больша€, широколица€
луна. ќна красна (вообще луна, вылеза€ из-за кустов,
всегда почему-то бывает ужасно сконфужена).
   ¬друг среди ночной тишины раздаютс€ чьи-то
шаги и зв€канье шпор. —лышатс€ голоса.
   "Ёто офицеры от исправника в лагерь идут",- думает
аптекарша.
   Ќемного погод€ показываютс€ две фигуры в белых
офицерских кител€х: одна больша€ и толста€, друга€
поменьше и тоньше... ќни лениво, нога за ногу, плетутс€
вдоль забора и громко разговаривают о чем-то.
ѕоравн€вшись с аптекой, обе фигуры начинают идти
еще тише и гл€д€т на окна.
   - јптекой пахнет...- говорит тонкий.- јптека и
есть! јх, помню... Ќа прошлой неделе € здесь был, касторку
покупал. “ут еще аптекарь с кислым лицом и
с ослиной челюстью. ¬от, батенька, челюсть! “акой
именно —ампсон филистимл€н избивал.
   - ћ-да...- говорит толстый басом.- —пит фармаци€!
» аптекарша спит. “ут, ќбтесов, аптекарша
хорошенька€.
   - ¬идел. ћне она очень понравилась... —кажите,
доктор, неужели она в состо€нии любить эту ослиную
челюсть? Ќеужели?
   - Ќет, веро€тно, не любит,- вздыхает доктор с
таким выражением, как будто ему жаль аптекар€.-
—пит теперь мамочка за окошечком! ќбтесов, а? –аскинулась
от жары... ротик полуоткрыт... и ножка с кровати
свесилась... „ай, болван аптекарь в этом добре ничего не
смыслит... ≈му небось что женщина, что бутыль
с карболкой - все равно!
   - «наете что, доктор?- говорит офицер, останавлива€сь.-
ƒавайте-ка зайдем в аптеку и купим чего-нибудь!
јптекаршу, быть может, увидим.
   - ¬ыдумал - ночью!
   - ј что же? ¬едь они и ночью об€заны торговать.
√олубчик, войдемте!
   - ѕожалуй...
   јптекарша, спр€тавшись за занавеску, слышит сиплый
звонок. ќгл€нувшись на мужа, который храпит
по-прежнему сладко и улыбаетс€, она набрасывает на
себ€ платье, надевает на босою ногу туфли и бежит
в аптеку.
   «а стекл€нной дверью видны две тени... јптекарша
припускает огн€ в лампу и спешит к двери, чтобы отпереть,
и ей уже не скучно, и не досадно, и не хочетс€
плакать, а только сильно стучит сердце. ¬ход€т толст€к-доктор
и тонкий ќбтесов. “еперь уж их можно рассмотреть.
“олстобрюхий доктор смугл, бородат и неповоротлив.
ѕри каждом малейшем движении на нем трещит
китель и на лице выступает пот. ќфицер же розов,
безус, женоподобен и гибок, как английский хлыст.
   - „то вам угодно?- спрашивает их аптекарша,
придержива€ на груди платье.
   - ƒайте... э-э-э на п€тнадцать копеек м€тных лепешек!
   јптекарша не спеша достает с полки банку и начинает
вешать. ѕокупатели, не мига€, гл€д€т на ее спину;
доктор жмуритс€, как сытый кот, а поручик очень
серьезен.
   - ѕервый раз вижу, что дама в аптеке торгует,-
говорит доктор.
   - “ут ничего нет особенного...- отзываетс€ аптекарша,
искоса погл€дыва€ на розовое лицо ќбтесова.-
ћуж мой не имеет помощников, и € ему всегда помогаю.
   - “эк-с... ј у вас миленька€ аптечка! —колько тут
rазных этих... банок! » вы не боитесь вращатьс€
среди €дов! Ѕррр!
   јптекарша запечатывает пакетик и подает его доктору.
ќбтесов подает ей п€тиалтынный. ѕроходит полминуты
в молчании.... ћужчины перегл€дываютс€, делают
шаг к двери, потом оп€ть перегл€дываютс€.
   - ƒайте на дес€ть копеек соды!- говорит доктор.
   јптекарша оп€ть, лениво и в€ло двига€сь, прот€гивает
руку к полке.
   - Ќет ли тут, в аптеке, чего-нибудь этакого...-
бормочет ќбтесов, шевел€ пальцами,- чего-нибудь такого,
знаете ли, аллегорического, какой-нибудь живительной
влаги... зельтерской воды, что ли? ” вас есть
зельтерска€ вода?
   - ≈сть,- отвечает аптекарша.
   - Ѕраво! ¬ы не женщина, а фе€. —очините-ка
нам бутылочки три!
   јптекарша торопливо запечатывает соду и исчезает
в потемках за дверью.
   - ‘рукт!- говорит доктор, подмигива€.- “акого
ананаса, ќбтесов, и на острове ћадейре не сыщете. ј?
 ак вы думаете? ќднако... слышите храп? Ёто сам господин
аптекарь извол€т почивать.
   „ерез минуту возвращаетс€ аптекарша и ставит на
прилавок п€ть бутылок. ќна только что была в погребе,
а потому красна и немножко взволнована.
   - “сс... тише,- говорит ќбтесов, когда она, раскупорив
бутылку, рон€ет штопор.- Ќе стучите так, а то
мужа разбудите.
   - Ќу, так что же, если и разбужу?
   - ќн так сладко спит... видит вас во сне... «а ваше
здоровье!
   - » к тому же,- басит доктор, отрыгива€ после
сельтерской,- мужь€ така€ скучна€ истори€, что хорошо
бы они сделали, если бы всегда спали. Ёх, к этой
водице да винца бы красненького.
   - „его еще выдумали!- смеетс€ аптекарша.
   - ¬еликолепно бы! ∆аль, что в аптеках не продают
спиритуозов! ¬прочем... вы ведь должны продавать
вино как лекарство. ≈сть у вас vinum gallicum
rubrum?
   - ≈сть.
   - Ќу вот! ѕодавайте нам его! „ерт его подери,
тащите его сюда!
   - —колько вам?
   - Quantum satis!.. —начала вы дайте нам в воду
по унцу, а потом мы увидим... ќбтесов, а? —начала с
водой, а потом уже per se...
   ƒоктор и ќбтесов присаживаютс€ к прилавку, снимают
фуражки и начинают пить красное вино.
   - ј вино, надо сознатьс€, препаскуднейшее! Vinum
plochissimum. ¬прочем, в присутствии... э-э-э... оно
кажетс€ нектаром. ¬ы восхитительны, сударын€! ÷елую
вам мысленно ручку.
   - я дорого дал бы за то, чтобы сделать это не
мысленно!- говорит ќбтесов.- „естное слово! я отдал
бы жизнь!
   - Ёто уж вы оставьте...- говорит госпожа „ерномордик,
вспыхива€ и дела€ серьезное лицо.
   -  ака€, однако, вы кокетка!- тихо хохочет доктор,
гл€д€ на нее исподлобь€, плутовски.- √лазенки
так и стрел€ют! ѕиф! паф! ѕоздравл€ю: вы победили!
ћы сражены!
   јптекарша гл€дит на их рум€ные лица, слушает их
болтовню и скоро сама оживл€етс€. ќ, ей уже так весело!
ќна вступает в разговор, хохочет, кокетничает и
даже, после долгих просьб покупателей, выпивает унца
два красного вина.
   - ¬ы бы, офицеры, почаще в город из лагерей приходили,-
говорит она,- а то тут ужас кака€ скука.
я просто умираю.
   - ≈ще бы!- ужасаетс€ доктор.- “акой ананас...
чудо природы и - в глуши! ѕрекрасно выразилс€ √рибоедов:
"¬ глушь! в —аратов!" ќднако нам пора. ќчень
рад познакомитьс€... весьма! —колько с нас следует?
   јптекарша поднимает к потолку глаза и долго шевелит
губами.
   - ƒвенадцать рублей сорок восемь копеек!- говорит
она.
   ќбтесов вынимает из кармана толстый бумажник,
долго роетс€ в пачке денег и расплачиваетс€.
   - ¬аш муж сладко спит... видит сны...- бормочет
он, пожима€ на прощанье руку аптекарши.
   - я не люблю слушать глупостей...
   -  акие же глупости? Ќаоборот... это вовсе не
глупости... ƒаже Ўекспир сказал: "Ѕлажен, кто смолоду
был молод!"
   - ѕустите руку!
   Ќаконец покупатели, после долгих разговоров, целуют
у аптекарши ручку и нерешительно, словно раздумыва€,
не забыли ли они чего-нибудь, выход€т из аптеки.
   ј она быстро бежит в спальню и садитс€ у того же
окна. ≈й видно, как доктор и поручик, выйд€ из аптеки,
лениво отход€т шагов на двадцать, потом останавливаютс€
и начинают о чем-то шептатьс€. ќ чем? —ердце
у нее стучит, в висках тоже стучит, а отчего - она и
сама не знает... Ѕьетс€ сердце сильно, точно те двое,
шепчась там, решают ее участь.
   ћинут через п€ть доктор отдел€етс€ от ќбтесова
и идет дальше, а ќбтесов возвращаетс€. ќн проходит
мимо аптеки раз, другой... “о остановитс€ около двери,
то оп€ть зашагает... Ќаконец осторожно зв€кает звонок.
   - „то?  то там?- вдруг слышит аптекарша голос
мужа.- “ам звон€т, а ты не слышишь!- говорит аптекарь
строго.- „то за беспор€дки!
   ќн встает, надевает халат и, покачива€сь в полусне,
шлепа€ туфл€ми, идет в аптеку.
   - „его... вам?- спрашивает он у ќбтесова.
   - ƒайте... дайте на п€тнадцать копеек м€тных лепешек.
   — бесконечным сопеньем, зева€, засыпа€ на ходу и
стуча колен€ми о прилавок, аптекарь лезет на полку
и достает банку...
   —пуст€ две минуты аптекарша видит, как ќбтесов
выходит из аптеки и, пройд€ несколько шагов, бросает
на пыльную дорогу м€тные лепешки. »з-за угла навстречу
ему идет доктор... ќба сход€тс€ и, жестикулиру€
руками, исчезают в утреннем тумане.
   -  ак € несчастна!- говорит аптекарша, со злобой
гл€д€ на мужа, который быстро раздеваетс€, чтобы
оп€ть улечьс€ спать.- ќ, как € несчастна!- повтор€ет
она, вдруг залива€сь горькими слезами.-» никто,
никто не знает...
   -я забыл п€тнадцать копеек на прилавке,- бормочет
аптекарь, укрыва€сь оде€лом.- —пр€чь, пожалуйста,
в конторку...
   » тотчас же засыпает.

Ѕ≈—≈ƒј ѕ№яЌќ√ќ — “–≈«¬џћ „≈–“ќћ
   Ѕывший чиновник интендантского правлени€,
отставной коллежский секретарь Ћахматов, сидел
у себ€ за столом и, выпива€ шестнадцатую рюмку,
размышл€€ о братстве, равенстве и свободе.
¬друг из-за лампы выгл€нул на него черт... Ќо не
пугайтесь читательница. ¬ы знаете, что такое черт?
Ёто молодой человек при€тной наружности, с черной,
как сапоги, рожей и с красными, выразительными
глазами. Ќа голове у него, хот€ он и не женат,
рожки... ѕрическа a la  апуль. “ело покрыто
зеленой шерстью и  пахнет псиной. ¬низу спины болтаетс€
хвост, оканчивающийс€ стрелой... ¬место
пальцев - когти, вместо ног - лошадиные копыта.
Ћахматов, увидев черта, несколько смутилс€, но потом,
вспомнив, что зеленые черти имеют глупое
обыкновение €вл€тьс€ ко всем вообще подвыпившим
люд€м, скоро успокоилс€.
   - — кем € имею честь говорить?- обратилс€
он к непрошеному гостю.
   „ерт сконфузилс€ и потупил глазки.
   - ¬ы не стесн€йтесь,- продолжал  Ћахматов.-
ѕодойдите ближе... я человек без предрассудков, и
вы можете говорить со мной искренне... по душе...
 то вы?
   „ерт нерешительно подошел к Ћахматову и, подогнув
под себ€ хвост, вежливо поклонилс€.
   - я черт, или дь€вол...- отрекомендовалс€
он.- —остою чиновником особых поручений при особе
его превосходительства директора адской канцел€рии
господина —атаны!
   - —лышал, слышал... ќчень при€тно. —адитесь!
Ќе хотите ли водки? ќчень рад... я чем вы занимаетесь?
   „ерт еще больше сконфузилс€...
   - —обственно говор€, зан€тий у мен€ определенных
нет...- ответил он, в смущении кашл€€ и сморка€сь
в "–ебус".- ѕрежде действительно у нас было
зан€тие... ћы людей искушали... совращали их с
пути добра на стезю зла... “еперь же это зан€тие,
антр-ну-суади, и плевка не стоит... ѕути добра нет
уже, не с чего совращать. » к тому же люди стали
хитрее нас... »звольте-ка вы искусить человека, когда
он в университете все науки кончил, огонь, воду
и медные трубы прошел!  ак € могу учить вас
украсть рубль, ежели вы уже без моей помощи
тыс€чи цапнули?
   - Ёто так... Ќо, однако, ведь вы занимаетесь
же чем-нибудь?
   - ƒа... ѕрежн€€ должность наша теперь может
быть только номинальной, но мы все-таки имеем работу...
»скушаем классных дам, подталкиваем юнцов
стихи писать, заставл€ем пь€ных купцов бить
зеркала... ¬ политику же, в литературу и в науку мы
давно уже не вмешиваемс€. Ќи рожна мы в этом не
смыслим... ћногие из нас сотрудничают  в "–ебусе",
есть даже такие, которые бросили ад и поступили в
люди... Ёти отставные черти, поступившие в люди,
женились на богатых купчихах и отлично теперь
живут. ќдни из них занимаютс€ адвокатурой, другие
издают газеты, вообще очень дельные и уважаемые
люди!
   - »звините за нескромный вопрос: какое содержание
вы получаете?
   - ѕоложение у нас прежнее-с...- ответил черт.-
Ўтат нисколько не изменилс€... ѕо-прежнему квартира,
освещение и отопление казенные... ∆аловань€
же нам не дают, потому что все мы считаемс€ сверхштатными
и потому, что черт - должность почетна€...
¬ообще, откровенно говор€, плохо живетс€,
хоть по миру иди... —пасибо люд€м, научили нас
вз€тки брать, а то бы давно уже мы переколели...
“олько и живем доходами... ѕоставл€ешь грешникам
провизию, ну и... хапнешь... —атана постарел,
ездит все на ÷укки смотреть, не до отчетности ему
теперь...
   Ћахматов налил черту рюмку водки. “от выпил
и разговорилс€. –ассказал он все тайны ада, излил
свою душу, поплакал и так понравилс€ Ћахматову,
что тот оставил его даже у себ€ ночевать. „ерт спал
в печке и всю ночь бредил.   утру он исчез.




—Ќќ— »:

1. между нами будь сказано (от франц. entre nous soit dit).

Ѕ≈—ѕќ ќ…Ќџ… √ќ—“№
   ¬ низкой покривившейс€ избушке лесника јртема
под большим темным образом сидели два человека:
сам јртем, малорослый и тощий мужичонка, с старческим
пом€тым лицом и с бородкой, растущей из шеи,
и прохожий охотник, молодой рослый парень в новой
кумачовой рубахе и в больших болотных сапогах. —идели
они на скамье за маленьким треногим столиком,
на котором, воткнута€ в бутылку, лениво горела сальна€
свечка.
   «а окном в ночных потемках шумела бур€, какою
обыкновенно природа разражаетс€ перед грозой.
«лобно выл ветер, и болезненно стонали гнувшиес€
деревь€. ќдно стекло в окне заклеено бумагой, и
слышно было, как срывавшиес€ листь€ стучали по
этой бумаге.
   - я тебе вот что скажу, православный...- говорил
јртем сиплым, тенорковым полушепотом, гл€д€ немигающими,
словно испуганными глазами на охотника.-
Ќе боюсь € ни волков, ни медведей, ни зверей разных,
а боюсь человека. ќт зверей ты ружьем или другим
каким орудием спасешьс€, а от злого человека нет тебе
никакого спасени€.
   - »звестно! ¬ звер€ выстрелить можно, а выстрели
ты в разбойника, сам же отвечать будешь, в —ибирь
пойдешь.
   - —лужу €, братец ты мой, тут в лесниках без малого
тридцать лет,и сколько € гор€ от злых людей натерпелс€,
рассказать невозможно. ѕеребывало у мен€
тут их видимо-невидимо. »зба на просеке, дорога проезжа€,
ну и несет их. чертей. ¬валитс€ какой ни на
есть злодей и, шапки не снимавши, лба не перекрестивши,
пр€мо на теб€ лезет: "ƒавай, такой-с€кой,
хлеба!" ј где € тебе хлеба возьму? ѕо какому
полному праву? Ќешто € миллионщик, чтоб каждого прохожего
пь€ницу кормить? ќн, известно, злобой
глаза запорошило... креста на них, на черт€х, нет... не долго
думавши, трах теб€ по уху: "ƒавай хлеба!" Ќу, и даешь...
Ќе станешь же с ними, с идолами, дратьс€!
” иного в плечах косова€ сажень, кулачище, что твой
сапог, а у мен€ сам видишь, кака€ комплекци€. ћен€
мизинцем зашибить можно... Ќу, дашь ему хлеба, а он
нажретс€, развалитс€ поперек избы - и никакой тебе
благодарности. ј то бывают такие, что деньги спрашивают:
"ќтвечай, где деньги?" ј какие у мен€ деньги?
ќткуда им быть?
   - ” лесника, да чтоб денег не было!- усмехнулс€
охотник.- ∆алованье получаешь каждый мес€ц, да и,
чай, лес тайком продаешь.
   јртем пугливо покосилс€ на охотника и задрыгал
своей бородкой, как сорока хвостом.
   - ћолодой ты еще, чтоб мне такие слова говорить,
- сказал он.- «а эти самые слова ты перед богом
ответчик. “ы сам из каких будешь? ќткуда?
   - я из ¬€зовки. —таросты Ќефеда сын.
   - –ужьем балуешьс€... я, когда помоложе был,
тоже любил это баловство. “э-эк. ќх, грехи наши т€жкие!
- зевнул јртем.- Ѕеда-а! ƒобрых людей мало, а
злодеев и душегубов не приведи бог сколько!
   - “ы словно как будто и мен€ боишьс€...
   - Ќу, вот еще! «ачем мне теб€ бо€тьс€! я вижу...
понимаю... “ы вошел, и не то чтобы как, а перекрестилс€,
поклонилс€ честь честью... я понимаю... “ебе
и хлебца дать можно... „еловек € вдовый, печи не
топлю, самовар продал... м€са или чего прочего не
держу по бедности, но хлебца - сделай милость.
   ¬ это врем€ под скамьей что-то заворчало, вслед
за ворчаньем послышалось шипенье. јртем вздрогнул,
поджал ноги и вопросительно погл€дел на охотника.
   - Ёто мо€ собака твою кошку забижает,- сказал
охотник.- ¬ы, черти!- крикнул он под скамью.-
 уш! Ѕиты будете! ƒа и худа€ же у теб€, брат, кошка!
ќдни кости да шерсть.
   - —тара стала, околевать врем€... “ак ты, сказываешь,
из ¬€зовки!
   - Ќе кормишь ты ее, € вижу. ќна хоть и кошка,
а все-таки тварь... вс€кое дыхание. ∆алеть
надо!
   - Ќе чисто у вас в ¬€зовке,- продолжал јртем,
как бы не слуша€ охотника.- ¬ один год два раза
церковь грабили... ≈сть же такие анафемы,а? —тало
быть, не только людей, но даже бога не бо€тс€! √рабить\
божье добро! ƒа за это повесить мало! ¬ прежнее
врем€ таких шельмов губернаторы через палачей
наказывали.
   -  ак ни наказывай, хоть плетьми жарь, хоть засуди,
а не выйдет толку. »з злого человека ничем ты
зла не вышебешь.
   - —паси и помилуй, царица небесна€!- прерывисто
вздохнул лесник.- —паси нас от вс€кого врага и
супостата. Ќа прошлой неделе в ¬оловьих «аймищах
один косарь другого по груд€м хватил... ƒо
смерти убил! ј из-за чего дело вышло, господи тво€
вол€! ¬ыходит это один косарь из кабака... выпивши.
¬стречаетс€ ему другой и тоже выпивши...
   ¬нимательно слушавший охотник вдруг вздрогнул,
выт€нул лицо и прислушалс€.
   - ѕостой,- перебил он лесника.-  ажись, кто-то
кричит...
   ќхотник и лесник, не отрыва€ глаз от темного окна,
стали слушать. —квозь шум леса слышны были звуки,
какие слышит напр€женное ухо во вс€кую бурю, так
что трудно было разобрать, люди ли это звали на помощь,
или же непогода плакала в трубе. Ќо рванул
ветер по крыше, застучал по бумаге на окне и донес
€вственный крик: " араул!"
   - Ћегки твои душегубы на помине!- сказал охотник,
бледне€ и поднима€сь.- √раб€т кого-то!
   - √осподи помилуй!- прошептал лесник, тоже
бледне€ и поднима€сь.
   ќхотник бесцельно погл€дел в окно и прошелс€ по
избе.
   - Ќочь-то, ночь кака€!- пробормотал он.- «ги
не видать! ¬рем€ самое такое, чтоб грабить. —лышь?
ќп€ть крикнуло!
   Ћесник погл€дел на образ, с образа перевел глаза
на охотника и опустилс€ на скамью в изнеможении человека,
испуганного внезапным известием.
   - ѕравославный!- сказал он плачущим голосом.
- “ы бы пошел в сени да на засов двери запер!
» огонь бы потушить надо!
   - ѕо какому случаю?
   - Ќеровен час, заберутс€ сюда... ќх, грехи
наши!
   - »дти нужно, а ты двери на засов! √олова, посмотришь!
»дем, что ль?
   ќхотник перекинул на плечо ружье и вз€лс€ за
шапку.
   - ќдевайс€, бери свое ружье! Ёй, ‘лерка, иси!-
крикнул он собаке.- ‘лерка!
   »з-под скамьи вышла собака с длинными огрызенными
ушами, помесь сеттера  дворн€жкой. ќна пот€нулась
у ног хоз€ина и завил€ла хвостом.
   - „то ж ты сидишь?- крикнул охотник на лесника.
- Ќешто не пойдешь?
   -  уды?
   - Ќа помощь!
   -  уда мне!- махнул рукою лесник, пожима€сь
всем телом.- Ѕог с ним совсем.
   - ќтчего же ты не хочешь идти?
   - ѕосле страшных разговоров € тепер€ и шага
не ступну впотьмах. Ѕог с ним совсем! » чего € там в
лесу не видал?
   - „его боишьс€? Ќешто у теб€ ружь€ нет? ѕойдем,
сделай милость! ќдному идти бо€зно, а вдвоем веселей!
—лышь? ќп€ть крикнуло! ¬ставай!
   -  ак ты обо мне понимаешь, парень!- простонал
лесник.- Ќешто € дурак, что пойду на свою погибель?
   - “ак ты не пойдешь?
   Ћесник молчал. —обака, веро€тно услышавша€ человеческий
крик, жалобно зала€ла.
   - ѕойдешь, € теб€ спрашиваю?- крикнул охотник,
злобно тараща глаза.
   - ѕристал, ей-богу!- поморщилс€ лесник.- —тупай
сам!
   - Ё... сволочь!- проворчал охотник, поворачива€
к двери.- ‘лерка, иси!
   ќн вышел и оставил дверь настежь. ¬ избу влетел
ветер. ќгонь на свечке беспокойно замелькал, €рко
вспыхнул и потух.
   «апира€ за охотником дверь, лесник видел, как лужи
на просеке, ближайшие сосны и удал€ющуюс€
фигуру гост€ осветило молнией.¬дали проворчал гром.
   - —в€т, св€т, св€т...- шепнул лесник, спеша просунуть
толстый засов в ближайшие железные петли.-
Ёкую погоду бог послал!
   ¬ернувшись в избу, он ощупью добралс€ до печки,
лег и укрылс€ с головой. Ћежа под тулупом и напр€женно
прислушива€сь, он уже не слышал человеческого крика,
но зато удары грома становились все
сильнее и раскатистее. ≈му слышно было, как крупный,
гонимый ветром дождь злобно застучал по стеклам
и по бумаге окна.
   - ѕонесла нелегка€!- думал он, вообража€ себе
охотника, мокнущего на дожде и спотыкающегос€
о пни.- Ќебось со страху зубами щелкает!"
   Ќе далее как минут через дес€ть раздались шаги
и за ними сильный стук в дверь.
   -  то там?- крикнул лесник.
   - Ёто €,- послышалс€ голос охотника.- ќтопри!
   Ћесник сполз с печи, нащупал свечку и, зажегши ее,
пошел отвор€ть дверь. ќхотник и его собака были
мокры до костей. ќни попали под самый крупный и густой
дождь, и теперь текло с них, как с невыжатых
тр€пок.
   - „то там случилось?- спросил лесник.
   - Ѕаба в телеге ехала и не на ту дорогу попала...-
ответил охотник, пересилива€ одышку.- ¬ чепыгу залезла.
   - »шь дура! »спугалась, значит... „то ж, ты вывел
ее на дорогу?
   - Ќе желаю € тебе, подлецу этакому, отвечать.
   ќхотник бросил на скамью мокрую шапку и продолжал:
   - ќб тебе € теперь так понимаю, что ты подлец и
последний человек. ≈ще тоже сторож, жалованье получает!
ћерзавец этакой...
   Ћесник виноватою походкой поплелс€ к печи, кр€кнул
и лег. ќхотник сел на скамью, подумал и, мокрый,
разлегс€ вдоль всей скамьи. Ќемного погод€ он подн€лс€,
потушил свечку и оп€ть лег. ¬о врем€ одного
особенно сильного удара грома оно заворочалс€, сплюнул и
проворчал:
   - —трашно ему... Ќу, а ежели б резали бабу? „ье
дело вступитьс€ за нее? ј еще тоже старый человек,
крещеный... —винь€, и больше ничего.
   Ћесник кр€кнул и глубоко вздохнул. ‘лерка где-то
в потемках сильно встр€хнула свое мокрое тело,
отчего во все стороны посыпались брызги.
   - —тало быть, тебе и гор€ мало, ежели бы бабу
зарезали?- продолжал охотник.- Ќу, побей бог, не
знал €, что ты такой...
   Ќаступило молчание. грозна€ туча уже прошла, и
удары грома слышались издали, но дождь все еще
шел.
   - ј ежели б, скажем, не баба, а ты караул кричал?-
прервал молчание охотник.- ’орошо бы тебе,
скоту, было, ежели бы никто к тебе на выручку не побег?
¬стревожил ты мен€ своей подлостью, чтоб тебе
пусто было!
   «асим, еще после одного длинного антракта, охотник
сказал:
   - —тало быть, у теб€ деньги есть, ежели ты боишьс€
людей! „еловек, который бедный, не станет бо€тьс€...
   - «а эти самые слова ты перед богом ответчик...-
прохрипел с печки јртем.- Ќету у мен€ денег!
   - Ќу да! ” подлецов завсегда есть деньги... ј зачем
ты боишьс€ людей? —тало быть, есть! ¬от вз€ть бы
да и ограбить теб€ назло, чтоб ты понимал!
   јртем бесшумно сполз с печки, зажег свечку и сел
под образом. ќн был бледен и не сводил глаз с охотника.
   - ¬озьму вот и ограблю,- продолжал охотник,
поднима€сь.- ј ты как думал? ¬ашего брата учить
нужно! —казывай, где деньги спр€таны?
   јртем поджал под себ€ ноги и замигал глазами.
   - „то жмешьс€? √де деньги спр€таны? языка в
тебе, шут, нету, что ли? „то молчишь?
   ќхотник вскочил и подошел к леснику.
   - √лаза, как сыч, таращит! Ќу? ƒавай деньги, а
то из ружь€ выстрелю!
   - „то ты ко мне пристал?- завизжал лесник, и
крупные слезы брызнули из его глаз.- ѕо какой причине?
Ѕог все видит! «а все эти самые слова ты перед
богом ответчик. Ќикакого полного права не имеешь ты
с мен€ деньги требовать!
   ќхотник погл€дел на плачущее лицо јртема, поморщилс€
и зашагал по избе, потом сердито нахлобучил шапку
и вз€лс€ за ружье.
   - Ё... э... гл€деть на теб€ противно!- процедил он
сквозь зубы.- ¬идеть теб€ не могу! ¬се равно мне не
спать у теб€. ѕрощай! Ёй, ‘лерка!
   ’лопнула дверь - и беспокойный гость вышел со
своей собакой... јртем запер за ним дверь, перекрестилс€
и лег.

ЅЋј√ќƒј–Ќџ…
   - ¬от тебе триста рублей! - сказал »ван ѕетрович,
подава€ пачку кредиток своему секретарю и дальнему
родственнику ћише Ѕобову. - “ак и быть, возьми...
Ќе хотел давать, но... что делать? Ѕери... ¬
последний раз... ћою жену благодари. ≈сли бы не
она, € тебе не дал бы... ”просила.
   ћиша вз€л деньги и замигал глазками. ќн не находил
слов дл€ благодарности. √лаза его покраснели и
подернулись влагой. ќн обн€л бы »вана ѕетровича,
но... начальников обнимать так неловко!
   - ∆ену благодари, - сказал еще раз »ван ѕетрович.
- ќна упросила... “ы ее так разжалобил своей
слезливой рожицей... ≈е и благодари.
   ћиша поп€тилс€ назад и вышел из кабинета. ќн пошел
благодарить свою дальнюю родственницу, супругу
»вана ѕетровича. ќна, маленька€, хорошенька€
бландиночка, сидела у себ€ в кабинете на маленькой
кушеточке и читала роман. ћиша остановилс€ перед
ней и произнес:
   - Ќе знаю, как и благодарить вас!
   ќна снисходительно улыбнулась, бросила книжку и
милостиво указала ему на место около себ€. ћиша
сел.
   -  ак мне благодарить вас?  ак? „ем? Ќаучите мен€!
ћарь€ —еменовна! ¬ы мне сделали более чем
благоде€ние! ¬едь на эти деньги € справлю свою
свадьбу с моей милой, дорогой  атей!
   ѕо ћишиной щеке поползла слеза. √олос его дрожал.
   - ќ, благодарю вас!
   ќн нагнулс€ и чмокнул в пухленькую ручку ћарьи
—еменовны.
   - ¬ы так добры! ј как добр ваш »ван ѕетрович!  ак
он добр, снисходителен! ” него золотое сердце! ¬ы
должны благодарить небо за то, что оно послало вам
такого мужа! ћо€ дорога€, любите его! ”мол€ю вас,
любите его!
   ћиша нагнулс€ и чмокнул в обе ручки разом. —леза
поползла и по другой щеке. ќдин глаз стал меньше.
   - ќн стар, некрасив, но зато кака€ у него душа!
Ќайдите мне где-нибудь другую такую душу! Ќе
найдете! Ћюбите же его! ¬ы, молодые жены, так
легкомысленны! ¬ы в мужчине ищете прежде всего
внешности... эффекта... ”мол€ю вас!
   ћиша схватил ее локти и судорожно сжал их между
своими ладон€ми. ¬ голосе его слышались рыдани€.
   - Ќе измен€йте ему! »зменить этому человеку значит
изменить ангелу! ќцените его, полюбите! Ћюбить
такого чудного человека, принадлежать ему... да
ведь это блаженство! ¬ы, женщины, не хотите
понимать многое... многое... я вас люблю страшно,
бешено за то, что вы принадлежите ему! ÷елую
св€тыню, принадлежащую ему... Ёто св€той
поцелуй... Ќе бойтесь, € жених... Ќичего...
   ћиша, трепещущий, захлебывающийс€, пот€нулс€ от ее
уха к щечке и прикоснулс€ к ней своими усами.
   - Ќе измен€йте ему, мо€ дорога€! ¬едь вы его
любите? ƒа? Ћюбите?
   - ƒа.
   - ќ, чудна€!
   ћинуту ћиша восторженно и умиленно гл€дел в ее
глаза. ¬ них он прочел благородную душу...
   - „удна€ вы... - продолжал он, прот€нув руку к ее
талии. - ¬ы его любите... Ётого чудного...
ангела... Ёто золотое сердце... сердце...
   ќна хотела освободить свою талию от его руки,
завертелось, но еще более зав€зла... √оловка ее -
неудобно сидеть на этих кушетках! - неча€нно упала
на ћишину грудь.
- ≈го душа... сердце... √де найти другого такого
человека? Ћюбить его... —лышать биени€ его
сердца... »дти с ним рука об руку... —традать...
делить радости... ѕоймите мен€! ѕоймите мен€!..
   »з ћишиных глаз брызнули слезы... √олова судорожно
замоталась и склонилась к ее груди. ќн зарыдал и
сжал ћарью —еменовну в своих объ€ти€х...
   ”жасно неудобно сидеть на этих кушетках! ќна
хотела освободитьс€ из его объ€тий, утешить его,
успокоить... ќн так нервен! ќна поблагодарит его
за то, что он так расположен к ее мужу... Ќо никак
не встанешь!
   - Ћюбите его... Ќе измен€йте ему... ”мол€ю вас!
¬ы... женщины... так легкомысленны... не
понимаете...
   ћиша не сказал более ни слова... язык его
заболталс€ и замер...
   „ерез п€ть минут в ее кабинет зачем-то вошел »ван
ѕетрович... Ќесчастный! «ачем он не пришел ранее?
 огда они увидели багровое лицо начальника, его
сжатые кулаки, когда услышали его
глухой,задушенный голос, они вскочили...
   - „то с тобой? - спросила бледна€ ћарь€ —еменовна.
   —просила, потому что надо же было говорить!
   - Ќо... но ведь € искренно, ваше превосходительство!
- пробормотал ћиша.- „естное слово, искренно!

Ѕ–ј“≈÷
   ” окна сто€ла молода€ девушка и задумчиво гл€дела на
гр€зную мостовую. —зади нее сто€л молодой человек в
чиновничьем вицмундире. ќн теребил свои усики
и говорил дрожащим голосом:
   - ќпомнись, сестра! ≈ще не поздно! —делай такую
милость! ќткажи ты этому пузатому лабазнику, кацапу
этакому! ѕлюнь ты на эту анафему толстомордую, чтоб
ему ни дна, не  покрышки! Ќу, сделай такую милость!
   - Ќе могу, братец! я ему слово дала.
   - ”мол€ю! ѕожалей ты нашу фамилию! “ы благородна€,
лична€ двор€нка, с образованием, а ведь он
квасник, мужик, хам! ’ам! ѕойми ты это, неразумна€!
¬онючим квасом да тухлыми селедками торгует! ∆улик
ведь! “ы ему вчера слово дала, а он сегодн€ же
утром нашу кухарку на п€так обсчитал! ∆илы т€нет с
белного народа! Ќу, а где твои мечтани€? ј? Ѕоже ты
мой, господи! ј? “ы же ведь, послушай, нашего департаментского
ћишку “реххвостова любишь, о нем мечтаешь!
» он теб€ любит...
   —естра вспыхнула. ѕодбородок ее задрожал, глаза
наполнились слезами. ¬идно было, что броатец попал
в самую чувствительную "центру".
   - » себ€ губишь, и ћишку губишь... «апил малый!
Ёх, сестра, сестра! ѕольстилась ты на хамские
капиталы, на сережечки да браслетики. ¬ыходишь по
расчету за дурмана какого-то... за свинство... «а невежу
выходишь... ‘амиллии путем подписать не умеет!
"ћитрий Ќеколаев". "Ќе"... слышишь?.. Ќеколаев...
—сскатина! —тар, грубый, сиволапый... Ќу, сделай ты
милость!
   √олос братца дрогнул и засипел. Ѕратец закашл€лс€ и
вытер глаза. » его подбородок запрыгал.
   - —лово дала, братец... ƒа и бедность наша опротивела...
   - —кажи, коли уж на то пошло! Ќе хотел пачкать
себ€ в твоем мнении, а скажу... Ћучше реноме потер€ть,
чем сестру родную в погибели видеть... ѕослушай,
 ат€, € про твоего лабазника тайну одну знаю.
≈сли ты узнаешь эту тайну, то сразу от него откажешьс€...
¬от кака€ тайна... “ы знаешь, в каком пакостном месте
€ однажды с ним встретилс€? «наешь? ј?
   - ¬ каком?
   Ѕратец раскрыл рот, чтобы ответить, но ему помешали.
¬ комнату вошел парень в поддевке, гр€зных
сапогах и с большим кульком в руках. ќн перекрестилс€
и стал у двери.
   -  лан€лс€ вам ћитрий “ерентьич,- обратилс€
он к братцу,- и велели вас с воскресным днем проздравить-с...
ј вот это самое-с в собственные руки-с.
   Ѕратец нахмурилс€, вз€л кулек, взгл€нул в него и
презрительно усмехнулс€.
   - „то тут? „епуха, должно быть... √м... √олова
сахару кака€-то...
   Ѕратец вытащил из кулька голову сахару, сн€л
с нее колпак и пощелкал по сахару пальцем.
   - √м... „ьей фабрики сахар? Ѕобринского? “о-то...
ј это чай? ¬он€ет чем-то... —ардины какие-то... ѕомада
ни к селу ни к городу... изюм с сором... «адобрить
хочет, подлизываетс€... Ќе-ет-с, милый дружок! Ќас
не задобришь! ј дл€ чего это он цикорного кофею всунул?
я не пью.  офей вредно пить... Ќа нервы действует...
’орошо, ступай!  лан€йс€ там!
   ѕарень вышел. —естра подскочила к брату, схватила
его за руку... Ѕрат сильно подействовал не нее
своими словами. ≈ще бы слово и... несдобровать бы
лабазнику!
   - √овори же! √овори! √де ты его видел?
   - Ќигде. я пошутил... ƒелай, как знаешь! - сказал
братец и еще раз постукал пальцем по сахару.

 јЌ»“≈Ћ№
   Ќа клиросе стоит дь€чок ќтлукавин и держит между
выт€нутыми жирными пальцами огрызенное гусиное
перо. ћаленький лоб его собралс€ в морщины, на
носу играют п€тна всех цветов, начина€ с розового и
конча€ темно-синим. ѕеред ним на рыжем переплете
÷ветной “риоди лежат две бумажки. Ќа одной
из них написано "о здравии", на другой - "за упокой",
и под обоими заглави€ми по р€ду имен... ќколо клироса
стоит маленька€ старушонка с озабоченным лицом
и с котомкой на спине. ќна задумалась.
   - ƒальше кого?- спрашивает дь€чок, лениво почесыва€
за ухом._ скорей, убога€, думай, а то мне
некогда. —ейчас часы читать стану.
   - —ейчас, батюшка... Ќу, пиши... ќ здравии рабов
божиих: јндре€ и ƒарьи со чады... ћитри€,
оп€ть јндре€, јнтипа, ћарьи...
   - ѕостой, не шибко... Ќе за зайцем скачешь,
успеешь.
   - Ќаписал ћарию? Ќу, тапер€  ирилла, √орде€,
младенца новопреставленного √ерасима, ѕантеле€...
«аписал усопшего ѕантеле€?
   - ѕостой... ѕантелей помер?
   - ѕомер...-вздыхает старуха.
   - “ак как же ты велишь о здравии записывать?-
сердитс€ дь€чок, зачеркива€ ѕантеле€ и перенос€
его на другую бумажку.- ¬от тоже еще... “ы
говори толком, а не путай.  ого еще за упокой?
   - «а упокой? —ейчас... постой... Ќу, пиши... »вана,
јвдотью, еще ƒарью, ≈гора... «апиши... воина
«ахара...  ак пошел на службу в четвертом годе,
так с той поры и не слыхать...
   - —тало быть, он помер?
   - ј кто ж его знает! ћожет, помер, а может, и
жив... “ы пиши...
   -  уда же € его запишу? ≈жели, скажем, помер,
то за упокой, коли жив, то о здравии. ѕойми вот
вашего брата!
   - √м!.. “ы, родименький, его на обе записочки
запиши, а там видно будет. ƒа ему все равно, как его
ни записывай: непут€щий человек... пропащий... «аписал?
“апер€ за упокой ћарка, Ћевонти€, јрину...
ну, и  узьму с јнной... бол€щую ‘едосью...
   - Ѕол€щую-то ‘едосью за упокой? “ю!
   - Ёто мен€-то за упокой? ќшалел, что ли?
   - “ьфу! “ы, кочерыжка, мен€ запутала! Ќе померла
еще, так и говори, что не померла, а нечего
в заупокой лезть! ѕутаешь тут! »зволь вот теперь
‘едосью херить и в другое место писать... всю бумагу
изгадил! Ќу, слушай € тебе прочту... ќ здравии јндре€,
ƒарьи со чады, паки јндре€, јнтипи€, ћарии,
 ирилла, новопреставленного младенца √ер... ѕостой,
как же сюда этот √ерасим попал? Ќовопреставленный,
и вдруг - о здравии! Ќет, запутала ты мен€, убога€!
Ѕог с тобой, совсем запутала!
   ƒь€чок крутит головой, зачеркивает √ерасима и
переносит его в заупокойный отдел.
   - —лушай! ќ здравии ћарии,  ирилла, воина
«ахарии...  ого еще?
   - јвдотью записал?
   - јвдотью? √м... јвдотью... ≈вдокию...- пересматривает
дь€чок обе бумажки.- ѕомню, записывал
ее, а теперь, шут ее знает... никак не найдешь... ¬от
она! «а упокой записана!
   - јвдотью-то за упокой?- удивл€етс€ старуха.-
√оду еще нет, как замуж вышла, а ты на нее уж
смерть накликаешь!.. —ам вот. сердешный, путаешь,
а на мен€ злобишьс€. “ы с молитвой пиши, а коли
будешь в сердце злобу иметь, то бесу радость. Ёто
теб€ бес хороводит да путает...
   - ѕостой, не мешай...
   ƒь€чок хмуритс€ и, подумав, медленно зачеркивает
на заупокойном листке јвдотью. ѕеро на букве
"д" взвизгливает и дает большую кл€ксу. ƒь€чок конфузитс€
и чешет затылок.
   - јвдотью, стало быть, долой отсюда...- бормочет
он смущенно,- а записать ее туда... “ак? ѕостой...
≈жели ее туда, то будет о здравии, ежели же сюда,
то за упокой... —овсем запутала баба! » этот еще
воин «ахари€ встр€л туда... Ўут его принес... Ќичего не
разберу! Ќадо сызнова...
   ƒь€чок лезет в шкафчик и достает оттуда осьмушку
чистой бумаги.
   - ¬ыкинь «ахарию, коли так...- говорит старуха.
-”ж бог с ним, выкинь...
   - ћолчи!
   ƒь€чок макает медленно перо и списывает с обеих
бумажек имена на новый листок.
   - я их всех гуртом запишу,- говорит он,- и ты
неси к отцу дь€кону... ѕущай дь€кон разберет, кто
здесь живой, кто мертвый; он в семинарии обучалс€,
а € этих самых делов... хоть убей, ничего не понимаю.
   —таруха берет бумажку, подает дь€чку старинные
полторы копейки и семенит к алтарю.

„“≈Ќ»≈
    ак-то раз в кабинете нашего начальника »вана
ѕетровича —емипалатова сидел антрепренер нашего
театра √аламидов и говорил с ним об игре и красоте
наших актрис.
   - Ќо € с вами не согласен, - говорил »ван
ѕетрович, подписыва€ ассигновки. - —офь€ ёрьевна
сильный, оригинальный талант! ћила€ така€,
грациозна€... ѕрелестна€ така€...
   »ван ѕетрович хотел дальше продолжать, но от
восторга не мог выговорить ни одного слова и
улыбнулс€ так широко и слащаво, что антрепренер,
гл€д€ на него, почувствовал во рту сладость.
   - ћне нравитс€ в ней... э-э-э... волнение и трепет
молодой груди, когда она читает монологи... “ак и
пышет, так и пышет! ¬ этот момент, передайте ей, €
готов... на все!
   - ¬аше превосходительство, извольте подписать
ответ на отношение херсонского полицейского
правлени€ касательно...
   —емипалатов подн€л свое улыбающеес€ лицо и увидел
перед собой чиновника ћерд€ева. ћерд€ев сто€л
перед ним и, выпучив глаза, подносил ему бумагу
дл€ подписи. —емипалатов поморщилс€: проза
прервала поэзию на самом интересном месте.
   - ќб этом можно бы и после, - сказал он. - ¬идите
ведь, € разговариваю! ”жасно невоспитанный,
неделикатный народ! ¬от-с, господин √аламидов...
¬ы говорили, что у нас нет уже гоголевских
типов... ј вот вам! „ем не тип! Ќер€ха, локти
продраны, косой... никогда не чешетс€...ј
посмотрите, как он пишет! Ёто черт знает что!
ѕишет безграмотно, бессмысленно... как сапожник!
¬ы посмотрите!
   - ћ-да... - промычал √аламидов, посмотрев на
бумагу. - ƒействительно... ¬ы, господин ћерд€ев,
веро€тно, мало читаете.
   - Ётак, любезнейший, нельз€! - продолжал
начальник. - ћне за вас стыдно! ¬ы бы хоть книги
читали, что ли...
   - „тение много значит! - сказал √аламидов и
вздохнул без причины.
- ќчень много! ¬ы читайте и сразу увидите, как
резко изменитс€ ваш кругозор. ј книги вы можете
достать где угодно. ” мен€, например... я с
удовольствием. «автра же € завезу, если хотите.
   - ѕоблагодарите, любезнейший! - сказал —емипалатов.
   ћерд€ев неловко поклонилс€, пошевелил губами и
вышел.
   Ќа другой день приехал к нам в присутствие
√аламидов и привез с собой св€зку книг. — этого
момента и начинаетс€ истори€. ѕотомство никогда не
простит —емипалатову его легкомысленного поступка!
Ёто можно было бы, пожалуй, простить юноше, но
опытному действительному статскому советнику -
никогда! ѕо приезде антрепренера ћерд€ев был
позван в кабинет.
   - Ќате вот, читайте, любезнейший! - сказал
—емипалатов, подава€ ему книгу. - „итайте
внимательно.
   ћерд€ев вз€л дрожащими руками книгу и вышел из
кабинета. ќн был бледен.  осые глазки его
беспокойно бегали и, казалось, искали у окружающих
предметов помощи. ћы вз€ли у него книгу и начали
ее осторожно рассматривать.
    нига была "√раф ћонте- ристо".
   - ѕротив его воли не пойдешь! - сказал со вздохом
наш старый бухгалтер ѕрохор —еменыч Ѕудылда. -
ѕостарайс€ как-нибудь, понатужьс€... „итай себе
по-маленьку, а там, бог даст, он забудет, и тогда
бросить можно будет. “ы не пугайс€... ј главное
- не вникай... „итай и не вникай в эту
умственность.
   ћерд€ев завернул книгу в бумагу и сел писать. Ќо
не писалось ему на этот раз. –уки у него дрожали и
глаза косили в разные стороны: один в потолок,
другой в чернильницу. Ќа другой день пришел он на
службу заплаканный.
   - „етыре раза уже начинал, - сказал он, - но
ничего не разберу...  акие-то иностранцы...
   „ерез п€ть дней —емипалатов, проход€ мимо столов,
остановилс€ перед ћерд€евым и спросил:
   - Ќу, что? „итали книгу?
   - „итал, ваше превосходительство.
   - ќ чем же вы читали, любезнейший? ј ну-ка,
расскажите!
   ћерд€ев подн€л вверх голову и зашевелил губами.
   - «абыл, ваше превосходительство... - сказал он
через минуту.
   - «начит, вы не читали или, э-э-э... невнимательно
читали! јвто-мма-тически! “ак нельз€! ¬ы еще раз
прочтите! ¬ообще, господа, рекомендую. »звольте
читать! ¬се читайте! Ѕерите там у мен€ на окне
книги и читайте. ѕарамонов, подите, возьмите себе
книгу! ѕодходцев, ступайте и вы, любезнейший!
—мирнов - и вы! ¬се, господа! ѕрошу!
   ¬се пошли и вз€ли себе по книге. ќдин только
Ѕудылда осмелилс€ выразить протест. ќн развел
руками, покачал головой и сказал:
   - ј уж мен€ извините, ваше превосходительство...
скорей в отставку... я знаю, что от этих самых
критик и сочинений бывает. ” мен€ от них старший
внук родную мать в глаза дурой зовет и весь пост
молоко хлещет. »звините-с!
   - ¬ы ничего не понимаете, - сказал —емипалатов,
прощавший обыкновенно старику все его грубости.
   Ќо —емипалатов ошибалс€: старик все понимал. „ерез
неделю же мы увидели плоды этого чтени€.
ѕодходцев, читавший второй том "¬ечного жида",
назвал Ѕудылду "иезуитом"; —мирнов стал €вл€тьс€
на службу в нетрезвом виде. Ќо ни на кого не
подействовало так чтение, как на ћерд€ева. ќн
похудел, осунулс€, стал пить.
   - ѕрохор —еменыч! - умол€л он Ѕудылду. - «аставьте
вечно бога молить! ѕопросите вы его
превосходительство, чтобы они мен€ извинили... Ќе
могу € читать. „итаю день и ночь, не сплю, не
ем... ∆ена вс€ измучилась, вслух читавши, но,
побей бог, ничего не понимаю! —делайте божескую
милость!
   Ѕудылда несколько раз осмеливалс€ докладывать
—емипалатову, но тот только руками махал и,
расхажива€ по правлению вместе с √аламидовым,
попрекал всех невежеством. ѕрошло этак два мес€ца,
и кончилась вс€ эта истори€ ужаснейшим образом.
   ќднажды ћерд€ев, прид€ на службу, вместо того,
чтобы садитьс€ за стол, стал среди присутстви€ на
колени, заплакал и сказал:
   - ѕростите мен€, православные, за то, что €
фальшивые бумажки делаю!
   «атем он вошел в кабинет и, став перед
—емипалатовым на колени, сказал:
   - ѕростите мен€, ваше превосходительство: вчера €
ребеночка в колодец бросил!
   —тукнулс€ лбом о пол и зарыдал...
   - „то это значит?! - удивилс€ —емипалатов.
   - ј это то значит, ваше превосходительство, -
сказал Ѕудылда со слезами на глазах, выступа€
вперед, - что он ума решилс€! ” него ум за разум
зашел! ¬от что ваш √аламидка сочинени€ми наделал!
Ѕог все видит, ваше превосходительство. ј ежели
вам мои слова не нрав€тс€, то позвольте мне в
отставку. Ћучше с голоду помереть, чем этакое на
старости лет видеть!
   —емипалатов побледнел и прошелс€ из угла в угол.
   - Ќе принимать √аламидова! - сказал он глухим
голосом. - ј вы, господа, успокойтесь. я теперь
вижу свою ошибку. Ѕлагодарю, старик!
   » с этой поры у нас больше ничего не было. ћерд€ев
выздоровел, но не совсем. » до сих пор при виде
книги он дрожит и отворачиваетс€.

„“ќ Ћ”„Ў≈?
   ¬ кабак могут ходить взрослые и дети, а в школу
только дети.
   јлкоголь замедл€ет обмен веществ, способствует
отложению жира, веселит сердце человека. Ќа всЄ сие
школа не способна. Ћомоносов сказал: "Ќауки юношей
питают, отраду старцам подают".  н€зь же ¬ладимир
неоднократно повтор€л : "¬еселие –уси птите есть".
 ому же из них двоих верить? ќчевидно - тому, кто
старше.
   јкцизные дивиденты дает отнюдь не школа.
   ѕольза просвещени€ находитс€ под сомнением,
вред же, им приносимый, очевиден.
   ƒл€ возбуждени€ аппетита употребл€ют отнюдь не
грамоту, а рюмку водки.
    абак везде есть, а школа далеко не везде.
   ¬сего сего достаточно. чтобы сделать вывод: кабаков
не упраздн€ть, а относительно школ подумать.
   ¬сей грамоты отрицать нельз€. ќтрицание это
было бы безумством. »бо полезно, если человек умеет
прочитать "ѕитейный дом".

 ќЌ“–јЅј— » ‘Ћ≈…“ј
—ценка
   ¬ одну из репетиций флейтист »ван ћатвеич слон€лс€
между пюпитров, вздыхал и жаловалс€:
   - ѕросто несчастье! Ќикак не найду себе подход€щей
квартиры! ¬ номерах мне жить нельз€, потому
что дорого, в семействах же и частных квартирах не
пускают музыкантов.
   - ѕеребирайтесь ко мне!- неожиданно предложил
ему контрабас.- я плачу за комнату двенадцать
рублей, а если вместе жить будем, то по шести придетс€.
   »ван ћатвеич ухватилс€ за это предложение обеими
руками. —овместно он никогда ни с кем ни жил,
опыта на этот счет не имел, но рассудил a priori, что
совместное житье имеет очень много прелестей и
удобств: во-первых, есть с кем слово вымолвить и впечатлени€ми
поделитьс€, во-вторых, все пополам: чай,
сахар, плата прислуге. — контрабасистом ѕетром ѕетровичем
он был в самых при€тельских отношени€х,
знал его за человека скромного, трезвого и честного,
сам он был тоже не буен, трезв и честен - стало быть,
п€так пара. ѕри€тели ударили по рукам, и в тот же
день кровать флейты уже сто€ла р€дом с кроватью
контрабаса.
   Ќо не прошло и трех дней, как »ван ћатвеич должен
был убедитьс€, что дл€ совместного жить€ недостаточно
одних только при€тельских отношений и таких
"общих мест", как трезвость, честность и не буйный
характер.
   »ван ћатвеич и ѕетр ѕетрович с внешней стороны
так же похожи друг на друга, как инструменты, на
которых они играют. ѕетр ѕетрович - высокий, длинноногий
блондин, с большой стриженой головой, в неуклюжем,
короткохвостом фраке. √оворит он
глухим басом; когда ходит, то стучит; чихает и кашл€ет так
громко, что дрожат стекла. »ван же ћатвеич изображает
из себ€ маленького, тощенького человечка. ’одит
он только на цыпочках, говорит жидким тенорком и
во всех своих поступках стараетс€ показать человека
деликатного, воспитанного. ѕrи€тели сильно rасход€тс€
и в своих пrивычках. “ак, контрабас пил чай
вприкуску, а флейта внакладку, что при общинном
владении ча€ и сахара не могло не породить сомнений.
‘лейта спала с огнем, контрабас без огн€. ѕерва€
каждое утро чистила себе зубы и мылась душистым
глицериновым мылом, второй же не только отрицал
то и другое, но даже морщилс€, когда слышал
шуршанье зубной щетки или видел намыленную физиономию.
   - ƒа бросьте вы эту мантифолию!- говорил он.-
ѕротивно гл€деть! ¬озитс€, как баба!
   Ќежную, воспитанную флейту стало коробить на
первых же порах. ≈й особенно не понравилось, что
контрабас каждый вечер, ложась спать, мазал себе
живот какой-то мазью, от которой пахло до самого утра
протухлым жареным гусем, а после мази целых
полчаса, пыхт€ и соп€, занималс€ гимнастикой,
то есть методически задирал вверх то руки, то
ноги.
   - ƒл€ чего это вы делаете?- спрашивала флейта,
не вынос€ сопень€.
   - ѕосле мази это необходимо. Ќужно, чтоб мазь
по всему телу разошлась... Ёто, батенька, ве-ли-ко-лепна€
вещь! Ќикака€ простуда не пристанет. ѕомажьте-ка
себе!
   - Ќет, благодарю вас.
   - ƒа помажьте! Ќакажи мен€ бог, помажьте!
”видите, как это хорошо! Ѕросьте книгу!
   - Ќет, € привык всегда перед сном читать.
   - ј что вы читаете?
   - “ургенева.
   - «наю... читал... ’орошо пишет! ќчень хорошо!
“олько, знаете ли, не нравитс€ мне в нем это... как
его... не нравитс€, что он много иностранных слов употребл€ет.
» потом, как запуститс€ насчет природы,
как запуститс€, так вз€л бы и бросил! —олнце... луна...
птички поют... черт знает что! “€нет, т€нет...
   - ¬еликолепные у него есть места!..
   - ≈ще бы, “ургенев ведь! ћы с вами так не напишем.
„итал €, помню, "ƒвор€нское гнездо"... —меху
этого - страсть! ѕомните, например, то место, где
Ћаврецкий объ€сн€етс€ в любви с этой... как ее?..
с Ћизой... ¬ саду... помните? ’о-хо! ќн заходит около
нее и так и этак... со вс€кими подходцами, а она, шельма,
жеманитс€, кочевр€жетс€, канителит... убить мало!
   ‘лейта вскакивала с постели и, сверка€ глазами,
надсажива€ свой тенорок, начинала спорить, доказывать,
объ€сн€ть...
   - ƒа что вы мне говорите!- оппонировал контрабас.
- —ам € не знаю, что ли?  акой образованный
нашелс€! “ургенев, “ургенев... ƒа что “ургенев? ’оть
бы и вовсе его не было.
   » »ван ћатвеич, обессиленный, но не побежденный,
умолкал. —тара€сь не спорить, стиснув зубы, он
гл€дел на своего укрывающегос€ оде€лом сожител€,
и в это врем€ больша€ голова контрабаса казалась ему
такой противной, глупой дерев€шкой, что он дорого
бы дал, если бы ему позволили стукнуть по ней хоть
разик.
   - ¬ечно вы спор поднимаете!- говорил контрабас,
укладыва€ свое длинное тело на короткой кровати.
- ’а-рак-тер! Ќу, спокойной ночи. “ушите
лампу!
   - ћне еще читать хочетс€...
   - ¬ам читать, а мне спать хочетс€.
   - Ќо, € полагаю, не следует стесн€ть свободу друг
друга...
   - “ак вот и не стесн€йте мою свободу... “ушите!
   ‘лейта тушила лампу и долго не могла уснуть от
ненависти и сознани€ бессили€, которое чувствует
вс€кий, сталкива€сь с упр€мством невежды. »ван ћатвеич
после споров с контрабасом вс€кий раз дрожал
как в лихорадке. ”тром контрабас просыпалс€ обыкновенно
рано, часов в шесть, флейта же любила спать до
одиннадцати. ѕетр ѕетрович, проснувшись, принималс€
от нечего делать за починку футл€ра от своего
контрабаса.
   - ¬ы не знаете, где наш молоток?- будил он
флейту.- ѕослушайте, вы! —он€! Ќе знаете, где наш
молоток?
   - јх... € спать хочу!
   - Ќу и спите...  то вам мешает? ƒайте молоток
и спите.
   Ќо особенно солоно приходилось флейте субботы.
 аждую субботу контрабас завивалс€, надевал галстук
бантом и уходил куда-то гл€деть богатых невест.
¬озвращалс€ он от невест поздно ночью, веселый, возбужденный,
в подпитии.
   - ¬от, батенька, € вам скажу!- начинал он делитьс€
впечатлени€ми, грузно сад€сь на кровать сп€щей
флейты.- ƒа будет вам спать, успеете! Ёкий вы
сон€! ’о-хо-хо... ¬идал невесту... ѕонимаете, блондинка,
с этакими глазами... толстенька€... ничего себе,
канашка. Ќо мать, мать! ∆ох старуха! ƒипломати€!
Ѕез адвоката окрутит, коли захочет! ќбещает шесть
тыс€ч, а и трех не даст, ей-богу! Ќо мен€ не надуешь,
не-ет!
   - √олубчик... спать хочу...- бормотала флейта,
пр€ча голову под оде€ло.
   - ƒа вы слушайте!  акой вы свинь€, ей-богу!
я у вас по-дружески совета прошу, а вы рожу воротите...
—лушайте!
   » бедна€ флейта должна была слушать до тех пор,
пока не наступало утро и контрабас не принималс€ за
починку футл€ра.
   - Ќет, не могу с ним жить!- жаловалась флейта
на репетици€х.- ¬ерите ли? Ћучше в слуховом окне
жить, чем с ним... —овсем замучил!
   - ќтчего же вы от него не уйдете?
   - Ќеловко как-то... ќбидитс€... „ем € могу мотивировать
свой уход? Ќаучите, чем? ”ж € все передумал!
   Ќе прошло и мес€ца совместного жить€, как флейта
начала чахнуть и плакатьс€ на судьбу. Ќо жизнь стала
еще невыносимей, когда контрабас вдруг, ни с
того ни с сего, предложил флейте перебиратьс€ с ним на
новую квартиру.
   - Ёто не годитс€... ”кладывайтесь! Ќечего хныкать!
ќт новой квартиры до кухмистерской, где вы
обедаете, немножко далеко, но это ничего,
много ходить полезно.
   Ќова€ квартира оказалась сырой и темной, но бедна€
флейта помирилась бы и с сыростью и с темнотой,
если бы контрабас не изобрел на новоселье новых мук.
ќн в видах экономии завел у себ€ керосиновую кухню
и стал готовить на ней свои обеды, отчего в комнате
был посто€нный туман. ѕочинку футл€ра по утрам заменил
он хрипеньем на контрабасе.
   - Ќе чавкайте!- нападал он на »вана ћатвеича,
когда тот ел что-нибудь.- “ерпеть не могу, если
кто чавкает над ухом! »дите в коридор да там и чавкайте!
   ѕрошел еще мес€ц, и контрабас предложил перебиратьс€
на третью квартиру. «десь он завел себе
большие сапоги, от которых вон€ло дегтем, и в литературных
спорах стал употребл€ть новый прием: вырывал
из рук флейты книгу и сам тушил лампу.
‘лейта страдала, изнывала от желани€ стукнуть по
большой, стриженой голове, болела телом и душой, но
церемонилась и деликатничала.
   - —кажешь ему, что € не хочу с ним жить, а он и
обидитс€! Ќе по-товарищески! ”ж буду терпеть!
   Ќо така€ ненормальна€ жизнь не могла долго
т€нутьс€.  ончилась она дл€ флейты престранным
образом. ќднажды, когда при€тели возвращались
из театра, контрабас вз€л под руку флейту и сказал:
   - ¬ы извините мен€, »ван ћатвеич, но € наконец
должен вам сказать... спросить то есть... —кажите,
что это вам так нравитс€ жить со мной? Ќе понимаю!
’арактерами мы не сошлись, вечно ссоримс€,
опротивели друг другу... Ќе знаю, как вы, но € совсем
очумел... ”ж € и так, и этах... и на квартиры перебиралс€,
чтоб вы от мен€ ушли, и на контрабасе по утрам играл,
а вы все не уходите! ”йдите, голубчик!
—делайте такую милость! ¬ы извините мен€, но долее
терпеть € не в состо€нии.
   ‘лейте этого только и нужно было.

 ”Ћј„№≈ √Ќ≈«ƒќ
   ¬округ заброшенной барской усадьбы средней
руки группируетс€ дес€тка два дерев€нных, на живую
нитку состроенных дач. Ќа самой высокой и видной
из них синеет вывеска "“рактир" и золотитс€ на
солнце нарисованный самовар. ¬перемежку с красными
крышами дач там и с€м уныло выгл€дывают
похилившиес€ и поросшие мохом крыши
барских конюшен, оранжерей и амбаров.
   ћайский полдень. ¬ воздухе пахнет постными
щами и самоварною гарью. ”правл€ющий  узьма
‘едоров, высокий, пожилой мужик в рубахе навыпуск
и в сапогах гармоникой, ходит около дач и показывает
их дачникам-нанимател€м. Ќа лице его написаны
тупа€ лень и равнодушие: будут ли наниматели,
или нет, дл€ него решительно все равно. «а ним
шагают трое: рыжий господин в форме инженера-путейца,
тоща€ дама в интересном положении и
девочка-гимназистка.
   -  акие, однако, у вас дорогие дачи,- морщитс€
инженер.- ¬се в четыреста да в триста рублей...
ужасно! ¬ы покажыте нам что-нибудь подешевле.
   - ≈сть и подешевле... »з дешевых только две
остались... ѕожалуйте!
   ‘едор ведет нанимателей через барский сад. “ут
торчат пни да редеет жиденький ельник; уцелело
одно только высокой дерево - это стройный старик
тополь, пощаженный топором словно дл€ того только,
чтобы оплакивать несчастную судьбу своих сверстников.
ќт каменной ограды, беседок и гротов остались
одни только следы  в виде разбросанных кирпичей,
известки и гниющих бревен.
   -  ак все запущено!- говорит инженер, с грустью
погл€дыва€ на следы минувшей роскоши.-
ј где теперь ваш барин живет?
   - ќни не барин, а из купцов. ¬ городе меблированные
комнаты содержат... ѕожалте-с!
   Ќаниматели нагибаютс€ и вход€т в маленькое
каменное строение с трем€ решетчатыми, словно острожными
окошечками. »х обдает сыростью и запахом
гнили. ¬ домике одна квадратна€ комнатка, переделенна€
новой тесовой перегородкой на две. »нженер
щурит глаза на темные стены и читает на одной из
них карандашную надпись: "¬ сей обители мертвых
заполучил меланхолию и покушалс€ на самоубийство
поручик ‘ильдекосов".
   - «десь, ваше благородие, нельз€ в шапке сто€ть,
- обращаетс€ ‘едоров к инженеру.
   - ѕочему?
   - Ќельз€-с. «десь был склеп, господ хоронили.
≈жели которую приподн€ть доску и под пол погл€деть,
то гробы видать.
   -  акие новости!- ужасаетс€ тоща€ дама.- Ќе
говор€ уже о сырости, тут от одной мнительности
умрешь! Ќе желаю жить с мертвецами!
   - ћертвецы, барын€, не тронут-с. Ќе брод€ги
какие-нибудь похоронены, а ваш же брат - господа.
ѕрошлым летом здесь, в этом самом склепе, господин
военный ‘ильдекосов жили и остались вполне довольны.
ќбещались и в этом году приехать, да вот
что-то не едут.
   - ќн на самоубийство покушалс€?- спросил инженер,
вспомнив о надписи на стене.
   - ј вы откуда знаете? ƒействительно, это было,
сударь. » из-за чего-то вс€ канитель вышла! Ќе знал
он, что тут под полом, царствие им небесное, покойники
лежат, ну и вздумал, значит, раз ночью под
половицу четверть водки спр€тать. ѕодн€л эту доску,
да как увидал, что там гробы сто€т, очумел. ¬ыбежал
наружу и давай выть. ¬сех дачников в сумление ввел.
ѕотом чахнуть начал. ¬ыехать не на что, а жить
страшно. ѕод конец, сударь, не вытерпел, руку на
себ€ наложил. ћое-то счастье, что € с него вперед
за дачу сто рублей вз€л, а то так бы и уехал, пожалуй,
от перепугу. ѕока лежал да лечилс€, попривык...
ничего... ќп€ть обещалс€ приехать: "я, говорит, такие
приключени€ смерть как люблю!" „удак!
   - Ќет, уж нам другую дачу покажите.
   - »звольте-с. ≈ще одна есть, только похуже-с.
    узьма ведет дачников в сторону от усадьбы, к
месту, где выситс€ оборванна€ клун€... «а клуней
блестит поросший травою пруд и темнеют господские
сараи.
   - «десь можно рыбу ловить?- спрашивает инженер.
   - —колько угодно-с... ѕ€ть рублей за сезон заплатите
и ловите себе на здоровье. “о есть удочкой
в реке можно, а ежели пожелаете в пруду карасей
ловить, то тут особа€ плата.
   - –ыба пуст€ки,- замечает дама,- и без нее
можно обойтись. ј вот насчет провизии.  ресть€не
нос€т сюда молоко?
   -  ресть€нам сюда не велено ходить, сударын€.
ƒачники провизию об€заны у нас на ферме забирать.
“акое уж условие делаем. ћы недорого берем-с. ћолоко
четвертак за пару, €йца, как обыкновенно, три
гривенника за дес€ток, масло полтинник... «елень
и овощ разную тоже у нас должны забирать.
   - √м... а грибы у вас есть где собирать?
   - ≈жели лето дождливое, то и гриб бывает. —обирать
можно. ¬знесете за сезон шесть рублей с человека
и собирайте не только грибы, но даже и €годы.
Ёто можно-с.   нашему лесу дорога идет через речку.
∆елаете - вброд пойдете, не желаете - идите через
лавы. ¬сего п€тачок стоит через лавы перейтить.
“уда п€тачок и оттеда п€тачок. ј ежели которые господа
желают охотитьс€, ружьем побаловатьс€, то наш
хоз€ин не прекословит. —трел€й, сколько хочешь,
только фитанцию при себе имей, что ты дес€ть рублей
заплатил. » купанье у нас чудесное. Ѕерег чистенький,
на дне песок, глубина вс€ка€: и по колено
и по шею. ћы не стесн€ем. «а раз п€тачок, а ежели
за сезон, то четыре с полтиной. ’оть целый день в
воде сиди!
   - ј соловьи у вас поют- спрашивает девочка.
   - Ќамеднись за рекой пел один, да сынишка мой
поймал. трактирщику продал. ѕожалте-с!
    узьма вводит нанимателей в ветхий сарайчик
с новыми окнами. ¬нутри сарайчик разделен перегородками
на три коморки. ¬ двух коморках сто€т пустые
закрома.
   - Ќет, куда же тут жить!- за€вл€ет тоща€
дама, брезгливо огл€дыва€ мрачные стены и закрома.
- Ёто сарай, а не дача. » смотреть нечего,
∆орж... “ут, наверное, и течет и дует. Ќевозможно
жить!
   - ∆ивут люди!- вздыхает  узьма.- Ќа бесптичье,
как говоритс€, и кастрюл€ соловей, а когда
нет дач, так и эта в добрую душу сойдет. Ќе вы
наймете, так другие наймут, а уж кто-нибудь да будет
в ней жить. ѕо-моему, эта дача дл€ вас сама€ подход€ща€,
напрасно вы, это самое... супругу свою
слушаете. Ћучше нигде не найтить. ј € бы с вас
и вз€л бы подешевле. ’одит она за полтораста, а € бы
сто двадцать вз€л.
   - Ќет, милый, не идет. ѕрощайте, извините, что
обеспокоили.
   - Ќичего-с. Ѕудьте здоровы-с.
   », провожа€ глазами уход€щих дачников,  узьма
кашл€ет и добавл€ет:
   - Ќа чаек бы следовало с вашей милости. „аса
два небось водил. ѕолтинничка-то уж не пожалейте!

ƒј„Ќ» »
   ѕо дачной платформе взад и вперед прогуливалась
парочка недавно поженившихс€ супругов. ќн
держал ее за талию, а она жалась к нему, и оба были
счастливы. »з-за облачных обрывков гл€дела на них
луна и хмурилась: веро€тно, ей было завидно и досадно
на свое скучное, никому не нужное девство. Ќеподвижный
воздух был густо насыщен запахом сирени и
черемухи. √де-то, по ту сторону рельсов, кричал
коростель...
   -  ак хорошо, —аша, как хорошо!- говорил
жена.- ѕраво, можно подумать, что все это снитс€.
“ы посмотри, как уютно и ласково гл€дит этот лесок!
 ак милы эти солидные, молчаливые телеграфные
столбы! ќни, —аша, оживл€ют ландшафт и говор€т,
что там, где-то, есть люди... цивилизаци€... ј разве
тебе не нравитс€, когда до твоего слуха ветер слабо
доносит шум идущего поезда?
   - ƒа...  акие, однако, у теб€ руки гор€чие! Ёто
оттого, что ты волнуешьс€, ¬ар€... „то у нас
сегодн€ к ужину готовили?
   - ќкрошку и цыпленка... ÷ыпленка нам на двоих
довольно. “ебе из города привезли сардины и
балык.
   Ћуна, точно табаку понюхала, спр€талсь за облако.
Ћюдское счастье напомнило ей об ее одиночестве,
одинокой постели за лесами и долами...
   - ѕоезд идет!- сказала ¬ар€.-  ак хорошо!
   ¬дали показались три огненные глаза. Ќа платформу
вышел начальник полустанка. Ќа рельсах там
и с€м замелькали сигнальные огни.
   - ѕроводим поезд и пойдем домой,- сказал —аша
и зевнул.- ’орошо нам с тобой живетс€, ¬ар€,
так хорошо, что даже неверо€тно!
   “емное страшилище бесшумно подползло к платформе
и остановилось. ¬ полуосвещенных вагонных
окнах замелькали сонные лица, шл€пки,
плечи...
   - јх! јх!- послышалось из одного вагона.-
¬ар€ с мужем вышла нас встретить! ¬от они! ¬аренька!..
¬аречка! јх!
   »з вагона выскочили две девочки и повисли на
шее у ¬ари. «а ними показались полна€, пожила€
дама и высокий, тощий господин с седыми бачками,
потом два гимназиста, навьюченные багажом,
за гимназистами гувернантка, за гувернанткой
бабушка.
   - ј вот и мы, а вот и мы, дружок!- начал господин
с бачками, пожима€ —ашину руку.- „ай, заждалс€!
Ќебось бранил д€дю за то, что не едет!  ол€,
 ост€, Ќина, ‘ифа... дети! ÷елуйте кузена —ашу!
¬се к тебе, всем выводком, и денька на три, на четыре.
Ќадеюсь, не стесним? “ы, пожалуйста, без церемонии.
   ”видев д€дю с семейством, супруги пришли
в ужас. ѕока д€д€ говорил и целовалс€, в воображении
—аши промелькнула картина: он и жена отдают
гост€м свои три комнаты, подушки, оде€ла; балык,
сардины и окрошка съедаютс€ в одну секунду, кузены
рвут цветы, проливают чернила, галд€т, тетушка
целые дни толкуют о своей болезни (солитер и
боль под ложечкой) и о том, что она урожденна€ баронесса
фон ‘интих...
   » —аша уже с ненавистью смотрел на свою молодую
жену и шептал ей:
   = Ёто они к тебе приехали... черт бы их
побрал!
   - Ќет, к тебе!- отвечала она, бледна€, тоже
с ненавистью и со злобой.- Ёто не мои, а твои родственники!
   » обернувшись к гост€м, она сказала с приветливой
улыбкой:
   - ћилости просим!
   »з-за облака оп€ть выплыла луна.  азалось, она
улыбалась; казалось, ей было при€тно, что у нее нет
родственников. ј —аша отвернулс€, чтобы скрыть от
гостей свое сердитое, отча€нное лицо, и сказал, придава€
голосу радостное, благодушное выражение:
   - ћилости просим! ћилости просим, дорогие
гости!

ƒјћј — —ќЅј„ ќ…
   √оворили, что на набережной по€вилось новое лицо:
дама с собачкой. ƒмитрий ƒмитрич √уров, проживший
в ялте уже две недели и привыкший тут, тоже стал
интересоватьс€ новыми лицами. —ид€ в павильоне у
¬ерне, он видел, как по набережной прошла молода€
дама, невысокого роста блондинка, в берете; за нею
бежал белый шпиц.
   » потом он встречал ее в городском саду и на
сквере, по нескольку раз в день. ќна гул€ла одна,
все в том же берете, с белым шпицем; никто не
знал, кто она, и называли ее просто так: дама с
собачкой.
   "≈сли она здесь без мужа и без знакомых", - соображал √уров, - то
было бы не лишнее познакомитьс€ с ней".
   ≈му не было еще сорока, но у него была уже дочь
двенадцати лет и два сына гимназиста. ≈го женили
рано, когда он был еще студентом второго курса, и
теперь жена казалась в полтора раза старше его.
Ёто была женщина высока€, с темными бров€ми,
пр€ма€, важна€, солидна€ и, как она сама себ€
называла, мысл€ща€. ќна много читала, не писала в
письмах ъ, называла мужа не ƒмитрием, а ƒимитрием,
а он втайне считал ее недалекой, узкой, неиз€щной,
бо€лс€ ее и не любил бывать дома. »змен€ть ей он
начал уже давно, измен€л часто и, веро€тно,
поэтому о женщинах отзывалс€ почти всегда дурно, и
когда в его присутствии говорили о них, то он
называл их так:
   - Ќизша€ раса!
   ≈му казалось, что он достаточно научен горьким
опытом, чтобы называть их как угодно, но все же
без "низшей расы" он не мог бы прожить и двух
дней. ¬ обществе мужчин ему было скучно, не по
себе, с ними он был неразговорчив, холоден, но
когда находилс€ среди женщин, то чувствовал себ€
свободно и знал, о чем говорить с ними и как
держать себ€; и даже молчать с ними ему было
легко. ¬ его наружности, в характере, во всей его
натуре было что-то привлекательное, неуловимое,
что располагало к нему женщин, манило их; он знал
об этом, и самого его тоже кака€-то сила влекла к
ним.
   ќпыт многократный, в самом деле горький опыт,
научил его давно, что вс€кое сближение, которое
вначале так при€тно разнообразит жизнь и
представл€етс€ милым и легким приключением, у
пор€дочных людей, особенно у москвичей, т€желых на
подъем, нерешительных, неизбежно вырастает в целую
задачу, сложную чрезвычайно, и положение в конце
концов становитс€ т€гостным. Ќо при вс€кой новой
встрече с интересною женщиной, этот опыт как-то
ускользал из пам€ти, и хотелось жить, и все
казалось так просто и забавно.
   » вот однажды, под вечер, он обедал в саду, а дама
в берете подходила не спеша, чтобы зан€ть соседний
стол. ≈е выражение, походка, платье, прическа
говорили ему, что она из пор€дочного общества,
замужем, в ялте в первый раз и одна, что ей скучно
здесь... ¬ рассказах о нечистоте местных нравов
много неправды, он презирал их и знал, что такие
рассказы в большинстве сочин€ютс€ людьми, которые
сами бы охотно грешили, если б умели; но когда
дама села за соседний стол в трех шагах от него,
ему вспомнились эти рассказы о легких победах, о
поездках в горы, и соблазнительна€ мысль о скорой,
мимолетной св€зи, о романе с неизвестною женщиной,
которой не знаешь по имени и фамилии, вдруг
овладела им.
   ќн ласково поманил к себе шпица и, когда тот
подошел, погрозил ему пальцем. Ўпиц заворчал.
√уров оп€ть погрозил.
   ƒама взгл€нула на него и тотчас же опустила глаза.
   - ќн не кусаетс€, - сказала она и покраснела.
   - ћожно дать ему кость? - и когда она
утвердительно кивнула головой, он спросил
приветливо: - ¬ы давно изволили приехать в ялту?
   - ƒней п€ть.
   - ј € уже дот€гиваю здесь вторую неделю.
   ѕомолчали немного.
   - ¬рем€ идет быстро, а между тем здесь така€
скука! - сказала она, не гл€д€ на него.
   - Ёто только прин€то говорить, что здесь скучно.
ќбыватель живет у себ€ где-нибудь в Ѕелеве или
∆издре - и ему не скучно, а приедет сюда: "јх,
скучно! ах, пыль!" ѕодумаешь, что он из √ренады
приехал.
   ќна засме€лась. ѕотом оба продолжали есть молча,
как незнакомые; но после обеда пошли р€дом - и
началс€ шутливый, легкий разговор людей свободных,
довольных, которым все равно, куда бы ни идти, о
чем ни говорить. ќни гул€ли и говорили о том, как
странно освещено море; вода была сиреневого цвета,
такого м€гкого и теплого, и по ней от луны шла
золота€ полоса. √оворили о том, как душно после
жаркого дн€. √уров рассказал, что он москвич, по
образованию филолог, но служит в банке; готовилс€
когда-то петь в частной опере, но бросил, имеет в
ћоскве два дома... ј от нее он узнал, что она
выросла в ѕетербурге, но вышла замуж в —., где
живет уже два года, что пробудет она в ялте еще с
мес€ц и за ней, быть может, приедет ее муж,
которому тоже хочетс€ отдохнуть. ќна никак не
могла объ€снить, где служит ее муж, - в губернском
правлении или в губернской земской управе, и это
ей самой было смешно. » узнал еще √уров, что ее
зовут јнной —ергеевной.
   ѕотом у себ€ в номере он думал о ней, о том, что
завтра она, наверное, встретитс€ с ним. “ак должно
быть. Ћожась спать, он вспомнил, что она еще так
недавно была институткой, училась все равно как
теперь его дочь, вспомнил, сколько еще несмелости,
угловатости было в ее смехе, в разговоре с
незнакомым, - должно быть, это первый раз в жизни
она была одна, в такой обстановке, когда за ней
ход€т и на нее смотр€т, и говор€т с ней только с
одною тайною целью, о которой она
не может не догадыватьс€. ¬спомнил он ее тонкую,
слабую шею, красивые серые глаза.
   "„то-то в ней есть жалкое все-таки", - подумал он
и стал засыпать.
II
   ѕрошла недел€ после знакомства. Ѕыл праздничный
день. ¬ комнатах было душно, а на улицах вихрем
носилась пыль, срывало шл€пы. ¬есь день хотелось
пить, и √уров часто заходил в павильон и предлагал
јнне —ергеевне то воды с сиропом, то мороженого.
Ќекуда было деватьс€.
   ¬ечером, когда немного утихло, они пошли на мол,
чтобы посмотреть, как придет пароход. Ќа пристани
было много гул€ющих; собрались встречать кого-то,
держали букеты. » тут отчетливо бросались в глаза
две особенности нар€дной €лтинской толпы: пожилые
дамы были одеты как молодые и было много генералов.
   ѕо случаю волнени€ на море пароход пришел поздно,
когда уже село солнце, и, прежде чем пристать к
молу, долго поворачивалс€. јнна —ергеевна смотрела
в лорнетку на пароход и на пассажиров, как бы
отыскива€ знакомых, и когда обращалась к √урову,
то глаза у нее блестели. ќна много говорила, и
вопросы у нее были отрывисты, и она сама тотчас же
забывала, о чем спрашивала; потом потер€ла в толпе
лорнетку.
   Ќар€дна€ толпа расходилась, уже не было видно лиц,
ветер стих совсем, а √уров и јнна —ергеевна
сто€ли, точно ожида€, не сойдет ли еще кто с
парохода. јнна —ергеевна уже молчала и нюхала
цветы, не гл€д€ на √урова.
   - ѕогода к вечеру стала получше, - сказал он. -
 уда же мы теперь пойдем? Ќе поехать ли нам
куда-нибудь?
   ќна ничего не ответила.
   “огда он пристально посмотрел на нее и вдруг обн€л
ее и поцеловал в губы, и его обдало запахом и
влагой цветов, и тотчас же он пугливо огл€делс€:
не видел ли кто?
   - ѕойдемте к вам... - проговорил он тихо.
   » оба пошли быстро.
   ” нее в номере было душно, пахло духами, которые
она купила в €понском магазине. √уров, гл€д€ на не
теперь, думал: " аких только не бывает в жизни
встреч!" ќт прошлого у него сохранилось
воспоминание о беззаботных, добродушных женщинах,
веселых от любви, благодарных ему за счастье, хот€
бы очень короткое; и о таких, - как, например, его
жена, - которые любили без искренности, с
излишними разговорами, манерно, с истерией, с
таким выражением, как будто то была не любовь, не
страсть, а что-то более значительное; и о таких
двух-трех, очень красивых, холодных, у которых
вдруг промелькало на лице хищное выражение,
упр€мое желание вз€ть, выхватить у жизни больше,
чем она может дать, и это были не первой
молодости, капризные, не рассуждающие, властные,
не умные женщины, и когда √уров охладевал к ним,
то красота их возбуждала в нем ненависть, и
кружева на их белье казались тогда похожими на
чешую.
   Ќо тут все та же несмелость, угловатость неопытной
молодости, неловкое чувство; и было впечатление
растер€нности, как будто кто вдруг постучал в
дверь. јнна —ергеевна, эта "дама с собачкой", к
тому, что произошло, отнеслась как-то особенно,
очень серьезно, точно к своему падению, - так
казалось, и это было странно и некстати. ” нее
опустились, зав€ли черты и по сторонам лица
печально висели длинные волосы, она задумалась в
унылой позе, точно грешница на старинной картине.
   - Ќехорошо, - сказала она. - ¬ы же первый мен€ не
уважаете теперь.
   Ќа столе в номере был арбуз. √уров отрезал себе
ломоть и стал есть не спеша. ѕрошло по крайней
мере полчаса в молчании.
   јнна —ергеевна была трогательна, от нее ве€ло
чистотой пор€дочной, наивной, мало жившей женщины;
одинока€ свеча, горевша€ на столе, едва освещала
ее лицо, но было видно, что у нее нехорошо на душе.
   - ќтчего бы € мог перестать уважать теб€? -
спросил √уров. - “ы сама не знаешь, что говоришь.
   - ѕусть бог мен€ простит! - сказала она, и глаза у
нее наполнились слезами. - Ёто ужасно.
   - “ы точно оправдываешьс€.
   - „ем мне оправдатьс€? я дурна€, низка€ женщина, €
себ€ презираю и об оправдании не думаю. я не мужа
обманула, а самое себ€. » не сейчас только, а уже
давно обманываю. ћой муж, быть может, честный,
хороший человек, но ведь он лакей! я не знаю, что
он делает там, как служит, € знаю только, что он
лакей. ћне, когда € вышла за него, было двадцать
лет, мен€ томило любопытство, мне хотелось
чего-нибудь получше; ведь есть же, - говорила €
себе, - друга€ жизнь. ’отелось пожить! ѕожить и
пожить... Ћюбопытство мен€ жгло... вы этого не
понимаете, но, кл€нусь богом, € уже не могла
владеть собой, со мной что-то делалось, мен€
нельз€ было удержать, € сказала мужу, что больна,
и поехала сюда... » здесь все ходила, как в угаре,
как безумна€... и вот € стала пошлой, др€нной
женщиной, которую вс€кий может презирать.
   √урову было уже скучно слушать, его раздражал
наивный тон, это пока€ние, такое неожиданное и
неуместное; если бы не слезы на глазах, то можно
было бы подумать, что она шутит или играет роль.
   - я не понимаю, - сказал он тихо, - что же ты
хочешь?
   ќна спр€тала голову у него на груди и прижалась к
нему.
   - ¬ерьте, верьте мне, умол€ю вас... - говорила
она. - я люблю честную, чистую жизнь, а грех мне
гадок, € сама не знаю, что делаю. ѕростые люди
говор€т: нечистый попутал. » € могу теперь про
себ€ сказать, что мен€ попутал нечистый.
   - ѕолно, полно... - бормотал он.
   ќн смотрел ей в неподвижные, испуганные глаза,
целовал ее, говорил тихо и ласково, и она
понемногу успокоилась, и веселость вернулась к
ней; стали оба сме€тьс€.
   ѕотом, когда они вышли, на набережной не было ни
души, город со своими кипарисами имел совсем
мертвый вид, но море еще шумело и билось о берег;
один баркас качалс€ на волнах, и на нем сонно
мерцал фонарик.
   Ќашли извозчика и поехали в ќреанду.
   - я сейчас внизу в передней узнал твою фамилию: на
доске написано фон ƒидериц, - сказал √уров. - “вой
муж немец??
   - Ќет, у него, кажетс€, дед был немец, но сам он
православный.
   ¬ ќреанде сидели на скамье, недалеко от церкви,
смотрели вниз на море и молчали. ялта была едва
видна сквозь утренний туман, на вершинах гор
неподвижно сто€ли белые облака. Ћиства не
шевелилась на деревь€х, кричали цикады и
однообразный, глухой шум мор€, доносившийс€ снизу,
говорил о покое, о вечном сне, какой ожидает нас.
“ак шумело внизу, когда еще тут не было ни ялты,
ни ќреанды, теперь шумит и будет шуметь так же
равнодушно и глухо, когда нас не будет. » в этом
посто€нстве, в полном равнодушии к жизни и смерти
каждого из нас кроетс€, быть может, залог нашего
вечного спасени€, непрерывного движени€ жизни на
земле, непрерывного совершенства. —ид€ р€дом с
молодой женщиной, котора€ на рассвете казалась
такой красивой, успокоенный и очарованный в виду
этой сказочной обстановки - мор€, гор, облаков,
широкого неба, √уров думал о том, как, в сущности,
если вдуматьс€, все прекрасно на этом свете, все,
кроме того, что мы сами мыслим и делаем, когда
забываем о высших цел€х быти€, о своем
человеческом достоинстве.
   ѕодошел какой-то человек - должно быть, сторож, -
посмотрел на них и ушел. » эта подробность
показалась такой таинственной и тоже красивой.
¬идно было, как пришел пароход из ‘еодосии,
освещенный утренней зарей, уже без огней.
   - –оса на траве, - сказала јнна —ергеевна после
молчани€.
   - ƒа. ѕора домой.
   ќни вернулись в город.
   ѕотом каждый полдень они встречались на набережной,
завтракали вместе, обедали, гул€ли, восхищались
морем. ќна жаловалась, что дурно спит и что у нее
тревожно бьетс€ сердце, задавала все одни и те же
вопросы, волнуема€ то ревностью, то страхом, что он
недостаточно ее уважает. » часто на сквере в саду,
когда вблизи их никого не было, он вдруг привлекал
ее к себе и целовал страстно. —овершенна€
праздность, эти поцелуи среди белого дн€, с
огл€дкой и страхом, как бы кто не увидел, жара,
запах мор€ и посто€нное мелькание перед глазами
праздных, нар€дных, сытых людей точно переродили
его: он говорил јнне —ергеевне о том, как она
хороша, как соблазнительна, был нетерпеливо
страстен, не отходил от нее ни на шаг, а она часто
задумывалась и все просила его сознатьс€, что он
ее не уважает, нисколько не любит, а только видит
в ней пошлую женщину. ѕочти каждый вечер попозже
они уезжали куда-нибудь за город, в ќреанду или на
водопад; и прогулка удавалась, впечатлени€
неизменно вс€кий раз были прекрасны, величавы.
   ∆дали, что приедет муж. Ќо пришло от него письмо,
в котором он извещал, что у него разболелись
глаза, и умол€л жену поскорее вернутьс€ домой.
јнна —ергеевна заторопилась.
   - Ёто хорошо, что € уезжаю, - говорила она √урову.
- Ёто сама судьба.
   ќна поехала на лошад€х, и он провожал ее. ≈хали
целый день.  огда она садилась в вагон курьерского
поезда и когда пробил второй звонок, она говорила:
   - ƒайте € погл€жу на вас еще... ѕогл€жу еще раз.
¬от так.
   ќна не плакала, но была грустна, точно больна, и
лицо у нее дрожало.
   - я буду о вас думать... вспоминать, - говорила
она. - √осподь с вами, оставайтесь. Ќе поминайте
лихом. ћы навсегда прощаемс€, это так нужно,
потому что не следовало бы вовсе встречатьс€. Ќу,
господь с вами.
   ѕоезд ушел быстро, его огни скоро исчезли, и через
минуту уже не было слышно шума, точно все
сговорилось нарочно, чтобы прекратить поскорее это
сладкое забытье, это безумие. », оставшись один на
платформе и гл€д€ в темную даль, √уров слушал крик
кузнечиков и гудение телеграфных проволок с таким
чувством, как будто только что проснулс€. » он
думал о том, что вот в его жизни было еще одно
похождение или приключение, и оно тоже уже
кончилось, и осталось теперь воспоминание... ќн
был растроган, грустен и испытывал легкое
раска€ние; ведь эта молода€ женщина, с которой он
больше уже никогда не увидитс€, не была с ним
счастлива; он был приветлив с ней и сердечен, но
все же в обращении с ней, в его тоне и ласках
сквозила тенью легка€ насмешка, грубоватое
высокомерие счастливого мужчины, который к тому же
почти вдвое старше ее. ¬се врем€ она называла его
добрым, необыкновенным, возвышенным; очевидно, он
казалс€ ей не тем, чем был на самом деле, значит
невольно обманывал ее...
   «десь на станции уже пахло осенью, вечер был
прохладный.
   "ѕора и мне на север, - думал √уров, уход€ с
платформы. - ѕора!"
III
   ƒома в ћоскве уже все было по-зимнему, топили печи
и по утрам, когда дети собирались в гимназию и
пили чай, было темно, и н€н€ ненадолго зажигала
огонь. ”же начались морозы.  огда идет первый
снег, в первый день езды на сан€х, при€тно видеть
белую землю, белые крыши, дышитс€ м€гко, славно, и
в это врем€ вспоминаютс€ юные годы. ” старых лип и
берез, белых от ине€, добродушное выражение, они
ближе к сердцу, чем кипарисы и пальмы, и вблизи
них уже не хочетс€ думать о горах и море.
   √уров был москвич, вернулс€ он в ћоскву в хороший,
морозный день, и когда надел шубу и теплые
перчатки и прошелс€ по ѕетровке и когда в субботу
вечером услышал звон колоколов, то недавн€€
поездка и места, в которых он был, утер€ли дл€
него все очарование. ћало-помалу он окунулс€ в
московскую жизнь, уже с жадностью прочитывал по
три газеты в день и говорил, что не читает
московских газет из принципа. ≈го уже т€нуло в
рестораны, клубы, на званые обеды, юбилеи, и уже
ему было лестно, что у него бывают известные
адвокаты и артисты и что в ƒокторском клубе он
играет в карты с профессором. ”же он мог съесть
целую порцию сел€нки на сковороде...
   ѕройдет какой-нибудь мес€ц, и јнна —ергеевна,
казалось ему, покроетс€ в пам€ти туманом и только
изредка будет снитьс€ с трогательной улыбкой, как
снились другие. Ќо прошло больше мес€ца, наступила
глубока€ зима, а в пам€ти все было €сно, точно
рассталс€ он с јнной —ергеевной только вчера. »
воспоминани€ разгорались все сильнее. ƒоносились
ли в вечерней тишине в его кабинет голоса детей,
приготовл€вших уроки, слышал ли он романс, или
орган в ресторане, или завывала в камине метель,
как вдруг воскресало в пам€ти все: и то, что было
на молу, и раннее утро с туманом на горах, и
пароход из ‘еодосии, и поцелуи. ќн долго ходил по
комнате, и вспоминал, и улыбалс€, и потом
воспоминани€ переходили в мечты, и прошедшее в
воображении мешалось с тем, что будет. јнна
—ергеевна не снилась ему, а шла за ним всюду, как
тень, и следила за ним. «акрывши глаза, он видел
ее, как живую, и она казалась красивее, моложе,
нежнее, чем была; и сам он казалс€ себе лучше, чем
был тогда, в ялте. ќна по вечерам гл€дела на него
из книжного шкафа, из камина, из угла, он слышал
ее дыхание, ласковый шорох ее одежды. Ќа улице он
провожал взгл€дом женщин, искал, нет ли похожей на
нее...
   » уже томило сильное желание поделитьс€ с
кем-нибудь своими воспоминани€ми. Ќо дома нельз€
было говорить о своей любви, а вне дома - не с
кем. Ќе с жильцами же и не в банке. » о чем
говорить? –азве он любил тогда? –азве было
что-нибудь красивое, поэтическое, или
поучительное, или просто интересное в его
отношени€х к јнне —ергеевне? » приходилось
говорить неопределенно о любви, о женщинах, и
никто не догадывалс€, в чем дело, и только жена
шевелила своими темными бров€ми и говорила:
   - “ебе, ƒимитрий, совсем не идет роль фата.
   ќднажды ночью, выход€ из ƒокторского клуба со
своим партнером, чиновником, он не удержалс€ и
сказал:
   - ≈сли б вы знали, с какой очаровательной женщиной
€ познакомилс€ в ялте!
   „иновник сел в сани и поехал, но вдруг обернулс€ и
окликнул:
   - ƒмитрий ƒмитрич!
   - „то?
   -ј давеча вы были правы: осетрина-то с душком!
   Ёти слова, такие обычные, почему-то вдруг
возмутили √урова, показались ему унизительными,
нечистыми.  акие дикие нравы, какие лица! „то за
бестолковые ночи, какие неинтересные, незаметные
дни! Ќеистова€ игра в карты, обжорство, пь€нство,
посто€нные разговоры все об одном. Ќенужные дела и
разговоры все об одном охватывают на свою долю
лучшую часть времени, лучшие силы, и в конце
концов остаетс€ кака€-то куца€, бескрыла€ жизнь,
кака€-то чепуха, и уйти и бежать нельз€, точно
сидишь в сумасшедшем доме или в арестантских ротах!
   √уров не спал всю ночь и возмущалс€, и затем весь
день провел с головной болью. » в следующие ночи
он спал дурно, все сидел в постели и думал или
ходил из угла в угол. ƒети ему надоели, банк
надоел, не хотелось никуда идти, ни о чем говорить.
   ¬ декабре на праздниках он собралс€ в дорогу и
сказал жене, что уезжает в ѕетербург хлопотать за
одного молодого человека - и уехал в —. «ачем? ќн
и сам не знал хорошо. ≈му хотелось повидатьс€ с
јнной —ергеевной и поговорить, устроить свидание,
если можно.
   ѕриехал он в —. утром и зан€л в гостинице лучший
номер, где весь пол был обт€нут серым солдатским
сукном, и была на столе чернильница, сера€ от
пыли, со всадником на лошади, у которого была
подн€та рука со шл€пой, а голова отбита. Ўвейцар
дал ему нужные сведени€: фон ƒидериц живет на
—таро-√ончарной улице, в собственном доме, - это
недалеко от гостиницы, живет хорошо, богато, имеет
своих лошадей, его все знают в городе. Ўвейцар
выговаривал так: ƒрыдыриц.
   √уров не спеша пошел на —таро-√ончарную, отыскал
дом.  ак раз против дома т€нулс€ забор, серый,
длинный, с гвозд€ми.
   "ќт такого забора убежишь", - думал √уров,
погл€дыва€ то на окна, то на забор.
   ќн соображал: сегодн€ день неприсутственный, и
муж, веро€тно, дома. ƒа и все равно, было бы
бестактно войти в дом и смутить. ≈сли же послать
записку, то она, пожалуй, попадет в руки мужу, и
тогда все можно испортить. Ћучше всего положитьс€
на случай. » он все ходил по улице и около забора
и поджидал этого случа€.
ќн видел, как в ворота вошел нищий и на него
напали собаки, потом, час спуст€, слышал игру на
ро€ле, и звуки доносились слабые, не€сные. ƒолжно
быть, јнна —ергеевна играла. ѕарадна€ дверь вдруг
отворилась и из нее вышла кака€-то старушка, а за
нею бежал знакомый шпиц. √уров хотел позвать
собаку, но у него вдруг забилось сердце, и он от
волнени€ не мог вспомнить, как зовут шпица.
   ќн ходил, и все больше и больше ненавидел серый
забор, и уже думал с раздражением, что јнна
—ергеевна забыла о нем и, быть может, уже
развлекаетс€ с другим, и это так естественно в
положении молодой женщины, котора€ вынуждена с
утра до вечера видеть этот прокл€тый забор. ќн
вернулс€ к себе в номер и долго сидел на диване,
не зна€, что делать, потом обедал, потом долго
спал.
   " ак все это глупо и беспокойно, - думал он,
проснувшись и гл€д€ на темные окна: был уже вечер.
- ¬от и выспалс€ зачем-то. „то же € теперь ночью
буду делать?"
   ќн сидел на постели, покрытой дешевым серым, точно
больничным, оде€лом, и дразнил себ€ с досадой:
   "¬от тебе и дама с собачкой... ¬от тебе и
приключение... ¬от и сиди тут".
   ≈ще утром, на вокзале, ему бросилась в глаза афиша
с очень крупными буквами: шла в первый раз
"√ейша". ќн вспомнил об этом и поехал в театр.
   "ќчень возможно, что она бывает на первых
представлени€х", - думал он.
   “еатр был полон.. » тут, как вообще во всех
губернских театрах, был туман повыше люстры, шумно
беспокоилась галерка; в первом р€ду перед началом
представлени€ сто€ли местные франты, заложив руки
назад; и тут, в губернаторской ложе, на первом
месте сидела губернаторска€ дочь в боа, а сам
губернатор скромно пр€талс€ за портьерой, и видны
были только его руки; качалс€ занавес, оркестр
долго настраивалс€. ¬се врем€, пока публика
входила и занимала места, √уров жадно искал
глазами.
   ¬ошла и јнна —ергеевна. она села в третьем р€ду, и
когда √уров взгл€нул на нее, то сердце у него сжалось,
и он пон€л €сно, что дл€ него теперь на всем свете нет
ближе, дороже и важнее человека; она, затер€вша€с€
в провинциальной толпе, эта маленька€ женщина,
ничем не замечательна€, с вульгарною лорнеткой в
руках, наполн€ла теперь всю его жизнь, была его
горем, радостью, единственным счастьем, какого он
теперь желал дл€ себ€; и под звуки плохого
оркестра, др€нных обывательских скрипок, он думал
о том, как она хороша. ƒумал и мечтал.
   ¬месте с јнной —ергеевной вошел и сел р€дом
молодой человек с небольшими бакенами, очень
высокий, сутулый; он при каждом шаге покачивал
головой и, казалось, посто€нно клан€лс€. ¬еро€тно,
это был муж, которого она тогда в ялте, в порыве
горького чувства, обозвала лакеем. » в самом деле,
в его длинной фигуре, в бакенах, в небольшой
лысине было что-то лакейски-скромное, улыбалс€ он
сладко, и в петлице у него блестел какой-то ученый
значок, точно лакейский номер.
   ¬ первом антракте муж ушел курить, она осталась в
кресле. √уров, сидевший тоже в партере, подошел к
ней и сказал дрожащим голосом, улыба€сь насильно:
   - «дравствуйте.
   ќна взгл€нула на него и побледнела, потом еще раз
взгл€нула с ужасом, не вер€ глазам, и крепко сжала
в руках вместе веер и лорнетку, очевидно бор€сь с
собой, чтобы не упасть в обморок. ќба молчали. ќна
сидела, он сто€л, испуганный ее смущением, не
реша€сь сесть р€дом. «апели настраиваемые скрипки
и флейта, стало вдруг страшно, казалось, что из
всех лож смотр€т. Ќо вот она встала и быстро пошла
к выходу; он - за ней, и оба шли бестолково, по
коридорам, по лестницам, то поднима€сь, то
спуска€сь, и мелькали у них перед глазами какие-то
люди в судейских, учительских и удельных мундирах,
и все со значками; мелькали дамы, шубы на
вешалках, дул сквозной ветер, обдава€ запахом
табачных окурков. » √уров, у которого сильно
билось сердце, думал: "ќ, господи! » к чему эти
люди, этот оркестр..."
   » в эту минуту он вдруг вспомнил: как тогда
вечером на станции, проводив јнну —ергеевну,
говорил себе, что все кончилось и они уже никогда
не увид€тс€. Ќо как еще далеко было до конца!
Ќа узкой, мрачной лестнице, где было написано "ход
в амфитеатр", она остановилась.
   -  ак вы мен€ испугали! - сказала она, т€жело
дыша, все еще бледна€, ошеломленна€. - ќ, как вы
мен€ испугали! я едва жива. «ачем вы приехали?
«ачем?
   - Ќо поймите, јнна, поймите... - проговорил он
вполголоса, тороп€сь. - ”мол€ю вас, поймите...
   ќна гл€дела на него со страхом, с мольбой, с
любовью, гл€дела пристально, чтобы покрепче
задержать в пам€ти его черты.
   - я так страдаю! - продолжала она, не слуша€ его.
- я все врем€ думала только о вас, € жила мысл€ми
о вас. » мне хотелось забыть, забыть, но зачем,
зачем вы приехали?
   ѕовыше, на площадке, два гимназиста курили и
смотрели вниз, но √урову было все равно, он
привлек к себе јнну —ергеевну и стал целовать ее
лицо, щеки, руки.
   - „то вы делаете, что вы делаете! - говорила она в
ужасе, отстран€€ его от себ€. - ћы с вами
обезумели. ”езжайте сегодн€ же, уезжайте сейчас...
«аклинаю вас всем св€тым, умол€ю... —юда идут!
   ѕо лестнице снизу вверх кто-то шел.
   - ¬ы должны уехать... - продолжала јнна —ергеевна
шепотом. - —лышите, ƒмитрий ƒмитрич. я приеду к
вам в ћоскву. я никогда не была счастлива, €
теперь несчастна и никогда, никогда не буду
счастлива, никогда! Ќе заставл€йте же мен€
страдать еще больше!  л€нусь, € приеду в ћоскву. ј
теперь расстанемс€! ћой милый, добрый, дорогой
мой, расстанемс€!
   ќна пожала ему руку и стала быстро спускатьс€
вниз, все огл€дыва€сь на него, и по глазам ее было
видно, что она в самом деле не была счастлива...
√уров посто€л немного, прислушалс€, потом, когда
все утихло, отыскал свою вешалку и ушел из театра.
IV
   » јнна —ергеевна стала приезжать к нему в ћоскву.
–аз в два-три мес€ца она уезжала из —. и говорила
мужу, что едет посоветоватьс€ с профессором насчет
своей женской болезни, - и муж верил и не верил.
ѕриехав в ћоскву, она останавливалась в
"—лав€нском базаре" и тотчас же посылала к √урову
человека в красной шапке. √уров ходил к ней, и
никто в ћоскве не знал об этом.
   ќднажды он шел к ней таким образом в зимнее утро
(посыльный был у него накануне вечером и не
застал). — ним шла его дочь, которую хотелось ему
проводить в гимназию, это было по дороге. ¬алил
крупный мокрый снег.
   - “еперь на три градуса теплее, а между тем идет
снег, - говорил √уров дочери. - Ќо ведь это тепло
только на поверхности земли, в верхних же сло€х
атмосферы совсем друга€ температура.
   - ѕапа, а почему зимой не бывает грома?
   ќн объ€снил и это. ќн говорил и думал о том, что
вот он идет на свидание, и ни одна жива€ душа не
знает об этом и, веро€тно, никогда не будет знать.
” него были две жизни: одна €вна€, которую видели
и знали все, кому это нужно было, полна€ условной
правды и условного обмана, похожа€ совершенно на
жизнь его знакомых и друзей, и друга€ -
протекавша€ тайно. » по какому-то странному
стечению обсто€тельств, быть может случайному,
все, что было дл€ него важно, интересно,
необходимо, в чем он был искренен и не обманывал
себ€, что составл€ло зерно его жизни, происходило
тайно от других, все же, что было его ложью, его
оболочкой, в которую он пр€талс€, чтобы скрыть
правду, как, например, его служба в банке, споры в
клубе, его "низша€ раса", хождение с женой на
юбилеи, - все это было €вно. » по себе он судил о
других, не верил тому, что видел, и всегда
предполагал, что у каждого человека под покровом
тайны, как под покровом ночи, проходит его
насто€ща€, сама€ интересна€ жизнь.  аждое личное
существование держитс€ на тайне, и, быть может,
отчасти поэтому культурный человек так нервно
хлопочет о том, чтобы уважалась лична€ тайна.
   ѕроводив дочь в гимназию, √уров отправилс€ в
"—лав€нский базар". ќн сн€л шубу внизу, подн€лс€
наверх и тихо постучал в дверь. јнна —ергеевна,
одета€ в его любимое серое платье, утомленна€
дорогой и ожиданием, поджидала его со вчерашнего вечера;
она была бледна, гл€дела на него и не улыбалась, и
едва он вошел, как она уже припала к его груди.
“очно они не виделись года два, поцелуй их был
долгий, длительный.
   - Ќу, как живешь там? - спросил он. - „то нового?
   - ѕогоди, сейчас скажу... Ќе могу.
   ќна не могла говорить, так как плакала.
ќтвернулась от него и прижала платок к глазам.
   "Ќу, пуска€ поплачет, а € пока посижу", - подумал
он и сел в кресло.
   ѕотом он позвонил и сказал, чтобы ему принесли
чаю; и потом, когда пил чай, она все сто€ла,
отвернувшись к окну... ќна плакала от волнени€, от
скорбного сознани€, что их жизнь так печально
сложилась; они вид€тс€ только тайно, скрываютс€ от
людей, как воры! –азве жизнь их не разбита?
   - Ќу, перестань! - сказал он.
   ƒл€ него было очевидно, что эта их любовь кончитс€
еще не скоро, неизвестно когда. јнна —ергеевна
прив€зывалась к нему все сильнее, обожала его, и
было бы немыслимо сказать ей, что все это должно
же иметь когда-нибудь конец; да она бы и не
поверила этому.
   ќн подошел к ней и вз€л ее за плечи, чтобы
приласкать, пошутить, и в это врем€ увидел себ€ в
зеркале.
   √олова его уже начинала седеть. » ему показалось
странным, что он так постарел за последние годы,
так подурнел. ѕлечи, на которых лежали его руки,
были теплы и вздрагивали. ќн почувствовал
сострадание к этой жизни, еще такой теплой и
красивой, но, веро€тно, уже близкой к тому, чтобы
начать блекнуть и в€нуть, как его жизнь. «а что
она его любит так? ќн всегда казалс€ женщинам не
тем, кем был, и любили в нем не его самого, а
человека, которого создавало их воображение и
которого они в своей жизни жадно искали; и потом,
когда замечали свою ошибку, то все-таки любили. »
ни одна из них не была с ним счастлива. ¬рем€ шло,
он знакомилс€, сходилс€, расставалс€, но ни разу
не любил; было вес, что угодно, но только не
любовь.
   » только теперь, когда у него голова стала седой,
он полюбил как следует, по-насто€щему - первый раз
в жизни.
   јнна —ергеевна и он любили друг друга, как очень
близкие, родные люди, как муж и жена, как нежные
друзь€; им казалось, что сама судьба предназначила
их друг дл€ друга, и было непон€тно, дл€ чего он
женат, а она замужем; и точно это были две
перелетные птицы, самец и самка, которых поймали и
заставили жить в отдельных клетках. ќни простили
друг другу то, чего стыдились в своем прошлом,
прощали все в насто€щем и чувствовали, что эта их
любовь изменила их обоих.
   ѕрежде в грустные минуты он успокаивал себ€
вс€кими рассуждени€ми, какие только приходили ему
в голову, теперь же ему было не до рассуждений, он
чувствовал глубокое сострадание, хотелось быть
искренним, нежным...
   - ѕерестань, мо€ хороша€, - говорил он, -
поплакала - и будет... “еперь давай поговорим,
что-нибудь придумаем.
   ѕотом они долго советовались, говорили о том, как
избавить себ€ от необходимости пр€татьс€,
обманывать, жить в разных городах, не видетьс€
подолгу.  ак освободитьс€ от этих невыносимых пут?
   -  ак?  ак? - спрашивал он, хвата€ себ€ за голову.
-  ак?
   » казалось, что еще немного - и решение будет
найдено, и тогда начнетс€ нова€, прекрасна€ жизнь;
и обоим было €сно, что до конца еще далеко-далеко
и что самое сложное и трудное только еще
начинаетс€.

ƒ≈Ћ≈÷
   ќн маклер, биржевой за€ц, дирижер в танцах, комиссионер,
шафер, кум, плакальщик на похоронах и
ходатай по делам. »ванову известен он как рь€ный консерватор,
ѕетрову же - как отъ€вленный нигилист.
–адуетс€ чужим свадьбам, носит дет€м конфеты и терпеливо
беседует со старухами. ќдет всегда по моде
и причесан a la  апуль. »меет большую пам€тную
книжку, которую держит втайне. ƒелаем из нее
выдержки:
   "ѕотрачено на угощение кн€жеского камердинера
   "Ќе забыть показать графине ƒыриной новый пась€нс
из колоды, размещаютс€ в форме круга; следующие
кладутс€, как знаешь, на одну или другую из этих
карт, невзира€ на масть до по€влени€ червонной дамы и
проч. Ќапомнить кстати о ѕете —ивухине, желающем поступить
в ƒримадерский полк. “ут же переговорить
с горничной ќлей касательно выкроек дл€ купчихи
¬ыбухиной".
   "«а сватовство ≈рыгин не додал 7 руб. “ого же дн€
на крестинах следил € за  уцыным, либерально заговаривал
с ним о политике, но подозрительного ничего
не добилс€. ѕридетс€ подождать".
   "»нженер ‘унин заказал нан€ть квартиру дл€ его
новой содержанки и просил старую, т.е. ≈лену ћихайловну,
сбыть кому-нибудь. ќбещал сделать то и другое
   " н€гин€ ’лыдина дает за свои любовные письма
за 3000, но ни в коем разе не отдавать ей всех. “о
письмо, в котором описываетс€ свидание в саду, продать
ей особо в будущем".
   "Ѕыл свидетелем на суде. ѕомазал прокурора по
губам, а потому, когда защитник стал мен€ пощипывать,
то председатель за мен€ вступилс€".
   "Ќе забыть дать по морде агенту янкелю, чтоб не
врал".
   "¬чера у Ѕукашиных во врем€ винта следили за
получил оплеуху".
за то, что не печатали судебного отчета. Ѕудет с них
и дес€ти..."

ƒ≈Ќ№ «ј √ќ–ќƒќћ
—ценка
   ƒев€тый час утра.
   Ќавстречу солнцу ползет темна€ свинцова€ громада.
Ќа ней то там, то с€м красными зигзагами мелькает
молни€. —лышны далекие раскаты грома. “еплый ветер
гул€ет по траве, гнет деревь€ и поднимает пыль. —ейчас
брызнет майский дождь и начнетс€ насто€ща€ гроза.
   ѕо селу бегает шестилетн€€ нищенка ‘екла и ищет
сапожника “еренти€. Ѕеловолоса€, босонога€ девочка
бледна. √лаза ее расширены, губы дрожат.
   - ƒ€денька, где “ерентий?- спрашивает она каждого
встречного. Ќикто не отвечает. ¬се зан€ты приближающейс€
грозой и пр€чутс€ в избы. Ќаконец
встречаетс€ ей пономарь —илантий —илыч, друг и
при€тель “еренти€. ќн идет и шатаетс€ от ветра.
   - ƒ€денька, где “ерентий?
   - Ќа огородах,- отвечает —илантий.
   Ќищенка бежит за избы на огороды и находит там
“еренти€. —апожник “ерентий, высокий старик с р€бым
худощавым лицом и с очень длинными ногами, босой
и одетый в порванную женину кофту, стоит около гр€док
и пь€ными, посоловелыми глазками гл€дит на темную
тучу. Ќа своих длинных, точно журавлиных, ногах
он покачиваетс€ от ветра, как скворечн€.
   - ƒ€д€ “ерентий!- обращаетс€ к нему беловолоса€
нищенка.- ƒ€денька, родненький!
   “ерентий нагибаетс€ к ‘екле, и его пь€ное суровое
лицо покрываетс€ улыбкой, кака€ бывает на лицах
людей, когда они вид€т перед собой что-нибудь маленькое,
глупенькое, смешное, но гор€чо любимое.
   - ј-аа... раба божи€ ‘екла!- говорит он, нежно
сюсюка€.- ќткуда бог принес?
   - ƒ€денька “ерентий,- всхлипывает ‘екла, дерга€
сапожника за полу.- — братцем ƒанилкой беда
приключилась! ѕойдем!
   -  ака€ така€ беда? ”-ух, какой гром! —в€т, св€т,
св€т...  ака€ беда?
   - ¬ графской роще ƒанилка засунул в дупло руку
и вытащить теперь не может. ѕоди, д€денька, вынь ему
руку, сделай милость!
   -  ак же это он руку засунул? «ачем?
   - ’отел достать мне из дупла кукушечье
€йцо.
   - Ќе успел еще день начатьс€, а у вас уже горе...-
крутит головой “ерентий, медленно сплевыва€.- Ќу,
что ж мне тапер€ с тобой делать? Ќадо идтить... Ќадо,
волк вас заешь, баловников! ѕойдем, сирота!
   “ерентий идет с огорода и, высоко поднима€ свои
длинные ноги, начинает шагать вдоль по улице. ќн
идет быстро, не гл€д€ по сторонам и не останавлива€сь,
точно его пихают сзади или пугают погоней. «а ним
едва поспевает нищенка ‘екла.
   ѕутники выход€т из деревни и по пыльной дороге
направл€ютс€ к синеющей вдали графской роще.   ней
версты две будет. ј тучи уже заволокли солнце, и
скоро на небе не останетс€ ни одного голубого местечка.
“емнеет.
   - —в€т, св€т, св€т,- шепчет ‘екла, спеша за “ерентием.
   ѕервые брызги, крупные и т€желые, черными точками
ложатс€ на пыльную дорогу. Ѕольша€ капл€
падает на щеку ‘еклы и ползет слезой к подбородку.
   - ƒождь началс€!- бормочет сапожник, взбудоражива€
пыль своими босыми костистыми ногами.-
Ёто слава богу, брат ‘екла. ƒождиком трава и деревь€
питаютс€, как мы хлебом. ј в рассуждении грома ты
не бойс€, сиротка. «а что теб€ этакую махонькую
убивать?
   ¬етер, когда пошел дождь, утихает. Ўумит только
дождь, стуча, как мелка€ дробь, по молодой ржи и
сухой дороге.
   - »змокнем мы с тобой, ‘еклушка!- бормочет
“ерентий.- —ухого места не останетс€... ’о-хо, брат!
«а шею потекло! Ќо ты не бойс€, дура... “рава высохнет,
земл€ высохнет, и мы с тобой высохнем. —олнце
одно дл€ всех.
   Ќад головами путников сверкает молни€ сажени
в две длины. –аздаетс€ раскатистый удар, и ‘екле кажетс€,
что что-то большое, т€желое и словно круглое
катитс€ по небу и прорывает небо над самой ее головой!
   - —в€т, св€т, св€т...- креститс€ “ерентий.- Ќе
бойс€, сиротка! Ќе по злобе гремит.
   Ќоги сапожника и ‘еклы покрываютс€ кусками
т€желой мокрой глины. »дти т€жело, скользко, но “ерентий
шагает все быстрей и быстрей... ћаленька€
слабосильна€ нища€ задыхаетс€ и чуть не падает.
   Ќо вот наконец вход€т они в графскую рощу.
ќмытые деревь€, потревоженные налетевшим порывом
ветра, сыплют на них целый поток брызгов. “ерентий
спотыкаетс€ о пни и начинает идти тише.
   - √де же тут ƒанилка?- спрашивает он.- ¬еди
к нему!
   ‘екла ведет его в чащу и, пройд€ с четверть версты,
указывает ему на брата ƒанилку. ≈е брат, маленький
восьмилетний мальчик с рыжей, как охра,
головой и бледным, болезненным лицом, стоит, прислонившись
к дереву, и, склонив голову набок, коситс€
на небо. ќдна рука его придерживает поношенную
шапчонку, друга€ спр€тана в дупле старой липы.
ћальчик всматриваетс€ в грем€щее небо и, по-видимому, не
замечает своей беды. «аслышав шаги и увидев сапожника,
он болезненно улыбаетс€ и говорит:
   - —трасть какой гром, “ерентий! ќтрод€сь такого
грома не было...
   - ј рука тво€ где?
   - ¬ дупле... ¬ынь, сделай милость, “ерентий!
    рай дупла надломилс€ и ущемил руку ƒанилы:
дальше просунуть можно, а двинуть назад
никак нельз€. “ерентий надламывает отломок, и рука мальчика,
красна€ и пом€та€, освобождаетс€.
   - —трасть как гремит!- повтор€ет мальчик, почесыва€
руку.- ј отчего это гремит, “ерентий?
   - “уча на тучу надвигаетс€...- говорит сапожник.
   ѕутники выход€т из рощи и идут по опушке к чернеющей
дороге. √ром мало-помалу утихает, и раскаты
его слышатс€ уже издалека, со стороны деревни.
   - “ут, “ерентий, намедни утки пролетели...- говорит
ƒанилка, все еще почесыва€ руку.- ƒолжно,
в √нилых «аймищах на болотах с€дут. ‘екла, хочешь,
€ тебе соловьиное гнездо покажу?
   - Ќе трогай, потревожишь...- говорит “ерентий,
выжима€ из своей шапки воду.- —оловей птица певча€,
безгрешна€... ≈му голос такой в горле даден, чтоб
бога хвалить и человека увесел€ть. √решно его тревожить.
   - ј воробь€?
   - ¬оробь€ можно, зла€ птица, ехидна€. ћысли у
него в голове, словно у жулика. не любит, чтоб человеку
было хорошо.  огда ’риста распинали, он жидам
гвозди носил и кричал: "∆ив! жив!"
   Ќа небе показываетс€ светло-голубое п€тно.
   - ѕогл€ди-кось!- говорит “ерентий.- ћуравейник
разрыло! «атопило шельмов этаких!
   ѕутники нагибаютс€ над муравейником. Ћивень размыл
жилище муравьев: насекомые встревоженно
снуют по гр€зи и хлопочут около своих утонувших сожителей.
   - Ќишто вам, не околеете!- ухмыл€етс€ сапожник.-
 ак только солнышко пригреет, и придете в чувство...
Ёто вам, дуракам, наука. ¬ другой раз не будете
селитьс€ на низком месте...
   »дут дальше.
   - ј вот и пчелы!- вскрикивает ƒанилка, указыва€ на
ветку молодого дуба.
   Ќа этой ветке, тесно прижавшись друг к другу, сид€т
измокшие и оз€бшие пчелы. »х так много, что
из-за них не видно ни коры, ни листьев. ћногие сид€т
друг на друге.
   - Ёто пчелиный рой,- учит “ерентий.- ќн летал
и искал себе жиль€, а как дождь-то брызнул на него,
он и присел. ≈жели рой летит, то нужно только водой
на него брызгнуть, чтоб он сел. “апер€, скажем, ежели
захочешь их забрать, то опусти ветку с ними в мешок,
потр€си, они все и попадают.
   ћаленька€ ‘екла вдруг морщитс€ и сильно чешет
себе шею. Ѕрат гл€дит на ее шею и видит на ней большой
волдырь.
   - √е-ге!- смеетс€ сапожник.- «наешь ты, брат
‘екла, откеда у теб€ эта напасть? ¬ роще где-нибудь
на дереве сид€т шпанские мухи. ¬ода текла с них и
капнула тебе на шею - оттого и волдырь.
   —олнце показываетс€ из-за облаков и заливает лес,
поле и наших путников греющим светом. “емна€, грозна€
туча ушла уже далеко и унесла с собою грозу.
¬оздух становитс€ тепел и пахуч. ѕахнет черемухой,
медовой кашкой и ландышами.
   - Ёто зелье дают, когда из носа кровь идет,- говорит
“ерентий, указыва€ на мохнатый цветок.- ѕомогает...
   —лышитс€ свист и гром, но не тот гром, который
только что унесли с собой тучи. ѕеред глазами “еренти€,
ƒанилы и ‘еклы мчитс€ товарный поезд. Ћокомотив,
пыхт€ и дыша черным дымом, тащит за собой
больше двадцати вагонов. —ила у него необыкновенна€.
ƒет€м интересно бы знать, как это локомотив, не живой
и без помощи лошадей, может двигатьс€ и тащить
такую т€жесть, и “ерентий беретс€ объ€сн€ть им это:
   - “ут, реб€та, вс€ штука в паре... ѕар действует...
ќн, стало быть, прет под энту штуку, что около колес,
а оно и тово... этого... и действует...
   ѕутники проход€т через полотно железной дороги и
затем, спустившись с насыпи, идут к реке. »дут они не
за делом, а куда глаза гл€д€т, и всю дорогу разговаривают.
ƒанила спрашивает, “ерентий отвечает...
   “ерентий отвечает на все вопросы, и нет в природе
той тайны, котора€ могла бы поставить его в тупик. ќн
знает все. “ак, он знает названи€ всех полевых трав,
животных и камней. ќн знает, какими травами лечат
болезни, не затруднитс€ узнать, сколько лошади или
корове лет. √л€д€ на заход солнца, на луну, на птиц,
он может сказать, кака€ завтра будет погода. ƒа и не
один “ерентий так разумен. —илантий —илыч, кабатчик,
огородник, пастух, вообще вс€ деревн€, знают
столько же, сколько и он. ”чились эти люди не по книгам,
а в поле, в лесу, на берегу реки. ”чили их сами
птицы, когда пели им песни, солнце, когда, заход€,
оставл€ло после себ€ багровую зарю, сами деревь€
и травы.
   ƒанилка гл€дит на “еренти€ и с жадностью вникает
в каждое его слово. ¬есной, когда еще не надоели
тепло и однообрази€ зелень полей, когда все ново
и дышит свежестью, кому не интересно слушать про золотистых
майских жуков, про журавлей, про колос€щийс€
хлеб и журчащие ручьи?
   ќба, сапожник и сирота, идут по полю, говор€т без
умолку и не утомл€ютс€. ќни без конца бы ходили по
белу свету. »дут они и в разговорах про красоту земли
не замечают, что за ними следом семенит маленька€,
тщедушна€  нищенка. ќна т€жело ступает и задыхаетс€.
—лезы повисли на ее глазах. ќна рада бы оставить этих
неутомимых странников, но куда и к кому может
она уйти? ” нее нет ни дома, ни родных. ’очешь не
хочешь, а иди и слушай разговоры.
   ѕеред полуднем все трое сад€тс€ на берегу реки.
ƒанила вынимает из мешка кусок измокшего, превратившегос€
в кашицу хлеба, и путники начинают есть.
«акусив хлебом, “ерентий молитс€ богу, потом раст€гиваетс€
на песчаном берегу и засыпает. ѕока он спит,
мальчик гл€дит на воду и думает. ћного у него разных
дум. Ќедавно он видел грозу, пчел, муравьев, поезд,
теперь же перед его глазами сует€тс€ рыбешки. ќдни
рыбки с вершок и больше, другие не длиннее ногт€. ќт
одного берега к другому, подн€в вверх голову, проплывает
гадюка.
   “олько к вечеру наши странники возвращаютс€
в деревню. ƒети идут на ночлег в заброшенный сарай,
где прежде ссыпалс€ общественный хлеб, а “ерентий,
простившись с ними, направл€етс€ к кабаку. ѕрижавшись
друг к другу, дети лежат на соломе и дремлют.
   ћальчик не спит. ќн смотрит в темноту, и ему кажетс€,
что он видит все, что видел днем: тучи, €ркое
солнце, птиц, рыбешек, долгов€зого “еренти€. »зобилие
впечатлений, утомление и голод берут свое. ќн
горит, как в огне, и ворочаетс€ с боку на бок. ≈му хочетс€
высказать кому-нибудь все то, что теперь мерещитс€
ему в потемках и волнует душу, но высказать
некому. ‘екла еще мала и не пон€ть ей.
   "”жо завтра “ерентию расскажу..."- думает
мальчик.
   «асыпают дети, дума€ о бесприютном сапожнике.
ј ночью приходит к ним “ерентий, крестит их и кладет
им под головы хлеба. » такую любовь не видит никто.
¬идит ее разве одна только луна, котора€ плывет по
небу и ласково, сквозь дыр€вую стреху, загл€дывает
в заброшенный сарай.

ƒќЅ–џ… «Ќј ќћџ….
   ѕо зеркальному льду скольз€т мужские ботфорты и
женские ботинки с меховой опушкой. —кольз€щих ног
так много, что, будь они в  итае, дл€ них не хватило бы
бфмбуковых палок. —олнцу светит особенно €ркоб воздух
особенно прозрачен, щечки гор€т €рче обыкновенного,
глазки обещают больше, чем следует... ∆иви и
наслаждайс€, человек, одним словом! Ќо...
   "ƒудки",- говорит судьба в лице моего... доброго
знакомого.
   я вдали от катка сижу на скамье под голым деревом
и беседую с "ней". я готов ее скушать вместе с ее шл€пкой,
шубкой и ножками, на которых блест€т коньки
- так хороша! —традаю и в то же врем€ наслаждаюсь!
ќ любовь! Ќо... дудки...
   ћимо нас проходит наш департаментский "отвор€йло
и запирайло", наш јргус и ћеркурий, пирожник и рассыльный,
—певсип ћакаровю ¬ руках его чьи-то калоши,
мужские и женские, должно быть превосходительныею
—певсип делает мне под козырек и, гл€д€ на мен€  с умилением
и любовью, останавливаетс€ около самой скамьи.
   - ’олодно, ваше высокобл... бл... Ќа чаишко бы!
’е-хе-с.
   я даю ему двугривенный. Ёта любезность трогает
его донельз€. ќн усиленно мигает глазками, огл€дываетс€
и говорит шепотом:
   - ќченно мне жалко вас, обидно, ваше благородие!..
—трасть как жалко! “очно вы мне сынок... „еловек вы
золотой! ƒуша! ƒоброта! —миренник наш!  огда намедни
он, превосходительство то есть, накинулс€ на
вас - тоска вз€ла! ≈й-богу! ƒумаю, за что он его? “ы
и лент€й, и молокосос, и теб€ выгоню, то да се... «а что?
 огда вы вышли от него, так на вас лица не было.
≈й-богу... ј € гл€жу, и мне жалко... ќх, у мен€
всегда сердечность к чиновникам!
   », обрат€сь к моей соседке, —певсип, прибавл€ет:
   - ”ж больно они плохи у нас насчет бумаг-то. Ќе
ихнее это дело в умственных бумагах... Ўли бы по торговой
части или... по духовной... ≈й-богу! Ќи одна бумага
у него толком не выходит... ¬сЄ зр€! Ќу и достаетс€
на орехи... —ам заел его совсем. “урнуть хочет... ј мне
жалко. »х благородие добрые...
   ќна смотрит мне в глаза с самым обидным состраданием!
   - —тупай! - говорю € —певсипу задыха€сь.
   я чувствую, что у мен€ даже калоши покраснели.
ќсрамил, каналь€! ј в стороне, за голыми кустами, сидит
ее папенька, слушает и глазеет на нас, чтобы €
впредь до "титкул€рного" не смел и думать о... Ќа другой
стороне, за другими кустами, прохаживаетс€ ее маменька
и наблюдает за "ней". я чувствую эти четыре
глаза... и готов подохнуть...

ƒ–јћј“”–√
   ¬ кабинет доктора входит тускла€ личность с матовым
взгл€дом и катаральной физиономией. —уд€ по
размерам носа и мрачно меланхолическому выражению
лица, личность не чужда спиртных напитков, хронического
насморка и философии.
   ќна садитс€ в кресло и жалуетс€ на одышку,
отрыжку, изжогу, меланхолию и противный вкус во рту.
   - „ем вы занимаетесь?- спрашивает доктор.
   - я - драматург!- за€вл€ет личность не без гордости.
   ƒоктор мгновенно проникаетс€ уважением к пациенту
и почтительно улыбаетс€.
   - јх, это така€ редка€ специальность...- бормочет
он.- “ут така€ масса чисто мозговой, нервной работы!
   - ѕо-ла-гаю...
   - ѕисатели так редки... их жизнь не может походить
на жизнь обыкновенных людей... а потому € просил
бы вас описать мне ваш образ жизни, ваши зан€ти€,
привычки, обстановку... вообще какой ценой достигаетс€
вам ваша де€тельность...
   - »звольте-с...- соглашаетс€ драматург.- ¬стаю
€, сударь мой, часов этак в двенадцать, а иногда и
раньше... ¬ставши, сейчас же выкуриваю папиросу и выпиваю
две рюмки водки, а иногда и три... »ногда, впрочем,
и четыре, суд€ по тому, сколько выпил накануне...
“ак-с... ≈сли же € не выпиваю, то у мен€ начинает р€бить
в глазах и стучать в голове.
   - ¬еро€тно, вы вообще много пьете?
   - Ќе-ет, где же много? ≈сли пью натощак, то это
просто зависит, как € полагаю, от нервов... ѕотом, одевшись,
€ иду в Ћиворно или к —аврасенкову, где завтракаю...
јппетит вообще у мен€ плохой... —ъедаю € за
завтраком самую малость: котлетку или полпорции
осетрины с хреном. Ќарочно выпьешь рюмки три-четыре,
а все аппетиту нет... ѕосле завтрака пиво или
вино, сообразно с финансами...
   - Ќу, а потом?
   - ѕотом иду куда-нибудь в портерную, из портерной
оп€ть в Ћиворно на биль€рде играть... ѕроходишь
этак часов до шести и едешь обедать... ќбедаю € мерзко...
¬ерите ли, иной раз выпьешь рюмок шесть-семь, а аппетиту
- ни-ни! «авидно бывает на людей гл€деть: все
суп ед€т, а € видеть супа не могу и вместо того,
чтоб есть, пиво пью... ѕосле обеда иду в театр...
   - √м... “еатр, веро€тно, вас волнует?
   - ”жжасно! ¬олнуюсь и раздражаюсь, а тут еще
при€тели то и дело: выпьем да выпьем! — одним водки
выпьем, с другим красного, с третьим пива, ан гл€дь -
к третьему действию ты уж и на ногах еле стоишь...
„ерт их знает, эти нервы... ѕосле театра в —алон едешь
или в маскарад к –рродону... »з —алона или маскарада,
сами понимаете, не скоро вырвешьс€...  оли утром
дома проснулс€, то и за это говори спасибо... »ной раз
по целым недел€м дома не ночуешь...
   - √м... жизнь наблюдаете?
   - Ќну, да... –аз даже до того расстроились нервы,
что целый мес€ц дома не жил и даже адрес свой позабыл...
ѕришлось в адресном столе справл€тьс€... ¬от,
как видите, почти каждый день так!
   - Ќу-с, а пьесы когда вы пишите?
   - ѕьесы?  ак вам сказать?- пожимает плечами
драматург.- ¬се зависит от обсто€тельств...
   - ѕотрудитесь описать мне самый процесс вашей
работы...
   - ѕрежде всего, сударь мой, мне в руки случайно
или через при€теле - самому-то мне некогда следить!
- попадаетс€ кака€-нибудь французска€ или немецка€
штучка. ≈сли она годитс€, то € несу ее к сестре
или нанимаю целковых за п€ть студента... “е перевод€т,
а €, понимаете ли, подтасовываю под русские
нравы: вместо иностранных фамилий ставлю русские
и прочее... ¬от и
все... Ќо трудно! ќх, как трудно!
   “ускла€ личность закатывает глаза и вздыхает...
ƒоктор начинает его выстукивать, выслушивать и ощупывать...

ƒ”Ў≈„ ј
   ќленька, дочь отставного коллежского асессора
ѕлем€нникова, сидела у себ€ во дворе на крылечке
задумавшись. Ѕыло жарко, назойливо приставали
мухи, и было так при€тно думать, что скоро уже
вечер. — востока надвигались темные дождевые тучи,
и оттуда изредка пот€гивало влагой.
   —реди двора сто€л  укин, антрепренер и содержатель
увеселительного сада "“иволи", квартировавший тут
же во дворе, во флигеле, и гл€дел на небо.
   - ќп€ть! - говорил он с отча€нием. - ќп€ть будет
дождь!  аждый день дожди, каждый день дожди -
точно нарочно! ¬едь это петл€! Ёто разоренье!
 аждый день страшные убытки!
   ќн всплеснул руками и продолжал, обраща€сь к
ќленьке:
   - ¬от вам, ќльга —еменовна, наша жизнь. ’оть плач!
–аботаешь, стараешьс€, мучишьс€, ночей не спишь,
все думаешь, как бы лучше,
- и что же? — одной стороны, публика,
невежественна€, дика€. ƒаю ей самую лучшую
оперетку, феерию, великолепных куплетистов, но
разве ей это нужно? –азве она в этом понимает
что-нибудь? ≈й нужен балаган! ≈й подавай пошлость!
— другой стороны, взгл€ните на погоду. ѕочти
каждый вечер дождь.  ак зар€дило с дес€того ма€,
так потом весь май и июнь, просто ужас! ѕублика не
ходит, но ведь € за аренду плачу? јртистам плачу?
   Ќа другой день под вечер оп€ть надвигались тучи, и
 укин говорил с истерическим хохотом:
   - Ќу что ж? » пускай! ѕускай хоть весь сад зальет,
хоть мен€ самого! „тоб мне не было счасть€ ни на
этом, ни на том свете! ѕускай артисты подают на
мен€ в суд! „то суд? ’оть на каторгу в —ибирь!
’оть на эшафот! ’а-ха-ха!
   » на третий день то же...
   ќленька слушала  укина молча, серьезно, и,
случалось, слезы выступали у нее на глазах. ¬
конце концов несчасть€  укина тронули ее, она его
полюбила. ќн был мал ростом, тощ, с желтым лицом,
с зачесанными височками, говорил жидким тенорком,
и когда говорил, то кривил рот; и на лице у него
всегда было написано отча€ние, но все же он
возбудил в ней насто€щее, глубокое чувство. ќна
посто€нно любила кого-нибудь и не могла без этого.
–аньше она любила своего папашу, который теперь
сидел больной, в темной комнате, в кресле, и
т€жело дышал; любила свою тетю, котора€ иногда,
раз в два года, приезжала из Ѕр€нска; а еще
раньше, когда училась в промгимназии, любила
своего учител€ французского €зыка. Ёто была тиха€,
добродушна€, жалостлива€ барышн€ с кротким, м€гким
взгл€дом, очень здорова€. √л€д€ на ее полные
розовые щеки, на м€гкую белую шею с темной
родинкой, на добрую, наивную улыбку, котора€
бывала на ее лице, когда она слушала что-нибудь
при€тное, мужчины думали: "ƒа, ничего себе..."
- и тоже улыбались, а гостьи-дамы не могли
удержатьс€, чтобы вдруг среди разговора не
схватить ее за руку и не проговорить в порыве
удовольстви€:
   - ƒушечка!
   ƒом, в котором она жила со дн€ рождени€ и который
в завещании был записан на ее им€, находилс€ на
окраине города, в ÷ыганской слободке, недалеко от
сада "“иволи"; по вечерам и по ночам ей слышно
было, как в саду играла музыка, как лопались с
треском ракеты, и ей казалось, что это  укин воюет
со своей судьбой и берет приступом своего главного
врага - равнодушную публику; сердце у нее сладко
замерло, спать совсем не хотелось, и когда под
утро он возвращалс€
домой, она тихо стучала в окошко из своей спальни
и, показыва€ ему сквозь занавески только лицо и
одно плечо, ласково улыбалась...
   ќн cделал предложение, и они повенчались. » когда
он увидал как следует ее шею и полные здоровые
плечи, то всплеснул руками и проговорил:
   - ƒушечка!
   ќн был счастлив, но так как в день свадьбы и потом
ночью шел дождь, то с его лица не сходило
выражение отча€ни€.
   ѕосле свадьбы жили хорошо. ќна сидела у него в
кассе, смотрела за пор€дками в саду, записывала
расходы, выдавала жалованье, и ее розовые щеки,
мила€, наивна€, похожа€ на си€ние, улыбка мелькали
то в окошечке кассы, то за кулисами, то в буфете.
» она уже говорила своим знакомым, что самое
замечательное, самое важное и нужное на свете -
это театр и что получить истинное наслаждение и
стать образованным и гуманным можно только в
театре.
   - Ќо разве публика понимает это? - говорила она. -
≈й нужен балаган! ¬чера у нас шел "‘ауст
наизнанку", и почти все ложи были пустые, а если
бы мы с ¬анечкой поставили какую-нибудь пошлость,
то, поверьте, театр был бы битком набит. «автра мы
с ¬анечкой ставим "ќрфе€ в аду", приходите.
   » что говорил о театре и об актерах  укин, то
повтор€ла и она. ѕублику она так же, как и он,
презирала за равнодушие к искусству и за
невежество, на репетици€х вмешивалась, поправл€ла
актеров, смотрела за поведением музыкантов, и
когда в местной газете неодобрительно отзывались о
театре, то она плакала и потом ходила в редакцию
объ€сн€тьс€.
   јктеры любили ее и называли "мы с ¬анечкой" и
"душечкой"; она жалела их и давала им понемножку
взаймы, и если, случалось, ее обманывали, то она
только потихоньку плакала, но мужу не жаловалась.
   » зимой жили хорошо. —н€ли городской театр на всю
зиму и сдавали его на короткие сроки то
малороссийской труппе, то фокуснику, то местным
любител€м. ќленька полнела и вс€ си€ла от удовольстви€,
а  укин худел и желтел и жаловалс€ на страшные убытки,
хот€ всю зиму дела шли недурно. ѕо ночам он
кашл€л, а она поила его малиной и липовым цветом,
натирала одеколоном, кутала в свои м€гкие шали.
   -  акой ты у мен€ славненький! - говорила она
совершенно искренно, приглажива€ ему волосы. -
 акой ты у мен€ хорошенький!
   ¬ великом посту он уехал в ћоскву набирать труппу,
а она без него не могла спать, все сидела у окна и
смотрела на звезды. » в это врем€ она сравнивала
себ€ с курами, которые тоже всю ночь не сп€т и
испытывают беспокойство, когда в кур€тнике нет
петуха.  укин задержалс€ в ћоскве и писал, что
вернетс€ к св€той, и в письмах уже делал
распор€жени€ насчет "“иволи". Ќо под страстной
понедельник, поздно вечером, вдруг раздалс€
зловещий стук в ворота; кто-то бил в калитку, как
в бочку: бум! бум! бум! —онна€ кухарка, шлепа€
босыми ногами по лужам, побежала отвор€ть.
   - ќтворите, сделайте милость! - говорил кто-то за
воротами глухим басом. - ¬ам телеграмма!
   ќленька и раньше получала телеграммы от ужа, но
теперь почему-то так и обомлела. ƒрожащими руками
она распечатала телеграмму и прочла следующее:
   "»ван ѕетрович скончалс€ сегодн€ скоропостижно
сючала ждем распор€жений хохороны вторник".
   “ак и было напечатано в телеграмме "хохороны" и
какое-то еще непон€тное слово "сючала"; подпись
была режиссера опереточной труппы.
   - √олубчик мой! - зарыдала ќленька. - ¬анечка мой
миленький, голубчик мой! «ачем же € с тобой
повстречалас€? «ачем € теб€ узнала и полюбила! Ќа
кого ты покинул свою бедную ќленьку, бедную,
несчастную?..
    укина похоронили во вторник, в ћоскве, на
¬аганькове; ќленька вернулась домой в среду, и как
только вошла к себе, то повалилась на постель и
зарыдала так громко, что слышно было на улице и в
соседних дворах.
   - ƒушечка! - говорили соседки, крест€сь. - ƒушечка
ќльга —еменовна, матушка, как убиваетс€!
    “ри мес€ца спуст€ как-то ќленька возвращалась от
обедни, печальна€, в глубоком трауре. —лучилось, что
с нею шел р€дом, тоже возвращавшийс€ из церкви,
один из ее соседей ¬асилий јндреич ѕустовалов,
управл€ющий лесным складом купца Ѕабакаева. ќн был
в соломенной шл€пе и в белом жилете с золотой
цепочкой и походил больше на помещика, чем на
торговца.
   - ¬с€ка€ вещь имеет свой пор€док, ќльга —еменовна,
- говорил он степенно, с сочувствием в голосе, - и
если кто из наших ближних умирает, то, значит, так
богу угодно, и в этом случае мы должны себ€
помнить и переносить с покорностью.
   ƒовед€ ќленьку до калитки, он простилс€ и пошел
далее. ѕосле этого весь день слышалс€ ей его
степенный голос, и едва она закрывала глаза, как
мерещилась его темна€ борода. ќн ей очень
понравилс€. », по-видимому, она тоже произвела на
него впечатление, потому что немного погод€ к ней
пришла пить кофе одна пожила€ дама, мало ей
знакома€, котора€ как только села за стол, то
немедл€ заговорила о ѕустовалове, о том, что он
хороший, солидный человек и что за него с
удовольствием пойдет вс€ка€ невеста. „ерез три дн€
пришел с визитом и сам ѕустовалов; он сидел
недолго, минут дес€ть, и говорил мало, но ќленька
его полюбила, так полюбила, что всю ночь не спала
и горела, как в лихорадке, а утром послала за
пожилой дамой. —коро ее просватали, потом была
свадьба.
   ѕустовалов и ќленька, поженившись жили хорошо.
ќбыкновенно он сидел в лесном складе до обеда,
потом уходил по делам, и его смен€ла ќленька,
котора€ сидела в конторе до вечера и писала там
счета и отпускала товар.
   - “еперь лес с каждым годом дорожает на двадцать
процентов, - говорила она покупател€м и знакомым.
- ѕомилуйте, прежде мы торговали местным лесом,
теперь же ¬асечка должен каждый год ездить за
лесом в ћогилевскую губернию. ј какой тариф! -
говорила она, в ужасе закрыва€ обе щеки руками. -
 акой тариф!
   ≈й казалось, что она торгует лесом уже давным-давно,
что в жизни самое важное и нужное это лес, и
что-то родное, трогательное слышалось ей в словах:
балка, кругл€к, тес, шелевка, безым€нка, решетник,
лафет, горбыль... ѕо ночам, когда она спала, ей
снились целые горы досок и теса, длинные
бесконечные вереницы подвод, везущих лес куда-то
далеко за город; снилось ей, как целый полк
двенадцатиаршинных, п€тивершковых бревен стойм€
шел войной на лесной склад, как бревна, балки и
горбыли стукались, издава€ гулкий звук сухого
дерева, все падало и оп€ть вставало громозд€сь
друг на друга; ќленька вскрикивала во сне, и
ѕустовалов говорил ей нежно:
   - ќленька, что с тобой, мила€? ѕерекрестись!
    акие мысли были у мужа, такие и у нее. ≈сли он
думал, что в комнате жарко или что дела теперь
стали тихие, то так думала и она. ћуж ее не любил
никаких развлечений и в праздники сидел дома, и
она тоже.
   - » все вы дома или в конторе, - говорили
знакомые. - ¬ы бы сходили в театр, душечка, или в
цирк.
   - Ќам с ¬асечкой некогда по театрам ходить, -
отвечала она степенно. - ћы люди труда, нам не до
пуст€ков. ¬ театрах этих что хорошего?
   ѕо субботам ѕустовалов и она ходили ко всенощной,
в праздники к ранней обедне и, возвраща€сь из
церкви, шли р€дышком, с умиленными лицами, от
обоих хорошо пахло, и ее шелковое платье при€тно
шумело; а дома пили чай со сдобным хлебом и с
разными варень€ми, потом кушали пирог.  аждый день
в полдень во дворе и за воротами на улице вкусно
пахло борщом и жареной бараниной или уткой, а в
постные дни - рыбой, и мимо ворот нельз€ было
пройти без того, чтобы не захотелось есть. ¬
конторе всегда кипел самовар, и покупателей
угощали чаем с бубликами. –аз в неделю супруги
ходили в баню и возвращались оттуда р€дышком, оба
красные.
   - Ќичего, живем хорошо, - говорила ќленька
знакомым, - слава богу. ƒай бог вс€кому жить, как
мы с ¬асечкой.
    огда ѕустовалов уезжал в ћогилевскую губернию за
лесом, она сильно скучала и по ночам не спала,
плакала. »ногда по вечерам приходил к ней полковой
ветеринарный врач —мирнин, молодой человек,
квартировавший у нее во флигеле. ќн рассказывал ей
что-нибудь или играл с нею в карты, и это ее развлекало.
ќсобенно интересны были рассказы из его
собственной семейной жизни; он был женат и имел
сына, но с женой разошелс€, так как она ему
изменила, и теперь он ее ненавидел и высылал ей
ежемес€чно по сорока рублей на содержание сына. »,
слуша€ об этом, ќленька вздыхала и покачивала
головой, и ей было жаль его.
   - Ќу, спаси вас господи, - говорила она, проща€сь
с ним и провожа€ его со свечой до лестницы. -
—пасибо, что поскучали со мной, дай бог вам
здоровь€, царица небесна€...
   » все она выражалась так степенно, так
рассудительно, подража€ мужу; ветеринар уже
скрывалс€ внизу за дверью, а она окликала его и
говорила:
   - «наете, ¬ладимир ѕлатоныч, вы бы помирились с
вашей женой. ѕростили бы ее хоть ради сына!..
ћальчишечка-то небось все понимает.
   ј когда возвращалс€ ѕустовалов, она рассказывала
ему вполголоса про ветеринара и его несчастную
семейную жизнь,, и оба вздыхали и покачивали
головами и говорили о мальчике, который, веро€тно,
скучает по отце, потом, по какому-то странному
течению мыслей, оба становились перед образами,
клали земные поклоны и молились, чтобы бог послал
им детей.
   » так прожили ѕустоваловы тихо и смирно, в любви и
полном согласии шесть лет. Ќо вот как-то зимой
¬асилий јндреич в складе, напившись гор€чего чаю,
вышел без шапки отпускать лес, простудилс€ и
занемог. ≈го лечили лучшие доктора, но болезнь
вз€ла свое, и он умер, проболев четыре мес€ца. »
ќленька оп€ть овдовела.
   - Ќа кого же ты мен€ покинул, голубчик мой? -
рыдала она, похоронив мужа. -  ак же € теперь буду
жить без теб€, горька€ € несчастна€? Ћюди добрые,
пожалейте мен€, сироту круглую...
   ќна ходила в черном платье с плерезами и уже
отказалась навсегда от шл€пки и перчаток, выходила
из дому редко, только в церковь или на могилку
мужа, и жила дома как монашенка. » только когда
прошло шесть мес€цев, она сн€ла плерезы и стала
открывать на окнах ставни. »ногда уже видели по
утрам, как она ходила за провизией на базар со
своей кухаркой, но о том, как она жила у себ€
теперь и что делалось у нее в доме, можно было
только догадыватьс€. ѕо тому, например,
догадывались, что видели, как она в своем садике
пила чай с ветеринаром, а он читал ей вслух
газету, и еще по тому, что, встрет€сь на почте с
одной знакомой дамой, она сказала:
   - ” нас в городе нет правильного ветеринарного
надзора, и от этого много болезней. “о и дело
слышишь, люди заболевают от молока и заражаютс€ от
лошадей и коров. ќ здоровье домашних животных, в
сущности, надо заботитьс€ так же, как о здоровье
людей.
   ќна повтор€ла мысли ветеринара и теперь была обо
всем такого же мнени€, как он. Ѕыло €сно, что она
не могла прожить без прив€занности и одного года и
нашла свое новое счастье у себ€ во флигеле. ƒругую
бы осудили за это, но об ќленьке никто не мог
подумать дурно, и все было так пон€тно в ее жизни.
ќна и ветеринар никому не говорили о перемене,
кака€ произошла в их отношени€х, и старались
скрыть, но это им не удавалось, потому что у
ќленьки не могло быть тайн.  огда к нему приходили
гости, его сослуживцы по полку, то она, налива€ им
чай или подава€ ужинать, начинала говорить о чуме
на рогатом скоте, о жемчужной болезни, о городских
бойн€х, а он страшно конфузилс€ и, когда уходили
гости, хватал ее за руку и шипел сердито:
   - я ведь просил теб€ не говорить о том, чего ты не
понимаешь!  огда мы, ветеринары, говорим между
собой, то, пожалуйста, не вмешивайс€. Ёто,
наконец, скучно!
   ј она смотрела на него с изумлением и с тревогой и
спрашивала:
   - ¬олодечка, о чем же мне говорить?
   » она со слезами на глазах обнимала его, умол€ла
не сердитьс€, и оба были счастливы.
   Ќо, однако, это счастье продолжалось недолго.
¬етеринар уехал вместе с полком, уехал навсегда,
так как полк перевели куда-то очень далеко, чуть
ли не в —ибирь. » ќленька осталась одна.
   “еперь уже она была совершенно одна. ќтец давно
уже умер, и кресло его вал€лось на чердаке,
запыленное, без одной ножки. ќна похудела и подурнела,
и на улице встречные уже не гл€дели на не, как
прежде, и не улыбались ей; очевидно, лучшие годы
уже прошли, остались позади, и теперь начиналась
кака€-то нова€ жизнь, неизвестна€, о которой лучше
не думать. ѕо вечерам ќленька сидела на крылечке,
и ей слышно было, как в "“иволи" играла музыка и
лопались ракеты, но это уже не вызывало никаких
мыслей. √л€дела она безучастно на свой пустой
двор, ни о чем не думала, ничего не хотела, а
потом, когда наступала ночь, шла спать и видела во
сне свой пустой двор. ≈ла и пила она точно
поневоле.
   ј главное, что хуже всего, у нее уже не было
никаких мнений. ќна видела кругом себ€ предметы и
понимала все, что происходило кругом, но ни о чем
не могла составить мнени€ и не знала, о чем ей
говорить. ј как это ужасно не иметь никакого
мнени€! ¬идишь, например, как стоит бутылка, или
идет дождь, или едет мужик на телеге, но дл€ чего
эта бутылка, или дождь, или мужик, какой в них
смысл, сказать не можешь и даже за тыс€чу рублей
ничего не сказал бы. ѕри  укине и ѕустовалове и
потом при ветеринаре ќленька могла объ€снить все и
сказала бы свое мнение о чем угодно, теперь же и
среди мыслей и в сердце у нее была така€ же
пустота, как на дворе. » так жутко и так горько,
как будто объелась полыни.
   √ород мало-помалу расшир€лс€ во все стороны;
÷ыганскую слободку называли улицей, и там, где
были сад "“иволи" и лесные склады, выросли уже
дома и образовалс€ р€д переулков.  ак быстро бежит
врем€! ƒом у ќленьки потемнел, крыша заржавела,
сарай покосилс€, и весь двор порос бурь€ном и
колючей крапивой. —ама ќленька постарела,
подурнела; летом она сидит на крылечке, и на душе
у нее по-прежнему и пусто, и нудно, и отдает
полынью, а зимой сидит она у окна и гл€дит на
снег. ѕовеет ли весной, донесет ли ветер звон
соборных колоколов, и вдруг нахлынут воспоминани€
о прошлом, сладко сожметс€ сердце, и из глаз
польютс€ обильные слезы, но это только на минуту,
а там оп€ть пустота, и неизвестно, зачем живешь.
„ерна€ кошечка Ѕрыска ласкаетс€ и м€гко мурлычет,
но не трогают ќленьку эти кошачьи ласки. Ёто ли ей
нужно? ≈й бы такую любовь, котора€ захватила бы
все ее существо, всю ее душу, разум, дала бы ей
мысли, направление жизни, согрела бы ее стареющую
кровь. » она стр€хивает с подола черную Ѕрыску и
говорит ей с досадой:
   - ѕоди, поди... Ќечего тут!
   » так день за днем, год за годом, - и ни одной
радости, и нет никакого мнени€. „то сказала
ћавра-кухарка, то и хорошо.
   ¬ один жаркий июльский день, под вечер, когда по
улице гнали городское стадо и весь двор наполнилс€
облаками пыли, вдруг кто-то постучал в калитку.
ќленька пошла сама отвор€ть и, как взгл€нула, так
и обомлела: за воротами сто€л ветеринар —мирнин,
уже седой и в штатском платье. ≈й вдруг
вспомнилось все, она не удержалась, заплакала и
положила ему голову на грудь, не сказавши ни
одного слова, и в сильном волнении не заметила,
как оба потом вошли в дом, как сели чай пить.
   - √олубчик мой! - бормотала она, дрожа от радости.
- ¬ладимир ѕлатоныч! ќткуда бог принес?
   - ’очу здесь совсем поселитьс€, - рассказывал он.
- ѕодал в отставку и вот приехал попробовать
счасть€ на воле, пожить оседлой жизнью. ƒа и сына
пора уж отдавать в гимназию. ¬ырос. я-то, знаете
ли, помирилс€ с женой.
   - ј где же она? - спросила ќленька.
   - ќна с сыном в гостинице, а € вот хожу и квартиру
ищу.
   - √осподи, батюшка, да возьмите у мен€ дом! „ем не
квартира? јх, господи, да € с вас ничего и не
возьму, - заволновалась ќленька и оп€ть заплакала.
- ∆ивите тут, а с мен€ и флигел€ довольно.
–адость-то, господи!
   Ќа другой день уже красили на доме крышу и белили
стены, и ќленька, подбочен€сь, ходила по двору и
распор€жалась. Ќа лице ее засветилась прежн€€ улыбка,
и вс€ она ожила, посвежела, точно очнулась от
долгого сна. ѕриехала жена ветеринара, худа€,
некрасива€ дама с короткими волосами и с капризным
выражением, и с нею мальчик, —аша, маленький не по
летам (ему шел уже дес€тый год), полный, с €сными
голубыми глазами и с €мочками на щеках. » едва
мальчик вошел во двор, как побежал за кошкой, и
тотчас же послышалс€ его веселый, радостный смех.
   - “етенька, это ваша кошка? - спросил он у
ќленьки. -  огда она у вас ощенитс€, то,
пожалуйста, подарите нам одного котеночка. ћама
очень боитс€ мышей.
   ќленька поговорила с ним, напоила его чаем, и
сердце у нее в груди стало вдруг теплым и сладко
сжалось, точно этот мальчик был ее родной сын. »
когда вечером он, сид€ в столовой, повтор€л уроки,
она смотрела на него с умилением и с жалостью и
шептала:
   - √олубчик мой, красавчик... ƒеточка мо€, и
уродилс€ же ты такой умненький, такой беленький.
   - ќстровом называетс€, - прочел он, - часть суши,
со всех сторон окруженна€ водою.
   - ќстровом называетс€ часть суши... - повторила
она, и это было ее первое мнение, которое она
высказала с уверенностью после стольких лет
молчани€ и пустоты в мысл€х.
   » она уже имела свои мнени€ и за ужином говорила с
родител€ми —аши о том, как теперь дет€м трудно
учитьс€ в гимнази€х, но все-таки классическое
образование лучше реального, так как из гимназии
всюду открыта дорога: хочешь - иди в доктора,
хочешь - в инженера.
   —аша стал ходить в гимназию. ≈го мать уехала в
’арьков к сестре и не возвращалась; отец его
каждый день уезжал куда-то осматривать гурты и,
случалось, не живал дома дн€ по три, и ќленьке
казалось, что —ашу совсем забросили, что он лишний
в доме, что он умирает с голоду; и она перевела
его к себе во флигель и устроила его там в
маленькой комнате.
   » вот уже прошло полгода, как —аша живет у нее во
флигеле.  аждое утро ќленька входит в его комнату;
он крепко спит, подложив руку под щеку, не дышит.
≈й жаль будить его.
   - —ашенька, - говорит она печально, - вставай,
голубчик! ¬ гимназию пора.
   ќн встает, одеваетс€, молитс€ богу, потом садитс€
чай пить; выпивает три стакана чаю и съедает два
больших бублика и полфранцузского хлеба с маслом.
ќн еще не совсем очнулс€ от сна и потому не в духе.
   - ј ты, —ашенька, не твердо выучил басню, -
говорит ќленька и гл€дит на него так, будто
провожает его в дальнюю дорогу. - «абота мне с
тобой. ”ж ты старайс€, голубчик, учись... —лушайс€
учителей.
   - јх, оставьте, пожалуйста! - говорит —аша.
   «атем он идет по улице в гимназию, сам маленький,
но в большом картузе, с ранцем на спине. «а ним
бесшумно идет ќленька.
   - —ашенька-а! - окликает она.
   ќн огл€дываетс€, а она сует ему в руку финик или
карамельку.  огда поворачивают в тот переулок, где
стоит гимнази€, ему становитс€ совестно, что за
ним идет высока€, полна€ женщина; он огл€дываетс€
и говорит:
   - ¬ы, тет€, идите домой, а теперь уже € сам дойду.
   ќна останавливаетс€ и смотрит ему вслед не мига€,
пока он не скрываетс€ в подъезде гимназии. јх, как
она его любит! »з ее прежних прив€занностей ни
одна не была такою глубокой, никогда еще раньше ее
душа не покор€лась так беззаветно, бескорыстно и с
такой отрадой, как теперь, когда в ней все более и
более разгоралось материнское чувство. «а этого
чужого ей мальчика, за его €мочки на щеках, за
картуз, она отдала бы всю свою жизнь, отдала бы с
радостью, со слезами умилени€. ѕочему? ј кто ж его
знает - почему?
   ѕроводив —ашу в гимназию, она возвращаетс€ домой
тихо, така€ довольна€, покойна€, любвеобильна€; ее
лицо, помолодевшее за последние полгода,
улыбаетс€, си€ет; встречные, гл€д€ на нее,
испытывают удовольствие и говор€т ей:
   - «дравствуйте, душечка ќльга —еменовна!  ак
поживаете, душечка?
   - “рудно теперь стало в гимназии учитьс€, -
рассказывает она на базаре. - Ўутка ли, вчера в
первом классе задали басню наизусть, да перевод
латинский, да задачу... Ќу, где тут маленькому??
   » она начинает говорить об учител€х, об уроках, об
учебниках, - то же самое, что говорит о них —аша.
   ¬ третьем часу вместе обедают, вечером вместе
готов€т уроки и плачут. ”кладыва€ его в постель,
она долго крестит его и шепчет молитву, потом,
ложась спать, грезит о том будущем, далеком и
туманном, когда —аша, кончив курс, станет доктором
или инженером, будет иметь собственный большой
дом, лошадей, кол€ску, женитс€ и у него род€тс€
дети... ќна засыпает и все думает о том же, и
слезы текут по щекам из закрытых глаз. » черна€
кошечка лежит у нее под боком и мурлычет:
   - ћур... мур... мур...
   ¬друг сильный стук в калитку. ќленька просыпаетс€
и не дышит от страха; сердце у нее сильно бьетс€.
ѕроходит полминуты, и оп€ть стук.
   "Ёто телеграмма из ’арькова, - думает она, начина€
дрожать всем телом. - ћать требует —ашу к себе в
’арьков... ќ господи!"
   ќна в отча€нии; у нее холодеют голова, ноги, руки,
и кажетс€, что несчастнее ее нет человека во всем
свете. Ќо проходит еще минута, слышатс€ голоса:
это ветеринар вернулс€ домой из клуба.
   "Ќу, слава богу", - думает она.
   ќт сердца мало-помалу отстает т€жесть, оп€ть
становитс€ легко; она ложитс€ и думает о —аше,
который спит крепко в соседней комнате и изредка
говорит в бреду:
   - я ттебе! ѕошел вон! Ќе дерись!

≈ƒ»Ќ—“¬≈ЌЌќ≈ —–≈ƒ—“¬ќ
   Ѕыло врем€, когда кассиры грабили и наше ќбщество.
—трашно вспомнить! ќни не обкрадывали, а буквально
вылизывали нашу бедную кассу. Ќаутро нашей кассы
было обито зеленым бархатом - и бархат украли. ј
один так увлекс€, что вместе с деньгами утащил
замок и крышку. «а последние п€ть лет у нас
перебывало дев€ть кассиров, и все дев€ть шлют нам
теперь в большие праздники из  расно€рска свои
визитные карточки. ¬се дев€ть!
   - Ёто ужасно! „то делать? - вздыхали мы, когда
отдавали под суд дев€того. - —тыд, срам! ¬се
дев€ть подлецы!
   » стали мы судить и р€дить: кого вз€ть в кассиры?
 то не мерзавец?  то не вор? ¬ыбор наш пал на
»вана ѕетровича, помощника бухгалтера: тихон€,
богомольный и живет по-свински, не комфортабельно.
ћы его выбрали, благословили на борьбу с
искушени€ми и успокоились, но... не недолго!
   Ќа другой же день »ван ѕетрович €вилс€ в новом
галстухе. Ќа третий он приехал в правление на
извозчике, чего раньше с ним никогда не было.
   - ¬ы заметили? - шептались мы через неделю. -
Ќовый галстух... ѕенсне... ¬чера на именины
приглашал. „то-то есть... Ѕогу стал чаще
молитьс€... Ќадо полагать, совесть нечиста...
   —ообщили свои сомнени€ его превосходительству.
   - Ќеужели и дес€тый окажетс€ канальей? - вздохнул
наш директор. - Ќет, это невозможно... „еловек
такой нравственный, тихий... ¬прочем... пойдемте к
нему!
   ѕодошли к »вану ѕетровичу и окружили его кассу.
   - »звините, »ван ѕетрович, - обратилс€ к нему
директор умол€ющим голосом. - ћы довер€ем вам...
¬ерим! ћ-да... Ќо, знаете ли... ѕозвольте
обревизовать кассу! ”ж вы позвольте!
   - »звольте-с! ќчень хорошо-с! - бойко ответил
кассир. - —колько угодно-с!
   Ќачали считать. —читали, считали и недосчитались
четырехсот рублей... » этот?! » дес€тый?! ”жасно!
Ёто во-первых; а во-вторых, если он в неделю
прожрал столько денег, то сколько же украдет он в
год, в два! ћы остолбенели от ужаса, изумлени€,
отча€ни€... „то делать? Ќу, что? ѕод суд его? Ќет,
это старо и бесполезно. ќдиннадцатый тоже украдет,
двенадцатый тоже... ¬сех не отдашь под суд. ¬здуть
его? Ќельз€, обидитс€... »згнать и позвать вместо
него другого? Ќо ведь одиннадцатый тоже украдет!
 ак быть?  расный директор и бледные мы гл€дели в
упор на »вана ѕетровича и, опершись о желтую
решетку, думали... ћы думали, напр€гали мозги и
страдали... ј он сидел и невозмутимо пощелкивал на
счетах, точно не он украл... ћы долго молчали.
   - “ы куда девал деньги? - обратилс€ к нему наконец
наш директор со слезами и дрожью в голосе.
   - Ќа нужды, ваше превосходительство!
   - √м... Ќа нужды... ќчень рад! ћолчать! я тттебе...
   ƒиректор прошелс€ по комнате и продолжал:
   - „то же делать?  ак уберечьс€ от подобных...
идолов? √оспода, чего же вы молчите? „то делать?
Ќе пороть же его, каналью! (ƒиректор задумалс€.)
ѕослушай »ван ѕетрович... ћы взнесем эти деньги,
не станем срамитьс€ оглаской, черт с тобой, только
ты откровенно без экивок... ∆енский пол любишь,
что ли?
   »ван ѕетрович улыбнулс€ и сконфузилс€.
   - Ќу, пон€тно, - сказал директор. -  то их не
любит? Ёто пон€тно... ¬се грешны... ¬се мы жаждем
любви, сказал какой-то... философ... ћы теб€ понимаем...
¬от что... ≈жели ты так уж любишь, то изволь: €
дам тебе письмо к одной... ќна хорошенька€... ≈зди
к ней на мой счет. ’очешь? » к другой дам
письмо... » к третьей дам письмо!.. ¬се три
хорошенькие, говор€т по-французски...
пухленькие... ¬ино тоже любишь?
   - ¬ина разные бывают, ваше превосходительство...
Ћиссабонского, например, € и в рот не возьму...
 аждый напиток, ваше превосходительство, имеет,
так сказать, свое значение...
   - Ќе рассуждай...  аждую неделю буду присылать
тебе дюжину шампанского. ∆ри, но не трать ты
денег, не конфузь ты нас! Ќе приказываю, а умол€ю!
“еатр тоже, небось, любишь?
   » так далее... ¬ конце концов мы порешили, помимо
шампанского, абонировать дл€ него кресло в театре,
утроить жалованье, купить ему вороных, еженедельно
отправл€ть его за город на тройке - все это в счет
ќбщества. ѕортной, сигары, фотографи€, букеты
бенефицианткам, меблировка - тоже общественные...
ѕусть наслаждаетс€, только, пожалуйста, пусть не
ворует! ѕусть что хочет делает, только не ворует!
   » что же? ѕрошел уже год, как »ван ѕетрович сидит
за кассой, и мы не можем нахвалитьс€ кассиром. ¬се
честно и благородно... Ќе ворует... ¬прочем, во
врем€ каждой еженедельной ревизии недосчитываютс€
„то-нибудь да надо же отдавать в жертву
кассирскому инстинкту. ѕусть лопает, лишь бы тыс€ч
не трогал.
   » мы теперь благоденствуем...  асса наша всегда
полна. ѕравда, кассир обходитс€ нам очень дорого,
но зато он в дес€ть раз дешевле каждого из дев€ти
его предшественников. » могу вам ручатьс€, что
редкое общество и редкий банк имеют такого дешевого
кассира! ћы в выигрыше, а посему странные чудаки
будете вы, власть имущие, если не последуете
нашему примеру!

√ќ¬ќ–»“№ »Ћ» ћќЋ„ј“№
   ¬ некотором уарстве, в некотором государстве жили-
были себе два друга:  рюгер и —мирнов.  рюгер обладал
блест€щими умственными способност€ми, —мирнов
же был не столько умен, сколько кроток, смирен и
слабохарактерен. ѕервый был разговорчив и красноречив,
второй же - молчалив.
   ќднажды оба они ехали в вагоне железной дороги и
старались победить одну девицу.  рюгер сидел около
этой девицы и рассыпалс€ перед ней мелким бесом,
—мирнов же молчал, мигал глазами и с вожделением
облизывалс€. Ќа одной станции  рюгер вышел с девицей
из вагона и долго не возвращалс€. ¬озвратившись же,
мигнул глазом и прищелкнул €зыком.
   - » как это у теб€, брат, ловко выходит! - сказал
с завистью —мирнов.- » как ты всЄ это умеешь! Ќе
успел подсесть к ней, как уж и готово... —частливчик!
   - ј ты чего зеваешь? —идел с ней три часа и
хоть бы одно слово! ћолчишь, как бревно! ћолчанием,
брат ничего не возьмешь на этом свете! “ы должен быть
боек, разговорчив! “ебе ничто не удаетс€, а почему?
ѕотому что ты тр€пка!
   —мирнов согласилс€ с этими доводами и решил
в душе изменить свой характер. „ерез час он, поборов
робость, подсел к какому-то господину в синем костюме
и стал бойко с ним разговаривать. √осподин оказалс€
очень словоохотливым человеком и тотчас же начал задавать
—мирнову вопросы, преимущественно научного
свойства. ќн спросил его, как ему нравитс€
земл€, небо, доволен ли он законами природы и человеческого
общежити€, коснулс€ слегка европейского
свободомысли€, положени€ женщин в јмерике и проч.
—мирнов отвечал умно, охотно и с восторгом. Ќо каково,
согласитесь было его удивление, когда господин
в синем костюме, вз€в его на одной станции за руку,
ехидно улыбнулс€ и сказал:
   - —ледуйте за мной.
   —мирнов последовал и исчез, неизвестно куда. „ерез
два года он встретилс€  рюгеру бледный, исхудалый,
тощий, как рыбий скелет.
   - √де ты пропадал до сих пор?! - удивилс€  рюгер.
   —мирнов горько улыбнулс€ и описал ему все пережитые
им страдани€.
   - ј ты не будь глуп, не болтай лишнего! - сказал
 рюгер.- ƒержи €зык за зубами - вот что!

’»“–≈÷
   Ўли два при€тел€ вечернею порой и дельный разговор
вели между собой. Ўли они по Ќевскому. —олнце уже
зашло, но не совсем...  ое-где золотились еще
домовые трубы и сверкали церковные кресты... ¬
слегка морозном воздухе пахло весной...
   - ¬есна близко! - говорил один при€тель другому,
стара€сь вз€ть его под руку. - ѕакостница эта
весна! √р€зь везде, нездоровье, расходов много...
ƒачу нанимай, то да се... “ы, ѕавел »ваныч,
провинциал и не поймешь этого... “ебе не пон€ть. ”
вас в провинции, как выразилс€ однажды какой-то
писатель, благодушие одно только... Ќи гор€, ни
печалей. ≈дите, пьете, спите и никаких вопросов не
знаете. Ќе то, что мы... ѕодмерзать начало...
замечаешь?.. ¬прочем, и у вас не без гор€... » у
вас весной сво€ печаль. ’е-хе-хе. “еперь у вас,
провинциалов, начинает кровь играть... страсти
бушуют. ћы, столичные - люди каменные, льд€ные,
нет в нас пламени, и страстей мы не знаем, а вы
вулканы, везувии! ѕш! пш! ƒышит! ’е-хе-хе... ќй,
обожгусь! ј признайс€-ка, ѕавел »ваныч, сильно
кровь играет?
   - Ќе к чему ей играть... - угрюмо ответил ѕавел
»ваныч.
   - ƒа ну, полно, оставь! “ы холостой, не старый
человек, отчего ж ей и не поиграть? ѕусть себе играет,
коли хочет!.. » напрасно ты конфузишьс€... Ќичего
тут конфузного нет... “ак только! (ѕауза.) ј какую,
брат, € недавно девочку видел, какую девочку! ѕальчики
оближешь! √убами сто раз чмокнешь, когда увидишь!
ќгонь! ‘ормы! „естное слово... ’очешь, познакомлю?
ѕол€чка... —озей зовут... ’очешь, сведу к ней?
   - √м... »звини, —емен ѕетрович, € тебе скажу, что
этак двор€нам не надлежит поступать! Ќе надлежит!!
Ёто бабье дело, кабацкое, а не твое, не двор€нское!
   - „то такое? ƒа ты... чего? - струсил —емен
ѕетрович.
   - —тыдно, брат! “вой отец-покойник предводителем у
нас был, матушка в уважении. —тыдно! я у теб€ уже
мес€ц гощу и одну за тобой черту заметил... Ќет у
теб€ того знакомого, нет того встречного и
поперечного, которому бы ты девочки не
предлагал!.. “о тому, то другому... » разговора у
теб€ другого нету... ѕодсватываньем занимаешьс€. ј
еще тоже женатый, почтенный, в действительные
скоро полезешь, в превосходительные... —тыд,
срам!.. ћес€ц живу у теб€, а ты мне уже дес€тую
предлагаешь... —ваха!..
   —емен ѕетрович сконфузилс€, завертелс€, точно его
на карманном воровстве поймали.
   - ƒа € ничего... - залепетал он. - я это так
только... ’е-хе-хе...  акой же ты...
   ѕрошли шагов двадцать молча.
   - Ќесчастный € человек! - застонал вдруг —емен
ѕетрович, багрове€ и мига€ глазками. - Ќесчастный
€! Ёто ты верно, что € сваха! ¬ерно! » был таким и
до самой гробовой доски таким буду, ежели хочешь
знать! ¬ аду за это самое гореть буду!
   —емен ѕетрович отча€нно махнул правой рукой, а
левой провел по глазам. ÷илиндр его сполз на
затылок, галоши сильнее заскребли по тротуару.
 ончик носа налилс€ кровью...
   _ ѕропадом пропаду за свое поведение! » умру не
своей смертью! ѕогибну! „увствую, брат, свой порок
и понимаю, но ничего € с собой не поделаю. ¬едь
дл€ чего € всех женским полом пичкаю? ѕоневоле,
брат! ≈й-ей, поневоле! –евнив €, как собака!  аюсь
тебе, как другу моему... –евность мен€ одолела!
∆енилс€ €, сам знаешь, на молоденькой, на
красавице... каждый за ней ухаживает, то есть,
может быть, на нее никто и гл€деть не хочет, но
мне все кажетс€... —лепой курице, знаешь, все
пшеница. ¬с€кого шага боюсь... Ќамедни ты после
обеда ей руку пожал только, а мне уж все
показалось... ножом пырнуть теб€ захотелось...
¬сего боюсь! Ќу, и приходитс€ поневоле хитрость
употребл€ть.  ак только замечу, что кто-нибудь
начинает увиватьс€ около, € сейчас и подъезжаю с
девочкой: не хочешь ли, мол? ќтвод, хитрость
военна€... ƒурак €! „то € делаю! —тыд, срам!
 аждый день по Ќевскому бегаю, вербую при€телей
этих шлепохвостых тварей... ¬от этих подл€нок! ј
сколько у мен€ на них денег сходит, ежели бы ты
знал! Ќекоторые, при€тели-то, пон€ли мою слабость
и пользуютс€... Ќа мой счет пробавл€ютс€,
подлецы... јх!
   —емен ѕетрович взвизгнул и побледнел. ѕо Ќевскому,
мимо при€телей, прокатила кол€ска. ¬ ней сидела
молода€ дамочка; vis-a-vis дамочки сидел мужчина.
   - ¬идишь, видишь? ∆ена едет. Ќу, как тут не
ревновать? ј? ¬едь это он уж третий раз с ней катаетс€!
Ќедаром! Ќедаром, шельмец! ¬идал, как он на нее
погл€дывает? ѕрощай... ѕобегу... “ак не хочешь —озю?
Ќет? Ќе хочешь! ѕрощай... “ак € ему ее... —озю-то...
   —емен ѕетрович нахлобучил поглубже шл€пу и, стуча
палкой, побежал, стара€сь не потер€ть из виду
кол€ски.
   - ќтец предводителем был, - вздохнул ѕавел »ваныч.
- ћатушка в уважении... » фамили€ знатна€,
столбова€... ј-а-ах! »змельчал народ!

»ћ≈Ќ»Ќџ
I
ѕосле именинного обеда, с его восемью блюдами и
бесконечными разговорами, жена именинника ќльга
ћихайловна пошла в сад. ќб€занность непрерывно
улыбатьс€ и говорить, звон посуды, бестолковость
прислуги, длинные обеденные антракты и корсет,
который она надела, чтобы скрыть от гостей свою
беременность, утомили ее до изнеможени€. ≈й
хотелось уйти подальше от дома, посидеть в тени и
отдохнуть на мысл€х о ребенке, который должен был
родитьс€ у нее мес€ца через два. ќна привыкла к
тому, что эти мысли приходили к ней, когда она с
большой аллеи сворачивала влево на узкую тропинку;
тут в густой тени слив и вишен сухие ветки
царапали ей плечи и шею, паутина садилась на лицо,
а в мысл€х вырастал образ маленького человечка
неопределенного пола, с не€сными чертами, и
начинало казатьс€, что не паутина ласково щекочет
лицо и шею, а этот человечек; когда же в конце
тропинки показывалс€ жидкий плетень, а за ним
пузатые ульи с череп€ными крышками, когда в
неподвижном, засто€вшемс€ воздухе начинало пахнуть
и сеном и медом и слышалось кроткое жужжанье пчел,
маленький человечек совсем овладевал ќльгой
ћихайловной. ќна садилась на скамеечке около
шалаша, сплетенного из лозы, и принималась думать.
   » на этот раз она дошла до скамеечки, села и стала
думать; но в ее воображении вместо маленького
человечка вставали большие люди, от которых она
только что ушла. ≈е сильно беспокоило, что она,
хоз€йка, оставила гостей; и вспомнила она, как за
обедом ее муж ѕетр ƒмитрич и ее д€д€ Ќиколай
Ќиколаич спорили о суде прис€жных, о печати и о
женском образовании; муж, по обыкновению, спорил
дл€ того, чтобы щегольнуть перед гост€ми своим
консерватизмом, в главное - чтобы не соглашатьс€ с
д€дей, которого он не любил; д€д€ же противоречил
ему и придиралс€ к каждому его слову дл€ того,
чтобы показать обедающим, что он, д€д€, несмотр€
на свои п€тьдес€т дев€ть лет, сохранили в себе еще
юношескую свежесть духа и свободу мысли. » сама
ќльга ћихайловна под конец обеда не выдержала и
стала неумело защищать женские курсы,- не потому,
что эти курсы нуждались в защите, а просто потому,
что ей хотелось досадить мужу, который, по ее
мнению, был несправедлив. √остей утомил этот спор,
но все они нашли нужным вмешатьс€ и говорили
много, хот€ всем им не было никакого дела ни до
суда прис€жных, ни до женского образовани€...
   ќльга ћихайловна сидела по сю сторону плетн€,
около шалаша. —олнце пр€талось за облаками,
деревь€ и воздух хмурились, как перед дождем, но,
несмотр€ на это, было жарко и душно. —ено,
скошенное под деревь€ми накануне ѕетрова дн€,
лежало неубранное и испуска€ т€желый, приторный
запах. Ѕыло тихо. «а плетнем монотонно жужжали
пчелы...
   Ќеожиданно послышались шаги и голоса.  то-то шел
по тропинке к пасеке.
   - ƒушно!- сказал женский голос.-  ак по-вашему,
будет дождь или нет?
   - Ѕудет, мо€ прелесть, но не раньше ночи,- ответил
томно очень знакомый мужской голос.- ’ороший дождь
будет.
   ќльга ћихайловна рассудила, что если она поспешит
спр€татьс€ в шалаш, то ее не замет€т и пройдут
мимо, и ей не нужно будет говорить и напр€женно
улыбатьс€. ќна подобрала платье, нагнулась и вошла
в шалаш. “отчас же лицо, шею и руки ее обдало
гор€чим, душным, как пар, воздухом. ≈сли бы не
духота и спертый запах ржаного хлеба, укропа и
лозы, от которого захватывало дыхание, то тут, под
соломенною крышей и в сумерках, отлично можно было
бы пр€татьс€ от гостей и думать о маленьком
человечке. ”ютно и тихо.
   -  акое здесь хорошенькое местечко!- сказал
женский голос.- ѕосидимте здесь, ѕетр ƒмитрич.
   ќльга ћихайловна стала гл€деть в щель между двум€
хворостинами. ќна увидела своего мужа ѕетра
ƒмитрича и гостью Ћюбочку Ўеллер, семнадцатилетнюю
девочку, недавно кончившую в институте. ѕетр
ƒмитрич, со шл€пой на затылке, томный и ленивый
оттого, что много пил за обедом, вразвалку ходил
около плетн€ и ногой сгребал в кучу сено; Ћюбочка,
розова€ от жары и, как всегда, хорошенька€,
сто€ла, заложив руки назад, и следила за ленивыми
движени€ми его большого красивого тела.
   ќльга ћихайловна знала, что ее муж нравитс€
женщинам, и - не любила видеть его с ними. Ќичего
особенного не было в том, что ѕетр ƒмитрич лениво
сгребал сено, чтобы посидеть на нем с Ћюбочкой и
поболтать о пуст€ках; ничего не было особенного и
в том, что хорошенька€ Ћюбочка кротко гл€дела на
него, но все же ќльга ћихайловна почувствовала
досаду на мужа, страх и удовольствие оттого, что
ей можно сейчас подслушать.
   - —адитесь, очаровательница,- сказал ѕетр ƒмитрич,
опуска€сь на сено и пот€гива€сь.- ¬от так. Ќу,
расскажите мне что-нибудь.
   - ¬от еще! я стану рассказывать, а вы уснете.
   - я усну? јллах керим! ћогу ли € уснуть, когда на
мен€ гл€д€т такие глазки?
   ¬ словах мужа и в том, что он в присутствии гостьи
сидел развал€сь и со шл€пой на затылке, не было
тоже ничего особенного. ќн был избалован
женщинами, знал, что нравитс€ им, и в обращении с
ними усвоил себе особый тон, который, как все
говорили, был ему к лицу. — Ћюбочкой он держал
себ€ так же, как со всеми женщинами. Ќо ќльга
ћихайловна все-таки ревновала.
   - —кажите пожалуйста,- начала Ћюбочка после
некоторого молчани€,- правду ли говор€т, что вы
попали под суд?
   - я? ƒа, попал...   злоде€м сопричтен, мо€
прелесть.
   - Ќо за что?
   - Ќи за что, а так... все больше из-за политики,-
зевнул ѕетр ƒмитрич.- Ѕорьба левой и правой. я,
обскурант и рутинер, осмелилс€ употребить в
официальной бумаге выражени€, оскорбительные дл€
таких непогрешимых √ладстонов, как наш участковый
мировой судь€  узьма √ригорьевич ¬остр€ков и
¬ладимир ѕавлович ¬ладимиров.
   ѕетр ƒмитрич еще раз зевнул и продолжал:
   - ј у нас такой пор€док, что вы можете
неодобрительно отзыватьс€ о солнце, о луне, о чем
угодно, но храни вас бог трогать либералов! Ѕоже
вас сохрани! Ћиберал - это тот самый поганый сухой
гриб, который, если вы неча€нно дотронетесь до
него пальцем, обдаст вас облаком пыли.
   - „то у вас произошло?
   - Ќичего особенного. ¬есь сыр-бор загорелс€ из-за
чистейшего пуст€ка.  акой-то учитель, плюгавенька€
личность колокольного происхождени€, подает
¬остр€кову прошение на трактирщика, обвин€€ его в
оскорблении словами и действием в публичном месте.
»з всего видно, что и учитель и трактирщик оба
были пь€ны, как сапожники, и оба вели себ€
одинаково скверно. ≈сли и было оскорбление, то во
вс€ком случае взаимное. ¬остр€кову следовало бы
оштрафовать обоих за нарушение тишины и прогнать
их из камеры - вот и все. Ќо у вас как? ” нас на
первом плане стоит всегда не лицо, не факт, а
фирма и €рлык. ”читель, какой бы он негод€й ни
был, всегда прав, потому что он учитель;
трактирщик же всегда виноват, потому что он
трактирщик и кулак. ¬остр€ков приговорил
трактирщика к аресту, тот перенес дело в съезд.
—ъезд торжественно утвердил приговор ¬остр€кова.
Ќу, € осталс€ при особом мнении... Ќемножко
погор€чилс€... ¬от и все.
   ѕетр ƒмитрич говорил покойно, с небрежною иронией.
Ќа самом же деле предсто€щий суд сильно беспокоил
его. ќльга ћихайловна помнила, как он, вернувшись
со злополучного съезда, всеми силами старалс€
скрыть от домашних, что ему т€жело и что он
недоволен собой.  ак умный человек, он не мог не
чувствовать, что в своем особом мнении он зашел
слишком далеко, и сколько лжи понадобилось ему,
чтобы скрывать от себ€ и от людей это чувство!
—колько было ненужных разговоров, сколько
брюзжань€ и неискреннего смеха над тем, что не
смешно! ”знав же, что его привлекают к суду, он
вдруг утомилс€ и пал духом, стал плохо спать,
чаще, чем обыкновенно, сто€л у окна и барабанил
пальцами по стеклам. ќн стыдилс€ сознатьс€ перед
женой, что ему т€жело, а ей было досадно...
   - √овор€т, вы были в ѕолтавской губернии?-
спросила Ћюбочка.
   - ƒа, был,- ответил ѕетр ƒмитрич.- “ретьего дн€
вернулс€ оттуда.
   - Ќебось хорошо там?
   - ’орошо. ќчень даже хорошо. я, надо вам сказать,
попал туда как раз на сенокос, а на ”крайне
сенокос самое поэтическое врем€. “ут у нас большой
дом, большой сад, много людей и суеты, так что вы
не видите, как кос€т; тут все проходит незаметно.
“ам же у мен€ на хуторе п€тнадцать дес€тин луга
как на ладони: у какого окна ни станьте, отовсюду
увидите косарей. Ќа лугу кос€т, в саду кос€т,
гостей нет, суеты тоже, так что вы поневоле
видите, слышите и чувствуете один только сенокос.
Ќа дворе и в комнатах пахнет сеном, от зари до
зари звен€т косы. ¬ообще ’охланди€ мила€ страна.
¬ерите ли, когда € пил у колодцев с журавл€ми
воду, а в жидовских корчмах - поганую водку, когда
в тихие вечера доносились до мен€ звуки хохлацкой
скрипки и бубна, то мен€ манила обворожительна€
мысль - засесть у себ€ на хуторе и жить в нем,
пока живетс€, подальше от этих съездов, умных
разговоров, философствующих женщин, длинных
обедов...
   ѕетр ƒмитрич не лгал. ≈му было т€жело и в самом
деле хотелось отдохнуть. » в ѕолтавскую губернию
ездил он только затем, чтобы не видеть своего
кабинета, прислуги, знакомых и всего, что могло бы
напоминать ему об его раненом самолюбии и ошибках.
   Ћюбочка вдруг вскочила и в ужасе замахала руками.
   - јх, пчела, пчела!- взвизгнула она.- ”кусит!
   - ѕолноте, не укусит!- сказал ѕетр ƒмитрич.-  ака€
вы трусиха!
   - Ќет, нет, нет!- крикнула Ћюбочка и, огл€дыва€сь
на пчелу, быстро пошла назад.
   ѕетр ƒмитрич уходил за нею и смотрел ей вслед с
умилением и грустью. ƒолжно быть, гл€д€ на нее, он
думал о своем хуторе, об одиночестве и - кто
знает?- быть может, даже думал о том, как бы тепло
и уютно жилось ему на хуторе, если бы женой его
была эта девочка - молода€, чиста€, свежа€, не
испорченна€ курсами, не беременна€...
    огда голоса и шаги затихли, ќльга ћихайловна
вышла из шалаша и направилась к дому. ≈й хотелось
плакать. ќна уже сильно ревновала мужа. ≈й было
пон€тно, что ѕетр ƒмитрич утомилс€, был недоволен
собой и стыдилс€, а когда стыд€тс€, то пр€чутс€
прежде всего от близких и откровенничают с чужими;
ей было также пон€тно, что Ћюбочка не опасна, как
и все те женщины, которые пили теперь в доме кофе.
Ќо в общем все было непон€тно, страшно, и ќльге
ћихайловне уже казалось, что ѕетр ƒмитрич не
принадлежит ей наполовину...
   - ќн не имеет права!- бормотала она, стара€сь
осмыслить свою ревность и свою досаду на мужа.- ќн
не имеет никакого права. я ему сейчас все выскажу!
   ќна решила сейчас же найти мужа и высказать ему
все: гадко, без конца гадко, то он нравитс€ чужим
женщинам и добиваетс€ этого, как манный небесной;
несправедливо и нечестно, что он отдает чужим то,
что по праву принадлежит его жене, пр€чет от жены
свою душу и совесть, чтобы открывать их первому
встречному хорошенькому личику. „то худого сделал
ему жена? ¬ чем она провинилась? Ќаконец, давно
уже надоело его лганье: он посто€нно рисуетс€,
кокетничает, говорит не то, что думает, и
стараетс€ казатьс€ не тем, что он есть и кем ему
быть должно.   чему эта ложь? ѕристала ли она
пор€дочному человеку? ≈сли он лжет, то оскорбл€ет
и себ€ и тех, кому лжет, и не уважает того, о чем
лжет. Ќеужели ему не пон€тно, что, если он
кокетничает и ломаетс€ за судейским столом или,
сид€ за обедом, трактует о прерогативах власти
только дл€ того, чтобы насолить д€де, неужели ему
не пон€тно, что этим самым он ставит ни в грош и
суд, и себ€, и всех, кто его слушает и видит?
   ¬ыйд€ на большую аллею, ќльга ћихайловна придала
себе такое выражение, как будто уходила сейчас по
хоз€йственным надобност€м. Ќа террасе мужчины пили
ликер и закусывали €годами; один из них, судебный
следователь, толстый пожилой человек, балагур и
остр€к, должно быть, рассказывал какой-нибудь
нецензурный анекдот, потому что, увидев хоз€йку,
он вдруг схватил себ€ за жирные губы, выпучил
глаза и присел. ќльга ћихайловна не любила уездных
чиновников. ≈й не нравились их неуклюжие
церемонные жены, сплетни, частые поездки в гости,
лесть перед ее мужем, которого все они ненавидели.
“еперь же, когда они пили, были сыты и не
собирались уезжать, она чувствовала, что их
присутствие утомительно до тоски, но, чтобы не
показатьс€ нелюбезной, она приветливо улыбнулась
судебному следователю и погрозила ему пальцем.
„ерез залу и гостиную она прошла улыба€сь и с
таким видом, как будто шла приказать что-то и
распор€дитьс€. "Ќе дай бог, если кто остановит!"-
думала она, но сама заставила себ€ остановитьс€ в
гостиной, чтобы из приличи€ послушать молодого
человека, который сидел за пианино и играл;
посто€в минутку, она крикнула: "Ѕраво, браво,
monsieur ∆орж!"- и, хлопнув два раза в ладоши,
пошла дальше.
   ћужа нашла она в кабинете. н сидел у стола и о
чем-то думал. Ћицо его было строго, задумчиво и
виновато. Ёто уж был не тот ѕетр ƒмитрич, который
спорил за обедом и которого знают гости, а другой
- утомленный, виноватый и недовольный собой,которого
знает одна только жена. ¬ кабинет пришел он,
должно быть, дл€ того, чтобы вз€ть папирос. ѕеред
ним лежал открытый портсигар, набитый папиросами,
и одна рука была опущена в €щик стола.  ак брал
папиросы, так и застыл.
   ќльге ћихайловне стало жаль его. Ѕыло €сно, как
день, что человек томилс€ и не находил места, быть
мщжет, боролс€ с собой. ќльга ћихайловна молча
подошла к столу; жела€ показать, что она не помнит
обеденного спора и уже не сердитс€, она закрыла
портсигар и положила его мужу в боковой карман.
   "„то же сказать ему? - думала она.- я скажу, что
ложь тот же ложь чем дальше в лес, тем труднее
выбратьс€ из него. я скажу: ты увлекс€ своею
фальшивою ролью и зашел слишком далеко; ты
оскорбил людей, которые были к тебе прив€заны и не
сделали тебе никакого зла. ѕоди же извинись перед
ними, посмейс€ над самим собой, и тебе станет
легко. ј если хочешь тишины и одиночества, то
уедем отсюда вместе".
   ¬стрет€сь глазами с женой, ѕетр ƒмитрич вдруг
придал своему лицу выражение, какое у него было за
обедом и в саду - равнодушное и слегка
насмешливое, зевнул и подн€лс€ с места.
   - “еперь шестой час,- сказал он, взгл€нув на
часы.- ≈сли гости смилостив€тс€ и уедут в
одиннадцать, то и тогда нам остаетс€ ждать еще
шесть часов. ¬есело, нечего сказать!
   », что-то насвистыва€, он медленно, своею обычною
солидною походкой, вышел из кабинета. —лышно было,
как он, солидно ступа€, прошел через залу, потом
через гостиную, чему-то солидно засме€лс€ и сказал
игравшему молодому человеку: "Ѕра-о! бра-о!" —коро
шаги его затихли: должно быть, вышел в сад. » уж
не ревность и не досада, а насто€ща€ ненависть к
его шагам, неискреннему смеху и голосу овладела
ќльгой ћихайловной. она подошла к окну и погл€дела
в сад. ѕетр ƒмитрич шел уже по аллее. «аложив одну
руку в карман и щелка€ пальцами другой, слегка
откинув назад голову, он шел солидно, вразвалку и
с таким видом, как будто был очень доволен и
собой, и обедом, и пищеварением, и природой...
   Ќа аллее показались два маленьких гимназиста, дети
помещицы „ижевской, только что приехавшие, а с
ними студент-гувернер в белом кителе и в очень
узких брюках. ѕоравн€вшись с ѕетром ƒмитричем дети
и студент остановились и, веро€тно, поздравили его
с ангелом.  расиво повод€ плечами, он потрепал
детей за щеки и подал студенту руку небрежно, не
гл€д€ на него. ƒолжно быть, студент похвалил
погоду и сравнил ее с петербургской, потому что
ѕетр ƒмитрич сказал громко и таким тоном, как
будто говорил не с гостем, а с судебным приставом
или со свидетелем:
   - „то-с? ” вас в ѕетербурге холодно? ј у нас тут,
батенька мой, благорастворение воздухов и изобилие
плодов земных. ј? „то?
   », заложив в карман одну руку и щелкнув пальцами
другой, он зашагал дальше. ѕока он не скрылс€ за
кустами орешника, ќльга ћихайловна все врем€
смотрела ему в затылок и недоумевала. ќткуда у
тридцатичетырехлетнего человека эта солидна€,
генеральска€ походка? ќткуда т€жела€, красива€
поступь? ќткуда эта начальническа€ вибраци€ в
голосе, откуда все эти "что-с" и "батенька"?
   ќльга ћихайловна вспомнила, как она, чтобы не
скучать дома, в первые мес€цы замужества ездила в
город на съезд, где иногда вместо ее крестного
отца, графа јлексе€ ѕетровича, председательствовал
ѕетр ƒмитрич. Ќа председательском кресле, в
мундире и с цепью н груди, он совершенно мен€лс€.
¬еличественные жесты, громовый голос, "что-с",
"н-да-с", небрежный тон... ¬се обыкновенное
человеческое, свое собственное, что привыкла
видеть в нем ќльга ћихайловна дома, исчезало в
величии, и на кресле сидел не ѕетр ƒмитрич, а
какой-то другой человек, которого все звали
господином председателем. —ознание, что он -
власть, мешало ему покойно сидеть на месте, и она
искал случа€, чтобы позвонить, строго взгл€нуть на
публику, крикнуть... ќткуда брались близорукость и
глухота, когда он вдруг начинал
плохо видеть и слышать и, величественно морщась,
требовал, чтобы говорили громче и поближе
подходили к столу. — высоты величи€ он плохо
различал лица и звуки, так что если бы, кажетс€, в
эти минуты подошла к нему сама ќльга ћихайловна,
то он и ей бы крикнул: " ак ваша фамили€?"
—видетел€м-кресть€нам он говорил "ты", на публику
кричал так, что его голос был слышен даже на
улице, а с адвокатами держал себ€ невозможно. ≈сли
приходилось говорить прис€жному поверенному, то
ѕетр ƒмитрич сидел к нему несколько боком и щурил
глаза в потолок, жела€ этим показать, что
прис€жный поверенный тут вовсе не нужен и что он
его не признает и не слушает; если же говорил серо
одетый частный поверенный, то ѕетр ƒмитрич весь
превращалс€ в слух и измер€л поверенного
насмешливым, уничтожающим взгл€дом: вот, мол,
какие теперь адвокаты! "„то же вы хотите этим
сказать?"- перебивал он. ≈сли витиеватый
поверенный употребл€л какое-нибудь иностранное
слово и, например, вместо "фиктивный" произносил
"фактивный", то ѕетр ƒмитрич вдруг оживл€лс€ и
спрашивал: "„то-с?  ак? ‘активный? ј что это
значит?"- и потом наставительно замечал: "Ќе
употребл€йте тех слов, которых вы не понимаете". »
поверенный, кончив свою речь, отходил от стола
красный и весь в поту, а ѕетр ƒмитрич,
самодовольно улыба€сь, торжеству€ победу,
откидывалс€ на спинку кресла. ¬ своем обращении с
адвокатами он несколько подражал графу јлексею
ѕетровичу, но у графа, когда тот, например,
говорил: "«ащита, помолчите немножко!"- это
выходило старчески-добродушно и естественно, у
ѕетра же ƒмитрича грубовато и нат€нуто.
II
   ѕослышались аплодисменты. Ёто молодой человек
кончил играть. ќльга ћихайловна вспомнила про
гостей и поторопилась в гостиную.
   - я вас заслушалась,- сказала она, подход€ к
пианино.- я вас заслушалась. ” вас удивительные
способности! Ќо не находите ли вы, что наш пианино
расстроен?
   ¬ это врем€ в гостиную входили два гимназиста и с
ними студент.
   - Ѕоже мой, ћит€ и  ол€?- сказала прот€жно и
радостно ќльга ћихайловна, ид€ к ним навстречу.-
 акие большие стали! ƒаже не узнаешь вас! ¬ где же
ваша мама?
   - ѕоздравл€ю вас с именинником,- начал разв€зно
студент,- и желаю всего лучшего. ≈катерина
јндреевна поздравл€ет и просит извинени€. ќна не
совсем здорова.
   -  ака€ же она не добра€! я ее весь день ждала. ј
вы давно из ѕетербурга?- спросила ќльга ћихайловна
студента.-  ака€ теперь там погода?- и, не
дожида€сь ответа, она ласково взгл€нула на
гимназистов и повторила: -  акие большие выросли!
ƒавно ли вы приезжали сюда с н€ней, а теперь уже
гимназисты! —тарое старитс€, а молодое растет...
¬ы обедали?
   - јх, не беспокойтесь, пожалуйста!- сказал студент.
   - ¬едь вы не обедали?
   - –ади бога, не беспокойтесь!
   - Ќо ведь вы хотите есть?- спросила ќльга
ћихайловна грубым и жестким голосом, нетерпеливо и
с досадой - это вышло у нее неча€нно, но тотчас же
она закашл€лась, улыбнулась, покраснела.-  акие
большие выросли!- сказала она м€гко.
   - Ќе беспокойтесь, пожалуйста!- сказал еще раз
студент.
   —тудент просил не беспокоитьс€, дети молчали;
очевидно, все трое хотели есть. ќльга ћихайловна
повела их в столовую и приказала ¬асилию накрыть
на стол.
   - Ќе добра€ ваша мама!- говорила она, усажива€
их.- —овсем мен€ забыла. Ќе добра€, не добра€, не
добра€... “ак и скажите ей. ј вы на каком
факультете?- спросила она у студента.
   - Ќа медицинском.
   - Ќу, а у мен€ сладость к докторам, представьте.я
очень жалею. что мой муж не доктор.  акое надо
иметь мужество, чтобы, например, делать операции
или резать трупы! ”жасно! ¬ы не боитесь? я бы,
кажетс€, умерла от страха. ¬ы, конечно, выпьете
водки?
   - Ќе беспокойтесь, пожалуйста.
   - — дороги нужно, нужно выпить. я женщина, да и то
пью иногда. ј ћит€ и  ол€ выпьют малаги. ¬ино
слабенькое, не бойтесь.  акие они, право, молодцы!
∆енить даже можно.
   ќльга ћихайловна говорила без умолку. ќна по опыту
знала, что, занима€ гостей, гораздо легче и
удобнее говорить, чем слушать.  огда говоришь, нет
надобности напр€гать внимание, придумывать ответы
на вопросы и мен€ть выражение лица. Ќо она
неча€нно задала какой-то серьезный вопрос, студент
стал говорить длинно, и ей поневоле пришлось
слушать. —тудент знал, что она когда-то была на
курсах, а потом, обраща€сь к ней, старалс€
казатьс€ серьезным.
   - ¬ы на каком факультете?- спросила она, забыв,
что однажды уже задавала этот вопрос.
   - Ќа медицинском.
   ќльга ћихайловна вспомнила, что давно уже не была
с дамами.
   - ƒа? «начит, вы доктором будете?- сказала она,
поднима€сь.- Ёто хорошо. я жалею, что сама не
пошла на медицинские курсы. “ак вы тут обедайте,
господа, и выходите в сад. я вас познакомлю с
барышн€ми.
   ќна вышла и взгл€нула на часы: было без п€ти минут
шесть. » она удивилась, что врем€ идет так
медленно, и ужаснулась, что до полуночи, когда
разъедутс€ гости, осталось еще шесть часов.  уда
убить эти шесть часов?  акие фразы говорить?  ак
держать себ€ с мужем?
   ¬ гостиной и на террасе не было ни души. ¬се гости
разбрелись по саду.
   "Ќужно будет предложить им до ча€ прогулку в
березн€к или катанье на лодках,- думала ќльга
ћихайловна,, тороп€сь к крокету, откуда слышались
голоса и смех.- ј стариков усадить играть в
винт..."
   ќт крокета навстречу ей шел лакей √ригорий с
пустыми бутылками.
   - √де же барыни?- спросила она.
   - ¬ малиннике. “ам и барин.
   - ј, господи боже мой!- с ожесточением крикнул
ктото на крокете.- ƒа € же тыс€чу раз говорил вам
то же самое! „тобы знать болгар, надо их видеть!
Ќельз€ судить по газетам!
   ќт этого крика, или от чего другого, ќльга
ћихайловна вдруг почувствовала сильную слабость во
всем теле, особенно в ногах и в плечах. ≈й вдруг
захотелось не говорить, не слышать, не двигатьс€.
   - √ригорий,- сказала она томно и с усилием,- когда
вы будете подавать чай или что-нибудь, то,
пожалуйста, не обращайтесь ко мне, не спрашивайте,
не говорите ни о чем... ƒелайте все сами
и... и не стучите ногами. ”мол€ю... я не могу,
потому что...
   ќна не договорила и пошла дальше к крокету, но по
дороге вспомнила о барын€х и повернула к
малиннику. Ќебо, воздух и деревь€ по-прежнему
хмурились и обещали дождь; было жарко и душно;
громадные стаи ворон, предчувству€ непогоду, с
криком носились над садом. „ем ближе к огороду,
тем аллеи становились запущеннее, темнее и уже; на
одной из них, пр€тавшейс€ в густой заросли диких
груш, кислиц, молодых дубков, хмел€, целые облака
мелких черных мошек окружили ќльгу ћихайловну; она
закрыла руками лицо и стала насильно воображать
маленького человечка... ¬ воображении пронеслись
√ригорий, ћит€,  ол€, лица мужиков, приходивших
утром поздравл€ть...
   ѕослышались чьи-то шаги, и она открыла глаза.  
ней навстречу быстро шел д€д€ Ќиколай Ќиколаич.
   - Ёто ты, мила€? ќчень рад...- начал он,
задыха€сь.- Ќа два слова...- ќн вытер платком свой
бритый красный подбородок, потом вдруг отступил
шаг назад, всплеснул руками и выпучил глаза.-
ћатушка, до каких же пор это будет продолжатьс€?-
заговорил он быстро, захлебыва€сь.- я теб€
спрашиваю: где границы? не говорю уже о том, что
его держимордовские взгл€ды деморализуют среду, что он
оскорбл€ет во мне и в каждом честном, мысл€щем
человеке все св€тое и лучшее - не говорю, но пусть
он будет хоть приличен! „то такое?  ричит, рычит,
ломаетс€, корчит из себ€ какого-то Ѕонапарта, не
дает слова сказать... черт его знает!  акие-то
величественные жесты, генеральский смех,
снисходительный тон! ƒа позвольте вас спросить:
кто он такой? я теб€ спрашиваю: кто он такой? ћуж
своей жены, мелкопоместный титул€р, которому
посчастливилось женитьс€ на богатой! ¬ыскочка и
юнкер, каких много! ўедринский тип!  л€нусь богом,
что-нибудь из двух: или он страдает манией величи€
или в самом деле права эта стара€, выживша€ из ума
крыса, граф јлексей ѕетрович, когда говорит, что
теперешние дети и молодые люди поздно станов€тс€
взрослыми и до сорока лет играют в извозчики и в
генералы!
   - Ёто верно, верно...- согласилась ќльга
ћихайловна.- ѕозвольте мне пройти.
   - “еперь ты рассуди, к чему это приведет?-
продолжал д€д€, загоражива€ ей дорогу.- „ем
кончитс€ эта игра в консерватизм и в генералы? ”же
под суд попал! ѕопал! я очень рад! ƒокричалс€ и
достукалс€ до того, что угодил на скамью
подсудимых. » не то чтобы окружный суд или что, а
судебна€ палата! ’уже этого, кажетс€, и придумать
нельз€! ¬о-вторых,, со всеми рассорилс€! —егодн€
именины, а, погл€ди, не приехали ни ¬остр€ков, ни
яхонтов, ни ¬ладимиров, ни Ўевуд, ни граф... Ќа
что, кажетс€, консервативнее графа јлексе€
ѕетровича, да и тот не приехал. » никогда больше
не приедет! ”видишь, что не приедет!
   - јх, боже мой, да €-то тут при чем?- спросила
ќльга ћихайловна.
   -  ак при чем? “ы его жена! “ы умна, была на
курсах, и в твоей власти сделать из него честного
работника!
   - Ќа курсах не учат, как вли€ть на т€желых людей.
я должна буду, кажетс€, просить у всех вас
извинени€, что была на курсах!- сказала ќльга
ћихайловна резко.- ѕослушай, д€д€, если у теб€
целый день над ухом будут играть одни и те же гаммы,
то ты не усидишь на месте и сбежишь. я уж круглый
год по целым дн€м слышу одно и то же. √оспода,
надо же, наконец, иметь сожаление!
   ƒ€д€ сделал очень серьезное лицо, потом пытливо
погл€дел на нее и покривил рот насмешливою улыбкой.
   - ¬от оно что!- пропел он старушечьим голосом.-
¬иноват-с!- сказал он и церемонно расклан€лс€.-
≈сли ты сама подпала под его вли€ние и изменила
убеждени€, то так бы и сказала раньше. ¬иноват-с!
   - ƒа, € изменила убеждени€!- крикнула она.-
–адуйс€!
   - ¬иноват-с!
   ƒ€д€ в последний раз церемонно поклонилс€, как-то
вбок, и, весь съежившись, шаркнул ногой и пошел
назад.
   "ƒурак,- подумала ќльга ћихайловна.- » ехал бы
себе домой".
   ƒам и молодежь нашла она на огороде в малиннике.
ќдни ели малину, другие, кому уже надоела малина,
бродили по гр€дам клубники или рылись в сахарном
горошке. Ќесколько в сторону от малинника, около
ветвистой €блони, кругом подпертой палками,
повыдерганными из старого полисадника, ѕетр
ƒмитрич косил траву. ¬олосы его падали на лоб,
галстук разв€залс€, часова€ цепочка выпала из
петли. ¬ каждом его шаге и взмахе косой
чувствовались уменье и присутствие громадной
физической силы. ¬озле него сто€ли Ћюбочка и
дочери соседа, полковника Ѕукреева, Ќаталь€ и
¬алентина, или, как их все звали, Ќата и ¬ата,
анемичные и болезненно-полные блондинки, лет
шестнадцати - семнадцати, в белых плать€х,
поразительно похожие друг на друга. ѕетр ƒмитрич
учил их косить.
   - Ёто очень просто...- говорил он.- Ќужно только
уметь держать косу и не гор€читьс€, то есть не
употребл€ть силы больше, чем нужно. ¬от так... Ќе
угодно ли теперь вам?- предложил он косу Ћюбочке.-
Ќу-ка!
   Ћюбочка неумело вз€ла в руки косу, вдруг
покраснела и засме€лась.
   - Ќе робейте, Ћюбовь јлександровна!- крикнула
ќльга ћихайловна так громко, чтобы ее могли
слышать все дамы и знать, что она с ними.- Ќе
робейте! Ќадо учитьс€! ¬ыйдете за толстовца,
косить заставит.
   Ћюбочка подн€ла косу, но оп€ть засме€лась и,
обессилев от смеха, тотчас же опустила ее. ≈й было
стыдно и при€тно, что с нею говор€т, как с
большой. Ќата, не улыба€сь и не робе€, с
серьезным, холодным лицом, вз€ла косу, взмахнула и
запутала ее в траве; ¬ата, тоже не улыба€сь,
серьезна€ и холодна€, как сестра, молча вз€ла косу
и вонзила ее в землю. ѕроделав это, обе сестры
вз€лись под руки и молча пошли к малине.
   ѕетр ƒмитрич сме€лс€ и шалил, как мальчик и это
детски-шаловливое настроение, когда он становилс€
чрезмерно добродушен, шло к нему гораздо более,
чем что-либо другое. ќльга ћихайловна любила его
таким. Ќо мальчишество его продолжалось
обыкновенно недолго. “ак и на этот раз, пошалив с
косой, он почему-то нашел нужным придать своей
шалости серьезный оттенок.
   -  огда € кошу, то чувствую себ€, знаете ли,
здоровее и нормальнее,- сказал он.- ≈сли бы мен€
заставили довольствоватьс€ одною только умственной
жизнью, то € бы, кажетс€, с ума сошел. „увствую,
что € не родилс€ культурным человеком! ћне бы
косить, пахать, се€ть, лошадей выезжать...
   » у ѕетра ƒмитрича с дамами началс€ разговор о
преимуществах физического труда, о культуре, потом
о вреде денег, о собственности. —луша€ мужа, ќльга
ћихайловна почему-то вспомнила о своем приданом.
   "ј ведь будет врем€,- подумала она,- когда он не
простит мне, что € богаче его. ќн горд и
самолюбив. ѕожалуй, возненавидит мен€ за то, что
многим об€зан мне".
   ќна остановилась около полковника Ѕукреева,
который ел малину и тоже принимал участие в
разговоре.
   - ѕожалуйте,- сказал он, дава€ дорогу ќльге
ћихайловне и ѕетру ƒмитричу.- “ут сама€ спела€...
»так-с, по мнению ѕрудона,- продолжал он, возвысив
голос,- собственность есть воровство. Ќо €,
признатьс€, ѕрудона не признаю и философом его не
считаю. ƒл€ мен€ французы не авторитет, бог с ними!
   - Ќу, что касаетс€ ѕрудонов и вс€ких там Ѕоклей,
то € тут швах,- сказал ѕетр ƒмитрич.- Ќасчет
философии обращайтесь вот к ней, к моей супруге.
ќна была на курсах и всех этих Ўопенгауэров и
ѕрудонов насквозь...
   ќльге ћихайловне оп€ть стало скучно. ќна оп€ть
пошла по саду, по узкой тропиночке, мимо €блонь и
груш, и оп€ть у нее был такой вид, как будто шла
она по очень важному делу. ј вот изба садовника...
Ќа пороге сидела жена садовника ¬арвара и ее
четверо маленьких реб€тишек с большими стрижеными
головами. ¬арвара тоже была беременна и собиралась
родить, по ее вычислени€м, к »лье-пророку.
ѕоздоровавшись, ќльга ћихайловна молча огл€дела ее
детей и спросила:
   - Ќу, как ты себ€ чувствуешь?
   - ј ничего...
   Ќаступило молчание. ќбе женщины молча как будто
понимали друг друга.
   - —трашно родить в первый раз,- сказала ќльга
ћихайловна, подумав,- мне все кажетс€, что € не
перенесу, умру.
   - » мне представл€лось, да вот жива же... ћало ли
чего!
   ¬арвара, беременна€ уже в п€тый раз и опытна€,
гл€дела на свою барыню несколько свысока и
говорила с нею наставительным тоном, а ќльга
ћихайловна невольно чувствовала ее авторитет; ей
хотелось говорить о своем страхе, о ребенке, об
ощущени€х, но она бо€лась, чтобы это не показалось
¬арваре мелочным и наивным. » она молчала и ждала,
когда сама ¬арвара скажет что-нибудь.
   - ќл€, домой идем!- крикнул из малинника ѕетр
ƒмитрич.
   ќльге ћихайловне нравилось молчать, ждать и
гл€деть на ¬арвару. ќна согласилась бы просто€ть
так, молча и без вс€кой надобности, до самой ночи.
Ќо нужно было идти. ≈два она отошла от избы, как
уж к ней навстречу бежала Ћюбочка, ¬ата и Ќата.
ƒве последние не добежали до нее на целую сажень и
обе разом остановились как вкопанные; Ћюбочка же
добежала и повисла к ней на шею.
   - ћила€! ’ороша€! Ѕесценна€!- заговорила она,
целу€ ее в лицо и в шею.- ѕоедемте чай пить на
остров!
   - Ќа остров! Ќа остров!- сказали обе разом
одинаковые ¬ата и Ќата, не улыба€сь.
   - Ќо ведь дождь будет, мои милые.
   - Ќе будет, не будет!- крикнула Ћюбочка, дела€
плачущее лицо.- ¬се согласны ехать! ћила€, хороша€!
   - “ам все собираютс€ ехать чай пить на остров,-
сказал ѕетр ƒмитрич, подход€.- –аспор€дись... ћы
все поедем на лодках, а самовары и все прочее надо
отправить с прислугой в экипаже.
   ќн пошел р€дом с женой и вз€л ее под руку. ќльге
ћихайловне захотелось сказать мужу что-нибудь
непри€тное, колкое, хот€ бы даже упом€нуть о
приданом, чем жестче, тем, казалось, лучше. ќна
подумала и сказала:
   - ќтчего это граф јлексей ѕетрович не приехал?  ак
жаль!
   - я очень рад, что он не приехал,- солгал ѕетр
ƒмитрич.- ћне этот юродивый надоел пуще горькой
редьки.
   - Ќо ведь ты до обеда ждал его с таким нетерпением!
III
   „ерез полчаса все гости уже толпились на берегу
около свай, где были прив€заны лодки. ¬се много
говорили, сме€лись и от излишней суеты никак не
могли усестьс€ в лодки. “ри лодки были уже битком
набиты пассажирами, а две сто€ли пустые. ќт этих
двух пропали куда-то ключи, и от реки то и дело
бегали во двор посланные поискать ключей. ќдни
говорили, что ключи у √ригори€, другие - что они у
приказчика, третьи советовали призвать кузнеца и
отбить замки. » все говорили разом, перебива€ и
заглуша€ друг друга. ѕетр ƒмитрич нетерпеливо
шагал по берегу и кричал:
   - Ёто черт знает что такое!  лючи должны всегда
лежать в передней на окне!  то смел вз€ть их
оттуда? ѕриказчик может, если ему угодно, завести
себе свою лодку!
   Ќаконец ключи нашлись. тогда оказалось, что не
хватает двух весел. —нова подн€лась суматоха. ѕетр
ƒмитрич, которому наскучило шагать, прыгнул в
узкий и длинный челн, выдолбленный из топол€, и,
покачнувшись, едва не упав в воду, отчалил от
берега. «а ним одна за другою, при громком смехе и
визге барышень, поплыли и другие лодки.
   Ѕелое облачное небо, прибрежные деревь€, камыш и
лодки с людьми и с веслами отражались в воде, как
в зеркале; под лодками, далеко в глубине, в
бездонной пропасти тоже было небо и летали птицы.
ќдин берег, на котором сто€ла усадьба, был высок,
крут и весь покрыт деревь€ми; на другом, отлогом,
зеленели широкие заливные луга и блестели звезды.
ѕроплыли лодки саженей п€тьдес€т, и из-за печально
склонившихс€ верб на отлогом берегу показались
избы, стадо коров; стали слышатьс€ песни, пь€ные
крики и звуки гармоники.
   “ам и с€м по реке шныр€ли челны рыболовов, плывших
ставить на ночь свои переметы. ¬ одном челноке
сидели подгул€вшие музыканты-любители и играли на
самоделковых скрипках и виолончели.
   ќльга ћихайловна сидела у рул€. ќна приветливо
улыбалась и много говорила, чтобы зан€ть гостей, а
сама искоса погл€дывала на мужа. ќн плыл на своем
челне впереди всех, сто€ и работа€ одним веслом.
Ћегкий остроносый челнок, который все гости звали
душегубкой, а сам ѕетр ƒмитрич почему-то ѕендераклией,
бежал быстро; он имел живое, хитрое выражение и,
казалось, ненавидел т€желого ѕетра ƒмитрича и ждал
удобной минуты, чтобы выскользнуть из-под его ног.
ќльга ћихайловна посматривала на мужа, и ей были
противны его красота, котора€ нравилась всем,
затылок, его поза, фамиль€рное обращение с
женщинами; она ненавидела всех женщин, сидевших в
лодке, ревновала и в то же врем€ в каждую минуту
вздрагивала и бо€лась, чтобы валкий челнок не
опрокинулс€ и не наделал бед.
   - “ише, ѕетр!- кричала она, и сердце ее замирало
от страха.- —адись в лодку! ћы и так верим, что ты
смел!
   Ѕеспокоили ее и те люди, которые сидели с нею в
лодке. ¬се это были обыкновенные, недурные люди,
каких много, но теперь каждый из них представл€лс€
ей необыкновенным и дурным. ¬ каждом она видела
одну только неправду. "¬от,- думала она,- работает
веслом молодой шатен в золотых очках и с красивою
бородкой, это богатый, сытый и всегда счастливый
маменькин сынок, которого все считают честным,
свободомысл€щим, передовым человеком. ≈ще года
нет, как он кончил в университете и приехал на
житье в уезд, но уж говорит про себ€: "ћы земские
де€тели". Ќо пройдет год, и он, как многие другие,
соскучитс€, уедет в ѕетербург и, чтобы оправдать
свое бегство, будет всюду говорить, что земство
никуда не годитс€ и что он обманут. ј с другой
лодки, не отрыва€ глаз, гл€дит на него молода€
жена и верит, что он "земский де€тель", как через
год поверит тому, что земство никуда не годитс€. ј
вот полный, тщательно выбриты господин в
соломенной шл€пе с широкою лентой и с дорогою
сигарой в зубах. Ётот любит говорить: "ѕора нам
бросить фантазии и прин€тьс€ за дело!" ” него
йоркширские свиньи, бутлеровские ульи, рапс,
ананасы, маслобойн€, сыроварн€, италь€нска€
двойна€ бухгалтери€. Ќо каждое лето, чтобы осенью
жить с любовницей в  рыму, он продает на сруб свой
лес и закладывает по част€м землю. ј вот д€дюшка
Ќиколай Ќиколаич, который сердит на ѕетра ƒмитрича
и все-таки почему-то не уезжает домой!"
   ќльга ћихайловна погл€дывала на другие лодки,, и
там она видела одних только неинтересных чудаков,
актеров или недалеких людей. ¬спомнила она всех,
кого только знала в уезде, и никак не могла
вспомнить ни одного такого человека, о котором
могла бы сказать или подумать хоть что-нибудь
хорошее. ¬се, казалось ей, бездарны, бледны,
недалеки, узки, фальшивы, бессердечны, все
говорили не то, что думали, и делали не то, что
хотели. —кука и отча€ние душили ее; ей хотелось
вдруг перестать улыбатьс€, вскочить и крикнуть:
"¬ы мне надоели!"- и потом прыгнуть из лодки и
поплыть к берегу.
   - √оспода, возьмем ѕетра ƒмитрича на буксир!-
крикнул кто-то.
   - Ќа буксир! Ќа буксир!- подхватили остальные.-
ќльга ћихайловна, берите на буксир вашего мужа.
   „тобы вз€ть на буксир, ќльга ћихайловна, сидевша€
у рул€, должна была не пропустить момента и ловко
схватить ѕендераклию у носа за цепь.  огда она
нагибалась за цепью, ѕетр ƒмитрич поморщилс€ и
испуганно посмотрел на нее.
   -  ак бы ты не простудилась тут!- сказал он.
   "≈сли ты боишьс€ за мен€ и за ребенка, то зачем же
ты мен€ мучишь?"- подумала ќльга ћихайловна.
   ѕетр ƒмитрич признал себ€ побежденным и, не жела€
плыть на буксире, прыгнул с ѕендераклии в лодку, и
без того уж набитую пассажирами, прыгнул так
неаккуратно, что лодка сильно накренилась, и все
вскрикнули от ужаса.
   "Ёто он прыгнул, чтобы нравитьс€ женщинам,-
подумала ќльга ћихайловна.- ќн знает, что это
красиво..."
   ” нее, как думала она, от скуки, досады, от
напр€женной улыбки и от неудобства, какое
чувствовалось во всем теле, началась дрожь в руках
и ногах. » чтобы скрыть от гостей эту дрожь, она
старалась громче говорить, сме€тьс€, двигатьс€...
   "¬ случае, если € вдруг заплачу,- думала она,- то
скажу, что у мен€ бол€т зубы..."
   Ќо вот наконец лодки пристали к острову "ƒоброй
Ќадежды". “ак называлс€ полуостров, образовавшийс€
вследствие загиба реки под острым углом, покрытый
старою рощей из березы, дуба, вербы и топол€. ѕод
деревь€ми уже сто€ли столы, дымили самовары, и
около посуды уже хлопотали ¬асилий и √ригорий, в
своих фраках и в белых в€заных перчатках. Ќа
другом берегу, против "ƒоброй Ќадежды", сто€ли
экипажи, приехавшие с провизией. — экипажей
корзины и узлы с провизией переправл€лись на
остров в челноке, очень похожем на ѕендераклию. ”
лакеев, кучеров и даже у мужика, который сидел в
челноке, выражение лиц было торжественное,
именинное, какое бывает только у детей и прислуги.
   ѕока ќльга ћихайловна заваривала чай и наливала
первые стаканы, гости занимались наливкой и
сладост€ми. ѕотом же началась суматоха, обычна€ на
пикниках во врем€ чаепити€, очень скучна€ и
утомительна€ дл€ хоз€ек. ≈два √ригорий и ¬асилий
успели разнести, как к ќльге ћихайловне уже
пот€нулись руки с пустыми стаканами. ќдин просил
без сахару, другой - покрепче, третий - пожиже,
четвертый благодарил. » все это ќльга ћихайловна
должна была помнить и потом кричать: "»ван
ѕетрович, это вам без сахару?" или: "√оспода, кто
просил пожиже?" Ќо тот, кто просил пожиже и без
сахару, уж не помнил этого и, увлекшись при€тными
разговорами, брал первый попавшийс€ стакан. ¬
стороне от стола бродили, как тени, унылые фигуры
и делали вид, что ищут в траве грибов или читают
этикеты на коробках,- это те, которым не хватило
стаканов. "¬ы пили чай?"- спрашивала ќльга
ћихайловна, и тот, к которому относилс€ этот
вопрос, просил не беспокоитьс€ и говорил: "я
подожду",- хот€ дл€ хоз€йки было удобнее, чтобы
гости не ждали, а торопились.
   ќдни, зан€тые разговорами, пили чай медленно,
задержива€ у себ€ стаканы по получасу, другие же,
в особенности кто много пил за обедом, не отходили
от стола и выпивали стакан з стаканом, так что
ќльга ћихайловна едва успевала наливать. ќдин
молодой шутник пил чай вприкуску и все приговаривал:
"Ћюблю, грешный человек, побаловать себ€ китайскою
травкой". “о и дело просил он с глубоким вздохом:
"ѕозвольте еще одну черепушечку!" ѕил он много,
сахар кусал громко и думал, что все это смешно и
оригинально и что он отлично подражает купцам.
Ќикто не понимал, что все эти мелочи были
мучительны дл€ хоз€йки, да и трудно было пон€ть,
так как ќльга ћихайловна все врем€ приветливо
улыбалась и болтала вздор.
   ј она чувствовала себ€ нехорошо... ≈е раздражали
многолюдство, смех, вопросы, шутник, ошеломленные
и сбившиес€ с ног лакеи, дети, вертевшиес€ около
стола; ее раздражало, что ¬ата похожа на Ќату,
 ол€ на ћитю, и что не разберешь, кто из них пил
уже чай, а кто еще нет. ќна чувствовала, что ее
напр€женна€ улыбка переходит в злое выражение, и
ей каждую минуту казалось, что она сейчас заплачет.
   - √оспода, дождь!- крикнул кто-то
   ¬се посмотрели на небо.
   - ƒа, в самом деле дождь...- подтвердил ѕетр
ƒмитрич и вытер щеку.
   Ќебо уронило только несколько капель, насто€щего
дожд€ еще не было, но гости побросали чай и
заторопились. —начала все хотели ехать в экипажах,
но раздумали и направились к лодкам. ќльга
ћихайловна, под предлогом, что ей нужно поскорее
распор€дитьс€ насчет ужина, попросила позволени€
отстать от общества и ехать домой в экипаже.
   —ид€ в кол€ске, она прежде всего дала отдохнуть
своему лицу от улыбки. — злым лицом она ехала
через деревню и с злым лицом отвечала на поклоны
встречных мужиков. ѕриехав домой, она прошла
черным ходом к себе в спальню и прилегла н постель
мужа.
   - √осподи боже мой,- шептала она,- к чему эта
каторжна€ работа?   чему эти люди толкутс€ здесь и
делают вид, что им весело?   чему € улыбаюсь и
лгу? Ќе понимаю, не понимаю!
   ѕослышались шаги и голоса. Ёто вернулись гости.
   "ѕусть,- подумала ќльга ћихайловна.- я еще полежу".
   Ќо в спальню вошла горнична€ и сказала:
   - Ѕарын€, ћарь€ √ригорьевна уезжает!
   ќльга ћихайловна вскочила, поправила прическу и
поспешила из спальни.
   - ћарь€ √ригорьевна, что же это такое?- начала она
обиженным голосом, ид€ навстречу ћарье
√ригорьевне.-  уда вы это торопитесь?
   - Ќельз€, голубчик, нельз€! я и так уже
засиделась. ћен€ дома дети ждут.
   - Ќе добра€ вы! ќтчего же вы детей с собой не
вз€ли?
   _ ћила€, если позволите, € привезу их к вам
как-нибудь в будень, но сегодн€...
   - јх, пожалуйста,- перебила ќльга ћихайловна,- €
буду очень рада! ƒети у вас такие милые! ѕоцелуйте
их всех... Ќо право, вы мен€ обижаете! «ачем
торопитьс€, не понимаю!
   - Ќельз€, нельз€... ѕрощайте, мила€. Ѕерегите
себ€. ¬ы ведь в таком теперь положении...
   » обе поцеловались. ѕроводив гостью до экипажа,
ќльга ћихайловна пошла в гостиную к дамам. “ам уж
огни были зажжены, и мужчины усаживались играть в
карты.
IV
   √ости стали разъезжатьс€ после ужина, в четверть
первого. ѕровожа€ гостей, ќльга ћихайловна сто€ла
на крыльце и говорила:
   - ѕраво, вы бы вз€ли шаль! —тановитс€ немножко
свежо. Ќе дай бог, простудитесь!
   - Ќе беспокойтесь, ќльга ћихайловна!- отвечали
гости, усажива€сь.- Ќу, прощайте! —мотрите же, мы
ждем вас! Ќе обманите!
   - “пррр!- сдерживал кучер лошадей.
   - “рогай, ƒенис! ѕрощайте, ќльга ћихайловна!
   - ƒетей поцелуйте!
    ол€ска трогалась с места и тотчас же исчезала в
потемках. ¬ красном круге, бросаемом лампою на
дорогу, показывалась нова€ пара или тройка
нетерпеливых лошадей и силуэт кучера с прот€нутыми
вперед руками. ќп€ть начинались поцелуи, упреки и
просьбы приехать еще раз или вз€ть шаль. ѕетр ƒмитрич
выбегал из передней и помогал дамам сесть в
кол€ску.
   - “ы поезжай теперь на ≈фремовщину,- учил он
кучера.- „ерез ћанькино ближе, да там дорога хуже.
„его доброго опрокинешь... ѕрощайте, мо€ прелесть!
Mille compliments вашему художнику!
   - ѕрощайте, душечка ќльга ћихайловна! ”ходите в
комнаты, а то простудитесь! —ыро!
   - “пррр! Ѕалуешьс€!
   - Ёто какие же у вас лошади?- спрашивал ѕетр
ƒмитрич.
   - ¬ великом посту у ’айдарова купили,- отвечал
кучер.
   - —лавные кон€чки...
   » ѕетр ƒмитрич хлопал прист€жную по крупу.
   - Ќу, трогай! ƒай бог час добрый!
   Ќаконец уехал последний гость.  расный круг на
дороге закачалс€,- поплыл в сторону, сузилс€ и
погас - это ¬асилий унес с крыльца лампу. ¬
прошлые разы обыкновенно, проводив гостей, ѕетр
ƒмитрич и ќльга ћихайловна начинали прыгать в зале
друг перед другом, хлопать в ладоши и петь:
"”ехали! уехали! уехали!" “еперь же ќльге
ћихайловне было не до того. ќна пошла в спальню,
разделась и легла в постель.
   ≈й казалось, что она уснет тотчас же и будет спать
крепко. Ќоги и плечи ее болезненно ныли, голова
от€желела от разговоров, и во всем теле
по-прежнему чувствовалось какое-то неудобство.
”крывшись с головой, она полежала минуты три,
потом взгл€нула из-под оде€ла на лампадку,
прислушалась к тишине и улыбнулась.
   - ’орошо, хорошо...- зашептала она, подгиба€ ноги,
которые, казалось ей, оттого что она много ходила,
стали длиннее.- —пать, спать...
   Ќоги не укладывались, всему телу было неудобно, и
она повернулась на другой бок. ѕо спальне с
жужжанием летала больша€ муха и беспокойно билась
о потолок. —лышно было также, как в зале √ригорий
и ¬асилий, осторожно ступа€, убирали столы; ќльге
ћихайловне стало казатьс€, что она уснет и ей
будет удобно только тогда, когда утихнут эти
звуки. » она оп€ть нетерпеливо повернулась на
другой бок.
   ѕослышалс€ из гостиной голос мужа. ƒолжно быть,
кто-нибудь осталс€ ночевать, потому что ѕетр
ƒмитрич к кому-то обращалс€ и громко говорил:
   - я не скажу, чтобы граф јлексей ѕетрович был
фальшивый человек. Ќо он поневоле кажетс€ таким,
потому что все вы, господа, стараетесь видеть в
нем не то, что он есть на самом деле. ¬ его
юродивости вид€т оригинальный ум, в фамиль€рном
обращении - добродушие, в полном отсутствии
взгл€дов вид€т консерватизм. ƒопустим даже, что он
в самом деле консерватор восемьдес€т четвертой
пробы. Ќо что это такое, в сущности, консерватизм?
   ѕетр ƒмитрич, сердитый и на графа јлексе€
ѕетрович, и на гостей, и на самого себ€, отводил
теперь душу. ќн бранил и графа и гостей и с досады
на самого себ€ готов был высказывать и
проповедовать, что угодно. ѕроводив гост€, он
походил из угла в угол по гостиной, прошелс€ по
столовой, по коридору, по кабинету, потом оп€ть по
гостиной, и вошел в спальню. ќльга ћихайловна
лежала на спине, укрыта€ оде€лом только по по€с
(ей уже казалось жарко)6 и со злым лицом следила
за мухой, котора€ стучала по потолку.
   - –азве кто осталс€ ночевать?- спросила она.
   - ≈горов.
   ѕетр ƒмитрич разделс€ и лег на свою постель. ќн
молча закурил папиросу и тоже стал следить за
мухой. ¬згл€д его был суров и беспокоен. ћолча
минут п€ть ќльга ћихайловна гл€дела на его
красивый профиль. ≈й казалось почему-то, что если
бы муж вдруг повернулс€ к ней лицом и сказал:
"ќл€, мне т€жело",- то она заплакала бы или
засме€лась, и ей стало бы легко. ќна думала, что
ноги ноют и всему ее телу неудобно оттого, что у
нее напр€жена душа.
   - ѕетр, о чем ты думаешь?- спросила она.
   - “ак, ни о чем...- ответил муж.
   - ” теб€ в последнее врем€ завелись от мен€
какие-то тайны. Ёто нехорошо.
   - ѕочему же нехорошо?- ответил ѕетр ƒмитрич сухо и
не сразу.- ” каждого из нас есть сво€ лична€
жизнь, должны быть и свои тайны поэтому.
   - Ћична€ жизнь, свои тайны... все это слова!
ѕойми, что ты мен€ оскорбл€ешь!- сказала ќльга
ћихайловна, поднима€сь и сад€сь на постели.- ≈сли
у теб€ т€жело на душе, то почему ты скрываешь это
от мен€? » почему ты находишь более удобным
откровенничать с чужими женщинами, а не с женой? я
ведь слышала, как ты сегодн€ на пасеке изливалс€
перед Ћюбочкой.
   - Ќу, и поздравл€ю. ќчень рад, что слышала.
   Ёто значило: оставь мен€ в покое, не мешай мне
думать! ќльга ћихайловна возмутилась. ƒосада,
ненависть и гнев, которые накопл€лись у нее в
течение дн€, вдруг точно запенились; ей хотелось
сейчас же, не откладыва€ до завтра, высказать мужу
все, оскорбить его, отомстить... ƒела€ над собой
усили€, чтобы не кричать, она сказала:
   - “ак знай же, что все это гадко, гадко и гадко!
—егодн€ € ненавидела теб€ весь день - вот что ты
наделал!
   ѕетр ƒмитрич тоже подн€лс€ и сел.
   - √адко, гадко, гадко!- продолжала ќльга
ћихайловна, начина€ дрожать всем телом.- ћен€
нечего поздравл€ть! ѕоздравь ты лучше самого себ€!
—рам, срам! ƒолгалс€ до такой степени, что
стыдишьс€ оставатьс€ с женой в одной комнате!
‘альшивый ты человек! я вижу теб€ насквозь и
понимаю каждый твой шаг!
   - ќл€, когда ты бываешь не в духе, то, пожалуйста,
предупреждай мен€. “огда € буду спать в кабинете.
   —казавши это, ѕетр ƒмитрич вз€л подушку и вышел из
спальни. ќльга ћихайловна не предвидела этого.
Ќесколько минут она молча, с открытым ртом и дрожа
всем телом, гл€дела на дверь, за которою скрылс€
муж, и старалась пон€ть, что значит это. ≈сть ли
это один из тех приемов, которые употребл€ют в
спорах фальшивые люди, когда бывают неправы, или
же это оскорбление, обдуманно нанесенное ее
самолюбию?  ак пон€ть? ќльге ћихайловне
припомнилс€ ее двоюродный брат, офицер, веселый
малый, который часто со смехом рассказывал ей, что
когда ночью "супружница начинает пилить" его, то
он обыкновенно берет подушку и, посвистыва€,
уходит к себе в кабинет, а жена остаетс€ в глупом
и смешном положении. Ётот офицер женат на богатой,
капризной и глупой женщине, которую он не уважает
и только терпит.
   ќльга ћихайловна вскочила с постели. ѕо ее мнению,
теперь ей оставалось только одно: поскорее одетьс€
и навсегда уехать из этого дома. ƒом был ее
собственный, но тем хуже дл€ ѕетра ƒмитрича. Ќе
рассужда€, нужно это или нет, она быстро пошла в
кабинет, чтобы сообщить мужу о своем решении
("Ѕабь€ логика!"- мелькнуло у нее в мысл€х) и
сказать ему на прощанье еще что0нибудь
оскорбительное, едкое...
   ѕетр ƒмитрич лежал на диване и делал вид, то
читает газету. ¬озле него на стуле горела свеча.
»з-за газеты н было видно его лица.
   - ѕотрудитесь мне объ€снить, что это значит? я вас
спрашиваю!
   - ¬ас...- передразнил ѕетр ƒмитрич, не показыва€
лица.- Ќадоело, ќльга! „естное слово, € утомлен, и
мне теперь не до этого... «автра будем бранитьс€.
   - Ќет, € теб€ отлично понимаю!- продолжала ќльга
ћихайловна.- “ы мен€ ненавидишь! ƒа, да! “ы мен€
ненавидишь за то, что € богаче теб€! “ы никогда не
простишь мне этого и всегда будешь лгать мне!
("Ѕабь€ логика!"- оп€ть мелькнуло в ее мысл€х.)
—ейчас, € знаю, ты смеешьс€ надо мной... я даже
уверена, что ты и женилс€ на мне только затем,
чтобы иметь ценз и этих подлых лошадей... ќ, €
несчастна€!
   ѕетр ƒмитрич уронил газету и приподн€лс€.
Ќеожиданное оскорбление ошеломило его. ќн
детски-беспомощно улыбнулс€, растер€нно погл€дел
на жену и, точно защища€ себ€ от ударов, прот€нул
к ней руки и сказал умол€юще:
   - ќл€!
   », ожида€, что она скажет еще что-нибудь ужасное,
он прижалс€ к спинке дивана, и вс€ его больша€
фигура стала казатьс€ такою же беспомощно-детской,
как и улыбка.
   - ќл€, как ты могла это сказать?- прошептал он.
   ќльга ћихайловна опомнилась. ќна вдруг
почувствовала свою безумную любовь к этому
человеку, вспомнила что он ее муж, ѕетр ƒмитрич,
без которого она не может прожить ни одного дн€ и
который ее любит тоже безумно. ќна зарыдала
громко, не своим голосом, схватила себ€ за голову
и побежала назад в спальню.
   ќна упала в постель, и мелкие, истеричные рыдани€,
мешающие дышать, от которых сводит руки и ноги,
огласили спальню. ¬спомнив, что через три-четыре
комнаты ночует гость, она спр€тала голову под
подушку, чтобы заглушить рыдани€, но подушка
свалилась на пол, и сама она едва не упала, когда
нагнулась за ней; пот€нула она к лицу оде€ло, но
руки не слушались и судорожно рвали все, за что
она хваталась.
   ≈й казалось, что все уже пропало, что неправда,
которую она сказала дл€ того, чтобы оскорбить
мужа, разбила вдребезги всю ее жизнь. ћуж не
простит ее. ќскорбление, которое она нанесла ему,
такого сорта, что его не сгладишь никакими
ласками, ни кл€твами...  ак она убедит мужа, что
сама не верила тому, что говорила?
   -  ончено, кончено!- кричала она, не замеча€, что
подушка оп€ть свалилась на пол.- –ади бога, ради
бога!
   ƒолжно быть, разбуженные ее криками, уже
проснулись гость и прислуга; завтра весь уезд
будет знать, что с нею была истерика, и все
обвин€т в этом ѕетра ƒмитрича. ќна делал усили€,
чтобы сдержать себ€, но рыдани€ с каждою минутой
становились все громче и громче.
   - –ади бога!- кричала она не своим голосом и не
понимала, дл€ чего кричит это.- –ади бога!
   ≈й показалось, что под нею провалилась кровать и
ноги зав€зли в оде€ле. ¬ошел в спальню ѕетр
ƒмитрич в халате и со свечой в руках.
   - ќл€, полно!- сказал он.
   ќна подн€лась и, сто€ в постели на колен€х,
жмур€сь от свечи, выговорила сквозь рыдани€:
   - ѕойми... пойми...
   ≈й хотелось сказать, что ее замучили гости, его
ложь, ее ложь, что у нее накипело, но она могла
только выговорить:
   - ѕойми... пойми!
   - Ќа, выпей!- сказал он, подава€ ей стакан воды.
   ќна послушно вз€ла стакан и стала пить, но вода
расплескалась и полилась ей на руки, грудь,
колени... "ƒолжно быть, € теперь ужасно
безобразна!"- подумала она. ѕетр ƒмитрич молча
уложил ее в постель и укрыл оде€лом, потом вз€л
свечу и вышел.
   - –ади бога!- крикнула оп€ть ќльга ћихайловна.-
ѕетр, пойми, пойми!
   ¬друг что-то сдавило ее внизу живота и спины с
такою силой, что плач ее оборвалс€, и она от боли
укусила подушку. Ќо боль тотчас же отпустила ее, и
она оп€ть зарыдала.
   ¬ошла горнична€ и, поправл€€ на ней оде€ло,
спросила встревоженно:
   - Ѕарын€, голубушка, что с вами?
   - ”бирайтесь отсюда!- строго сказал ѕетр ƒмитрич,
подход€ к постели.
   - ѕойми, пойми...- начала ќльга ћихайловна.
   - ќл€, прошу теб€, успокойс€!- сказал он.- я не
хотел теб€ обидеть. я не ушел бы из спальни, если
бы знал, что это на теб€ так подействует. ћне
просто было т€жело. √оворю тебе как честный
человек...
   - ѕойми... “ы лгал, € лгала...
   - я понимаю... Ќу, ну, будет! я понимаю...-
говорил ѕетр ƒмитрич нежно, сад€сь на ее постель.-
“о сказала ты сгор€ча, пон€тно...  л€нусь богом, €
люблю теб€ больше всего на свете и, когда женилс€
на тебе, ни разу не вспомнил, что ты богата. я
бесконечно любил - и только... ”вер€ю теб€. Ќикогда €
не нуждалс€ и не знал цены деньгам, а потому не
умею чувствовать разницы между твоим состо€нием и
моим. ћне всегда казалось, что мы одинаково
богаты. я что € в мелочах фальшивил, то это...
конечно, правда. ∆изнь у мен€ до сих пор была
устроена так несерьезно, что как-то нельз€
обойтись без мелкой лжи! ћне теперь самому т€жело.
ќставим этот разговор, бога ради!...
   ќльга ћихайловна оп€ть почувствовала сильную боль
и схватила мужа за рукав.
   - Ѕольно, больно, больно...- сказала она быстро.-
јх, больно!
   - „ерт бы вз€л этих гостей!- пробормотал ѕетр
ƒмитрич, поднима€сь.- “ы не должна была ездить
сегодн€ на остров!- крикнул он.- » как это €,
дурак, не остановил теб€? √осподи боже мой!
   ќн досадливо почесал себе голову, махнул рукой и
вышел из спальни.
   ѕотом он несколько раз входил, садилс€ к ней на
кровать и говорил много, то сердито, но она плохо
слышала это. –ыдани€ чередовались у нее с страшною
болью, и кажда€ нова€ боль была сильнее и
продолжительнее. —начала во врем€ боли она
задерживала дыхание и кусала подушку, но потом
стала кричать неприличным, раздирающим голосом.
–аз, увидев около себ€ мужа, она вспомнила, что
оскорбила его, и, не рассужда€, бред ли это, или
насто€щий ѕетр ƒмитрич, схватила обеими руками его
руку и стала целовать ее.
   - “ы лгал, € лгала...- начала она оправдыватьс€.-
ѕойми, пойми... ћен€ замучили, вывели из
терпень€...
   - ќл€, мы тут не одни!- сказал ѕетр ƒмитрич.
   ќльга ћихайловна приподн€ла голову и увидела
¬арвару, котора€ сто€ла на колен€х около комода и
выдвигала нижний €щик. ¬ерхние €щики были уже
выдвинуты.  ончив с комодом, ¬арвара подн€лась и,
красна€ от напр€жени€, с холодным, торжественным
лицом прин€лась отпирать шкатулку.
   - ћарь€, не отопру!- сказала она шепотом.- ќтопри,
что ли.
   √орнична€ ћарь€ ковыр€ла ножницами в подсвечнике,
чтобы вставить новую свечу; она подошла к ¬арваре
и помогла ей отпереть шкатулку.
   - „тоб ничего запертого не было...- шептала
¬арвара.- ќтопри, мать мо€, и этот коробок.
Ѕарин,- обратилась она к ѕетру ƒмитричу,- вы бы
послали к отцу ћихаилу, чтоб царские врата отпер!
Ќадо!
   - ƒелайте: что хотите,- сказал ѕетр ƒмитрич,
прерывисто дыша,- только, ради бога, скорей
доктора или акушерку! ѕоехал ¬асилий? ѕошли еще
кого-нибудь. ѕошли своего мужа!
   "я рожу",- сообразила ќльга ћихайловна.- ¬арвара,-
простонала она,- но ведь он родитс€ не живой!
   - Ќичего, ничего, барын€...- зашептала ¬арвара..-
Ѕог даст, живой бундить (так она выговаривала
слово "будет")! Ѕундить живой.
    огда ќльга ћихайловна в другой раз очнулась от
боли, то уж не рыдала и не металась, а только
стонала. ќт стонов она не могла удержатьс€ даже в
те промежутки, когда не было боли. —вечи еще
горели, но уже сквозь шторы пробивалс€ утренний
свет. Ѕыло, веро€тно, около п€ти часов утра. ¬
спальне за круглым столиком сидела кака€-то
незнакома€ женщина в белом фартуке и с очень
скромною физиономией. ѕо выражению ее фигуры видно
было, что она давно уже сидит. ќльга ћихайловна
догадалась, что это акушерка.
   - —коро кончитс€?- спросила она и в своем голосе
услышала какую-то особую, незнакомую ноту, какой
раньше у нее никогда не было. "ƒолжно быть, €
умираю от родов",- подумала она.
   ¬ спальню осторожно вошел ѕетр ƒмитрич, одетый,
как днем, и стал у окна, спиной к жене. ќн
приподн€л штору и погл€дел в окно.
   -  акой дождь!- сказал он.
   - ј который час?- спросила ќльга ћихайловна, чтобы
еще раз услышать в своем голосе незнакомую нотку.
   - Ѕез четверти шесть,- отвечала акушерка.
   "ј что, если € в самом деле умираю?- подумала
ќльга ћихайловна, гл€д€ на голову мужа и на
оконные стекла, по которым стучал дождь.-  ак он
без мен€ будет жить? — кем он будет чай пить,
обедать, разговаривать по вечерам, спать?"
   » он показалс€ ей маленьким, осиротевшим; ей стало
жаль его и захотелось сказать ему что-нибудь
при€тное, ласковое, утешительное. ќна вспомнила,
как он весною собиралс€ купить себе гончих и как
она, наход€ охоту жестокой и опасной, помешала ему
сделать это.
   - ѕетр, купи себе гончих!- простонала она.
   ќн опустил штору и подошел к постели, хотел что-то
сказать, но в это врем€ ќльга ћихайловна
почувствовала боль и вскрикнула неприличным,
раздирающим голосом.
   ќт боли, частых криков и стонов она отупела. ќна
слышала, видела, иногда говорила, но плохо
понимала и сознавала только, что ей больно и
сейчас будет больно. ≈й казалось, что именины были
уже давно-давно, не вчера, а как будто год назад,
и что ее нова€ болева€ жизнь продолжаетс€ дольше,
чем ее детство, ученье в институте, курсы,
замужество, и будет продолжатьс€ еще долго-долго,
без конца. ќна видела, как акушерке принесли чай,
как позвали ее в полдень завтракать, а потом
обедать; видела, как ѕетр ƒмитрич привык входить,
сто€ть подолгу у окна и выходить, как привыкли
входить какие-то чужие мужчины, горнична€,
¬арвара... ¬арвара говорила только "бундить,
бундить" и сердилась, когда кто-нибудь задвигал
€щики в комоде. ќльга ћихайловна видела, как в
комнате и в окнах мен€лс€ свет: то он был
сумеречный, то мутный, как туман, то €сный,
дневной, какой был вчера за обедом, то оп€ть
сумеречный... » кажда€ из этих перемен
продолжалась так же долго, как детство, ученье в
институте, курсы...
   ¬ечером два доктора - один костл€вый, лысый, с
широкою рыжею бородою, другой с еврейским лицом,
черномазый и в дешевых очках - делали ќльге
ћихайловне какую-то операцию.   тому, что чужие
мужчины касались ее тела, она относилась совершенно
равнодушно. ” нее уже не было ни стыда, ни воли, и
каждый мог делать с нею, что хотел. ≈сли бы в это
врем€ кто-нибудь бросилс€ на нее с ножом, или
оскорбил ѕетра ƒмитрича, или отн€л бы у нее права
на маленького человечка, то она не сказала бы ни
одного слова.
   ¬о врем€ операции ей дали хлороформу.  огда она
потом проснулась, боли все еще продолжались и были
невыносимы. Ѕыла ночь. » ќльга ћихайловна
вспомнила, что точно така€ же ночь с тишиною, с
лампадкой, с акушеркой, неподвижно сид€щей у
постели, с выдвинутыми €щиками комода, с ѕетром
ƒмитричем, сто€щим у окна, была уже, но когда-то
очень, очень давно...
V
   "я не умерла..."- подумала ќльга ћихайловна, когда
оп€ть стала понимать окружающее и когда болей уже
не было.
   ¬ два настежь открытые окна спальни гл€дел €сный
летний день; в саду за окнами, не умолка€ ни на
одну секунду, кричали воробьи и сороки.
   ящики в комоде были уже заперты, постель мужа
прибрана. Ќе было в спальне ни акушерки, ни
¬арвары, ни горничной; один только ѕетр ƒмитрич
по-прежнему сто€л неподвижно у окна и гл€дел в
сад. Ќе слышно было детского плача, никто не
поздравл€л и не радовалс€, очевидно, маленький
человечек родилс€ не живой.
   - ѕетр!- окликнула ќльга ћихайловна мужа.
   ѕетр ƒмитрич огл€нулс€. ƒолжно быть, ч того
времени, как уехал последний гость и ќльга
ћихайловна оскорбила своего мужа, прошло очень
много времени, так как ѕетр ƒмитрич заметно
осунулс€ и похудел.
   - „то тебе?- спросил он, подойд€ к постели.
  ќн гл€дел в сторону, шевелил губами и улыбалс€
детски-беспомощно.
  - ¬се уже кончилось?- спросила ќльга ћихайловна.
   ѕетр ƒмитрич хотел что-то ответить, но губы его
задрожали, и рот покривилс€ старчески, как у
беззубого д€ди Ќикола€ Ќиколаича.
   - ќл€!- сказал он, лома€ руки, и из глаз его вдруг
брызнули крупные слезы.- ќл€! Ќе нужно мне ни
твоего ценза, ни съездов (он всхлипнул)... ни
особых мнений, ни этих гостей, ни твоего
приданого... ничего мне не нужно! «ачем мы не
уберегли нашего ребенка? јх, да что говорить!
   ќн махнул рукой и вышел из спальни.
   ј дл€ ќльги ћихайловны было уже решительно все
равно. ¬ голове у нее сто€л туман от хлороформа,
на душе было пусто... “о тупое равнодушие к жизни,
какое было у нее, когда два доктора делали ей
операцию, все еще не покидало ее.

»« ƒЌ≈¬Ќ» ј ќƒЌќ… ƒ≈¬»÷џ
праздник! √л€жу и не верю своим глазам. ѕеред
моими окнами взад и вперед ходит высокий, статный
брюнет с глубокими черными глазами. ”сы -
прелесть! ’одит уже п€тый день, от раннего утра до
поздней ночи, и все на наши окна смотрит. ƒелаю
вид, что не обращаю внимани€.
он, бедн€жка, ходит. ¬ награду сделала ему глазки
и послала воздушный поцелуй. ќтветил
обворожительной улыбкой.  то он? —естра ¬ар€
говорит, что он в нее влюблен и что ради нее
мокнет на дожде.  ак она неразвита! Ќу, может ли
брюнет любить брюнетку? ћама велела нам получше
одеватьс€ и сидеть у окон. "ћожет быть, он жулик
какой-нибудь, а может быть, и пор€дочный
господин", - сказала она. ∆улик... quel... √лупы
вы, мамаша!
¬иновата €, что он любит мен€, а не ее! Ќеча€нно
уронила ему на тротуар записочку. ќ, коварщик!
Ќаписал у себ€ мелом на рукаве: "ѕочле". ј потом
ходил, ходил и написал на воротах vis-a-vis: "я не
прочь, только после". Ќаписал мелом и быстро стер.
ќтчего у мен€ сердце так бьетс€?
мерзка€ завистница! —егодн€ он остановил
городового и долго говорил ему что-то, показыва€
на наши окна. »нтригу затевает! ѕодкупает, должно
быть... “ираны и деспоты вы, мужчины, но как вы
хитры и прекрасны!
ночью брат —ережа. Ќе успел он лечь в постель, как
его потребовали в квартал.
эти двенадцать дней выслеживал брата —ережу,
который растратил чьи-то деньги и скрылс€.
   —егодн€ он написал на воротах: "я свободен и
могу". —котина... ѕоказала ему €зык.

»« ¬ќ—ѕќћ»ЌјЌ»… »ƒ≈јЋ»—“ј
у нашего казначе€ сто рублей вперед и порешил во
что бы то ни стало "пожить", пожить во всю ивановскую,
так, чтобы потом в течение дес€ти лет жить одними
только воспоминани€ми.
   ј вы знаете, что значит "пожить" в лучшем смысле
этого слова? Ёто не значит отправитьс€ в летний театр
на оперетку, съесть ужин и к утру вернутьс€ домой
навеселе. Ёто не значит отправитьс€ на выставку, а
оттуда на скачки и повертеть там кошельком около
тотализатора. ≈сли вы хотите пожить, то садитесь в
вагон и отправл€йтесь туда, где воздух пропитан
запахом сирени и черемухи, где, ласка€ ваш взор своей
нежной белизной и блескомалмазных росинок, наперегонку
цветут ландыши и ночные красавицы. “ам,
на просторе, под голубым сводом, в виду зеленого леса
и воркующих ручьев, в обществе птиц и зеленых
жуков, вы поймете, что такое жизнь! ѕрибавьте к
этому две-три встречи с широкополой шл€пкой, быстрыми
глазками и белым фартучком... ѕризнаюсь, обо
всем этом € мечтал, когда с отпуском в кармане,
обласканный щедротами казначе€, перебиралс€ на
дачу.
   ƒачу € нан€л, по совету одного при€тел€, у —офьи
ѕавловны  нигиной, отдавшей у себ€ на даче лишнюю
комнату со столом, мебелью и прочими удобствами.
Ќаем дачи совершилс€ скорее, чем мог € думать.
ѕриехав в ѕерерву и отыскав дачу  нигиной,
€ взошел, помню, на террасу и... сконфузилс€. “ерраска
была уютна, мила и восхитительна, но еще милее
и (позвольте так выразитьс€) уютнее была молода€,
полна€ дамочка, сидевша€ за столом на террасе
и пивша€ чай. ќна прищурила на мен€ глазки.
   - „то вам угодно?
   - »звините, пожалуйста...- начал €.- я... €, веро€тно,
не туда попал... ћне нужна дача  нигиной...
   - я  нигина и есть... „то вам угодно?
   я потер€лс€... ѕод квартирными и дачными хоз€йками
привык € разуметь особ пожилых, ревматических,
пахнущих кофейной гущей, но тут...- "спасите
нас, о неба херувимы!"- как сказал √амлет, сидела
чудесна€, великолепна€, изумительна€, очаровательна€
особа. я, заика€сь, объ€снил, что мне нужно.
   - јх, очень при€тно! —адитесь, пожалуйста! ћне
ваш друг писал уже. Ќе хотите ли чаю? ¬ам со сливками
или с лимоном?
   ≈сть порода женщин (чаще всего блондинок), с которыми
достаточно посидеть две-три минуты, чтобы
вы почувствовали себ€ как дома, словно вы давным-давно
знакомы. “акой именно была и —офь€ ѕавловна.
¬ыпива€ первый стакан, € уже знал, что она не
замужем, живет на проценты с капитала и ждет
к себе с гости тетю; € знал причины, какие побудили
—офью ѕавловну отдать одну комнату внаймы. ¬о-первых,
платить сто двадцать рублей за дачу дл€ одной
т€жело и, во-вторых, как-то жутко: вдруг вор
заберетс€ ночью или днем войдет страшный мужик!
» ничего нет предосудительного, если в угловой комнате
будет жить кака€-нибудь одинока€ дама или
мужчина.
   - Ќо мужчина лучше!- вздохнула хоз€йка, слизыва€
варенье с ложечки.- — мужчиной меньше хлопот
и не так страшно...
   ќдним словом, через какой-нибудь час € и —офь€
ѕавловна были уже друзь€ми.
   - јх да!- вспомнил €, проща€сь с ней.- ќбо
всем поговорили, а о главном ни слова. —колько же
вы с мен€ возьмете? ∆ить € у вас буду только
двадцать восемь дней... ќбед, конечно... чай и
прочее.
   - Ќу, нашли, о чем говорить! —колько можете,
столько и дайте... я ведь не из расчета отдаю комнату,
а так... чтоб людней было... двадцать п€ть рублей
можете дать?
   я, конечно, согласилс€, и дачна€ жизнь мо€ началась...
Ёта жизнь интересна тем, что день похож на
день, ночь на ночь, и - сколько прелести в этом однообразии,
какие дни, какие ночи! „итатель, € в восторге,
позвольте мне вас обн€ть! ”тром € просыпалс€ и,
нимало не дума€ о службе, пил чай со сливками.
¬ одиннадцать шел к хоз€йке поздравить ее с добрым
утром и пил у нее кофе с жирными, топлеными сливками.
ќт кофе до обеда болтали. ¬ два часа обед, но
что за обед! ѕредставьте себе, что вы, голодный как
собака, садитесь за стол, хватаете большую рюмку
листовки и закусываете гор€чей солониной с хреном.
«атем представьте себе окрошку  или зеленые щи со
сметаной и т.д. и т.д. ѕосле обеда безм€тежное
лежанье, чтение романа и ежеминутное вскакивание, так
как хоз€йка то и дело мелькает около двери - и "лежите!",
"лежите!.." ѕотом купанье. ¬ечером до глубокой ночи
прогулка с —офьей ѕавловной... ѕредставьте
себе, что в вечерний час, когда все спит, кроме
соловь€ да изредка вскрикивающей цапли, когда
слабо дышащий ветерок еле-еле доносит до вас шум
далекого поезда, вы гул€ете в роще или по насыпи
железной дороги с полной блондиночкой, котора€
кокетливо пожимаетс€ от вечерней прохлады и то и
дело поворачивает к вам бледное от луны личико...
”жасно хорошо!
   Ќе прошло и недели, как случилось то, чего вы
давно уже ждете от мен€, читатель, и без чего не обходитс€
ни один пор€дочный рассказ... я не усто€л...
ћои объ€снени€ —офь€ ѕавловна выслушала равнодушно,
почти холодно, словно давно уже ждала их,
только сделала милую гримаску губами, как бы жела€
сказать:
   - » о чем тут долго говорить, не понимаю!
   ƒвадцать восемь дней промелькнули как одна секунда.
 огда кончилс€ срок моего отпуска, €, тоскующий,
неудовлетворенный, прощалс€ с дачей и —оней.
’оз€йка, когда € укладывал чемодан, сидела на диване
и утирала глазки. я, сам едва не плача, утешал
ее, обеща€ наведыватьс€ к ней на дачу по праздникам и
бывать у нее зимой в ћоскве.
   - јх... когда же мы, душа мо€, с тобой посчитаемс€?-
вспомнил €.- —колько с мен€ следует?
   =  огда-нибудь после...- проговорил мой "предмет",
всхлипыва€.
   - «ачем после? ƒружба дружбой, а денежки
врозь, говорит пословица, и к тому же € нисколько
не желаю жить на твой счет. Ќе ломайс€ же, —он€...
—колько тебе?
   - “ам... пуст€ки какие-то...- проговорила хоз€йка,
всхлипыва€ и выдвига€ из стола €щичек.- ћог бы
и после заплатить...
   —он€ порылась в €щике, достала оттуда бумажку
и подала ее мне.
   - Ёто счет?- спросил €.- Ќу, вот и отлично... и
отлично (€ надел очки)... расквитаемс€ и ладно (€
пробежал счет). »того... ѕостой, что же это? »того...
ƒа это не то, —он€! «десь "итого двести двенадцать
рублей сорок четыре копейки". Ёто не мой счет.
   - “вой, ƒудочка! “ы погл€ди!
   - Ќо... откуда же столько? «а дачу и стол двадцать
п€ть рублей - согласен... «а прислугу три рубл€
- ну, пусть, и на это согласен...
   - я не понимаю, ƒудочка,- сказала прот€жно
хоз€йка, взгл€нув на мен€ удивленно заплаканными
глазами.- Ќеужели ты мне не веришь? —очти в таком
случае! Ћистовку ты пил... не могла же подавадать
тебе к обеду водки за ту же цену! —ливки к чаю и кофе...
потом клубника, огурцы, вишни... Ќасчет кофе
тоже... ¬едь ты не договаривалс€ пить его, а пил каждый
день! ¬прочем, все это такие пуст€ки, что €, изволь,
могу сбросить тебе двенадцать рублей. ѕусть
остаетс€ только двести.
   - Ќо... тут поставлено семьдес€т п€ть рублей и
не обозначено, за что... «а что это?
   -  ак за что? ¬от это мило!
   я посмотрел ей в личико. ќно гл€дело так искренне,
€сно и удивлено, что €зык мой уже не мог выговорить
ни одного слова. ƒ дал —оне сто рублей и
вексель на столько же, взвалил на плечи чемодан и
пошел на вокзал.
   Ќет ли, господа, у кого-нибудь взаймы ста рублей?

∆≈Ќ»’
   „еловек с сизым носом подошел к колоколу и нехот€
позвонил. ѕублика, дотоле покойна€, беспокойно
забегала, засуетилась... ѕо платформе затарахтели
тележки с багажом. Ќад вагонами начали с шумом
прот€гивать веревку... Ћокомотив засвистел и
подкатил к вагонам. ≈го прицепили.  то-то, где-то,
сует€сь, разбил бутылку... ѕослышались прощани€,
громкие всхлипывани€, женские голоса...
   ќколо одного из вагонов второго класса сто€ли
молодой человек и молода€ девушка. ќба прощались и
плакали.
   - ѕрощай, мо€ прелесть! - говорил молодой человек,
целу€ девицу в белокурую головку. - ѕрощай! я так
несчастлив! “ы оставл€ешь мен€ на целую неделю!
ƒл€ люб€щего сердца ведь это цела€ вечность!
ѕро... щай... ”три свои слезки... Ќе плачь...
   »з глаз девушки хлынули слезы; одна слезинка упала
на губу молодого человека.
   - ѕрощай, ¬ар€!  лан€йс€ всем... јх, да!  стати...
≈сли увидишь там ћракова, то отдай ему вот эти...
вот эти... Ќе плачь, душечка... ќтдай ему вот эти
двадцать п€ть рублей...
   ћолодой человек вынул из кармана четвертную и
подал ее ¬аре.
   - ѕотрудись отдать... я ему должен... јх, как
т€жело!
   - Ќе плачь, ѕет€. ¬ субботу € непременно...
приеду... “ы же не забывай мен€...
   Ѕелокура€ головка склонилась на грудь ѕети.
   - “еб€? “еб€ забыть?! –азве это возможно?
   ”дарил второй звонок. ѕет€ сжал в своих объ€ти€х
¬арю, замигал глазами и заревел, как мальчишка.
¬ар€ повисла на его шее и застонала. ¬ошли в вагон.
   - ѕрощай! ћила€! ѕрелесть! „ерез неделю!
   ћолодой человек в последний раз поцеловал ¬арю и
вышел из вагона. ќн стал у окна и вынул из кармана
платок, чтобы начать махать... ¬ар€ впилась в его
лицо своими мокрыми глазами...
   - јйдите в вагон! - скомандовал кондуктор. -
“ретий звонок! ѕраашу вас!
   ”дарил третий звонок. ѕет€ замахал платком. Ќо
вдруг лицо его выт€нулось... ќн ударил себ€ по лбу
и как сумасшедший вбежал в вагон.
   - ¬ар€! - сказал он, задыха€сь. - я дал тебе дл€
ћракова двадцать п€ть рублей... √олубчик...
–асписочку дай! —корей! –асписочку, мила€! » как
это € забыл?
   - ѕоздно, ѕет€! јх! ѕоезд тронулс€!
   ѕоезд тронулс€. ћолодой человек выскочил из
вагона, горько заплакал и замахал платком.
   - ѕришли хоть по почте расписочку! - крикнул он
кивавшей ему белокурой головке.
   "¬едь этакий € дурак! - подумал он, когда поезд
исчез из вида. - ƒаю деньги без расписки! ј?  ака€
оплошность, мальчишество! (¬здох.)   станции,
должно быть, подъезжает теперь... √олубушка!"

∆≈Ќ— ќ≈ —„ј—“№≈
   ’оронили генерал-лейтенанта «апупырина.   дому
покойника, где гудели похоронна€ музыка и раздавались
командные слова, со всех сторон бежали толпы,
желавшие погл€деть на вынос. ¬ одной из групп, спешивших
к выносу, находились чиновники ѕробкин и
—вистков. ќба были со своими женами.
   - Ќельз€-с!- остановил их помощник частного
пристава с добрым, симпатичным лицом, когда они
подошли к цепи.- Ќе-ельз€-с! ѕра-ашу немножко
назад! √оспода, ведь это не от нас зависит! ѕрошу назад!
¬прочем, так и быть, дамы могут пройти... пожалуйте,
mesdames, но... вы, господа, ради бога...
   ∆ены ѕробкина и —висткова зарделись от неожиданной
любезности помощника пристава и юркнули
сквозь цепь, а мужь€ их остались по сю сторону живой
стены и зан€лись созерцанием спин пеших и конных
блюстителей.
   - ѕролезли!- сказал ѕробкин, с завистью и
почти ненавистью гл€д€ на удал€вшихс€ дам.- —частье,
ей-богу, этим шиньонам! ћужскому полу никогда
таких привилегий не будет, как ихнему, дамскому. Ќу
что вот в них особенного? ∆енщины, можно
сказать, самые обыкновенные, с предрассудками,
а их пропустили; а нас с тобой, будь мы хоть статские
советники, ни за что не пуст€т.
   - —транно вы рассуждаете, господа!- сказал
помощник пристава, укоризненно гл€д€ на ѕробкина.
- ¬пусти вас, так вы сейчас толкатьс€ и безобразить
начнете; дама же, по своей деликатности,
никогда себе не позволит ничего подобного!
   _ ќставьте, пожалуйста!- рассердилс€ ѕробкин.
- ƒама в толпе всегда перва€ толкаетс€. ћужчина
стоит и гл€дит в одну точку, а дама растопыривает
руки и толкаетс€, чтоб ее нар€дов не пом€ли.
√оворить уж нечего! ∆енскому полу всегда во всем
фортуна. ∆енщин и в солдаты не берут, и на танцевальные
вечера им бесплатно, и от телесного наказани€
освобождают... ј за какие, спрашиваетс€, заслуги?
ƒевица платок уронила - ты поднимай, она
входит - ты вставай и давай ей свой стул, уходит -
ты провожай... ј возьмите чины! „тоб достигнуть, положим,
статского советника, мне или тебе нужно
всю жизнь протрубить, а девица в какие-нибудь полчаса
обвенчалась со статским советником - вот уж
она и персона. „тобы мне кн€зем или графом сделатьс€,
нужно весь свет покорить, Ўипку вз€ть, в министрах
побывать, а кака€-нибудь, прости господи, ¬аренька
или  атенька, молоко на губах не обсохло,
покрутит перед графом шлейфом, пощурит глазки -
вот и ваше си€тельство... “ы сейчас губернский секретарь...
„ин этот себе ты, можно сказать, кровью и
потом добыл; а тво€ ћарь€ ‘омишна? «а что она
губернска€ секретарша? »з поповен и пр€мо в чиновницы.
’ороша чиновница! ƒай ты ей наше дело, так
она тебе и впишет вход€щую в исход€щие.
   - «ато она в болезн€х чад родит,- заметил
—вистков.
   - ¬елика важность! ѕосто€ла бы она перед начальством,
когда оно холоду напускает, так ей бы эти
самые чада удовольствием показались. ¬о всем и во
всем им привилеги€!  ака€-нибудь девица или дама из
нашего круга может генералу такое выпалить,
чего ты и при экзекуторе не посмеешь сказать. ƒа...
“во€ ћарь€ ‘оминишна может смело со статским советником
под ручку пройтись, а возьми-ка ты статского
советника под руку! ¬озьми-ка, попробуй! ¬ нашем
доме, как раз под нами, брат, живет какой-то
профессор с женой... √енерал, понимаешь, јнну первой
степени имеет, а то и дело слышишь, как его жена
чешет: "ƒурак! дурак! дурак!". ј ведь баба проста€,
из мещанок. ¬прочем, тут законна€, так тому и быть...
испокон века так положено, чтоб законные ругались, но ты
возьми незаконных! „то эти себе дозвол€ют!
¬о веки веков не забыть мне одного случа€. „уть
было не погиб, да так уж, знать, за молитвы родителей
уцелел. ¬ прошлом году, помнишь, наш генерал,
когда уезжал в отпуск к себе в деревню, мен€
вз€л с собой, корреспонденцию вести... ƒело пуст€ковое,
на час работы. ќтработал свое и ступай по
лесу ходить или в лакейскую романсы слушать. Ќаш
генерал - человек холостой. ƒом - полна€ чаша, прислуги
как собак, а жены нет, управл€ть некому. Ќарод все
распущенный, непослушный... и над всеми
командует баба, экономка ¬ера Ќикитишна. ќна и
чай наливает, и обед заказывает, и на лакеев кричит...
Ѕаба, братец ты мой, скверна€, €довита€,
сатаной гл€дит. “олста€, красна€, визглива€...  ак начнет
на кого кричать, как поднимет визг, так хоть св€тых
выноси. Ќе так руготн€ донимала, как этот самый
визг. ќ господи! Ќикому от нее жить€ не было.
Ќе только прислугу, но и мен€, бести€, задирала...
Ќу, думаю, погоди; улучу минутку и все про теб€
генералу расскажу. ќн погружен, думаю, в службу
и не видит, как ты его обкрадываешь и народ жуешь,
постой же, открою € ему глаза. » открыл, брат, глаза,
да так открыл, что чуть было у самого глаза
не закрылись навеки, что даже теперь, как вспомню,
страшно делаетс€. »ду € однажды по коридору и
вдруг слышу визг. —начала думал, что свинью режут,
потом же прислушалс€ и слышу, что это ¬ера
Ќикитишна с кем-то бранитс€: "“варь! ƒр€нь ты
этака€! „ерт!"-  ого это?- думаю. » вдруг, братец
ты мой, вижу, отвор€етс€ дверь и из нее вылетает
наш генерал, весь красный, глаза выпученные, волосы,
словно черт на них подул. ј она ему вслед:
"ƒр€нь! „ерт!"
   - ¬rешь!
   - „естное мое слово. ћен€, знаешь, в жар бросило.
Ќаш убежал к себе, а € стою в коридоре и, как
дурак, ничего не понимаю. ѕроста€, необразованна€
баба, кухарка, смерд - и вдруг позвол€ет себе такие
слова и поступки! Ёто, значит, думаю, генерал хотел
рассчитать, а она воспользовалась тем, что нет
свидетелей, и отчеканила его на все корки. ¬се одно,
мол, уходить! ¬зорвало мен€... ѕошел € к ней в комнату
и говорю: " ак ты смела, негодница, говорить
такие слова высокопоставленному лицу? “ы думаешь,
что как он слабый старик, так за него некому
вступитьс€?"- ¬з€л, знаешь, да и смазал ее по жирным
щекам разика два.  ак подн€ла, братец ты мой,
визг, как заорала, так будь ты трижды неладна, унеси
ты мое горе! «аткнул € уши и пошел в лес. Ётак часика
через два бежит навстречу мальчишка. "ѕожалуйте к
барину". »ду. ¬хожу. —идит, насупившись,
как индюк, и не гл€дит.
   "¬ы что же, говорит, это у мен€ в доме выстраиваете?"
- “о есть как? говорю. ≈жели, говорю, это
вы насчет Ќикитишны, ваше-ство, то € за вас же
вступилс€.- "Ќе ваше дело, говорит, вмешиватьс€ в
чужие семейные дела!"- ѕонимаешь? —емейные!
» как начал, брат, он мен€ отчитывать, как начал
печь - чуть € не помер! √оворил-говорил, ворчал-ворчал
да вдруг, брат, как захохочет ни с того ни с сего.
- "» как, говорит, это вы смогли?!.  ак это у вас
хватило храбрости? ”дивительно! Ќо надеюсь, друг
мой, что все это останетс€ между нами... ¬аша гор€чность
мне пон€тна, но согласитесь, что дальнейшее
пребывание ваше в моем доме невозможно..."
- ¬от, брат! ≈му даже удивительно, как это € смог такую
важную паву побить. ќслепила баба! “айный советник,
Ѕелого ќрла имеет, начальства над собой
не знает, а бабе поддалс€... Ѕа-альшие, брат, привилегии
у женского пола! Ќо... снимай шапку! Ќесут
генерала... ќрденов-то сколько, батюшки светы! Ќу,
что, ей-богу, пустили дам вперед, разве они понимают
что-нибудь в орденах?
   «аиграла музыка.

∆»Ћ≈÷
   Ѕрыкович, когда-то занимавшийс€ адвокатурой, а
ныне живущий без дела у своей богатой супруги, содержательницы
меблированных комнат "“унис", человек
молодой, но уже плешивый, как-то в полночь выбежал
из своей квартиры в коридор и изо всей силы
хлопнул дверью.
   - ќ, зла€, глупа€, тупа€ тварь!- бормотал он,
сжима€ кулаки.- —в€зал же мен€ черт с тобой! ”ф!
„тобы перекричать эту ведьму, надо быть пушкой!
   Ѕрыкович задыхалс€ от негодовани€ и злобы, и
если бы теперь на пути, пока он ходил по длинным коридорам
"“униса", попалась ему кака€-нибудь посудина
или сонный коридорный, то он с наслаждением
дал бы волю рукам, чтобы хоть на чем-нибудь сорвать
свой гнев. ≈му хотелось бранитьс€, кричать, топать ногами...
» судьба, точно понима€ его настроение и жела€
подслужитьс€, послала ему навстречу неисправного
номера. ’ал€вкин сто€л перед своей дверью и, сильно
покачива€сь, тыкал ключом в замочную скважину.
ќн кр€хтел, посылал кого-то ко всем черт€м; но ключ
не слушалс€ и вс€кий раз попадал не туда, куда нужно.
ќдною рукой он судорожно тыкал, в другой держал
футл€р со скрипкой. Ѕрыкович налетел на него, как
€стреб, и крикнул сердито:
   - ј, это вы? ѕослушайте, милостивый государь,
когда же наконец вы уплатите за квартиру? ”ж две
недели, как вы не изволите платить, милостивый государь!
я велю не топить! я вас выселю, милостивый государь,
черт побери!
   - ¬ы мне ме... мешаете...- ответил спокойно музыкант.
- јре... ревуар!
   - —тыдитесь, господин ’ал€вкин!- продолжал
Ѕрыкович.- ¬ы получаете сто двадцать рублей в мес€ц
и могли бы исправно платить! Ёто недобросовестно,
милостивый государь! Ёто подло в высшей степени!
    люч наконец щелкнул, и дверь отворилась.
   - ƒа-с, это нечестно!- продолжал Ѕрыкович, вход€
за музыкантом в номер.- ѕредупреждаю вас, что
если завтра вы не уплатите, то € завтра же подам мировому.
я вам покажу! ƒа не извольте бросать зажженные
спички на пол, а то вы у мен€ тут пожару наделаете! я
не потерплю, чтобы у мен€ в номерах жили люди
нетрезвого поведени€.
   ’ал€вкин погл€дел пь€ными, веселыми глазками
на Ѕрыковича и ухмыльнулс€.
   - –решительно не понимаю, чего вы кип€титесь...-
пробормотал он, закурива€ папиросу и обжига€ себе
пальцы.- Ќе понимаю! ѕоложим, € не плачу за квартиру;
да, € не плачу, но вы-то тут при чем, скажите на
милость?  акое вам дело? ¬ы тоже ничего не платите за
квартиру, но ведь € же не пристаю к вам. Ќе платите,
ну, и бог с вами,- не нужно!
   - “о есть как же это так?
   - “ак... ’о... хоз€ин тут не вы, а ваша высокопочтеннейша€
супруга... ¬ы тут... вы тут такой же жилец
с тромбоном, как и прочие... Ќе ваши номера, стало
быть, кака€ надобность вам беспокоитьс€? Ѕерите
с мен€ пример: ведь € не беспокоюсь? ¬ы за квартиру
ни копейки не платите - и что же? Ќе платите - и не
нужно. я нисколько не беспокоюсь.
   - я вас не понимаю, милостивый государь!- пробормотал
Ѕрыкович и стал в позу человека оскорбленного,
готового каждую минуту вступитьс€ за свою честь.
   - ¬прочем, виноват! я и забыл, что номера вы вз€ли
в приданое... ¬иноват! ’от€, впрочем, если взгл€нуть
с нравственной точки,- продолжал ’ал€вкин, покачива€сь,
- то вы все-таки не должны кип€титьс€...
¬едь они достались вам да... даром, за понюшку табаку...
ќни, ежели взгл€нуть широко, столько же ваши, сколько и
мои... «а что вы их при... присвоили? «а то, что состоите
супругом?.. Ёка важность! Ѕыть супругом вовсе не
трудно. Ѕатюшка мой, приведите ко мне сюда двенадцать
дюжин жен, и € у всех буду мужу - бесплатно!
—делайте ваше такое одолжение!
   ѕь€на€ болтовн€ музыканта, по-видимому, кольнула
Ѕрыковича в самое больное место. ќн покраснел и долго
не знал, что ответить, потом подскочил к ’ал€вкину и,
со злобой гл€д€ на него, изо всей силы стукнул кулаком
по столу.
   -  ак вы смеете мне говорить это?- прошипел
он.-  ак вы смеете?
   - ѕозвольте...- забормотал ’ал€вкин, п€т€сь назад.
- Ёто уж выходит fortissimo. Ќе понимаю, чего вы
обижаетесь! я... € ведь это говорю не в обиду, а... в похвалу
вам. ѕопадись мне дама с такими номерищами,
так € с руками и ногами... сделайте такое одолжение!
   - Ќо... но как вы смеете мен€ оскорбл€ть?- крикнул
Ѕрыкович и оп€ть стукнул кулаком по столу.
   - Ќе понимаю!- пожал плечами ’ал€вкин, уже не
улыба€сь.- ¬прочем, € пь€н... может быть, и оскорбил...
¬ таком случае простите, виноват! ћамочка, прости
первую скрипку! я вовсе не хотел обидеть.
   - Ёто даже цинизм...- проговорил Ѕрыкович, см€гчившись
от умильного тона ’ал€вкина.- ≈сть вещи,
о которых не говор€т в такой форме...
   - Ќу, ну... не буду! ћамаша, не буду! –уку!
   - “ем более что € не подавал повода...- продолжал
Ѕрыкович обиженным тоном, окончательно см€гчившись,
но руки не прот€нул.- я не сделал вам ничего
дурного.
   - ƒействительно, не следовало бы по... поднимать
этого щекотливого вопроса... —болтнул спь€на и сдуру...
ѕрости, мамочка! ƒействительно, скотина! —ейчас €
намочу холодной водой голову и буду трезв.
   - » без того мерзко, отвратительно живетс€, а тут
вы еще с вашими оскорблени€ми!- говорил Ѕрыкович,
возбужденно шага€ по номеру.- Ќикто не видит истины,
и вс€кий думает и болтает, что хочет. ¬оображаю,
что за глаза говоритс€ тут в номерах! ¬оображаю!
ѕравда, € не прав, € виноват: глупо с моей стороны было
набрасыватьс€ на вас в полночь из-за денег; виноват,
но... надо же извинить, войти в положение, а... вы бросаете
в лицо гр€зными намеками!
   - √олубушка, да ведь пь€н!  аюсь и чувствую. „естное
слово, чувствую! ћамочка, и деньги отдам!  ак
только получу первого числа, так и отдам! «начит,
мир и согласие?! Ѕраво! јх, душа мо€, люблю образованных
людей! —ам в консерватосерватории... не выговоришь,
черт!.. училс€...
   ’ал€вкин прослезилс€, поймал за рукав шагавшего
Ѕрыковича и поцеловал его в щеку.
   - Ёх, милый друг, пь€н €, как курицын сын, а все
понимаю! ћамаша, прикажи коридорному подать первой
скрипке самовар! ” вас тут такой закон, что после
одиннадцати часов и по коридору не гул€й, и самовара
не проси; а после театра страсть как чаю хочетс€!
   Ѕрыкович подавил пуговку звонка.
   - “имофей, подай господину ’ал€вкину самовар!
- сказал он €вившемус€ коридорному.
   - Ќельз€-с!- пробасил “имофей.- Ѕарын€ не велела
после одиннадцати часов самовар подавать.
   - “ак € тебе приказываю!- крикнул Ѕрыкович бледне€.
   - „то ж тут приказывать, коли не велено...- проворчал
коридорный, выход€ из номера.- Ќе велено, так
и нельз€. „его тут!..
   Ѕрыкович прикусил губу и отвернулс€ к окну.
   - ѕоложение-с!- вздохнул ’ал€вкин.- ћ-да, нечего
сказать... Ќу, да мен€ конфузитьс€ нечего, € ведь
понимаю... всю душу насквозь. «наем мы эту психологию...
„то ж, поневоле будешь водку пить, коли чаю
не дают! ¬ыпьешь водочки, а?
   ’ал€вкин достал с окна водку, колбасу и расположилс€
на диване, чтобы начать пить и закусывать. Ѕрыкович
печально гл€дел на пь€нчугу и слушал его нескончаемую
болтовню. Ѕыть может, оттого, что при
виде косматой головы, сороковушки и дешевой колбасы
он вспомнил свое недавнее прошлое, когда он
был так же беден, но свободен, и его лицо стало еще
мрачнее, и захотелось выпить. ќн подошел к столу, выпил
рюмку и кр€кнул.
   - —кверно живетс€!- сказал он и мотнул головой.
- ћерзко! ¬от вы мен€ сейчас оскорбили, коридорный
оскорбил... и так без конца! ј за что! “ак, в сущности,
ни за что...
   ѕосле третьей Ѕрыкович сел на диван и задумалс€,
подперев руками голову, потом печально вздохнул и
сказал:
   - ќшибс€! ќх, как ошибс€! ѕродал € и молодость,
и карьеру, и принципы,- вот и мстит мне теперь жизнь.
ќтча€нно мстит!
   ќт водки и печальных мыслей он стал очень бледен
и, казалось, даже похудел. ќн несколько раз в отча€нии
хватал себ€ за голову и говорил: "ќ, что за жизнь, если
бы ты знал!"
   - ј признайс€, скажи по совести,- спросил он,
гл€д€ пристально в лицо ’ал€вкину,- скажи по совести,
как вообще... относ€тс€ ко мне тут? „то говор€т
студенты, которые живут в этих номерах? Ќебось слыхал
ведь...
   - —лыхал...
   - „то же?
   - Ќичего не говор€т, а так... презирают.
   Ќовые при€тели больше уже ни о чем не говорили.
ќни разошлись только на рассвете, когда в коридоре
стали топить печи.
   - ј ты ей ничего... не плати...- бормотал Ѕрыкович
уход€.- Ќе плати ей ни копейки!.. ѕусть...
   ’ал€вкин свалилс€ на диван и, положив голову на
футл€р со скрипкой, громко захрапел.
   ¬ следующую полночь они оп€ть сошлись...
   Ѕрыкович, вкусивший сладость дружеских возли€ний,
не пропускает уже ни одной ночи, и если не застает
’ал€вкина, то заходит в другой какой-нибудь
номер, где жалуетс€ на судьбу и пьет, пьет и оп€ть
жалуетс€ - и так каждую ночь.

∆»“≈…— »≈ Ќ≈¬«√ќƒџ
   Ћев »ванович ѕопов, человек нервный, несчастный
на службе и в семейной жизни, пот€нул к себе счеты
и стал считать снова. ћес€ц тому назад он приобрел
в банкирской конторе  ошкера выигрышный билет 1-го
займа на услови€х погашени€ ссуды част€ми в виде
ежемес€чных взносов и теперь высчитывал, сколько
ему придетс€ заплатить за все врем€ погашени€ и когда
билет станет его полною собственностью.
  этой сумме нужно прибавить проценты за 1 мес€ц в
размере 7% годовых и 1/4% комиссионных, гербовый
сбор, почтовые расходы за пересылку залоговой квитанции
пени 18 коп. ...
   «а перегородкой на кровати лежала жена ѕопова,
—офь€ —аввишна, приехавша€ к мужу из ћценска
просить отдельного вида на жительство. ¬ дороге она
простудилась, схватила флюс и теперь невыносимо
страдала. наверху за потолком какой-то энергический
мужчина, веро€тно ученик консерватории, разучивал
на ро€ли рапсодию Ћиста с таким усердием, что, казалось,
по крыше дома ехал товарный поезд. Ќаправо,
в соседнем номере, студент-медик готовилс€ к экзамену.
ќн шагал из угла в угол и зубрил густым семинарским
басом:
   - ’ронический катар желудка наблюдаетс€ также
у привычных пь€ниц, обжор, вообще у людей, ведущих
неумеренный образ жизни...
   ¬ номере сто€л удушливый запах гвоздики, креозота,
йода, карболки и других вонючих веществ, которые
—офь€ —аввишна употребл€ла против своей зубной
боли.
прибавить 14 руб. 81 коп., итого к этому мес€цу остаетс€
счита€ за 1 мес€ц вперед 7% годовых и 1/4% комиссионных...
   - јх-х!- застонала жена.- ƒа помоги же мне,
Ћев »ваныч! ”мира-аю!
   - „то же €, матушка, сделаю? я не доктор... 1/4%
за транзит 74 коп. ...
   - Ѕесчувственный!- заплакала —офь€ —аввишна,
высовыва€ свою опухшую физиономию из-за ширмы.-
“ы никогда мне не сочувствовал, мучитель! —лушай,
когда € тебе говорю! Ќевежа!
   - —тало быть, 1/4% комиссионных... за транзит
   - ’рронический катар желудка,- зубрил студент,
шага€ из угла в угол,- наблюдаетс€ также у привычных
пь€ниц, обжор...
   ѕопов встр€хнул счеты, мотнул угоревший головой
и стал считать снова. „ерез час он сидел все на том
же месте, таращил глаза в залоговую квитанцию и бормотал:
67 коп. ’орошо-с... ¬ сент€бре € взношу 5 руб., останетс€
7% годовых, 1/4% комиссионных...
   - ¬арвар, подай нашатырный спирт!- взвизгнула
—офь€ —аввишна.- “иран! ”бийца!
   - ’рронический катар желудка наблюдаетс€ также
при стрррадани€х печени...
   ѕопов подал жене спирт и продолжал:
аберрации 18 коп., пени 32 коп. ...
   Ќаверху музыка было утихла, но через минуту пианист
заиграл снова и с таким ожесточением, что в матрасе
под —офьей —аввишной задвигалась пружина.
ѕопов ошалело погл€дел на потолок и начал считать
на счеты и видел что-то вроде морской зыби; в
глазах его р€било, мозги путались, во рту пересохло и
на лбу выступил холодный пот, но он решил не вставать,
пока окончательно не уразумеет своих денежных
отношений к банкирской конторе  ошкера.
   - ј-ах!- мучилась —офь€ —аввишна.- ¬сю правую
сторону рвет. ¬ладычица! ќ-ох, моченьки моей
нет! ј ему, аспиду, хоть трава не расти! ’оть умри €,
ему все равно! Ќесчастна€ €, страдалица! ¬ышла за
идола, мученица!
   - Ќо что же € могу сделать? «начит в феврале
прибавл€€ 7% годовых и 1/4% комиссионных,
   - ’рронический катар желудка наблюдаетс€ и
при страдани€х легких...
   - Ќе муж ты, не отец своих детей, а тиран и мучитель!
ѕодай скорей хоть гвоздичку, бесчувственный!
   - “ьфу! 1/4% комиссионных... то есть что же €? «а
вычетом прибыли от купонов, с прибавлением 7% годовых
за мес€ц вперед, 1/4% комиссионных...
   - ’ррронический катар желудка наблюдаетс€ и
при страдани€х легких...
   „аса три спуст€ ѕопов подвел последний итог. ќказалось,
что за все врем€ погашени€ придетс€ заплатить
что если вычесть отсюда выигрыш в двести тыс€ч, то
все же останетс€ убытку больше миллиона. ”видев такие
цифры, Ћев »ванович медленно подн€лс€, похолодел...
Ќа лице у него выступило выражение ужаса,
недоумени€ и оторопи, как будто у него выстрелили
под самым ухом. ¬ это врем€ наверху за потолком к
пианисту подсел товарищ, и четыре руки, дружно ударив
по клавишам, стали нажаривать рапсодию Ћиста.
—тудент-медик быстрее зашагал, прокашл€лс€ и загудел:
   - ’ррронический катар желудка наблюдаетс€ также
у привычных пь€ниц, обжоррр...
   —офь€ —аввишна взвизгнула, швырнула подушку,
застучала ногами... Ѕоль ее, по-видимому, только что
начинала разыгрыватьс€...
   ѕопов вытер холодный пот, оп€ть сел за стол и,
встр€хнув счеты, сказал:
   - Ќадо проверить... ќчень возможно, что € немножко
ошибс€...
   » он прин€лс€ оп€ть за квитанцию и начал снова
считать:
   ј в ушах у него стучало:
   "ƒыр... дыр... дыр..."
   » уже слышались выстрелы, свист, хлопанье бичей,
рев львов и леопардов.
этот шум.- ¬ июне € взношу 5 рублей! „ерт
возьми, 5 рублей! „ерт вас дери, в рот вам дышло,
5 рублей! Vive la France! ƒа здравствует ƒерулед!
   Ќаутро его свезли в больницу.

∆»¬јя ’–ќЌќЋќ√»я
   √остина€ статского советника Ўарамыкина окутана
при€тным полумраком. Ѕольша€ бронзова€ лампа
с зеленым абажуром красит в зелень a la "украинска€
ночь" стены, мебель, лица... »зредка в потухающем
камине вспыхивает тлеющее полено и на мгновение
заливает лица цветом пожарного зарева; но
это не портит общей световой гармонии. ќбщий тон,
как говор€т художники, выдержан.
   ѕеред камином в кресле, в позе только что пообедавшего
человека, сидит сам Ўарамыкин, пожилой
господин с седыми чиновничьими бакенами и с кроткими
голубыми глазами. ѕо лицу его разлита нежность,
губы сложены в грустную улыбку. ” его ног,
прот€нув к камину ноги и лениво пот€гива€сь, сидит
на скамеечке вице-губернатор Ћопнев, бравый мужчина
лет сорока. ќколо пианино воз€тс€ дети Ўарамыкина:
Ќина,  ол€, Ќад€ и ¬ан€. »з слегка отворенной
двери, ведущей в кабинет г-жи Ўарамыкиной,
робко пробиваетс€ свет. “ам за дверью, за своим
письменным столом, сидит жена Ўарамыкина, јнна
ѕавловна, председательница местного дамского комитета,
жива€ и пикантна€ дамочка, лет тридцати с
хвостиком. ≈е черные, бойкие глазки бегают сквозь
пенсне по страницам французского романа. ѕод романом
лежит растрепаный комитетский отчет за
прошлый год.
   - ѕрежде наш город в этом отношении был счастливее,
- говорит Ўарамыкин, щур€ свои кроткие
глаза на тлеющие уголь€.- Ќи одной зимы не проходило
без того, чтобы не приезжала кака€-нибудь
звезда. Ѕывали и знаменитые актеры, и певцы, а нынче...
черт знает что! кроме фокусников да шарманщиков,
никто не наезжает. Ќикакого эстетического
удовольстви€... ∆ивем, как в лесу. ƒа-с... ј помните,
ваше превосходительство, того италь€нского трагика...
как его?.. еще такой брюнет, высокий... ƒай бог пам€ть...
јх да! Ћуиджи Ёрнесто де –уджиеро... “алант
замечательный... —ила! ќдно слово скажет, бывало,
и театр ходором ходит. ћо€ јнюточка принимала
большое участие в его таланте. ќна ему и театр
выхлопотала, и билеты на дес€ть спектаклей
распродала... ќн ее за это декламации и мимике
учил. ƒуша человек! ѕриезжал он сюда... чтоб не
соврать... лет двенадцать тому назад... Ќет, вру...
ћеньше, лет дес€ть... јнюточка, сколько нашей
Ќине лет?
   - ƒес€тый год!- кричит из своего кабинета
јнна ѕавловна.- ј что?
   - Ќичего, мамочка, это € так... » певцы хорошие
приезжали, бывало... ѕомните вы tenore di grazia
ѕрилипчина? „то за душа человек! „то за наружность!
Ѕлондин... лицо этакое выразительное, манеры
парижские... ј что за голос, ваше превосходительство!
ќдна только беда: некоторые ноты желудком
пел и "ре" фистулой брал, а то все хорошо. ” “амберлика,
говорил, училс€... ћы с јнюточкой выхлопотали
ему залу в общественном собрании, и в благодарность
за это он, бывало, нам целые дни и ночи
распевал... јнюточку петь учил... ѕриезжал он, как
теперь помню, в великом посту, лет... лет двенадцать
тому назад. Ќет, больше... ¬от пам€ть, прости господи!
јнюточка, сколько нашей Ќадечке лет?
   - ƒвенадцать!
   - ƒвенадцать... ежели прибавить дес€ть мес€цев...
Ќу, так и есть... тринадцать!.. ѕрежде у нас
в городе как-то и жизни больше было... ¬з€ть, к примеру,
хоть благотворительные вечера.  акие прекрасные
бывали у нас прежде вечера. „то за прелесть!
» поют, и играют, и читают... ѕосле войны, помню,
когда здесь пленные турки сто€ли, јнюточка делала
вечер в пользу раненых. —обрали тыс€чу сто рублей...
“урки-офицеры, помню, без ума были от јнюточкина
голоса и все ей руку целовали. ’е, хе... ’оть и азиаты, а
признательна€ наци€. ¬ечер до того удалс€,
что €, верите ли, в дневник записал. Ёто было, как
теперь помню, в... семьдес€т шестом... нет! ¬ семьдес€т
седьмом... Ќет! ѕозвольте, когда у нас турки сто€ли?
јнюточка, сколько нашему  олечке лет?
   - ћне, папа, семь лет!- говорит  ол€, черномазый
мальчуган с смуглым лицом и черными, как
уголь, волосами.
   - ƒа, постарели и энергии той уж нет!..- соглашаетс€
Ћопнев, вздыха€.- ¬от где причина... —тарость,
батенька! Ќовых инициаторов нет, а старые
состарились... Ќет уж того огн€. я, когда был помоложе,
не любил, чтоб общество скучало... я был
первым помощником вашей јнны ѕавловны... ¬ечер ли с
благотворительною целью устроить, лотерею
ли, приезжую ли знаменитость поддержать - все
бросал и начинал хлопотать. ќдну зиму, помню, € до
того захлопоталс€ и набегалс€, что даже заболел...
Ќе забыть мне этой зимы!.. ѕомните, какой спектакль
сочинили мы с вашей јнной ѕавловной в пользу
погорельцев?
   - ƒа это в каком году было?
   - Ќе очень давно... ¬ семьдес€т дев€том... Ќет,
в восьмидес€том, кажетс€! ѕозвольте, сколько
вашему ¬ане лет?
   - ѕ€ть!- кричит из кабинета јнна ѕавловна.
   - Ќу, стало быть, это было шесть лет тому назад...
ƒа-с, батенька, были дела! “еперь уж не то!
Ќет того огн€!
   Ћопнев и Ўарамыкин задумываютс€. “леющее
полено вспыхивает в последний раз и подергиваетс€
пеплом.

 ј«ј 
   јрендатор хутора Ќизы ћаксим “орчаков, берд€нский
мещанин, ехал со своей молодой женой из церкви и
вез только что освещенный кулич. —олнце еще не
всходило, но восток уже рум€нилс€, золотилс€. Ѕыло
тихо... ѕерепел кричал свои "пить пойдем! пить
пойдем!", да далеко над курганчиком носилс€
коршун, в больше во всей степи не было заметно ни
одного живого существа.
   “орчаков ехал и думал о том, что нет лучше и
веселее праздника, как ’ристово воскресенье. ∆енат
он был недавно и теперь справл€л с женой первую
пасху. Ќа что бы он ни взгл€нул, о чем бы ни
подумал, все представл€лось ему светлым, радостным
и счастливым. ƒумал он о своем хоз€йстве и
находил, что все у него исправно, домашнее
убранство такое, что лучше и не надо, всего
довольно и все хорошо; гл€дел он на жену - и она
казалась ему красивой, доброй и кроткой. –адовала
его и зар€ на востоке, и молода€ травка, и его
тр€ска€ визглива€ бричка, нравилс€ даже коршун,
т€жело взмахивавший крыль€ми. ј когда он по пути
забежал в кабак закурить папиросу и выпил
стаканчик, ему стало еще веселее...
   - —казано, велик день!- говорил он.- ¬от и велик!
ѕогоди, Ћиза, сейчас солнце начнет играть. ќно
каждую пасху играет! » оно тоже радуетс€, как люди!
   - ќно не живое,- заметила жена.
   - ƒа на нем люди есть!- воскликнул “орчаков.-
≈й-богу, есть! ћне »ван —тепаныч рассказывал - на
всех планетах есть люди, на солнце и на мес€це!
ѕраво... ј может, ученые и брешут, нечистый их
знает! ѕостой, никак лошадь стоит! “ак и есть!
Ќа полдороге к дому, у  ривой Ѕалочки, “орчаков и
его жена увидели оседланную лошадь, котора€ сто€ла
неподвижно и нюхала землю. ” самой дороги на кочке
сидел рыжий казак и, согнувшись, гл€дел себе в
ноги.
   - ’ристос воскрес!- крикнул ему ћаксим.
   - ¬оистину воскрес,- ответил казак, не поднима€
головы.
   -  уда едешь?
   - ƒомой, на льготу.
   - «ачем же тут сидишь?
   - ƒа так... захворал... Ќет мочи ехать.
   - „то ж у теб€ болит?
   - ¬есь болю.
   - √м... вот напасть! ” людей праздник, а ты
хвораешь! ƒа ты бы в деревню или на посто€лый
ехал, а что так сидеть?
    азак подн€л голову и обвел утомленными, больными
глазами ћаксима, его жену, лошадь.
   - ¬ы это из церкви?- спросил он.
   - »з церкви.
   - ј мен€ праздник в дороге застал. Ќе привел бог
доехать. —ейчас сесть бы да ехать, а мочи нет...
¬ы бы, православные, дали мне, проезжему, св€ченой
пасочки разговетьс€!
   - ѕасочки?- спросил “орчаков.- ќно можно,
ничего... постой, сейчас...
ћаксим быстро пошарил у себ€ в карманах, взгл€нул
на жену и сказал:
   - Ќету у мен€ ножика, отрезать нечем. ј ломать-то
- не рука, всю паску испортишь. ¬от задача!
ѕоищи-ка, нет ли у теб€ ножика?
    азак через силу подн€лс€ и пошел к своему седлу
за ножом.
   - ¬от еще что выдумали!- сердито сказала жена
“орчакова.- Ќе дам € тебе паску кромсать! — какими
глазами € ее домой порезанную повезу? » видано ль
дело - в степи разговл€тьс€. ѕоезжай на деревню к
мужикам да там и разговл€йс€!
   ∆ена вз€ла из рук мужа кулич, завернутый в белую
салфетку, и сказала:
   - Ќе дам! Ќадо пор€док знать. Ёто не булка, а
св€чена€ паска, и грех ее без толку кромсать.
   - Ќу, казак, не прогневайс€!- сказал “орчаков и
засме€лс€.- Ќе велит жена! ѕрощай, путь-дорога!
ћаксим тронул вожжи, чмокнул, и бричка с шумом
покатила дальше. ј жена все еще говорила, что
резать кулич, не доехав до дому,- грех и не
пор€док, что все должно иметь свое место и врем€.
Ќа востоке, крас€ пушистые облака в разные цвета,
заси€ли первые лучи солнца; послышалась песн€
жаворонка. ”ж не один, три коршуна, в отдалении
друг от друга, носились над степью. —олнце
пригрело чуть-чуть, и в молодой траве закричали
кузнечики.
   ќтъехав больше версты, “орчаков огл€нулс€ и
пристально погл€дел вдаль.
   - Ќе видать казака...- сказал он.- Ёкий серд€га,
вздумал в дороге хворать! Ќет хуже напасти: ехать
надо, а мочи нет... „его доброго, помрет в
дороге... Ќе дали мы ему, Ћизавета, паски, а
небось и ему надо было дать. Ќебось и ему
разговетьс€ хочетс€.
   —олнце взошло, но играло оно или нет, “орчаков не
видел. ¬сю дорогу до самого дома он молчал, о
чем-то думал и не спускал глаз с черного хвоста
лошади. неизвестно отчего, им овладела скука, и от
праздничной радости в груди не осталось ничего,
как будто ее и не было.
   ѕриехали домой, христосовались с работниками;
“орчаков оп€ть повеселел и стал разговаривать, но
как сели разговл€тьс€ и все вз€ли по куску
св€ченого кулича, он невесело погл€дел н жену и
сказал:
   - ј нехорошо, Ћизавета, что мы не дали тому казаку
разговетьс€.
   - „удной ты, ей-богу!- сказала Ћизавета и с
удивлением пожала плечами.- √де ты вз€л такую
моду, чтобы св€ченую паску раздавать по дороге?
Ќешто это булка? “еперь она порезана, на столе
лежит, пущай ест, кто хочет, хоть и казак твой!
–азве мне жалко?
   - “ак-то оно так, а жалко мне казака. ¬едь он хуже
нищего и сироты. ¬ дороге, далеко от дому,
хворый...
   “орчаков выпил полстакана чаю и уж больше ничего
не пил и не ел. ≈сть ему не хотелось, чай казалс€
невкусным, как трава, и оп€ть стало скучно.
ѕосле разговень€ легли спать.  огда часа через два
Ћизавета проснулась, он сто€л у окна и гл€дел во
двор.
   - “ы уже встал?- спросила жена.
   - Ќе спитс€ что-то... Ёх, Ћизавета,- вздохнул он,-
обидели мы с тобой казака!
   - “ы оп€ть с казаком! ƒалс€ тебе этот казак. Ѕог с
ним.
   - ќн царю служил, может кровь проливал, а мы с
ним, как с свиньей обошлись. Ќадо бы его больного
домой привесть, покормить, а мы ему даже кусочка
хлеба не дали.
   - ƒа, так дам € тебе паску портить. ƒа еще
св€ченую! “ы бы ее с казаком искромсал, а € бы
потом дома глазами лупала? »шь ты какой!
ћаксим потихоньку от жены пошел в кухню, завернул
в салфетку кусок кулича и п€ток €иц и пошел в
сарай к работникам.
   -  узьма, брось гармонию,- обратилс€ он к одному
из них.- —едлай гнедого или »ванчика и езжай
поживее к  ривой Ѕалочке. “ам больной казак с
лошадью, так вот отдай ему это. ћожет, он еще не
уехал.
   ћаксим оп€ть повеселел, но, прождав несколько
часов  узьму, не вытерпел, оседлал лошадь и
поскакал к нему навстречу. ¬стретил он его у самой
Ѕалочки.
   - Ќу что? ¬идал казака?
   - Ќигде нету. ƒолжно, уехал.
   - √м... истори€!
   “орчаков вз€л у  узьмы узелок и поскакал дальше.
ƒоехав до деревни, он спросил у мужиков:
   - Ѕратцы, не видали ли вы больного казака с
лошадью? Ќе проезжал ли тут? »з себ€ рыжий, худой,
на гнедом коне.
   ћужики погл€дели друг на друга и сказали, что
казака они не видели.
   - ќбратный почтовый ехал, это точно, а чтоб казак
или кто другой
такого не было.
    ¬ернулс€ ћаксим домой к обеду.
   - —идит у мен€ этот казак в голове и хоть ты что!-
сказал он жене.- Ќе дает спокою. я все думаю: а
что, ежели это бог нас испытать хотел и ангела или
св€того какого в виде казака нам навстречу послал.
¬едь бывает это. Ќехорошо, Ћизавета, обидели мы
человека!
   - ƒа что ты ко мне с казаком пристал?- крикнула
Ћизавета, выход€ их терпени€.- ѕристал, как смола!
   - ј ты, знаешь, не добра€...- сказал ћаксим и
пристально погл€дел ей в лицо.
   » он впервые после женитьбы заметил, что его жена
не добра€.
   - ѕущай € не добра€,- крикнула она и сердито
стукнула ложкой,- а только не стану € вс€ким
пь€ницам св€ченую паску раздавать!
   - ј нешто казак пь€ный?
   - ѕь€ный!
   - ѕочем ты знаешь?
   - ѕь€ный!
   - Ќу и дура!
   ћаксим, рассердившись, встал из-за стола и начал
укор€ть свою молодую жену, говорил, что она
немилосердна€ и глупа€. ј она, тоже рассердившись,
заплакала и ушла в спальню и крикнула оттуда:
   - „тоб он околел, твой казак! ќтстань ты от мен€,
холера, со своим казаком вонючим, а то € к отцу
уеду!
   «а все врем€ после свадьбы у “орчакова это была
перва€ ссора с женой. ƒо самой вечерни он ходил у
себ€ по двору, все думал о жене, думал с досадой и
она казалась теперь злой, некрасивой. » как
нарочно, казак все не выходил из головы, и ћаксиму
мерещились то его больные глаза, то голос, то
походка...
   - Ёх, обидели мы человека!- бормотал он.- ќбидели!
¬ечером, когда стемнело, ему стало нестерпимо
скучно, как никогда не было,- хоть в петлю
полезай! ќт скуки и с досады на жену он напилс€,
как напивалс€ в прежнее врем€, когда был
неженатым. ¬ хмелю он бранилс€ скверными словами и
кричал жене, что у нее злое, некрасивое лицо и
завтра же он прогонит ее к отцу.
   ”тром на другой день праздника он захотел
опохмелитьс€ и оп€ть напилс€.
   — этого и началось расстройство.
   Ћошади, коровы, овцы и ульи мало-помалу друг за
дружкой стали исчезать со двора, долги росли, жена
становилась постылой... ¬се эти напасти, как
говорил ћаксим, произошли оттого, что у него зла€,
глупа€ жена, что бог прогневалс€ на него и на
жену... за больного казака. ќн все чаще и чаще
напивалс€.  огда был пь€н, то сидел дома и шумел,
а трезвый ходил по степи и ждал, не встретитс€ ли
ему казак...








—Ќќ— »:

1. Ќа юге кулич называют "пасхой" или "паской". (ѕрим.
ј.ѕ.„ехова.)

 Ћ≈¬≈“ј
   ”читель чистописани€ —ергей  апитоныч јхинеев
выдавал свою дочку Ќаталью за учител€ истории и
географии »вана ѕетровича Ћошадиных. —вадебное
веселье текло как по маслу. ¬ зале пели, играли,
пл€сали. ѕо комнатам, как угорелые, сновали взад и
вперед вз€тые напрокат из клуба лакеи в черных
фраках и белых запачканных галстуках. —то€л шум и
говор. ”читель математики “арантулов, француз
ѕадекуа и младший ревизор контрольной палаты ≈гор
¬енедиктыч ћзда, сид€ р€дом на диване, спеша и
перебива€ друг друга, рассказывали гост€м случаи
погребени€ заживо и высказывали свое мнение о
спиритизме. ¬се трое не верили в спиритизм, но
допускали, что на этом свете есть много такого,
чего никогда не постигнет ум человеческий. ¬
другой комнате учитель словесности ƒодонский
объ€сн€л гост€м случаи, когда часовой имеет право
стрел€ть в проход€щих. –азговоры были, как видите,
страшные, но весьма при€тные. ¬ окна со двора
засматривали люди, по своему социальному положению
не имевшие права войти внутрь.
   –овно в полночь хоз€ин јхинеев прошел в кухню
погл€деть, все ли готово к ужину. ¬ кухне от пола
до потолка сто€л дым, состо€вший из гусиных, утиных и
многих других запахов. Ќа двух столах были разложены
и расставлены в художественном беспор€дке атрибуты
закусок и выпивок. ќколо столов суетилась
кухарка ћарфа, красна€ баба с двойным перет€нутым
животом.
   - ѕокажи- ка мне, матушка, осетра! - сказал
јхинеев, потира€ руки и облизыва€сь. - «апах-то
какой, миазма кака€! “ак бы и съел всю кухню!
Ќу-кас€, покажи осетра!
   ћарфа подошла к одной из скамей и осторожно
приподн€ла засаленный газетный лист. ѕод этим
листом, на огромнейшем блюде, покоилс€ большой
заливной осетр, пестревший каперсами, оливками и
морковкой. јхинеев погл€дел на осетра и ахнул.
Ћицо его проси€ло, глаза подкатились. ќн нагнулс€
и издал губами звук неподмазанного колеса. ѕосто€в
немного, он щелкнул от удовольстви€ пальцами и еще
раз чмокнул губами.
   - Ѕа! «вук гор€чего поцелу€... “ы с кем это здесь
целуешьс€, ћарфуша? - послышалс€ голос из соседней
комнаты, и в двер€х показалась стрижена€ голова
помощника классных наставников, ¬анькина. - — кем
это ты? ј-а-... очень при€тно! — —ергей
 апитонычем! ’орош дед, нечего сказать! — женским
полонезом тет-а-тет!
   - я вовсе не целуюсь, - сконфузилс€ јхинеев, - кто
это тебе, дураку сказал? Ёто € тово... губами
чмокнул в отношении... в рассуждении
удовольстви€... ѕри виде рыбы...
   - –ассказывай!
   √олова ¬анькина широко улыбнулась и скрылась за
дверью. јхинеев покраснел.
   "„ерт знает что! - подумал он. - ѕойдет теперь,
мерзавец и насплетничает. Ќа весь город осрамит,
скотина..."
    јхинеев робко вошел в залу и искоса погл€дел в
сторону: где ¬анькин? ¬анькин сто€л около
фортепиано и, ухарски изогнувшись, шептал что-то
сме€вшейс€ сво€ченице инспектора.
    "Ёто про мен€! - подумал јхинеев. - ѕро мен€, чтоб
его разорвало! ј та и верит... и верит! —меетс€!

Ѕоже ты мой! Ќет, так нельз€ оставить... нет.
Ќужно будет сделать, чтоб ему не поверили...
ѕоговорю со всеми с ними, и он же у мен€ в
дураках-сплетниках останетс€".
   јхинеев почесалс€ и, не перестава€ конфузитьс€,
подошел к ѕадекуа.
   - —ейчас € в кухне был и насчет ужина
распор€жалс€, - сказал он французу. - ¬ы, € знаю,
рыбу любите, а у мен€, батенька, осетр, вво! ¬ два
аршина! ’е-хе-хе... ƒа, кстати... чуть было не
забыл... ¬ кухне-то сейчас, с осетром с этим -
сущий анекдот! ¬хожу € сейчас в кухню и хочу
кушань€ огл€деть... √л€жу на осетра и от
удовольстви€... от пикантности губами чмок! ј в
это врем€ вдруг дурак этот ¬анькин входит и
говорит... ха-ха-ха... и говорит: "ј-а-а... вы
целуетесь здесь?" — ћарфой-то, су кухаркой!
¬ыдумал же, глупый человек! ” бабы ни рожи, ни
кожи, на всех зверей похожа, а он... целоватьс€!
„удак!
   -  то чудак? - спросил подошедший “арантулов.
   - ƒа вон тот, ¬анькин! ¬хожу, это, € в кухню...
   » он рассказал про ¬анькина.
   - Ќасмешил, чудак! ј по-моему, при€тней с барбосом
целоватьс€, чем с ћарфой, - прибавил јхинеев,
огл€нулс€ и увидел сзади себ€ ћзду.
   - ћы насчет ¬анькина, - сказал он ему. - „удачина!
¬ходит, это, в кухню, увидел мен€ р€дом с ћарфой
да и давай штуки разные выдумывать. "„его,
говорит, вы целуетесь?" —пь€на-то ему
померещилось. ј €, говорю, скорей с индюком
поцелуюсь, чем с ћарфой. ƒа у мен€ и жена есть,
говорю, дурак ты этакий. Ќасмешил!
   -  то вас насмешил? - спросил подошедший к
јхинееву отец-законоучитель.
   - ¬анькин. —тою €, знаете, в кухне и на осетра
гл€жу...
   » так далее. „ерез какие-нибудь полчаса уже все
гости знали про историю с осетром и ¬анькиным.
   "ѕусть теперь им рассказывает! - думал јхинеев,
потира€ руки. - ѕусть! ќн начнет рассказывать, а
ему сейчас: "ѕолно тебе, дурак, чепуху городить!
Ќам все известно!"
   » јхинеев до того успокоилс€, что выпил от радости
лишних четыре рюмки. ѕроводив после ужина молодых
в спальню, он отправилс€ к себе и уснул, как ни в
чем не повинный ребенок, а на другой день он уже
не помнил истории с осетром. Ќо, увы! „еловек
предполагает, а бог располагает. «лой €зык сделал
свое злое дело, и не помогла јхинееву его
хитрость! –овно через неделю, а именно в среду
после третьего урока, когда јхинеев сто€л среди
учительской и толковал о порочных наклонност€х
ученика ¬ысекина, к нему подошел директор и
отозвал его в сторону.
   - ¬от что, —ергей  апитоныч, - сказал директор. -
¬ы извините... Ќе мое это дело, но все-таки €
должен дать пон€ть... ћо€ об€занность... ¬идите
ли, ход€т слухи, что вы живете с этой... с
кухаркой... Ќе мое это дело, но... ∆ивите с ней,
целуйтесь... что хотите, только, пожалуйста, не
так гласно! ѕрошу вас! Ќе забывайте, что вы
педагог!
   јхинеев оз€б и обомлел.  ак ужаленный сразу целым
роем и как ошпаренный кип€тком, он пошел домой.
Ўел он домой и ему казалось, что на него весь
город гл€дит, как на вымазанного дегтем... ƒома
ожидала его нова€ беда.
   - “ы что же это ничего не трескаешь? - спросила
его за обедом жена. - ќ чем задумалс€? ќб амурах
думаешь? ќ ћарфушке стосковалс€? ¬се мне, махамет,
известно! ќткрыли глаза люди добрые! ”-у-у...
вварвар!
   » шлеп его по щеке!.. ќн встал из-за стола и, не
чувству€ под собой земли, без шапки и пальто,
побрел к ¬анькину. ¬анькина он застал дома.
   - ѕодлец ты! - обратилс€ јхинеев к ¬анькину. - «а
что ты мен€ перед всем светом в гр€зи выпачкал? «а
что ты на мен€ клевету пустил?
   -  акую клевету? „то вы выдумываете!
   - ј кто насплетничал, будто € с ћарфой целовалс€?
Ќе ты, скажешь? Ќе ты, разбойник?
   ¬анькин заморгал и замигал всеми фибрами своего
поношенного лица, подн€л глаза к образу и
проговорил:
   - Ќакажи мен€ бог! Ћопни мои глаза и чтоб € издох,
ежели хоть одно слово про вас сказал! „тоб мне ни
дна, ни покрышки! ’олеры мало!..
   »скренность ¬анькина не подлежала сомнению.
ќчевидно, не он насплетничал.
   "Ќо кто же?  то? - задумалс€ јхинеев, перебира€ в
своей пам€ти всех своих знакомых и стуча себ€ по
груди. -  то же?"
   -  то же? - спросим и мы читател€...

 Ќя√»Ќя
   ¬ большие, так называемые " расные" ворота N-ского
мужского монастыр€ въехала кол€ска, заложенна€ в
четверку сытых, красивых лошадей; иеромонахи и
послушники, сто€вшие толпой около двор€нской
половины гостиного корпуса, еще издали по кучеру и
по лошад€м узнали в даме, котора€ сидела в
кол€ске, свою хорошую знакомую, кн€гиню ¬еру
√авриловну.
   —тарик в ливрее прыгнул с козел и помог кн€гине
выйти из экипажа. ќна подн€ла темную вуаль и не
спеша подошла ко всем иеромонахам под
благословение, потом ласково кивнула послушникам и
направилась в покои.
   - „то, соскучились без своей кн€гини?- говорила
она монахам, вносившим ее вещи.- я у вас целый
мес€ц не была. Ќу, вот приехала, гл€дите на свою
кн€гиню. ј где отец архимандрит? Ѕоже мой, €
сгораю от нетерпени€! „удный, чудный старик! ¬ы
должны гордитьс€, что у вас такой архимандрит.
    огда вошел архимандрит, кн€гин€ восторженно
вскрикнула, скрестила на груди руки и подошла к
нему под благословение.
   - Ќет, нет! ƒайте мне поцеловать!- сказала она,
хвата€ его за руку и жадно целу€ ее три раза.-  ак
€ рада, св€той отец, что наконец вижу вас! ¬ы
небось забыли свою кн€гиню, а € каждую минуту
мысленно жила в вашем милом монастыре.  ак у вас
здесь хорошо! ¬ этой жизни дл€ бога, вдали от
суетного мира, есть кака€-то особа€ прелесть,
св€той отец, которую € чувствую всей душой, но
передать на словах не могу!
   ” кн€гини покраснели щеки и навернулись слезы.
√оворила она без умолку, гор€чо, а архимандрит,
старик лет семидес€ти, серьезный, некрасивый и
застенчивый, молчал, лишь изредка говорил
отрывисто и по-военному:
   - “ак точно, ваше си€тельство... слушаю-с...
понимаю-с...
   - Ќадолго изволил пожаловать к нам?- спросил он.
   - —егодн€ € переночую у вас, а завтра поеду к
 лавдии Ќиколаевне - давно уж мы с ней не видались,
а послезавтра оп€ть к вам и поживу дн€ три-четыре.
’очу у вас здесь отдохнуть душой, св€той отец...
    н€гин€ любила бывать в N-ском монастыре. ¬
последние два года она облюбовала это место и
приезжала сюда почти каждый летний мес€ц и жила
дн€ по два, по три, а иногда и по неделе. –обкие
послушники, тишина, низкие потолки, запах
кипариса, скромна€ закуска, дешевые занавески на
окнах - все это трогало ее, умил€ло и располагало
к созерцанию и хорошим мысл€м. ƒостаточно ей было
побыть в поко€х полчаса, как ей начинало казатьс€,
что она тоже робка и скромна, что и от нее пахнет
кипарисом; прошлое уходило куда-то вдаль, тер€ло
свою цену, и кн€гин€ начинала думать, что,
несмотр€ на свои двадцать дев€ть лет, она очень
похожа на старого архимандрита и так же, как он,
рождена не дл€ богатства, не дл€ земного величи€ и
любви, а дл€ жизни тихой, скрытой от мира,
сумеречной, как покои...
   Ѕывает так, что в темную келию постника,
погруженного в молитву, вдруг неча€нно загл€нет
луч или с€дет у окна келии птичка и запоет свою
песню; суровый постник невольно улыбаетс€, и в его
груди из-под т€желой скорби о грехах, как из-под
камн€, вдруг польетс€ ручьем тиха€, безгрешна€ радость.
 н€гине казалось, что она приносила с собою извне
точно такое же утешение, как луч или птичка. ≈е
приветлива€, весела€ улыбка, кроткий взгл€д,
голос, шутки, вообще вс€ она, маленька€, хорошо
сложенна€, одета€ в простое черное платье, своим
по€влением должна была возбуждать в простых,
суровых люд€х чувство умилени€ и радости.  аждый,
гл€д€ на нее, должен был думать: "Ѕог послал нам
ангела..." », чувству€, что каждый невольно думает
это, она улыбалась еще приветливее и старалась
походить на птичку.
   Ќапившись чаю и отдохнув, она вышла погул€ть.
—олнце уже село. ќт монастырского цветника пове€ло
на кн€гиню душистой влагой только что политой
резеды, из церкви донеслось тихое пение мужских
голосов, которое издали казалось очень при€тным и
грустным. Ўла всенощна€. ¬ темных окнах, где
кротко мерцали лампадные огоньки, в тен€х, в
фигуре старика монаха, сидевшего на паперти около
образа с кружкой, было написано столько
безм€тежного поко€, что кн€гине почему-то
захотелось плакать...
   ј за воротами, на аллее между стеной и березами,
где сто€т скамьи, был уже совсем вечер. ¬оздух
темнел быстро-быстро...  н€гин€ прошлась по аллее,
села на скамью и задумалась.
   ќна думала о том, что хорошо бы поселитьс€ на всю
жизнь в этом монастыре, где жизнь тиха и
безм€тежна, как в летний вечер; хорошо бы позабыть
совсем о неблагодарном, распутном кн€зе, о своем
громадном состо€нии, о кредиторах, которые
беспоко€т ее каждый день, о своих несчасть€х, о
горничной ƒаше, у которой сегодн€ утром было
дерзкое выражение лица. ’орошо бы всю жизнь сидеть
здесь на скамье и сквозь стволы берез смотреть,
как внизу под горой клочь€ми бродит вечерний
туман, как далеко-далеко над лесом черным облаком,
похожим на вуаль, лет€т на ночлег грачи, как два
послушника - один верхом на пегой лошади, другой
пешком - гон€т лошадей на ночное и, обрадовавшись
свободе, шал€т, как малые дети; их молодые голоса
звонко раздаютс€ в неподвижном воздухе, и можно
разобрать каждое слово. ’орошо сидеть и
прислушиватьс€ к тишине: то ветер подует и тронет
верхушки берез, то л€гушка зашелестит в
прошлогодней листве, то за стеною колокольные часы
пробьют четверть... —идеть бы неподвижно, слушать
и думать, думать, думать...
   ћимо прошла старуха с котомкой.  н€гин€ подумала,
что хорошо бы остановить эту старуху и сказать ей
что-нибудь ласковое, задушевное, помочь ей... Ќо
старуха ни разу не огл€нулась и повернула за угол.
   Ќемного погод€ на аллее показалс€ высокий мужчина
с седой бородой и в соломенной шл€пе. ѕоравн€вшись
с кн€гиней, он сн€л шл€пу и поклонилс€, и по его
большой лысине и острому, горбатому носу кн€гин€
узнала в нем доктора ћихаила »вановича, который
лет п€ть тому назад служил у нее в ƒубовках. ќна
вспомнила, что кто-то ей говорил, что в прошлом
году у этого доктора умерла жена, и ей захотелось
посочувствовать ему, утешить.
   - ƒоктор, вы, веро€тно, мен€ не узнаете?- спросила
она, приветливо улыба€сь.
   - Ќет, кн€гин€, узнал,- сказал доктор, снима€ еще
раз шл€пу.
   - Ќу, спасибо, а то € думала, что вы забыли свою
кн€гиню. Ћюди помн€т своих врагов, а друзей
забывают. » вы приехали помолитьс€?
   - я здесь каждую субботу ночую, по об€занности. я
тут лечу.
   - Ќу, как поживаете?- спросила кн€гин€, вздыха€.-
я слышала, у вас скончалась супруга!  акое
несчастье!
   - ƒа, кн€гин€, дл€ мен€ это большое несчастье.
   - „то делать! ћы должны с покорностью переносить
несчасть€. Ѕез воли провидени€ ни один волос не
падает с головы человека.
   - ƒа, кн€гин€.
   Ќа приветливую, кроткую улыбку кн€гини и ее вздохи
доктор отвечал холодно и сухо: "ƒа, кн€гин€". »
выражение лица у него было холодное, сухое.
   "„то бы еще такое сказать ему?"- подумала кн€гин€.
   - —колько времени мы с вами не виделись, однако!-
сказала она.- ѕ€ть лет! «а это врем€ сколько воды
в море утекло, сколько произошло перемен, даже
подумать страшно! ¬ы знаете, € замуж вышла... из
графини стала кн€гиней. » уже успела разойтись с
мужем.
   - ƒа, € слышал.
   - ћного бог послал мне испытаний! ¬ы, веро€тно,
тоже слышали, € почти разорена. «а долги моего
несчастного мужа продали у мен€ ƒубовки, и
 ирь€ково, и —офьино. ќстались у мен€ только
Ѕараново да ћихальцево. —трашно огл€нутьс€ назад:
сколько перемен, несчастий разных, сколько ошибок!
   - ƒа, кн€гин€, много ошибок!
    н€гин€ немного смутилась. ќна знала свои ошибки;
все они были до такой степени интимны, что только
одна она могла думать и говорить о них. ќна не
удержалась и спросила:
   - ¬ы про какие ошибки думаете?
   - ¬ы упом€нули о них, стало быть, знаете...-
ответил доктор и усмехнулс€.- „то ж о них говорить!
   - Ќет, скажите, доктор. я буду вам очень
благодарна! », пожалуйста, не церемоньтесь со
мной. я люблю слушать правду.
   - я вам не судь€, кн€гин€.
   - Ќе судь€?  аким вы тоном говорите, значит,
знаете что-то. —кажите!
   - ≈сли желаете, то извольте. “олько, к сожалению,
€ не умею говорить и мен€ не всегда можно пон€ть.
   ƒоктор подумал и начал:
   - ќшибок много, но, собственно, главна€ из них, по
моему мнению, это общий дух, которым... который
царил во всех ваших имени€х. ¬идите, € не умею
выражатьс€. “о есть главное - это нелюбовь,
отвращение к люд€м, какое чувствовалось
положительно во всем. Ќа этом отвращении у вас
была построена вс€ система жизни. ќтвращение к
человеческому голосу, к лицам, к затылкам,
шагам... одним словом, ко всему,
что составл€ет человека. ” всех дверей и на
лестницах сто€т сытые, грубые и ленивые гайдуки в
ливре€х, чтоб не пускать в дом неприлично одетых
людей; в передней сто€т стуль€ с высокими
спинками, чтоб во врем€ балов и приемов лакеи не
пачкали затылками обоев на стенах; во всех
комнатах шершавые ковры, чтоб не было слышно
человеческих шагов; каждого вход€щего об€зательно
предупреждают, чтобы он говорил потише и поменьше
и чтоб не говорил того, что может дурно повли€ть
на воображение и нервы. ј в вашем кабинете не
подают человеку руки и не прос€т его садитьс€,
точно так, как сейчас вы не подали мне руки и не
пригласили сесть...
   - »звольте, если хотите!- сказала кн€гин€,
прот€гива€ руку и улыба€сь.- ѕраво, сердитьс€
из-за такого пуст€ка...
   - ƒа разве € сержусь?- засме€лс€ доктор, но тотчас
же вспыхнул, сн€л шл€пу и, размахива€ ею,
заговорил гор€чо:- ќткровенно говор€, € давно уже
ждал случа€, чтоб сказать вам все, все... “о есть
€ хочу сказать, что вы гл€дите на всех людей
по-наполеоновски, как на м€со дл€ пушек. Ќо у
Ќаполеона была хоть кака€-нибудь иде€, а у вас,
кроме отвращени€, ничего!
   - ” мен€ отвращение к люд€м!- улыбнулась кн€гин€,
пожима€ в изумлении плечами.- ” мен€!
   - ƒа, у вас! ¬ам нужно фактов? »звольте! ¬
ћихальцеве у вас живут милостыней три бывших ваших
повара, которые ослепли в ваших кухн€х от печного
жара. ¬се, что есть на дес€тках тыс€ч ваших
дес€тин здорового, сильного и красивого, все вз€то
вами и вашими прихлебател€ми в гайдуки, лакеи, в
кучера. ¬се это двуногое живье воспиталось в
лакействе, объелось, огрубело, потер€ло образ и
подобие, одним словом... ћолодых медиков,
агрономов, учителей, вообще интеллигентных
работников, боже мой, отрывают от дела, от
честного труда и заставл€ют из-за куска хлеба
участвовать в разных кукольных комеди€х, от
которых стыдно делаетс€ вс€кому пор€дочному
человеку! »ной молодой человек не прослужит и трех
лет, как становитс€ лицемером, подлипалой,
€бедником... ’орошо это? ¬аши управл€ющие-пол€ки,
эти подлые шпионы, все эти  азимиры да  аэтаны
рыщут от утра до ночи по дес€ткам тыс€ч дес€тин и
в угоду вам стараютс€ содрать с одного вола три
шкуры. ѕозвольте, € выражаюсь без системы, но это
ничего! ѕростой народ у вас не считают людьми. ƒва
и тех кн€зей, графов и архиереев, которые
приезжали к вам, вы признавали только как
декорацию, а не как живых людей. Ќо главное...
главное, что мен€ больше всего возмущает,- иметь
больше миллиона состо€ни€ и ничего не сделать дл€
людей, ничего!
    н€гин€ сидела удивленна€, испуганна€, обиженна€,
не зна€, что сказать и как держать себ€. Ќикогда
раньше с нею не говорили таким тоном. Ќепри€тный
сердитый голос доктора и его неуклюжа€,
заикающа€с€ речь производили в ее ушах и голове
резкий, стучащий шум, потом же ей стало казатьс€,
что жестикулирующий доктор бьет ее своею шл€пой по
голове.
   - Ќеправда!- выговорила она тихо и умол€ющим
голосом.- ƒл€ людей € много хорошего сделала, это
вы сами знаете!
   - ƒа полноте!- крикнул доктор.- Ќеужели вы еще
продолжаете считать вашу благотворительную
де€тельность чем-то серьезным и полезным, а не
кукольной комедией? ¬едь то была комеди€ от начала
до конца, то была игра в любовь к ближнему, сама€
откровенна€ игра, которую понимали даже дети и
глупые бабы! ¬з€ть хоть этот ваш - как его?-
странно-приимный дом дл€ безродных старух, в
котором мен€ вы заставили быть чем-то вроде
главного доктора, а сами были почетной опекуншей.
ќ господи боже наш, что за учреждение милое!
ѕостроили дом с паркетными полами и с флюгером на
крыше, собрали в дереве с дес€ток старух и
заставили их спать под байковыми оде€лами, на
простын€х из голландского полотна и кушать леденцы.
   ƒоктор злорадно прыснул в шл€пу и продолжал быстро
и заика€сь:
   - Ѕыла игра! Ќизшие приютские чины пр€чут оде€ла и
простыни под замок, чтобы старухи не пачкали -
пусть сп€т, чертовы перечницы, на полу! —таруха не
смеет ни на кровать сесть, ни кофту надеть, ни по
гладкому паркету пройтись. ¬се сохран€лось дл€
парада и пр€талось от старух, как от воров, а
старухи потихоньку кормились и одевались ’риста
ради, и денно и нощно молили бога, чтоб поскорее
уйти из-под ареста и от душеспасительных назиданий
сытых подлецов, которым вы поручили надзор за
старухами. ј высшие чины что делали? Ёто просто
восхитительно! Ётак раза два в неделю, вечером,
скачут тридцать п€ть тыс€ч курьеров и объ€вл€ют,
что завтра кн€гин€, то есть вы, будете в приюте.
Ёто значит, что завтра нужно бросать больных,
одеватьс€ и ехать на парад. ’орошо, приезжаю.
—тарухи во всем чистом и новом уже выстроены в р€д
и ждут. ќколо них ходит отставна€ гарнизонна€
крыса - смотритель со своей сладенькой,
€беднической улыбочкой. —тарухи зевают и
перегл€дываютс€, но роптать бо€тс€. ∆дем. —качет
младший управл€ющий. „ерез полчаса после него
старший управл€ющий, потом главноуправл€ющий
конторой экономии, потом еще кто-нибудь и еще
кто-нибудь... скачут без конца! ” всех
таинственные, торжественные лица. ∆дем, ждем,
переминаемс€ с ноги на ногу, посматриваем на часы
- все это в гробовом молчании, потому что все мы
ненавидим друг друга и на ножах. ѕроходит час,
другой, и вот наконец показываетс€ вдали кол€ска,
и... и...
   ƒоктор залилс€ тонким смехом и выговорил тоненьким
голоском:
   - ¬ы выходите из кол€ски, и старые ведьмы по
команде гарнизонной красы начинают петь: " оль
славен наш господь в —ионе, не может изъ€снить
€зык..." Ќедурно?
   ƒоктор захохотал басом и махнул рукой, как бы
жела€ показать, что от смеха он не может
выговорить ни одного слова. —ме€лс€ он т€жело,
резко, с крепко стиснутыми зубами, как смеютс€
недобрые люди, и по его голосу, лицу и блест€щим,
немножко наглым глазам можно было пон€ть, что он
глубоко презирал и кн€гиню, и приют, и старух. ¬о
всем, что он так неумело и грубо рассказал, не
было ничего смешного и
веселого, но хохотал он с удовольствием и даже с
радостью.
   - ј школа?- продолжал он, т€жело дыша от смеха.-
ѕомните, как вы пожелали сами учить мужицких
детей? ƒолжно быть, очень хорошо учили, потому что
скоро все мальчишки разбежались, так что потом
пришлось пороть их и нанимать за деньги, чтоб они
ходили к вам. ј помните, как вы пожелали
собственноручно кормить соской грудных младенцев,
матери которых работают в поле? ¬ы ходили по
деревне и плакали, что младенцев этих нет к вашим
услугам - все матери брали их с собой в поле.
ѕотом староста приказал матер€м по очереди
оставл€ть своих младенцев вам на потеху.
”дивительное дело! ¬се бежали от ваших
благоде€ний, как мыши от кота! ј почему это? ќчень
просто! Ќе оттого, что народ у нас невежественный
и неблагодарный, как вы объ€сн€ли всегда, а
оттого, что во всех ваших зате€х, извините мен€ за
выражение, не было ни на один грош любви и
милосерди€! Ѕыло одно только желание забавл€тьс€
живыми куклами и ничего другого...  то не умеет
отличать людей от балонок, тот не должен
заниматьс€ благотворением. ”вер€ю вас, между
людьми и болонками - больша€ разница!
   ” кн€гини страшно билось сердце, в ушах у нее
стучало, и все еще ей казалось, что доктор долбит
ее своей шл€пой по голове. ƒоктор говорил быстро,
гор€чо и некрасиво, с заиканьем и с излишней
жестикул€цией; дл€ нее было только пон€тно, что с
нею говорит грубый, невоспитанный, злой,
неблагодарный человек, но чего он хочет от нее и о
чем говорит - она не понимала.
   - ”йдите!- сказала она плачущим голосом, поднима€
вверх руки, чтобы заслонить свою голову от
докторской шл€пы.- ”йдите!
   - ј как вы обращаетесь со своими служащими!-
продолжал возмущатьс€ доктор.- ¬ы их за людей не
считаете и третируете, как последних мошенников.
Ќапример, позвольте вас спросить, за что вы мен€
уволили? —лужил дес€ть лет вашему отцу, потом вам,
честно, не зна€ ни праздников, ни отпусков,
заслужил любовь всех на сто верст кругом, и вдруг
в один прекрасный день мне объ€вл€ют, что € уже не
служу! «а что? ƒо сих пор не понимаю! я доктор
медицины, двор€нин, студент ћосковского
университета, отец семейства, така€ мелка€ и
ничтожна€ сошка, что мен€ можно выгнать в шею без
объ€снени€ причин! «ачем со мной церемонитьс€? я
слышал потом, что жена, без моего ведома, таком
ходила к вам раза три просить за мен€ и вы ее не
прин€ли ни разу. √овор€т, плакала в передней. » €
этого никогда не прощу ей, покойнице! Ќикогда!
   ƒоктор замолчал и стиснул зубы, напр€женно
придумыва€, чтобы еще такое сказать очень
непри€тное, мстительное. ќн что-то вспомнил, и
нахмуренное, холодное лицо его вдруг проси€ло.
   - ¬з€ть хот€ бы ваши отношени€ к этому монастырю!-
заговорил он с жадностью.- ¬ы никогда никого не
щадили, и чем св€тее место, тем больше шансов, что
ему достанетс€ на орехи от вашего милосерди€ и
ангельской кротости. «ачем вы ездите сюда? „то вам
здесь у монахов нужно, позвольте вас спросить? „то
вам √екуба и что вы √екубе? ќп€ть-таки забава,
игра, кощунство над человеческою личностью, и
больше ничего. ¬едь в монашеского бога вы не
веруете, у вас в сердце свой собственный бог, до
которого вы дошли своим умом на спиритических
сеансах; на обр€ды церковные вы смотрите
снисходительно: к обедне и ко всенощной не ходите,
спите до полудн€... зачем же вы сюда ездите?.. ¬
чужой монастырь вы ходите со своим богом и
воображаете, что монастырь считает это за
превеликую честь дл€ себ€!  ак бы не так! ¬ы
спросите-ка, между прочим, во что обход€тс€
монахам ваши визиты? ¬ы изволили приехать сюда
сегодн€ вечером, а третьего дн€ уж тут был
верховой, посланный из экономии предупредить, что
вы сюда собираетесь. ÷елый день вчера приготовл€ли
дл€ вас покои и ждали. —егодн€ прибыл авангард -
нагла€ горнична€, котора€ то и дело бегает через
двор, шуршит, пристает с вопросами,
распор€жаетс€... терпеть не могу! —егодн€ монахи
весь день были настороже: ведь если вас не
встретить с церемонией - беда! јрхиерею
пожалуетесь! "ћен€, ваше преосв€щенство, монахи не
люб€т. Ќе знаю, чем € их прогневала. ѕравда, €
велика€ грешница, но ведь € так несчастна!" ”ж
одному монастырю была из-за вас нахлобучка.
јрхимандрит зан€той, ученый человек, у него и
минуты нет свободной, а вы то и дело требуете его
к себе в покои. Ќикакого уважени€ ни к старости,
ни к сану. ƒобро бы, жертвовали много, не так бы
уж обидно было, а то ведь за все врем€ монахи от
вас и ста рублей не получили!
    огда кн€гиню беспокоили, не понимали, обижали и
когда она не знала, что ей говорить и делать, то
обыкновенно она начинала плакать. » теперь в конце
концов она закрыла лицо и заплакала тонким,
детским голоском. ƒоктор вдруг замолчал и
посмотрел на нее. Ћицо его потемнело и стало
суровым.
   - ѕростите мен€, кн€гин€,- сказал он глухо.- я
поддалс€ злому чувству и забылс€. Ёто нехорошо.
   », конфузливо кашл€нув, забыва€ надеть шл€пу, он
быстро отошел от кн€гини.
   Ќа небе уже мерцали звезды. ƒолжно быть, по ту
сторону монастыр€ восходила луна, потому что небо
было €сно, прозрачно и нежно. ¬доль белой
монастырской стены бесшумно носились летучие мыши.
   „асы медленно пробили три четверти какого-то часа,
должно быть, дев€того.  н€гин€ подн€лась и тихо
пошла к воротам. ќна чувствовала себ€ обиженной и
плакала, и ей казалось, что и деревь€, и звезды, и
летучие мыши жалеют ее; и часы пробили мелодично
только дл€ того, чтобы посочувствовать ей. ќна
плакала и думала о том, что хорошо бы ей на всю
жизнь уйти в монастырь: в тихие летние вечера она
гул€ла бы одиноко по алле€м, обиженна€,
оскорбленна€, не пон€та€ людьми, и только бы один
бог да звездное небо видели слезы страдалицы. ¬
церкви еще продолжалась всенощна€.  н€гин€
остановилась и прислушалась к пению; как хорошо
это пение звучало в неподвижном,, темном воздухе!
 ак сладко под это пение плакать и страдать!
   ѕрид€ в себе в покои, она погл€дела в зеркало на
свое заплаканное лицо и припудрилась, потом села
ужинать. ћонахи знали, что она любит маринованную
стерл€дь, мелкие грибки, малагу и простые медовые
пр€ники, от которых во рту пахнет кипарисом, и
каждый раз, когда она приезжала, подавали ей все
это.  уша€ грибки и запива€ их малагой, кн€гин€
мечтала о том, как ее окончательно разор€т и
покинут, как все ее управл€ющие, приказчики,
конторщики и горничные, дл€ которых она так много
сделала, измен€т ей и начнут говорить грубости,
как все люди, сколько их есть на земле, будут
нападать на нее, злословить, сме€тьс€; она
откажетс€ от своего кн€жеского титула, от роскоши
и общества, уйдет в монастырь, и никому ни одного
слова упрека; она будет молитьс€ за врагов своих,
и тогда все вокруг поймут ее, придут к ней просить
прощени€, но уж будет поздно...
   ј после ужина она опустилась в углу перед образом
на колени и прочла две главы из евангели€. ѕотом
горнична€ постлала ей постель, и она легла спать.
ѕот€гива€сь под белым покрывалом, она сладко и
глубоко вздохнула, как вздыхают после плача,
закрыла глаза и стала засыпать...
   ”тром она проснулась и взгл€нула на свои часики:
было половина дес€того. Ќа ковре около кровати
т€нулась узка€, €рка€ полоса света от луча,
который шел из окна и чуть-чуть освещал комнату.
«а черной занавеской на окне шумели мухи.
   "–ано!"- подумала кн€гин€ и закрыла глаза.
   ѕот€гива€сь и нежась в постели, она вспомнила
вчерашнюю встречу с доктором и все те мысли, с
какими вчера она уснула; вспомнила, что она
несчастна. ѕотом пришли на пам€ть ее муж, живущий
в ѕетербурге, управл€ющие, доктора, соседи,
знакомые чиновники... ƒлинный р€д знакомых мужских
лиц пронесс€ в ее воображении. ќна улыбнулась и
подумала, что если бы эти люди сумели проникнуть в
ее душу и пон€ть ее, то все они были бы у ее ног...
   ¬ четверть двенадцатого она позвала горничную.
   - ƒавайте, ƒаша, одеватьс€,- сказала она томно.-
¬прочем, сначала подите скажите, чтобы запр€гали
лошадей. Ќадо к  лавдии Ќиколаевне ехать.
   ¬ыйд€ из покоев, чтобы садитьс€ в экипаж, она
зажмурилась от €ркого дневного света и засме€лась
от удовольстви€: день был удивительно хорош!
ќгл€дыва€ прищуренными глазами монахов, которые
собрались у крыльца проводить ее, она приветливо
закивала головой и сказала:
   - ѕрощайте, мои друзь€! ƒо послезавтра.
   ≈е при€тно удивило, что вместе с монахами у
крыльца находилс€ и доктор. Ћицо его было бледно и
сурово.
   -  н€гин€,- сказал он, снима€ шл€пу и виновато
улыба€сь,- € уже давно жду вас тут. ѕростите, бога
ради... Ќехорошее, мстительное чувство увлекло
мен€ вчера, и € наговорил вам... глупостей. ќдним
словом, € прошу прощени€..
    н€гин€ приветливо улыбнулась и прот€нула к его
губам руку. ќн поцеловал и покраснел.
   —тара€сь походить на птичку, кн€гин€ порхнула в
экипаж и закивала головой во все стороны. Ќа душе
у нее было весело, €сно и тепло, и сама она
чувствовала, что ее улыбка необыкновенно ласкова и
м€гка.  огда экипаж покатил к воротам, потом по
пыльной дороге мимо изб и садов, мимо длинных
чумацких обозов и богомольцев, шедших вереницами с
монастырь, она все еще щурилась и м€гко улыбалась.
ќна думала о том, что нет выше наслаждени€, как
всюду вносить с собою теплоту, свет и радость,
прощать обиды и приветливо улыбатьс€ врагам.
¬стречные мужики клан€лись ей, кол€ска м€гко
шуршала, из-под колес валили облака пыли, уносимые
ветром на золотистую рожь, и кн€гине казалось, что
ее тело качаетс€ не на подушках кол€ски, а на
облаках, и что сама она похожа на легкое,
прозрачное облачко...
   -  ак € счастлива!- шептала она, закрыва€ глаза.-
 ак € счастлива!

 –ј—ј¬»÷џ
I
ѕомню, будучи еще гимназистом V или VI класса, €
ехал с дедушкой из села Ѕольшой  репкой, ƒонской
области, в –остов-на-ƒону. ƒень был августовский,
знойный, томительно-скучный. ќт жара и сухого,
гор€чего воздуха, гнавшего нам навстречу облака
пыли, слипались глаза, сохло во рту; не хотелось
ни гл€деть, ни говорить, ни думать, и, когда
дремавший возница, хохол  арпо, замахива€сь на
лошадь, хлестал мен€ кнутом по фуражке, € не
протестовал, не издавал ни звука и только,
очнувшись от полусна, уныло и кротко погл€дывал
вдаль: не видать ли сквозь пыль деревни?  ормить
лошадей останавливались мы в большом арм€нском
селе Ѕахчи-—алах у знакомого дедушки богатого
арм€нина. Ќикогда в жизни € не видел ничего
карикатурнее этого арм€нина. ѕредставьте себе
маленькую, стриженую головку с густыми низко
нависшими бров€ми, с птичьим носом, с длинными
седыми усами и с широким ртом, из которого торчит
длинный черешневый чубук; головка эта неумело
приклеена к тощему, горбатому туловищу, одетому в
фантастический костюм: в куцую красную куртку и в
широкие €рко-голубые шаровары; ходила эта фигура,
расстав€ ноги и шарка€ туфл€ми, говорила, не
вынима€ изо рта чубука, а держала себ€ с чисто
арм€нским достоинством: не улыбалась, не пучила
глаза и старалась обращать на своих гостей как
можно меньше внимани€.
   ¬ комнатах арм€нина не было ни ветра, ни пыли, но
было так же непри€тно, душно и скучно, как в степи
и по дороге. ѕомню, запыленный и изморенный зноем,
сидел € в углу на зеленом сундуке. Ќекрашенные
дерев€нные стены, мебель и наохренные полы
издавали запах сухого дерева, прижженного солнцем.
 уда ни взгл€нешь, всюду мухи, мухи, мухи...
ƒедушка и арм€нин вполголоса говорили о попасе, о
толоке, об овцах... я знал, что самовар будут
ставить целый час, что дедушка будет пить чай не
менее часа и потом зал€жет спать часа на два, на
три, что у мен€ четверть дн€ уйдет на ожидание,
после которого оп€ть жара, пыль, тр€ские дроги. я
слушал бормотанье двух голосов, и мне начинало
казатьс€, что арм€нина, шкап с посудой, мух, окна,
в которые бьет гор€чее солнце, € вижу давно-давно
и перестану их видеть в очень далеком будущем, и
мною овладевала ненависть к степи, к солнцу, к
мухам...
   ’охлушка в платке внесла поднос с посудой, потом
самовар. јрм€нин не спеша вышел в сени и крикнул:
   - ћаш€! —тупай наливай чай! √де ты? ћаш€!
   ѕослышались торопливые шаги, и в комнату вошла
девушка лет шестнадцати, в простом ситцевом платье
и в белом платочке. ћо€ посуду и налива€ чай, она
сто€ла ко мне спиной, и € заметил только, что она
была тонка в талии, боса и что маленькие голые
п€тки прикрывались низко опущенными панталонами.
   ’оз€ин пригласил мен€ пить чай. —ад€сь за стол, €
взгл€нул в лицо девушки, подававшей мне стакан, и
вдруг почувствовал, что точно ветер пробежал по
моей душе и сдунул с нее все впечатлени€ дн€ с их
скукой и пылью. я увидел обворожительные черты
прекраснейшего из лиц, какие когда-либо
встречались мне на€ву и чудились во сне. ѕередо
мною сто€ла красавица, и € пон€л это с первого
взгл€да, как понимаю молнию.
   я готов кл€стьс€, что ћаша, или, как звал отец,
ћаш€, была насто€ща€ красавица, но доказать этого
не умею. »ногда бывает, что облака в беспор€дке
толп€тс€ на горизонте, и солнце, пр€чась за них,
красит их и небо во всевозможные цвета: в багр€ный,
оранжевый, золотой, лиловый, гр€зно-розовый; одно
облачко похоже на монаха, другое на рыбу, третье
на турка в чалме. «арево охватило треть неба,
блестит в церковном кресте и в стеклах господского
дома, отсвечивает в реке и в лужах, дрожит на
деревь€х; далеко-далеко на фоне зари летит куда-то
ночевать ста€ диких уток... » подпасок, гон€щий
коров, и землемер, едущий в бричке через плотину,
и гул€ющие господа - все гл€д€т на закат и все до
одного наход€т, что он страшно красив, но никто не
знает и не скажет, в чем тут красота.
   Ќе € один находил, что арм€ночка красива. ћой
дедушка, восьмидес€тилетний старик, человек
крутой, равнодушный к женщинам и красотам природы,
целую минуту ласково гл€дел на ћашу и спросил:
   - Ёто ваша дочка, јвет Ќазарыч?
   - ƒочка. Ёто дочка...- ответил хоз€ин.
   - ’ороша€ барышн€,- похвалил дедушка.
    расоту арм€ночки художник назвал бы классической
и строгой. Ёто была именно та красота, созерцание
которой, бог весть откуда, всел€ет в вас
уверенность, что вы видите черты правильные, что
волосы, глаза, нос, рот, ше€, грудь и все движени€
молодого тела слились вместе в один цельный,
гармонический аккорд, в котором природа не
ошиблась ни на одну малейшую черту; вам кажетс€
почему-то, что у идеально красивой женщины должен
быть именно такой нос, как у ћаши, пр€мой и с
небольшой горбинкой, такие большие темные глаза,
такие же длинные ресницы, такой же томный взгл€д,
что ее черные кудр€вые волосы и брови так же идут
к нежному, белому цвету лба и щек, как зеленый
камыш к тихой речке; бела€ ше€ ћаши и ее молода€
грудь слабо развиты, но, чтобы суметь изва€ть их,
вам кажетс€, нужно обладать громадным творческим
талантом. √л€дите вы, и мало-помалу вам приходит
желание сказать ћаше что-нибудь необыкновенно
при€тное, искреннее, красивое, такое же красивое,
как она сама.
   —начала мне было обидно и стыдно, что ћаш€ не
обращает на мен€ никакого внимани€ и смотрит все
врем€ вниз; какой-то особый воздух, казалось мне,
счастливый и гордый, отдел€л ее от мен€ и ревниво
заслон€л от моих взгл€дов.
   Ёто оттого,- думал €,- что € весь в пыли, загорел,
и оттого, что € еще мальчик".
   Ќо потом € мало0помалу забыл о себе самом и весь
отдалс€ ощущению красоты. я уж не помнил о степной
скуке, о пыли, не слышал жужжань€ мух, не понимал
вкуса ча€ и только чувствовал, что через стол от
мен€ стоит красива€ девушка.
   ќщущал € красоту как-то странно. Ќе желани€, не
восторг и не наслаждение возбуждала во мне ћаша, а
т€желую, хот€ и при€тную, грусть. Ёта грусть была
неопределенна€, смутна€, как сон. ѕочему-то мне
было жаль и себ€, и дедушки, и арм€нина, и самой
арм€ночки, и было во мне такое чувство, как будто
мы все четверо потер€ли что-то важное и нужное дл€
жизни, чего уж больше никогда не найдем. ƒедушка
тоже сгрустнул. ќн уж не говорил о толоке и об
овцах, а молчал и задумчиво погл€дывал на ћашу.
   ѕосле чаю дедушка лег спать, а € вышел из дому и
сел на крылечке. ƒом, как и все дома в
Ѕахчи-—алах, сто€л на припеке; не было ни
деревьев, ни навесов, ни теней. Ѕольшой двор
арм€нина, поросший лебедой и калачиком, несмотр€
на сильный зной, был оживлен и полон весель€. «а
одним из невысоких плетней, там и с€м пересекавших
большой двор, происходила молотьба. ¬округ столба,
вбитого в самую середку гумна, запр€женные в р€д и
образу€ один длинный радиус, бегали двенадцать
лошадей. ¬озле ходил хохол в длинной жилетке и в
широких шароварах, хлопал бичом и кричал таким
тоном, как будто хотел подразнить лошадей и
похвастать своею властью над ними:
   - ј-а-а, ока€нные! ј-а-а... нету на вас холеры!
Ѕоитесь?
   Ћошади, гнедые, белые и пегие, не понима€, зачем
это заставл€ют их кружить на одном месте и м€ть
пшеничную солому, бегали неохотно, точно через
силу, и обиженно помахива€ хвостами. »з-под копыт
ветер поднимал целые облака золотистой половы и уносил
ее далеко через плетень. ќколо высоких свежих
скирд копошились бабы с грабл€ми и двигались арбы,
а за скирдами, в другом дворе, бегала вокруг
столба друга€ дюжина таких же лошадей и такой же
хохол хлопал бичом и насмехалс€ над лошад€ми.
   —тупени, на которых € сидел, были гор€чи; на
жидких перильцах и на оконных рамах кое-где
выступил от жары древесный клей; под ступеньками и
под ставн€ми в полосках тени жались друг к другу
красные коз€вки. —олнце пекло мне и в голову, и в
грудь, и в спину, но € не замечал этого и только
чувствовал, как сзади мен€ в сен€х и в комнатах
стучали по дощатому полу босые ноги. ”брав чайную
посуду, ћаш€ пробежала по ступен€м, пахнув на мен€
ветром, и, как птица, полетела к небольшой,
закопченной пристройке, должно быть кухне, откуда
шел запах жареной баранины и слышалс€ сердитый
арм€нский говор. ќна исчезла в темной двери, и
вместо ее на пороге показалась стара€, сгорбленна€
арм€нка с красным лицом и в зеленых шароварах.
—таруха сердилась и кого-то бранила. —коро на
пороге показалась ћаш€, покрасневша€ от кухонного
жара и с большим черным хлебом на плече; красиво
изгиба€сь под т€жестью хлеба, она побежала через
двор к гумну, шмыгнула через плетень и, окунувшись
в облако золотистой половы, скрылась за арбами.
’охол, подгон€вший лошадей, опустил бич, умолк и
минуту молча гл€дел в сторону арб, потом, когда
арм€ночка оп€ть мелькнула около лошадей и
перескочила через плетень, он проводил ее глазами
и крикнул на лошадей таким тоном, как будто был
очень огорчен:
   - ј, чтоб вам пропасть, нечиста€ сила!
   » все врем€ потом слышал € не перестава€ шаги ее
босых ног и видел, как она с серьезным,
озабоченным лицом носилась по двору. ѕробегала она
то по ступен€м, обдава€ мен€ ветром, то в кухню,
то на гумно, то за ворота, и € едва успевал
поворачивать голову, чтобы следить за нею.
   » чем чаще она со всей красотой мелькала у мен€
перед глазами, тем сильнее становилась мо€ грусть.
ћне было жаль и себ€, и ее, и хохла, грустно провожавшего
ее взгл€дом вс€кий раз, когда она сквозь облако
половы бегала к арбам. Ѕыла ли это у мен€ зависть
к ее красоте, или € жалел, что эта девочка не мо€
и никогда не будет моею и что € дл€ нее чужой, или
смутно чувствовал €, что ее редка€ красота
случайна, не нужна и, как все на земле, не
долговечна, или, быть может, мо€ грусть была тем
особенным чувством, которое возбуждаетс€ в
человеке созерцанием насто€щей красоты, бог знает!
   “ри часа ожидани€ прошли незаметно. ћне казалось,
не успел € нагл€детьс€ на ћашу, как  арпо съездил
к реке, выкупал лошадь и уж стал запр€гать. ћокра€
лошадь фыркала от удовольстви€ и стучала копытами
по оглобл€м.  арпо кричал на нее "наза-ад"!
ѕроснулс€ дедушка. ћаш€ со скрипом отворила нам
ворота, мы сели на дроги и выехали со двора. ≈хали
мы иолча, точно сердились друг на друга.
    огда часа через два или три вдали показались
–остов и Ќахичевань,  арпо, все врем€ молчавший,
быстро огл€нулс€ и сказал:
   - ј славна€ у арм€шки девка!
   » хлестнул по лошади.
II
   ¬ другой раз, будучи уже студентом, ехал € по
железной дороге на юг. Ѕыл май. Ќа одной из
станций, кажетс€ между Ѕелгородом и ’арьковом,
вышел € из вагона прогул€тьс€ по платформе.
   Ќа станционный садик, на платформу и на поле легла
уже вечерн€€ тень; вокзал заслон€л собою закат, но
по самым верхним клубам дыма, выходившего из
паровоза и окрашенного в нежный розовый цвет,
видно было, что солнце еще не совсем спр€талось.
   ѕрохажива€сь по платформе, € заметил, что
большинство гул€вших пассажиров ходило и сто€ло
только около одного вагона второго класса, и с
таким выражением, ка5к будто в этом вагоне сидел какой-нибудь
знаменитый человек. —реди любопытных, которых €
встретил около этого вагона, между прочим
находилс€ и мой спутник, артиллерийский офицер,
малый умный, теплый и симпатичный, как все, с кем
мы знакомимс€ в дороге случайно и ненадолго.
   - „то вы тут смотрите?- спросил €.
   ќн ничего не ответил и только указал мне глазами
на одну женскую фигуру. Ёто была еще молода€
девушка, лет семнадцати - восемнадцати, одета€ в
русский костюм, с непокрытой головой и с
мантилькой, небрежно наброшенной на одно плечо, не
пассажирка, а, должно быть, дочь или сестра
начальника станции. ќна сто€ла около вагонного
окна и разговаривала с какой-то пожилой
пассажиркой. ѕрежде чем € успел дать себе отчет в
том, что € вижу, мною вдруг овладело чувство,
какое € испытал когда-то в арм€нской деревне.
   ƒевушка была замечательна€ красавица, и в этом не
сомневались ни € и ни те, кто вместе со мной
смотрел на нее.
   ≈сли, как прин€то, описывать ее наружность по
част€м, то действительно прекрасного в нее были
одни только белокурые, волнистые, густые волосы,
распущенные и перев€занные на голове черной
ленточкой, все же остальное было или неправильно,
или же очень обыкновенно. ќт особой ли манеры
кокетничать, или от близорукости, глаза ее были
прищурены, нос был нерешительно вздернут, рот мал,
профиль слабо и в€ло очерчен, плечи узки не по
летам, но тем не менее девушка производила
впечатление насто€щей красавицы, и, гл€д€ на нее,
€ мог убедитьс€, что русскому лицу дл€ того, чтобы
казатьс€ прекрасным, нет надобности в строгой
правильности черт, мало того, даже если бы девушке
вместо ее вздернутого носа поставили другой,
правильный и пластически непогрешимый, как у
арм€ночки, то, кажетс€, от этого лицо ее утер€ло
бы всю свою прелесть.
   —то€ у окна и разговарива€, девушка, пожима€сь от
вечерней сырости, то и дело огл€дывалась на нас,
то подбоченивалась, то поднимала к голове руки,
чтобы поправить волосы, говорила, сме€лась, изображала
на своем лице то удивление, то ужас, и € не помню
того мгновени€, когда бы ее тело и лицо находились
в покое. ¬есь секрет и волшебство ее красоты
заключались именно в этих мелких, бесконечно
из€щных движени€х, в улыбке, в игре лица, в
быстрых взгл€дах на нас, в сочетании тонкой грации
этих движений с молодостью, свежестью, с чистотою
души, звучавшею в смехе и в голосе, и стою
слабостью, которую мы так любим в дет€х, в птицах,
в молодых олен€х, в молодых деревь€х.
   Ёто была красота мотылькова€, к которой так идут
вальс, порханье по саду, смех, веселье и которое
не в€жетс€ с серьезной мыслью, печалью и покоем;
и, кажетс€, стоит только пробежать по платформе
хорошему ветру или пойти дождю, чтобы хрупкое тело
вдруг поблекло и капризна€ красота осыпалась, как
цветочна€ пыль.
   - “эк-с...- пробормотал со вздохом офицер, когда
мы после второго звонка направились к своему
вагону.
   ј что значило это "тэк-с", не берусь судить.
   Ѕыть может, ему было грустно и не хотелось уходить
от красавицы и весеннего вечера в душный вагон,
или, быть может, ему, как и мне, было безотчетно
жаль и красавицы, и себ€, и мен€, и всех
пассажиров, которые в€ло и нехот€ брели к своим
вагонам. ѕроход€ мимо станционного окна, за
которым около своего аппарата сидел бледный
рыжеволосый телеграфист с высокими кудр€ми и
полин€вшим, скуластым лицом, офицер вздохнул и
сказал:
   - ƒержу пари, что этот телеграфист влюблен в ту
хорошенькую. ∆ить среди пол€ под одной крышей в
этим воздушным созданием и не влюбитьс€ - выше сил
человеческих. ј какое, мой друг, несчастие, кака€
насмешка быть сутулым, лохматым, сереньким,
пор€дочным и неглупым, и влюбитьс€ в эту
хорошенькую и глупенькую девочку, котора€ на вас
ноль внимани€! »ли еще хуже: представьте, что этот
телеграфист влюблен и в то же врем€ женат и что
жена у него така€ же сутула€, лохмата€ и
пор€дочна€, как он сам... ѕытка!
   ќколо нашего вагона, облокотившись о загородку
площадки, сто€л кондуктор и гл€дел в ту сторону,
где сто€ла красавица, и его испитое, обрюзглое,
непри€тно сытое, утомленное бессонными ночами и
вагонной качкой лицо выражало умиление и
глубочайшую грусть, как будто в девушке он видел
свою молодость, счастье, свою трезвость, чистоту,
жену, детей, как будто он ка€лс€ и чувствовал всем
своим существом, что девушка эта не его и что до
обыкновенного человеческого, пассажирского счасть€
ему с его преждевременной старостью, неуклюжестью
и жирным лицом так же далеко, как до неба.
   ѕробил третий звонок, раздались свистки, и поезд
лениво тронулс€. ¬ наших окнах промелькнули
сначала кондуктор, начальник станции, потом сад,
красавица со своей чудной, детски-лукавой
улыбкой...
   ¬ысунувшись наружу и гл€д€ назад, € видел, как
она, проводив глазами поезд, прошла по платформе
мимо окна, где сидел телеграфист, поправила свои
волосы и побежала в сад. ¬окзал уже не загораживал
запада, поле было открыто, но солнце уже село, и
дым черными клубами стлалс€ по зеленой бархатной
озими. Ѕыло грустно и в весеннем воздухе, и на
темневшем небе, и в вагоне.
   «накомый кондуктор вошел в вагон и стал зажигать
свечи.

 –≈—“
   ¬ гостиную, наполненную народом, входит поэт.
   - Ќу что, как ваша маленька€ поэма? - обращаетс€
к нему хоз€йка.- Ќапечатали? √онорар получили?
   - » не спрашивайте...  рест получил.
   - ¬ы поучили крест? ¬ы, поэт?! –азве поэты получают
кресты?
   - ќт души поздравл€ю! - жмет ему руку хоз€ин.-
—танислав или јнна? ќчень рад... рад очень... —танислав?
   - Ќет, красный крест...
   - —тало быть, вы гонорар пожертвовали в пользу
ќбщества  расного креста?
   - Ќичем не пожертвовал.
   - ј вам к лицу будет орден... ј ну-ка покажите!
   ѕоэт лезет в боковой карман и достает оттуда рукопись...
   - ¬от он...
   ѕублика гл€дит в рукопись и видит красный крест...
но такой крест, который не прицепишь к сюртуку.

 –џ∆ќ¬Ќ» 
   ≈ще с раннего утра все небо обложили дождевые
тучи; было тихо, не жарко и скучно, как бывает в
серые пасмурные дни, когда над полем давно уже
нависли тучи, ждешь дожд€, а его нет. ¬етеринарный
врач »ван »ваныч и учитель гимназии Ѕуркин уже
утомились идти, и поле представл€лось им
бесконечным. ƒалеко впереди еле были видны
ветр€ные мельницы села ћироносицкого, справа
т€нулс€ и потом исчезал далеко за селом р€д
холмов, и оба они знали, что это берег реки, там
луга, зеленые ивы, усадьбы, и если стать на один
из холмов, то оттуда видно такое же громадное
поле, телеграф и поезд, который издали похож на
ползущую гусеницу, а в €сную погоду оттуда бывает
виден даже город. “еперь, в тихую погоду, когда
вс€ природа казалась кроткой и задумчивой, »ван
»ваныч и Ѕуркин были проникнуты любовью к этому
полю, и оба думали о том, как велика, как
прекрасна эта страна.
   - ¬ прошлый раз, когда мы были в сарае у старосты
ѕрокофи€, - сказал Ѕуркин, - вы собирались
рассказать какую-то историю.
   - ƒа, € хотел тогда рассказать про своего брата.
   »ван »ваныч прот€жно вздохнул и закурил трубочку,
чтобы начать рассказывать, но как раз в это врем€
пошел дождь. » минут через п€ть лил уже сильный
дождь, обложной, и трудно было предвидеть, когда
он кончитс€. »ван »ваныч и Ѕуркин остановились в
раздумье; собаки, уже мокрые, сто€ли, поджав
хвосты, и смотрели на них с умилением.
   - Ќам нужно укрытьс€ куда-нибудь, - сказал Ѕуркин.
   - ѕойдемте к јлехину. “ут близко.
   - ѕойдемте.
   ќни свернули в сторону и шли все по скошенному
полю, то пр€мо, то забира€ направо, пока не вышли
на дорогу. —коро показались тополи, сад, потом
красные крыши амбаров; заблестела река, и открылс€
вид на широкий плес с мельницей и белою купальней.
Ёто было —офьино, где жил јлехин.
   ћельница работала, заглуша€ шум дожд€; плотина
дрожала. “ут около телег сто€ли мокрые лошади,
понурив головы, и ходили люди, накрывшись мешками.
Ѕыло сыро, гр€зно, неуютно, и вид у плеса был
холодный, злой. »ван иваныч и Ѕуркин испытывали
уже чувство мокроты, нечистоты, неудобства во всем
теле, ноги от€желели от гр€зи, и когда, пройд€
плотину, они поднимались к господским амбарам, то
молчали, точно сердились друг на друга.
   ¬ одном из амбаров шумела ве€лка; дверь была
открыта и из нее валила пыль. Ќа пороге сто€л сам
јлехин, мужчина лет сорока,, высокий, полный, с
длинными волосами, похожий больше на профессора
или художника, чем на помещика. Ќа нем была бела€,
давно не мыта€ рубаха с веревочным по€ском, вместо
брюк кальсоны, и на сапогах тоже налипли гр€зь и
солома. Ќос и глаза были черны от пыли. ќн узнал
»вана »ваныча и Ѕуркина и, по-видимому, очень
обрадовалс€.
   - ѕожалуйте, господа, в дом, - сказал он,
улыба€сь. - я сейчас, сию минуту.
   ƒом был большой, двухэтажный. јлехин жил внизу, в
двух комнатах со сводами и с маленькими окнами,
где когда-то жили приказчики; тут была обстановка
проста€, и пахло ржаным хлебом, дешевою водкой и
сбруей. Ќаверху же, в парадных комнатах, он бывал
редко, только когда приезжали гости. »вана »ваныча
и Ѕуркина встретила в доме горнична€, молода€
женщина, така€ красива€, что они оба разом
остановились и погл€дели друг на друга.
   - ¬ы не можете себе представить, как € рад видеть
вас, господа, - говорил јлехин, вход€ за ними в
переднюю. - ¬от не ожидал! ѕелаге€, - обратилс€ он
к горничной, - дайте гост€м переодетьс€ во
что-нибудь. ƒа кстати и € переоденусь. “олько надо
сначала пойти помытьс€, а то €, кажетс€, с весны
не мылс€. Ќе хотите ли, господа, пойти в купальню,
а тут пока приготов€т.
    расива€ ѕелаге€, така€ деликатна€ и на вид така€
м€гка€, принесла простыни и мыло, и јлехин с
гост€ми пошел в купальню.
   - ƒа, давно € уже не мылс€, - говорил он,
раздева€сь. -  упальн€ у мен€, как видите,
хороша€, отец еще строил, но мытьс€ как-то все
некогда.
   ќн сел на ступеньке и намылил свои длинные волосы
и шею, и вода около него стала коричневой.
   - ƒа, признаюсь... - проговорил »ван иваныч,
значительно гл€д€ на его голову.
   - ƒавно € уже не мылс€... - повторил јлехин
конфузливо и еще раз намылилс€, и вода около него
стала темно-синей, как чернила.
   »ван »ваныч вышел наружу, бросилс€ в воду с шумом
и поплыл под дождем, широко взмахива€ руками, и от
него шли волны, и на волнах качались белые лилии;
он доплыл до самой середины плеса и нырнул, и
через минуту показалс€ на другом месте и поплыл
дальше, и все ныр€л, стара€сь достать дна. "јх,
боже мой... - повтор€л он, наслажда€сь. - јх, боже
мой..." ƒоплыл до мельницы, о чем-то поговорил там
с мужиками и повернул назад, и на середине плеса
лег, подставл€€ свое лицо под дождь. Ѕуркин и
јлехин оделись и собрались уходить, а он все
плавал и ныр€л.
   - јх, боже мой... - говорил он. - јх, господи
помилуй.
   - Ѕудет вам! - крикнул ему Ѕуркин.
   ¬ернулись в дом. » только когда в большой гостиной
наверху зажгли лампу, и Ѕуркин и »ван »ваныч,
одетые в шелковые халаты и теплые туфли, сидели в
креслах, а сам јлехин, умытый, причесанный, в
новом сюртуке, ходил по гостиной, видимо с
наслаждением ощуща€ тепло, чистоту, сухое платье,
легкую обувь, и когда красива€ ѕелаге€, бесшумно
ступа€ по ковру и м€гко улыба€сь, подавала на
подносе чай с вареньем, только тогда »ван »ваныч
приступил к рассказу, и казалось, что его слушали
не одни только Ѕуркин и јлехин, но
также старые и молодые дамы и военные, спокойно и
строго гл€девшие из золотых рам.
   - Ќас два брата, - начал он, - €, »ван »ваныч, и
другой - Ќиколай »ваныч, года на два помоложе. я
пошел по ученой части, стал ветеринаром, а Ќиколай
уже с дев€тнадцати лет сидел в казенной палате.
Ќаш отец „имша-√ималайский был из кантонистов, но,
выслужив офицерский чин, оставил нам потомственное
двор€нство и именьишко. ѕосле его смерти именьишко
у нас отт€гали за долги, но, как бы ни было,
детство мы провели в деревне на воле. ћы, все
равно как кресть€нские дети, дни и ночи проводили
в поле, в лесу, стерегли лошадей, драли лыко,
ловили рыбу и прочее тому подобное... ј вы знаете,
кто хоть раз в жизни поймал ерша или видел осенью
перелетных дроздов, как они в €сные, прохладные
дни нос€тс€ ста€ми над деревней, тот уже не
городской житель, и его до самой смерти будет
пот€гивать на волю. ћой брат тосковал в казенной
палате. √оды проходили, а он все сидел на одном
месте, писал все те же бумаги и думал все об одном
и том же, как в деревню. » эта тоска у него
мало-помалу вылилась в определенное желание, в
мечту купить себе маленькую усадебку где-нибудь на
берегу реки или озера.
   ќн был добрый, кроткий человек, € любил его, но
этому желанию запереть себ€ на всю жизнь в
собственную усадьбу € никогда не сочувствовал.
ѕрин€то говорить, что человеку нужно только три
аршина земли. Ќо ведь три аршина нужны трупу, а не
человеку. » говор€т также теперь, что если наша
интеллигенци€ имеет т€готение к земле и стремитс€
в усадьбы, то это хорошо. Ќо ведь эти усадьбы те
же три аршина земли. ”ходить из города, от борьбы,
от житейского шума, уходить и пр€татьс€ у себ€ в
усадьбе - это не жизнь, это эгоизм, лень, это
своего рода монашество, но монашество без подвига.
„еловеку нужно три аршина земли, не усадьба, а
весь земной шар, вс€ природа, где на просторе он
мог про€вить все свойства и особенности свободного
духа.
   Ѕрат мой Ќиколай, сид€ у себ€ в канцел€рии, мечтал
о том, как он будет есть свои собственные щи, от
которых идет такой вкусный запах по всему двору,
есть на зеленой травке, спать на солнышке, сидеть
по целым часам за воротами на лавочке и гл€деть на
поле и лес. —ельскохоз€йственные книжки и вс€кие
эти советы в календар€х составл€ли его радость,
любимую духовную пищу; он любил читать и газеты,
но читал в них одни только объ€влени€ о том, что
продаютс€ столько-то дес€тин пашни и луга с
усадьбой, садом, мельницей, с проточными прудами.
» рисовались у него в голове дорожки в саду,
цветы, фрукты, скворечни, караси в прудах и,
знаете, вс€ка€ эта штука. Ёти воображаемые картины
были различны, смотр€ по объ€влени€м, которые
попадались ему, но почему-то в каждой из них
непременно был крыжовник. Ќи одной усадьбы, ни
одного поэтического угла он не мог себе
представить без того, чтобы там не было крыжовника.
   - ƒеревенска€ жизнь имеет свои удобства, - говорил
он, бывало. - —идишь на балконе, пьешь чай, а на
пруде твои уточки плавают, пахнет так хорошо, и...
и крыжовник растет.
   ќн чертил план своего имени€, и вс€кий раз у него
на плане выходило одно и то же: а) барский дом, b)
людска€, с) огород, d) крыжовник. ∆ил он скупо:
недоедал, недопивал, одевалс€ бог знает как,
словно нищий, и все копил и клал в банк. —трашно
жадничал. ћне было больно гл€деть на него, и €
кое-что давал ему и посылал на праздниках, но он и
это пр€тал. ”ж коли задалс€ человек идеей, то
ничго не поделаешь.
   √оды шли, перевели его в другую губернию, минуло
ему уже сорок лет, а он все читал объ€влени€ в
газетах и копил. ѕотом, слышу, женилс€. ¬се с тою
же целью, чтобы купить себе усадьбу с крыжовником,
он женилс€ на старой, некрасивой вдове, без
вс€кого чувства, а только потому, что у нее
водились деньжонки. ќн и с ней тоже жил скупо,
держал ее впроголодь, а деньги ее положил в банк
на свое им€. –аньше она была за почтмейстером и
привыкла у него к пирогам и к наливкам, а у
второго мужа и хлеба черного не видала вдоволь;
стала чахнуть от такой жизни, да года через три
вз€ла и отдала богу душу. », конечно, брат мой ни
одной минуты не подумал, что он виноват в ее
смерти. ƒеньги, как водка, делают человека
чудаком. ” нас в городе
умирал купец. ѕеред смертью приказал подать себе
тарелку меду и съел все свои деньги и выигрышные
билеты вместе с медом, чтобы никому не досталось.
 ак-то на вокзале € осматривал гурты, и в это
врем€ один барышник попал под локомотив, и ему
отрезало ногу. Ќесем мы его в приемный покой,
кровь льет - страшное дело, а он все просит, чтобы
ногу его отыскали, и все беспокоитс€: в сапоге на
отрезанной ноге двадцать рублей, как бы не пропали.
   - Ёто вы уж из другой оперы, - сказал Ѕуркин.
   - ѕосле смерти жены, - продолжал »ван »ваныч,
подумав полминуты,
- брат мой стал высматривать себе имение.  онечно,
хоть п€ть лет высматривай, но все же в конце
концов ошибешьс€ и купишь совсем не то, о чем
мечтал. Ѕрат Ќиколай через комиссионера, с
переводом долга, купил сто двенадцать дес€тин с
барским домом, с людской, с парком, но ни
фруктового сада, ни крыжовника, ни прудов с
уточками; была река, но вода в ней цветом как
кофе, потому что по одну сторону имени€ кирпичный
завод, а по другую - костопальный. Ќо мой Ќиколай
»ваныч мало печалилс€; он выписал себе двадцать
кустов крыжовника, посадил и зажил помещиком.
   ¬ прошлом году € поехал к нему проведать. ѕоеду,
думаю, посмотрю, как и что там. ¬ письмах своих
брат называл свое имение так: „умбароклова
пустошь, √ималайское тож. ѕриехал € в "√ималайское
тож" после полудн€. Ѕыло жарко. ¬озле канавы,
заборы, изгороди, понасажены р€дами елки, - и не
знаешь, как проехать во двор, куда поставить
лошадь. »ду к дому, а навстречу мне рыжа€ собака,
толста€, похожа€ на свинью. ’очетс€ ей ла€ть, да
лень. ¬ышла из кухни кухарка, голонога€, толста€,
тоже похожа€ на свинью, и сказала, что барин
отдыхает после обеда. ¬хожу к брату, он сидит в
постели, колени покрыты оде€лом; постарел,
располнел, обрюзг; щеки, нос и губы т€нутс€
вперед, - того и гл€ди, хрюкнет в оде€ло.
   ћы обн€лись и всплакнули от радости и от грустной
мысли, что когда-то были молоды, а теперь оба
седы, и умирать пора. ќн оделс€ и повел мен€
показывать свое имение.
   - Ќу, как ты тут поживаешь? - спросил €.
   - ƒа, ничего, слава богу, живу хорошо.
   Ёто уж был не прежний робкий бедн€га-чиновник, а
насто€щий помещик, барин. ќн уж обжилс€ тут,
привык и вошел во вкус; кушал много, в бане мылс€,
полнел, уже судилс€ с обществом и с обоими
заводами и очень обижалс€, когда мужики не
называли его "ваше высокоблагородие". » о душе
своей заботилс€ солидно, по-барски, и добрые дела
творил не просто, а с важностью. ј какие добрые
дела? Ћечил мужиков от всех болезней содой и
касторкой и в день своих именин служил среди
деревни благодарственный молебен, а потом ставил
полведра, думал, что так нужно. јх, эти ужасные
полведра! —егодн€ толстый помещик тащит мужиков к
земскому начальнику за потраву, а завтра, в
торжественный день, ставит им полведра, а они пьют
и кричат "ура", и пь€ные клан€ютс€ ему в ноги.
ѕеремена жизни к лучшему, сытость, праздность
развивают в русском человеке самомнение, самое
наглое. Ќиколай »ваныч, который когда-то в
казенной палате бо€лс€ даже дл€ себ€ лично иметь
собственные взгл€ды, теперь говорил одни только
истины, и таким тоном, точно министр: "ќбразование
необходимо, но дл€ народа оно преждевременно",
"телесные наказани€ вообще вредны, но в некоторых
случа€х они полезны и незаменимы".
   - я знаю народ и умею с ним обращатьс€, - говорил
он. - ћен€ народ любит. —тоит мне только пальцем
шевельнуть, и дл€ мен€ народ сделает все, что
захочу.
   » все это, заметьте, говорилось с умной, доброю
улыбкой. ќн раз двадцать повторил: "мы двор€не",
"€ как двор€нин"; очевидно, уже не помнил, что дед
наш был мужик, а отец - солдат. ƒаже наша фамили€
„имша-√ималайский в сущности несообразна€,
казалась ему теперь звучной, знатной и очень
при€тной.
   Ќо дело не в нем, а во мне самом. я хочу вам
рассказать, кака€ перемена произошла во мне в эти
немногие часы, пока € был в его усадьбе. ¬ечером,
когда мы пили чай, кухарка подала к столу полную
тарелку крыжовнику. Ёто был не купленный, а свой собственный
крыжовник, собранный в первый раз с тех пор, как
были посажены кусты. Ќиколай »ваныч засме€лс€ и
минуту гл€дел на крыжовник молча, со слезами, - он
не мог говорить от волнени€, потом положил в рот
одну €году, погл€дел на мен€ с торжеством ребенка,
который наконец получил свою любимую игрушку, и
сказал:
   -  ак вкусно!
   » он с жадностью ел и все повтор€л:
   - јх, как вкусно! “ы попробуй!
   Ѕыло жестко и кисло, но, как сказал ѕушкин, "тьмы
истин нам дороже нас возвышающий обман". я видел
счастливого человека, заветна€ мечта которого
осуществилась так очевидно, который достиг цели в
жизни, получил то, что хотел, который был доволен
своей судьбой, самим собой.   моим мысл€м о
человеческом счастье всегда почему-то
примешивалось что-то грустное, теперь же , при
виде счастливого человека, мною овладело т€желое
чувство, близкое к отча€нию. ќсобенно т€жело было
ночью. ћне постлали постель в комнате р€дом с
спальней брата, и мне было слышно, как он не спал
и как вставал и подходил к тарелке с крыжовником и
брал по €годке. я соображал: как, в сущности,
много довольных, счастливых людей!  ака€ это
подавл€юща€ сила! ¬ы взгл€ните на эту жизнь:
наглость и праздность сильных, невежество и
скотоподобие слабых, кругом бедность невозможна€,
теснота, вырождение , пь€нство, лицемерие,
вранье... ћежду тем во всех домах и на улицах
тишина, спокойствие; из п€тидес€ти тыс€ч, живущих
в городе, ни одного, который бы вскрикнул, громко
возмутилс€. ћы видим тех, которые ход€т на рынок
за провизией, днем ед€т, ночью сп€т, которые
говор€т свою чепуху, жен€тс€, стар€тс€, благодушно
тащат на кладбище своих покойников; но мы не видим
и не слышим тех, которые страдают, и то, что
страшно в жизни, происходит где-то за кулисами.
¬се тихо, спокойно, и протестует одна только нема€
статистика: столько-то с ума сошло, столько-то
ведер выпито, столько-то детей погибло от
недоедани€... » такой пор€док, очевидно, нужен;
очевидно, счастливый чувствует себ€ хорошо только
потому, что несчастные несут свое брем€ молча, и
без этого молчани€ счастье было бы невозможно. Ёто
общий гипноз. Ќадо, чтобы за дверью каждого
довольного, счастливого человека сто€л кто-нибудь
с молоточком и посто€нно напоминал бы стуком, что
есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив,
жизнь рано или поздно покажет ему свои когти,
стр€сетс€ беда - болезнь, бедность, потери, и его
никто не увидит и не услышит, как теперь он не
видит и не слышит других. Ќо человека с молоточком
нет, счастливый живет себе, и мелкие житейские
заботы волнуют его слегка, как ветер осину, - и
все обстоит благополучно.
   - ¬ ту ночь мне стало пон€тно, как € тоже был
доволен и счастлив,
- продолжал »ван »ваныч, встава€. - я тоже за
обедом и на охоте поучал, как жить, как веровать,
как управл€ть народом. я тоже говорил, что ученье
свет, что образование необходимо, но дл€ простых
людей пока довольно одной грамоты. —вобода есть
благо, говорил €, без нее нельз€, как без воздуха,
но надо подождать. ƒа, € говорил так, а теперь
спрашиваю: во им€ чего ждать? - спросил »ван
»ваныч, сердито гл€д€ на Ѕуркина. - ¬о им€ чего
ждать, € вас спрашиваю? ¬о им€ каких соображений?
ћне говор€т, что не все сразу, вс€ка€ иде€
осуществл€етс€ в жизни постепенно, в свое врем€.
Ќо кто это говорит? √де доказательства, что это
справедливо? ¬ы ссылаетесь на естественный пор€док
вещей, на законность €влений, но есть ли пор€док и
законность в том, что €, живой, мысл€щий человек,
стою надо рвом и жду, когда он зарастет сам или
зат€нет илом, в то врем€ как, быть может, € мог бы
перескочить через него или построить через него
мост? » оп€ть-таки во им€ чего ждать? ∆дать, когда
нет сил жить, а между тем жить нужно и хочетс€ жить!
   я уехал тогда от брата рано утром, и с тех пор дл€
мен€ стало невыносимо бывать в городе. ћен€
угнетают тишина и спокойствие, € боюсь смотреть на
окна, так как дл€ мен€ теперь нет более т€желого
зрелища, как счастливое семейство, сид€щее вокруг
стола и пьющее чай. я уже стар и не гожусь дл€
борьбы, € неспособен даже ненавидеть. я только
скорблю душевно, раздражаюсь, досадую, по ночам у
мен€ горит голова от наплыва мыслей, и € не могу
спать... јх, если б € был молод!
   »ван »ваныч прошелс€ в волнении из угла в угол и
повторил:
   - ≈сли б € был молод!
   ќн вдруг подошел к јлехину и стал пожимать ему то
одну руку, то другую.
   - ѕавел  онстантиныч! - проговорил он умол€ющим
голосом. - Ќе успокаивайтесь, не давайте усыпл€ть
себ€! ѕока молоды, сильны, бодры, не уставайте
делать добро! —часть€ нет и не должно быть, а если
в жизни есть смысл и цель, то смысл этот и цель
вовсе не в нашем счастье, а в чем-то более
разумном и великом. ƒелайте добро!
   » все это »ван »ваныч проговорил с жалкой,
прос€щею улыбкой, как будто просил лично дл€ себ€.
   ѕотом все трое сидели в креслах, в разных концах
гостиной, и молчали. –ассказ »вана »ваныча не
удовлетворил ни Ѕуркина, ни јлехина.  огда из
золотых рам гл€дели генералы и дамы, которые в
сумерках казались живыми, слушать рассказ про
бедн€гу чиновника, который ел крыжовник, было
скучно. ’отелось почему-то говорить и слушать про
из€щных людей, про женщин. » то, что они сидели в
гостиной, где все - и люстра в чехле, и кресла, и
ковры под ногами - говорило, что здесь когда-то
ходили, сидели, пили чай вот эти самые люди,
которые гл€дели теперь из рам, и то, что здесь
теперь бесшумно ходила красива€ ѕелаге€, - это
было лучше вс€ких рассказов.
   јлехину сильно хотелось спать; он встал по
хоз€йству рано, в третьем часу утра, и теперь у
него слипались глаза, но он бо€лс€, как бы гости
не стали без него рассказывать что-нибудь
интересное, и не уходил. ”мно ли, справедливо ли
было то, что только что говорил »ван »ваныч, он не
вникал; гости говорили не о крупе, не о сене, не о
дегте, а о чем-то, что не имело пр€мого отношени€
к его жизни, и он был рад и хотел, чтобы они
продолжали...
   - ќднако пора спать, - сказал Ѕуркин, поднима€сь.
- ѕозвольте пожелать вам спокойной ночи.
   јлехин простилс€ и ушел к себе вниз, а гости
остались наверху. »м обоим отвели на ночь большую
комнату, где сто€ли две старые дерев€нные кровати
с резными украшени€ми и в углу было расп€тие из
слоновой кости; от их постелей, широких,
прохладных, которые постилала красива€ ѕелаге€,
при€тно пахло свежим бельем.
   »ван иваныч молча разделс€ и лег.
   - √осподи, прости нас грешных! - проговорил он и
укрылс€ с головой.
   ќт его трубочки, лежавшей на столе, сильно пахло
табачным перегаром, и Ѕуркин долго не спал и все
никак не мог пон€ть, откуда этот т€желый запах.
   ƒождь стучал в окна всю ночь.

Ћ»ЎЌ»≈ Ћёƒ»
   —едьмой час июньского вечера. ќт полустанка ’илково
к дачному поселку плететс€ толпа только что вышедших
из поезда дачников - все больше отцы семейств,
нагруженные кульками, портфел€ми и женскими
картонками. ¬ид у все утомленный, голодный и злой,
точно не дл€ них си€ет солнце и зеленеет трава.
   ѕлететс€, между прочим, и ѕавел ћатвеевич «айкин,
член окружного суда, высокий сутуловатый человек,
в дешевой колом€нке и с кокардой на полин€лой
фуражке. ќн вспотел, красен и сумрачен.
   -  аждый день изволите на дачу выезжать?-
обращаетс€ к нему дачник в рыжих панталонах.
   - Ќет, не каждый,- угрюмо отвечает «айкин.-
∆ена и сын живут тут посто€нно, а € приезжаю раза
два в неделю. Ќекогда каждый день ездить, да и дорого.
   - Ёто верно, что дорого,- вздыхают рыжие пантолоны.
- ¬ городе до вокзала не пойдешь пешком,
извозчик нужен, потом-с билет стоит сорок две копейки...
газетку дорогой купишь, рюмку водки по слабости
выпьешь. ¬се это копеечный расход, пуст€ковый, а
гл€ди - и наберетс€ за лето рублей двести. ќно, конечно,
лоно природы дороже стоит, не стану спорить-с...
идилли€ и прочее, но ведь при нашем чиновницком содержании,
сами знаете, кажда€ копейка на счету. ѕотратишь
неосторожно копеечку, а потом и не спишь
всю ночь... ƒа-с... я, милостивый государь, не имею чести
знать вашего имени и отчества, получаю без малого
две тыс€чи в год-с, состою в чине статского советника,
а курю табак второго сорта и не имею лишнего рубл€,
дабы купить себе минеральной воды ¬иши, прописанной
мне против печеночных камней.
   - ¬ообще мерзко,- говорит «айкин после некоторого
молчани€.- я, сударь, держусь того мнени€, что
дачную жизнь выдумали черти да женщины. „ертом
в данном случае руководила злоба, а женщиной крайнее
легкомыслие. ѕомилуйте, это не жизнь, а каторга,
ад! “ут душно, жарко, дышать т€жело, а ты мыкаешьс€
с места на место, как неприка€нный, и никак не найдешь
себе приюта. “ам, в городе, ни мебели, ни прислуги...
все на дачу увезли... питаешьс€ черт знает чем, не
пьешь чаю, потому что самовар поставить некому, не
умываешьс€, а приедешь сюда, в это лоно природы,
изволь идти пешком по пыли, по жаре... тьфу! ¬ы женаты?
   - ƒа-с... “рое деток,- вздыхают рыжие пантолоны.
   - ¬ообще мерзко... ѕросто удивительно, как это
мы еще живы.
   Ќаконец дачники доход€т до поселка. «айкин прощаетс€
с рыжими пантолонами и идет к себе на дачу.
ƒома застает он мертвую тишину. —лышно только, как
жужжат комары да молит о помощи муха, попавша€
на обед к пауку. ќкна завешаны кисейными занавесочками,
сквозь которые краснеют блекнущие цветы герани.
Ќа дерев€нных, некрашенных стенах, около олеографий,
дремлют мухи. ¬ сен€х, в кухне, в столовой -
ни души. ¬ комнате, котора€ в одно и то же врем€
называетс€ гостиной и залой, «айкин застает своего
сына, ѕетю, маленького шестилетнего мальчика.
ѕет€ сидит за столом и, громко соп€, выт€нув нижнюю губу,
вырезывает ножницами из карты бубнового валета.
   - ј, это ты, папа!- говорит он, не оборачива€сь.-
«дравствуй!
   - «дравствуй... ј мать где?
   - ћама? ќна поехала с ќльгой  ирилловной на
репетицию играть театр. ѕослезавтра у них будет представление.
» мен€ возьмут... ј ты пойдешь?
   - √м!..  огда же она вернетс€?
   - ќна говорила, что вернетс€ вечером.
   - ј где Ќаталь€?
   - Ќаталью вз€ла с собой мама, чтобы она помогала
ей одеватьс€ во врем€ представлени€, а јкулина пошла
в лес за грибами. ѕапа, а отчего  это, когда комары кусаютс€,
то у них делаютс€ животы красные?
   - Ќе знаю... ќттого, что они сосут кровь. —тало
быть, никого нет дома?
   - Ќикого. “олько € один дома.
   «айкин садитс€ в кресло и минуту тупо гл€дит в окно.
   -  то же нам обедать подаст?- спрашивает он.
   - ќбедать сегодн€ не варили, папа! ћама думала,
что ты сегодн€ не приедешь, и не велела варить обед.
ќна с ќльгой  ирилловной будет обедать на репетиции.
   - ѕокорнейше благодарю, а ты что же ел?
   - я ел молоко. ƒл€ мен€ купили молока на шесть
копеек. ѕапа, а зачем комары сосут кровь?
   «айкин вдруг почувствовал, как что-то т€желое подкатывает
к его печени и начинает сосать ее. ≈му становитс€
так досадно, обидно и горько, что он т€жело
дышит и дрожит; ему хочетс€ вскочить, ударить о пол
чем-нибудь т€желым и разразитьс€ бранью, но тут он
вспоминает, что доктора строго запретили ему волноватьс€,
встает и, насилу€ себ€, начинает насвистывать
из "√угенотов".
   - ѕапа, ты умеешь представл€ть в театре?- слышит
он голос ѕети.
   - јх, не приставай ко мне с глупыми вопросами!-
сердитс€ «айкин.- ѕристал, как банный лист! “ебе
уже шесть лет, а ты  все так же глуп, как и три года
назад... √лупый, распущенный мальчишка!   чему, например,
ты эти карты портишь?  ак ты смеешь их портить?
   - Ёти карты не твои,- говорит ѕет€, оборачива€сь.
- ћне Ќаталь€ их дала.
   -¬решь! ¬решь, др€нной мальчишка!- раздражаетс€
«айкин все более и более.- “ы всегда врешь!
¬ысечь теб€ нужно, свиненка этакого! я тебе уши
оборву!
   ѕет€ вскакивает, выт€гивает шею и гл€дит в упор
на красное, гневное лицо отца. Ѕольшие глаза его сначала
мигают, потом заволакиваютс€ влагой, и лицо
мальчика кривитс€.
   - ƒа ты что бранишьс€?- визжит ѕет€.- „то ты
ко мне пристал, дурак? я никого не трогаю, не шалю,
слушаюсь, а ты... сердишьс€! Ќу, за что ты мен€ бранишь?
   ћальчик говорит убедительно и так горько плачет,
что «айкину становитс€ совестно.
   "», правда, за что € к нему придираюсь?"- думает
он.- Ќу, будет... будет,- говорит он, трога€ мальчика
за плечо.- ¬иноват, ѕетюха... прости. “ы у мен€ умница,
славный, € теб€ люблю.
   ѕет€ утирает рукавом глаза, садитс€ со вздохом на
прежнее место и начинает вырезывать даму. «айкин идет
к себе в кабинет. ќн раст€гиваетс€ на диване и, подложив
руки под голову, задумываетс€. Ќедавние
слезы мальчика см€гчили его гнев, и от печени мало-помалу
отлегло. „увствуетс€ только утомление и голод.
   - ѕапа!- слышит «айкин за дверью.- ѕоказать \
тебе мою насекомую коллекцию?
   - ѕокажи!
   ѕет€ входит в кабинет и подает отцу длинный зеленый
€щичек. ≈ще не поднос€ к уху, «айкин слышит
отча€нное жужжание и царапанье лапок о стенки
€щика. ѕодн€в крышку, он видит множество бабочек,
жуков, кузнечиков и мух, приколотых ко дну €щика
булавками. ¬се, за исключением двух-трех бабочек,
еще живы и шевел€тс€.
   - ј кузнечик все еще жив!- удивл€етс€ ѕет€.-
¬чера утром поймали его, а он до сих пор не умер!
   -  то это теб€ научил прикалывать их?- спрашивает
«айкин.
   - ќльга  ирилловна.
   - —амое бы ќльгу  ирилловну приколоть так!-
говорит «айкин с отвращением.- ”неси отсюда!
—тыдно мучить животных!
   юЅоже, как он мерзко воспитываетс€",- думает он
по уходе ѕети.
   ѕавел ћатвеевич забыл уже про умиление и голод
и думает только о судьбе своего мальчика. «а окнами
между тем дневной свет мало-помалу тускнеет. —лышно,
как дачники компани€ми возвращаютс€ с вечернего
купань€.  то-то останавливаетс€ около открытого окна
столовой и кричит: "√рибков не желаете ли?"- кричит
и, не получив ответа, шлепает босыми ногами дальше...
Ќо вот, когда сумерки сгущаютс€ до того, что герань
за кисейной занавеской тер€ет свои очертани€ и в окно
начинает пот€гивать свежестью вечера, дверь в сен€х с
шумом открываетс€, и слышатс€ быстрые шаги, говор,
смех...
   - ћама!- взвизгивает ѕет€.
   «айкин выгл€дывает из кабинета и видит свою
жену Ќадежду —тепановну, здоровую, розовую, как
всегда... — нею ќльга  ирилловна, суха€ блондинка с
крупными веснушками, и двое каких-то незнакомых
мужчин: один молодой, длинный, с рыжей курчавой
головой и с большим кадыком, другой - низенький,
коренастый, с бритой актерской физиономией и сизым,
кривым подбородком.
    - Ќаталь€, ставь самовар!- кричит Ќадежда
—тепановна, громко шурша платьем.- √овор€т, ѕавел
ћатвеевич приехал! ѕавел, где ты? «дравствуй, ѕавел!
- говорит она, вбега€ в кабинет и т€жело дыша.-
“ы приехал? ќчень рада... —о мной приехали двое наших
любителей... пойдем, € теб€ представлю... ¬от тот,
что подлинней, это  оромыслов... прекрасно поет, а другой,
этот маленький... некий —меркалов, насто€щий актер...
читает великолепно. ”ф, утомилась! —ейчас у нас
репетици€ была... ¬еликолепно идет. ћы ставим
"∆ильца с тромбоном" и "ќна его ждет"... ѕослезавтра
спектакль...
   - «ачем ты их привезла?- спрашивает «айкин.
   - Ќеобходимо, папочка! ѕосле ча€ нам нужно роли
повторить и пропеть кое-что... я с  оромысловым дуэт
буду петь... ƒа, как бы не забыть! ѕошли, голубчик,
Ќаталью вз€ть сардин, водки, сыру и еще чего-нибудь.
ќни, веро€тно, и ужинать будут... ќх, устала!
   - √м!.. ” мен€ денег нет!
   - Ќельз€ же, папочка! Ќеловко! Ќе заставл€й мен€
краснеть!
   „ерез полчаса Ќаталь€ посылаетс€ за водкой и закуской;
«айкин, напившись чаю и съевши целый французский
хлеб, уходит в спальню и ложитс€ в постель,
а Ќадежда —тепановна и ее гости, шум€ и сме€сь,
приступают к повторению ролей. ѕавел ћатвеевич долго
слышит гнусавое чтение  оромыслова и актерские возгласы
—меркалова... «а чтением следует длинный разговор,
прерываемый визгливым смехом ќльги  ирилловны.
—меркалов, на правах насто€щего актера, с
апломбом и жаром объ€сн€ет роли...
   ƒалее следует дуэт, а за дуэтом зв€канье посуды...
«айкин сквозь сон слышит, как уговаривают —меркалова
прочесть "√решницу" и как тот, поломавшись, начинает
декламировать. ќн шипит, бьет себ€ по груди,
плачет, хохочет хриплым басом... «айкин морщитс€ и
пр€чет голову под оде€ло.
   - ¬ам идти далеко и темно,- слышит он час спуст€
голос Ќадежды —тепановны.- ѕочему вам не
остатьс€ у нас ночевать?  оромыслов л€жет здесь, в
гостиной, на диване, а вы, —меркалов, на ѕетиной
постели... ѕетю можно в кабинете мужа положить...
ѕраво, оставайтесь!
   Ќаконец, когда часы бьют два, все смолкает... ќтвор€етс€
в спальной дверь, и показываетс€ Ќадежда —тепановна.
   - ѕавел, ты спишь?- шепчет она.
   - Ќет, а что?
   - ѕоди, голубчик, к себе в кабинет, л€г на диване,
а тут, на твоей кровати, € ќльгу  ирилловну положу.
ѕоди, милый! я бы ее в кабинете положила, да она
боитс€ спать одной... ¬ставай же!
   «айкин поднимаетс€, накидывает на себ€ халат и,
вз€вши подушку, плететс€ в кабинет... ƒойд€ ощупью
до своего дивана, он зажигает спичку и видит: на диване
лежит ѕет€. ћальчик не спит и большими глазами
гл€дит на спичку.
   - ѕапа, отчего это комары не сп€т ночью?- спрашивает
он.
   - ќттого... оттого,- бормочет «айкин,- оттого,
что мы здесь с тобой лишние... ƒаже спать
негде!
   - ѕапа, а отчего это на лице у ќльги  ирилловны
веснушки?
   - јх, отстань! Ќадоел!
   ѕодумав немного, «айкин одеваетс€ и выходит на
улицу освежитьс€... ќн гл€дит на утреннее небо,
на неподвижные облака, слушает ленивый крик
сонного коростел€ и начинает мечтать о завтрашнем дне,
когда он, поехав в город и вернувшись из суда, завалитс€
спать... ¬друг из-за угла показываетс€ человеческа€
фигура.
   "—торож, должно быть..."- думает «айкин.
   Ќо, вгл€девшись и подойд€ поближе, он узнает в
фигуре вчерашнего дачника в рыжих пантолонах.
   - ¬ы не спите?- спрашивает он.
   - ƒа, не спитс€ что-то...- вздыхают рыжие пантолоны.
- ѕриродой наслаждаюсь...  о мне, знаете ли,
приехала с ночным поездом дорога€ гость€... мамаша
моей жены. — нею прибыли мои плем€нницы... прекрасные
девушки. ¬есьма рад, хот€ и... очень сыро! ј вы
тоже изволите природой наслаждатьс€?
   - ƒа,- мычит «айкин,- и € тоже природой... Ќе
знаете ли, нет ли тут где-нибудь поблизости какого-нибудь
кабака или трактирчика?
   –ыжие пантолоны поднимают глаза к небу и глубокомысленно
задумываютс€...

ЋќЎјƒ»Ќјя ‘јћ»Ћ»я
   ” отставного генерал-майора Ѕулдеева
разболелись зубы. ќн полоскал рот водкой, конь€ком, прикладывал
к больному зубу табачную копоть, опий,
скипидар, керосин, мазал щеку йодом, в ушах у него
была вата, смоченна€ в спирту, но все это или не помогало,
или вызывало тошноту. ѕриезжал доктор.
ќн поковыр€л в зубе, прописал хину, но и это не
помогло. Ќа предложение вырвать больной зуб генерал
ответил отказом. ¬се домашние - жена, дети,
прислуга, даже поваренок ѕетька предлагали каждый
свое средство, ћежду прочим, и приказчик Ѕулдеева
»ван ≈всеич пришел к нему и посоветовал
полечитьс€ заговором.
   - “ут, в нашем уезде, ваше превосходительство,
- сказал он,- лет дес€ть назад служил акцизный
яков ¬асильич. «аговаривал зубы - первый
сорт. Ѕывало, отвернетс€ к окошку, пошепчет, поплюет - и
как рукой! —ила ему така€ дадена...
   - √де же он теперь?
   - ј после того, как его из акцизных увольнили,
в —аратове у тещи живет. “еперь только зубами и
кормитс€. ≈жели у которого человека заболит зуб,
то и идут к нему, помогает... “амошних саратовских
на дому у себ€ пользует, а ежели которые из других
городов, то по телеграфу. ѕошлите ему, ваше
превосходительство, депешу, что так, мол, вот и так...
у раба божьего јлекси€ зубы бол€т, прошу выпользовать.
ј деньги за лечение почтой пошлете.
   - ≈рунда! Ўарлатанство!
   - ј вы попытайте, ваше превосходительство. ƒо
водки очень охотник, живет не с женой, а с немкой,
ругатель, но, можно сказать, чудодейственный господин.
   - ѕошли, јлеша!- взмолилась генеральша.-
“ы вот не веришь в заговоры, а € на себе испытала.
’от€ ты и не веришь, но отчего не послать? –уки
ведь не отвал€тс€ от этого.
   - Ќу, ладно,- согласилс€ Ѕулдеев.- “ут не
только что к акциозному, но и к черту депешу пошлешь...
ќх! ћочи нет! Ќу, где твой акцизный живет?
 ак к нему писать?
   √енерал сел за стол и вз€л перо в руки.
   - ≈го в —аратове кажда€ собака знает,- сказал
приказчик.- »звольте писать, ваше превосходительство,
в город —аратов, стало быть... ≈го
благородию господину якову ¬асильичу... ¬асильичу...
   - Ќу?
   - ¬асильичу... якову ¬асильичу... а по фамилии
ј фамилию вот и забыл!.. ¬асильичу...
„ерт...  ак же его фамили€? ƒавеча, как сюда шел,
помнил... ѕозвольте-с...
   »ван ≈всеич подн€л глаза к потолку и зашевелил
губами. Ѕулдеев и генеральша ожидали нетерпеливо.
   - Ќу что же? —корей думай!
   - —ейчас... ¬асильичу... якову ¬асильичу... «абыл!
“ака€ еще проста€ фамили€... словно как бы
лошадина€...  обылин? Ќет, не  обылин. ѕостойте...
∆еребцов нешто? Ќет, и не ∆еребцов. ѕомню,
фамили€ лошадина€, а кака€ - из головы вышибло...
   - ∆ереб€тников?
   - Ќикак нет. ѕостойте...  обылицин...  обыл€тников...
 обелев...
   - Ёто уже собачь€, а не лошадина€. ∆еребчиков?
   - Ќет, и не ∆еребчиков... Ћошадинин... Ћошаков...
∆еребкин... ¬се не то!
   - Ќу, так как же € буду ему писать? “ы подумай!
   - —ейчас. Ћошадкин...  обылкин...  оренной...
   -  оренников?- спросила генеральша.
   - Ќикак нет. ѕрист€жкин... Ќет, не то! «абыл!
   - “ак зачем же, черт теб€ возьми, с советами
лезешь, ежели забыл?- рассердилс€ генерал.-
—тупай отсюда вон!
   »ван ≈всеич медленно вышел, а генерал схватил
себ€ за щеку и заходил по комнатам.
   - ќй, батюшки!- вопил он.- ќй, матушки! ќх,
света белого не вижу!
   ѕриказчик вышел в сад и, подн€в к небу глаза,
стал припоминать фамилию акцизного:
   - ∆еребчиков... ∆еребковский... ∆еребенко...
Ќет, не то! Ћошадинский... Ћошадевич... ∆еребкович...
 обыл€нский...
   Ќемного погод€ его позвали к господам.
   - ¬спомнил?- спросил генерал.
   - Ќикак нет, ваше превосходительство.
   - ћожет быть,  он€вский? Ћошадников? Ќет?
   » в доме, все наперерыв, стали изобретать фамилии.
ѕеребрали все возрасты, полы и породы лошадей,
вспомнили гриву, копыта, сбрую... ¬ доме,
в саду, в людской и кухне люди ходили из угла в
угол и, почесыва€ лбы, искали фамилию..
   ѕриказчика то и дело требовали в дом.
   - “абунов?- спрашивали у него.-  опытин?
∆еребовский?
   - Ќикак нет,- отвечал »ван ≈вечи и, подн€в
вверх глаза, продолжал думать вслух:-  оненко...
 онченко... ∆еребеев...  обылеев...
   - ѕапа!- кричали из детской.- “ройкин! ”здечкин!
   - ¬збудоражилась вс€ усадьба. Ќетерпеливый, замученный
генерал пообещал дать п€ть рублей тому,
кто вспомнит насто€щую фамилию, и за »ваном
≈всеичем стали ходить целыми толпами...
   - √недов!- говорили ему.- –ысистый! Ћошадицкий!
   Ќо наступил вечер, а фамили€ все еще не была
найдена. “ак и спать легли, не послав телеграммы.
   √енерал не спал всю ночь, ходил из угла в угол
и стонал... ¬ третьем часу утра он вышел из дому и
постучалс€ в окно к приказчику.
   - Ќе ћеринов ли?- спросил он плачущим голосом.
   - Ќет, не ћеринов, ваше превосходительство,-
ответил »ван ≈всеич и виновато вздохнул.
   - ƒа, может быть, фамили€ не лошадина€, а
кака€-нибудь друга€!
   - »стинно слово, ваше превосходительство, лошадина€...
Ёто очень даже отлично помню.
   - Ёкий ты какой, братец, беспам€тный... ƒл€
мен€ теперь эта фамили€ дороже, кажетс€, всего на
свете. «амучилс€!
   ”тром генерал оп€ть послал за доктором.
   - ѕускай рвет!- решил он.- Ќет больше сил
терпеть...
   ѕриехал доктор и вырвал больной зуб. Ѕоль
утихла тотчас же, и генерал успокоилс€. —делав свое
дело и получив, что следует, за труд, доктор сел в
свою бричку и поехал домой. «а воротами в поле
он встретил »вана ≈всеича... ѕриказчик сто€л на краю
дороги и, гл€д€ сосредоточенно себе под ноги, о
чем-то думал. —уд€ по морщинам, бороздившим его
лоб, и по выражению глаз, думы его были напр€женны,
мучительны...
   - Ѕуланов... „ересседельников...- бормотал он.-
«асупонин... Ћошадский...
   - »ван ≈всеич!- обратилс€ к нему доктор.- Ќе
могу ли €, голубчик, купить у вас четвертей п€ть
овса? ћне продают наши мужички овес, да уж больно
плохой...
   »ван ≈всеич тупо погл€дел на доктора, как-то
дико улыбнулс€ и, не сказав в ответ ни одного слова,
всплеснув руками, побежал к усадьбе с такой быстротой,
точно за ним гналась бешена€ собака.
   - Ќадумал, ваше превосходительство!- закричал
он радостно, не своим голосом, влета€ в кабинет
к генералу.- Ќадумал, дай бог здоровь€ доктору!
ќвсов! ќвсов фамили€ акцизного! ќвсов, ваше превосходительство!
ѕосылайте депешу ќвсову!
   - Ќакос€!- сказал генерал с презрением и поднес
к лицу его два кукиша.- Ќе нужно мне теперь
твоей лошадиной фамилии! Ќакос€!

ћј–№я »¬јЌќ¬Ќј
   ¬ роскошно убранной гостиной, на кушетке, обитой
темно-фиолетовым бархатом, сидела молода€ женщина
лет двадцати трех. «вали ее ћарьей »вановной
ќднощекиной.
   -  акое шаблонное, стереотипное начало! -
воскликнет читатель. - ¬ечно эти господа начинают
роскошно убранными гостиными! „итать не хочетс€!
   »звин€юсь перед читателем и иду далее. ѕеред дамой
сто€л молодой человек лет двадцати шести, с
бледным, несколько грустным лицом.
   - Ќу, вот, вот... “ак € и знал, - рассердитс€
читатель. - ћолодой человек и непременно двадцати
шести лет! Ќу, а дальше что? »звестно что... ќн
попросит поэзии, любви, а она ответит прозаической
просьбой купить браслет. »ли же наоборот, она
захочет поэзии, а он... » читать не стану!
   Ќо € все-таки продолжаю. ћолодой человек не
отрывал глаз от молодой женщины и шептал:
   - я люблю теб€, чудна€, даже и теперь, когда от
теб€ веет холодом могилы!
   “ут уж читатель выйдет из терпени€ и начнет
бранитьс€:
   - „ерт их подери! ”гощают публику разной чепухой,
роскошно убранными гостиными да какими-то ћарь€ми
»вановнами с могильным холодом!
    то знает, может быть, вы и правы в своем гневе,
читатель. ј может быть, вы и неправы. Ќаш век тем
и хорош, что никак не разберешь, кто прав, кто
виноват. ƒаже прис€жные, суд€щие какого-нибудь
человечка за кражу, не знают, кто виноват:
человечек ли, деньги ли, что плохо лежали, сами ли
они, прис€жные виноваты, что родились на свет.
Ќичего не разберешь на этой земле!
   ¬о вс€ком случае, если вы правы, то и € не
виноват. ¬ы находите, что этот мой рассказ не
интересен, не нужен. ƒопустим, что вы правы и что
€ виноват... Ќо тогда допустите хоть см€гчающие
вину обсто€тельства.
   ¬ самом деле, могу ли € писать интересное и только
нужное, если мне скучно и если вот уже две недели
у мен€ перемежающа€с€ лихорадка?
   - Ќе пишите, если у вас лихорадка.
   “ак-то так... Ќо, чтобы долго не разговаривать,
представьте себе, что у мен€ лихорадка и дурное
настроение; в это же самое врем€ у другого
литератора тоже лихорадка, у третьего беспокойна€
жена и бол€т зубы, четвертый страдает меланхолией.
ћы все четверо не пишем. „ем же прикажете
наполнить номера газет и журналов? Ќе теми ли
произведени€ми, которые вы, читатели, шлете
ежедневно пудами в редакции наших газет и
журналов? »з ваших т€желых пудов едва ли можно
выбрать маленький золотничок, да и то с великой
нат€жкой, с великим усилием.
   ћы все, профессиональные литераторы, не дилетанты,
а насто€щие литературные поденщики, сколько нас
есть, такие же люди-человеки, как и вы, как и ваш
брат, как и ваша сво€ченица, у нас такие же нервы,
такие же внутренности, нас мучает то же самое, что
и вас, скорбей у нас несравненно больше, чем
радостей, и если бы мы захотели, то каждый день
могли бы иметь повод к тому, чтобы не работать.
 аждый день, увер€ю вас! Ќо если бы мы послушались
вашего "не пишите", если бы мы все поддались
усталости, скуке или лихорадке, то тогда хоть
закрывай всю текущую литературу.
   ј ее нельз€ закрывать ни на один день, читатель.
’от€ она и кажетс€ вам маленькой и серенькой,
неинтересной, хот€ она и не возбуждает в вас ни смеха,
ни гнева, ни радости, но все же она есть и делает
свое дело. Ѕез нее нельз€... ≈сли мы уйдем и
оставим наше поле хоть на минуту, то нас тотчас же
замен€т шуты в дурацких колпаках с лошадиными
бубенчиками, нас замен€т плохие профессора, плохие
адвокаты да юнкера, описывающие свои нелепые
любовные похождени€ по команде: левой! правой!
   я должен писать, несмотр€ ни на скуку, ни на
перемежающуюс€ лихорадку. ƒолжен, как могу и как
умею, не перестава€. Ќас мало, нас можно
пересчитать по пальцам. ј где мало служащих, там
нельз€ проситьс€ в отпуск, даже на короткое врем€.
Ќельз€ и не прин€то.
   - Ќо все-таки могли бы сюжет избрать посерьезнее!
Ќу что толку в этой ћарье »вановне, право? ћало ли
кругом таких €влений, мало ли кругом вопросов,
которые...
   ¬ы правы, много и €влений и вопросов, но укажите,
что собственно вам нужно. ≈сли вы так возмущены,
то укажите, заставьте мен€ окончательно поверить,
что вы правы, что вы в самом деле очень серьезный
человек и что ваша жизнь очень серьезна. ”кажите
же, будьте определенны, иначе € могу подумать, что
вопросов и €влений, о которых вы говорите, нет
вовсе, что вы просто милый малый, которому иногда
нравитс€ от нечего делать потолковать о серьезном.
   Ќо пора, однако, кончить рассказ.
   ƒолго сто€л молодой человек перед прекрасной
женщиной. Ќаконец он сн€л сюртук, стащил с себ€
сапоги и прошептал:
   - ѕрощай, до завтра!
   «атем он раст€нулс€ на диване и укрылс€ плюшевым
оде€лом.
   - ѕри даме?! - изумитс€ читатель. - ƒа это чушь,
чепуха! Ёто возмутительно! √ородовой! ÷ензура!
   ƒа постойте, не спешите, серьезный, строгий,
глубокомысленный читатель. ƒама в роскошно
убранной гостиной была написана масл€ными красками
на холсте и висела над диваном. “еперь можете
возмущатьс€ сколько вам угодно.
   » как это терпит бумага! ≈сли печатают такой
вздор, как "ћарь€ »вановна", то, очевидно, потому,
что нет более ценного материала. Ёто очевидно.
—адитесь же поскорее, излагайте ваши глубокие,
великолепные мысли, напишите целые три пуда и
пошлите в какую-нибудь редакцию. —адитесь поскорей
и пишите! ѕишите и посылайте поскорей!
   » вам возврат€т назад.

ћ≈„“џ
   ƒвое сотских - один чернобородый, коренастый,
на необыкновенно коротких ножках, так что если взгл€нуть
на него сзади, то кажетс€, что у него ноги начинаютс€
гораздо ниже, чем у всех людей; другой длинный,
худой и пр€мой, как палка, с жидкой бороденкой темно-рыжего
цвета - конвоируют в уездный город брод€гу,
не помн€щего родства. ѕервый идет вразвалку, гл€дит по
сторонам, жует то соломинку, то свой рукав, хлопает
себ€ по бедрам и мурлычет, вообще имеет вид беспечный
и легкомысленный; другой же, несмотр€ на свое тощее
лицо и узкие плечи, выгл€дит солидным, серьезным и
основательным, складом и выражением всей своей фигуры
походит на старообр€дческих попов или тех воинов,
каких пишут на старинных образах; ему "за мудрость бог
лба прибавил", то есть он плешив, что еще больше увеличивает
пом€нутое сходство. ѕервого зовут јндрей ѕтаха,
второго - Ќикандр —апожников.
   „еловек, которого они конвоируют, совсем не соответствует
тому представлению, какое имеетс€ у каждого
о брод€гах. Ёто маленький тщедушный человек,
слабосильный и болезненный, с мелкими, бесцветными
и крайне неопределенными чертами лица. Ѕрови у него
жиденькие, взгл€д покорный и кроткий, усы еле пробиваютс€,
хот€ брод€га уже перевалил за тридцать. ќн шагает
несмело, согнувшись и засунув руки в рукава. ¬оротник
его не мужицкого, драпового, с потертой ворсой
пальтишка приподн€т до самых краев фуражки, так
что только один красный носик осмеливаетс€ гл€деть на
свет божий. √оворит он заискивающим тенорком, то и
дело покашливает. “рудно, очень трудно признать в
нем брод€гу, пр€чущего свое родное им€. —корее это обнищавший,
забытый богом попович-неудачник, прогнанный
за пь€нство писец, купеческий сын или плем€нник,
попробовавший свои жидкие силишки на актерском поприще
и теперь идущий домой, чтобы разыграть последний
акт из притчи о блудном сыне; быт может, суд€ по
тому тупому терпению, с каким он боретс€ с осеннею невылазной
гр€зью, это фанатик - монастырский служка,
шатающийс€ по русским монастыр€м, упорно ищущий "
жити€ мирна и безгрешна" и не наход€щий...
   ѕутники давно уже идут, но никак не могут сойти с
небольшого клочка земли. ¬переди них сажен п€ть
гр€зной, черно-бурой дороги, позади столько же, а дальше,
куда ни взгл€нешь, непрогл€дна€ стена белого тумана.
ќни идут, идут, но земл€ все та же, стена не ближе,
и клочок остаетс€ клочком. ћелькнет белый угловатый
булыжник, буерак или охапка сена, оброненна€ проезжим,
блеснет больша€ мутна€ лужа, а то вдруг
неожиданно впереди покажетс€ тень с неопределенными
очертани€ми; чем ближе к ней, тем она меньше и темнее,
еще ближе - и перед путниками вырастает погнувшийс€
верстовой столб с потертой цифрой или же жалка€ березка,
мокра, гола€, как придорожный нищий. Ѕерезка
пролепечет что-то остатками своих желтых листьев,
один листок сорветс€ и лениво полетит к земле... ј там оп€ть
туман, гр€зь, бура€ трава по кра€м дороги. Ќа траве
виснут тусклые, недобрые слезы. Ёто не те слезы тихой
радости, каким плачет земл€, встреча€ и провожа€ летнее
солнце, и какими поит она на заре перепелов, дергачей
и стройных, длинноносых кроншнепов! Ќоги путников
в€знут в т€желой, липкой гр€зи.  аждый шаг стоит
напр€жени€.
   јндрей ѕтаха несколько возбужден. ќн огл€дывает
брод€гу и силитс€ пон€ть, как это живой, трезвый
человек может не помнить своего имени.
   - ƒа ты православный?- спрашивает он.
   - ѕравославный,- кротко отвечает брод€га.
   - √м!.. стало быть, теб€ крестили?
   - ј то как же? я не турок. » в церковь € хожу, и
говею, и скоромного не кушаю, когда не велено. Ћеригию
€ исполн€ю в точности...
   - Ќу, так как же теб€ звать?
   - ј зови, как хочешь, парень.
   ѕтаха пожимает плечами и в крайнем недоумении
хлопает себ€ по бедрам. ƒругой же сотский, Ќикандр
—апожников, солидно молчит. ќн не так наивен, как
ѕтаха, и, по-видимому, отлично знает причины побуждающие
православного человека скрывать от людей свое
им€. ¬ыразительное лицо его холодно и строго. ќн шагает
особн€ком, не снисходит до праздной болтовни с товарищами
и как бы стараетс€ показать всем, даже туману,
свою степенность и рассудительность.
   - Ѕог теб€ знает, как об тебе понимать надо,- продолжает
приставать ѕтаха.- ћужик - не мужик, барин - не барин,
а так, словно середка кака€... Ќамеднись
в пруде € решета мыл и поймал такую вот, с палец,
гадючку с зебрами и хвостом. —первоначалу думал, что
оно рыба, потом гл€жу - чтоб ты издохла!- лапки есть.
Ќе то она рыбина, не то черт его разберет, что
оно такое... “ак вот и ты...  акого ты звани€?
   - я мужик, кресть€нского рода,- вздыхает брод€га.
- ћо€ маменька из крепостных дворовых были.
— виду € не похож на мужика, это точно, потому мне
така€ судьба вышла, добрый человек. ћо€ маменька
при господах в н€нюшках жили и вс€кое удовольствие
получали, ну, а € плоть и кровь ихн€€, при них состо€л в
господском доме. Ќежили они мен€, баловали и на ту
точку били, чтоб мен€ из простого звани€ в хорошие
люди вывесть. я на кровати спал, каждый день насто€щий
обед кушал, брюки и полусапожки носил на манер какого
двор€нчика. „то маменька сами кушали, тем и мен€
кормили; им господа на платье подар€т, а оне мен€
одевают... ’орошо жилось! —колько € конфетов и пр€ников
на своем реб€чьем веку перекушал, так это ежели
теперь продать, можно хорошую лошадь купить. √рамоте
мен€ маменька обучили, страх божий сызмальства внушили
и так мен€ приспособили, что € тепер€ не могу никакого
мужицкого, неделикатного слова сказать. » водки,
парень, не пью, и одеваюсь чисто, и могу в хорошем
обществе себ€ содержать в приличном виде.  оли еще живы,
то дай бог им здоровь€, а ежели померли, то упокой,
господи, их душечку в царствии твоем, идеже праведные
упоко€ютс€!
   Ѕрод€га обнажает голову с торчащей на ней редкой
щетинкой, поднимает кверху глаза и осен€ет себ€ дважды
крестным знамением.
   - ѕошли ей, господи, место злачно, место покойно!
- говорит он прот€жным, скорее старушечьим, чем
мужским, голосом.- Ќаучи ее, господи, рабу твою  сению,
оправданием твоим! ≈жели б не маменька любезна€,
быть бы мне в простых мужиках, без вс€кого
пон€ти€! “епер€, парень, о чем мен€ ни спроси, € все понимаю:
и светское писание, и божественное, и вс€кие молитвы
и катихизиц. » живу по писанию... Ћюдей не забижаю,
плоть содержу в чистоте и целомудрии, посты
соблюдаю, кушаю во благовремении. ” другого какого
человека только и есть удовольстви€ , то водка и горлобесие,
а €, коли врем€ есть, с€ду в уголке и читаю книжечку.
„итаю и все плачу, плачу...
   - „его же ты плачешь?
   - ѕишут жалостно! «а иную книжечку п€тачок дашь,
а плачешь и стенаешь до чрезвычайности.
   - ќтец твой помер?- спрашивает ѕтаха.
   - Ќе знаю, парень. Ќе знаю € своего родител€, нечего
греха таить. я так об себе рассуждаю, что у маменьки
€ был незаконнорожденное дите. ћо€ маменька
весь свой век при господах жили и не желали за простого
мужика выйтить...
   - » на барина налетела,- усмехаетс€ ѕтаха.
   - Ќе соблюли себ€, это точно. Ѕыли они благочестивые,
богобо€зненные, но девства не сохранили. ќно,
конечно, грех, великий грех, что и говорить, но зато,
может, во мне двор€нска€ кровь есть. ћожет, только
по званию € мужик, а в естестве благородный господин.
   √оворит все это "благородный господин" тихим, слащавым
тенорком, морща свой узенький лобик и издава€
красным оз€бшим носиком скрип€щие звуки. ѕтаха слушает,
удивленно коситс€ на него и не перестает пожимать плечами.
   ѕройд€ верст шесть, сотские и брод€га сад€тс€ на бугорке
отдохнуть.
   - —обака и то свою кличку помнит,- бормочет ѕтаха.
- ћен€ звать јндрюшка, его - Ќикандра, у каждого
человека свое св€тое им€ есть, и никак это им€ забыть
нельз€! Ќикак!
   -  ому кака€ надобность мое им€ знать?- вздыхает
брод€га, попира€ кулачком щеку.- » кака€ мне
от этого польза? ≈жели б мне дозволили идти, куда €
хочу, а то ведь хуже теперешнего будет. я, братцы православные,
знаю закон. “епер€ € брод€га, не помн€щий
родства, и самое большее, ежели мен€ в ¬осточную —ибирь
присуд€т и тридцать не то сорок плетей дадут, а
ежели € им свое насто€щее им€ и звание скажу, то оп€ть
они мен€ в каторжную работу пошлют. я знаю!
   - ј нешто ты был в каторжной работе?
   - Ѕыл, друг милый. „етыре года с бритой головой
ходил и кандалы носил.
   - «а какое дело?
   - «а душегубство, добрый человек!  огда € еще
мальчишком был, этак годов восемнадцати, маменька
мо€ по неча€нности барину заместо соды и кислоты мышь€ку
в стакан всыпали.  оробок разных в кладовой много
было, перепутать нетрудно...
   Ѕрод€га вздыхает, покачивает головой и говорит:
   - ќни благочестивые были, но кто их знает, чужа€
душа - дремучий лес! ћожет, по неча€нности, а
может, не могли в душе своей той обиды стерпеть, что
барин к себе новую слугу приблизил... ћожет, нарочно
ему всыпали, бог знает! ћал € был тогда и не понимал
всего... “еперь € помню, что барин действительно
вз€л себе другую наложницу и маменька сильно огорчались.
ѕочитай, нас потом года два судили... ћаменьку
осудили на каторгу на двадцать лет, мен€ за мое малолетство
только на семь.
   - ј теб€ за что?
   -  ак пособника. —такан-то барину € подавал.
¬сегда так было: маменька приготовл€ла соду, а € подавал.
“олько, братцы, все это € вам по-христиански
говорю, как перед богом, вы никому не рассказывайте...
   - Ќу, нас и спрашивать никто не станет,- говорит
ѕтаха.- “ак ты, значит, бежал с каторги, что ли?
   - Ѕежал, друг милый. Ќас человек четырнадцать
бежало. ƒай бог здоровь€, люди и сами бежали и мен€
с собой прихватили. “еперь ты рассуди, парень, по совести,
какой мне резон звание свое скрывать? ¬едь
мен€ оп€ть в каторгу пошлют! ј какой € каторжник?
я человек нежный, болезненный, люблю в чистоте и
поспать и покушать.  огда богу молюсь, € люблю
лампадочку или свечечку засветить, и чтоб кругом шуму
не было.  огда земные поклоны кладу, чтоб на полу
насорено и наплевано не было. ј € за маменьку сорок
поклонов кладу утром и вечером.
   Ѕрод€га снимает фуражку и креститс€.
   - ј в ¬осточную —ибирь пущай ссылают,- говорит
он,- € не боюсь!
   - Ќешто это лучше?
   - —овсем друга€ стать€! ¬ каторге ты все равно,
что рак в лукошке: теснота, давка, толче€, духу перевести
негде - сущий ад, такой ад, что и не приведи
царица небесна€! –азбойник ты, и разбойничь€ тебе
честь, хуже собаки вс€кой. Ќи покушать, ни поспать,
ни богу помолитьс€. ј на поселении не то. Ќа поселении
перво-наперво € к обществу припишусь на манер
прочих. ѕо закону начальство об€зано мне пай дать...
да-а! «емл€ там, рассказывают, нипочем, все равно как
снег: бери, сколько желаешь! ƒадут мне, парень, землю
и под пашню, и под огород, и под жилье... —тану €,
как люди, пахать, се€ть, скот заведу и вс€кое хоз€йство, пчелок,
овечек, собак...  ота сибирского, чтоб мыши и
крысы добра моего не ели... ѕоставлю сруб, братцы,
образов накуплю... Ѕог даст, оженюсь, деточки у мен€
будут.
   Ѕрод€га бормочет и гл€дит не на слушателей, а куда-то
в сторону.  ак ни наивны его мечтани€, но они высказываютс€
таким искренним, задушевным тоном, что трудно
не верить им. ћаленький ротик брод€ги перекосило
улыбкой, а все лицо, и глаза, и носик застыли и отупели
от блаженного предвкушени€ далекого счасть€. —отские
слушают и гл€д€т на него серьезно, не без участи€. ќни
тоже вер€т.
   - Ќе боюсь € —ибири,- продолжает бормотать
брод€га.- —ибирь - така€ же –осси€, такой же бог и
царь, что и тут, так же там говор€т по-православному,
как и € с тобой. “олько там приволь€ больше и люди
богаче живут. ¬се там лучше. “амошние реки, к примеру
вз€ть, куда лучше тутошних! –ыбы, дичины этой
самой - видимо-невидимо! ј мне, братцы, наипервейшее
удовольствие - рыбку ловить. ’лебом мен€ не
корми, а только дай с удочкой посидеть. ≈й-богу. Ћовлю
€ и на удочку, и на жерлицу, и верши ставлю, а когда
лед идет - наметкой ловлю. —илы-то у мен€ нету, чтоб
наметкой ловить, так € мужика за п€тачок нанимаю.
» господи, что оно такое за удовольствие! ѕоймаешь
налима или голавл€ какого-нибудь, так словно брата
родного увидел. », скажи пожалуйста, дл€ вс€кой рыбы сво€
умственность есть: одну на живца ловишь, другую на выползка,
третью на л€гушку или кузнечика. ¬се ведь это
понимать надо!   примеру сказать, налим. Ќалим рыба
неделикатна€, она и ерша хватит, щука - пескар€ любит,
шилишпер - бабочку. √олавл€, ежели на бойком
месте ловить, то нет лучше и удовольстви€. ѕустишь
леску саженей в дес€ть без грузила, с бабочкой или с
жуком, чтоб приманка поверху плавала, стоишь в воде
без штанов и пускаешь по течению, а голавль - дерг!
“олько тут так норовить надо, чтоб он, прокл€тый, приманку
не сорвал.  ак только он дерганул тебе за леску,
так и подсекай, нечего ждать. —трасть, сколько € на
своем веку рыбы переловил!  огда вот в бегах были, прочие
арестанты сп€т в лесу, а мне не спитс€, норовлю к реке.
ј реки там широкие, быстрые, берега крутые - страсть!
ѕо берегу все леса дремучие. ƒеревь€ такие, что взгл€нешь
на маковку, и голова кружитс€. ≈жели по тутошним
ценам, то за каждую сосну можно рублей дес€ть дать.
   ѕод беспор€дочным напором грез, художественных
образов прошлого и сладкого предчувстви€ счасть€
как бы шепчась с самим собой. “упа€, блаженна€ улыбка
не сходит с его лица. —отские молчат. ќни задумались и
поникли головами. ¬ осеннюю тишину, когда холодный,
суровый туман с земли ложитс€ на душу, когда он тюремною
стеною стоит перед глазами и свидетельствует человеку
об ограниченности его воли, сладко бывает думать
о широких, быстрых реках с привольными, крутыми берегами,
о непроходимых лесах, безграничных степ€х.
ћедленно и покойно рисует воображение, как ранним
утром, когда с неба еще не сошел рум€нец зари, по безлюдному,
крутому берегу маленьким п€тном пробираетс€
человек; вековые мачтовые сосны, громозд€щиес€ террасами
по обе стороны потока, сурово гл€д€т на вольного
человека и угрюмо ворчат; корни, громадные камни и
колючий кустарник заграждают ему путь, но он силен
плотью и бодр духом, не боитс€ ни сосен, ни камней, ни
своего одиночества, ни раскатистого эха, повтор€ющего
каждый его шаг.
   —отские рисуют себе картины вольной жизни, какою
они нигде не жили; смутно ли припоминают они образы
давно слышанного, или же представлени€ о вольной жизни
достались им в наследство вместе с плотью и кровью
от далеких вольных предков, бог знает!
   ѕервый прерывает молчание Ќикандр —апожников,
который доселе не проронил еще ни одного слова. ѕозавидовал
ли он призрачному счастью брод€ги, или,
может быть, в душе почувствовал, что мечты о счастье
не в€жутс€ с серым туманом и черно-бурой гр€зью, но
только он сурово гл€дит на брод€гу и говорит:
   - “ак-то оно так, все оно хорошо, только, брат, не
доберешьс€ ты до привольных местов. √де тебе? ¬ерст
триста пройдешь и богу душу отдашь. ¬ишь, ты какой
дохлый! Ўесть верст прошел только, а никак отдышатьс€
не можешь!
   Ѕрод€га медленно поворачиваетс€ в сторону Ќикандра,
и блаженна€ улыбка исчезает с его лица. ќн гл€дит
испуганно и виновато на степенное лицо сотского, по-видимому,
припоминает что-то и поникает головой. ќп€ть
наступает молчание... ¬се трое думают. —отские напр€гают
ум, чтобы обн€ть воображением то, что может вообразить
себе разве один только бог, а именно то страшное
пространство, которое отделает их от вольного кра€. ¬ голове
же брод€ги тесн€тс€ картины €сные, отчетливые и более
страшные, чем пространство. ѕеред ним живо вырастают
судебна€ волокита, пересыльные и каторжные
тюрьмы, арестантские барки, томительные остановки
на пути, студеные зимы, болезни, смерти товарищей...
   Ѕрод€га виновато моргает глазами, вытирает рукавом
лоб, на котором выступают мелкие капли, и отдуваетс€,
как будто только что выскочил из жарко натопленной
бани, потом вытирает лоб другим рукавом и бо€зливо
огл€дываетс€.
   - » впр€мь тебе не дойтить!- соглашаетс€ ѕтаха.
-  акой ты ходок! ѕогл€ди на себ€: кожа да кости!
”мрешь, брат!
   - »звестно, помрет! √де ему!- говорит Ќикандр.-
≈го и сейчас в гошпиталь положут... ¬ерно!
   Ќе помн€щий родства с ужасом гл€дит на строгие,
бесстрастные лица своих зловещих спутников и, не снима€
фуражки, выпучив глаза, быстро креститс€... ќн весь
дрожит, тр€сет головой, и всего его начинает корчить, как
гусеницу, на которую наступили...
   - Ќу, пора идти,- говорит Ќикандр, поднима€сь.-
ќтдохнули!
   „ерез минуту путники уже шагают по гр€зной дороге.
Ѕрод€га еще больше согнулс€ и глубже засунул руки в
рукава. ѕтаха молчит.

ћ≈—“№
   Ћев —аввич “урманов, дюжинный обыватель, имеющий
капиталец, молодую жену и солидную плешь, как-то
играл на именинах у при€тел€ в винт. ѕосле одного
хорошего минуса, когда его в пот ударило, он вдруг
вспомнил, что давно не пил водки. ѕодн€вшись, он на
цыпочках, солидно покачива€сь, пробралс€ между столов,
прошел через гостиную, где танцевала молодежь
(тут он снисходительно улыбнулс€ и отечески похлопал
по плечу молодого жидкого аптекар€), затем юркнул в
маленькую дверь, котора€ вела в буфетную. “ут, на
круглом столике, сто€ли бутылки, графины с водкой...
ќколо них, среди другой закуски, зелене€ луком и
петрушкой, лежала на тарелке наполовину уже съеденна€
селедка. Ћев —аввич налил себе рюмку, пошевелил
в воздухе пальцами, как бы собира€сь говорить речь,
выпил и сделал страдальческое лицо, потом ткнул вилкой
в селедку и... Ќо тут за стеной послышались голоса.
   - ѕожалуй, пожалуй...- бойко говорил женский
голос.- “олько когда это будет?
   "ћо€ жена,- узнал Ћев —аввич.- — кем это она?"
   -  огда хочешь, мой друг...- отвечал за стеной
густой сочный бас.- —егодн€ не совсем удобно, завтра
€ целешенький день зан€т...
   "Ёто ƒегт€рев!- узнал “урманов в басе одного из
своих при€телей.- » ты, Ѕрут, туда же! Ќеужели и его
уж подцепила? Ёка€ ненасытна€, неугомонна€ баба!
ƒн€ не может продышать без романа!"
   - ƒа, завтра € зан€т,- продолжал бас.- ≈сли хочешь,
напиши мне завтра что-нибудь... Ѕуду рад и счастлив...
“олько нам следовало бы упор€дочить нашу
корреспонденцию. Ќужно придумать какой-нибудь фокус.
ѕочтой посылать не совсем удобно. ≈сли € тебе напишу, то
твой индюк может перехватить письмо у почтальона;
если ты мне напишешь, то мо€ половина получит
без мен€ и наверное распечатает.
   -  ак же быть?
   - Ќужно фокус какой-нибудь придумать. „ерез
прислугу посылать тоже нельз€, потому что твой —обакевич
наверное держит в ежовых горничную и лаке€...
„то, он в карты играет?
   - ƒа. ¬ечно, дуралей, проигрывает!
   - «начит, в любви ему везет!- засме€лс€ ƒегт€рев.-
¬от, мамочка, какой фортель € придумал...
«автра, ровно в шесть часов вечера, €, возвраща€сь из
конторы, буду проходить через городской сад, где мне
нужно повидатьс€ со смотрителем. “ак вот ты, душа мо€,
постарайс€ непременно к шести часам, не позже,
положить записочку в ту мраморную вазу, котора€,
знаешь, стоит налево от виноградной беседки...
   - «наю, знаю...
   - Ёто выйдет и поэтично, и таинственно, и ново...
Ќе узнает ни твой пузан, ни мо€ благоверна€. ѕон€ла?
   Ћев —аввич выпил еще одну рюмку и отправилс€ к
игорному столу. ќткрытие, которое он только что сделал,
не поразило его, не удивило и нимало не возмутило.
¬рем€, когда он возмущалс€, устраивал сцены, бранилс€
и даже дралс€, давно уже прошло; он махнул
рукой и теперь смотрел на романы своей ветреной супруги
сквозь пальцы. Ќо ему все-таки было непри€тно.
“акие выражени€, как индюк, —обакевич, пузан и пр.,
покоробили его самолюбие.
   " ака€ же, однако, каналь€ этот ƒегт€рев!- думал
он, записыва€ минусы.-  огда встречаетс€ на улице,
таким милым другом прикидываетс€, скалит зубы и по
животу гладит, а теперь, поди-ка, какие пули отливает!
¬ лицо другом величает, а за глаза € у него и индюк и
пузан..."
   „ем больше он погружалс€ в свои противные минусы,
тем т€желее становилось чувство обиды...
   "ћолокосос...- думал он, сердито лома€ мелок.-
ћальчишка... Ќе хочетс€ только св€зыватьс€, а то € показал
бы тебе —обакевича!"
   «а ужином он не мог равнодушно видеть физиономию
ƒегт€рева, а тот, как нарочно, неотв€зчиво приставал
к нему с вопросами: выиграл ли он? отчего он так
грустен? и проч. » даже имел нахальство, на правах
доброго знакомого, громко пожурить его супругу за то,
что та плохо заботитс€ о здоровье мужа. ј супруга
как ни в чем не бывало гл€дела на мужа маслеными
глазками, весело сме€лась, невинно болтала, так что
сам черт не заподозрил бы ее в неверности.
   ¬озврат€сь домой, Ћев —аввич чувствовал себ€
злым и неудовлетворенным, точно он вместо тел€тины
съел за ужином старую калошу. Ѕыть может, он пересилил
бы себ€ и забылс€, но болтовн€ супруги и ее
улыбки каждую секунду напоминали ему про индюка,
гус€, пузана...
   "ѕо щекам бы его, подлеца, отхлопать...- думал он.-
ќборвать бы его публично".
   » он думал, что хорошо бы теперь побить ƒегт€рева,
подстрелить его на дуэли как воробь€... спихнуть с
должности или положить в мраморную вазу что-нибудь
неприличное, вонючее - дохлую крысу, например...
Ќедурно бы женино письмо заранее выкрасть из вазы, а
вместо него положить какие-нибудь скабрезные стишки
с подписью "тво€ јкулька" или что-нибудь в этом
роде.
   ƒолго “урманов ходил по спальной и услаждал себ€
подобными мечтами. ¬друг он остановилс€ и хлопнул
себ€ по лбу.
   - Ќашел, браво!- воскликнул он и даже проси€л
от удовольстви€.- Ёто выйдет отлично! ќ-отлично!
    огда уснула его супруга, он сел за стол и после
долгого раздумь€, коверка€ свой почерк и изобрета€
грамматические ошибки, написал следующее: " упцу
ƒулинову. ћилостивый √осударь! ≈сли к шести часам
находица в городском саду налево от виноградной
беседки, не будит положено вами двести рублей, то вы
будете убиты и ваша галантерейна€ лавка взлетит на
воздух". Ќаписав такое письмо, Ћев —аввич подскочил
от восторга.
   -  аково придумано, а?- бормотал он, потира€ руки.-
Ўикарно! Ћучшей мести сам сатана не придумает!
≈стественно, купчина струсит и сейчас же донесет
полиции, а полици€ зас€дет к шести часам в кусты
- и цап-царап его, голубчика, когда он за письмом
полезет!.. “о-то струсит! ѕока дело вы€снитс€,
так успеет, каналь€, и натерпетьс€ и насидетьс€...
Ѕраво!
   Ћев —аввич прилепил марку к письму и сам снес его
в почтовый €щик. ”снул он с блаженнейшей улыбкой
и спал так сладко, как давно уже не спал. ѕроснувшись
утром и вспомнивши свою выдумку, он весело замурлыкал
и даже потрогал неверную жену за подбородочек.
ќтправл€€сь на службу и потом сид€ в канцел€рии, он
все врем€ улыбалс€ и воображал себе ужас ƒегт€рева,
когда тот попадет в западню...
   ¬ шестом часу он не выдержал и побежал в городской
сад, чтобы воочию полюбоватьс€ отча€нным положением
врага.
   "јга!"- подумал он, встретив городового.
   ƒойд€ до виноградной беседки, он сел под куст и,
устремив жадные взоры на вазу, прин€лс€ ждать. Ќетерпение
его не имело пределов.
   –овно в шесть часов показалс€ ƒегт€рев. ћолодой
человек был, по-видимому, в отличнейшем расположении
духа. ÷илиндр его ухарски сидел на затылке, и из-за
распахнувшегос€ пальто вместе с жилеткой, казалось,
выгл€дывала сама душа. ќн насвистывал и курил
сигару...
   "¬от сейчас узнаешь индюка да —обакевича!- злорадствовал
“урманов.- ѕогоди!"
   ƒегт€рев подошел к вазе и лениво сунул в нее руку...
Ћев —аввич приподн€лс€ и впилс€ в него глазами...
ћолодой человек вытащил из вазы небольшой пакет,
огл€дел его со всех сторон и пожал плечами, потом нерешительно
распечатал, оп€ть пожал плечами и изобразил
на лице своем крайнее недоумение: в пакете были
две радужные бумажки!
   ƒолго осматривал ƒегт€рев эти бумажки. ¬ конце
концов, не перестава€ пожимать плечами, он сунул их
в карман и произнес: "Merci".
   Ќесчастный Ћев —аввич слышал это "merci". ÷елый
вечер потом сто€л он против лавки ƒулинова, грозилс€
на вывеску кулаком и бормотал в негодовании:
   - “рррус!  упчишка! ѕрезренный  ит  итыч!
“рррус! «а€ц толстопузый!...

ћ≈—“№ ∆≈Ќў»Ќџ
    то-то рванул за звонок. Ќадежда ѕетровна, хоз€йка
квартиры, в которой происходила описываема€
истори€, вскочила с дивана и побежала отворить
дверь.
   "ƒолжно быть, муж..." - подумала она.
   Ќо, отворив дверь, она увидела не мужа. ѕеред ней
сто€л высокий, красивый мужчина в дорогой
медвежьей шубе и золотых очках. Ћоб его был
нахмурен и сонные глаза гл€дели на мир божий
равнодушно-лениво.
   - „то вам угодно? - спросила Ќадежда ѕетровна.
   - я доктор, сударын€. ћен€ звали сюда какие-то...
э-э-э... „елобитьевы... ¬ы „елобитьевы?
   - ћы „елобитьевы, но... ради бога, извините,
доктор. ” моего мужа флюс и лихорадка. ќн послал
вам письмо, но вы так долго не приезжали, что он
потер€л вс€кое терпение и побежал к зубному врачу.
   - √м... ќн мог бы сходить к зубному врачу и не
беспоко€ мен€...
   ƒоктор нахмурилс€. ѕрошла минута в молчании.
   - »звините, доктор, что мы вас обеспокоили и
заставили даром проехатьс€... ≈сли бы мой муж
знал, что вы приедете, то, верьте, он не побежал
бы к дантисту... »звините...
   ѕрошла еще одна минута в молчании. Ќадежда
ѕетровна почесала себе затылок.
   "„его же он ждет, не понимаю?" - подумала она,
кос€сь на дверь.
   - ќтпустите мен€, сударын€! - пробормотал доктор.
- Ќе держите мен€. ¬рем€ так дорого, знаете, что...
   - “о есть... я, то есть... я не держу вас...
   - Ќо, сударын€, не могу же € уехать, не получив за
свой труд!
   - «а труд? јх, да... - залепетала Ќадежда
ѕетровна, сильно покраснев. - ¬ы правы... «а визит
нужно заплатить, это верно... ¬ы трудились,
ехали... Ќо, доктор... мне даже совестно... муж
мой пошел из дому и вз€л с собой все наши
деньги... ƒома у мен€ теперь решительно ничего нет.
   - √м... —транно...  ак же быть? Ќе дожидатьс€ же
мне вашего мужа! ƒа вы поищите, может быть,
найдетс€ что-нибудь... —умма, в сущности,
ничтожна€...
   - Ќо увер€ю вас, что муж все унес... ћне
совестно... Ќе стала бы € из-за какого-нибудь
рубл€ переживать подобное... глупое положение...
   - —транный у вас, у публики, взгл€д на труд
врачей... ей-богу, странный... —ловно мы и не
люди, словно наш труд не труд... ¬едь € ехал к
вам, тер€л врем€... трудилс€....
   - ƒа € это очень хорошо понимаю, но, согласитесь,
бывают же такие случаи, когда в доме нет ни
копейки!
   - јх, да какое же мне дело до этих случаев? ¬ы,
сударын€, просто... наивны и нелогичны... Ќе
заплатить человеку... это даже нечестно... ѕользуетесь
тем, что € не могу подать на вас мировому и... так
бесцеремонно, ей-богу... Ѕольше, чем странно!
   ƒоктор зам€лс€. ≈му стало стыдно за
человечество... Ќадежда ѕетровна вспыхнула. ≈е
покоробило...
   - ’орошо! - сказала она резким тоном. -
ѕостойте... я пошлю в лавочку, и там, может быть,
мне дадут денег... я вам заплачу.
   Ќадежда ѕетровна пошла в гостиную и села писать
записку к лавочнику. ƒоктор сн€л шубу, вошел в
гостиную и развалилс€ в кресле. ¬ ожидании ответа
от лавочника, оба сидели и молчали. ћинут через
п€ть пришел ответ. Ќадежда ѕетровна вынула из
записочки рубль и сунула его доктору. ” доктора
вспыхнули глаза.
   - ¬ы смеетесь, сударын€, - сказал он, клад€ рубль
на стол. - ћой человек, пожалуй, возьмет рубль, но
€... нет-с, извините-с!
   - —колько же вам нужно?
   - ќбыкновенно € беру дес€ть... — вас же, пожалуй,
€ возьму и п€ть, если хотите.
   - Ќу, п€ти вы от мен€ не дождетесь... ” мен€ нет
дл€ вас денег.
   - ѕошлите к лавочнику. ≈сли он мог дать вам рубль,
то почему же ему не дать вам и п€ти? Ќе все ли
равно? я прошу вас, сударын€, не задерживать мен€.
ћне некогда.
   - ѕослушайте, доктор... ¬ы не любезны, если... не
дерзки! Ќет, вы грубы, бесчеловечны! ѕонимаете?
¬ы... гадки!
   Ќадежда ѕетровна повернулась к окну и прикусила
губу. Ќа ее глазах выступили крупные слезы.
   "ѕодлец! ћерзавец! - думала она. - ∆ивотное! ќн
смеет... смеет! Ќе может пон€ть моего ужасного,
обидного положени€! Ќу, подождите же... черт!"
   », немного подумав, она повернула свое лицо к
доктору. Ќа этот раз на лице ее выражалось
страдание, мольба.
   - ƒоктор! - сказала она тихим, умол€ющим голосом.
- ƒоктор! ≈сли бы у вас было сердце, если бы вы
захотели пон€ть... вы не стали бы мучить мен из-за
этих денег... » без того много муки, много пыток.
   Ќадежда ѕетровна сжала себе виски и словно сдавила
пружину: волосы пр€д€ми посыпались на ее плечи...
   - —традаешь от невежды мужа... выносишь эту
жуткую, т€желую среду, а тут еще образованный
человек позвол€ет себе бросать упрек. Ѕоже мой!
Ёто невыносимо!
   - Ќо поймите же, сударын€, что специальное
положение нашего сослови€...
   Ќо доктор должен был прервать свою речь. Ќадежда
ѕетровна пошатнулась и упала без чувств на
прот€нутые им руки... √олова ее склонилась к нему
на плечо.
   - —юда, к камину, доктор... - шептала она через
минуту. - ѕоближе... я вас все расскажу... все...
   „ерез час доктор выходил из квартиры „елобитьевых.
≈му было и досадно, и совестно, и при€тно...
   "„ерт возьми... - думал он, сад€сь в свои сани. -
Ќикогда не следует брать с собой из дому много
денег! “ого и гл€ди, что нарвешьс€!"

ћ—“»“≈Ћ№
   ‘едор ‘едорович —игаев вскоре после того, как
застал свою жену на месте преступлени€, сто€л в
оружейном магазине Ўмукс и  о и выбирал себе
подход€щий револьвер. Ћицо его выражало гнев,
скорбь и бесповоротную решимость.
   "я знаю, что мне делать...- думал он.- —емейные
основы поруганы, честь затоптана в гр€зь, порок
торжествует, а потому €, как гражданин и честный
человек, должен €витьс€ мстителем. —начала убью ее
и любовника, а потом себ€..."
   ќн еще не выбрал револьвера и никого еще не убил,
но его воображение уже рисовало три окровавленных
трупа, разможженные черепа, текущий мозг,
сум€тицу, толпу зевак, вскрытие... — злорадством
оскорбленного человека он воображал себе ужас
родни и публики, агонию изменницы и мысленно уже
читал передовые статьи, трактующие о разложении
семейных основ.
   ѕриказчик магазина - подвижна€, французиста€
фигурка с брюшком и в белом жилете - раскладывал
перед ним револьверы и, почтительно улыба€сь,
шарка€ ножками, говорил:
   - я советовал бы вам, мсье, вз€ть вот этот
прекрасный револьвер. —истема —мит и ¬ессон.
ѕоследнее слово огнестрельный науки. “ройного
действи€, с экстрактором, бьет на шестьсот шагов,
центрального бо€. ќбращаю, мсье, ваше внимание на
чистоту отделки. —ама€ модна€ система, мсье...
≈жедневно продаем по дес€тку дл€ разбойников,
волков и любовников. ќчень верный и сильный бой,
бьет на большой дистанции и
убивает навылет жену и любовника. „то касаетс€
самоубийц, то, мсье, € не знаю лучшей системы...
   ѕриказчик поднимал и опускал курки, дышал на
стволы, прицеливалс€ и делал вид, что задыхаетс€
от восторга. √л€д€ на его восхищенное лицо, можно
было подумать, что сам он охотно пустил бы себе
пулю в лоб, если бы только обладал револьвером
такой прекрасной системы, как —мит и ¬ессон.
   - ј кака€ цена?- спросил —игаев.
   - —орок п€ть рублей, мсье.
   - √м!.. ƒл€ мен€ это дорого!
   - ¬ таком случае, мсье, € предложу вам другой
системы, подешевле. ¬от, не угодно ли посмотреть?
¬ыбор у нас громадный, на разные цены... Ќапример,
этот револьвер системы Ћефоше стоит только
восемнадцать рублей, но... (приказчик презрительно
поморщилс€)... но, мсье, эта система уже устарела.
≈е покупают теперь только умственные пролетарии и
психопатки. «астрелитьс€ или убить жену из Ћефоше
считаетс€ теперь знаком дурного тона. ’ороший тон
признает только —мита и ¬ессон.
   - ћне нет надобности ни стрел€тьс€, ни убивать,-
угрюмо солгал —игаев.- я покупаю это просто дл€
дачи... пугать воров...
   - Ќам нет дела, дл€ чего вы покупаете,- улыбнулс€
приказчик, скромно опуска€ глаза.- ≈сли бы в
каждом случае мы доискивались причин, то нам,
мсье, пришлось бы закрыть магазин. ƒл€ пугань€
воров Ћефоше не годитс€, мсье, потому что он
издает негромкий, глухой звук, а € предложил бы
вам обыкновенный капсюльный пистолет ћортимера,
так называемый дуэльный...
   "ј не вызвать ли мне его на дуэль?- мелькнуло в
голове —игаева.- ¬прочем, много чести... “аких
скотов убивают, как собак..."
   ѕриказчик, грациозно поворачива€сь и семен€
ножками, не перестава€ улыбатьс€ и болтать,
положил перед ним целую кучу револьверов.
јппетитнее и внушительнее всех выгл€дел —мит и
¬ессон. —игаев вз€л в руки один револьвер этой
системы, тупо уставилс€ на него и погрузилс€ в
раздумье. ¬оображение его рисовало,
как он размозжает черепа, как кровь рекою течет по
ковру и паркету, как дрыгает ногой умирающа€
изменница... Ќо дл€ его негодующей души было мало
этого.  ровавые картины, вопль и ужас его не
удовлетвор€ли... Ќужно было придумать что-нибудь
более ужасное.
   "¬от что, € убью его и себ€,- придумал он,- а ее
оставлю жить. ѕусть она чахнет от угрызений
совести и презрени€ окружающих. Ёто дл€ такой
нервной натуры, как она, гораздо мучительнее
смерти..."
   » он представил себе свои похороны: он,
оскорбленный, лежит в гробу, с кроткой улыбкой на
устах, а она, бледна€, замученна€ угрызени€ми
совести, идет за гробом, как Ќиобе€, и не знает,
куда деватьс€ от уничтожающих, презрительных
взгл€дов, какие бросает на нее возмущенна€ толпа...
   - я вижу, мсье, что вам нравитс€ —мит и ¬ессон,-
перебил приказчик его мечтани€.- ≈сли он кажетс€
вам дорог, то извольте, € уступлю п€ть рублей...
¬прочем, у нас еще есть другие системы, подешевле.
   ‘ранцузиста€ фигурка грациозно повернулась и
достала с полок еще дюжину футл€ров с револьверами.
  - ¬от, мсье, цена тридцать рублей. Ёто недорого,
тем более что курс страшно понизилс€, а таможенные
пошлины, мсье, повышаютс€ каждый час. ћсье,
кл€нусь богом, € консерватор, но и € уже начинаю
роптать! ѕомилуйте, курс и таможенный тариф
сделали то, что теперь оружие могут приобретать
только богачи! Ѕедн€кам осталось только тульское
оружие и фосфорные спички, а тульское оружие - это
несчастье! —трел€ешь из тульского револьвера в
жену, а попадаешь себе в лопатку...
  —игаеву вдруг стало обидно и жаль, что он будет
мертв и не увидит мучений изменницы. ћесть тогда
лишь сладка, когда имеешь возможность видеть и
ос€зать е плоды, а что толку, если он будет лежать
в гробу и ничего не сознавать.
  "Ќе сделать ли мне так,- раздумывал он.- ”бью его,
потом побуду на похоронах, погл€жу, а после
похорон себ€ убью... ¬прочем, мен€ до похорон
арестуют и отнимут оружие... »так: убью его, она
останетс€ в живых, €... € до поры до времени не
убью себ€, а пойду под арест. ”бить себ€ € всегда
успею. јрест тем хорош, что на предварительном
дознании € буду иметь возможность раскрыть перед
властью и обществом всю низость ее поведени€. ≈сли
€ убью себ€, то она, пожалуй, со свойственной ей
лживостью и наглостью, во всем обвинит мен€, и
общество оправдает ее поступок и, пожалуй,
посмеетс€ надо мной; если же € останусь жив, то...!
  „ерез минуту он думал:
  "ƒа, если € убью себ€, то, пожалуй, мен€ же
обвин€т и заподозр€т в мелком чувстве... » к тому
же за что себ€ убивать? Ёто раз. ¬о-вторых,
застрелитьс€ - значит струсить. »так: убью его, ее
оставлю жить, сам иду под суд. ћен€ будут судить,
а она будет фигурировать в качестве
свидетельницы... ¬оображаю ее смущение, ее позор,
когда ее будет допрашивать мой защитник! —импатии
суда, публики и прессы будут, конечно, на моей
стороне..."
   ќн размышл€л, а приказчик раскладывал перед ним
товар и считал своим долгом занимать покупател€.
   - ¬от английские системы, недавно только
получены,- болтал он.- Ќо предупреждаю, мсье, все
эти системы бледнеют перед —мит и ¬ессон. Ќа дн€х
- вы, веро€тно, уже читали - один офицер приобрел
у нас револьвер системы —мит и ¬ессон. ќн
выстрелил в любовника, и - что же вы думаете?-
пул€ прошла навылет, пробила затем бронзовую
лампу, потом ро€ль, а от ро€л€ рикошетом убила
болонку и контузила жену. Ёффект блистательный и
делает честь нашей фирме. ќфицер теперь
арестован... ≈го, конечно, обвин€т и сошлют в
каторжные работы! ¬о-первых, у нас еще слишком
устарелое законодательство; во-вторых, мсье, суд
всегда бывает на стороне любовника. ѕочему? ќчень
просто, мсье! » судь€, и прис€жные, и прокурор, и
защитник сами живут с чужими женами, и дл€ них
будет покойнее, если в –оссии одним мужем будет
меньше. ќбществу было бы при€тно, если бы
правительство сослало всех мужей на —ахалин. ќ
мсье, вы не знаете, какое негодование возбуждает
во мне современна€ порча нервов! Ћюбить чужих жен
теперь так же прин€то, как курить чужие папиросы и
читать чужие книги. — каждым годом у нас торговл€
становитс€ все хуже и хуже,- это не значит, что
любовников становитс€ все меньше, а значит, что
мужь€ мир€тс€ со своим положением и бо€тс€ суда и
каторги.
   ѕриказчик огл€нулс€ и прошептал:
   - ј кто виноват, мсье? ѕравительство!
   "»дти на —ахалин из-за какой-нибудь свиньи тоже не
разумно,- раздумывал —игаев.- ≈сли € пойду на
каторгу, то это даст только возможность жене выйти
замуж вторично и надуть второго мужа. ќна будет
торжествовать... »так: ее € оставлю в живых, себ€
не убиваю, его... тоже не убиваю. Ќадо придумать
что-нибудь более разумное и чувствительное. Ѕуду
казнить их презрением и подниму скандальный
бракоразводный процесс..."
   - ¬от, мсье, еще нова€ система,- сказал приказчик,
достава€ с полки новую дюжину.- ќбращаю ваше
внимание на оригинальный механизм замка...
   —игаеву, после его решени€, револьвер был уже не
нужен, а приказчик между тем, вдохновл€€сь все
более и более, не переставал раскладывать перед
ним свой товар. ќскорбленному мужу стало совестно,
что из-за него приказчик даром трудилс€, даром
восхищалс€, улыбалс€, тер€л врем€...
   - ’орошо, в таком случае...- забормотал он,- €
зайду после или... или пришлю кого-нибудь.
   ќн не видел выражени€ лица у приказчика, но, чтобы
хоть немного сгладить неловкость, почувствовал
необходимость купить что-нибудь. Ќо что же купить?
ќн огл€дел стены магазина, выбира€ что-нибудь
подешевле, и остановил свой взгл€д на зеленой
сетке, висевшей около двери.
   - Ёто... это что такое?- спросил он.
   - Ёто сетка дл€ ловли перепелов.
   - ј что стоит?
   - ¬осемь рублей, мсье.
   - «аверните мне...
   ќскорбленный муж заплатил восемь рублей, вз€л
сетку и, чувству€ себ€ еще более оскорбленным,
вышел из магазина.

Ќј √¬ќ«ƒ≈
   ѕо Ќевскому плелась со службы компани€ коллежских
регистраторов и губернских секретарей. »х вел к
себе на именины именинник —тручков.
   - ƒа и пожрем же мы сейчас, братцы! - мечтал
вслух именинник.- —трасть как пожрем! ∆енка пирог
приготовила. —ам вчера за мукой бегал.  онь€к
есть... воронцовска€... ∆ена, небось, заждалась!
   —тручков обитал у черта на куличиках. Ўли, шли к
нему и наконец пришли. ¬ошли в переднюю. Ќосы почувствовали
запах пирога и жареного гус€.
   - „увствуете? - спросил —тручков и захихикал
от удовольстви€.- –аздевайтесь, господа!  ладите
шубы на сундук! ј где  ат€? Ёй,  ат€! —бор всех
частей прикатил! јкулина, поди помоги господам
раздетьс€!
   - ј это что такое? - спросил один из компании,
указыва€ на стену.
   Ќа стене торчал большой гвоздь, а на гвозде висела
нова€ фуражка с си€ющим козырьком и кокардой. „иновники
погл€дели друг на друга и побледнели.
   - Ёто его фуражка! - прошептали они.- ќн...
здесь!?!
   - ƒа, он здесь,- пробормотал —тручков.- ”  ати...
¬ыйдемте, господа! ѕосидим где-нибудь в трактире,
подождем, пока он уйдет.
    омпани€ застегнула шубы, вышла и лениво поплелась
к трактиру.
   - √усем у теб€ пахнет, потому что гусь у теб€ сидит!
- слиберальничал помощник архивариуса.- „ерти
его принесли! ќн скоро уйдет?
   - —коро. Ѕольше двух часов никогда не сидит.
≈сть хочетс€! ѕерво-наперво мы водки выпьем и килечкой
закусим... ѕотом повторим, братцы... ѕосле второй
сейчас же пирог. »наче аппетит пропадет... ћо€ женка
хорошо пироги делает. ўи будут...
   - ј сардин купил?
   - ƒве коробки.  олбаса четырех сортов... ∆ене,
должно быть тоже есть хочетс€... ¬валилс€, чЄрт!
   „аса полтора посидели в трактире, выпили дл€
блезиру по стакану чаю и оп€ть пошли к —тручкову.
¬ошли в переднюю. ѕахло сильней прежнего. —квозь
полуотворенную кухонную дверь чиновники увидели
гус€ и чашку с огурцами. јкулина что-то вынимала
из печи.
   - ќп€ть неблагополучно, братцы!
   - „то такое?
   „иновныежелудки сжались от гор€ж голод не тетка,
а на подлом гвозде висела кунь€ шапка.
   - Ёто ѕрокатилова шапка,- сказал —тручков.-
¬ыйдемте, господа! ѕереждем где-нибудь... Ётот недолго
сидит...
   - » у этого сквернавца така€ хорошенька€ жена! -
послышалс€ сиплый бас из гостиной.
   - ƒуракам счастье, ваше превосходительство! -
аккомпанировал женский голос.
   - ¬ыйдемте! - простонал —тручков.
   ѕошли оп€ть в трактир. ѕотребовали пива.
   - ѕрокатилов - сила! - начала компани€ утешать
—тручкова.- „ас у твоей посидит, да зато тебе...
дес€ть лет блаженства. ‘ортуна, брат! «ачем огорчатьс€?
ќгорчатьс€ не надо.
   - я и без вас знаю, что не надо. Ќе в том дело!
ћне обидно, что есть хочетс€!
   „ерез полтора часа оп€ть пошли к —тручкову.  унь€
шапка продолжала висеть на гвозде. ѕришлось
оп€ть ретироватьс€.
   “олько в восьмом часу вечера гвоздь был свободен от
посто€ и можно было прин€тьс€ за пирог! ѕирог был
сух, щи теплы, гусь пережарен - всЄ перепортила
карьера —тручкова! ≈ли, впрочем, с аппетитом.

Ќј’Ћ≈ЅЌ» »
   ћещанин ћихаил ѕетров «отов, старик лет семидес€ти,
др€хлый и одинокий, проснулс€ от холода и
старческой ломоты во всем теле. ¬ комнате было темно,
но лампадка перед образом уже не горела. «отов приподн€л
занавеску и погл€дел в окно. ќблака, облегавшие
небо, начинали уже подергиватьс€ белизной, и воздух
становилс€ прозрачным,- стало быть, был п€тый
час, не больше.
   «отов покр€кал, покашл€л и, пожима€сь от холода,
встал с постели. ѕо давнишней привычке, он долго
сто€л перед образом и молилс€. ѕрочел "ќтче наш", "
Ѕогородицу", "¬ерую" и пом€нул длинный р€д имен.
 ому принадлежат эти имена, он давно уже забыл и
поминал только по привычке. ѕо той же привычке он
подмел комнату и сени и поставил свой толстенький
четырехногий самоварчик из красной меди. Ќе будь у
«отова этих привычек, он не знал бы, чем наполнить
свою старость.
   ѕоставленный самоварчик медленно разгоралс€ и
вдруг неожиданно загудел дрожащим басом.
   - Ќу, загудел!- проворчал «отов.- √уди на свою
голову!
   “ут же кстати старик вспомнил, что в истекшую
ночь ему снилась печь, а видеть во сне печь означает
печаль.
   —ны и приметы составл€ли единственное, что еще
могло возбуждать его к размышлени€м. » на этот раз
он с особенною любовью погрузилс€ в решение вопросов:
к чему гудит самовар, какую печаль пророчит
печь? —он на первых же порах оказалс€ в руку: когда
«отов выполоскал чайник и захотел заварить чай, то
у него в коробочке не нашлось ни одной чаинки.
   - ∆изнь каторжна€!- ворчал он, перекатыва€
€зыком во рту крохи черного хлеба.- Ёка€ дол€ собачь€!
„аю нету! ƒобро бы, простой мужик был, а то ведь
мещанин, домовладелец. —рамота!
   ¬орча и разговарива€ с самим собой, «отов надел
свое похожее на кринолин пальто, сунул ноги в громадные
неуклюжие калоши (сшитые сапожником ѕрохорычем
холоден и угрюмо-покоен. Ѕольшой двор, кудр€вый от
репейника и усыпанный желтыми листь€ми, слегка серебрилс€
осеннею изморосью. Ќи ветра, ни звуков.
—тарик сел на ступени своего покосившегос€ крылечка,
и тотчас же произошло то, что происходит аккуратно
каждое утро: к нему подошла его собака Ћыска, большой
дворовый пес, белый с черными п€тнами, облезлый,
полудохлый, с закрытым правым глазом. ѕодходила
Ћыска робко, трусливо изгиба€сь, точно ее лапы
касались не земли, а раскаленной плиты, и все ее др€хлое
тело выражало крайнюю забитость. «отов сделал
вид, что не обращает на нее внимани€; но когда она,
слабо шевел€ хвостом и по-прежнему изгиба€сь, лизнула
ему калошу, то он сердито топнул ногой.
   - ѕшла, чтоб ты издохла!- крикнул он.- ѕрокл€та-€!
   Ћыска отошла в сторону, села и уставилась своим
единственным глазом на хоз€ина.
   - „ерти!- продолжал «отов.- ¬ас еще недоставало,
иродов, на мою голову!
   » он с ненавистью погл€дел на свой сарай с кривой
поросшей крышей; там из двери сарайчика гл€дела на
него больша€ лошадина€ голова. ¬еро€тно, польщенна€
вниманием хоз€ина, голова задвигалась, подалась вперед,
и из сара€ показалась цела€ лошадь, така€ же
др€хла€, как Ћыска, така€ же робка€ и забита€, тонконога€,
седа€, с вт€нутым животом и костистой спиною.
ќна вышла из сара€ и в нерешительности остановилась,
точно сконфузилась.
   - ѕровала на вас нет...- продолжал «отов.- Ќе
сгинули вы еще с глаз моих, фараоны каторжные... Ќебось
кушать желаете!- усмехнулс€ он, крив€ свое злое
лицо презрительной улыбкой.- »звольте, сию минуту!
ƒл€ такого сто€щего рысака овса самолучшего сколько
угодно!  ушайте! —ию минуту! » великолепную дорогую
собаку есть чем покормить! ≈жели така€ дорога€
собака, как вы, хлеба не желаете, то гов€динки можно.
   «отов ворчал с полчаса, раздража€сь все больше и
больше; под конец он, не вынос€ накипевшей в нем
злобы, вскочил, затопал калошами и забрюзжал на весь
двор:
   - Ќе об€зан € кормить вас, дармоеды! я не миллионщик
какой, чтоб вы мен€ объедали и опивали! ћне
самому есть нечего, одры поганые, чтоб вас холера
забрала! Ќи радости мне от вас, ни корысти, а
одно только горе и разоренье! ѕочему вы не околеваете? „то
вы за такие персоны, что вас даже и смерть не берет?
∆ивите, черт с вами, но не желаю вас кормить! ƒовольно
с мен€! Ќе желаю!
   «отов возмущалс€, негодовал, а лошадь и собака
слушали. ѕонимали ли эти два нахлебника, что их попрекают
куском хлеба,- не знаю, но животы их еще более
вт€нулись и фигуры съежились, потускнели и
стали забитее... »х смиренный вид еще более раздражил
«отова.
   - ¬он!- закричал он, охваченный каким-то вдохновением.
- ¬он из моего дома! „тоб и глаза мои вас
не видели! Ќе об€зан € у себ€ на дворе вс€кую др€нь
держать! ¬он!
   —тарик засеменил к воротам, отворил их и, подн€в
с земли палку, стал выгон€ть со двора своих нахлебников.
Ћошадь мотнула головой, задвигала лопатками и
захромала в ворота; собака за ней. ќбе вышли на улицу
и, пройд€ шагов двадцать, остановились у забора.
   - я вас!- пригрозил им «отов.
   ¬ыгнав нахлебников, он успокоилс€ и начал мести
двор. »зредка он выгл€дывал на улицу: лошадь и
собака как вкопанные сто€ли у забора и уныло гл€дели
на ворота.
   - ѕоживите-ка без мен€!- ворчал старик, чувству€,
как у него от сердца отлегает злоба.- ѕущай-ка
кто другой погл€дит теперь за вами! я и скупой и
злой... со мной скверно жить, так поживите с другим...
ƒа...
   Ќасладившись угнетенным видом нахлебников и досыта
наворчавшись, «отов вышел за ворота и, придав
своему лицу свирепое выражение, крикнул:
   - Ќу, чего стоите?  ого ждете? —тали поперек дороги
и мешают публике ходить! ѕошли во двор!
   Ћошадь и собака понурили головы и с видом виноватых
направились к воротам. Ћыска, веро€тно, чувству€,
что она не заслуживает прощени€, жалобно завизжала.
   - ∆ить живите, а уж насчет корма - накос€, выкуси!
- сказал «отов, впуска€ их.- ’оть околевайте.
   ћежду тем сквозь утреннюю мглу стало пробиватьс€
солнце; его косые лучи заскользили по осенней измороси.
ѕослышались голоса и шаги. «отов поставил на
место метлу и пошел со двора к своему куму и соседу
ћарку »ванычу, торговавшему в бакалейной лавочке.
ѕрид€ к куму, он сел на складной стул, степенно вздохнул,
погладил бороду и заговорил о погоде. — погоды
кумовь€ перешли на нового диакона, с диакона на
певчих,- и беседа зат€нулась. Ќезаметно было за разговором,
как шло врем€, а когда мальчишка-лавочник
притащил большой чайник с кип€тком и кумовь€ прин€лись
пить чай, то врем€ полетело быстро, как птица.
«отов согрелс€, повеселел.
   - ј у мен€ к тебе просьба, ћарк »ваныч,- начал
он после шестого стакана, стуча пальцами по прилавку.
- ”ж ты того... будь милостив, дай и сегодн€ мне
осьмушку овса.
   »з-за большого чайного €щика, за которым сидел
ћарк »ваныч, послышалс€ глубокий вздох.
   - ƒай, сделай милость,- продолжал «отов.-
„аю, уж так и быть, не давай нынче, а овса дай...  онфузно
просить, одолел уж € теб€ своей бедностью, но...
лошадь голодна€.
   - ƒать-то можно,- вздохнул кум.- ќтчего не
дать? Ќо на кой леший, скажи на милость, ты этих
одров держишь? ƒобро бы лошадь путева€ была, а
то - тьфу! гл€деть совестно... ј собака - чистый шкилет!
Ќа кой черт ты их кормишь?
   -  уда же мне их девать?
   - »звестно куда. —веди их к »гнату на живодерню
- вот и вс€ музыка. ƒавно пора им там быть. Ќасто€щее
место.
   - “ак-то оно так!.. ќно пожалуй...
   - ∆ивешь ’риста ради, а скотов держишь,- продолжал
кум.- ћне овса не жалко... Ѕог с тобою, но уж
больше, брат, того... начетисто каждый день давать.
 онца-кра€ нет твоей бедности! ƒаешь, даешь и не
знаешь, когда всему этому конец придет.
    ум вздохнул и погладил себ€ по красному
лицу.
   - ѕомирал бы ты, что ли!- сказал он.- ∆ивешь
и сам не знаешь, дл€ чего... ƒа ей-богу! ј то, коли господь
смерти не дает, шел бы ты куда ни на есть в богадельню
или староприютный дом.
   - «ачем? ” мен€ родн€ есть... ” мен€ внучка...
   » «отов начал длинно рассказывать о том, что где-то
на хуторе живет внучка √лаша, дочь плем€нницы  атерины.
   - ќна об€зана мен€ кормить!- сказал он.- ≈й
мой дом останетс€, пущай же и кормит! ¬озьму и пойду
к ней. Ёто, стало быть, понимаешь, √лаша...  атина
дочка, а  ат€, понимаешь, брата моего ѕантеле€ падчерица...
пон€л? ≈й дом достанетс€... ѕуща€ мен€ кормит!
   - ј что же? „ем так, ’риста ради жить, давно бы
пошел к ней.
   - » пойду! Ќакажи мен€ бог, пойду. ќб€зана!
    огда час спуст€ кумовь€ выпили по рюмочке, «отов
сто€л посреди лавки и говорил с воодушевлением:
   - я давно к ней собираюсь! —егодн€ же пойду!
   - ќно конечно! „ем так шалтай-болтай ходить и
с голоду околевать, давно бы на хутора пошел.
   - —ейчас пойду! ѕриду и скажу: бери себе мой
дом, а мен€ корми и почитай. ќб€зана!  оли не желаешь,
так нет тебе ни дома, ни моего благословени€!
ѕрощай, »ваныч!
   «отов выпил еще рюмку и, вдохновленный новой
мыслью, поспешил к себе домой... ќт водки его развезло,
голова кружилась, но он не лег, а собрал в узел
всю свою одежду, помолилс€, вз€л палку и пошел со
двора. Ѕез огл€дки, бормоча и стуча о камни палкой, он
прошел всю улицу и очутилс€ в поле. ƒо хутора
было верст дес€ть - двенадцать. ќн шел по сухой
дороге, гл€дел на городское стадо, лениво жевавшее
желтую траву, и думал о резком перевороте в своей
жизни, который он только что так решительно совершил.
ƒумал он и о своих нахлебниках. ”ход€ из дома,
он ворот не запер и таким образом дал им волю идти
куда угодно.
   Ќе прошел он по полю и версты, как позади послышались
шаги. ќн огл€нулс€ и сердито всплеснул руками:
за ним, понурив головы и поджав хвосты, тихо
шли лошадь и Ћыска.
   - ѕошли назад!- махнул он им.
   “е остановились, перегл€нулись, погл€дели на него.
ќн пошел дальше, они за ним. “огда он остановилс€ и
стал размышл€ть.   полузнакомой внучке √лаше идти
с этими твар€ми было невозможно, ворочатьс€ назад
и запереть их не хотелось, да и нельз€ запереть,
потому что ворота никуда не год€тс€.
   "¬ сарае издохнут,- думал «отов.- Ќешто и впр€мь
к »гнату?"
   »зба »гната сто€ла на выгоне, в шагах ста от шлагбаума.
«отов, еще не решивший окончательно и не зна€,
что делать, направилс€ к ней. ” него кружилась голова
и темнело в глазах...
   ћало он помнит из того, что произошло во дворе
живодера »гната. ≈му помнитс€ противный т€желый
запах кожи, вкусный пар от щей, которые хлебал »гнат,
когда он вошел к нему. “очно во сне он видел, как
»гнат, заставив его прождать часа два, долго приготовл€л
что-то, переодевалс€, говорил с какой-то бабой
о сулеме; помнитс€, что лошадь была поставлена в станок,
после чего послышались два глухих удара: один
по черепу, другой от падени€ большого тела.  огда
Ћыска, вид€ смерть своего друга, с визгом набросилась
на »гната, то послышалс€ еще третий удар, резко оборвавший
визг. ƒалее «отов помнит, что он, сдуру и
спь€на, увидев два трупа, подошел к станку и подставил
свой собственный лоб...
   ѕотом до самого вечера его глаза заволакивало мутной
пеленой, и он не мог разгл€деть даже своих пальцев.

Ќј —“–ј—“Ќќ… Ќ≈ƒ≈Ћ≈
   - »ди, уже звон€т. ƒа смотри не шали в церкви,
а то бог накажет.
   ћать сует мне на расходы несколько медных монет
и тотчас же, забыв про мен€, бежит с остывшим утюгом
в кухню. я отлично знаю, что после исповеди мне
не дадут ни есть, ни пить, а потому, прежде чем выйти
из дому, насильно съедаю краюху белого хлеба, выпиваю
два стакана воды. Ќа улице совсем весна. ћостовые
покрыты бурым месивом, на котором уже начинают
обозначатьс€ будущие тропинки; крыши и тротуары
сухи; под заборами сквозь гнилую прошлогоднюю
траву пробиваетс€ нежна€, молода€ зелень. ¬ канавах,
весело журча и пен€сь, бежит гр€зна€ вода, в которой
не брезгают купатьс€ солнечные лучи. ўепочки,
соломинки, скорлупа подсолнухов быстро несутс€ по
воде, кружатс€ и цепл€ютс€ за гр€зную пену.  уда,
куда плывут эти щепочки? ќчень возможно, что из канавы
попадут они в реку, из реки в море, из мор€ в
океан... я хочу вообразить себе этот длинный, страшный
путь, но мо€ фантази€ обрываетс€, не дойд€ до
мор€.
   ѕроезжает извозчик. ќн чмокает, дергает вожжи
и не видит, что на задке его пролетки повисли два
уличных мальчика. я хочу присоединитьс€ к ним, но
вспоминаю про исповедь, и мальчишки начинают казатьс€
мне величайшими грешниками.
   "Ќа —трашном суде их спрос€т: зачем вы шалили
и обманывали бедного извозчика?- думаю €.- ќни
начнут оправдыватьс€, но нечистые духи схват€т их
и потащат в огонь вечный. Ќо если они будут слушатьс€
родителей и подавать нищим по копейке или
по бублику, то бог сжалитс€ над ними и пустит их
в рай".
   ÷ерковна€ паперть суха и залита солнечным светом.
Ќа ней ни души. Ќерешительно € открываю дверь
и вхожу в церковь. “ут в сумерках, которые кажутс€
мне густыми и мрачными, как никогда, мною овладевает
сознание греховности и ничтожества. ѕрежде всего
бросаютс€ в глаза большое расп€тие и по сторонам
его божи€ матерь и »оанн Ѕогослов. ѕаникадила и
ставники одеты в черные, траурные чехлы, лампадки
мерцают тускло и робко, а солнце как будто умышленно
минует церковные окна. Ѕогородица и любимый ученик
»исуса ’риста, изображенные в профиль, молча
гл€д€т на невыносимые страдани€ и не замечают
моего присутстви€; € чувствую, что дл€ них € чужой, лишний,
незаметный, что не могу помочь им ни словом, ни делом,
что € отвратительный, бесчестный мальчишка,
способный только на шалости, грубости и €бедничество.
я вспоминаю всех людей, каких только € знаю,
и все они представл€ютс€ мне мелкими, глупыми, злыми
и неспособными хот€ бы на одну каплю уменьшить
то страшное горе, которое € теперь вижу; церковные
сумерки делаютс€ гуще и мрачнее, и божи€
матерь с »оанном Ѕогословом кажутс€ мне одинокими.
   «а свечным шкафом стоит ѕрокофий »гнатьич, старый
отставной солдат, помощник церковного старосты.
ѕодн€в брови и поглажива€ бороду, он объ€сн€ет полушепотом
какой-то старухе:
   - ”трен€ будет сегодн€ с вечера, сейчас же после
вечерни. ј завтра к часам удар€т в восьмом часу. ѕон€ла?
¬ восьмом.
   ј между двух широких колонн направо, там, где начинаетс€
придел ¬арвары ¬еликомученицы, возле ширмы,
ожида€ очереди, сто€т исповедники... “ут же и
ћитька, оборванный, некрасиво остриженный мальчик
с оттопыренными ушами и маленькими, очень злыми
глазами. Ёто сын вдовы поденщицы Ќастасьи, заби€ка,
разбойник, хватающий с лотков у торговок €блоки и
не раз отнимавший у мен€ бабки. ќн сердито огл€дывает
мен€ и, мне кажетс€, злорадствует, что не €, а он
первый пойдет за ширму. ¬о мне закипает злоба, €
стараюсь не гл€деть на него и в глубине души досадую
на то, что этому мальчишке прост€тс€ сейчас
грехи.
   ¬переди него стоит роскошно одета€ красива€ дама в
шл€пке с белым пером. ќна заметно волнуетс€, напр€женно
ждет, и одна щека у нее от волнени€ лихорадочно
зарум€нилась.
   ∆ду € п€ть минут, дес€ть... »з-за ширм выходит
прилично одетый молодой человек с длинной, тощей
шеей и в высоких резиновых калошах; начинаю мечтать
о том, как € вырасту большой и как куплю себе такие же
калоши, непременно куплю! ƒама вздрагивает и идет
за ширмы. ≈е очередь.
   ¬ шелку между двум€ половинками ширмы видно,
как дама подходит к аналою и делает земной поклон,
затем поднимаетс€ и, не гл€д€ на св€щенника, в ожидании
поникает головой. —в€щенник стоит спиной к ширмам,
а потому € вижу только его седые кудр€вые
волосы, цепочку от наперсного креста и широкую спину.
ј лица не видно. ¬здохнув и не гл€д€ на даму, он
начинает говорить быстро, покачива€ головой, то возвыша€,
то понижа€ свой шепот. ƒама слушает покорно, как
виновата€, коротко отвечает и гл€дит
в землю.
   "„ем она грешна?- думаю €, благоговейно посматрива€
на ее кроткое красивое лицо.- Ѕоже, прости ей
грехи! ѕошли ей счастье!"
   Ќо вот св€щенник покрывает ее голову епитрахилью.
   - » аз, недостойной иерей...- слышитс€ его голос...
- властию его, мне данною, прощаю и разрешаю
т€ от всех грехов твоих...
   ƒама делает земной поклон, целует крест и идет назад.
”же обе щеки ее рум€ны, но лицо спокойно, €сно,
весело.
   "ќна теперь счастлива,- думаю €, гл€д€ то на нее,
то на св€щенника, простившего ей грехи.- Ќо как должен
быть счастлив человек, которому дано право прощать".
   “еперь очередь ћитьки, но во мне вдруг вскипает
чувство ненависти к этому разбойнику, € хочу пройти
за ширму раньше его, € хочу быть первым... «аметив
мое движение, он бьет мен€ свечой по голове, € отвечаю
ему тем же, и полминуты слышитс€ пыхтенье и такие
звуки, как будто кто-то ломает свечи... Ќас разнимают.
ћой враг робко подходит к аналою, не сгиба€ колен,
клан€етс€ в землю, но, что дальше, € не вижу; от мысли,
что сейчас после ћитьки будет мо€ очередь, в глазах
у мен€ начинают мешатьс€ и расплыватьс€ предметы;
оттопыренные уши ћитьки растут и сливаютс€
с темным затылком, св€щенник колеблетс€, пол кажетс€
волнистым...
   –аздаетс€ голос св€щенника:
   - » аз, недостойный иерей...
   “еперь уж и € двигаюсь за ширмы. ѕод ногами ничего
не чувствую, точно иду по воздуху... ѕодхожу к
аналою, который выше мен€. Ќа мгновение у мен€ в
глазах мелькает равнодушное, утомленное лицо св€щенника,
но дальше € вижу только его рукав с голубой
подкладкой, крест и край анало€. я чувствую близкое
соседство св€щенника, запах его р€сы, слышу строгий
голос, и мо€ щека, обращенна€ к нему, начинает
гореть... ћногого от волнени€ € не слышу, но на вопросы
отвечаю искренне, не своим, каким-то странным
голосом, вспоминаю одиноких богородицу и »оанна
Ѕогослова, расп€тие, свою мать, и мне хочетс€ плакать,
просить прощени€.
   - “еб€ как зовут?- спрашивает св€щенник, покрыва€
мою голову м€гкою епитрахилью.
    ак теперь легко, как радостно на душе!
   √рехов уже нет, € св€т, € имею право идти в рай!
ћне кажетс€, что от мен€ уже пахнет так же, как от
р€сы, € иду из-за ширм к дь€кону записыватьс€ и нюхаю
свои рукава. ÷ерковные сумерки уже не кажутс€
мне мрачными, и на ћитьку € гл€жу равнодушно, без
злобы.
   -  ак теб€ зовут?- спрашивает дь€кон.
   - ‘ед€.
   - ј по отчеству?
   - Ќе знаю.
   -  ак зовут твоего папашу?
   - »ван ѕетрович.
   - ‘амили€?
   я молчу.
   - —колько тебе лет?
   - ƒев€тый год.
   ѕрид€ домой, €, чтобы не видеть, как ужинают,
поскорее ложусь в постель и, закрывши глаза, мечтаю
о том, как хорошо было бы претерпеть мучени€ от какого-нибудь
»рода или ƒиоскора, жить в пустыне и,
подобно старцу —ерафиму, кормить медведей, жить в
келии и питатьс€ одной прочфорой, раздать имущество
бедным, идти в  иев. ћне слышно, как в столовой накрывают
на стол - это собираютс€ ужинать; будут
есть винегрет, пирожки с капустой и жареного судака.
 ак мне хочетс€ есть! я согласен терпеть вс€кие мучени€,
жить в пустыне без матери, кормить медведей из
собственных рук, но только сначала съесть бы хоть
один пирожок с капустой!
   - Ѕоже, очисти мен€ грешного,- молюсь €, укрыва€сь
с головой.- јнгел-хранитель, защити мен€ от
нечистого духа.
   Ќа другой день, в четверг, € просыпаюсь с душой
€сной и чистой, как хороший весенний день. ¬ церковь
€ иду весело, смело, чувству€, что € причастник, что на
мне роскошна€ и дорога€ рубаха, сшита€ из шелкового
плать€, оставшегос€ после бабушки. ¬ церкви все
дышит радостью, счастьем и весной; лица богородицы и
»оанна Ѕогослова не так печальны, как вчера, лица
причастников озарены надеждой, и, кажетс€, все прошлое
предано забвению, все прощено. ћитька тоже
причесан и одет по-праздничному. я весело гл€жу на
его оттопыренные уши и, чтобы показать, что € против
него ничего не имею, говорю ему:
   - “ы сегодн€ красивый, и если бы у теб€ не торчали
волосы и если б ты не был так бедно одет, то
все бы подумали, что тво€ мать не прачка, а благородна€.
ѕриходи ко мне на пасху, будем в бабки
играть.
   ћитька недоверчиво гл€дит на мен€ и грозит мне
под полой кулаком.
   ј вчерашн€€ дама кажетс€ мне прекрасной. Ќа ней
светло-голубое платье и больша€ сверкающа€ брошь
в виде подковы. я любуюсь ею и думаю, что когда
€ вырасту большой, то непременно женюсь на такой
женщине, но, вспомнив, что женитьс€ - стыдно, € перестаю
об этом думать и иду на клирос, где дь€чок
уже читает часы.

ќ“ Ќ≈„≈√ќ ƒ≈Ћј“№
ƒачный роман
   Ќиколай јндреевич  апитонов, нотариус, пообедал,
выкурил сигару и отправилс€ к себе в спальную отдыхать.
ќн лег, укрылс€ от комаров кисеей и закрыл
глаза, но уснуть не сумел. Ћук, съеденный им вместе
с окрошкой, подн€л в нем такую изжогу, что о сне
и думать нельз€ было.
   - Ќет, не уснуть мне сегодн€,- решил он, раз п€ть
перевернувшись с боку на бок.- —тану газеты читать.
   Ќиколай јндреич встал с постели, набросил на
себ€ халат и в одних чулках, без туфель, пошел к себе
в кабинет за газетами. ќн и не предчувствовал, что в кабинете
ожидало его зрелище, которое было гораздо интереснее
изжоги и газет!
    огда он переступил порог кабинета, перед его глазами
открылась картина: на бархатной кушетке, спустив
ноги на скамеечку, полулежала его жена, јнна
—еменовна, дама тридцати трех лет; поза ее, небрежна€
и томна€, походила на ту позу, в какой обыкновенно
рисуетс€  леопатра египетска€, отравл€юща€ себ€
зме€ми . ” ее изголовь€ на одном колене сто€л репетитор
 апитоновых, студент-техник 1-го курса, ¬ан€ ўупальцев,
розовый, безусый мальчик лет дев€тнадцати - двадцати.
—мысл этой "живой" картины нетрудно было
пон€ть: перед самым входом нотариуса уста барыни
и юноши слились в продолжительный, томительно-жгучий
поцелуй.
   Ќиколай јндреевич остановилс€ как вкопанный,
притаил дыхание и стал ждать, что дальше будет, но
не вытерпел и кашл€нул. “ехник огл€нулс€ на кашель
и, увидев нотариуса, отупел на мгновение, потом же
вспыхнул, вскочил и выбежал из кабинета. јнна —еменовна
смутилась.
   - ѕре-екрасно! ћило!- начал муж, клан€€сь и
расставл€€ руки.- ѕоздравл€ю! ћило и великодушно!
   - — вашей стороны тоже мило... подслушивать!
- пробормотала јнна —еменовна, стара€сь оправитьс€.
   - Merci! „удно!- продолжал нотариус, широко
ухмыл€€сь.- “ак все это, мамочка, хорошо, что € готов
сто рублей дать, чтобы еще раз погл€деть.
   - ¬овсе ничего не было... Ёто вам так показалось...
√лупо даже...
   - Ќу да, а целовалс€ кто?
   - ÷еловались - да, а больше... не понимаю даже,
откуда ты выдумал.
   Ќиколай јндреич насмешливо погл€дел на смущенное
лицо жены и покачал головой.
   - —веженьких огурчиков на старости лет захотелось!
- заговорил он певучим голосом.- Ќадоела белужина,
так вот к сардинкам пот€нуло. јх ты, бесстыдница!
¬прочем, что ж? Ѕальзаковский возраст!
Ќичего не поделаешь с этим возрастом! ѕонимаю! ѕонимаю
и сочувствую!
   Ќиколай јндреевич сел у окна и забарабанил пальцами
по подоконнику.
   - » впредь продолжайте...- зевнул он.
   - √лупо!- сказала јнна —еменовна.
   - „ерт знает, кака€ жара! ¬елела бы ты лимонаду
купить, что ли. “ак-то, сударын€. ѕонимаю и
сочувствую. ¬се эти поцелуи, ахи да вздохи - фуй,
изжога!- все это  хорошо и великолепно, только не
следовало бы, матушка, мальчика смущать. ƒа-с. ћальчик
добрый, хороший... светла€ голова и достоин лучшей
участи. ѕощадить бы его следовало.
   - ¬ы ничего не понимаете. ћальчик в мен€ по
уши влюбилс€, и € сделал ему при€тное... позволила
поцеловать себ€.
   - ¬любилс€...- передразнил Ќиколай јндреич.-
ѕрежде чем он в теб€ влюбилс€, ты ему небось сто западней
и мышеловок поставила.
   Ќотариус зевнул и пот€нулс€.
   - ”дивительное дело!- проворчал он, гл€д€ в
окно.- ѕоцелуй € так же безгрешно, как ты сейчас,
девушку, на мен€ черт знает что посыплетс€: злодей!
соблазнитель! развратитель! ј вам, бальзаковским барын€м,
все с рук сходит. Ќе надо в другой раз лук в
окрошку класть, а то околеешь от этой изжоги... ‘уй!
ѕогл€ди-ка скорей на твоего обже! Ѕежит по аллее
бедный финик, словно ошпаренный, без огл€дки. „ай,
воображает, что € с ним из-за такого сокровища, как
ты, стрел€тьс€ буду. Ўкодлив, как кошка, труслив,
как за€ц. ѕостой же, финик, задам € тебе фернапиксу! “ы
у мен€ еще не этак забегаешь!
   - Ќет, пожалуйста, ты ему ничего не говори!-
сказала јнна —еменовна.- Ќе бранись с ним, он нисколько
не виноват.
   - я бранитьс€ не буду, а так только... шутки ради.
   Ќотариус зевнул, забрал газеты и, подобрав полы
халата, побрел к себе в спальню. ѕовал€вшись часа
полтора и прочитавши газеты, Ќиколай јндреич оделс€
и отправилс€ гул€ть. ќн ходил по саду и весело помахивал
своей тросточкой, но, увидав издалека техника
ўупальцева, он скрестил на груди руки, нахмурилс€ и
зашагал, как провинциальный трагик, готов€щийс€ к
встрече с соперником. ўупальцев сидел на скамье под
€сенью и, бледный, трепещущий, готовилс€ к т€желому
объ€снению. ќн храбрилс€, делал серьезное лицо, но
его, как говоритс€, крючило. ”видав нотариуса, он
еще больше побледнел, т€жело перевел дух и смиренно
поджал под себ€ ноги. Ќиколай јндреич подошел к
нему боком, посто€л молча и, не гл€д€ на него,
начал:
   -  онечно, милостивый государь, вы понимаете,
о чем € хочу говорить с вами. ѕосле того, что € видел,
наши хорошие отношени€ продолжатьс€ не могут.
ƒа-с! ¬олнение мешает мне говорить, но... вы и без
моих слов поймете, что € и вы жить под одной крышей
не можем. я или вы!
   - я вас понимаю,- пробормотал техник, т€жело
дыша.
   - Ёта дача принадлежит жене, а потому здесь останетесь
вы, а €... € уеду. я пришел сюда не упрекать вас,
нет! ”преками и слезами не вернешь того, что безвозвратно
потер€но. я пришел затем, чтобы спросить вас
о ваших намерени€х... (ѕауза.)  онечно, не мое дело
мешатьс€ в ваши дела, но, согласитесь, в желании
знать о дальнейшей судьбе гор€чо любимой женщины
нет ничего такого... этакого, что могло бы показатьс€
вам вмешательством. ¬ы намерены жить с моей женой?
   - “о есть как-с?- сконфузилс€ техник, подгиба€
еще больше под скамью ноги.- я... € не знаю. ¬се это
как-то странно.
   - я вижу, вы уклон€етесь от пр€мого ответа,-
проворчал угрюмо нотариус.- “ак € вам пр€мо говорю:
или вы берете соблазненную вами женщину и доставл€ете
ей средства к существованию, или же мы стрел€емс€.
Ћюбовь налагает известные об€зательства,
милостивый государь, и вы, как честный человек, должны
понимать это! „ерез неделю € уезжаю, и јнна
с семьей поступает под вашу ферулу. Ќа детей € буду
выдавать определенную сумму.
   - ≈сли јнне —еменовне угодно,- забормотал юноша,
- то €... €, как честный человек, возьму на себ€...
но € ведь беден! ’от€...
   - ¬ы благородный человек!- прохрипел нотариус,
потр€са€ руку техника.- Ѕлагодарю! ¬о вс€ком случае,
даю вам неделю на размышление. ¬ы подумайте!
   Ќотариус сел р€дом с техником и закрыл руками
лицо.
   - Ќо что вы сделали со мной!- простонал он.-
¬ы разбили мне жизнь... отн€ли у мен€ женщину, которую
€ любил больше жизни. Ќет, € не перенесу этого
удара!
   ёноша с тоской погл€дел на него и почесал себе
лоб. ≈му было жутко.
   - —ами вы виноваты, Ќиколай јндреич!-
вздохнул он.- —н€вши голову, по волосам не плачут.
¬спомните, что вы женились на јнне только из-за
денег... потом всю жизнь вы не понимали ее, тиранили...
относились небрежно к самым чистым, благородным
порывам ее сердце.
   - Ёто она вам сказала?- спросил Ќиколай јндреич,
вдруг отнима€ от лица руки.
   - ƒа, она. ћне известна вс€ ее жизнь, и... и верьте,
€ полюбил в ней не столько женщину, сколько страдалицу.
   - ¬ы благородный человек...- вздохнул нотариус,
поднима€сь.- ѕрощайте и будьте счастливы. Ќадеюсь,
что все, что тут было сказано, останетс€ между нами.
   Ќиколай јндреич еще раз вздохнул и зашагал к дому.
   Ќа полдороге встретилась ему јнна —еменовна.
   - „то, финика своего ищешь?- спросил он.-
—тупай-ка погл€ди, в какой пот € его вогнал!.. ј ты
уж успела ему поисповедатьс€! » что у вас, бальзаковских,
за манера, ей-богу!  расотой и свежестью
брать не можете, так с исповедью подъезжаете, с жалкими
словами! Ќаврала с три короба! » на деньгах-то
€ женилс€, и не понимал € теб€, и тиранил, и
черт, и дь€вол...
   - Ќичего € ему не говорила!- вспыхнула јнна
—еменовна.
   - Ќу, ну... € ведь понимаю, вхожу в положение.
Ќе бойс€, не выговор делаю. ћальчика только жалко.
’ороший такой, честный, искренний.
    огда наступил вечер и всю землю заволокло потемками,
нотариус еще раз вышел на прогулку. ¬ечер
был великолепный. ƒеревь€ спали, и казалось, никака€
бур€ не могла разбудить их от молодого, весеннего сна.
— неба, бор€сь с дремотой, гл€дели звезды. √де-то
за садом лениво квакали л€гушки и пискала сова. —лышались
короткие, отрывистые свистки далекого соловь€.
   Ќиколай јндреич, проходивший в потемках под
широкой липой, неожиданно наткнулс€ на ўупальцева.
   -„то вы тут стоите?- спросил он.
   - Ќиколай јндреич!- начал ўупальцев дрожащим
от волнени€ голосом.- я согласен на все ваши
услови€, но... все это как-то странно.- ¬друг вы ни с
того ни с сего несчастны... страдаете и говорите, что
ваша жизнь разбита...
   - ƒа, так что же?
   - ≈сли вы оскорблены, то... то, хоть € и не признаю
дуэли, € могу удовлетворить вас. ≈сли дуэль хоть
немного облегчит вас, то, извольте, € готов... хоть сто
дуэлей...
   Ќотариус засме€лс€ и вз€л техника за талию.
   - Ќу, ну... будет! я ведь пошутил, голубчик!-
сказал он.- ¬се это пуст€ки и вздор. “а др€нна€ и ничтожна€
женщина не стоит того, чтобы вы тратили из-за
нее хорошие слова и волновались. ƒовольно, юноша!
ѕойдемте гул€ть.
   - я... € вас не понимаю...
   - » понимать нечего. ƒр€нна€, скверна€ бабенка
- и больше ничего!.. ” вас вкуса нет, голубчик.
„то вы остановились? ”дивл€етесь, что € такие слова
про жену говорю?  онечно, мне не следовало бы говорить
вам этого, но так как вы тут некоторым образом
лицо заинтересованное, то с вами нечего скрытничать.
√оворю вам откровенно: наплюйте! »гра не стоит свеч.
¬се она вам налгала и, как "страдалица", гроша медного
не стоит. Ѕальзаковска€ барын€ и психопатка.
√лупа и много врет. „естное слово, голубчик!
я не шучу...
   - Ќо ведь она вам жена!- удивилс€ техник.
   - ћало ли чего! Ѕыл таким же, как вот вы, и женилс€,
а теперь рад бы разженитьс€, да - тпррр... Ќаплюйте,
милый! Ћюбви-то ведь никакой, а одна только
шалость, скука. ’отите шалить, так вон Ќаст€ идет...
Ёй, Ќаст€, куда идешь?
   - «а квасом, барин!- послышалс€ женский голос.
   - Ёто € понимаю,- продолжал нотариус,- а все
эти психопатки, страдалицы... ну их! Ќаст€ дура, но
в ней хоть претензий нет... ƒальше пойдем?
   Ќотариус и техник вышли из сада, огл€нулись и,
оба разом вздохнувши, пошли по полю.

Ќ≈ —”ƒ№Ѕј!
   „асу в дес€том утра два помещика,√адюкин и
Ўилохвостов, ехали на выборы участкового мирового
судьи. ѕогода сто€ла великолепна€. ƒорога, по которой
ехали при€тели, зеленела на всем своем прот€жении.
—тарые березы, насаженные по кра€м ее, тихо
шептались молодой листвой. Ќаправо и налево
т€нулись богатые луга, оглашаемые криками перепелов,
чибисов и куличков. Ќа горизонте там и с€м
белели в синеющей дали церкви и барские усадьбы с
зелеными крышами.
   - ¬з€ть бы сюда нашего председател€ и носом
его потыкать...- проворчал √адюкин, толстый, седовласый
барин в гр€зной соломенной шл€пе и с разв€завшимс€
пестрым галстуком, когда бричка, подпрыгива€
и зв€ка€ всеми своими суставами, объезжала
мостик.- Ќаши земские мосты дл€ того только
и стро€тс€, чтобы их объезжали. ѕравду сказал
на прошлом земском собрании граф ƒублеве, что
земские мосты построены дл€ испытани€ умственных
способностей: ежели человек объехал мост, то,
стало быть, он умный, ежели же взъехал на мостик
и, как водитс€, шею сломал, то дурак. ј все председатель
виноват. Ѕудь у нас председателем другой
кто-нибудь, а не пь€ница, не сон€, не размазн€, не
было бы таких мостов. “ут нужен человек с пон€тием,
энергический, зубастый, как ты, например...
Ќелегка€ теб€ несет в мировые судьи! Ѕаллотировалс€
бы, право, в председатели!
   - ј вот погоди, как прокат€т сегодн€ на вороных,
- скромно заметил Ўилохвостов, высокий, рыжий
человек в новой двор€нский фуражке,- то поневоле
придетс€ баллотироватьс€ в председатели.
   - Ќе прокат€т...- зевнул √адюкин.- Ќам нужны
образованные люди, а университетских-то у нас
в уезде всего-навсего один - ты!  ого же и
выбирать, как не теб€? “ак уж и решили... “олько
напрасно ты в мировые лезешь... ¬ председател€х ты
нужнее был бы...
   - ¬се равно, друг... » мировой получает две тыс€чи
четыреста и председатель две тыс€чи четыреста.
ћировой знай сиди себе дома, а председатель то и
дело тр€сись в бричке в управу... ћировому не в
пример легче, и к тому же...
   Ўилохвостов не договорил... ќн вдруг беспокойно
задвигалс€ и вперил взор вперед на дорогу. «атем
он побагровел, плюнул и откинулс€ на задок.
   - “ак и знал! „у€ло мое сердце!- пробормотал
он, снима€ фуражку и вытира€ со лба пот.- ќп€ть
не выберут!
   - „то такое? ѕочему?
   - ƒа нешто не видишь, что отец ќнисим навстречу
едет? ”ж это как пить дать... ¬стретитс€
тебе на дороге этака€ фигура, можешь назад воротитьс€,
потому ни черта не выйдет. Ёто уж € знаю!
ћитька, поворачивай назад! √осподи, нарочно пораньше
выехал, чтоб с этим иезуитом не встречатьс€,
так нет, пронюхал, что еду! „утье у него такое!
   - ƒа полно, будет тебе! ¬ыдумываешь, ей-богу!
   - Ќе выдумываю! ≈жели св€щенник на дороге
встретитс€, то быть беде, а он каждый раз, как €
еду на выборы, всегда норовит мне навстречу выехать.
—тарый, чуть живой, помирать собираетс€, а
така€ злоба, что не приведи создатель! Ќедаром уж
двадцать лет за штатом сидит! » за что мстит-то?
«а образ мыслей! ћысли мои ему не нрав€тс€! Ѕыли
мы, знаешь, однажды у ”льева. ѕосле обеда, выпивши,
конечно, сел € за фортепианы и давай без
вс€кой, знаешь, задней мысли петь "Ќастоечка травна€"
да "√р€нем в хороводе при всем честном народе",
а он услыхал и говорит: "Ќе подобает судии
быть с таким образом мыслей касательно иерархии.
Ќе допущу до избрани€!" » с той поры каждый раз
навстречу ездит... ”ж € и ругалс€ с ним и дороги
мен€л - ничего не помогает! „утьем слышит, когда
€ выезжаю... „то ж? “еперь надо ворочатьс€! ¬се
равно не выберут! Ёто уж как пить дать... ¬ прошлые
разы не выбирали,- а почему? ѕо его милости!
   - Ќу, полно, образованный человек, в университете
кончил, а в бабьи предрассудки веришь...
   - Ќе верю € в предрассудки, но у мен€ примета:
как только начну что-нибудь тринадцатого числа
или встречусь с этой фигурой, то всегда кончаю плохо.
¬се, конечно, чепуха, вздор, нельз€ этому верить,
но... объ€сни, почему всегда так случаетс€, как
приметы говор€т? Ќе объ€снишь же вот! ѕо-моему,
верить не нужно, но на вс€кий случай не мешает
подчин€тьс€ этим прокл€тым приметам... ¬ернемс€!
Ќи мен€, ни теб€, брат, не выберут, и вдобавок еще
ось сломаетс€ или проиграемс€... ¬от увидишь!
   — бричкой поравн€лась кресть€нска€ телега, в которой
сидел маленький, др€хленький иерей в широкополом,
позеленевшем от времени цилиндре и в
парусинковой р€ске.  ѕоравн€вшись с бричкой, он
сн€л цилиндр и поклонилс€.
   - “ак нехорошо делать, батюшка!- замахал
ему рукой Ўилохвостов.- “акие ехидные поступки
неприличны вашему сану! ƒа-с! «а это вы ответ
должны дать на страшном судилище!.. ¬оротимс€!-
обратилс€ он к √адюкину.- ƒаром только едем...
   Ќо √адюкин не согласилс€ вернутьс€...
   ¬ечером того же дн€ при€тели ехали обратно домой...
ќба были багровы и сумрачны, как вечерн€€
зар€ перед плохой погодой.
   - √оворил ведь € тебе, что нужно было вернутьс€!-
ворчал Ўилохвостов.- √оворил ведь. ќтчего
не послушалс€? ¬от тебе и предрассудки! Ѕудешь
теперь не верить! ћало того, что на вороных,
подлецы, прокатили, но еще и на смех подн€ли, анафемы!
" абак, говор€т, на своей земле держишь!"
Ќу и держу!  ому какое дело? ƒержу, да!
   - Ќичего, через мес€ц в председатели будешь
баллотироватьс€...- успокоил √адюкин.- “еб€ нарочно
сегодн€ прокатили, чтоб в председатели теб€
выбрать...
   - ѕой соловьем! ¬сегда ты мен€, ехида, утешаешь,
а сам первый норовишь черныков набросать!
—егодн€ ни одного белого не было, все черн€ки, стало
быть и ты, друг, черн€ка положил... ћерси...
   „ерез мес€ц при€тели по той же дороге ехали
на выборы председател€ земской управы, но уже
ехали не в дес€том часу утра, а в седьмом. Ўилохвостов
ерзал в бричке и беспокойно погл€дывал на дорогу...
   - ќн не ожидает, что мы так рано выедем,- говорил
он,- но все-таки надо спешить... „ерт его
знает, может быть, у него шпионы есть! √они, ћитька!
Ўибче!.. ¬чера, брат,- обратилс€ он к √адюкину,
- € послал отцу ќнисиму два мешка овса и фунт
чаю... ƒумал его лаской умилостивить, а он вз€л
подарки и говорит ‘едору: " лан€йс€ барину и поблагодари
его за дар совершен, но, говорит, скажи
ему, что € неподкупен. Ќе токмо овсом, но и золотом
он не поколеблет моих мыслей".  аков? ѕогоди же...
ѕоедешь и черта пухлого встретишь... √они,
ћитька!
   Ѕричка въехала в деревню, где жил отец ќнисим...
ѕроезжа€ мимо его двора, при€тели загл€нули
в ворота... ќтец ќнисим суетилс€ около телеги
и торопилс€ запр€чь лошадь. ќдной рукой он застегивал
себе по€с, другой рукой и зубами надевал
на лошадь шлею...
   - ќпоздал!- захохотал Ўилохвостов.- ƒонесли
шпионы, да поздно! ’а-ха! Ќакос€ выкуси! „то,
съел? ¬от тебе и неподкупен! ’а-ха!
   Ѕричка выехала из деревни, и Ўилохвостов почувствовал
себ€ вне опасности. ќн заликовал.
   - Ќу, у мен€, брат, таких мостов не будет!-
начал бравировать будущий председатель, подмигива€
глазом.- я их подт€ну, этих подр€дчиков! ”
мен€, брат, не такие школы будут! „уть замечу, что
который из учителей пь€ница или социалист - айда,
брат! „тоб и духу твоего не было! ” мен€, брат, земские
доктора не посмеют в красных рубахах ходить!
я, брат... ты, брат... √они, ћитька, чтоб другой какой
поп не встретилс€!.. Ќу, кажись, благополучно
доеха... јй!
   Ўилохвостов вдруг побледнел и вскочил как ужаленный.
   - «а€ц! «а€ц!- закричал он.- «а€ц дорогу
перебежал! ја... черт подери, чтоб его разорвало!
   Ўилохвостов махнул рукой и опустил голову. ќн
помолчал немного, подумал и, перевед€ рукой по
бледному, вспотевшему лбу, прошептал:
   - Ќе судьба, знать, мне две тыс€чи четыреста
получать... ¬орочай назад, ћитька! Ќе судьба!

Ќ≈”ƒј„Ќџ… ¬»«»“
   ‘рант влетает в дом, в котором ранее никогда еще
не был. — визитом приехал... ¬ передней встречаетс€ ему
девочка лет шестнадцати в ситцевом платьице и белом
фартучке.
   - ¬аши дома? - обращаетс€ он разв€зно к девочке.
   - ƒома.
   - ћм... ѕерсик! » барын€ дома?
   - ƒома,- говорит девочка и почему-то краснеет.
   - ћм... Ўтучка! Ўшшельмочка!  уда шапку положить?
   -  уда угодно. ѕустите! —транно.
   - Ќу, чего краснеешь? Ёка! Ќе слопаю...
   » франт бьет девочку перчаткой по талии.
   - Ёка! ј ничего! Ќедурна! ѕоди доложи!
   ƒевочка краснеет, как мак, и убегает.
   - ћолода еще! - заключает франт и идет в гостиную.
   ¬ гостиной встреча с хоз€йкой. —ад€тс€, болтают...
   ћинут через п€ть через гостиную проходит девочка
в фартучке.
   - ћо€ старша€ дочь! - говорит хоз€йка и указывает
на ситцевое платье.
    артина.

Ќќ¬јя ЅќЋ≈«Ќ№ » —“ј–ќ≈ —–≈ƒ—“¬ќ
   —ечение по своим симптомам аналогично премежающейс€
лихорадке (febris intermittens). ѕеред сечением
больной бледен от спазма периферических сосудов.
«рачки его расширены. Ќужно вообще заметить,
что вид начальства раздражает  вазомоторный центр и
nervus oculomotoris. Ѕольной чувствует озноб. ¬о
врем€ сечени€ мы замечаем повышение температуры и
гиперестезию кожи. ѕосле сечени€ больной чувствует жар.
ќн весь в поту.
   Ќа основании этой аналогии € советую учащимс€
перед уходом в училище принимать хинин.

Ќќ¬ќ√ќƒЌ»≈ ћ”„≈Ќ» »
   Ќа улицах картина ада в золотой раме. ≈сли бы
не праздничное выражение на лицах дворников и городовых,
то можно было бы подумать, что к столице
подступает непри€тель. ¬зад и вперед с треском и
умом снуют парадные сани и кареты... Ќа тротуарах,
высунув €зыки и тараща глаза, бегут визитеры...
Ѕегут они с таким азартом, что, ухвати жена ѕентефри€
какого-нибудь бегущего коллежского регистратора
за фалду, то у нее в руках осталась бы не одна
только фалда, но весь чиновничий бок с печенками и с
селезенками...
   ¬друг слышитс€ пронзительный полицейский свист.
„то случилось? ƒворники отрываютс€ от своих позиций
и бегут к свистку...
   - –азойдитесь! »дите дальше! Ќечего вам здесь
гл€деть! ћертвых людей никогда не видали, что ли?
Ќарррод...
   ” одного из подъездов на тротуаре лежит прилично
одетый человек в бобровой шубе и новых резиновых
калошах... ¬озле него мертвецки бледного, свежевыбритого
лица вал€ютс€ разбитые очки. Ўуба на
груди распахнулась, и собравша€с€ толпа видит кусочек
фрака и —танислава третьей степени. √рудь
медленно и т€жело дышит, глаза закрыты...
   - √осподин!- толкает городовой чиновника.- √осподин,
не велено тут лежать! ¬аше благородие!
   Ќо господин - ни гласа, ни воздыхани€... ѕовозившись
с ним минут п€ть и не привед€ его в чувство,
блюстители кладут его на извозчика и везут в приемный
покой...
   - ’орошие штаны!- говорит городовой, помога€
фельдшеру раздеть больного.- ƒолжно, рублей
шесть сто€т! » жилетка ловка€... ≈жели по штанам
судить, то из благородных...
   ¬ приемном покое, полежав часа полтора и выпив
целую скл€нку валерь€ны, чиновник приходит в чувство...
”знают, что он титул€рный советник √ерасим
 узьмич —инклетеев.
   - „то у вас болит?- спрашивает его полицейский
врач.
   - — Ќовым годом, с новым счастьем...- бормочет
он, тупо гл€д€ в потолок и т€жело дыша.
   - » вас также... Ќо... что у вас болит? ќтчего вы
упали? ѕрипомните-ка! ¬ы пили что-нибудь?
   - Ќе... нет...
   - Ќо отчего же вам дурно сделалось?
   - ќшалел-с... я... € визиты делал...
   - ћного, стало быть, визитов сделали?
   - Ќе... нет, не много-с... ќт обедни пришедши...
выпил € чаю и пошел к Ќиколаю ћихайлычу... “ут,
конечно, расписалс€... ќттеда пошел на ќфицерскую...
к  ачалкину... “ут тоже расписалс€... ≈ще, помню,
тут в передней мен€ сквозн€ком продуло... ќт  ачалкина на
¬ыборгскую сходил, к »вану »ванычу...
–асписалс€...
   - ≈ще одного чиновника привезли!- докладывает
городовой.
   - ќт »вана »ваныча,- продолжает —инклетеев,
- к купцу ’рымову рукой подать... «ашел поздравить...
с семейством... ѕредлагают выпить дл€
праздника... ј как не выпить? ќбидишь, коли не
выпьешь... Ќу, выпил рюмки три... колбасой закусил...
ќттуда на ѕетербургскую сторону к Ћиходееву...
’ороший человек...
   - » все пешком?
   - ѕешком-с... –асписалс€ у Ћиходеева... ќт него
пошел к ѕелагее ≈мель€новне... “ут завтракать посадили
и кофеем попотчевали. ќт кофею распарилс€,
оно, должно быть, в голову и ударило... ќт ѕелагеи
≈мель€новны пошел к ќблеухову... ќблеухова ¬асилием
звать, именинник... Ќе съешь именинного пирога
- обидишь...
   - ќтставного военного и двух чиновников привезли!-
докладывает городовой...
   - —ъел кусок пирога: выпил р€биновой и пошел
на —адовую к »зюмову... ” »зюмова холодного пива
выпил... в горло ударило... ќт »зюмова к  ошкину,
потом к  арлу  арлычу... оттеда к д€де ѕетру —еменычу...
ѕлем€нница Ќаст€ шоколатом попоила... ѕотом к
Ћ€пкину зашел... нет, вру, не к Ћ€пкину, а
к ƒарье Ќикодимовне. ќт нее уж к Ћ€пкину пошел...
Ќу-с, и везде хорошо себ€ чувствовал... ѕотом
у »ванова,  урдюкова и Ўиллера был, у полковника
ѕорошкова был, и там себ€ хорошо чувствовал...
” купца ƒунькина был... ѕристал ко мне, чтоб €
конь€к пил и сосиску с капустой ел... ¬ыпил € рюмки
три... пару сосисок съел - и тоже ничего... “олько
уж потом, когда от –ыжова выходил, почувствовал
в голове... мерцание... ќслабел... Ќе знаю, отчего...
   - ¬ы утомились... ќтдохните немного, и мы вас
домой отправим...
   - Ќельз€ мне домой...- стонет —инклетеев.-
Ќужно еще к з€тю  узьме ¬авилычу сходить... к экзекутору,
к Ќаталье ≈горовне... ” многих € еще не был...
   - » не следует ходить.
   - Ќельз€...  ак можно с Ќовым годом не поздравить?
Ќужно-с... Ќе сходи к Ќаталье ≈горовне, так
жить не захочешь... ”ж вы мен€ отпустите, господин
доктор, не невольте...
   —инклетеев поднимаетс€ и т€нетс€ к одежде.
   - ƒомой езжайте, если хотите,- говорит доктор,-
но о визитах вам думать даже нельз€...
   - Ќичего-с, бог поможет...- вздыхает —инклетеев.
- я потихонечку пойду...
   „иновник медленно одеваетс€, кутаетс€ в шубу и,
пошатыва€сь, выходит на улицу.
   - ≈ще п€терых чиновников привезли!- докладывает
городовой.-  уда прикажете положить?
ќ
ЋёЅ¬»
  Ќа другой день к завтраку подавали очень вкусные
пирожки, раков и бараньи котлеты; и пока ели,
приходил наверх повар Ќиканор справитьс€, что
гости желают к обеду. Ёто был человек среднего
роста, с пухлым лицом и маленькими глазами,
бритый, и казалось, что усы у него были не бриты,
а выщипаны.
  јлехин рассказал, что красива€ ѕелаге€ была
влюблена в этого повара. “ак как он был пь€ница и
буйного нрава, то она не хотела за него замуж, но
соглашалась жить так. ќн же был очень набожен, и
религиозные убеждени€ не позвол€ли ему жить так;
он требовал, чтобы она шла за него, и иначе не
хотел, и бранил ее, когда бывал пь€н, и даже бил.
 огда он бывал пь€н, она пр€талась наверху и
рыдала, и тогда јлехин и прислуга не уходили из
дому, чтобы защитить ее в случае надобности.
  —тали говорить о любви.
  -  ак зарождаетс€ любовь, - сказал јлехин, -
почему ѕелаге€ не полюбила кого-нибудь другого,
более подход€щего к ней по ее душевным и внешним
качествам, а полюбила именно Ќиканора, этого
мурло, - тут у нас все зовут его мурлом, -
поскольку в любви важны вопросы личного счасть€ -
все это неизвестно и обо всем этом можно
трактовать как угодно. ƒо сих пор о любви была
сказана только одна неоспорима€ правда, а именно,
что "тайна си€ велика есть", все же остальное,
что писали и говорили о любви, было не решением, а
только постановкой вопросов, которые так и
оставались неразрешенными. “о объ€снение, которое,
казалось бы, годитс€ дл€ одного случа€, уже не
годитс€ дл€ дес€ти других, и самое лучшее,
по-моему, - это объ€сн€ть каждый случай в
отдельности, не пыта€сь обобщать. Ќадо, как
говор€т доктора, индивидуализировать каждый
отдельный случай.
   - —овершенно верно, - согласилс€ Ѕуркин.
   - ћы, русские пор€дочные люди, питаем пристрастие
к этим вопросам, остающимс€ без разрешени€.
ќбыкновенно любовь поэтизируют, украшают ее
розами, соловь€ми, мы же, русские, украшаем нашу
любовь этими роковыми вопросами, и притом выбираем
из них самые неинтересные. ¬ ћоскве, когда € еще
был студентом, у мен€ была подруга жизни, мила€
дама, котора€ вс€кий раз, когда € держал ее в
объ€ти€х, думала о том, сколько € буду выдавать ей
в мес€ц и почем теперь гов€дина за фунт. “ак и мы,
когда любим, то не перестаем задавать себе
вопросы: честно это или не честно, умно или глупо,
к чему поведет эта любовь и так далее. ’орошо это
или нет, € не знаю, но что это мешает, не
удовлетвор€ет, раздражает - это € знаю.
   Ѕыло похоже, что он хочет что-то рассказать. ”
людей, живущих одиноко, всегда бывает на душе
что-нибудь такое, что они охотно бы рассказали. ¬
городе холост€ки нарочно ход€т в баню и в
рестораны, чтобы только поговорить, и иногда
рассказывают банщикам или официантам очень
интересные истории, в деревне же обыкновенно они
изливают душу перед своими гост€ми. “еперь в окна
было видно серое небо и деревь€, мокрые от дожд€,
в такую погоду некуда было деватьс€ и ничего
больше не оставалось, как только рассказывать и
слушать.
   - я живу в —офьине и занимаюсь хоз€йством уже
давно, - начал јлехин, - с тех пор, как кончил в
университете. ѕо воспитанию € белоручка, по
наклонност€м - кабинетный человек, но на имении,
когда € приехал сюда, был большой долг, а так как
отец мой задолжал отчасти потому, что много тратил
на мое образование, то € решил, что не уеду отсюда и буду
работать, пока не уплачу этого долга. я решил так
и начал тут работать, признаюсь, не без некоторого
отвращени€. «дешн€€ земл€ дает немного, и, чтобы
сельское хоз€йство было не в убыток, нужно
пользоватьс€ трудом крепостных или наемных
батраков, что почти одно и то же, или же вести
свое хоз€йство на кресть€нский лад, то есть
работать в поле самому, со своей семьей. —ередины
тут нет. Ќо € тогда не вдавалс€ в такие тонкости.
я не оставл€л в покое ни одного клочка земли, €
сгон€л всех мужиков и баб из соседних деревень,
работа у мен€ тут кипела неистова€; € сам тоже
пахал, се€л, косил и при этом скучал и брезгливо
морщилс€, как деревенска€ кошка, котора€ с голоду
ест на огороде огурцы; тело мое болело, и € спал
на ходу. ¬ первое врем€ мне казалось, что эту
рабочую жизнь € могу легко помирить со своими
культурными привычками; дл€ этого стоит только,
думал €, держатьс€ в жизни известного внешнего
пр€дка. я поселилс€ тут наверху, в парадных
комнатах, и завел так, что после завтрака и обеда
мне подавали кофе с ликерами, и, ложась спать, €
читал на ночь "¬естник ≈вропы". Ќо как-то пришел
наш батюшка, отец »ван, и в один присест выпил все
мои ликеры; и "¬естник ≈вропы" пошел тоже к
поповнам, так как летом, особенно во врем€ покоса,
€ не успевал добратьс€ до своей постели и засыпал
в сарае, в сан€х или где-нибудь в лесной сторожке,
- какое уж тут чтение? я мало-помалу перебралс€
вниз, стал обедать в людской кухне, и из прежней
роскоши у мен€ осталась только вс€ эта прислуга,
котора€ еще служила моему отцу и которую уволить
мне было бы больно.
   ¬ первые же годы мен€ здесь выбрали в почетные
мировые судьи.  ое-когда приходилось наезжать в
город и принимать участие в заседани€х съезда и
окружного суда, и это мен€ развлекало.  огда
поживешь здесь безвыездно мес€ца два-три, особенно
зимой, то в конце концов начинаешь тосковать по
черном сюртуке. ј в окружном суде были и сюртуки,
и мундиры, и фраки, все юристы, люди, получившие
общее образование; было с кем поговорить. ѕосле
спань€ в сан€х, после людской кухни сидеть в
кресле, в чистом белье, в легких ботинках, с цепью
на груди - это така€ роскошь!
¬ городе мен€ принимали радушно, € охотно
знакомилс€. » из всех знакомств самым
основательным и, правду сказать, самым при€тным
дл€ мен€ было знакомство с Ћугановичем, товарищем
председател€ окружного суда. ≈го вы знаете оба:
милейша€ личность. Ёто было как раз после
знаменитого дела поджигателей; разбирательство
продолжалось два дн€, мы были утомлены. Ћуганович
посмотрел на мен€ и сказал:
   - «наете что? ѕойдемте ко мне обедать..
   Ёто было неожиданно, так как с Ћугановичем € был
знаком мало, только официально, и ни разу у него
не был. я только на минуту зашел к себе в номер,
чтобы переодетьс€, и отправилс€ на обед. » тут мне
представилс€ случай познакомитьс€ с јнной
јлексеевной, женой Ћугановича. “огда она была еще
очень молода, не старше двадцати двух лет, и за
полгода до того у нее родилс€ первый ребенок. ƒело
прошлое, и теперь бы € затруднилс€ определить,
что, собственно, в ней было такого
необыкновенного, что мне так понравилось в ней,
тогда же за обедом дл€ мен€ все было неотразимо
€сно; € видел женщину молодую, прекрасную, добрую,
интеллигентную, оба€тельную, женщину, какой €
раньше никогда не встречал; и сразу € почувствовал
в ней существо близкое, уже знакомое, точно это
лицо, эти приветливые, умные глаза € видел уже
когда-то в детстве, в альбоме, который лежал на
комоде у моей матери.
   ¬ деле поджигателей обвинили четырех евреев,
признали шайку и, по-моему, совсем неосновательно.
«а обедом € очень волновалс€, мне было т€жело, и
уж не помню, что € говорил, только јнна јлексеевна
все покачивала головой и говорила мужу:
   - ƒмитрий, как же это так?
   Ћуганович - это добр€к, один из тех простодушных
людей, которые крепко держатс€ мнени€, что раз
человек попал под суд, то, значит, он виноват, и
что выражать сомнение в правильности приговора
можно не иначе, как в законном пор€дке, на бумаге,
но никак не за обедом и не в частном разговоре.
   - ћы с вами не поджигали, - говорил он м€гко, - и
вот нас же не суд€т, не сажают в тюрьму.
   » оба, муж и жена, старались, чтобы € побольше ел
и пил; по некоторым мелочам, по тому, например,
как оба они вместе варили кофе, и по тому, как они
понимали друг друга с полуслов, € мог заключить,
что живут они мирно, благополучно и что они рады
гостю. ѕосле обеда играли на ро€ле в четыре руки,
потом стало темно, и € уехал к себе. Ёто было в
начале весны. «атем все лето провел € —офьине
безвыездно, и было мне некогда даже подумать о
городе, но воспоминание о стройной белокурой
женщине оставалось во мне все дни; € не думал о
ней, но точно легка€ тень ее лежала на моей душе.
   ѕозднею осенью в городе был спектакль с
благотворительной целью. ¬хожу € в губернаторскую
ложу (мен€ пригласили туда в антракте), смотрю -
р€дом с губернаторшей јнна јлексеевна, и оп€ть то
же самое неотразимое, бьющее впечатление красоты и
милых ласковых глаз, и оп€ть то же чувство
близости.
   ћы сидели р€дом, потом ходили в фойе.
   - ¬ы похудели, - сказала она. - ¬ы были больны?
   - ƒа. ” мен€ простужено плечо, и в дожливую погоду
€ дурно сплю.
   - ” вас в€лый вид. “огда, весной, когда вы
приходили обедать, вы были моложе, бодрее. ¬ы
тогда были воодушевлены и много говорили, были
очень интересны, и признаюсь, € даже увлеклась
вами немножко. ѕочему-то часто в течение лета вы
приходили мне на пам€ть, и сегодн€, когда €
собиралась в театр, мне показалось, что € вас
увижу.
   » она засме€лась.
   - Ќо сегодн€ у вас в€лый вид, - повторила она. -
Ёто вас старит.
   Ќа другой день € завтракал у Ћугановичей; после
завтрака они поехали к себе на дачу, чтобы
распор€дитьс€ там насчет зимы, и € с ними. — ними
же вернулс€ в город и в полночь пил у них чай в
тихой, семейной обстановке, когда горел камин, и
молода€ мать все уходила взгл€нуть, спит ли ее
девочка. » после этого в каждый свой приезд €
непременно бывал у Ћугановичей.  о мне привыкли, и
€ привык. ќбыкновенно входил € без доклада, как
свой человек.
-  то там? - слышалс€ из дальних комнат прот€жный
голос, который казалс€ мне таким прекрасным.
   - Ёто ѕавел  онстантиныч, - отвечала горнична€ или
н€н€.
   јнна јлексеевна выходила ко мне с озабоченным
лицом и вс€кий раз спрашивала:
   - ѕочему вас так долго не было? —лучилось
что-нибудь?
   ≈е взгл€д, из€щна€, благородна€ рука, которую она
подавала мне, ее домашнее платье, прическа, голос,
шаги вс€кий раз производили на мен€ все то же
впечатление чего-то нового, необыкновенного в моей
жизни и важного. ћы беседовали подолгу и подолгу
молчали, дума€ каждый о своем, или же она играла
мне на ро€ле. ≈сли же никого не было дома, то €
оставалс€ и ждал, разговаривал с н€ней, играл с
ребенком или же в кабинете лежал на турецком
диване и читал газету, а когда јнна јлексеевна
возвращалась, то € встречал ее в передней, брал от
нее все ее покупки, и почему-то вс€кий раз эти
покупки € нес с такою любовью, с таким торжеством,
точно мальчик.
   ≈сть пословица: не было у бабы хлопот, так купила
порос€. Ќе было у Ћугановичей хлопот, так
подружились они со мной. ≈сли € долго не приезжал
в город, то, значит, € был болен или что-нибудь
случалось со мной, и они оба сильно беспокоились.
ќни беспокоились, что €, образованный человек,
знающий €зыки, вместо того чтобы заниматьс€ наукой
или литературным трудом, живу в деревне, верчусь
как белка в колесе, много работаю, но всегда без
гроша. »м казалось, что € страдаю, и если €
говорю, смеюсь, ем, то только дл€ того, чтобы
скрыть свои страдани€, и даже в веселые минуты,
когда мне было хорошо, € чувствовал на себе их
пытливые взгл€ды. ќни были особенно трогательны,
когда мне в самом деле приходилось т€жело, когда
мен€ притесн€л какой-нибудь кредитор или не
хватало денег дл€ срочного платежа; оба, муж и
жена, шептались у окна, потом он подходил ко мне и
с серьезным лицом говорил:
   - ≈сли вы, ѕавел  онстантинович, в насто€щее врем€
нуждаетесь в деньгах, то € и жена просим вас не
стесн€тьс€ и вз€ть у нас.
   » уши краснели у него от волнени€. ј случалось,
что, точно так же, пошептавшись у окна, он
подходил ко мне, с красными ушами, и говорил:
   - я и жена убедительно просим вас прин€ть от нас
вот этот подарок.
   » подавал запонки, портсигар или лампу; и € за это
присылал им из деревни битую птицу, масло и цветы.
 стати сказать, оба они были состо€тельные люди. ¬
первое врем€ € часто брал взаймы и был не особенно
разборчив, брал, где только возможно, но никакие
силы не заставили бы мен€ вз€ть у Ћугановичей. ƒа
что говорить об этом!
   я был несчастлив. » дома, и в поле, и в сарае €
думал о ней, € старалс€ пон€ть тайну молодой,
красивой, умной женщины, котора€ выходит за
неинтересного человека, почти за старика (мужу
было больше сорока лет), имеет от него детей, -
пон€ть тайну этого неинтересного человека,
добр€ка, простака, который рассуждает с таким
скучным здравомыслием, на балах и вечеринках
держитс€ около солидных людей, в€лый, ненужный, с
покорным, безучастным выражением, точно его
привели сюда продавать, который верит, однако, в
свое право быть счастливым, иметь от нее детей; и
€ все старалс€ пон€ть, почему она встретилась
именно ему, а не мне, и дл€ чего это нужно было,
чтобы в нашей жизни произошла така€ ужасна€ ошибка.
   ј приезжа€ в город, € вс€кий раз по ее глазам
видел, что она ждала мен€; и она сама признавалась
мне, что еще с утра у нее было какое-то особенное
чувство, она угадывала, что € приеду. ћы подолгу
говорили, молчали, но мы не признавались друг
другу в нашей любви и скрывали ее робко,
ревниво.ћы бо€лись всего, что могло бы открыть
нашу тайну нам же самим. я любил нежно, глубоко,
но € рассуждал, € спрашивал себ€, к чему может
повести наша любовь, если у нас не хватит сил
боротьс€ с нею: мне казалось неверо€тным, что эта
мо€ тиха€, грустна€ любовь вдруг грубо оборвет
счастливое течение жизни ее мужа, детей, всего
этого дома, где мен€ так любили и где мне так
верили. „естно ли это? ќна пошла бы за мной, но
куда?  уда бы € мог
увести ее? ƒругое дело, если бы у мен€ была
красива€, интересна€ жизнь, если б €, например,
боролс€ за освобождение родины или был знаменитым
ученым, артистом, художником, а то ведь из одной
обычной, будничной обстановки пришлось бы увлечь
ее в другую такую же или еще более будничную. »
как бы долго продолжалось наше счастье? „то было
бы с ней в случае моей болезни, смерти, или,
просто, если бы мы разлюбили друг друга?
   » она, по-видимому, рассуждала подобным же
образом. ќна думала о муже, о дет€х, о своей
матери, котора€ любила ее мужа, как сына. ≈сли б
она отдалась своему чувству, то пришлось бы лгать
или говорить правду, а в ее положении то и другое
было бы одинаково страшно и неудобно. » ее мучил
вопрос: принесет ли мне счастье ее любовь, не
осложнит ли она моей жизни, и без того т€желой,
полной вс€ких несчастий? ≈й казалось, что она уже
недостаточно молода дл€ мен€, недостаточно
трудолюбива и энергична, чтобы начать новую жизнь,
и она часто говорила с мужем о том, что мне нужно
женитьс€ на умной, достойной девушке, котора€ была
бы хорошей хоз€йкой, помощницей, - и тотчас же
добавл€ла, что во всем городе едва ли найдетс€
така€ девушка.
   ћежду тем годы шли. ” јнны јлексеевны было уже
двое детей.  огда € приходил к Ћугановичам,
прислуга улыбалась приветливо, дети кричали, что
пришел д€д€ ѕавел  онстантиныч, и вешались мне на
шею; все радовались. Ќе понимали, что делалось в
моей душе, и думали, что € тоже радуюсь. ¬се
видели во мне благородное существо. » взрослые и
дети чувствовали, что по комнате ходит благородное
существо, и это вносило в их отношени€ ко мне
какую-то особую прелесть, точно в моем присутствии
и их жизнь была чище и красивее. я и јнна
јлексеевна ходили вместе в театр, вс€кий раз
пешком; мы сидели в креслах р€дом, плечи наши
касались, € молча брал из ее рук бинокль и в это
врем€ чувствовал, что она близка мне, что она мо€,
что нам нельз€ друг без друга, но, по какому-то
странному недоразумению, выйд€ из театра, мы
вс€кий раз прощались и расходились, как чужие. ¬
городе уже говорили о нас бог знает что, но из
всего, что говорили, не было ни одного слова правды.
   ¬ последние годы јнна јлексеевна стала чаще
уезжать то к матери, то к сестре; у нее уже бывало
дурное настроение, €вл€лось сознание
неудовлетворенной, испорченной жизни, когда не
хотелось видеть ни мужа, ни детей. ќна уже
лечилась от расстройства нервов.
   ћы молчали, и все молчали, а при посторонних она
испытывала какое-то странное раздражение против
мен€; о чем бы € ни говорил, она не соглашалась со
мной, и если € спорил, то она принимала сторону
моего противника.  огда € рон€л что-нибудь, то она
говорила холодно:
   - ѕоздравл€ю вас.
   ≈сли, ид€ с ней в театр, € забывал вз€ть бинокль,
то потом она говорила:
   - я так и знала, что вы забудете.
     счастью или к несчастью, в нашей жизни не бывает
ничего, что не кончалось бы рано или поздно.
Ќаступило врем€ разлуки, так как Ћугановича
назначили председателем в одной из западных
губерний. Ќужно было продавать мебель, лошадей,
дачу.  огда ездили на дачу и потом возвращались и
огл€дывались, чтобы в последний раз взгл€нуть на
сад, на зеленую крышу, то было всем грустно, и €
понимал, что пришла пора прощатьс€ не с одной
только дачей. Ѕыло решено, что в конце августа мы
проводим јнну јлексеевну в  рым, куда посылали ее
доктора, а немного погод€ уедет Ћуганович с детьми
в свою западную губернию.
   ћы провожали јнну јлексеевну большой толпой.  огда
она уже простилась с мужем и детьми и до третьего
звонка оставалось одно мгновение, € вбежал к ней в
купе, чтобы положить на полку одну из ее корзинок,
которую она едва не забыла; и нужно было
проститьс€.  огда тут, в купе, взгл€ды наши
встретились, душевные силы оставили нас обоих, €
обн€л ее, она прижалась лицом к моей груди, и
слезы потекли из глаз; целу€ ее лицо, плечи, руки,
мокрые от слез, - о, как мы были с ней несчастны!
- € призналс€ ей в своей любви, и со жгучей болью
в сердце € пон€л, как ненужно, мелко и как
обманчиво было все то, что нам мешало любить. я пон€л,
что когда любишь, то в своих рассуждени€х
об этой любви нужно исходить от высшего, от более
важного, чем счастье или несчастье, грех или
добродетель в их ход€чем смысле, или не нужно
рассуждать вовсе.
   я поцеловал в последний раз, пожал руку, и мы
расстались - навсегда. ѕоезд уже шел. я сел в
соседнем купе, - оно было пусто,
- и до первой станции сидел тут и плакал. ѕотом
пошел к себе в —офьино пешком...
   ѕока јлехин рассказывал, дождь перестал и
выгл€нуло солнце. Ѕуркин и »ван »ваныч вышли на
балкон; отсюда был прекрасный вид на сад и на
плес, который теперь на солнце блестел, как
зеркало. ќни любовались и в то же врем€ жалели,
что этот человек с добрыми, умными глазами,
который рассказывал им с таким чистосердечием, в
самом деле вертелс€ здесь, в этом громадном
имении, как белка в колесе, а не занималс€ наукой
или чем-нибудь другим, что делало бы его жизнь
более при€тной; и они думали о том, какое, должно
быть, скорбное лицо было у молодой дамы, когда он
прощалс€ с ней в купе и целовал ей лицо и плечи.
ќба они встречали ее в городе, а Ѕуркин был даже
знаком с ней и находил ее красивой.

ќ–ј“ќ–
   ¬ одно прекрасное утро хоронили коллежского асессора
 ирилла »вановича ¬авилонова, умершего от
двух болезней, столь распространенных в нашем
отечестве: от злой жены и алкоголизма.  огда погребальна€
процесси€ двинулась от церкви к кладбищу, один
из сослуживцев покойного, некто ѕоплавский, сел на
извозчика и поскакал  к своему при€телю √ригорию
ѕетровичу «апойкину, человеку молодому, но уже достаточно
попул€рному. «апойкин, как известно многим
читател€м, обладает редким талантом произносить экспромтом
свадебные, юбилейные и похоронные речи.
ќн может говорить когда угодно: спросонок, натощак,
в мертвецки пь€ном виде, в гор€чке. –ечь его течет
гладко, ровно, как вода из водосточной трубы, и обильно;
жалких слов в его ораторском словаре гораздо больше,
чем в любом трактире тараканов. √оворит он всегда красноречиво
и длинно, так что иногда, в особенности на купеческих
свадьбах, чтобы остановить его, приходитс€
прибегать к содействию полиции.
   - ј €, братец, к тебе!- начал ѕоплавский, застав
его дома.- —ию же минуту одевайс€ и едем. ”мер один
из наших, сейчас его на тот свет отправл€ем, так надо,
братец, сказать на прощанье какую-нибудь чепуховину...
Ќа теб€ вс€ надежда. ”мри кто-нибудь из маленьких,
мы не стали бы теб€ беспокоить, а то ведь секретарь...
канцел€рский столп, некоторым образом. Ќеловко
такую шишку без речи хоронить.
   - ј, секретарь!- зевнул «апойкин.- Ёто пь€ница-то?
   - ƒа, пь€ница. Ѕлины будут, закуска... на извозчика
получишь. ѕоедем, душа! –азведи там на могиле
какую-нибудь мантифолию поцицеронистей, а уж какое
спасибо получишь!
   «апойкин охотно согласилс€. он взъерошил волосы,
напустил на лицо меланхолию и вышел с ѕоплавским
на улицу.
   - «наю € вашего секретар€,- сказал он, сад€сь на
извозчика.- ѕройдоха и бести€, царство ему небесное,
каких мало.
   - Ќу, не годитс€, √риша, ругать покойников.
   - ќно конечно, aut mortius nihil bene, но все-таки
он жулик.
   ѕри€тели догнали похоронную процессию и присоединились
к ней. ѕокойника несли медленно, так что до
кладбища они успели раза три забежать в трактир и
пропустить за упокой души по маленькой.
   Ќа кладбище была отслужена лити€. “еща, жена и
сво€ченица, покорные обычаю, много плакали.  огда
гроб опускали с могилу, жена даже крикнула: "ѕустите
мен€ к нему!", но в могилу за мужем не пошла, веро€тно
вспомнив о пенсии. ƒождавшись, когда все
утихло «апойкин выступил вперед, обвел всех глазами
и начал:
   - ¬ерить ли глазам и слуху? Ќе страшный ли сон
сей гроб, эти заплаканные лица, стоны и вопли! ”вы,
это не сон, и зрение не обманывает нас! “от, которого
мы еще так недавно видели столь бодрым, столь юношески
свежим и чистым, который так недавно на наших
глазах, наподобие неутомимой пчелы, носил свой
мед в общий улей государственного благоустройства,
тот, который... этот самый обратилс€ теперь в прах, в
вещественный мираж. Ќеутолима€ смерть наложила на
него коснеющую руку в то врем€, когда он, несмотр€ на
свой согбенный возраст, был еще полон расцвета
сил и лучезарных надежд. Ќезаменима€ потер€!  то
заменит нам его? ’ороших чиновников у нас много, но
ѕрокофий ќсипыч был единственный. ќн до глубины
души был предан своему честному долгу, не щадил
сил, не спал ночей, был бескорыстен, неподкупен...  ак
презирал он тех, кто старалс€ в ущерб общим интересам
подкупить его, кто соблазнительными благами
жизни пыталс€ вовлечь его в измену своему долгу! ƒа,
на наших глаза ѕрокофий ќсипыч раздавал свое
небольшое жалованье своим беднейшим товарищам, и
вы сейчас сами слышали вопли вдов и сирот, живших
его пода€ни€ми. ѕреданный служебному долгу и добрым
делам, он не знал радостей в жизни и даже отказал
себе в счастии семейного быти€; вам известно,
что до конца дней своих он был холост! ј кто нам заменит
его как товарища?  ак сейчас вижу бритое умиленное
лицо, обращенное к нам с доброй улыбкой, как
сейчас слышу его м€гкий, нежно-дружеский голос. ћир
праху твоему, ѕрокофий ќсипыч! ѕокойс€, честный,
благородный труженик!
   «апойкин продолжал, а слушатели стали шушукатьс€.
–ечь понравилась всем, выжали несколько слез,
но многое показалось с ней странным. ¬о-первых, непон€тно
было, почему оратор называл покойника ѕрокофием
ќсиповичем, в то врем€ когда того звали  ириллом
»вановичем. ¬о-вторых, всем известно было,
что покойный всю жизнь воевал со своей законной женой,
а стало быть, не мог называтьс€ холостым; в-третьих,
у него была густа€ рыжа€ борода, отрод€сь он не
брилс€, а потому непон€тно, чего ради оратор назвал его
лицо бритым. —лушатели недоумевали, перегл€дывались и
пожимали плечами.
   - ѕрокофий ќсипыч!- продолжал оратор вдохновенно,
гл€д€ в могилу.- “вое лицо было некрасиво,
даже безобразно, ты был угрюм и суров, но все мы
знали, что под сею видимой оболочкой бьетс€ честное,
дружеское сердце!
   —коро слушатели стали замечать нечто странное и
в самом ораторе. ќн уставилс€ в одну точку, беспокойно
задвигалс€ и стал сам пожимать плечами. ¬друг
он умолк, разинул удивленно рот и обернулс€ к ѕоплавскому.
   - ѕослушай, он жив!- сказал он, гл€д€ с ужасом.
   -  то жив?
   - ƒа ѕрокофий ќсипыч! ¬он он стоит около пам€тника!
   - ќн и не умирал! ”мер  ирилл »ваныч!
   - ƒа ведь ты же сам сказал, что у вас секретарь
   помер!
   -  ирилл »ваныч и был секретарь. “ы, чудак, перепутал!
ѕрокофий ќсипыч, это верно, был у нас прежде
секретарем, но его два года назад во второе отделение
перевели столоначальником.
   - ј черт вас разберет!
   - „то же остановилс€? ѕродолжай, неловко!
   «апойкин обернулс€ к могиле и с прежним красноречием
продолжал прерванную речь. ” пам€тника действительно
сто€л ѕрокофий ќсипыч, старый чиновник
с бритой физиономией. ќн гл€дел на оратора и сердито
хмурилс€.
   - » как это теб€ угораздило!- сме€лись чиновники,
когда вместе с «апойкиным возвращались с похорон.
- ∆ивого человека похоронил.
   - Ќехорошо-с, молодой человек!- ворчал ѕрокофий
ќсипыч.- ¬аша речь, может быть, годитс€ дл€
покойника, но в отношении живого она - одна насмешка-с!
ѕомилуйте, что вы говорили? Ѕескорыстен, неподкупен,
вз€ток не берет! ¬едь про живого человека это
можно говорить только в насмешку-с. » никто вас, сударь,
не просил распростран€тьс€ про мое лицо. Ќекрасив,
безобразен, так тому и быть, но зачем всенародно
мою физиономию на вид выставл€ть? ќбидно-с!

ќ“ –џ“»≈
   Ќавозну кучу разрыва€,
ѕетух нашел жемчужное зерно...
 рылов
   »нженер статский советник Ѕахромкин сидел
у себ€ за письменным столом и от нечего делать настраивал
себ€ на грустный лад. Ќе далее как сегодн€
вечером, на бале у знакомых, он неча€нно встретилс€
с барыней, в которую лет двадцать - двадцать п€ть
тому назад был влюблен. ¬ свое врем€ это была замечательна€
красавица, в которую так же легко было
влюбитьс€, как наступить соседу на мозоль. ќсобенно
пам€тны Ѕахромкину ее большие глубокие
глаза, дно которых, казалось, было выстлано нежным
голубым бархатом, и длинные, золотисто-каштановые
волосы, похожие на поле поспевшей ржи, когда оно
волнуетс€ в бурю перед грозой...  расавица была
непреступна, гл€дела сурово, редко улыбалась, но
зато, раз улыбнувшись - "плам€ гаснущих свечей она
улыбкой оживл€ла..." “еперь же это была худосочна€,
болтлива€ старушенци€ с кислыми глазами и
желтыми зубами... ‘и!
   "¬озмутительно!- думал Ѕахромкин, вод€ машинально
карандашом по бумаге.- Ќикака€ зла€ вол€
не в состо€нии так напакостить человеку, как природа.
«най тогда красавица, что со временем она
превратитс€ в такую чепуху, она умерла бы от
ужаса..."
   ƒолго размышл€л таким образом Ѕахромкин и
вдруг вскочил, как ужаленный...
   - √осподи »исусе!- ужаснулс€ он.- Ёто что за
новости? я рисовать умею?
   Ќа листе бумаги, по которому машинально водил
карандаш, из-за ал€поватых штрихов и каракуль выгл€дывала
прелестна€ женска€ головка, та сама€,
в которую он был когда-то влюблен. ¬ общем рисунок
хромал, но томный суровый взгл€д, м€гкость
очертаний и беспор€дочна€ волна густых волос были
переданы в совершенстве...
   - „то за окази€?- продолжал изумл€тьс€ Ѕахромкин.
- я рисовать умею! ѕ€тьдес€т два года жил
на свете, не подозревал в себе никаких талантов, и
вдруг на старости лет - благодарю, не ожидал,
талант €вилс€! Ќе может быть!
   Ќе вер€ себе, Ѕахромкин схватил карандаш и
около красивой головки нарисовал голову старухи...
Ёта удалась ему так же хорошо, как и молода€...
   - ”дивительно!- пожал он плечами.- » как недурно,
черт возьми!  аков? —тало быть, € художник!
«начит, во мне призвание есть!  ак же € этого
раньше не знал? ¬от диковина!
   Ќайди Ѕахромкин у себ€ в старом жилете деньги,
получи известие, что его произвели в действительные
статские, он не был бы так при€тно изумлен, как теперь,
открыв в себе способность творить. ÷елый час
провозилс€ он у стола, рису€ головы, деревь€, пожар,
лошадей...
   - ѕревосходно! Ѕраво!- восхищалс€ он.- ѕоучитьс€
бы только технике, совсем бы отлично было.
   –исовать дольше и восхищатьс€ помешал ему лакей,
внесший в кабинет столик с ужином. —ъевши
р€бчика и выпив два стакана бургонского, Ѕахромкин
раскис и задумалс€... ¬спомнил он, что за все п€тьдес€т
два года он ни разу и не помыслил даже о существовании
в себе какого-либо таланта. ѕравда, т€готение к
из€щному чувствовалось всю жизнь. ¬ молодости
он подвизалс€ на любительской сцене, играл,
пел, малевал декорации... ѕотом, до самой старости,
он не перестал читать, любить театр, записывать
на пам€ть хорошие стихи... ќстрил он удачно, говорил
хорошо, критиковал метко... ќгонек, очевидно, был,
но вс€чески заглушалс€ суетою...
   "„ем черт не шутит,- подумал Ѕахромкин,- может
быть, € еще умею стихи и романы писать? ¬ самом
деле, если бы € открыл в себе талант в молодости,
когда еще не поздно было, и стал бы художником,
или поэтом? ј?"
   » перед его воображением открылась жизнь, не
похожа€ на миллионы других жизней. —равнивать
ее с жизн€ми обыкновенных смертных совсем невозможно.
   "ѕравы люди, что не дают им чинов и орденов...-
подумал он.- ќни сто€т вне вс€ких рангов и капитулов...
ƒа и судить-то об их де€тельности могут
только избранные..."
   “ут же кстати Ѕахромкин вспомнил случай из
своего далекого прошлого... ≈го мать, нервна€, эксцентрична€
женщина, ид€ однажды с ним, встретила
на лестнице какого-то пь€ного безобразного человека
и поцеловала ему руку. "ћама, зачем ты это делаешь?"-
удивилс€ он. "Ёто поэт!"- ответила она.
» она, по его мнению, права... ѕоцелуй она руку генералу
или сенатору, то это было бы лакейством, самоуничижением,
хуже которого дл€ развитой женщины
и придумать нельз€, поцеловать же руку поэту, художнику или
композитору - это естественно...
   "¬ольна€ жизнь, не буднична€...- думал Ѕахромкин,
ид€ к постели.- ј слава, известность?  ак € широко
ни шагай по службе, на какие ступени ни взбирайс€,
а им€ мое не пойдет дальше муравейника... ”
них же совсем другое... ѕоэт или художник спит
или пь€нствует себе безм€тежно, а в это врем€ незаметно
дл€ него в городках и вес€х зубр€т его стихи
или рассматривают картинки... Ќе знать их имен считаетс€
невоспитанностью, невежеством.... моветонством..."
   ќкончательно раскисший Ѕахромкин опустилс€ на
кровать и кивнул лакею... Ћакей подошел к нему и прин€лс€
осторожно снимать с него одежду за одеждой.
   "ћда... необыкновенна€ жизнь... про железные дороги
когда-нибудь забудут, а ‘иди€ и √омера всегда
будут помнить... Ќа что плох “редь€ковский, и того
помн€т... Ѕррр... ’олодно!.. ј что, если бы € сейчас был
художником?  ак бы € себ€ чувствовал?"
   ѕока лакей снимал с него дневную сорочку и надевал
ночную, он нарисовал себе картину... ¬от он,
художник или поэт, темною ночью плететс€ к себе домой...
Ћошадей у талантов не бывает; хочешь не хочешь,
иди пешком... »дет он жалкенький, в порыжелом
пальто, быть может, даже без калош... ” входа в меблированные
комнаты дремлет швейцар; эта груба€ скотина
отвор€ет дверь и не гл€дит... “ам, где-то в толпе,
им€ поэта или художника пользуетс€ почетом, но от
этого почета ему не тепло ни холодно: швейцар не
вежливее, прислуга не ласковее, домочадцы не снисходительнее...
»м€ в почете, но личность в забросе... ¬от
он, утомленный и голодный, входит наконец к себе в
темный и душный номер... ≈му хочетс€ есть и пить,
но р€бчиков и бургонского - увы!- нет... —пать хочетс€
ужасно, до того, что слипаютс€ глаза и падает на грудь
голова, а постель жестка€, холодна€, отдающа€ гостиницей...
¬оду наливай себе сам, раздевайс€ сам... ходи
босиком по холодному полу... ¬ конце концов он,
дрожа, засыпает, зна€, что у него нет сигар, лошадей...
что в среднем €щике стола у него нет јнны и —танислава,
а в нижнем - чековой книжки...
   Ѕахромкин покрутил головой, повалилс€ в пружинный
матрац и поскорее укрылс€ пуховым оде€лом.
   "Ќу его к черту!- подумал он, нежась и сладко
засыпа€.- Ќу его... к... черту... ’орошо, что €... в молодости
не тово... не открыл..."
   Ћакей потушил лампу и на цыпочках вышел.

ѕј–»
I
   Ѕыла темна€, осенн€€ ночь. —тарый банкир ходил
у себ€ в кабинете из угла в угол и вспоминал, как
п€тнадцать лет тому назад, осенью, он давал вечер.
Ќа этом вечере было много умных людей и велись
интересные разговоры. ћежду прочим, говорили о
смертной казни. √ости, среди которых было немало
ученых и журналистов, в большинстве относились к
смертной казни отрицательно. ќни находили этот способ
наказани€ устаревшим, непригодным дл€ христианских
государств и безнравственным. ѕо мнению некоторых
из них, смертную казнь повсеместно следовало
бы заменить пожизненным заключением.
   - я с вами не согласен,- сказал хоз€ин-банкир.
- я не пробовал ни смертной казни, ни пожизненного
заключени€, но если можно судить a priori,
то, по-моему, смертна€ казнь нравственнее и гуманнее
заключени€.  азнь убивает сразу, а пожизненное заключение
медленно.  акой же палач человечнее? “от
ли, который убивает вас в несколько минут, или тот,
который выт€гивает из вас жизнь в продолжение
многих лет?
   - “о и другое одинаково безнравственно,-
заметил кто-то из гостей,- потому что имеет одну и ту же
цель - отн€тие жизни. √осударство - не бог. ќно не
имеет права отнимать то, чего не может вернуть, если
захочет.
   —реди гостей находилс€ один юрист, молодой человек
лет двадцати п€ти.  огда спросили его мнени€,
он сказал:
   - » смертна€ казнь и пожизненное заключение
одинаково безнравственны, но если бы мне предложили
выбирать между казнью и пожизненным заключением,
то, конечно, € выбрал бы второе. ∆ить как-нибудь
лучше, чем никак.
   ѕодн€лс€ оживленный спор. Ѕанкир, бывший тогда
 помоложе и нервнее, вдруг вышел из себ€, ударил
кулаком по столу и крикнул, обраща€сь к молодому
 юристу:
   - Ќеправда! ƒержу пари на два миллиона, что
вы не высидите в каземате и п€ти лет.
   - ≈сли это серьезно,- ответил ему юрист,- то
держу пари, что высижу не п€ть, а п€тнадцать.
   - ѕ€тнадцать? »дет!- крикнул банкир.- √оспода,
€ ставлю два миллиона!
   - —огласен! ¬ы ставите миллионы, а € свою свободу!
- сказал юрист.
   » это дикое, бессмысленное пари состо€лось!Ѕанкир,
 не знавший тогда счета своим миллионам, избалованный
 и легкомысленный, был в восторге от
 пари. «а ужином он шутил над юристом и говорил:
   - ќбразумьтесь, молодой человек, пока еще не
поздно. ƒл€ мен€ два миллиона составл€ют пуст€ки,
а вы рискуете потер€ть три-четыре лучших года вашей
жизни. √оворю - три-четыре, потому что вы не
высидите дольше. Ќе забывайте также, несчастный,
что добровольное заточение гораздо т€желее об€зательного.
ћысль, что каждую минуту вы имеете право
выйти на свободу, отравит вам в каземате все ваше
существование. ћне жаль вас!
   » теперь банкир, шага€ из угла в угол, вспоминал
все это и спрашивал себ€:
   -   чему это пари?  ака€ польза от того, что
юрист потер€л п€тнадцать лет жизни, а € брошу
два миллиона? ћожет ли это доказать люд€м, что смертна€
казнь хуже или лучше пожизненного заключени€?
Ќет и нет. ¬здор и бессмыслица. — моей стороны то
была прихоть сытого человека, а со стороны
юриста - проста€ алчность к деньгам...
   ƒалее вспоминал он о том, что произошло после
описанного вечера. –ешено было, что юрист будет отбывать
свое заключение под строжайшим надзором
в одном из флигелей, построенных в саду банкира.
”словились, что в продолжение п€тнадцати лет он будет
лишен права переступать порог флигел€, видеть
живых людей, слышать человеческие голоса и получать
письма и газеты. ≈му разрешалось иметь музыкальный
инструмент, читать книги, писать письма,
пить вино и курить табак. — внешним миром, по условию,
он мог сноситьс€ не иначе, как молча, через
маленькое окно, нарочно устроенное дл€ этого. ¬се,
что нужно, книги, ноты, вино и прочее, он мог получать
по записке в каком угодно количестве, но только
через окно. ƒоговор предусматривал все подробности
и мелочи, делавшие заключение строго одиночным,
и об€зывал юриста высидеть ровно п€тнадцать
юриста нарушить услови€, хот€ бы за две минуты до
срока, освобождала банкира от об€занности платить
ему два миллиона.
   ¬ первый год заключени€ юрист, насколько можно
было судить по его коротким запискам, сильно страдал
от одиночества и скуки. »з его флигел€ посто€нно
днем и ночью слышались звуки ро€л€! ќн отказалс€
от вина и табаку. ¬ино, писал он, возбуждает
желани€, а желани€ - первые враги узника; к тому
же нет ничего скучнее, как пить хорошее вино и никого
не видеть. ј табак портит в его комнате воздух.
¬ первый год юристу посылались книги преимущественно
легкого содержани€: романы с сложной любовной
интригой, уголовные и фантастические рассказы,
комедии и т.п.
   ¬о второй год музыка уже смолкла во флигеле, и
юрист требовал в своих записках только классиков.
¬ п€тый год снова послышалась музыка, и узник попросил
вина. “е, которые наблюдали за ним в окошко,
говорили, что весь этот год он только ел, пил и
лежал на постели, часто зевал, сердито разговаривал
сам с собою.  ниг он не читал. »ногда по ночам он
садилс€ писать, писал долго и под утро разрывал
на клочки все написанное. —лышали не раз, как он
плакал.
   ¬о второй половине шестого года узник усердно
зан€лс€ изучением €зыков, философией и историей.
ќн жадно прин€лс€ за эти науки, так что банкир
едва успевал выписывать дл€ него книги. ¬ продолжение
четырех лет по его требованию было выписано
около шестисот томов. ¬ период этого увлечени€
банкир, между прочим, получил от своего узника такое
письмо: "ƒорогой мой тюремщик! ѕишу вам эти
строки на шести €зыках. ѕокажите их сведущим
люд€м. ѕусть прочтут. ≈сли они не найдут ни одной
ошибки, то, умол€ю вас, прикажите выстрелить в саду
из ружь€. ¬ыстрел этот скажет мне, что мои усили€
не пропали даром. √ении всех веков и стран говор€т
на различных €зыках, но горит во всех их одно и то
же плам€. ќ, если бы вы знали, какое неземное счастье
испытывает теперь мо€ душа оттого, что € умею
понимать их!" ∆елание узника было исполнено. Ѕанкир
приказал выстрелить в саду два раза.
   «атем после дес€того года юрист неподвижно сидел
за столом и читал одно только евангелие. Ѕанкиру
казалось странным, что человек, одолевший в четыре
года шестьсот мудреных томов, потратил около
года на чтение одной удобопон€тной и не толстой книги.
Ќа смену евангелию пришли истори€ религий и богословие.
   ¬ последние два года заточени€ узник читал чрезвычайно
много, без вс€кого разбора. “о он занималс€
естественными науками, то требовал Ѕайрона или
Ўекспира. Ѕывали он него такие записки, где он просил
прислать ему в одно и то же врем€ и химию, и
медицинский учебник, и роман, и какой-нибудь философский
или богословский трактат. ≈го чтение было
похоже на то, как будто он плавал в море среди обломков
корабл€ и, жела€ спасти себе жизнь, жадно
хваталс€ то за один обломок, то за другой!
ѕ
   —тарик банкир вспоминал все это и думал:
   "«автра в двенадцать часов он получает свободу.
ѕо условию, € должен буду уплатить  ему два миллиона.
≈сли € уплачу, то все погибло: € окончательно
разорен..."
   ѕ€тнадцать лет тому назад он не знал счета своим
миллионам, теперь же он бо€лс€ спросить себ€,
чего у него больше - денег или долгов? јзартна€
биржева€ игра, рискованные спекул€ции и гор€чность,
от которой он не мог отрешитьс€ даже в старости,
мало-помалу привели в упадок его дела, и бесстрашный,
самонаде€нный, гордый богач превратилс€
в банкира средней руки, трепещущего при вс€ком
повышении и понижении бумаг.
   - ѕрокл€тое пари!- бормотал старик, в отча€нии
хвата€ себ€ за голову.- «ачем этот человек не
умер? ≈му еще сорок лет. ќн возьмет с мен€ последнее,
женитс€, будет наслаждатьс€ жизнью, играть на
бирже, а €, как нищий, буду гл€деть с завистью и
каждый день слышать  от него одну и ту же фразу:
"я об€зан вам счастьем моей жизни, позвольте мне
помочь вам!" Ќет, это слишком! ≈динственное спасение
от банкротства и позора - смерть этого
человека!
   ѕробило три часа. Ѕанкир прислушалс€: в доме
все спали, и только слышно было, как за окнами шумели
оз€бшие деревь€. —тара€сь не издавать ни звука,
он достал из несгораемого шкафа ключ от двери,
котора€ не отвор€лась в продолжение п€тнадцати
лет, надел пальто и вышел из дому.
   ¬ саду было темно и холодно. Ўел дождь. –езкий
сырой ветер с воем носилс€ по всему саду и не
давал поко€ деревь€м. Ѕанкир напр€гал зрение, но
не видел ни земли, ни белых статуй, ни флигел€, ни
деревьев. ѕодойд€ к тому месту, где находилс€ флигель,
он два раза окликнул сторожа. ќтвета не последовало.
ќчевидно, сторож укрылс€ от непогоды и
теперь спал где-нибудь на кухне или в оранжерее.
   "≈сли у мен€ хватит духа исполнить свое намерение,
- подумал старик,- то подозрение прежде всего
падет на сторожа".
   ќн нащупал в потемках ступени и дверь и вошел
в переднюю флигел€, затем ощупью пробралс€ в небольшой
коридор и зажег спичку. “ут не было ни
души. —то€ла чь€-то кровать без постели, да темнела
в углу чугунна€ печка. ѕечати на двери, ведущей в
комнату узника, были целы.
    огда потухла спичка, старик, дрожа от волнени€,
загл€нул в маленькое окно.
   ¬ комнате узника тускло горела свеча. —ам он сидел
у стола. ¬идны были только его спина, волосы
на голове да руки. Ќа столе, на двух креслах и на
ковре, возле стола, лежали раскрытые книги.
   ѕрошло п€ть минут, и узник ни разу не шевельнулс€.
ѕ€тнадцатилетнее заключение научило его сидеть
неподвижно. Ѕанкир постучал пальцем в окно,
и узник не ответил на этот стук ни одним движением.
 “огда банкир осторожно сорвал с двери печати и вложил
ключ в замочную скважину. «аржавленный замок
издал хриплый звук, и дверь скрипнула. Ѕанкир
ожидал, что тотчас же послышитс€ крик удивлени€
и шаги, но прошло минуты три, и за дверью было
тихо по-прежнему. ќн решилс€ войти в комнату.
   «а столом неподвижно сидел человек, не похожий
на обыкновенных людей. Ёто был скелет, обт€нутый
кожею, с длинными жесткими кудр€ми и с косматой
бородой. ÷вет лица у него был желтый, с землистым
оттенком, щеки впалые, спина длинна€ и узка€, а
рука, которою он поддерживал свою волосатую голову,
была так тонка и худа, что на нее было жутко
смотреть. ¬ волосах его уже серебрилась седина, и,
гл€д€ на старчески изможденное лицо, никто не поверил
бы, что ему только сорок лет.ќн спал... ѕеред
его склоненною головой на столе лежал лист бумаги,
на котором было что-то написано мелким почерком.
   "∆алкий человек!- подумал банкир.- —пит и, веро€тно,
видит во сне миллионы! ј стоит мне только
вз€ть этого полумертвеца, бросить его на постель,
слегка придушить подушкой, и сама€ добросовестна€
экспертиза не найдет знаков насильственной смерти.
ќднако прочтем сначала, что он тут написал..."
   Ѕанкир вз€л со стола лист и прочел следующее:
общени€ с людьми. Ќо, прежде чем оставить эту
комнату и увидеть солнце, € считаю нужным сказать
вам несколько слов. ѕо чистой совести и перед богом,
который видит мен€, за€вл€ю вам, что € презираю
и свободу, и жизнь, и здоровье, и все то, что в
ваших книгах называетс€ благами мира.
   ѕ€тнадцать лет € внимательно изучал земную
жизнь. ѕравда, € не видел земли и людей, но в ваших
книгах € пил ароматное вино, пел песни, гон€лс€ в
лесах за олен€ми и дикими кабанами, любил женщин...
 расавицы, воздушные, как облако, созданные
волшебством ваших гениальных поэтов, посещали
мен€ ночью и шептали мне чудные сказки, от которых
пь€нела мо€ голова. ¬ ваших книгах € взбиралс€ на
вершины Ёльбруса и ћонблана и видел оттуда,как
по утрам восходило солнце и как по вечерам заливало
оно небо, океан и горные вершины багр€ным золотом;
€ видел оттуда, как надо мной, рассека€ тучи,
сверкали молнии; € видел зеленые леса, пол€, реки,
озера, города, слышал пение сирен и игру пастушеских
свирелей, ос€зал крыль€ прекрасных дь€волов,
прилетавших ко мне беседовать о боге... ¬ ваших книгах
€ бросалс€ в бездонные пропасти, творил чудеса,
убивал, сжигал города, проповедовал новые религии,
завоевывал целые царства...
   ¬аши книги дали мне мудрость. ¬се то, что веками
создавала неутомима€ человеческа€ мысль, сдавлено
в моем черепе в небольшой ком. я знаю, что €
умнее всех вас.
   » € презираю ваши книги, презираю все блага
мира и мудрость. ¬се ничтожно, бренно, призрачно
и обманчиво, как мираж. ѕусть вы горды, мудры и
прекрасны, но смерть сотрет вас с лица земли наравне
с подпольными мышами, а потомство ваше, истори€,
бессмертие ваших гениев замерзнут или сгор€т
вместе с земным шаром.
   ¬ы обезумели и идете не по той дороге. Ћожь
принимаете вы за правду и безобразие за красоту.
¬ы удивились бы, если бы вследствие каких-нибудь
обсто€тельств на €блон€х и апельсинных деревь€х
вместо плодов вдруг выросли л€гушки и €щерицы или
розы стали издавать запах вспотевшей лошади; так
€ удивл€юсь вам, промен€вшим небо на землю. я не
хочу понимать вас.
   „тоб показать вам на деле презрение к тому, чем
живете вы, € отказываюсь от двух миллионов, о которых
€ когда-то мечтал, как о рае, и которые теперь
презираю. „тобы лишить себ€ права на них, € выйду
отсюда за п€ть часов до условленного срока и таким
образом нарушу договор..."
   ѕрочитав это, банкир положил лист на стол, поцеловал
странного человека в голову, заплакал и вышел
из флигел€. Ќикогда в другое врем€, даже после
сильных проигрышей на бирже, он не чувствовал такого
презрени€ к самому себе, как теперь. ѕрид€ домой,
он лег в постель, но волнение и слезы долго
не давали ему уснуть...
   Ќа другой день утром прибежали бледные сторожа
и сообщили ему, что они видели, как человек, живущий
во флигеле, пролез через окно в сад, пошел к
воротам, затем кто-то скрылс€. ¬месте со слугами
банкир тотчас же отправилс€ во флигель и удостоверил
бегство своего узника. „тобы не возбуждать лишних
толков, он вз€л со стола лист с отречением и,
вернувшись к себе, запер его в несгораемый шкаф.

ѕј“–»ќ“ —¬ќ≈√ќ ќ“≈„≈—“¬ј
   ћаленький немецкий городок. »м€ этого городка
носит одна из известнейших целебных вод. ¬ нем
больше отелей, чем домов, и больше иностранцев,
чем немцев.
   ’орошее пиво, хорошеньких служанок и чудный вид вы
можете найти в отеле, сто€щем на краю (левом)
города, на высокой горе, в тени прелестнейшего
садика.
   ¬ один прекрасный вечер на террасе этого отел€, за
белым мраморным столиком, сидело двое русских. ќни
пили пиво и играли в шашки. ќба старательно лезли
"в дамки" и беседовали об успехах лечени€. ќба
приехали сюда лечитьс€ от большого живота и
ожирени€ печени.
   —квозь листву пахучих лип гл€дела на них немецка€
луна... ћаленький кокетливый ветерок нежно теребил
российские усы и бороды и вдувал в уши русских
толст€чков чуднейшие звуки. ” подножи€ горы играла
музыка. Ќемцы праздновали годовщину какого-то
немецкого событи€. ћолитвы не доносились до
вершины горы - далеко! ƒоносилась одна только
мелоди€... ћелоди€ меланхолическа€, сама€
разнемецка€, плакуча€, т€гуча€... —лушаешь ее - и
сладко ныть хочетс€...
   –усские лезли "в дамки" и задумчиво внимали. ќба
были в блаженнейшем настроении духа. Ўепот лип,
кокетливый ветерок, мелоди€ со своей меланхолией -
все это, вместе вз€тое, развезло их русские души.
   - ѕри такой обстановке, “арас »ваныч, хорошо
тово... любить, - сказал один из них. - ¬любитьс€
в какую-нибудь да по темной аллейке пройтись...
   - ћ-да...
   » наши русские завели речь о любви, о дружбе...
—ладкие мгновени€!  ончилось тем, что оба
незаметно, бессознательно оставили в покое пешки,
подперли свои русские головы кулаками и задумались.
   ћелоди€ становилась все слышнее и слышнее. —коро
она уступила свое место мотиву. —тали слышны не
только трубы и контрабасы, но и скрипки.
   –усские погл€дели вниз и увидели факельную
процессию. ѕроцесси€ двигалась вверх. —коро сквозь
липы блеснули красные огни факелов, послышалось
стройное пение, и музыка загремела над самыми
ушами русских. ћолодые девушки, женщины, солдаты,
бурши, старцы в мгновение наполнили длинную
стройную аллею, осветили весь сад и страшно
загалдели... —зади несли бочонки с пивом и вином.
—ыпали цветы и жгли разноцветные бенгальские огни.
   –усские умилились духом. » им захотелось
участвовать в процессии. ќни вз€ли свои бутылки и
смешались с толпой. ѕроцесси€ остановилась на
пол€нке за отелем. ¬ышел на средину какой-то
старичок и сказал что-то. ≈му аплодировали.
 акой-то бурш взобралс€ на стол и произнес
трескучую речь. «а ним - другой, третий,
четвертый... √оворили, взвизгивали, махали
руками...
   ѕетр ‘омич умилилс€. ¬ груди его стало светло,
тепло, уютно. ѕри виде говор€щей толпы самому
хочетс€ говорить. –ечь заразительна. ѕетр ‘омич
протискалс€ сквозь толпу и остановилс€ около
стола. ѕомахав руками, он взобралс€ на стол. ≈ще
раз помахал руками. Ћицо его побагровело. ќн
покачнулс€ и закричал коснеющим, пь€ным €зыком:
"–еб€та! Ќе... немцев бить!"
   —частье его, что немцы не понимают по-русски!

ѕ≈–≈∆»“ќ≈
   Ѕыл Ќовый год. я вышкл в переднюю.
    “ам, кроме швейцара, сто€ло еще несколько наших:
»ван »ванович, ѕетр  узьмич, ≈гор —идорыч... ¬се пришли
расписатьс€ на листе, который величаво возлегал
на столе (Ѕумага, впрочем, была из дешевых, N 8.)
   я взгл€нул на лист. ѕодписей было слишком много и...
о лицемерие! ќ двуличие! √де вы, росчерки, подчерки,
закорючки, хвостики? ¬се буквы кругленькие, ровненькие,
гладенькие, точно розовые щечки. ¬ижу знакомые
имена, но не узнаю их. Ќе переменили ли эти господа
свои почерки?
   я осторожно умакнул перо в чернильницу, неизвестно
чего ради сконфузилс€, притаил дыхание и осторожно
начертил свою фамилию. ќбыкновенно € никогда
в своей подписи не употребл€л конечного "ера", теперь
же употребил: начал его и закончил.
   - ’очешь, € теб€ погублю? - услышал € около
своего уха голос и дыхание ѕетра  узьмича.
   -  аким образом?
   - ¬озьму и погублю. ƒа. ’очешь? ’е-хе-хе.
   - «десь нельз€ сме€тьс€, ѕетр  узьмич. Ќе забывайте,
где вы находитесь. ”лыбки менее чем уместны.
»звините, но € полагаю... Ёто профанаци€, неуважение,
так сказать...
   - ’очешь € теб€ погублю?
   -  аким образом? - спросил €.
   - ј таким...  ак мен€ п€ть лет тому назад фон
 л€узен погубил... ’е-хе-хе. ќчень просто... ¬озьму
около твоуй фамилии и поставлю закорючку. –осчерк
сделаю. ’е-хе-хе. “вою подпись неуважительной сделаю.
’очешь?
   я побледенел. ƒействительно, жизнь мо€ была в руках
этого человека с сизым носом. я погл€дел с бо€знью и с
некоторым уважением на его зловещие глаза...
    ак мало нужно дл€ того, чтобы сковырнуть человека !
   - »ли капну чернилами около твоей подписи.
 л€ксу сделаю... ’очешь?
   Ќаступило молчание... ќн с сознанием своей силы,
величавый, гордый, с губительным €дом в руке, € с сознанием
своего бессили€, жалкий, готовый погибнуть -
оба молчали... ќн впилс€ в мое бледное лицо своими
буркалами. € избегал его взгл€да.
   - я пошутил,- сказал он наконец.- Ќе бойс€.
   - ќ, благодарю вас! - сказал € и, полный благодарности,
пожал ему руку.
   - ѕошутил... ј все-таки могу... ѕомни... —тупай...
ѕокедова пошутил... ј там, что бог даст...

ѕ≈–≈ѕ”“јЌЌџ≈ ќЅЏя¬Ћ≈Ќ»я
   — предлагаемыми объ€влени€ми случилс€ на праздниках
маленькийскандал, не имеющий, впрочем, особенной
важности и не предусмотренный законодателем:
набрав их и собира€ в гранки, наборщик уронил весь
шрифт на пол. √ранки смешались и вышла путаница,
не имеюща€, впрочем, уголовного характера. ¬от что
получилось по тиснении:
   “рехэтажный дворник ищет места гувернантки.
   "÷веты и змеи" Ћ.».ѕальмина с прискорбием извещают
родных и знакомых о кончине супруга и отца
своего камер-юнкера ј. .ѕустоквасова.
   — дозволени€ начальства сбежал пудель фабрики
—иу и   .
   ∆еребец вороной масти, скаковой, специалист по
женским и нервным болезн€м, дает уроки фехтовани€.
   ќбщество пароходства "—амолет" ищет места горничной.
   –едакци€ журнала "Ќива" имеет дл€ рожениц отдельные
комнаты. —екрет и удобства. ƒети и нижние
чины плат€т половину. ѕрос€т не трогать руками.
    онкурсное правление по делам о несосто€тельности
купца  ричалова продает за ненадобностью рак
желудка и костоеду.
   ѕо случаю ненастной погоды зубной врач  рахтер
вставл€ет зубы.ѕанихиды ежедневно.
   Ќовость! —тудент-математик с золотой медалью,
наход€сь в бедственном положении, предлагает почтеннейшей
публике белье и приданое. ќбеды и завтраки
по разнообразнейшим меню.
   — 1-го феврал€ будет выходить без предваительной
цензуры акушерка ƒылдина. ¬с€ка€ подделка строго
преследуетс€ законом.

ѕ–»«Ќј“≈Ћ№Ќџ… Ќ≈ћ≈÷
   я знал одного признательного немца.
   ¬первые встретил € его во ‘ранкфурте-на-ћайне.
ќн ходил по Dummstrasse и водил обезь€нку. Ќа лице
его были написаны голод, любовь к отечеству и покорность
судьбе. ќн жалобно пел, а обезь€нка пл€сала.
я сжалилс€ над ним и дал им талер.
   - ќ, благодарю вас! - сказал мне немец, прижима€
к груди талер.- Ѕлагодарю! ƒо могилы не забуду
вашего пода€ни€!
   ¬о второй раз € встретил этого немца во ‘ранкфурте-на-ќдере.
ќн ходил по Eselstrasse и продавал жареные
сосиска. «авидев мен€, он прослезилс€, подн€л
глаза к небу и сказал:
   - ќ, благодарю вас, майн герр! я никогда не забуду
того талера, кототорым вы спасли от голода мен€
и мою покойную обезь€ну! ¬аш талер тогда дал нам
комфорт!
   ¬ третий раз € встретил его в –оссии (in diesem Russland.)
«десь он преподавал русским дет€м древние €зыки,
тригонометрию и теорию музыки. ¬ свободное от
уроков врем€ он искал себе место директора железной
дороги.
   - ќ, € помню вас! - сказал он мне, пожима€ мою
руку.- ¬се русские люди нехорошие люди, но вы исключение.
я не люблю русских, но о вас и вашем талере
буду помнить до могилы!
   Ѕольше мы с ним не встречались.

ѕ–ќ“≈ ÷»я
   ѕо Ќевскому шел маленький, сморщенный старичок с
орденом на шее. «а ним вприпрыжку следовал
маленький молодой человек с кокардой и лиловым
носиком. —таричок был нахмурен и сосредоточен,
молодой человек озабоченно мигал глазками и,
казалось, собиралс€ плакать. ќба шли к ≈влампию
—тепановичу.
   - я не виноват, д€денька! - говорил молодой
человек, едва поспева€ за старичком. - ћен€
понапрасну уволили. ƒр€ньковский больше мен€ пьет,
однако же его не уволили! ќн каждый день €вл€лс€ в
присутствие пь€ным, а € не каждый день. Ёто така€
несправедливость от его превосходительства,
д€денька, что и выразить вам не могу!
   - ћолчи... —винь€!
   - √м... Ќу, пущай € буду свинь€, хоть у мен€ и
самолюбие есть. ћен€ не за пь€нство уволили, а за
портрет. ѕодносили ему наши альбом с карточками.
¬се снимались, и € снималс€, но мо€ карточка не
сгодилась, д€денька. √лаза выпученные вышли и руки
растопырены. Ќоса у мен€ никогда такого длинного
не было, как на карточке вышло. я и постыдилс€
свою карточку в альбом вставл€ть. ¬едь у его
превосходительства дамы бывают, портреты рассматривают,
а € не желаю себ€ перед дамами компрометировать. ћо€
наружность не красива€, но привлекательна€, а на карточке
какой-то шут вышел. ≈влампий —тепаныч и обиделись,
что моей карточки нет. ѕодумали, что € из гордости
или вольномысли€... ј какое у мен€ вольномыслие? я
и в церковь хожу, и постное ем, и носа не задираю,
как ƒр€ньковский. «аступитесь, д€денька! ¬ек буду
бога молить! Ћучше в гробу лежать, чем без места
шл€тьс€.
   —таричок и его спутник повернули за угол, прошли
еще три переулка и наконец дернули за звонок у
двери ≈влампи€ —тепановича.
   - “ы здесь посиди, - сказал старичок, войд€ с
молодым человеком в приемную, - а € к нему пойду.
»з-за теб€ беспокойства одни только. Ѕолван...
—тань и стой тут... ƒр€нь...
   —таричок высморкалс€, поправил на шее орден и
пошел в кабинет. ћолодой человек осталс€ в
приемной. —ердце его застучало.
   "ќ чем они там говор€т? - подумал он, холоде€ и
перемина€сь от тоски с ноги на ногу, когда из
кабинета донеслось к нему бормотанье двух
старческих голосов. - —лушает ли он д€деньку?"
   Ќе вынос€ известности, он подошел к двери и
приложил к ней свое большое ухо.
   - Ќе могу-с! - услышал он голос ≈влампи€
—тепановича. - ¬ерьте богу, не могу-с! я вас
уважаю, друг € вам. ѕрохор ћихайлыч, на все дл€
вас готов, но... не могу-с! » не просите!
   - я согласен с вами, ваше превосходительство, это
испорченный мальчишка. Ќе стану этого отрицать и
скажу даже вам как другу и благодетелю, что мало
того, что он пь€ница. Ёто было еще ничего-с. Ќе
негод€й! » уворует, ежели что плохо лежит, и
подчистить мастер, и на€бедничать готов... “акой
паршивец, что и выразить вам не могу! ¬ы ему
сегодн€ одолжение делаете, а завтра он донос на
вас пишет. —волочь человек... ћне его нисколько не
жалко.  оли бы мо€ вол€, € бы его давно к черт€м
на кулички... Ќо мне, ваше - ство, мать его жалко!
ƒл€ матери только и прошу. ќбокрал, подлец, мать,
пропил все...
   ћолодой человек отошел от двери и прошелс€ по
приемной. „ерез п€ть минут он оп€ть подошел к
двери и приложил ухо.
   - ƒл€ старушечки сделайте, ваше - ство, - говорил
д€д€. - ќна с тоски умирает, что ее подлец без
дела ходит.
   - Ќу, ладно, так и быть. “олько с условием: чуть
что малейшее, сейчас же вон!
   - —ейчас и выгон€йте, ежели что, подлеца этакого.
   ћолодой человек отошел от двери и зашагал по
приемной.
   - ћолодец д€дька! - прошептал он, в восторге
потира€ руки. - “рогательно расписывает!
Ќеобразованный человек, а как все это умно у него
выходит...
   »з кабинета показалс€ д€д€.
   - “еб€ прин€ли, - сказал он угрюмо. - ƒр€нь...
ѕойдем.
   - Ѕлагодарю вас, д€денька! - вздохнул молодой
человек, мига€ глазами, полными благодарности, и
целу€ руку. - Ѕез вашей протекции € давно бы
пропал...
   ќба вышли на улицу и зашагали к себе домой.
—таричок был нахмурен и сосредоточен, молодой
человек си€л и был весел.

–ј—— ј«,  ќ“ќ–ќћ” “–”ƒЌќ
ѕ
ќƒќЅ–ј“№ Ќј«¬јЌ»≈
   Ѕыл праздничный полдень. ћы, в количестве двадцати
человек, сидели за большим столом и наслаждались
жизнью. Ќаши пь€ненькие глазки покоились
на прекрасной икре, свежих омарах, чудной семге и на
массе бутылок, сто€вших р€дами почти во всю длину
стола. ¬ желудках было жарко, или, выража€сь по-арабски,
всходили солнца. ≈ли и повтор€ли. –азговоры
вели либеральные... √оворили мы о... ћогу €, читатель,
поручитьс€ за вашу скромность? √оворили не о клубнике,
не о лошад€х... нет! ћы решали вопросы. √оворили
о мужике, ур€днике, рубле... (не выдайте, голубчик!).
ќдин вынул из карамана бумажечку и прочел
стихи, в которых юмористически советуетс€ брать с
обывателей за смотрение двум€ глазами дес€ть рублей,
а за смотрение одним - п€ть рублей, со слепых
же ничего не брать. Ћюбостр€жаев (‘едор јндреич),
человек обыкновенно смирный и почтительный, на этот
раз поддалс€ общему течению. ќн сказал: "≈го превосходительство
»ван ѕрохорыч така€ дылда... така€
дылда!" ѕосле каждой фразы мы восклицали "Pereat!"
—овратили с пути истины и официантов, заставив их выпить
за фатернитэ... “осты были шипучие, забористые,
самые возмутительные! я, например, провозгласил тост
за процветание ест... - могу € поручитьс€ за вашу
скромность?..- естественных наук.
    огда подали шампанское, мы попросили губернского
секретар€ ќтт€гаева, нашего –енана и —пинозу, сказать
речь ѕоломавшись малость, он согласилс€ и, огл€нувшись
на дверь, сказал:
   - “оварищи! ћежду нами нет ни старших, ни младших!
я, например, губернский секретарь, не чувствую
ни малейшего поползновени€ показывать свою власть
над сид€щими здесь коллежскими регистраторами и
в то же врем€, надеюсь, здесь сид€щие титул€рные и
надворные не гл€д€т на мен€, как на какую-нибудь чепуху.
ѕозвольте же мне... ћмм... Ќет, позвольте... ѕогл€дите
вокруг! „то мы видим?
   ћы погл€дели вокруг и увидели почтительно улыбающиес€
холуйские физиономии.
   - ћы видим,- продолжал оратор, огл€нувшись на
дверь, - муки, страдани€...  ругом кражи, хищени€,
воровства, грабительства, лихоимства...  руговое пь€нство...
ѕритеснени€ на каждом шагу... —колько слез!
—колько страдальцев! ѕожалеем их, за... заплачем...
(ќратор начинает слезоточить.) «аплачем и выпьем за...
   ¬ это врем€ скрипнула дверь.  то-то вошел. ћы
огл€нулись и увидели маленького человечка с большой
лысиной и с менторской улыбочкой на губах. Ётот человек
так знаком нам! ќн вошел и остановилс€, чтобы
дослушать тост.
   - ... заплачем и выпьем, - продолжал оратор, возвысив
голос, - за здоровье нашего начальника, покровител€ и
благодетел€, »вана ѕрохорыча ’алчадаева!
”рраааа!
   - ”рраааа! - загорланили все двадцать горл, и
по всем двадцати сладкой струйкой потекло шампанское...
   —таричок подошел к столу и ласково закивал нам
головой. ќн, видимо, был в восторге.

–≈„№ » –≈ћ≈Ўќ 
   ќн собрал нас к себе в кабинет и голосом, дрожащим
от слез, трогательным, нежным, при€тельским, но не
допускающим возражений, сказал нам речь.
   - я знаю все,- сказал он.- ¬се! ƒа! Ќасквозь
вижу. я давно уже заметил этот, так сказать э... э... э...
дух, атмосферу, дуновение. “ы, ÷ицюльский, читаешь
ўедрина, ты, —пичкин, читаешь тоже что-то такое.
¬се знаю. “ы, “упоносов, сочин€ешь... тово... статьи,
там, вс€кие... и вольно держишь себ€. √оспода! ѕрошу
вас! ѕрошу не как начальник, а как человек...
¬ наше врем€ нельз€ так. Ћиберализм этот
должен исчезнуть.
   √оворил он в таком роде очень долго. ѕрон€л всех
нас, прон€л теперешнее направление, похвалил науки и
искусства, с оговоркой о пределе и рамках, из коих наукам
выходить нельз€ и упом€нул о любви матерей...
ћы бледнели, краснели и слушали. ƒуша наша мылась
в его словах. Ќам хотелось умереть от раска€ни€.
Ќам хотелось облобызать его, пасть ниц... зарыдать...
я гл€дел в спину архивариуса, и мне казалось, что
эта спина не плачет только потому, что боитьс€ нарушить
общественную тишину.
   - »дите! - кончил он. я все забыл! я не злопам€тен...
я... €... √оспода! »стори€ говорит нам... ћне
не верите, верьте истории... »стори€ говорит нам...
   Ќо увы! ћы не узнали, что говорит нам истори€.
√олос его задрожал, на глазах сверкнули слезы, вспотели
очки. ¬ тот же самый момент послышались всхлипывани€:
то рыдал ÷ицюльский. —пичкин покраснел,
как вареный рак. ћы полезли в карманы за платками.
ќн замигал глазками и тоже полез за платком.
  - »дите! - залепетал он плачущим голосом.- ќставьте
мен€! ќставьте... ћмда...
   Ќо увы! ¬ыньте из часов маленький винтик или
бросьте вы в них ничтожную песчинку - и останов€тс€
часы. ¬печатление, произведенное речью, исчезло
как дым, у самых дверей своего апоге€. јпофеоз
не удалс€ ... и благодар€ чему же. Ќичтожеству!
   ќн полез в задний карман и вместе с платком вытащил
оттуда какой-то ремешок. Ќеча€нно, разумеетс€.
–емешок, маленький, гр€зненький, заскорузлый, поболталс€
в воздухе  змейкой и упал к ногам архивариуса.
јрхивариус подн€л его обеими руками и с почтительным
содраганием во всех членах положил на стол.
   - –емешок-с,- прошептал он.
   ÷ицюльский улыбнулс€. «аметив его улыбку, €,
и сам того не жела€, прыснул в кулак... как дурак,
как мальчишка! «а мной прыснул —пичкин, за ним “рехкапитанский
- и все погибло! –ухнуло здание.
   - “ы чего же это смеешьс€. - услышал € громовой голос.
   Ѕатюшки-светы! √л€жу: его глаза гл€д€т на мен€,
только на мен€... в упор!
   - √де ты находишьс€! ј! “ы в портерной! ј! «абываешьс€!
ѕодавай в отставку! ћне либералов не надо.

–ќћјЌ —  ќЌ“–јЅј—ќћ
   ћузыкант —мычков шел из города на дачу кн€з€
Ѕибулова, где по случаю сговора "имел быть" вечер с
музыкой и танцами. Ќа спине его покоилс€ огромный
контрабас в кожаном футл€ре. Ўел —мычков по берегу
реки, катившей свои прохладные воды хот€ не
величественно, но зато весьма поэтично.
   "Ќе выкупатьс€ ли?"- подумал он.
   Ќе долго дума€, он разделс€ и погрузил свое тело
в прохладные струи. ¬ечер был великолепный. ѕоэтическа€
душа —мычкова стала настраиватьс€ соответственно
гармонии окружающего. Ќо какое сладкое
чувство охватило его душу, когда, отплыв шагов на сто в
сторону, он увидел красивую девушку, сидевшую на
крутом берегу и удившую рыбу. ќн притаил дыхание
и замер от наплыва разнородных чувств: воспоминани€
детства, тоска о минувшем, проснувша€с€ любовь...
Ѕоже, а ведь он думал, что он уже не в состо€нии любить!
ѕосле того как он потер€л веру в человечество
(его гор€чо любима€ жена бежала с его другом, фаготом
—обакиным), грудь его наполнилась чувством
пустоты, и оно стал мизантропом.
   "„то такое жизнь?- не раз задавал он себе вопрос.
- ƒл€ чего мы живем? ∆изнь есть миф, мечта...
чревовещение..."
   Ќо сто€ перед сп€щей красавицей (нетрудно было
заметить, что она спала), он вдруг, вопреки своей воле,
почувствовал в груди нечто похожее на любовь. ƒолго
он сто€л перед ней, пожира€ ее глазами...
   "Ќо довольно...- подумал он. испустив глубокий вздох.
- ѕрощай, чудное виденье! ћне уже пора идти
на бал к его си€тельству..."
   » еще раз взгл€нув на красавицу, он хотел уже
плыть назад, как в голове его мелькнула иде€.
   "Ќадо оставить ей о себе пам€ть!- подумал он.-
ѕрицеплю ей что-нибудь к удочке. Ёто будет сюрпризом
от "неизвестного".
   —мычков тихо подплыл к берегу, нарвал большой
букет полевых и вод€ных цветов и, св€зав его стебельком
лебеды, прицепил к удочке.
   Ѕукет подошел ко дну и увлек за собой красивый поплавок.
   Ѕлагоразумие, законы природы и социальное положение
моего геро€ требуют, чтобы роман кончилс€ на этом самом
месте, но - увы!- судьба автора неумолима: по
независ€щим от автора обсто€тельствам роман не кончилс€
букетом. ¬опреки здравому смыслу  и природе вещей
бедный и незнатный контрабасист  должен был сыграть
в жизни знатной и богатой красавицы важную роль.
   ѕодплыв к берегу, —мычков был поражен: он не
увидел своей одежды. ≈е украли... Ќеизвестные злодеи,
пока он любовалс€ красавицей, утащили все, кроме
контрабаса и цилиндра.
   - ѕрокл€тие!- воскликнул —мычков.- ќ люди,
порождение ехидны! Ќе столько возмущает мен€ лишение
одежды (ибо одежда тленна), сколько мысль, что
мне придетс€ идти нагишом и тем преступить против
общественной нравственности.
   ќн сел на футл€р с контрабасом и стал искать выхода
из своего ужасного положени€.
   "Ќе идти же голым к кн€зю Ѕибулову!- думал
он.- “ам будут дамы! ƒа и к тому же воры вместе
с брюками украли и находившийс€ в них канифоль!"
   ќн думал долго, мучительно, до боли в висках.
   "Ѕа!- вспомнил он наконец.- Ќедалеко от берега
в кустарнике есть мостик... ѕока настанет темнота, €
могу просидеть под этим мостиком, а вечером, в потемках,
проберусь до первой избы..."
   ќстановившись на этой мысли, —мычков надел цилиндр,
взвалил на спину контрабас и поплелс€ к кустарнику.
Ќагой, с музыкальным инструментом на
спине, он напоминал некоего древнего мифического полубога.
   “еперь, читатель, пока мой герой сидит под мостом
и предаетс€ скорби, оставим его на некоторое врем€ и
обратимс€ к девушке, удившей рыбу. „то сталось с
нею?  расавица, проснувшись и не увидев на воде поплавка,
поспешила дернуть за леску. Ћеска т€нулась,
но крючок и поплавок не показались из воды. ќчевидно,
букет —мычкова размок в воде, разбух и стал
т€жел.
   "»ли больша€ рыба поймалась,- подумала девушка,
- или же удочка зацепилась".
   ѕодергав  еще немного за леску, девушка решила,
что крючок зацепилс€.
   " ака€ жалость!- подумала она.- ј вечером так
хорошо клюет! „то делать?"
   », не долго дума€, эксцентрична€ девушка сбросила
с себ€ эфирные одежды и погрузила прекрасное тело в
струи по самые мраморные плечи. Ќе легко было отцепить
крючок от букета, в который впуталась леска, но
терпение и труд вз€ли свое. „ерез какие-нибудь четверть
часа красавица, си€юща€ и счастлива€, выходила
из воды, держа в руке крючок.
   Ќо зла€ судьба стерегла ее. Ќегод€и, укравшие
одежду —мычкова, похитили и ее платье, оставив ей
только банку с черв€ками.
   "„то же мне теперь делать?- заплакала она.-
Ќеужели идти в таком виде? Ќет, никогда! Ћучше
смерть! я подожду, пока стемнеет; тогда, в темноте,
€ дойду до тетки јгафьи и пошлю ее домой за платьем...
ј пока пойду спр€чусь под мостик".
   ћо€ героин€, выбира€ траву повыше и нагиба€сь,
побежала к мостику. ѕролеза€ под мостик, она увидела
там нагого человека с музыкальной гривой и волосатой
грудью, вскрикнула и лишилась чувств.
   —мычков тоже испугалс€. —начала он прин€л девушку
за на€ду.
   "Ќе речна€ ли это сирена, пришедша€ увлечь мен€?-
подумал он, и это предположение польстило ему, так
как он всегда был высокого мнени€ о своей наружности.
- ≈сли же она не сирена, а человек, то как
объ€снить это странное видоизменение? «ачем она
здесь, под мостом? » что с ней?"
   ѕока он решал эти вопросы, красавица приходила
в себ€.
   - Ќе убивайте мен€!- прошептала она.- я кн€жна
Ѕибулова. ”мол€ю вас! ¬ам дадут много денег!
—ейчас € отцепл€ла в воде крючок и какие-то воры
украли мое новое платье, ботинки и все!
   - —ударын€!- сказал —мычков умол€ющим голосом.
- » у мен€ также украли мое платье.   тому же
они вместе с брюками утащили и находившийс€ в них
канифоль!
   ¬се играющие на контрабасах и тромбонах обыкновенно
ненаходчивы; —мычков же был при€тным исключением.
   - —ударын€!- сказал он немного погод€.- ¬ас,
€ вижу, смущает мой вид. Ќо, согласитесь, мне нельз€
уйти отсюда, на тех же основани€х, как и вам. я вот
что придумал: не угодно ли вам будет лечь в футл€р
моего контрабаса и укрытьс€ крышкой? Ёто скроет
мен€ от вас...
   —казавши это, —мычков вытащил из футл€ра контрабас.
ћинуту казалось ему, что он, уступа€ футл€р,
профанирует св€тое искусство, но колебание было
непродолжительно.  расавица легла в футл€р и
свернулась калачиком, а он зат€нул ремни и
стал радоватьс€, что природа одарила его таким умом.
   - “еперь, сударын€, вы мен€ не видите,- сказал он.-
Ћежите здесь и будьте покойны.  огда станет
темно, € отнесу вас в дом ваших родителей. «а контрабасом
же € могу прийти сюда и потом.
   — наступлением потемок —мычков взвалил на плечи
футл€р с красавицей и поплелс€ к даче Ѕибулова. ѕлан
у него был такой: сначала он дойдет до первой избы и
обзаведетс€ одеждой, потом пойдет далее...
   "Ќет худа без добра...- думал он, взбудоражива€
пыль босыми ногами и сгиба€сь под ношей.- «а то
теплое участие, которое € прин€л в судьбе кн€жны,
Ѕибулов наверно щедро наградит мен€".
   - —ударын€, удобно ли вам?- спрашивал он тоном
cavalier galant, приглашающего на кадриль.-
Ѕудьте любезны. не церемоньтесь и располагайтесь
в моем футл€ре, как у себ€ дома!
   ¬друг галантному —мычкову показалось, что впереди
его, окутанные темнотою, идут две человеческие
фигуры. ¬гл€девшись пристальней, он убедилс€, что
это не оптический обман: фигуры действительно шли и
даже несли в руках какие-то узлы...
   "Ќе воры ли это!- мелькнуло у него в голове.-
ќни что-то несут. ¬еро€тно, это наше платье!"
   —мычков положил у дороги футл€р и погналс€ за
фигурами.
   - —той!- закричал он.- —той! ƒержи.
   ‘игуры огл€нулись и, заметив погоню, стали улепетывать...
 н€жна еще долго слышала быстрые шаги
и крики: "стой!" Ќаконец все смолкло.
   —мычков увлекс€ погоней, и, веро€тно, красавице
пришлось бы еще долго пролежать в поле у дороги,
если бы не счастлива€ игра случа€. —лучилось, что в
ту пору по той же дороге проходили на дачу Ѕибулова
товарищи —мычкова, флейта ∆учков и кларнет –азмахайкин.
—поткнувшись о футл€р, оба они удивленно
перегл€нулись и развели руками.
   -  онтрабас!- сказал ∆учков.- Ѕа, да это контрабас
нашего —мычкова! Ќо как он сюда попал?
   - ¬еро€тно, что-нибудь случилось со —мычковым,-
решил –азмахайкин.- »ли он напилс€, или же его
ограбили... ¬о вс€ком случае, оставл€ть здесь контрабас
не годитс€. ¬озьмем его с собой.
   ∆учков взвалил себе на спину футл€р, и музыканты
пошли дальше.
   - „ерт знает, кака€ т€жесть!- ворчал всю дорогу
флейта.- Ќи за что на свете не согласилс€ бы играть
на таком идолище... ”ф!
   ѕрид€ на дачу к кн€зю Ѕибулову, музыканты положили
футл€р на мете, отведенном дл€ оркестра,
и пошли к буфету.
   ¬ это врем€ на даче уже зажигали люстры и бра.
∆ених, надворный советник Ћакеич, красивый и симпатичный
чиновник ведомства путей сообщени€, сто€л
посреди залы и, заложив руки в карманы, беседовал
с графом Ўкаликовым. √оворили о музыке.
   - я, граф,- говорил Ћакеич,-в Ќеаполе был
лично знаком с одним скрипачом, который творил буквально
чудеса. ¬ы не поверите! Ќа контрабасе... на
обыкновенном контрабасе он выводил такие чертовские
трели, что просто ужас! Ўтраусовские вальсы играл!
   - ѕолноте, это невозможно...- усумнилс€ граф.
   - ”вер€ю вас! ƒаже листовскую рапсодию исполн€л!
я жил с ним в одном номере и даже от нечего делать
выучилс€ у него играть на контрабасе рапсодию Ћиста.
   - –апсодию Ћиста... √м!.. вы шутите...
   - Ќе верите?- засме€лс€ Ћакеич.- “ак € вам докажу
сейчас!ѕойдемте в оркестр.
   ∆ених и граф направились к оркестру. ѕодойд€
к контрабасу, они стали быстро разв€зывать ремни... и -
о ужас!
   Ќо тут, пока читатель, давший волю своему воображению,
рисует исход музыкального спора, обратимс€ к
—мычкову... Ѕедный музыкант, не догнавши воров и
вернувшись к тому месту, где он оставил футл€р, не
увидел драгоценной ноши. “ер€€сь в догадках, он несколько
раз прошелс€ взад и вперед по дороге и, не найд€
футл€ра, решил, что он попал не на ту дорогу...
   'Ёто ужасно!- думал он, хвата€ себ€ за волосы и
ледене€.- ќна задохнетс€ в футл€ре! я убийца!"
   ƒо самой полуночи —мычков ходил по дорогам и
искал футл€р, но под конец, выбившись из сил, отправилс€
под мостик.
   - ѕоищу на рассвете,- решил он.
   ѕоиски во врем€ рассвета дали тот же результат, и
—мычков решил подождать под мостом ночи...
   - я найду ее!- бормотал он, снима€ цилиндр и хвата€
себ€ за волосы.- ’от€ бы год искать, но € найду ее!
......
   » теперь еще кресть€не, живущие в описанных местах,
рассказывают, что ночами около мостика можно
видеть какого-то голого человека, обросшего волосами
и в цилиндре. »зредка из-под мостика слышитс€ хрипение
контрабаса.

—јѕќ√»
   ‘ортепианный настройщик ћуркин, бритый человек
с желтым лицом, табачным носом и с ватой в
ушах, вышел из своего номера в коридор и дребезжащим
голосом прокричал:
   - —емен!  оридорный!
   », гл€д€ на его испуганное лицо, можно было подумать,
что на него свалилась штукатурка или что
он только что у себ€ в номере увидел привидение.
   - ѕомилуй, —емен!- закричал он, увидев бегущего
к нему коридорного.- „то же это такое? я человек
ревматический, болезненный, а ты заставл€ешь
мен€ выходить босиком! ќтчего ты до сих пор не даешь
мне сапог? √де они?
   —емен вошел в номер ћуркина, погл€дел на то
место, где он имел обыкновение ставить вычещенные
сапоги, и почесал затылок: сапог не было.
   - √де же им быть, прокл€тым?- проговорил —емен.
- ¬ечером, кажись, чистил и тут поставил... √м!..
¬черась, признатьс€, выпивши был... ƒолжно полагать,
в другой номер поставил. »менно так и есть,
јфанасий ≈горыч, в другой номер! —апог-то много, а
черт их в пь€ном виде разберет, ежели себ€ не помнишь...
ƒолжно, к барыне поставил, что р€дом живет...
к актрисе...
   - »зволь € теперь из-за теб€ идти к барыне беспокоить!
»зволь вот из-за пуст€ка будить честную
женщину!
   ¬здыха€ и кашл€€, ћуркин подошел к двери соседнего
номера и осторожно постучал.
   -  то там?- послышалс€ через минуту женский
голос.
   - Ёто €-с!- начал жалобным голосом ћуркин,
станов€сь в позу кавалера, говор€щего с великосветской
дамой.- »звините за беспокойство, сударын€, но
€ человек болезненный, ревматический... ћне, сударын€,
доктора велели ноги в тепле держать, тем более
что мне сейчас нужно идти настраивать ро€ль к
генеральше Ўевелицыной. Ќе могу же € к ней босиком
идти!..
   - ƒа вам что нужно?  акой ро€ль?
   - Ќе ро€ль, сударын€, а в отношении сапог! Ќевежда
—емен почистил мои сапоги  и по ошибке поставил
в ваш номер. Ѕудьте, сударын€, столь достолюбезны,
дайте мне мои сапоги!
   ѕослышалось шуршанье, прыжок с кровати и шлепанье
туфель, после чего дверь слегка отворилась, и
пухла€ женска€ ручка бросила к ногам ћуркина пару
сапог. Ќастройщик поблагодарил и отправилс€ к
себе в номер.
   - —транно...- пробормотал он, надева€ сапог.
- —ловно как будто это не правый сапог. ƒа тут два
левых сапога! ќба левые! ѕослушай, —емен, да это
не мои сапоги! ћои сапоги с красными ушками и без
латок, а это какие-то порванные, без ушек!
   —емен подн€л сапоги, перевернул их несколько
раз перед своими глазами и нахмурилс€.
   - Ёто сапоги ѕавла јлександрыча...- проворчал
он, гл€д€ искоса.
   ќн был кос на левый глаз.
   -  акого ѕавла јлександрыча?
   - јктера... каждый вторник сюда ходит... —тало
быть, это он вместо своих ваши надел... я к ней в номер
поставил, значит, обе пары: его и ваши.  омисси€!
   - “ак поди и перемени!
   - «равствуйте!- усмехнулс€ —емен.- ѕоди и
перемени... ј где ж мне вз€ть его теперь? ”ж час времени,
как ушел... ѕоди ищи ветра в поле!
   - √де же он живет?
   - ј кто ж его знает! ѕриходит сюда каждый
вторник, а где живет - нам неизвестно. ѕридет, переночует,
и жди до другого вторника...
   - ¬от видишь, свинь€, что ты наделал! Ќу, что
мне теперь делать! ћне к генеральше Ўевелицыной
пора, анафема ты этака€! ” мен€ ноги оз€бли!
   - ѕеременить сапоги недолго. Ќаденьте эти сапоги,
походите в них до вечера, а вечером в театр...
јктера Ѕлистанова там спросите... ≈жели в театр не
хотите, то придетс€ до того вторника ждать. “олько
по вторникам сюда и ходит...
   - Ќо почему же тут два левых сапога?- спросил
настройщик, брезгливо бер€сь за сапоги.
   -  акие бог послал, такие и носит. ѕо бедности...
√де актеру вз€ть?.. "ƒа и сапоги же, говорю, у вас,
ѕавел јлександрыч! „иста€ срамота!" ј он и говорит:
"”молкни, говорит, и бледней! ¬ этих самых сапогах,
говорит, € графов и кн€зей играл!" „удной народ!
ќдно слово, артист. Ѕудь € губернатор или какой
начальник, забрал бы всех этих актеров - и в
острог.
   Ѕесконечно крехт€ и морщась, ћуркин нат€нул на
свои ноги два левых сапога и, прихрамыва€, отправилс€
к генеральше Ўевелицыной. ÷елый день ходил
он по городу, настраивал фортепиано, и целый
день ему казалось, что весь мир гл€дит на его ноги и видит на
них сапоги с латками и с покосившимис€ каблуками!
 роме нравственных мук, ему пришлось еще испытать
и физические: он натер себе мозоль.
   ¬ечером он был в театре. ƒавали "—инюю Ѕороду".
“олько перед последним действием, и то благодар€
протекции знакомого флейтиста, его пустили за
кулисы. ¬ойд€ в мужскую уборную, он застал в ней
весь мужской персонал. ќдни переодевались, другие
мазались, третьи курили. —ин€€ Ѕорода сто€л с королем
Ѕобешом и показывал ему револьвер.
   -  упи!- говорил —ин€€ Ѕорода.- —ам купил в
 урске по случаю за восемь, ну, а тебе отдам за
шесть... «амечательный бой!
   - ѕоосторожней... «ар€жен ведь!
   - ћогу ли € видеть господина Ѕлистанова?-
спросил вошедший настройщик.
   - я самый!- повернулс€ в нему —ин€€ Ѕорода.-
„то вам угодно?
   - »звините, сударь, за беспокойство,- начал настройщик
умолкающим голосом,- но, верьте... € человек
болезненный, ревматический... ћне доктор приказали
ноги в тепле держать...
   - ƒа вам, собственно говор€, что угодно?
   - ¬идите ли-с...- продолжал настройщик, обраща€сь к
—иней Ѕороде.- “ого-с... эту ночь вы изволили
быть в меблированных комнатах купца Ѕухтеева...
в шестьдес€т четвертом номере...
   - Ќу, что врать-то!- усмехнулс€ король Ѕобеш.
- ¬ шестьдес€т четвертом номере мо€ жена живет!
   - ∆ена-с? ќчень при€тно-с...- ћуркин улыбнулс€.
- ќне-то, ваша супруга, собственно мне и выдали
ихние сапоги...  огда они,- настройщик указал на
Ѕлистанова,- от них ушли-с, € хватилс€ своих сапог...
кричу, знаете ли, коридорного, а коридорный и говорит:
"ƒа €, сударь, ваши сапоги в соседний номер
поставил!" ќн по ошибке, будучи в состо€нии опь€нени€,
поставил в шестьдес€т четвертый номер мои
сапоги и ваши-с,- повернулс€ ћуркин к Ѕлистанову,
- а вы, уход€ вот от ихней супруги, надели мои-с...
   - ƒа вы что же это?- проговорил Ѕлистанов и
нахмурилс€.- —плетничать сюда пришли, что ли?
   - Ќисколько-с! ’рани мен€ бог-с! ¬ы мен€ не пон€ли-с...
я ведь насчет чего? Ќасчет сапог! ¬ы ведь
изволили ночевать в шестьдес€т четвертом номере?
   -  огда?
   - ¬ эту ночь-с.
   - ј вы мен€ там видели??
   - Ќет-с, не видел-с,- ответил ћуркин в сильном
смущении, сад€сь и быстро снима€ сапоги.- я не видел-с,
но мне ваши сапоги вот ихн€€ супруга выбросила...
Ёто вместо моих-с.
   - “ак какое же вы имеете право, милостивый государь,
утверждать подобные вещи? Ќе говорю уж
о себе, но вы оскорбл€ете женщину, да еще в присутствии
ее мужа!
   «а кулисами подн€лс€ страшный шум.  ороль Ѕобеш,
оскорбленный муж, вдруг побагровел и изо всей
силы ударил кулаком по столу, так что в уборной по
соседству с двум€ актрисами сделалось дурно.
   - » ты веришь?- кричал ему —ин€€ Ѕорода.-
“ы веришь этому негод€ю? ќ-о! ’очешь, € убью его,
как собаку? ’очешь? я из него бифштекс сделаю! я
его размозжу!
   » все, гул€вшие в этот вечер в городском саду
около летнего театра, рассказывают теперь, что они
видели, как перед четвертым актом от театра по главной
аллее промчалс€ босой человек с желтым лицом
и с глазами, полными ужаса. «а ним гналс€ человек
в костюме —иней Ѕороды и с револьвером в руке. „то
случилось далее - никто не видел. »звестно только,
что ћуркин потом, после знакомства с Ѕлистановым,
две недели лежал больной и к словам: "я человек
болезненный, ревматический"- стал прибавл€ть еще "
я человек раненый"...

—„ј—“№≈
   ” широкой степной дороги, называемой большим
шл€хом, ночевала отара овец. —терегли ее два
пастуха. ќдин, старик лет восьмидес€ти, беззубый,
с дрожащим лицом, лежал на животе у самой дороги,
положив локти на пыльные листь€ подорожника;
другой - молодой парень, с густыми черными бров€ми
и безусый, одетый в р€дно, из которого шьют
дешевые мешки, лежал на спине, положив руки под
голову, и гл€дел вверх на небо, где над самым его
лицом т€нулс€ ћлечный ѕуть и дремали звезды.
   ѕастухи были не одни. Ќа сажень от них, в сумраке,
застилавшем дорогу, темнела оседланна€ лошадь, а
возле нее, опира€сь на седло, сто€л мужчина в
больших сапогах и короткой чумарке, по всем
видимост€м господский объездчик. —уд€ по его
фигуре, пр€мой и неподвижной, по манерам, по
обращению с пастухами, лошадью, это был человек
серьезный, рассудительный и знающий себе цену;
даже в потемках были заметны в нем следы военной
выправки и то величаво-снисходительное выражение,
какое приобретаетс€ от частого обращени€ с
господами и управл€ющими.
   ќвцы спали. Ќа сером фоне зари, начинавшей уже
покрывать восточную часть неба, там и с€м видны
были силуэты неспавших овец; они сто€ли и, опустив
головы, о чем-то думали. »х мысли, длительные,
т€гучие, вызываемые представлени€ми только о широкой
степи и небе, о дн€х и ночах, веро€тно, поражали и
угнетали их самих до бесчувстви€, и они, сто€
теперь как вкопанные, не замечали ни присутстви€
чужого человека, ни беспокойства собак.
   ¬ сонном, застывшем воздухе сто€л монотонный шум,
без которого не обходитс€ степна€ летн€€ ночь;
непрерывно трещали кузнечики, пели перепела, да на
версту от отары, в балке, в которой тек ручей и
росли вербы, лениво посвистывали молодые соловьи.
   ќбъездчик остановилс€, чтобы попросить у пастухов
огн€ дл€ трубки. ќн молча закурил и выкурил всю
трубку, потом, ни слова ни сказав, облокотилс€ о
седло и задумалс€. ћолодой пастух не обратил на
него никакого внимани€; он продолжал лежать и
гл€деть на небо, старик же долго огл€дывал
объездчика и спросил:
   - Ќикак ѕантелей из ћакаровской экономии?
   - я самый,- ответил объездчик.
   - “о-то € вижу. Ќе узнал - богатым быть. ќткуда
бог несет?
   - »з  овылевского участка.
   - ƒалече. ѕод скопчину отдаете участок?
   - –азное. » под скопчину, и в аренду, и под бакчи.
я, собственно, на мельницу ездил.
   Ѕольша€ стара€ овчарка гр€зно-белого цвета,
лохмата€, с клочь€ми шерсти у глаз и носа,
стара€сь казатьс€ равнодушной к присутствию чужих,
раза три покойно обошла вокруг лошади и вдруг
неожиданно, с злобным, старческим хрипеньем
бросилась сзади на объездчика, остальные собаки не
выдержали и повскакали со своих мест.
   - ÷ыц, прокл€та€!- крикнул старик, поднима€сь на
локте.- ј, чтоб ты лопнула, бесова тварь!
    огда собаки успокоились, старик прин€л прежнюю
позу и сказал покойным голосом:
   - ј в  овыл€х, на самый вознесенев день, ≈фим
∆мен€ помер. Ќе к ночи будь сказано, грех таких
людей сгадывать, поганый старик был. Ќебось слыхал.
   - Ќет, не слыхал.
   - ≈фим ∆мен€, кузнеца —тепки д€д€.. ¬с€ округа его
знает. ”, да и прокл€тый же старик! я его годов
шестьдес€т знаю, с той поры, как цар€ јлександра,
что француза гнал, из “аганрога на подводах в
ћоскву везли. ћы вместе ходили покойника цар€
встречать, а тогда большой шл€х не на Ѕахмут шел,
а с ≈сауловки на √ородище, и там, где теперь
 овыли, дудачьи гнезды были - что ни шаг, то
гнездо дудачье. “огда еще € приметил, что ∆мен€
душу свою сгубил и нечиста€ сила в нем. я там
замечаю: ежели который человек мужицкого звани€
все больше молчит, старушечьими делами занимаетс€
да норовит в одиночку жить, то тут хорошего мало,
а ≈фимка, бывало, смолоду все молчит и молчит, да
на теб€ косо гл€дит, все он словно дуетс€ и
пыжитс€, как пивень перед куркою. „тоб он в
церковь пошел, или на улицу с реб€тами гул€ть, или
в кабак - не было у него такой моды, а все больше
один сидит или со старухами шепчетс€. ћолодым был,
а уж в пасечники да в бакчевники нанималс€.
Ѕывало, придут к нему добрые люди на бакчи, а у
него арбузы и дыни свист€т. –аз тоже поймал при
люд€х щуку, а она - го-го-го-го! захохотала...
   - Ёто бывает,- сказал ѕантелей.
   ћолодой пастух повернулс€ на бок и пристально,
подн€в свои черные брови, погл€дел на старика.
   - ј ты слыхал, как арбузы свист€т?- спросил он.
   - —лыхать не слыхал, бог миловал,- вздохнул
старик,- а люди сказывали. ћудреного мало...
«ахочет нечиста€ сила, так и в камне свистеть
начнет. ѕеред волей у нас три дн€ и три ночи скел€
гудела. —ам слыхал. ј щука хохотала, потому ∆мен€
заместо щуки беса.
   —тарик что-то вспомнил. ќн быстро подн€лс€ на
колени и, пожима€сь, как от холода, нервно
засовыва€ руки в рукава, залепетал в нос, бабьей
скороговоркой:
   - —паси нас, господи, и помилуй! Ўел € раз
бережком в Ќовопавловку. √роза собиралась, и така€
была бур€, что сохрани царица небесна€, матушка...
ѕоспешаю € что есть мочи, гл€жу, а по дорожке,
промеж терновых кустов - терен тогда в цвету был -
белый вол идет. я и думаю: чей это вол? «ачем его

сюда занесла нелегка€? »дет он, хвостом машет и
му-у-у! “олько, это самое, братцы, догон€ю его,
подхожу близко, гл€дь!- а уж это не вол, а ∆мен€.
—в€т, св€т, св€т! —отворил € крестное знамение, а
он гл€дит на мен€ и бормочет, бельмы выпучивши.
»спужалс€ €, страсть! ѕошли р€дом, боюсь € ему
слово сказать,- гром гремит, молонь€ небо
полосует, вербы к самой воде гнутс€,- вдруг,
братцы, накажи мен€ бог, чтоб мне без пока€ни€
помереть, бежит поперек дорожки за€ц... Ѕежит,
остановилс€ и говорит по-человечьи: "«дорово,
мужики!" ѕошла, прокл€та€!- крикнул старик на
лохматого пса, который оп€ть пошел обходом вокруг
лошади.- ј, чтоб ты издохла!
   - Ёто бывает,- сказал объездчик, все еще опира€сь
на седло и не шевел€сь; сказал он это беззвучным,
глухим голосом, каким говор€т люди, погруженные в
думу.
   - Ёто бывает,- повторил он глубокомысленно и
убежденно.
   - ”, стерв€чий был старик!- продолжал старик уже
не так гор€чо.- Ћет через п€ть после воли его
миром в конторе посекли, так он, чтобы, значит,
злобу свою доказать, вз€л да и напустил на все
 овыли горловую болезнь. ѕовымерло тогда народу
без счету, видимо-невидимо, словно в холеру...
   - ј как он болезнь напустил?- спросил молодой
пастух после некоторого молчани€.
   - »звестно, как. “ут ума большого не надо, была бы
охота. ∆мен€ людей гадючьим жиром морил. ј это
такое средство, что не то, что от жиру, даже от
духу народ мрет.
   - Ёто верно,- согласилс€ ѕантелей.
   - ’отели его тогда реб€та убить, да старики не
дали. Ќельз€ его было убивать; он знал место, где
клады есть. ј кроме него, ни одна душа не знала.
 лады тут заговоренные, так что найдешь и не
увидишь, а он видел. Ѕывало, идет бережком или
лесом, а под кустами и скел€ми огоньки, огоньки,
огоньки... ќгоньки такие, как будто словно от
серы. я сам видел. ¬се так ждали, что ∆мен€ люд€м
места укажет или сам выроет, а он - сказано, сама
собака не ест и другим не дает
- так и помер: ни сам не вырыл, ни люд€м не
показал.
   ќбъездчик закурил трубку и на мгновение осветил
свои большие усы и острый, строгого, солидного
вида нос. ћелкие круги света прыгнули от его рук к
картузу, побежали через седло по лошадиной спине и
исчезли в гриве около ушей.
   - ¬ этих местах много кладов,- сказал он.
   », медленно зат€нувшись, он погл€дел вокруг себ€,
остановил свой взгл€д на белеющем востоке и
добавил:
   - ƒолжны быть клады.
   - „то и говорить,- вздохнул старик.- ѕо всему
видать, что есть, только, брат, копать их некому.
Ќикто насто€щих местов не знает, да по нынешнему
времю, почитай, все клады заговоренные. „тоб его
найти и увидать, талисман надо такой иметь, а без
талисмана ничего, пар€, не поделаешь. ” ∆мени были
талисманы, да нешто у него, у черта лысого,
выпросишь? ќн и держал-то их, чтоб никому не
досталось.
   ћолодой пастух подполз шага на два к старику и,
подперев голову кулаками, устремил на него
неподвижный взгл€д. ћладенческое выражение страха
и любопытства засветилось в его темных глазах и,
как казалось в сумерках, раст€нуло и сплюсщило
крупные черты его молодого, грубого лица. ќн
напр€женно слушал.
   - » в писани€х писано, что кладов тут много,-
продолжал старик.- Ёто что и говорить... и
говорить нечего. ќдному новопавловскому старику
солдату в »вановке €рлык показывали, так в том
€рлыке напечатано и про место, и даже сколько
пудов золота, и в какой посуде; давно б по этому
€рлыку клад достали, да только клад заговоренный,
не подступишьс€.
   - ќтчего же, дед, не подступишьс€?- спросил
молодой.
   - ƒолжно, причина кака€ есть, не сказывал солдат.
«аговоренный... “алисман надо.
   —тарик говорил с увлечением, как будто изливал
перед проезжим свою душу. ќн гнусавил от
непривычки говорить много и быстро, заикалс€ и,
чувству€ такой недостаток своей речи, старалс€
скрасить его жестикул€цией головы, рук и тощих
плеч; при каждом движении его холщова€ рубаха
м€лась в складки, ползла к плечам и обнажала
черную от загара и старости спину. ќн обдергивал
ее, а она тотчас же оп€ть лезла. Ќаконец, старик,
точно выведенный из терпени€ непослушной рубахой,
вскочил и заговорил с горечью:
   - ≈сть счастье, а что с него толку, если оно в
земле зарыто? “ак и пропадает добро задаром, без
вс€кой пользы, как полова или овечий помет! ј ведь
счасть€ много, так много, парень, что его на всю
бы округу хватило, да не видит его ни одна душа!
ƒождутс€ люди, что его паны выроют или казна
отберет. ѕаны уж начали курганы копать... ѕочу€ли!
Ѕерут их завидки на мужицкое счастье!  азна тоже
себе на уме. ¬ законе так писано, что ежели
который мужик найдет клад, то чтоб к начальству
его представить. Ќу, это погоди - не дождешьс€!
≈сть квас, да не про вас.
   —тарик презрительно засме€лс€ и сел на землю.
ќбъездчик слушал со вниманием и соглашалс€, но по
выражению его фигуры и по молчанию видно было, что
все, что рассказывал ему старик, было не ново дл€
него, что это он давно уже передумал и знал
гораздо больше того, что было известно старику.
   - Ќа своем веку €, признатьс€, раз дес€ть искал
счасть€,- сказал старик, конфузливо почесыва€сь.-
Ќа насто€щих местах искал, да, знать, попадал все
на заговоренные клады. » отец мой искал, и брат
искал - ни шута не находили, так и умерли без
счасть€. Ѕрату моему, »лье, царство ему небесное,
один монах открыл, что в “аганроге, в крепости, в
одном месте под трем€ камн€ми клад есть и что клад
этот заговоренный, а в те поры - было это, помню,
в тридцать восьмом году - в ћатвеевом  ургане
арм€шка жил, талисманы продавал.  упил »ль€
талисман, вз€л двух реб€т с собой и пошел в
“аганрог. “олько, брат, подходит он к месту в
крепости, а у самого места солдат с ружьем стоит.
   ¬ тихом воздухе, рассыпа€сь по степи, пронесс€
звук. „то-то вдали грозно ахнуло, ударилось о
камень и побежало по степи, издава€: "тах! тах!
тах! тах!".
    огда звук замер, старик вопросительно погл€дел на
равнодушного, неподвижно сто€вшего ѕантеле€.
   - Ёто в шахтах бадь€ сорвалась,- сказал молодой,
подумав.
   ”же светало. ћлечный ѕуть бледнел и мало-помалу
та€л, как снег, тер€€ свои очертани€. Ќебо
становилось хмурым и мутным, когда не разберешь,
чисто оно или покрыто сплошь облаками, и только по
€сной, гл€нцевитой полосе на востоке и по кое-где
уцелевшим звездам поймешь, в чем дело.
   ѕервый утренний ветерок без шороха, осторожно
шевел€ молочаем и бурыми стебл€ми прошлогоднего
бурь€на, пробежал вдоль дороги.
   ќбъездчик очнулс€ от мыслей и встр€хнул головой.
ќбеими руками он потр€с седло, потрогал подпругу
и, как бы не реша€сь сесть на лошадь, оп€ть
остановилс€ в раздумье.
   - ƒа,- сказал он,- близок локоть, да не укусишь...
≈сть счастье, да нет ума искать его.
   » он повернулс€ лицом к пастухам. —трогое лицо его
было грустно и насмешливо, как у разочарованного.
   - ƒа, так и умрешь, не повидавши счасть€, какое
оно такое есть...- сказал он расстановкой,
поднима€ левую ногу к стремени.-  то помоложе,
может, и дождетс€, а нам уж и думать пора бросить.
   ѕоглажива€ свои длинные, покрытые росой усы, он
грузно уселс€ на лошади и с таким видом, как будто
забыл что-то или не досказал, прищурил глаза на
даль. ¬ синеватой дали, где последний видимый холм
сливалс€ с туманом, ничто не шевелилось;
сторожевые и могильные курганы, которые там и с€м
высились над горизонтом и безграничною степью,
гл€дели сурово и мертво; в их неподвижности и
беззвучии чувствовались века и полное равнодушие к
человеку; пройдет еще тыс€ча лет, умрут миллиарды
людей, а они все еще будут сто€ть, как сто€ли,
нимало не сожале€ об умерших, не интересу€сь
живыми, и ни одна душа не будет знать, зачем они
сто€т и какую степную тайну пр€чут под собой.
   ѕроснувшиес€ грачи, молча и в одиночку, летали над
землей. Ќи в ленивом полете этих долговечных птиц,
ни в утре, которое повтор€етс€ аккуратно каждые
сутки, ни в безграничности степи - ни в чем не
видно было смысла. ќбъездчик усмехнулс€ и сказал:
   - Ёка€ ширь, господи помилуй! ѕойди-ка найди
счастье! “ут,- продолжал он, понизив голос и дела€
лицо серьезным,- тут наверн€ка зарыты два клада.
√оспода про них не знают, а старым мужикам,
особливо солдатам, до точности про них известно.
“ут, где-то на этом кр€же (объездчик указал в
сторону нагайкой), когда-то во врем€ оно
разбойники напали на караван с золотом; золото это
везли из ѕетербурга ѕетру-императору, который
тогда в ¬оронеже флот строил. –азбойники побили
возчиков, а золото закапали, да потом и не нашли.
ƒругой же клад наши донские казаки зарыли. ¬
двенадцатом году они у француза вс€кого добра,
серебра и золота награбили видимо-невидимо..  огда
ворочались к себе домой, то прослышали дорогой,
что начальство хочет у них отобрать все золото и
серебро. „ем начальству так зр€ отдавать добро,
они, молодцы, вз€ли и зарыли его, чтоб хоть дет€м
досталось, а где зарыли - неизвестно.
   - я слышал про эти клады,- угрюмо пробормотал
старик.
   - ƒа,- задумалс€ оп€ть ѕантелей.- “ак...
   Ќаступило молчание. ќбъездчик задумчиво погл€дел
на даль, усмехнулс€ и тронул повода все с тем же
выражением, как будто забыл что-то или не
досказал. Ћошадь неохотно пошла шагом. ѕроехав
шагов сто, ѕантелей решительно встр€хнул головой,
очнулс€ от мыслей и, стегнув по лошади, поскакал
рысью.
   ѕастухи остались одни.
   - Ёто ѕантелей из ћакаровской экономии,- сказал
старик.- ѕолтораста в год получает, на хоз€йских
харчах. ќбразованный человек...
   ѕроснувшиес€ овцы - их было около трех тыс€ч -
неохотно, от нечего делать прин€лись за невысокую,
наполовину утоптанную траву. —олнце еще не взошло,
но уже были видны все курганы и далека€, похожа€
на облако —аур-ћогила с остроконечной верхушкой.
≈сли взобратьс€ на эту ћогилу, то с нее видна
равнина, така€ же ровна€ и безгранична€, как небо,
видны барские усадьбы, хутора немцев и молокан,
деревни, а дальнозоркий калмык увидит даже город и
поезда железных дорог. “олько отсюда и видно, что
на этом свете, кроме молчаливой степи и вековых
курганов, есть друга€ жизнь, которой нет дела до
зарытого счасть€ и овечьих мыслей.
   —тарик нащупал возле себ€ свою "герлыгу", длинную
палку с крючком на верхнем конце, и подн€лс€. ќн
молчал и думал. — лица молодого еще не сошло
младенческое выражение страха и любопытства. ќн
находилс€ под впечатлением слышанного и с
нетерпением ждал новых рассказов.
   - ƒед,- спросил он, поднима€сь и бер€ свою
герлыгу,- что же твой брат, »ль€, с солдатом
сделал?
   —тарик не расслышал вопроса. ќн рассе€нно погл€дел
на молодого и ответил, пошамкав губами.
   - ј €, —анька, все думаю про тот €рлык, что в
»вановке солдату показывали. я ѕантелею не сказал,
бог с ним, € ведь в €рлыке обозначено такое место,
что даже баба найдет. «наешь, какое место? ¬
Ѕогатой Ѕалочке, в том, знаешь, месте, где балка,
как гусина€ лапка, расходитс€ на три балочки; так
в средней.
   - „то ж, будешь рыть?
   - ѕопытаю счасть€...
   - ƒед, а что ты станешь делать с кладом, когда
найдешь его?
   - я-то?- усмехнулс€ старик.- √м!.. “олько бы
найти, а то... показал бы € всем кузькину мать...
√м!.. «наю, что делать...
   » старик не сумел ответить, что он будет делать с
кладом, если найдет его. «а всю жизнь этот вопрос
представилс€ ему в это утро, веро€тно, впервые, а
суд€ по выражению лица, легкомысленному и
безразличному, не казалс€ ему важным и достойным
размышлени€. ¬ голове —аньки копошилось еще одно
недоумение: почему клады ищут только старики и к
чему сдалось земное счастье люд€м, которые каждый
день могут умереть от старости? Ќо недоумение это
—анька не умел вылить в вопрос, да едва ли бы
старик нашел, что ответить ему.
   ќкруженное легкою мутью, показалось громадное
багровое солнце. Ўирокие полосы света, еще
холодные, купа€сь в росистой траве, пот€гива€сь и
с веселым видом, как будто стара€сь показать, что
это не надоело им, стали ложитьс€ на земле.
—еребриста€ полынь, голубые цветы свин€чей
цибульки, желта€ сурепа, васильки - все это
радостно запестрело, принима€ свет солнца за свою
собственную улыбку.
   —тарик и —анька разошлись и стали по кра€м отары.
ќба сто€ли, как столбы, не шевел€сь, гл€д€ в землю
и дума€. ѕервого не отпускали мысли о счастье,
второй же думал о том, что говорилось ночью;
интересовало его не самое счастье, которое было
ему не нужно и не пон€тно, а фантастичность и
сказочность человеческого счасть€.
   —отн€ овец вздрогнула и в каком-то непон€тном
ужасе, как по сигналу, бросилась в сторону от
отары. » —анька, как будто бы мысли овец,
длительные и т€гучие, на мгновение сообщились и
ему, в таком же непон€тном, животном ужасе
бросилс€ в сторону, но тотчас же пришел в себ€ и
крикнул:
   - “ю, скаженные! ѕеребесились, нет на вас погибели!
   ј когда солнце, обеща€ долгий, непобедимый зной,
стало припекать землю, все живое, что ночью
двигалось и издавало звуки, погрузилось в полусон.
—тарик и —анька со своими герлыгами сто€ли у
противоположных краев отары, сто€ли не шевел€сь,
как факиры на молитве, и сосредоточенно думали.
ќни уже не замечали друг друга, и каждый из них
жил своей собственной жизнью. ќвцы тоже думали...












—Ќќ— »:

1. скала (ѕрим. ј.ѕ.„ехова.)

Ў”“ќ„ ј
   ясный зимний полдень... ћороз крепок, трещит, и у
Ќаденьки, котора€ держит мен€ под руку, покрываютс€
серебристым инеем кудри на висках и пушок над верхней
губой. ћы стоим на высокой горе. ќт наших ног
до самой земли т€нетс€ поката€ плоскость, в которую
солнце гл€дитс€, как в зеркало. ¬озле нас маленькие
санки, обитые €рко-красным сукном.
   - —ъедемте вниз, Ќадежда ѕетровна!- умол€ю
€.- ќдин только раз! ”вер€ю вас, мы останемс€ целы
и невредимы.
   Ќо Ќаденька боитс€. ¬се пространство от ее маленьких
калош до конца лед€ной горы кажетс€ ей
страшной, неизмеримо глубокой пропастью. ” нее замирает
дух и прерываетс€ дыхание, когда он гл€дит
вниз, когда € только предлагаю сесть в санки, но что же
будет, если она рискнет полететь в пропасть!  ќна
умрет, сойдет с ума.
   - ”мол€ю вас!- говорю €.- Ќе надо бо€тьс€!
ѕоймите же, это малодушие, трусость!
   Ќаденька наконец уступает, и € по лицу вижу, что
она уступает с опасностью дл€ жизни. я сажаю ее,
бледную, дрожащую, в санки, обхватываю рукой и
вместе с нею низвергаюсь в бездну.
   —анки лет€т, как пул€. –ассекаемый воздух бьет в
лицо, ревет, свистит в ушах, рвет, больно щиплет от
злости, хочет сорвать с плеч голову. ќт напора ветра
нет сил дышать.  ажетс€, сам дь€вол обхватил нас
лапами и с ревом тащит в ад. ќкружающие предметы
сливаютс€ в одну длинную, стремительно бегущую
полосу... ¬от-вот еще мгновение, и кажетс€ - мы погибнем!
   - я  люблю вас, Ќад€!- говорю € вполголоса.
   —анки начинают бежать все тише и тише, рев ветра
и жужжанье полозьев не так уж страшны, дыханье
перестает замирать, и мы наконец внизу. Ќаденька ни
жива ни мертва. ќна бледна, едва дышит... я помогаю
ей подн€тьс€.
   - Ќи за что в другой раз не поеду,- говорит она,
гл€д€ на мен€ широкими, полными ужаса глазами.-
Ќи за что на свете! я едва не умерла!
   Ќемного погод€ она приходит к себ€ и уже вопросительно
загл€дывает мне в глаза: € ли сказал те четыре
слова, или же они только послышались ей в шуме вихр€?
ј € стою возле нее, курю и внимательно рассматриваю
свою перчатку.
   ќна берет мен€ под руку, и мы долго гул€ем около
горы. «агадка, видимо, не дает ей покою. Ѕыли сказаны
те слова или нет? ƒа или нет? ƒа или нет? Ёто вопрос
самолюби€, чести, жизни, счасть€, вопрос очень важный,
самый важный на свете. Ќаденька нетерпеливо,
грустно, проникающим взором загл€дывает мне в лицо,
отвечает невпопад, ждет, не заговорю ли €. ќ, кака€
игра на этом милом лице, кака€ игра! я вижу, она
боретс€ с собой, ей нужно что-то сказать, о чем-то спросить,
но она не находит слов, ей неловко, страшно, мешает
радость...
   - «наете что?- говорит она, не гл€д€ на мен€.
   - „то?- спрашиваю €.
   - ƒавайте еще раз... прокатим.
   ћы взбираемс€ по лестнице на гору. ќп€ть € сажаю
бледную, дрожащую Ќаденьку в санки, оп€ть мы летим
в страшную пропасть, оп€ть ревет ветер и жужжат полозь€,
и оп€ть при самом сильном и шумном разлете санок € говорю
вполголоса:
    - я люблю вас, Ќаденька!
     огда санки останавливаютс€, Ќаденька окидывает
взгл€дом гору, по которой мы только что катили, потом
долго всматриваетс€ в мое лицо, вслушиваетс€ в мой
голос, равнодушный и бесстрастный, и вс€, вс€, даже
муфта и башлык ее, вс€ ее фигурка выражают крайнее
недоумение. » на лице у нее написано:
   !¬ чем же дело?  то произнес те слова? ќн, или
мне только послышалось?"
   Ёта неизвестность беспокоит ее, выводит из терпени€.
Ѕедна€ девочка не отвечает на вопросы, хмуритс€,
готова заплакать.
   - Ќе пойти ли нам домой?- спрашиваю €.
   - ј мне... мне нравитс€ это катанье,- говорит она
красне€.- Ќе проехатьс€ ли нам еще раз?
   ≈й "нравитс€" это катанье, а между тем, сад€сь в
санки, она, как и в те разы, бледна, еле дышит от страха,
дрожит.
   ћы спускаемс€ в третий раз, и € вижу, как она
смотрит мне в лицо, следит за моими губами. Ќо € прикладываю
к губам платок, кашл€ю и, когда достигаем
середины горы, успеваю вымолвить:
   - я люблю вас, Ќад€!
   » загадка остаетс€ загадкой! Ќаденька молчит, о
чем-то думает... я провожаю ее с катка домой, она
стараетс€ идти тише, замедл€ет шаги и все ждет, не скажу
ли € ей тех слов. » € вижу, как страдает ее душа,
как она делает усили€ над собой, чтобы не сказать:
   "Ќе может же быть, чтоб их говорил ветер! » € не
хочу, чтобы это говорил ветер!"
   Ќа другой день утром € получаю записочку: "≈сли
пойдете сегодн€ на каток, то заходите за мной. Ќ.".
» с этого дн€ € с Ќаденькой начинаю каждый день ходить
на каток, и, слета€ вниз на санках, € вс€кий раз
произношу вполголоса одни и те же слова:
   - я люблю вас, Ќад€!
   —коро Ќаденька привыкает к этой фразе, как к вину
или морфию. ќна жить без нее не может. ѕравда, лететь
с горы по-прежнему страшно, но теперь уже страх
и опасность придают особое очарование словам о любви,
словам, которые по-прежнему составл€ют загадку и
том€т душу. ѕодозреваютс€ все те же двое: € и ветер...
 то из двух признаетс€ ей в любви, она не знает,
но ей,
по-видимому, уже все равно; из какого сосуда ни пить -
все равно, лишь бы быть пь€ным.
    ак-то в полдень € отправилс€ на каток один; смешавшись
с толпой, € вижу, как к горе подходит Ќаденька,
как ищет глазами мен€... «атем она робко
идет вверх по лесенке... —трашно ехать одной, о, как
страшно! ќна бледна, как снег, дрожит, она идет, точно
на казнь, но идет, идет без огл€дки, решительно.
ќна, очевидно, решила наконец попробовать: будут
ли слышны те изумительные сладкие слова, когда мен€
нет? я вижу, как она, бледна€, с раскрытым от ужаса
ртом, садитс€ в санки, закрывает глаза и, простившись
навеки с землей, трогаетс€ с места... "∆жжж"... жужжат
полозь€. —лышит ли Ќаденька те слова, € не знаю...
я вижу только, как она поднимаетс€ из саней изнеможенна€,
слаба€. » видно по ее лицу, она и сама не
знает, слышала она что-нибудь или нет. —трах, пока
она катила вниз, отн€л у нее способность слышать, различать
звуки, понимать...
   Ќо вот наступает весенний мес€ц март... —олнце
становитс€ ласковее. Ќаша лед€на€ гора темнеет, тер€ет
свой блеск и тает, наконец. ћы перестаем кататьс€.
Ѕедной Ќаденьке больше уже негде слышать тех
слов, да и некому произносить их, так как ветра не
слышно, а € собираюсь в ѕетербург - надолго, должно быть,
навсегда.
    ак-то перед отъездом, дн€ за два, в сумерки сижу
€ в садике, а от двора, в котором живет Ќаденька, садик
этот отделен высоким забором с гвозд€ми... ≈ще
достаточно холодно, под навозом еще снег, деревь€
мертвы, но уже пахнет весной, и, укладыва€сь на
ночлег, шумно кричат грачи. я подхожу к забору и долго
смотрю в щель. я вижу, как Ќаденька выходит на
крылечко и устремл€ет печальный, тоскующий взор на
небо... ¬есенний ветер дует ей пр€мо в бледное, унылое
лицо... ќн напоминает ей о том ветре, который ревел
нам тогда на горе, когда она слышала те четыре
слова, и лицо у нее становитс€ грустным, грустным, по
щеке ползет слеза... » бедна€ девочка прот€гивает обе
руки, как бы прос€ этот ветер принести ей еще раз те
слова. » €, дождавшись ветра, говорю вполголоса:
   - я люблю вас, Ќад€!
   Ѕоже мой, что делаетс€ с Ќаденькой! ќна вскрикивает,
улыбаетс€ во все лицо и прот€гивает навстречу
ветру руки, радостна€, счастлива€, така€ красива€.
   ј € иду укладыватьс€...
   Ёто было уже давно. “еперь Ќаденька уже замужем;
ее выдали или она сама вышла - это все равно,
за секретар€ двор€нской опеки, и теперь у нее уже трое
детей. “о, как мы вместе когда-то ходили на каток и
как ветер доносил до нее слова "€ вас люблю, Ќаденька", не
забыто; дл€ нее теперь это самое счастливое, самое
трогательное и прекрасное воспоминание в жизни...
   ј мне теперь, когда € стал старше, уже не пон€тно,
зачем € говорил те слова, дл€ чего шутил...

—»Ћ№Ќџ≈ ќў”ў≈Ќ»я
   ƒело происходило не так давно в московском окружном
суде. ѕрис€жные заседатели, оставленные в суде
на ночь, прежде чем лечь спать, завели разговор о сильных
ощущени€х. »х навело на это воспоминание  об одном
свидетеле, который стал заикой и поседел, по его
словам, благодар€ какой-то страшной минуте. ѕрис€жные
порешили, что, прежде чем уснуть, каждый из них
пороетс€ в своих воспоминани€х и расскажет что-нибудь.
∆изнь человеческа€ коротка, но все же нет человека,
который мог бы похвастать, что у него в
прошлом не было ужасных минут.
   ќдин прис€жный рассказал, как он тонул; другой
рассказал, как однажды ночью он в местности, где нет
ни врачей, ни аптекарей, отравил собственного ребенка,
давши ему по ошибке вместо соды цинкового купороса.
–ебенок не умер, но отец едва не сошел с ума. “ретий,
еще нестарый, болезненный человек, описал два своих
покушени€ на самоубийство: раз стрел€лс€, другой раз
бросилс€ под поезд.
   „етвертый, маленький, щеголевато одетый толст€к,
рассказал следующее:
   - ћне было двадцать два - двадцать три года,
не больше, когда € по уши влюбилс€ в свою теперешнюю
жену и сделал ей предложение... “еперь € с удовольствием
высек бы себ€ за раннюю женитьбу, но
тогда не знаю, что было бы со мной, если бы Ќаташа
ответила мне отказом. Ћюбовь была сама€ насто€ща€,
така€, как в романах описывают, бешена€, страстна€,
и прочее. ћое счастье душило мен€, и € не знал, куда
мне уйти от него, и € надоел и отцу, и при€тел€м,
и прислуге, рассказыва€ посто€нно о том, как пылко €
люблю. —частливые люди - это самые надоедливые, самые
скучные люди. я надоедал страшно, даже теперь мне
совестно...
   ћежду при€тел€ми был у мен€ тогда один начинающий
адвокат. “еперь этот адвокат известен на всю –оссию,
тогда же он только что входил в силу и не был
еще богат и знаменит настолько, чтобы при встрече по
старым при€телем иметь право не узнавать, не снимать
шл€пы. Ѕывал € у него раз или два в неделю.  огда €
приходил к нему, мы оба разваливались на диванах и
начинали философствовать.
    ак-то € лежал у него на диване и толковал о том,
что нет неблагодарнее профессии, как адвокатска€. ћне
хотелось доказать, что суд, после того как допрос свидетелей
окончен, легко может обойтись без прокурора
и без защитника, потому что тот и другой не нужны
и только мешают. ≈сли взрослый, душевно и умственно
здоровый прис€жный заседатель убежден, что этот потолок
бел, что »ванов виновен, то боротьс€ с этим
убеждением и победить его не в силах никакой ƒемосфен.
 то может убедить мен€, что у мен€ рыжие усы,
если € знаю, что они черные? —луша€ оратора, €,
быть может, и расчувствуюсь и заплачу, но коренное убеждение
мое, основанное большею частью на очевидности
и на факте, нисколько не изменитс€. ћой же адвокат
доказывал, что € молод еще и глуп и что € говорю мальчишеский
вздор. ѕо его мнению, очевидный факт оттого,
что его освещают добросовестные, сведущие люди,
становитс€ еще очевиднее - это раз; во-вторых, талант
- это стихийна€ сила, это ураган, способный обращать
в пыль даже камни, а не то что такой пуст€к, как
убеждени€ мещан и купцов второй гильдии. „еловеческой
немощи боротьс€ с талантом так же трудно, как гл€деть,
не мига€, на солнце или остановить ветер.
ќдин простой смертный силою слова обращает тыс€чи
убежденных дикарей в христианство; ќдиссей был
убежденнейший человек в свете, но спасовал перед сиренами,
и так далее. ¬с€ истори€ состоит из подобных
примеров, а в жизни они встречаютс€ на каждом шагу,
да так и должно быть, иначе умный и талантливый человек
не имел бы никакого преимущества перед глупцом
и бездарным.
   я сто€л на своем и продолжал доказывать, что
убеждение сильнее вс€кого таланта, хот€, откровенно
говор€, сам не мог точно определить, что такое именно
убеждение и что такое талант. ¬еро€тно, говорил €,
только чтобы говорить.
   - ¬з€ть хоть теб€...- сказал адвокат.- “ы убежден
в насто€щее врем€, что тво€ невеста ангел и что
нет во всем городе человека счастливее теб€. ј € тебе
говорю: достаточно мне дес€ти - двадцати минут, чтобы
ты сел за этот самый стол и написал отказ своей невесте.
   я засме€лс€.
   - “ы не смейс€, € говорю серьезно,- сказал при€тель.
- «ахочу, и через двадцать минут ты будешь счастлив
от мысли, что тебе не нужно женитьс€. ” мен€ не
бог весть какой талант, но ведь и ты не из сильных.
   - ј ну-ка, попробуй!- сказал €.
   - Ќет, зачем же? я ведь это так только говорить.
“ы мальчик добрый, и было бы жестоко подвергать
теб€ такому опыту. » к тому же € сегодн€ не в ударе.
   ћы сели ужинать. ¬ино и мысли о Ќаташе, мо€ любовь
наполнили всего мен€ ощущением молодости и счасть€.
—частье мое было так безгранично велико, что сидевший
против мен€ адвокат с его зелеными глазами
казалс€ мне несчастным, таким маленьким, сереньким...
   -ѕопробуй же!- приставал € к нему.- Ќу, прошу!
   јдвокат покачал головой и поморщилс€. я, видимо,
уже начал надоедать ему.
   - я знаю,- сказал он,- после моего опыта ты мне
спасибо скажешь и назовешь мен€ спасителем, но ведь
нужно и о невесте подумать. ќна теб€ любит, твой отказ
заставил бы ее страдать. ј кака€ она у теб€ прелесть!
«авидую € тебе.
   јдвокат вздохнул, выпил вина и стал говорить о
том, кака€ прелесть мо€ Ќаташа. ” него был необыкновенный
дар описывать. ѕро женские ресницы или мизинчик
он мог наговорить вам целую кучу слов. —лушал
€ его с наслаждением.
   - ¬идел € на своем веку много женщин,- говорил
он,- но даю тебе честное слово, говорю, как другу,
тво€ Ќаталь€ јндреевна - это перл, это редка€ девушка.
 онечно, есть и недостатки, их даже много, если
хочешь, но все же она очаровательна.
   » адвокат заговорил о недостатках моей невесты.
“еперь € отлично понимаю, что это говорил он вообще
о женщинах, об их слабых сторонах вообще, мне же
тогда казалось, что он говорит только о Ќаташе. ќн
восторгалс€ вздернутым носом, вскрикивани€ми, визгливым
смехом, жеманством, именно всем тем, что мне
так в ней не нравилось. ¬се это, по его мнению, было
бесконечно мило, грациозно, женственно. Ќезаметно
дл€ мен€ он скоро с восторженного тона перешел на
отечески назидательный, потом на легкий, презрительный...
ѕредседател€ суда с нами не было, и некому
было остановить расходившегос€ адвоката. я не успевал
рта разинуть, да и что € мог сказать? ѕри€тель говорил
не новое, давно уже всем известное, и весь €д
был не в том, что он говорил, а в анафемской форме.
“о есть черт знает кака€ форма! —луша€ его тогда, €
убедилс€, что одно и то же слово имеет тыс€чу значений и
оттенков, смотр€ по тому, как оно произноситс€,
по форме, кака€ придаетс€ фразе.  онечно, € не могу
передать вам ни этого тона, ни формы, скажу только,
что, слуша€ при€тел€ и шага€ из угла в угол, € возмущалс€,
негодовал, презирал с ним вместе. я поверил
ему даже, когда он со слезами на глазах за€вил мне,
что € великий человек, что € достоин лучшей участи,
что мне предстоит в будущем совершить что-то такое
особенное, чему может помешать женитьба!
   - ƒруг мой!- восклицал он, крепко пожима€ мне
руку.- ”мол€ю теб€, заклинаю: остановись, пока не
поздно. ќстановись! ƒа хранит теб€ небо от этой странной,
жестокой ошибки! ƒруг мой, не губи своей молодости!
   ’отите, верьте, хотите - нет, но в конце концов
€ сидел за столом и писал своей невесте отказ. я писал
и радовалс€, что еще не ушло врем€ исправить
ошибку. «апечатав письмо, € поспешил на улицу, чтобы
опустить его в почтовый €щик. —о мной пошел и
адвокат.
   - » отлично! ѕревосходно!- похвалил он мен€,
когда мое письмо к Ќаташе исчезло во мраке почтового
€щика.- ќт души теб€ поздравл€ю. я рад за теб€.
   ѕройд€ со мной шагов дес€ть, адвокат продолжал:
   -  онечно, брак имеет и свои хорошие стороны.
я, например, принадлежу к числу людей, дл€ которых
брак и семейна€ жизнь - все.
   » он уже описывал свою жизнь, и предо мною предстали
все безобрази€ одинокой, холостой жизни.
   ќн говорил с восторгом о своей будущей жене, о
сладост€х обыкновенной, семейной жизни и восторгалс€
так красиво, так искренне, что, когда мы подошли
к его двери, € уже был в отча€нии.
   - „то ты делаешь со мной, ужасный человек?!-
говорил € задыха€сь.- “ы погубил мен€! «ачем ты
заставил мен€ написать то прокл€тое письмо? я люблю ее,
люблю!
   » € кл€лс€ в любви, € приходил в ужас от своего
поступка, который уже казалс€ мне диким и бессмысленным.
—ильнее того ощущени€, которое испытал € в
то врем€, и представить, господа, невозможно. ќ, что €
тогда пережил, что почувствовал! ≈сли бы нашелс€
добрый человек, который подсунул мне в ту пору револьвер,
то € с наслаждением пустил бы себе пулю в
лоб.
   - Ќу, полно, полно...- сказал адвокат, хлопа€
мен€ по плечу, и засме€лс€.- ѕерестань плакать.
ѕисьмо не дойдет до твоей невесты. јдрес на конверте
писал не ты, а €, и € его так запутал, что на почте ничего
не поймут. ¬се это да послужит дл€ теб€ уроком:
не спорь о том, чего не понимаешь.
   “еперь, господа, предлагаю говорить следующему...
   ѕ€тый прис€жный поудобней уселс€ и раскрыл уже
рот, чтобы начать свой рассказ, как послышалс€ бой
часов на —пасской башне.
   - ƒвенадцать...- сосчитал один из прис€жных.-
ј к какому, господа, разр€ду вы отнесете ощущени€,
которые испытывает теперь наш подсудимый? ќн, этот
убийца, ночует здесь в суде в арестантской, лежит или
сиди и, конечно, не спит и в течение всей бессонной
ночи прислушиваетс€ к этому звону. ќ чем он думает?
 акие грезы посещают его?
   » прис€жные как-то все вдруг забыли о "сильных
ощущени€х"; то, что пережил их товарищ, писавший
когда-то письмо к своей Ќаташе, казалось неважным,
даже не забавным; и уже никто не рассказывал, стали
тихо, в молчании ложитьс€ спать...
—
∆≈Ќќ… ѕќ——ќ–»Ћ—я
   - „ерт вас возьми! ѕридешь со службы домой
голодный, как собака, а они черт знает чем корм€т!
ƒа и заметить еще нельз€! «аметишь, так сейчас рев,
слезы! Ѕудь € трижды анафема за то, что женилс€!
   —казавши это, муж зв€кнул по тарелке ложкой,
вскочил и с отервенением хлопнул дверью. ∆ена зарыдала,
прижпла к лицу салфетку и тоже авшла.
ќбед кончилс€.
    ћуж пришел к себе в кабинет, повалилс€ на диван
и уткнул свое лицо в подушку.
   "„ерт  теб€ дернул женитьс€! - подумал он.- ’ороша
"семейна€" жизнь, нечего сказать! Ќе успел женитьс€,
как уж стрел€тьс€ хочетьс€!"
   „ерез четверть часа за дверью послышались легкие
шаги...
   "ƒа, это в пор€дке вещей... ќскорбила, надругалась,
а теперь около двери ходит, миритьс€ хочет...
Ќу, черта с два! —корей повешусь, чем помирюсь!"
   ƒверь отворилась с тихим скрипом и не затворилась.
 то-то вошел и тихими, робкими шагами направилс€
к дивану.
   "Ћадно! ѕроси прощени€, умол€й, рыдай...  укиш
с маслом получишь! черта пухлого! Ќи одного слова
не добьешьс€, хоть умри... —плю вот и говорить не
желаю!"
   ћуж глубже зарыл свою голову в подушку и тихо
захрапел. Ќо мужчины слабы так же, как и женщины.
»х легко раскислить и растеплить. ѕочувствовав за
своей спиной теплое тело, муж упр€мо придвинулс€
к спинке дивана и дернул ногой.
   "ƒа... “еперь вот мы лезем, прижимаемс€, подлизываемс€...
—коро начнем в плечико целовать, на колени
становитьс€. Ќе выношу этих нежностей!.. ¬се-таки...
нужно будет ее извинить. ≈й в ее положении
вредно тревожитьс€. ѕомучу часик, накажу и прощу..."
   Ќад самым ухом его тихо пролетел глубокий
вздох. «а ним другой, третий... ћуж почувствовал на
плече прикомновение маленькой ручки.
   "Ќу, бог с ней! ѕрщу в последний раз. Ѕудет ее
мучить, бедн€жку! “ем более что € сам виноват! из-за
ерунды бунт подн€л..." - Ќу, будет, мо€ крошка!
   ћуж прот€нул назад руку и обн€л теплое тело.
   - “ьфу!!.
   ќколо него лежала его больша€ собака ƒианка.

— –»ѕ ј –ќ“Ў»Ћ№ƒј
   √ородок был маленький, хуже деревни, и жили в нем
почти одни только старики, которые умирали так
редко, что даже досадно. ¬ больницу же и в
тюремный замок гробов требовалось очень мало.
ќдним словом, дела были скверные. ≈сли бы яков
»ванов был гробовщиком в губернском городе, то,
наверное, он имел бы собственный дом и звали бы
его яковом ћатвеичем; здесь же в городишке звали
его просто яковом, уличное прозвище у него было
почему-то - Ѕронза, а жил он бедно, как простой
мужик, в небольшой старой избе, где была одна
только комната, и в этой комнате помещались он,
ћарфа, печь, двухспальна€ кровать, гробы, верстак
и все хоз€йство.
   яков делал гробы хорошие, прочные. ƒл€ мужиков и
мещан он делал их на свой рост и ни разу не
ошибс€, так как выше и крепче его не было людей
нигде, даже в тюремном замке, хот€ ему было уже за
семьдес€т. ƒл€ благородных же и дл€ женщин делал
по мерке и употребл€л дл€ этого железный аршин.
«аказы на детские гробики принимал он очень
неохотно и делал их пр€мо без мерки, с презрением,
и вс€кий раз, получа€ деньги за работу, говорил:
   - ѕризнатьс€, не люблю заниматьс€ чепухой.
    роме мастера, небольшой доход приносила ему также
игра на скрипке. ¬ городке на свадьбах играл
обыкновенно жидовский оркестр, которым управл€л
лудильщик ћоисей »льич Ўахкес, бравший себе больше
половины дохода. “ак как яков очень хорошо играл
на скрипке, особенно русские песни, то Ўахкес
иногда приглашал его в оркестр с платою по
п€тьдес€т копеек в день, не счита€ подарков от
гостей.  огда Ѕронза сидел в оркестре, то у него
прежде всего потело и багровело лицо; было жарко,
пахло чесноком до духоты, скрипка взвизгивала, у
правого уха хрипел контрабас, у левого - плакала
флейта, на которой играл рыжий тощий жид с целою
сетью красных и синих жилок на лице, носивший
фамилию известного богача –отшильда. » этот
прокл€тый жид даже самое веселое умудр€лс€ играть
жалобно. Ѕез вс€кой видимой причины яков
мало-помалу проникалс€ ненавистью и презрением к
жидам, а особенно к –отшильду; он начинал
придиратьс€, бранить его нехорошими словами и раз
даже хотел побить его, и –отшильд обиделс€ и
проговорил, гл€д€ на него свирепо:
   - ≈сли бы € не уважал вас за талант, то вы бы
давно полетели у мен€ в окошке.
   ѕотом заплакал. ѕоэтому Ѕронзу приглашали в
оркестр не часто, только в случае крайней
необходимости, когда недоставало кого-нибудь из
евреев.
   яков никогда не бывал в хорошем расположении духа,
так как ему посто€нно приходилось терпеть страшные
убытки. Ќапример, в воскресень€ и праздники грешно
было работать, понедельник - т€желый день, и таким
образом в году набиралось около двухсот дней,
когда поневоле приходилось сидеть сложа руки. ј
ведь это какой убыток! ≈сли кто-нибудь в городе
играл свадьбу без музыки или Ўахкес не приглашал
якова, то это тоже был убыток. ѕолицейский
надзиратель был два года болен и чахнул, и яков с
нетерпением ждал, когда он умрет, но надзиратель
уехал в губернский город лечитьс€ и вз€л да там и
умер. ¬от вам и убыток, по меньшей мере рублей на
дес€ть, так как гроб пришлось бы делать дорогой, с
глазетом. ћысли об убытках донимали якова особенно
по ночам; он клал р€дом с собой на постели скрипку
и, когда вс€ка€ чепуха лезла в голову, трогал
струны, скрипка в темноте издавала звук, и ему
становилось легче.
   Ўестого ма€ прошлого года ћарфа вдруг занемогла.
—таруха т€жело дышала, пила много воды и
пошатывалась, но все-таки утром сама истопила печь
и даже ходила по воду.   вечеру же слегла. яков
весь день играл на скрипке; когда же совсем
стемнело, вз€л книжку, в которую каждый день
записывал свои убытки, и от скуки стал подводить
годовой итог. ѕолучилось больше тыс€чи рублей. Ёто
так потр€сло его, что он хватил счетами о пол и
затопал ногами. ѕотом сн€л счеты и оп€ть долго
щелкал и глубоко, напр€женно вздыхал. Ћицо у него
было багрово и мокро от пота. ќн думал о том, что
если бы эту пропащую тыс€чу рублей положить в
банк, то в год проценту накопилось бы самое малое
- сорок рублей. «начит, и эти сорок рублей тоже
убыток. ќдним словом, куда ни повернись, везде
только убытки и больше ничего.
   - яков! - позвала ћарфа неожиданно. - я умираю!
   ќн огл€нулс€ на жену. Ћицо у нее было розовое от
жара, необыкновенно €сное и радостное. Ѕронза,
привыкший всегда видеть ее лицо бледным, робким и
несчастным, теперь смутилс€. ѕохоже было на то,
как будто она в самом деле умирала и была рада,
что наконец уходит навеки из этой избы, от гробов,
от якова... » она гл€дела в потолок и шевелила
губами, и выражение у нее было счастливое, точно
она видела смерть, свою избавительницу, и
шепталась с ней.
   Ѕыл уже рассвет, в окно видно было, как горела
утренн€€ зар€. √л€д€ на старуху, яков почему-то
вспомнил, что за всю жизнь он, кажетс€, ни разу не
приласкал ее, не пожалел, ни разу не догадалс€
купить ей платочек или принести со свадьбы
чего-нибудь сладенького, а только кричал на нее,
бранил за убытки, бросалс€ на нее с кулаками; правда,
он никогда не бил ее, но все-таки пугал, и она
вс€кий раз цепенела от страха. ƒа, он не велел ей
пить чай, потому что и без того расходы большие, и
она пила только гор€чую воду. » он пон€л, отчего у
нее теперь такое странное, радостное лицо, и ему
стало жутко.
   ƒождавшись утра, он вз€л у соседа лошадь и повез
ћарфу в больницу. “ут больных было немного, и
потому пришлось ему ждать недолго, часа три.   его
великому удовольствию, в этот раз принимал больных
не доктор, который сам был болен, а фельдшер
ћаксим Ќиколаич, старик, про которого все в городе
говорили, что хот€ он и пьющий и деретс€, но
понимает больше, чем доктор.
   - «драви€ желаем, - сказал яков, ввод€ старуху в
приемную. - »звините, все беспокоим вас, ћаксим
Ќиколаич, своими пуст€шными делами. ¬от. извольте
видеть, захворал мой предмет. ѕодруга жизни, как
это говоритс€, извините за выражение...
   Ќахмурив седые брови и поглажива€ бакены, фельдшер
стал огл€дывать старуху, а она сидела на табурете
сгорбившись и тоща€, остроноса€, с открытым ртом и
походила в профиль на птицу, которой хочетс€ пить.
   - ћ-да... “ак... - медленно проговорил фельдшер и
вздохнул. - »нфлуэнца, а может, и гор€чка. “еперь
по городу тиф ходит. „то ж? —тарушка пожила, слава
богу... —колько ей?
   - ƒа без года семьдес€т, ћаксим Ќиколаич.
   - „то ж? ѕожила старушка. ѕора и честь знать.
   - ќно, конечно, справедливо изволили заметить,
ћаксим Ќиколаич, - сказал яков, улыба€сь из
вежливости, - и чувствительно вас благодарим за
вашу при€тность, но позвольте вам выразитьс€,
вс€кому насекомому жить хочетс€.
   - ћало ли чего! - сказал фельдшер таким тоном, как
будто от него зависело жить старухе или умереть. -
Ќу, так вот, любезный, будешь прикладывать ей на
голову холодный компресс и давай вот эти порошки
по два в день. ј засим до свидани€, бонжур.
   ѕо выражению его лица яков видел, что дело плохо и
что уж никакими порошками не поможешь; дл€ него
теперь €сно было, что ћарфа помрет очень скоро, не
сегодн€-завтра. ќн слегка тронул фельдшера под
локоть, подмигнул глазом и сказал вполголоса:
   - ≈й бы, ћаксим Ќиколаич, банки поставить.
   - Ќекогда, некогда, любезный. Ѕери свою старуху и
уходи с богом. ƒо свидани€.
   - —делайте такую милость, - взмолилс€ яков. - —ами
изволите знать, если б у нее, скажем, живот болел
или кака€ внутренность, ну, тогда порошки и капли,
а то ведь в ней простуда! ѕри простуде первое дело
- кровь гнать, ћаксим Ќиколаич.
   ј фельдшер уже вызвал следующего больного, и в
приемную входила баба с мальчиком.
   - —тупай, ступай... - сказал он якову, хмур€сь. -
Ќечего тень наводить.
   - ¬ таком случае поставьте ей хоть пи€вки!
«аставьте вечно бога молить!
   ‘ельдшер вспылил и крикнул:
   - ѕоговори мне еще! ƒдубина....
   яков тоже вспылил и побагровел весь, но не сказал
ни слова, а вз€л под руку ћарфу и повел ее из
приемной. “олько когда уж садились в телегу, он
сурово и насмешливо погл€дел на больницу и сказал:
   - Ќасажали вас тут, артистов! Ѕогатому небось
поставил бы банки, а дл€ бедного человека и одной
пи€вки пожалел. »роды!
    огда приехали домой, ћарфа, войд€ в избу, минут
дес€ть просто€ла, держась за печку. ≈й казалось,
что если она л€жет, то яков будет говорить об
убытках и бранить ее за то, что она все лежит и не
хочет работать. ј яков гл€дел на нее со скукой
вспоминал, что завтра »оанна Ѕогослова,
послезавтра Ќикола€ „удотворца, а потом
воскресенье, потом понедельник - т€желый день.
„етыре дн€ нельз€ будет работать, а наверное ћарфа
умрет в какой-нибудь из этих дней; значит, гроб
надо делать сегодн€. ќн вз€л свой железный аршин,
подошел к старухе и сн€л с нее мерку. ѕотом она
легла, а он перекрестилс€ и стал делать гроб.
    огда работа была кончена, Ѕронза надел очки и
записал в свою книжку:
   » вздохнул. —таруха все врем€ лежала молча с
закрытыми глазами. Ќо вечером, когда стемнело, она
вдруг позвала старика.
   - ѕомнишь, яков? - спросила она, гл€д€ на него
радостно. - ѕомнишь, п€тьдес€т лет назад нам бог
дал ребеночка с белокурыми волосиками? ћы с тобой
тогда все на речке сидели и песни пели... под
вербой. - », горько усмехнувшись, она добавила: -
”мерла девочка.
   яков напр€г пам€ть, но никак не мог вспомнить ни
ребеночка, ни вербы.
   - Ёто тебе мерещитс€, - сказал он.
   ѕриходил батюшка, приобщал и соборовал. ѕотом
ћарфа стала бормотать что-то непон€тное и к утру
скончалась.
   —тарухи соседки обмыли, одели и в гроб положили.
„тобы не платить лишнего дь€чку, яков сам читал
псалтирь, и за могилку с него ничего не вз€ли, так
как кладбищенский сторож был ему кум. „етыре
мужика несли до кладбища гроб, но не за деньги, а
из уважени€. Ўли за гробом старухи, нищие, двое
юродивых, встречный народ набожно крестилс€... »
яков был очень доволен, что все так честно,
благопристойно и дешево и ни дл€ кого не обидно.
ѕроща€сь в последний раз с ћарфой, он потрогал
рукой гроб и подумал: "’ороша€ работа!"
   Ќо когда он возвращалс€ с кладбища, его вз€ла
сильна€ тоска. ≈му что-то нездоровилось: дыхание
было гор€чее и т€жкое, ослабели ноги, т€нуло к
питью. ј тут еще полезли в голову вс€кие мысли.
¬спомнилось оп€ть, что за всю свою жизнь он ни
разу не пожалел ћарфы, не приласкал. ѕ€тьдес€т два
года, пока они жили в одной избе, т€нулись
долго-долго, но как-то так вышло, что за все это
врем€ он ни разу не подумал о ней, не обратил
внимани€, как будто она была кошка или собака. ј
ведь она каждый день топила печь, варила и пекла,
ходила по воду, рубила дрова, спала с ним на одной
кровати, а когда он возвращалс€ пь€ный со свадеб,
она вс€кий раз с благословением вешала его скрипку
на стену и укладывала его спать, и все это молча,
с робким, заботливым выражением.
   Ќавстречу якову, улыба€сь и клан€€сь, шел –отшильд.
   - ј € вас ищу, д€денька! - сказал он. -  лан€лись
вам ћойсей »льич и велели вам зараз приходить к
нам.
   якову было не до того. ≈му хотелось плакать.
   - ќтстань! - сказал он и пошел дальше.
   - ј как же это можно? - встревожилс€ –отшильд,
забега€ вперед. - ћойсей »льич будут обижатьс€!
ќни велели зараз!
   якову показалось противно, что жид запыхалс€,
моргает и что у него так много рыжих веснушек. »
было гадко гл€деть на его зеленый сюртук с темными
латками и на всю его хрупкую, деликатную фигурку.
   - „то ты лезешь ко мне, чеснок? - крикнул яков. -
Ќе приставай!
   ∆ид рассердилс€ и тоже крикнул:
   - Ќо ви, пожалуйста, потише, а то ви у мен€ через
забор полетите!
   - ѕрочь с глаз долой! - заревел яков и бросилс€ на
него с кулаками. - ∆ить€ нет от пархатых!
   –отшильд помертвел от страха, присел и замахал
руками над головой, как бы защища€сь от ударов,
потом вскочил и побежал прочь что есть духу. Ќа
бегу он подпрыгивал, всплескивал руками, и видно
было, как вздрагивала его длинна€, тоща€ спина.
ћальчишки обрадовались случаю и бросились за ним с
криками: "∆ид! ∆ид!" —обаки тоже погнались за ним
с лаем.  то-то захохотал, потом свистнул, собаки
зала€ли громче и дружнее... «атем, должно быть,
собака укусила –отшильда, так как послышалс€
отча€нный, болезненный крик.
   яков погул€л по выгону, потом пошел по краю города
куда глаза гл€д€т, и мальчишки кричали: "Ѕронза
идет! Ѕронза идет!" ј вот и река. “ут с писком
носились кулики, кр€кали утки. —олнце сильно
припекало6 и от воды шло такое сверканье, что было
больно смотреть. яков прошелс€ по тропинке вдоль
берега и видел, как из купальни вышла полна€
краснощека€ дама, и подумал про нее: "»шь ты,
выдра!" Ќедалеко от купальни мальчишки ловили на
м€со раков; увидев его, они стали кричать со
злобой: "Ѕронза! Ѕронза!" ј вот широка€ стара€
верба с громадным дуплом, а на ней вороньи
гнезда... » вдруг в пам€ти якова, как живой, вырос
младенчик с белокурыми волосами и верба, про
которую говорила ћарфа. ƒа, это и есть та сама€
верба - зелена€, тиха€, грустна€...  ак она
постарела, бедна€!
   ќн сел под нее и стал вспоминать. Ќа том берегу,
где теперь заливной луг, в ту пору сто€л крупный
березовый лес, а вон на той лысой горе, что
виднеетс€ на горизонте, тогда синел старый-старый
сосновый бор. ѕо реке ходили барки. ј теперь все
ровно и гладко, и на том берегу стоит одна только
березка, молоденька€ и стройна€, как барышн€, а на
реке только утки да гуси, и не похоже, чтобы здесь
когда-нибудь ходили барки.  ажетс€, против
прежнего и гусей стало меньше. яков закрыл глаза,
и в воображении его одно навстречу другому
понеслись громадные стада белых гусей.
   ќн недоумевал, как это вышло так, что за последние
сорок или п€тьдес€т лет своей жизни он ни разу не
был на реке, а если, может, и был, то не обратил
на нее внимани€? ¬едь река пор€дочна€, не
пуст€чна€; на ней можно было бы завести рыбные
ловли, а рыбу продавать купцам, чиновникам и
буфетчику на станции и потом класть деньги в банк;
можно было бы плавать в лодке от усадьбы к усадьбе
играть на скрипке, и народ вс€кого звани€ платил
бы деньги; можно было бы попробовать оп€ть гон€ть
барки - это лучше, чем гробы делать: наконец можно
было бы разводить гусей, бить их и зимой
отправл€ть в ћоскву; небось одного пуху в год
набралось бы рублей на дес€ть. Ќо он прозевал,
ничего этого не сделал.  акие убытки! јх, какие
убытки! ј если бы все вместе - и рыбу ловить, и на
скрипке играть, и барки гон€ть, и гусей бить, то
какой получилс€ бы капитал! Ќо ничего этого не
было даже во сне, жизнь прошла без пользы, без
вс€кого удовольстви€, пропала зр€,
ни за понюшку табаку; впереди уже ничего не
осталось, а посмотришь назад - там ничего, кроме
убытков и таких страшных, что даже озноб берет. »
почему человек не может жить так, чтобы не было
этих потерь и убытков? —прашиваетс€, зачем срубили
березн€к и сосновый бор? «ачем даром гул€ет выгон?
«ачем люди делают всегда именно не то, что нужно?
«ачем яков всю свою жизнь бранилс€, рычал,
бросалс€ с кулаками, обижал свою жену и,
спрашиваетс€, дл€ какой надобности давеча напугал
и оскорбил жида? «ачем вообще люди мешают жить
друг другу? ¬едь от этого какие убытки!  акие
страшные убытки! ≈сли бы не было ненависти и
злобы, люди имели бы друг от друга громадную
пользу.
   ¬ечером и ночью мерещились ему младенчик, верба,
рыба, битые гуси, и ћарфа, похожа€ в профиль на
птицу, которой хочетс€ пить, и бледное, жалкое
лицо –отшильда, и какие-то морды надвигались со
всех сторон и бормотали про убытки. ќн ворочалс€ с
боку на бок и раз п€ть вставал с постели, чтобы
поиграть на скрипке.
   ”тром через силу подн€лс€ и пошел в больницу. “от
же ћаксим Ќиколаич приказал ему прикладывать к
голове холодный компресс, дал порошки, и по
выражению лица его и по тону яков пон€л, что дело
плохо и что уж никаким порошками не поможешь. »д€
потом домой, он соображал, что от смерти будет
одна только польза: не надо ни есть, ни пить, ни
платить податей, ни обижать людей, а так как
человек лежит в могилке не один год, а сотни,
тыс€чи лет, то, если сосчитать, польза окажетс€
громадна€. ќт жизни человеку
- убыток, а от смерти - польза. Ёто соображение,
конечно, справедливо, но все-таки обидно и горько:
зачем на свете такой странный пор€док, что жизнь,
котора€ даетс€ человеку только один раз, проходит
без пользы?
   Ќе жалко было умирать, но как только дома он
увидел скрипку, у него сжалось сердце и стало
жалко. —крипку нельз€ вз€ть с собою в могилу, и
теперь она останетс€ сиротой, и с нею случитс€ то
же, что с березн€ком и с сосновым бором. ¬се на
этом свете пропадало и будет пропадать! яков вышел
из избы и сел у порога, прижима€ к груди скрипку.
ƒума€ о пропащей, убыточной жизни, он заиграл, сам
не зна€ что, но вышло жалобно и трогательно, и
слезы потекли у него по щекам. » чем крепче он
думал, тем печальнее пела скрипка.
   —крипнула щеколда раз-другой, и в калитке
показалс€ –отшильд. ѕоловину двора прошел он
смело, но, увидев якова, вдруг остановилс€, весь
съежилс€ и, должно быть от страха, стал делать
руками такие знаки, как будто хотел показать на
пальцах, который теперь час.
   - ѕодойди, ничего, - сказал ласково яков и поманил
его к себе. - ѕодойди!
   √л€д€ недоверчиво и со страхом, –отшильд стал
подходить и остановилс€ от него на сажень.
   - ј вы, сделайте милость, не бейте мен€! - сказал
он, приседа€. - ћен€ ћойсей »льич оп€ть послали.
Ќе бойс€, говор€т, поди оп€ть до якова и скажи,
говор€т, что без их никак невозможно. ¬ среду
швадьба.... ƒа-а! √осподин Ўаповалов выдают дочку
жа хорошего целовека. » швадьба будет богата€,
у-у! - добавил жид и прищурил один глаз.
   - Ќе могу... - проговорил яков, т€жело дыша. -
«ахворал, брат.
   » оп€ть заиграл, и слезы брызнули из глаз на
скрипку. –отшильд внимательно слушал, ставши к
нему боком и скрестив на груди руки. »спуганное,
недоумевающее выражение на его лице мало-помалу
сменилось скорбным и страдальческим, он закатил
глаза, как бы испытыва€ мучительный восторг, и
проговорил: "¬аххх!.." » слезы медленно потекли у
него по щекам и закапали на зеленый сюртук.
   » потом весь день яков лежал и тосковал.  огда
вечером батюшка, исповеду€, спросил его, не помнит
ли он за собою какого-нибудь особенного греха, то
он, напр€га€ слабеющую пам€ть, вспомнил оп€ть
несчастное лицо ћарфы и отча€нный крик жида,
которого укусила собака, и сказал едва слышно:
   - —крипку отдайте –отшильду.
   - ’орошо, - ответил батюшка.
   » теперь в городе все спрашивают: откуда у
–отшильда така€ хороша€ скрипка?  упил он ее или
украл, или, быть может, она попала к нему в
заклад? ќн давно уже оставил флейту и играет
теперь только на скрипке. »з-под смычка у него
льютс€ такие же жалобные звуки, как в прежнее
врем€ из флейты, но когда он стараетс€ повторить
то, что играл €ков, сид€ на пороге, то у него
выходит нечто такое унылое и скорбное, что
слушатели плачут, и сам он под конец закатывает
глаза и говорит: "¬аххх!.." » эта нова€ песн€ так
понравилась в городе, что –отшильда приглашают к
себе наперерыв купцы и чиновники и заставл€ют
играть ее до дес€ти раз.

—Ћ≈ƒќ¬ј“≈Ћ№
   ”ездный врач и судебный следователь ехали в один
хороший весенний полдень на вскрытие. —ледователь,
мужчина лет тридцати п€ти, задумчиво гл€дел на
лошадей и говорил:
   - ¬ природе есть очень много загадочного и
темного, но и в обыденной жизни, доктор, часто
приходитс€ наталкиватьс€ на €влени€, которые
решительно не поддаютс€ объ€снению. “ак, € знаю
несколько загадочных, странных смертей, причину
которых возьмутс€ объ€снить только спириты и
мистики, человек же со свежей головой в недоумении
разведет руками, и только. Ќапример, € знаю одну
очень интеллигентную даму, котора€ предсказала
себе смерть и умерла без вс€кой видимой причины
именно в назначенный ею день. —казала, что умрет
тогда-то, и умерла.
   - Ќет действи€ без причины,- сказал доктор.- ≈сть
смерть, значит, есть и причина. ј что касаетс€
предсказани€, то ведь тут мало диковинного. ¬се
наши дамы и бабы обладают даром пророчества и
предчувстви€.
   - “ак-то так, но мо€ дама, доктор, совсем
особенна€. ¬ ее предсказании и смерти не было
ничего ни бабьего, ни дамского. ћолода€ женщина,
здорова€, умница, без вс€ких предрассудков. ” нее
были такие умные, €сные, честные глаза; лицо открытое,
разумное, с легкой, чисто русской усмешечкой во
взгл€де и на губах. ƒамского или бабьего, если
хотите, в ней только одно - красота. ¬с€ стройна€,
грациозна€, как вот эта береза, волоса
удивительные! „тобы она не оставалась дл€ вас
непон€тной, прибавлю еще, что это был человек,
полный самой заразительной веселости, беспечности
и того умного, хорошего легкомысли€, которое
бывает только у мысл€щих, простодушных, веселых
людей. ћожет ли тут быть речь о мистицизме,
спиритизме, даре предчувстви€ или о чем-нибудь
подобном? Ќад всем этим она сме€лась. ƒокторска€
бричка остановилась около колодца. —ледователь и
доктор напились воды, пот€нулись и стали ждать,
когда кучер кончит поить лошадей.
   - Ќу-с, отчего же умерла та дама?- спросил доктор,
когда бричка оп€ть покатила по дороге.
   - ”мерла она странно. ¬ один прекрасный день
входит к ней муж и говорит, что не дурно бы к
весне продать старую кол€ску, а вместо нее купить
что-нибудь поновее и легче, и что не мешало бы
переменить левую прист€жную, а Ѕобчинского (была у
мужа така€ лошадь) пустить в корень. ∆ена
выслушала его и говорит:
   - ƒелай, как знаешь, мне теперь все равно.   лету
€ буду уже на кладбище. ћуж, конечно, пожимает
плечами и улыбаетс€.
   - я нисколько не шучу,- говорит она.- ќбъ€вл€ю
серьезно, что € скоро умру.
   - “о есть как скоро?
   - —ейчас же после родов. –ожу и умру. —ловам этим
муж не придал никакого значени€. ќн не верит ни в
какие предчувстви€ и к тому же отлично знает, что
женщины в интересном положении люб€т капризничать
и вообще предаватьс€ мрачным мысл€м. ѕрошел день,
и жена оп€ть ему о том, что умрет тотчас же после
родов, и потом каждый день все о том же, а он
сме€лс€ и обзывал ее бабой, гадалкой, кликушей.
Ѕлизка€ смерть стала idee fixe
жены.  огда муж не слушал ее, она шла в кухню и
говорила там о своей смерти с н€ней и кухаркой:
   - Ќе много еще мне осталось жить, н€нюшка.  ак
только рожу, сейчас же и умру. Ќе хотелось бы
умирать так рано, да уж знать судьба мо€ така€.
Ќ€нька и кухарка, конечно, в слезы. Ѕывало,
приедет к ней попадь€ или помещица, а она отведет
ее в угол и давай душу отводить - все о том же, о
близкой смерти. √оворила она серьезно, с
непри€тной улыбкой, даже со злым лицом, не
допуска€ возражений. Ѕыла она модницей, щеголихой,
но тут ввиду скорой смерти все бросила и стала
ходить нер€хой; уже не читала, не сме€лась, не
мечтала вслух... ћало того, поехала с теткой на
кладбище и облюбовала там место дл€ своей могилки,
а дней за п€ть до родов написала завещание. »
имейте в виду, все это творилось при отличном
здоровье, без малейших намеков на болезнь или
какую-нибудь опасность. –оды - трудна€ штука,
иногда смертельна€, но у той, про которую € вам
говорю, все обсто€ло благополучно и бо€тьс€ было
решительно нечего. ћужу в конце концов вс€ эта
истори€ надоела. как-то за обедом он рассердилс€ и
спросил:
   - ѕослушай, Ќаташа, когда же будет конец этим
глупост€м?
   - Ёто не глупости. я говорю серьезно.
   - ¬здор! я бы тебе советовал перестать глупить,
чтобы потом самой не было совестно. Ќо вот
наступили и роды. ћуж привез из города самую
лучшую акушерку. –оды были у жены первые, но сошли
как нельз€ лучше.  огда все кончилось, роженица
пожелала взгл€нуть на младенца. ѕогл€дела и
сказала:
   - Ќу, а теперь и умереть можно. ѕростилась,
закрыла глаза и через полчаса отдала богу душу. ƒо
самой последней минуты она была в сознании. ѕо
крайней мере когда ей вместо воды подали молока,
то она тихо прошептала:
   - «ачем же вы мне вместо воды молока даете? “ак
вот кака€ истори€.  ак предсказала, так и умерла.
   —ледователь помолчал, вздохнул и сказал:
   -¬от и объ€сните, отчего она умерла? ”вер€ю вас
честным словом, это не выдумка, а факт. –азмышл€€,
доктор погл€дел на небо.
   - Ќадо было бы вскрыть ее,- сказал он.
   - «ачем?
   - ј затем, чтобы узнать причину смерти. Ќе от
предсказани€ же своего она умерла. ќтравилась, по
всей веро€тности. —ледователь быстро повернулс€
лицом к доктору и, прищурив глаза, спросил:
   - »з чего же вы заключаете, что она отравилась?
   - я не заключаю, а предполагаю. ќна хорошо жила с
мужем?
   - √м... не совсем. Ќедоразумени€ начались вскоре
же после свадьбы. Ѕыло такое несчастное стечение
обсто€тельств. ѕокойница однажды застала мужа с
одной дамой... ¬прочем, она скоро простила ему.
   - ј что раньше было, измена мужа или по€вление
идеи о смерти? —ледователь пристально погл€дел на
доктора, как бы жела€ разгадать, зачем он задает
такой вопрос.
   - ѕозвольте,- ответил он не сразу.- ѕозвольте,
дайте припомнить.- —ледователь сн€л шл€пу и потер
себе лоб.- ƒа, да... она стала говорить о смерти
именно вскорости после того случа€. ƒа, да.
   - Ќу, вот видите ли... ѕо всей веро€тности, она
тогда же решила отравитьс€, но так как ей,
веро€тно, вместе с собой не хотелось убивать и
ребенка, то она отложила самоубийство до родов.
   - ≈два ли, едва ли... Ёто невозможно. ќна тогда же
простила.
   - —коро простила, значит, думала что-нибудь
недоброе. ћолодые жены прощают не скоро.
—ледователь насильно улыбнулс€ и, чтобы скрыть
свое слишком заметное волнение, стал закуривать
папиросу.
   - ≈два ли, едва ли...- продолжал он.- ћне и в
голову не приходила мысль о такой возможности...
ƒа и к тому же... он не так уж виноват, как
кажетс€... »зменил как-то странно, сам того не жела€:
пришел домой ночью навеселе, хочетс€ приласкать
кого-нибудь, а жена в интересном положении... а
тут, черт ее побери, навстречу попадаетс€ дама,
приехавша€ погостить на три дн€, бабенка пуста€,
глупа€, некрасива€. Ёто даже и изменой считать
нельз€. ∆ена и сама так взгл€нула на это и
скоро... простила; потом об этом и разговора не
было...
   - Ћюди без причины не умирают,- сказал доктор.
   - Ёто так, конечно, но все-таки... не могу
допустить, чтобы она отравилась. Ќо странно, как
это до сих пор мне в голову не приходило о
возможности такой смерти!.. » никто не думал об
этом! ¬се были удивлены, что ее предсказание
сбылось, и мысль о возможности... такой смерти
была далекой... ƒа и не может быть, чтоб она
отравилась! Ќет! —ледователь задумалс€. ћысль о
странно умершей женщине не оставл€ла его и во
врем€ вскрыти€. «аписыва€ то, что диктовал доктор,
он мрачно двигал бров€ми и тер себе лоб.
   - ј разве есть такие €ды, которые убивают в
четверть часа, мало-помалу и без вс€кой боли?-
спросил он доктора, когда тот вскрывал череп.
   - ƒа, есть. ћорфий, например.
   - √м... —транно... ѕомню, она держала у себ€
что-то подобное... Ќо едва ли! Ќа обратном пути
следователь имел утомленный вид, нервно покусывал
усы и говорил неохотно.
   - ƒавайте немного пешком пройдемс€,- попросил он
доктора.- Ќадоело сидеть.
ѕройд€ шагов сто, следователь, как показалось
доктору, совсем ослабел, как будто взбиралс€ на
высокую гору. ќн остановилс€ и, гл€д€ на доктора
странными, точно пь€ными глазами, сказал:
   - Ѕоже мой, если ваше предположение справедливо,
то ведь это... это жестоко, бесчеловечно! ќтравила
себ€, чтобы казнить другого! ƒа разве грех так
велик! јх, боже мой! » к чему вы мне подарили эту
прокл€тую мысль, доктор!
   —ледователь в отча€нии схватил себ€ за голову и
продолжал:
   - Ёто € рассказывал вам про свою жену, про себ€.
ќ, боже мой! Ќу, € виноват, € оскорбил, но неужели
умереть легче, чем простить! ¬от уж именно бабь€
логика, жестока€, немилосердна€ логика. ќ, она и
тогда, при жизни, была жестокой! “еперь €
припоминаю! “еперь дл€ мен€ все €сно!
   —ледователь говорил и - то пожимал плечами, то
хватал себ€ за голову. ќн то садилс€ в экипаж, то
шел пешком. Ќова€ мысль, сообщенна€ ему доктором,
казалось, ошеломила его, отравила; он растер€лс€,
ослабел душой и телом, и когда вернулись в город,
простилс€ с доктором, отказавшись от обеда, хот€
накануне дал слово доктору пообедать с ним вместе.









—Ќќ— »:

1. нав€зчивой идеей (франц.).

—Ћќ¬ј, —Ћќ¬ј » —Ћќ¬ј
   Ќа большом номерном диване лежал телеграфист
√руздев. ѕодперев кулаками свою белокурую голову,
он рассматривал маленькую рыжеволосую девушку и
вздыхал.
   -  ат€, что заставило теб€ так пасть? —кажи мне! -
вздохнул между прочим √руздев. -  ак ты оз€бла,
однако!
   Ќа дворе был один из самых скверных мартовских
вечеров. “усклые фонарные огни едва освещали
гр€зный, разжиженный снег. ¬се было мокро, гр€зно,
серо... ¬етер напевал тихо, робко, точно бо€лс€,
чтобы ему не запретили петь. —лышалось шлепанье по
гр€зи... “ошнило природу!
   -  ат€, что заставило теб€ так пасть? - спросил
еще раз √руздев.
    ат€ робко погл€дела в глаза √руздеву. √лаза
честные, теплые, искренние - так показалось ей. ј
эти падшие создани€ так и лезут на честные глаза,
лезут и налетают, как мотыльки на огонь.  ашей их
не покорми, а только взгл€ни на них потеплей.
 ат€, тереб€ бахрому от скатерти, конфузливо
рассказала √руздеву свою жалкую повесть. ѕовесть
сама€ обыкновенна€, подла€: он, обещание,
надувательство и проч.
   -  акой же он подлец! - проворчал √руздев,
негоду€. - ≈сть же такие мерзавцы, черт бы их вз€л
совсем! Ѕогат он, что ли?
   - ƒа, богат...
   - “ак и знал... » вы-то хороши, нечего сказать.
«ачем вы, бабы, деньги так любите! Ќа что они вам?
   - ќн побожилс€, что на всю жизнь обеспечит, -
прошептала  ат€. - ј разве это плохо? я и
польстилась... ” мен€ мать старуха.
   - √м... Ќесчастные вы, несчастные! ј все по
глупости, по пустоте... ћалодушны все вы,
бабы!..Ќесчастные, жалкие... ѕослушай,  ат€! Ќе
мое это дело, не люблю вмешиватьс€ в чужие дела,
но лицо у теб€ такое несчастное, что нет сил не
вмешатьс€!  ат€, отчего ты не исправишьс€?  ак
тебе не стыдно? ѕо всему ведь видно, что ты еще не
совсем погибла, что возврат еще возможен... ќтчего
же ты не постараешьс€ стать на путь истинный?
ћогла бы,  ат€! Ћицо у теб€ такое хорошее, глаза
добрые, грустные... » улыбаешьс€ ты как-то
особенно симпатично...
   √руздев вз€л  атю за обе руки и, загл€дыва€ ей
сквозь глаза в самую душу, сказал много хороших
слов. √оворил он тихо, дрожащим тенором, со
слезами на глазах... ≈го гор€чее дыхание обдавало
все ее лицо, шею...
   - ћожно исправитьс€,  ат€! “ы так молода еще...
ѕопробуй!
   - я уже пробовала, но... ничего не вышло. ¬се
было... –аз пошла даже в горничные, хоть... и
двор€нка €! ƒумалось исправитьс€. Ћучше самый
гр€зный труд, чем наше дело. я к купцу
поступила... ∆ила мес€ц, и ничего, можно жить...
Ќо хоз€йка приревновала к хоз€ину, хот€ € и
внимани€ на него не обращала, приревновала,
прогнала, места нет и... оп€ть пошло сначала...
ќп€ть!
    ат€ сделала большие глаза, побледнела и вдруг
взвизгнула. ¬ соседнем номере кто-то уронил
что-то: испугалс€, должно быть. ћелкий,
истерический плач понесс€ сквозь все тонкие
номерные перегородки. √руздев бросилс€ за водой.
„ерез дес€ть минут  ат€ лежала на диване и рыдала:
   - ѕодла€ €, дака€! ’уже всех на свете! Ќикогда €
не исправлюсь, никогда не исправлюсь, никогда не
сделаюсь пор€дочной! –азве € могу? ѕошла€! —тыдно
тебе, больно? “ак тебе и следует, мерзка€!
    ат€ сказала немного, меньше √руздева, но пон€ть
можно было многое. ќна хотела прочесть целую
исповедь, так хорошо знакомую каждому "честному
развратнику", но не получилось из ее речи ничего,
кроме нравственных самопощечин. ¬сю душу себе
исцарапала!
   - ѕробовала уже, но ничего не выходит! Ќичего! ¬се
одно погибать! - кончила она со вздохом и
поправила свои волосы.
   ћолодой человек взгл€нул на часы.
   - Ќе быть из мен€ толку! ј вам спасибо... я первый
раз в жизни слышу такие ласковые слова. ¬ы один
только обошлись со мной по-человечески, хоть € и
беспор€дочна€, гадка€...
   »  ат€ вдруг остановилась говорить. —квозь ее мозг
молнией пробежал один маленький роман, который она
читала когда-то, где-то... √ерой этого романа
ведет к себе падшую и, наговорив ей с три короба,
обращает ее на путь истины, обратив же, делает ее
своей подругой...  ат€ задумалась. Ќе герой ли
подобного романа этот белокурый √руздев? „то-то
похоже... ƒаже очень похоже. ќна с стучащим
сердцем стала смотреть на его лицо. —лезы ни к
селу ни к городу оп€ть полились из ее глаз.
   - Ќу, полно,  ат€, утешьс€! - вздохнул √руздев,
взгл€нув на часы.- »справишьс€, бог даст, коли
захочешь.
   ѕлачуща€  ат€ медленно расстегнула три верхние
пуговки шубки. –оман с красноречивым героем
стушевалс€ из ее головы...
   ¬ вентил€цию отча€нно взвизгнул ветер, точно он
первый раз в жизни видел насилие, которое может
совершать иногда насущный кусок хлеба. Ќаверху,
где-то далеко за потолком, забренчали на плохой
гитаре. ѕошла€ музыка!

 јЎ“јЌ ј
√
Ћј¬ј ѕ≈–¬јя
ƒурное поведение
   ћолода€ рыжа€ собака - помесь такса с дворн€жкой
- очень похожа€ мордой на лисицу, бегала взад и
вперед по тротуару  и  беспокойно  огл€дывалась  по  сторонам.
»зредка она останавливалась и, плача, приподнима€
то одну оз€бшую  лапу, то другую, старалась
дать  себе отчет: как это могло случитьс€, что она заблудилась?
   ќна отлично помнила, как она провела день  и  как  в
конце концов попала на этот незнакомый тротуар,
   ƒень началс€ с того,  что  ее  хоз€ин,  стол€р  Ћука
јлександрыч,  надел  шапку,  вз€л  под  мышку  какую-то
дерев€нную  штуку,  завернутую  в  красный  платок,   и
крикнул:
   -  аштанка, пойдем!
   ”слыхав свое им€, помесь такса  с  дворн€жкой  вышла
из-под верстака, где  она  спала  на  стружках,  сладко
пот€нулась  и  побежала  за  хоз€ином.  «аказчики
Ћуки јлександрыча жили ужасно далеко, так  что,
прежде  чем дойти до каждого из них, стол€р должен
был по нескольку раз  заходить  в  трактир  и  подкрепл€тьс€.
 аштанка помнила, что по дороге она вела
себ€ крайне неприлично. ќт радости, что ее вз€ли гул€ть,
она прыгала, бросалась с лаем на вагоны  конножелезки,
забегала  во  дворы  и гон€лась за собаками.
—тол€р то  и  дело  тер€л  ее  из виду, останавливалс€
и сердито кричал на нее. –аз  даже он с
выражением алчности на лице забрал  в  кулак ее
лисье ухо, потрепал и проговорил с расстановкой:
   - „тоб... ты... из... дох... ла, холера!
   ѕобывав у заказчиков, Ћука јлександрыч зашел на
минутку к сестре, у которой пил и закусывал; от сестры
пошел он к знакомому переплетчику, от переплетчика в
трактир, из трактира к куму и т.д. ќдним словом,
когда  аштанка попала на незнакомый тротуар,
то уже вечерело и стол€р был пь€н, как сапожник.
ќн размахивал руками и, глубоко вздыха€, бормотал:
   - ¬о гресех роди м€ мати во утробе моей! ќх,
грехи, грехи! “еперь вот мы по улице идем и на фонарики
гл€дим, а как помрем - в гиене огненной гореть
будем...
   »ли же он впадал в добродушный тон, подзывал
к себе  аштанку и говорил ей:
   - “ы,  аштанка, насекомое существо и больше
ничего. —упротив человека ты все равно, что плотник
супротив стол€ра...
    огда он разговаривал с нею таким образом, вдруг
загремела музыка.  аштанка огл€нулась и увидела,
что по улице пр€мо на нее шел полк солдат. Ќе вынос€
музыки, котора€ расстраивала ей нервы, она заметалась
и завыла.   великому ее удивлению, стол€р, вместо
того чтобы испугатьс€, завизжать и зала€ть, широко
улыбнулс€, выт€нулс€ во фрунт и всей п€терней
сделал под козырек. ¬ид€, что хоз€ин не протестует,
 аштанка еще громче завыла и, не помн€ себ€, бросилась
через дорогу на другой тротуар.
    огда она опомнилась, музыка уже не играла и
полка не было. ќна перебежала дорогу к тому месту,
где оставила хоз€ина, но, увы! стол€ра уже там не
было. ќна бросилась вперед, потом назад, еще раз
перебежала дорогу, но стол€р точно сквозь землю провалилс€...
 аштанка стала обнюхивать тротуар, наде€сь
найти хоз€ина по запаху его следов, но раньше
какой-то негод€й прошел в новых резиновых калошах,
и теперь все тонкие запахи мешались с острою каучуковою
вонью, так что ничего нельз€ было разобрать.
    аштанка бегала взад и вперед и не находила хоз€ина,
а между тем становилось темно. ѕо обе стороны
улицы зажглись фонари, и в окнах домов показались
огни. Ўел крупный пушистый снег и красил в белое
мостовую, лошадиные спины, шапки извозчиков, и чем
больше темнел воздух, тем белее становились предметы.
ћимо  аштанки, заслон€€ ей поле зрени€ и толка€
ее ногами, безостановочно взад и вперед проходили
незнакомые заказчики. (¬се человечество  аштанка
делила на две очень неравные части: на хоз€ев и на
заказчиков; между теми и другими была существенна€
разница: первые имели право бить ее, а вторых она
сама имела право хватать за икры.) «аказчики куда-то
спешили и не обращали на нее никакого внимани€.
    огда стало совсем темно,  аштанкою овладели
отча€ние и ужас. ќна прижалась к какому-то подъезду
и стала горько плакать. ÷елодневное путешествие
с Ћукой јлександрычем утомило ее, уши и лапы ее
оз€бли, и к тому же еще она была ужасно голодна.
«а весь день ей приходилось жевать только два раза:
покушала у переплетчика немножко клейстеру да в
одном из трактиров около прилавка нашла колбасную
кожицу - вот и все. ≈сли бы она была человеком, то,
наверное, подумала бы:
   "Ќет, так жить невозможно! Ќужно застрелитьс€!"

√Ћј¬ј ¬“ќ–јя
“аинственный незнакомец
   Ќо она ни о чем не думала и только плакала.  огда
м€гкий пушистый снег совсем облепил ее спину и голову
и она от изнеможени€ погрузилась в т€желую дремоту,
вдруг подъездна€ дверь щелкнула, запищала
и ударила ее по боку. ќна вскочила. »з отворенной
двери вышел какой-то человек, принадлежащий к разр€ду
заказчиков. “ак как  аштанка взвизгнула и попала
ему под ноги, то он не мог не обратить на нее
внимани€. ќн нагнулс€ к ней и спросил:
   - ѕсина, ты откуда? я теб€ ушиб? ќ бедна€, бедна€...
Ќу, не сердись, не сердись... ¬иноват.
    аштанка погл€дела на незнакомца сквозь снежинки,
нависшие на ресницы, и увидела перед собой
коротенького и толстенького человечка с бритым пухлым
лицом, в цилиндре и в шубе нараспашку.
   - „то же ты скулишь?- продолжал он, сбива€
пальцем с ее спины снег.- √де твой хоз€ин? ƒолжно
быть, ты потер€лась? јх, бедный песик! „то же мы
теперь будем делать?
   ”ловив в голосе незнакомца теплую, душевную
нотку,  аштанка лизнула ему руку и заскулила еще
жалостнее.
   - ј ты хороша€, смешна€!- сказал незнакомец.
- —овсем лисица! Ќу, что ж, делать нечего,
пойдем со мной! ћожет быть, ты и сгодишьс€ на что-нибудь...
Ќу, фюйть!
   ќн чмокнул губами и сделал  аштанке знак рукой,
который мог означать только одно: "ѕойдем!"
 аштанка пошла.
   Ќе больше как через полчаса она уже сидела на
полу в большой светлой комнате и, склонив голову
набок, с умилением и с любопытством гл€дела на незнакомца,
который сидел за столом и обедал. ќн ел и
бросал ей кусочки... —начала он дал ей хлеба и зеленую
корочку сыра, потом кусочек м€са, полпирожка,
куриных костей, и она с голодухи все это съела так
быстро, что не успела разобрать вкуса. » чем больше
она ела, тем сильнее чувствовалс€ голод.
   - ќднако плохо же корм€т теб€ твои хоз€ева!-
говорил незнакомец, гл€д€, с какою свирепою жадностью
она глотала неразжеванные куски.- » кака€ ты
тоща€!  ожа да кости...
    аштанка съела много, но не наелась, а только
опь€нела от еды. ѕосле обеда она разлеглась среди
комнаты, прот€нула ноги и, чувству€ во всем теле при€тную
истому, завил€ла хвостом. ѕока ее новый хоз€ин,
развалившись в кресле, курил сигару, она вил€ла
хвостом и решала вопрос: где лучше - у незнакомца
или у стол€ра? ” незнакомца обстановка бедна€ и некрасива€;
кроме кресел, дивана, лампы и ковров, у
него нет ничего, и комната кажетс€ пустою; у стол€ра
же вс€ квартира битком набита вещами; у него есть
стол, верстак, куча стружек, рубанки, стамески, пилы,
клетка с чижиком, лохань... ” незнакомца не пахнет
ничем, у стол€ра же в квартире всегда стоит туман и
великолепно пахнет клеем, лаком и стружками. «ато
у незнакомца есть одно очень важное преимущество
- он дает много есть, и, надо отдать ему полную справедливость,
когда  аштанка сидела перед столом и
умильно гл€дела на него, он ни разу не ударил ее,
не затопал ногами и ни разу не крикнул: "ѕо-ошла
вон, трекл€та€!"
   ¬ыкурив сигару, новый хоз€ин вышел и через минуту
вернулс€, держа в руках маленький матрасик.
   - Ёй ты, пес, поди сюда!- сказал он, клад€ матрасик
в углу около дивана.- Ћожись здесь. —пи!
   «атем он потушил лампу и вышел.  аштанка разлеглась
на матрасике и закрыла глаза; с улицы послышалс€
лай, и она хотела ответить на него, но вдруг
неожиданно ею овладела грусть. ќна вспомнила Ћуку
јлександрыча, его сына ‘едюшку, уютное местечко
под верстаком... ¬спомнила она, что в длинные зимние
вечера, когда стол€р строгал или читал вслух газету,
‘едюшка обыкновенно играл с нею... ќн вытаскивал
ее за задние лапы из-под верстака и выделывал
с нею такие фокусы, что у нее зеленело в глазах и болело
во всех суставах. ќн заставл€л ее ходить на задних
лапах, изображал из нее колокол, то есть сильно
дергал ее за хвост, отчего она визжала и ла€ла, давал
ей нюхать табаку... ќсобенно мучителен был следующий
фокус: ‘едюшка прив€зывал на ниточку кусочек м€са и
давал его  аштанке, потом же, когда она проглатывала,
он с громким смехом вытаскивал его обратно
из ее желудка. » чем €рче были воспоминани€, тем
громче и тоскливее скулила  аштанка.
   Ќо скоро утомление и теплота вз€ли верх над грустью...
ќна стала засыпать. ¬ ее воображении забегали
собаки; пробежал, между прочим, и мохнатый старый
пудель, которого она видела сегодн€ на улице, с бельмом
на глазах и с клочь€ми шерсти около носа. ‘едюшка,
с долотом в руке, погналс€ за пуделем, потом
вдруг сам покрылс€ мохнатой шерстью, весело зала€л
и очутилс€ около  аштанки.  аштанка и он добродушно
понюхали друг другу носы и побежали на
улицу...

√Ћј¬ј “–≈“№я
Ќовое, очень при€тное знакомство
    огда  аштанка проснулась, было уже светло и с
улицы доносилс€ шум, какой бывает только днем.
¬ комнате не было ни души.  аштанка пот€нулась,
зевнула и, сердита€, угрюма€, прошлась по комнате.
ќна обнюхала углы и мебель, загл€нула в переднюю и не
нашла ничего интересного.  роме двери, котора€
вела в переднюю, была еще одна дверь. ѕодумав,
 аштанка поцарапала ее обеими лапами, отворила и
вошла в следующую комнату. “ут на кровати, укрывшись
байковым оде€лом, спал заказчик, в котором она
узнала вчерашнего незнакомца.
   - –ррр...- заворчала она, но, вспомнив про вчерашний
обед, завил€ла хвостом и стала нюхать.
   ќна понюхала одежду и сапоги незнакомца и нашла,
что они очень пахнут лошадью. »з спальни вела
куда-то еще одна дверь, тоже затворенна€.  аштанка
поцарапала эту дверь, налегла на нее грудью, отворила
и тотчас же почувствовала странный, очень подозрительный
запах. предчувству€ непри€тную встречу,
ворча и огл€дыва€сь,  аштанка вошла в маленькую
комнатку с гр€зными обо€ми и в страхе
поп€тилась назад. ќна увидела нечто неожиданное и страшное.
ѕригнув к земле шею и голову, растопырив крыль€ и
шип€, пр€мо на нее шел серый гусь. Ќесколько в стороне
от него, на матрасике, лежал белый кот; увидев
 аштанку, он вскочил, выгнул спину в дугу, задрал
хвост, взъерошил шерсть и тоже зашипел. —обака испугалась
не на шутку, но, не жела€ выдавать своего
страха, громко зала€ла и бросилась к коту...  от еще
сильнее выгнул спину, зашипел и ударил  аштанку лапой
по голове.  аштанка отскочила, присела на все
четыре лапы и, прот€гива€ к коту морду, залилась
громким, визгливым лаем; в это врем€ гусь подошел
сзади и больно долбанул ее клювом в спину.  аштанка
вскочила и бросилась на гус€...
   - Ёто что такое?- послышалс€ громкий сердитый
голос, и в комнату вошел незнакомец в халате и с
сигарой в зубах.- „то это значит? Ќа место!
   ќн подошел к коту, щелкнул его по выгнутой спине
и сказал:
   - ‘едор “имофеич, это что значит? ƒраку подн€ли?
јх ты, стара€ каналь€! Ћожись!
   », обратившись к гусю, он крикнул:
   - »ван »ваныч, на место!
    от покорно лег на свой матрасик и закрыл глаза.
—уд€ по выражению его морды и усов, он сам был недоволен,
что погор€чилс€ и вступил в драку.  аштанка
обиженно заскулила, а гусь выт€нул шею и заговорил
о чем-то быстро, гор€чо и отчетливо, но крайне
непон€тно.
   - Ћадно, ладно!- сказал хоз€ин, зева€.- Ќадо
жить мирно и дружно.- ќн погладил  аштанку и
продолжал:- ј ты, рыжик, не бойс€... Ёто хороша€
публика, не обидит. ѕостой, как же мы теб€
звать будем? Ѕез имени нельз€, брат.
   Ќезнакомец подумал и сказал:
   - ¬от что... “ы будешь - “етка... ѕонимаешь?
“етка!
   », повторив несколько раз слово "“етка", он вышел.
 аштанка села и стала наблюдать.  от неподвижно
сидел на матрасике и делал вид, что спит. √усь,
выт€гива€ шею и топчась на одном месте, продолжал
говорить о чем-то быстро и гор€чо. ѕо-видимому, это
был очень умный гусь; после каждой длинной тирады
он вс€кий раз удивленно п€тилс€ назад и делал вид,
что восхищалс€ своею речью... ѕослушав его и ответив
ему: "рррр...",  аштанка прин€лась обнюхивать
углы. ¬ одном из углов сто€ло маленькое корытце, в
котором она увидела моченый горох и размокшие
ржаные корки. ќна попробовала горох - невкусно,
попробовала корки - и стала есть. √усь нисколько не
обиделс€, что незнакома€ собака поедает его корм, а
напротив, заговорил еще гор€чее и, чтобы показать
свое доверие, сам подошел к корытцу и съел несколько
горошинок.

√Ћј¬ј „≈“¬≈–“јя
„удеса в решете
   Ќемного погод€ оп€ть вошел незнакомец и принес
с собой какую-то странную вещь, похожую на ворота
и на букву ѕ. Ќа перекладине этого дерев€нного, грубо
сколоченного ѕ висел колокол и был прив€зан пистолет;
от €зыка колокола и от курка пистолета т€нулись
веревочки. Ќезнакомец поставил ѕ посреди
комнаты, долго что-то разв€зал и зав€зывал, потом
посмотрел на гус€ и сказал:
   - »ван »ваныч, пожалуйте!
   √усь подошел к нему и остановилс€ в ожидательной
позе.
   - Ќу-с,- сказал незнакомец,- начнем с самого
начала. ѕрежде всего поклонись и сделай реверанс!
∆иво!
   »ван »ваныч выт€нул шею, закивал во все стороны
и шаркнул лапкой.
   - “ак, молодец... “еперь умри!
   √усь лег на спину и задрал вверх лапы. ѕроделав
еще несколько подобных неважных фокусов, незнакомец
вдруг схватил себ€ за голову, изобразил на своем
лице ужас и закричал:
   -  араул! ѕожар! √орим!
   »ван »ваныч подбежал к ѕ, вз€л в клюв веревку
и зазвонил в колокол.
   Ќезнакомец осталс€ очень доволен. ќн погладил
гус€ по шее и сказал:
   - ћолодец, »ван »ваныч! “еперь представь, что т
ы ювелир и торгуешь золотом и бриль€нтами. ѕредставь
теперь, что ты приходишь к себе в магазин и застаешь
в нем воров.  ак бы та поступил в данном случае?
   √усь вз€л в клюв другую веревочку и пот€нул, отчего
тотчас же раздалс€ оглушительный выстрел.  аштанке
очень понравилс€ звон, а от выстрела она пришла
в такой восторг, что забегала вокруг ѕ и зала€ла.
   - “етка, на место!- крикнул ей незнакомец.-
ћолчать!
   –абота »вана »ваныча не кончилась стрельбой.
÷елый час потом незнакомец гон€л его вокруг себ€
на корде и хлопал бичом, причем гусь должен был
прыгать через барьер и сквозь обруч, становитьс€
на дыбы, то есть садитьс€ на хвост и махать лапками.
 аштанка не отрывала глаз от »вана »ваныча, завывала
от восторга и несколько раз принималась бегать
за ним со звонким лаем. ”томив гус€ и себ€, незнакомец
вытер со лба пот и крикнул:
   - ћарь€,, позови-ка сюда ’авронью »вановну!
   „ерез минуту послышалось хрюканье...  аштанка
заворчала, прин€ла очень храбрый вид и на вс€кий
случай подошла поближе к незнакомцу. ќтворилась
дверь, в комнату погл€дела кака€-то старуха и, сказав
что-то, впустила черную, очень некрасивую
свинью. Ќе обраща€ никакого внимани€ на ворчанье
 аштанки, свинь€ подн€ла вверх свой п€тачок и весело
захрюкала. ѕо-видимому, ей было очень при€тно
видеть своего хоз€ина, кота и »вана »ваныча.  огда
она подошла к коту и слегка толкнула его под живот своим
п€тачком и потом о чем-то заговорила с гусем,
в ее движени€х, в голосе и в дрожании хвостика чувствовалось
много добродуши€.  аштанка сразу пон€ла,
что ворчать и ла€ть на таких субъектов бесполезно.
   ’оз€ин убрал ѕ и крикнул:
   - ‘едор “имофеич, пожалуйте!
    от подн€лс€, лениво пот€нулс€ и нехот€, точно
дела€ одолжение, подошел к свинье.
   - Ќу-с, начнем с египетской пирамиды,- начал
хоз€ин.
   ќн долго объ€сн€л что-то, потом скомандовал:
"–аз... два... три!" »ван »ваныч при слове "три"
взмахнул крыль€ми и вскочил на спину свиньи...
 огда он, балансиру€ крыль€ми и шеей, укрепилс€ на
щетинистой спине, ‘едор “имофеич в€ло и лениво,
с €вным пренебрежением и с таким видом, как будто
он презирает и ставит ни в грош свое искусство, полез
на спину свиньи, потом нехот€ взобралс€ на гус€ и стал
на задние лапы.. ѕолучилось то, что незнакомец
называл "египетской пирамидой".  аштанка взвизгнула
от восторга, но в это врем€ старик кот зевнул
и, потер€в равновесие, свалилс€ с гус€. »ван »ваныч
пошатнулс€ и тоже свалилс€. Ќезнакомец закричал,
замахал руками и стал оп€ть что-то объ€сн€ть. ѕровозившись
целый час с пирамидой, неутомимый хоз€ин
прин€лс€ учить »вана »ваныча ездить верхом
на коте, потом стал учить кота курить и т.п.
   ”ченье кончилось тем, что незнакомец вытер со
лба пот и вышел, ‘едор “имофеич брезгливо фыркнул,
лег на матрасик и закрыл глаза, »ван »ваныч
направилс€ к корытцу, а свинь€ была уведена старухой.
Ѕлагодар€ массе новых впечатлений день прошел
дл€  аштанки незаметно, а вечером она со своим
матрасиком была уже водворена в комнатке с гр€зными
обо€ми и ночевала в обществе ‘едора “имофеича
и гус€.

√Ћј¬ј ѕя“јя
“алант! “алант!
   ѕрошел мес€ц.
    аштанка уже привыкла к тому, что ее каждый
вечер кормили вкусным обедом и звали “еткой. ѕривыкла
она и к незнакомцу и к своим новым сожител€м.
∆изнь потекла как по маслу.
   ¬се дни начинались одинаково. ќбыкновенно раньше
всех просыпалс€ »ван »ваныч и тотчас же подходил
к “етке или к коту, выгибал шею и начинал говорить
о чем-то гор€чо и убедительно, но по-прежнему
непон€тно. »ной раз он поднимал вверх голову и произносил
длинные монологи. ¬ первые дни знакомства
 аштанка думала, что он говорит много потому, что
очень умен, но прошло немного времени, и она потер€ла
к нему вс€кое уважение; когда он подходил к ней со
своими длинными речами, она уж не вил€ла
хвостом, а третировала его, как надоедливого болтуна,
который не дает никому спать, и без вс€кой
церемонии отвечала ему: "рррр"...
   ‘едор же “имофеич был иного рода господин.
Ётот, проснувшись, не издавал никакого звука, не шевелилс€
и даже не открывал глаз. ќн охотно бы не
просыпалс€, потому что, как видно было, он недолюбливал
жизни. Ќичто его не интересовало, ко всему он
относилс€ в€ло и небрежно, все презирал и даже,
поеда€ свой вкусный обед, брезгливо фыркал.
   ѕроснувшись,  аштанка начинала ходить по комнатам
и обнюхивать углы. “олько ей и коту позвол€лось
ходить по всей квартире: гусь же не имел права
переступать порог комнатки с гр€зными обо€ми, а
’авронь€ »вановна жила где-то на дворе в сарайчике
и по€вл€лась только во врем€ учень€. ’оз€ин
просыпалс€ поздно и, напившись чаю, тотчас же принималс€
за свои фокусы.  аждый день в комнатку
вносились ѕ, бич, обручи, и каждый день проделывалось
почти одно и то же. ”ченье продолжалось часа
три-четыре, так что иной раз ‘едор “имофеич от
утомлени€ пошатывалс€, как пь€ный, »ван »ваныч
раскрывал клюв и т€жело дышал, а хоз€ин становилс€
красным и никак не мог стереть со лба пот.
   ”ченье и обед делали дни очень интересными, вечера
же проходили скучновато. ќбыкновенно вечерами
хоз€ин уезжал куда-то и увозил с собою гус€
и кота. ќставшись одна, “етка ложилась на матрасик и
начинала грустить... √русть подкрадывалась к ней
как-то незаметно и овладевала ею постепенно, как потемки
комнатой. Ќачиналось с того, что у собаки пропадала
вс€ка€ охота ла€ть, бегать по комнатам
и даже гл€деть, затем в воображении ее по€вл€лись
какие-то две не€сные фигуры, не то собаки, не то
люди, с физиономи€ми симпатичными, милыми, но
непон€тными; при по€влении их “етка вил€ла хвостом,
и ей казалось, что она их где-то когда-то видела и любила....
ј засыпа€, она вс€кий раз чувствовала,
что от этих фигур пахнет клеем, стружками и лаком.
    огда она совсем уже свыклась с новой жизнью и
из тощей, костл€вой дворн€жки обратилась в сытого,
выхоленного пса, однажды, перед ученьем хоз€ин погладил
ее и сказал:
   - ѕора нам, “етка, делом зан€тьс€. ƒовольно
тебе бить баклуши. я хочу из теб€ артистку сделать...
“ы хочешь быть артисткой?
   » он стал учить ее разным выходкам. ¬ первый урок
она училась сто€ть и ходить на задних лапах, что ей
ужасно нравилось. ¬о второй урок она должна была
прыгать на задних лапах и хватать сахар, который
высоко над ее головой держал учитель. «атем в следующие
уроки она пл€сала, бегала на корде, выла
под музыку, звонила и стрел€ла, а через мес€ц
могла с успехом замен€ть ‘едора “имофеича в египетской
пирамиде. ”чилась она очень охотно и была
довольна своими успехами; беганье с высунутым €зыком
на корде, прыганье в обруч и езда верхом на
старом ‘едоре “имофеиче доставл€ли ей величайшее
наслаждение. ¬с€кий удавшийс€ фокус она сопровождала
звонким, восторженным лаем, а учитель
удивл€лс€, приходил тоже в восторг и потирал руки.
   - “алант! “алант!- говорил он.- Ќесомненный
талант! “ы положительно будешь иметь успех!
   » “етка так привыкла к слову "талант", что вс€кий
раз, когда хоз€ин произносил его, вскакивала и
огл€дывалась, как будто оно было ее кличкой.

√Ћј¬ј Ў≈—“јя
Ѕеспокойна€ ночь
   “етке приснилс€ собачий сон, будто за ней гонитс€
дворник с метлой, и она проснулась от страха.
   ¬ комнате было тихо, темно и очень душно.  усались
блохи.. “етка раньше никогда не бо€лась потемок,
но теперь почему-то ей стало жутко и захотелось
ла€ть. ¬ соседней комнате громко вздохнул хоз€ин,
потом немного погод€ в своем сарайчике хрюкнула
свинь€, и оп€ть все смолкло.  огда думаешь об еде,
то на душе становитс€ легче, и “етка стала думать о
том, как она сегодн€ украла у ‘едора “имофеича
куриную лапку и спр€тала ее в гостиной между шкафом
и стеной, где очень много паутины и пыли. Ќе
мешало бы теперь пойти и посмотреть: цела эта
лапка или нет? ќчень может быть, что хоз€ин нашел
ее и скушал. Ќо раньше утра нельз€ выходить из
комнатки - такое правило. “етка закрыла глаза,
чтобы поскорее уснуть, так как она знала по опыту,
что чем скорее уснешь, тем скорее наступит утро. Ќо
вдруг недалеко от нее раздалс€ странный крик, который
заставил ее вздрогнуть и вскочить на все четыре
лапы. Ёто крикнул иван »ваныч, и крик его был не
болтливый и убедительный, как обыкновенно, а какой-то
дикий, пронзительный и неестественный, похожий на
скрип отвор€емых ворот. Ќичего не разгл€дев
в потемках и не пон€в, “етка почувствовала еще
больший страх и проворчала:
   - –рррр...
   ѕрошло немного времени, сколько его требуетс€ на
то, чтобы обглодать хорошую кость; крик не повтор€лс€.
“етка мало-помалу успокоилась и задремала.
≈й приснились две большие черные собаки с клочь€ми
прошлогодней шерсти на бедрах и на боках; они из
большой лохани с жадностью ели помои, от которых
шел белый пар и очень вкусный запах; изредка они
огл€дывались на “етку, скалили зубы и ворчали:
"ј тебе мы не дадим!" Ќо из дому выбежал мужик в
шубе и прогнал их кнутом; тогда “етка подошла к
лохани и стала кушать, но как только мужик ушел за
ворота, обе черные собаки с ревом бросились на нее,
и вдруг оп€ть раздалс€ пронзительный крик.
   -  -ге!  -ге-ге!- крикнул »ван »ваныч.
   “етка проснулась, вскочила и, не сход€ с матрасика,
залилась воющим лаем. ≈й уже казалось, что
кричит не иван »ваныч, а кто-то другой, посторонний.
» почему-то в сарайчике оп€ть хрюкнула свинь€.
   Ќо вот послышалось шарканье туфель, и в комнатку
вошел хоз€ин в халате и со свечой. ћелькающий
свет запрыгал по гр€зным обо€м и по потолку и
прогнал потемки. “етка увидела, что в комнатке нет
никого постороннего. »ван иваныч сидел на полу и
не спал.  рыль€ у него были растопырены и клюв
раскрыт, и вообще он имел такой вид, как будто очень
утомилс€ и хотел пить. —тарый ‘едор “имофеич тоже
не спал. ƒолжно быть, и он был разбужен криком.
   - »ван »ваныч, что с тобой?- спросил хоз€ин
у гус€.- „то ты кричишь? “ы болен?
   √усь молчал. ’оз€ин потрогал его за шею, погладил
по спине и сказал:
   - “ы чудак. » сам не спишь и другим не даешь.
    огда хоз€ин вышел и унес с собою свет, оп€ть
наступили потемки. “етке было страшно. √усь не кричал,
но ей оп€ть стало чудитьс€, что в потемках стоит
кто-то чужой. —трашнее всего было то, что этого чужого
нельз€ было укусить, так как он был невидим и в эту
ночь должно непременно произойти что-то очень худое.
‘едор “имофеич тоже был непокоен. “етка слышала,
как он возилс€ на своем матрасике, зевал и
встр€хивал головой.
   √де-то на улице застучали в ворота, и в сарайчике
хрюкнула свинь€. “етка заскулила, прот€нула передние
лапы и положила на них голову. ¬ стуке ворот, в
хрюканье не спавшей почему-то свиньи, в потемках и
в тишине почудилось ей что-то такое же тоскливое
и страшное, как в крике »вана »ваныча. ¬се было в
тревоге и в беспокойстве, но отчего?  то этот чужой,
которого не было видно? ¬от около “етки на мгновение
вспыхнули две тусклые зеленые искорки. Ёто в
первый раз за все врем€ знакомства подошел к ней
‘едор “имофеич. „то ему нужно было? “етка лизнула
ему лапу и, не спрашива€, зачем он пришел,
завыла тихо и на разные голоса.
   -  -ге!- крикнул »ван »ваныч.-  -ге-ге!
   ќп€ть отворилась дверь, и вошел хоз€ин со свечой.
√усь сидел в прежней позе, с разинутым клювом
и растопырив крыль€. √лаза у него закрыты.
   - »ван иваныч!- позвал хоз€ин.
   √усь не шевельнулс€. ’оз€ин сел перед ним на
полу, минуту гл€дел на него молча и сказал:
   - »ван »ваныч! „то же это такое? ”мираешь ты,
что ли? јх, € теперь вспомнил, вспомнил!- вскрикнул
он и схватил себ€ за голову.- я знаю, отчего
это! Ёто оттого, что сегодн€ на теб€ наступила лошадь!
Ѕоже мой, боже мой!
   “етка не понимала, что говорит хоз€ин, но по его
лицу видела, что и он ждет чего-то ужасного. ќна
прот€нула морду к темному окну, в которое, как казалось
ей, гл€дел кто-то чужой, и завыла.
   - ќн умирает, “етка!- сказал хоз€ин и всплеснул
руками.- ƒа, да, умирает!   вам в комнату пришла
смерть. „то нам делать?
   Ѕледный, встревоженный хоз€ин, вздыха€ и покачива€
головой, вернулс€ к себе в спальню. “етке
жутко было оставатьс€ в потемках, и она пошла за
ним. ќн сел на кровать и несколько раз повторил:
   - Ѕоже мой, что же делать?
   “етка ходила около его ног и, не понима€, отчего
это у нее така€ тоска и отчего все так беспоко€тс€,
и стара€сь пон€ть, следила за каждым его движением.
‘едор “имофеич, редко покидавший свой матрасик,
тоже вошел в спальню хоз€ина и стал теретьс€ около
его ног. ќн встр€хивал головой, как будто хотел вытр€хнуть
из нее т€желые мысли, и подозрительно загл€дывал
под кровать.
   ’оз€ин вз€л блюдечко, налил в него из рукомойника
воды и оп€ть пошел к гусю.
   - ѕей, »ван »ваныч!- сказал он нежно, став€
перед ним блюдечко.- ѕей, голубчик.
   Ќо »ван »ваныч не шевелилс€ и не открывал
глаз. ’оз€ин пригнул его голову к блюдечку и окунул
клюв в воду, но гусь не пил, еще шире растопырил
крыль€, и голова его так и осталась лежать в блюдечке.
   - Ќет, ничего уже нельз€ сделать!- вздохнул хоз€ин.
- ¬се кончено. ѕропал иван »ваныч!
   » по его щекам поползли вниз блест€щие капельки,
какие бывают на окнах во врем€ дожд€. Ќе понима€,
в чем дело, “етка и ‘едор “имофеич жались к нему
и с ужасом смотрели на гус€.
   - Ѕедный »ван »ваныч!- говорил хоз€ин, печально
вздыха€.- ј €-то мечтал, что весной повезу
теб€ на дачу и буду гул€ть с тобой по зеленой травке.
ћилое животное, хороший мой товарищ, теб€ уже нет!
 ак же € теперь буду обходитьс€ без теб€?
   “етке казалось, что и с нею случитс€ то же самое,
то есть что и она вот так, неизвестно отчего, закроет
глаза, прот€нет лапы, оскалит рот, и все на нее
будут смотреть с ужасом. ѕо-видимому, такие же
мысли бродили и в голове ‘едора “имофеича. Ќикогда
раньше старый кот не был так угрюм и мрачен,
как теперь.
   Ќачиналс€ рассвет, и в комнатке уже не было того
невидимого чужого, который пугал так “етку.  огда
совсем рассвело, пришел дворник, вз€л гус€ за лапы
и унес его куда-то. ј немного погод€ €вилась старуха
и вынесла корытце.
   “етка пошла в гостиную и посмотрела за шкаф:
хоз€ин не скушал куриной лапки, она лежала на своем
месте, в пыли и паутине. Ќо “етке было скучно,
грустно и хотелось плакать.  ќна даже не понюхала
лапки, а пошла под диван, села там и начала скулить
тихо, тонким голоском:
   - —ку-ску-ску...

√Ћј¬ј —≈ƒ№ћјя
Ќеудачный дебют
   ¬ один прекрасный вечер хоз€ин вошел в комнатку
с гр€зными обо€ми и, потира€ руки, сказал:
   - Ќу-с...
   „то-то он хотел еще сказать, но не сказал и вышел.
“етка, отлично изучивша€ во врем€ уроков его лицо и
интонацию, догадалась, что он был взволнован, озабочен
и, кажетс€, сердит. Ќемного погод€ он вернулс€
и сказал:
   - —егодн€ € возьму с собой “етку и ‘едора “имофеича.
¬ египетской пирамиде ты, “етка, заменишь
сегодн€ покойного »вана »ваныча. „ерт знает что!
Ќичего не готово, не выучено, репетиций было мало!
ќсрамимс€, провалимс€!
   «атем он оп€ть вышел и через минуту вернулс€ в
шубе и в цилиндре. ѕодойд€ к коту, он вз€л его за передние
лапы, подн€л и спр€тал его на груди под шубу,
причем ‘едор “имофеич казалс€ очень равнодушным
и даже не потрудилс€ открыть глаз. ƒл€ него, по-видимому,
было решительно все равно: лежать ли, или быть
подн€тым за ноги, вал€тьс€ ли на матрасике,
или покоитьс€ на груди хоз€ина под шубой...
   - “етка, пойдем,- сказал хоз€ин.
   Ќичего не понима€ и вил€€ хвостом, “етка пошла
за ним. „ерез минуту она уже сидела в сан€х около
ног хоз€ина и слушала, ка он, пожима€сь от холода
и волнени€, бормотал:
   - ќсрамимс€! ѕровалимс€!
   —ани остановились около большого странного
дома, похожего на опрокинутый супник. ƒлинный
подъезд этого дома с трем€ стекл€нными двер€ми был
освещен дюжиной €рких фонарей. ƒвери со звоном
отвор€лись и, как рты, глотали людей, которые сновали у
подъезда. Ћюдей было много, часто к подъезду
подбегали и лошади, но собак не было видно.
   ’оз€ин вз€л на руки “етку и сунул ее на грудь,
под шубу, где находилс€ ‘едор “имофеич. “ут было
темно и душно, но тепло. Ќа мгновение вспыхнули
две тусклые зеленые искорки - это открыл глаза кот,
обеспокоенный холодными жесткими лапами соседки.
“етка лизнула его ухо и, жела€ усестьс€ возможно
удобнее, беспокойно  задвигалась, см€ла его под себ€
холодными лапами и неча€нно высунула из-под шубы
голову, но тотчас же сердито заворчала и нырнула
под шубу. ≈й показалось, что она увидела громадную,
плохо освещенную комнату, полную чудовищ; из-за
перегородок и решеток, которые т€нулись по обе стороны
комнаты, выгл€дывали страшные рожи: лошадиные,
рогатые, длинноухие и кака€-то одна толста€,
громадна€ рожа с хвостом вместо носа и с двум€
длинными обглоданными кост€ми, торчащими изо рта.
    от сипло зам€укал под лапами “етки, но в это
врем€ шуба распахнулась, хоз€ин сказал "гоп!", и
‘едор “имофеич и “еткою прыгнули на пол. ќни уже
были в маленькой комнате  серыми дощатыми стенами;
тут, кроме небольшого столика с зеркалом, табурета
и тр€пь€, развешанного по углам, не было никакой
другой мебели, и, вместо лампы или свечи, горел
€ркий веерообразный огонек, приделанный к тумбочке,
вбитой в стену. ‘едор “имофеич облизал свою шубу,
пом€тую “еткой, пошел под табурет и лег. ’оз€ин, все
еще волну€сь, и потира€ руки, стал раздеватьс€... ќн
разделс€ так, как обыкновенно раздевалс€ у себ€
дома, готов€сь лечь под байковое оде€ло, то есть сн€л
все, кроме бель€, потом сел на табурет и, гл€д€ в зеркало,
начал выделывать над собой удивительные
штуки. ѕрежде всего он надел на голову парик с пробором
и с двум€ вихрами, похожими на рога, потом
густо намазал лицо чем-то белым и сверх белой краски
нарисовал еще брови, усы и рум€ны. «атеи его
этим не кончились. ќпачкавши лицо и шею, он
стал облачатьс€ в какой-то необыкновенный, ни с чем не
сообразный костюм, какого “етка никогда не видала
раньше ни в домах, ни на улице. ѕредставьте вы себе
широчайшие панталоны, сшитые из ситца с крупными
цветами, какой употребл€етс€ в мещанских домах дл€
занавесок и обивки мебели, панталоны, которые застегиваютс€ у
самых подмышек; одна панталона сшита
из коричневого ситца, друга€ из светло-желтого. ”тонувши
в них, хоз€ин надел еще ситцевую курточку с большим
зубчатым воротником и с золотой звездой на
спине, разноцветные чулки и зеленые башмаки...
   ” “етки запестрило в глазах и в душе. ќт белолицей
мешковатой фигуры пахло хоз€ином, голос у нее
был тоже знакомый, хоз€йский, но бывали минуты,
когда “етку мучили сомнени€, и тогда она готова
была бежать от пестрой фигуры и ла€ть. Ќовое место,
веерообразный огонек, запах, метаморфоза, случивша€с€
с хоз€ином,- все это всел€ло в нее неопределенный
страх и предчувствие, что она непременно встретитс€
с каким-нибудь ужасом, вроде толстой
рожи с хвостом вместо носа. ј тут еще где-то за стеной
далеко играла ненавистна€ музыка и слышалс€
временами непон€тный рев. ќдно только и успокаивало
ее - это невозмутимость ‘едора “имофеича. ќн
преспокойно дремал под табуретом и не открывал
глаз, даже когда двигалс€ табурет.
    акой-то человек во фраке и в белой жилетке загл€нул
в комнатку и сказал:
   - —ейчас выход мисс јрабеллы. ѕосле нее - вы.
   ’оз€ин ничего не ответил. ќн вытащил из-под
стола небольшой чемодан, сел и стал ждать. ѕо губам
и по рукам его было заметно, что он волновалс€,
и “етка слышала, как дрожало его дыхание.
   - M-r ∆орж, пожалуйте!- крикнул кто-то за
дверью.
   ’оз€ин встал и три раза перекрестилс€, потом достал
из-под табурета кота и сунул его в чемодан.
   - »ди, “етка!- сказал он тихо.
   “етка, ничего не понима€, подошла к его рукам; он
поцеловал ее в голову и положил р€дом с ‘едором
“имофеичем. «асим наступили потемки... “етка топталась
по коту, царапала стенки чемодана и от ужаса
не могла произнести ни звука, а чемодан покачивалс€,
как на волнах, и дрожал...
   - ј вот и €!- громко крикнул хоз€ин.- ј вот
и €!
   “етка почувствовала, что после этого крика чемодан
ударилс€ о что-то твердое и перестал качатьс€.
ѕослышалс€ громкий густой рев: по ком-то хлопали, и
этот кто-то, веро€тно рожа с хвостом вместо носа, ревел
и хохотал так громко, что задрожали замочки у
чемодана. ¬ ответ на рев раздалс€ пронзительный,
визгливый смех хоз€ина, каким он никогда не сме€лс€
дома.
   - √а!- крикнул он, стара€сь перекричать рев.-
ѕочтеннейша€ публика! я сейчас только с вокзала!
” мен€ издохла бабушка и оставила мне наследство!
¬ чемодане что очень т€желое - очевидно, золото...
√а-а! » вдруг здесь миллион! —ейчас мы откроем и
посмотрим...
   ¬ чемодане щелкнул замок. яркий свет ударил
“етку по глазам; она прыгнула вон из чемодана и,
оглушенна€ ревом, быстро, во всю прыть забегала вокруг
своего хоз€ина и залилась звонким лаем.
   - √а!- закричал хоз€ин.- ƒ€дюшка ‘едор “имофеич!
ƒорога€ “етушка! ћилые родственники, черт
бы вас вз€л!
   ќн упал животом на песок, схватил кота и “етку
и прин€лс€ обнимать их. “етка, пока он тискал ее в
своих объ€ти€х, мельком огл€дела тот мир, в который
занесла ее судьба, и, пораженна€ его грандиозностью,
на минуту застыла от удивлени€ и восторга,
потом вырвалась из объ€тий хоз€ина и от остроты
впечатлени€, как волчок, закружилась на одном
месте. Ќовый мир был велик и полон €ркого света; куда ни
взгл€нешь, всюду, от пола до потолка, видны были
одни только лица, лица, лица и больше ничего.
   - “етушка, прошу вас сесть!- крикнул хоз€ин.
   ѕомн€, что это значит, “етка вскочила на стул и
села. ќна погл€дела на хоз€ина. √лаза его, как всегда,
гл€дели серьезно и ласково, но лицо, в особенности
рот и зубы, были изуродованы широкой неподвижной
улыбкой. —ам он хохотал, прыгал, подергивал плечами
и делал вид, что ему очень весело в присутствии
тыс€чей лиц. “етка поверила его веселости, вдруг
почувствовала всем своим телом, что на нее смотр€т
эти тыс€чи лиц, подн€ла вверх свою лисью морду и
радостно завыла.
   - ¬ы, “етушка,посидите,- сказал ей хоз€ин,- а
мы с д€дюшкой попл€шем камаринского.
   ‘едор “имофеич в ожидании, когда его застав€т
делать глупости, сто€л и равнодушно погл€дывал по
сторонам. ѕл€сал он в€ло, небрежно, угрюмо, и видно
было по его движени€м, по хвосту и поусам, что он
глубоко презирал и толпу, и €ркий свет, и хоз€ина, и
себ€... ѕротанцевав свою порцию, он зевнул и сел.
  - Ќу-с, “етушка,- сказал хоз€ин,- сначала мы с
вами споем, а потом попл€шем. ’орошо?
   ќн вынул из кармана дудочку и заиграл. “етка, не
вынос€ музыки, беспокойно задвигалась на стуле и завыла.
—о всех сторон послышались рев и аплодисменты.
’оз€ин поклонилс€ и, когда все стихло, продолжал
играть... ¬о врем€ исполнени€ одной очень высокой
ноты где-то наверху среди публики кто-то громко
ахнул.
   - “€тька!- крикнул детский голос.- ј ведь это
 аштанка!
   -  аштанка и есть!- подтвердил пь€ненький,
дребезжащий тенорок.-  аштанка! ‘едюшка, это, накажи бог,
 аштанка! ‘юйть!
    то-то на галерее свистнул, и два голоса, один -
детский, другой - мужской, громко позвали:
   -  аштанка!  аштанка!
   “етка вздрогнула и посмотрела туда, где кричали.
ƒва лица: одно волосатое, пь€ное и ухмыл€ющеес€,
другое - пухлое, краснощекое и испуганное, ударили
по ее глазам, как раньше ударил €ркий свет... ќна
вспомнила, упала со стула и забилась на песке, потом
вскочила и с радостным визгом бросилась к этим лицам.
–аздалс€ оглушительный рев, пронизанный насквозь
свистками и пронзительным детским криком:
   -  аштанка!  аштанка!
   “етка прыгнула через барьер, потом через чье-то
плечо, очутилась в ложе; чтобы попасть в следующий
€рус, нужно было перескочить высокую стену; “етка
прыгнула, но не допрыгнула и поползла назад по
стене. «атем она переходила с рук на руки, лизала
чьи-то руки и лица, подвигалась все выше и выше и,
наконец, попала на галерку...
   —пуст€ полчаса  аштанка шла уже по улице за
людьми, от которых пахло клеем и лаком. Ћука јлександрыч
покачивалс€ и инстинктивно, наученный опытом,
старалс€ держатьс€ подальше от канавы.
   - ¬ бездне греховней вал€юс€ во утробе моей...-
бормотал он. - ј ты,  аштанка,- недоумение. —упротив
человека ты все равно, что плотник супротив стол€ра.
   –€дом с ним шагал ‘едюшка в отцовском картузе.
 аштанка гл€дела им обоим в спины, и ей казалось,
что она давно уже идет за ними и радуетс€, что жизнь
ее не обрывалась ни на минуту.
   ¬спомнила она комнатку с гр€зными обо€ми, гус€,
‘едора “имофеича, вкусные обеды, ученье, цирк, но
все это представл€лось ей теперь, как длинный, перепутанный,
т€желый сон...
„асть 1
   ѕод вербное воскресенье в —таро-ѕетровском мона-
стыре шла всенощна€.  огда стали раздавать вербы,
то был уже дес€тый час на исходе, огни потускнели,
фитили нагорели, было все, как в тумане. ¬ церковных
сумерках толпа колыхалась, как море, и преосв€щен-
ному ѕетру, который был нездоров уже дн€ три, каза-
лось, что все лица - и старые, и молодые, и мужские,
и женские - походили одно на другое, у всех, кто под-
ходил за вербой, одинаковое выражение глаз. ¬ тумане
не было видно дверей, толпа все двигалась, и похоже
было, что ей нет и не будет конца. ѕел женский хор,
канон читала монашенка.
    ак было душно, как жарко!  ак долго шла всенощ-
на€! ѕреосв€щенный ѕетр устал. ƒыхание у него было
т€желое, частое, сухое, плечи болели от усталости, ноги
дрожали. » непри€тно волновало, что на хорах изред-
ка вскрикивал юродивый. ј тут еще вдруг, точно во
сне или в бреду, показалось преосв€щенному, будто
в толпе подошла к нему его родна€ мать ћари€ “и-
мофеевна, которой он не видел уже дев€ть лет, или
старуха, похожа€ на мать, и, прин€вши от него вербу,
отошла и все врем€ гл€дела на него весело, с доброй,
радостной улыбкой, пока не смешалась с толпой. » по-
чему-то слезы потекли у него по лицу. Ќа душе было
покойно, все было благополучно, но он неподвижно гл€-
дел на левый клирос, где читали, где в вечерней мгле
уже нельз€ было узнать ни одного человека, и - пла-
кал. —лезы заблестели у него на лице, на бороде. ¬от
вблизи еще кто-то заплакал, потом дальше кто-то дру-
гой, потом еще и еще, и мало-помалу церковь наполни-
лась тихим плачем. ј немного погод€, минут через п€ть,
монашеский хор пел, уже не плакали, все было попреж-
нему.
   —коро и служба кончилась.  огда архиерей садилс€
в карету, чтобы ехать домой, то по всему саду, осве-
щенному луной, разливалс€ веселый, красивый звон
дорогих, т€желых колоколов. Ѕелые стены, белые кре-
сты на могилах, белые березы и черные тени, и дале-
ка€ луна на небе, сто€вша€ как раз над монастырем,
казалось теперь, жили своей особой жизнью, непон€т-
ной, но близкой человеку. Ѕыл апрель в начале, и после
теплого весеннего дн€ стало прохладно, слегка подмо-
розило, и в м€гком холодном воздухе чувствовалось ды-
хание весны. ƒорога от монастыр€ до города шла по
песку, надо было ехать шагом; и по обе стороны ка-
реты, в лунном свете, €рком и покойном, плелись по
песку богомольцы. » все молчали, задумавшись, все
было кругом приветливо, молодо, так близко, все - и
деревь€, и небо, и даже луна, и хотелось думать, что
так будет всегда.
   Ќаконец, карета въехала в город, покатила по глав-
ной улице. Ћавки были уже заперты, и только у купца
≈ракина, миллионера, пробовали электрическое осве-
щение, которое сильно мигало, и около толпилс€ народ.
ѕотом пошли широкие темные улицы, одна за другою,
безлюдные, земское шоссе за городом, поле, запахло
сосной. » вдруг выросла перед глазами бела€ зубча-
та€ стена, а за нею высока€ колокольн€, вс€ залита€
светом, и р€дом с ней п€ть больших, золотых, блест€-
щих глав, - это ѕанкратиевский монастырь, в котором
жил преосв€щенный ѕетр. » тут также высоко над мо-
настырем тиха€, задумчива€ луна.  арета въехала в
ворота, скрип€ по песку, кое-где в лунном свете замель-
кали черные монашеские фигуры, слышались шаги по
каменным плитам...
   - ј тут, ваше преосв€щенство, ваша мамаша без
вас приехали, - доложил келейник, когда преосв€щен-
ный входил к себе.
   - ћаменька?  огда она приехала?
   - ѕеред всенощной. —правл€лись сначала, где вы,
а потом поехали в женский монастырь.
   - Ёто, значит, € ее в церкви видел давеча! ќ гос-
поди!
   » преосв€щенный засме€лс€ от радости.
   - ќни велели, ваше преосв€щенство, доложить, -
продолжал келейник, - что придут завтра. — ними де-
вочка, должно внучка. ќстановились на посто€лом
дворе ќвс€нникова.
   -  оторый теперь час?
   - ƒвенадцатый в начале.
   - Ёх, досадно!
   ѕреосв€щенный посидел немного в гостиной, разду-
мыва€ и как бы не вер€, что уже так поздно. –уки и
ноги у него поламывало, болел затылок. Ѕыло жарко и
неудобно. ќтдохнув, он пошел к себе в спальню и здесь
тоже посидел, все дума€ о матери. —лышно было, как
уходил келейник и как за стеной покашливал отец
—исой, иеромонах. ћонастырские часы пробили чет-
верть.
   ѕреосв€щенный переоделс€ и стал читать молитвы
на сон гр€дущий. ќн внимательно читал эти старые,
давно знакомые молитвы и в то же врем€ думал о своей
матери. ” нее было дев€ть душ детей и около сорока
внуков.  огда-то со своим мужем, дь€коном, жила она
в бедном селе, жила там очень долго, с семнадцати до
шестидес€ти лет. ѕреосв€щенный помнил ее с раннего
детства, чуть ли не с трех лет и - как любил! ћилое,
дорогое, незабвенное детство! ќтчего оно, это навеки
ушедше, невозвратное врем€, отчего оно кажетс€ свет-
лее, праздничнее и богаче, чем было на самом деле?
 огда в детстве или юности он бывал нездоров, то как
нежна и чутка была мать! » теперь молитвы мешались
с воспоминани€ми, которые разгорались все €рче,как
плам€, и молитвы не мешали думать о матери.
    ончив молитьс€, он разделс€ и лег, и тотчас же,
как только стало темно кругом, представились ему его
покойный отец, мать, родное село Ћесополье... —крип
колес, бле€ние овец, церковный звон в €сные, летние
утра, цыгане под окном, - о, как сладко думать об
этом! ѕрипомнилс€ св€щенник лесопольский, отец
—имеон, кроткий, смирный, добродушный; сам он был
тощ, невысок, сын же его, семинарист, был громадного
роста, говорил неистовым басом; как-то попович обо-
злилс€ на кухарку и выбранил ее: "јх ты, ослица »егу-
диилова!", и отец —имеон, слышавший это, не сказал ни
слова и только устыдилс€, так как не мог вспомнить,
где в св€щенном писании упоминаетс€ така€ ослица.
ѕосле него в Ћесополье св€щенником был отец ƒемь€н,
который сильно запивал и напивалс€ подчас до зеле-
ного зми€, и у него даже прозвище было: ƒемь€н-«ме-
евидец. ¬ Ћесополье учителем был ћатвей Ќиколаич,
из семинаристов, добрый, неглупый человек, но тоже
пь€ница; он никогда не бил учеников, но почему-то у
него на стене всегда висел пучок березовых розог, а
под ним надпись на латинском €зыке, совершенно бес-
смысленна€, - Betula kinderbalsamica secuta. Ѕыла у
него черна€ мохната€ собака, которую он называл так:
—интаксис.
   » преосв€щенный засме€лс€. ¬ восьми верстах от
Ћесополь€ село ќбнино с чудотворной иконой. »з ќб-
нина летом носили икону крестным ходом по соседним
деревн€м и звонили целый день то в одном селе, то в
другом, и казалось тогда преосв€щенному, что радость
дрожит в воздухе, и он (тогда его звали ѕавлушей) хо-
дил за иконой без шапки, босиком, с наивной верой, с
наивной улыбкой, счастливый бесконечно. ¬ ќбнине,
вспомнилось ему теперь, всегда было много народу, и
тамошний св€щенник отец јлексей, чтобы успевать на
проскомидии, заставл€л своего глухого плем€нника
»лариона читать записочки и записи на просфорах
"о здравии" и "за упокой"; »ларион читал, изредка по-
луча€ по п€таку или гривеннику за обедню, и только уж
когда поседел и облысел, когда жизнь прошла, вдруг
видит, на бумажке написано: "ƒа и дурак же ты, »ла-
рион!" ѕо крайней мере до п€тнадцати лет ѕавлуша
был неразвит и училс€ плохо, так что даже хотели вз€ть
его из духовного училища и отдать в лавочку; однажды,
прид€ в ќбнино на почту за письмами, он долго смотрел
на чиновников и спросил:"ѕозвольте узнать, как вы по-
лучаете жалованье: помес€чно или поденно?"
   ѕреосв€щенный перекрестилс€ и повернулс€ на дру-
гой бок, чтобы больше не думать и спать.
   - ћо€ мать приехала... - вспомнил он и засме€лс€.
   Ћуна гл€дела в окно, пол бы освещен, и на нем ле-
жали тени.  ричал сверчок. ¬ следующей комнате за
стеной похрапывал отец —исой, и что-то одинокое,
сиротское, даже брод€жническое слышалось в его стари-
ковском храпе. —исой был когда-то экономом у епар-
хиального архиере€, а теперь его зовут "бывший отец
эконом"; ему семьдес€т лет, живет он в монастыре,
в шестнадцати верстах от города, живет и в городе, где
придетс€. “ри дн€ назад он зашел в ѕанкратиевский
монастырь, и преосв€щенный оставил его у себ€, чтобы
как-нибудь на досуге поговорить с ним о делах, о здеш-
них пор€дках...
   ¬ половине второго ударили к заутрене. —лышно
было, как отец —исой закашл€л, что-то проворчал недо-
вольным голосом, потом встал и прошелс€ босиком по
комнатам.
   - ќтец —исой! - позвал преосв€щенный.
   —исой ушел к себе и немного погод€ €вилс€ уже в
сапогах, со свечкой; на нем сверх бель€ была р€са, на
голове стара€, полин€ла€ скуфейка.
   - Ќе спитс€ мне, - сказал преосв€щенный, са-
д€сь. - Ќездоров €, должно быть. » что оно такое, не
знаю. ∆ар!
   - ƒолжно, простудились, владыко. Ќадо бы вас
свечным салом смазать.
   —исой посто€л немного и зевнул: "ќ господи, прости
мен€, грешного!"
   - ” ≈ракина нынче электричество зажигали, - ска-
зал он. - Ќе ндравитс€ мне!
   ќтец —исой был стар, тощ, сгорблен, всегда недово-
лен чем-нибудь, и глаза у него были сердитые, выпук-
лые, как у рака.
   - Ќе ндравитс€! - повторил он, уход€. - Ќе ндра-
витс€, бог с ним совсем!
   Ќа другой день, в вербное воскресение, преосв€щен-
ный служил обедню в городском соборе, потом был у
епархиального архиере€, был у одной очень больной
старой генеральши и, наконец, поехал домой. ¬о втором
часу у него обедали дорогие гости: старуха мать и пле-
м€нница  ат€, девочка лет восьми. ¬о врем€ обеда в
окна со двора все врем€ смотрело весеннее солнышко и
весело светилось на белой скатерти, в рыжих волосах
 ати. —квозь двойные рамы слышно было, как шумели
в саду грачи и пели скворцы.
   - ”же дев€ть лет, как мы не виделись, - говорила
старуха, - а вчера в монастыре как погл€дела на вас -
господи! » ни капельки не изменились, только вот разве
похудели, и бородка длинней стала. ÷арица небес-
на€, матушка! » вчерась во всенощной нельз€ было
удержатьс€, все плакали. я тоже вдруг, на вас гл€-
д€, заплакала, а отчего, и сама не знаю. ≈го св€та€
вол€!
   », несмотр€ на ласковость, с какой она говорила
это, было заметно, что она стесн€лась, как будто не
знала, говорить ли ему ты, или вы, сме€тьс€ или нет, и
как будто чувствовала себ€ больше дь€коницей, чем
матерью. ј  ат€, не мига€, гл€дела на своего д€дю,
преосв€щенного, как бы жела€ разгадать, что это за
человек. ¬олоса у нее поднимались из-за гребенки и
бархатной ленточки и сто€ли, как си€ние, нос был
вздернутый, глаза хитрые. ѕеред тем, как садитьс€ обе-
дать, она разбила стакан, и теперь бабушка, разгова-
рива€, отодвигала от нее то стакан, то рюмку. ѕреосв€-
щенный слушал свою мать и вспоминал, как когда-то
много-много лет назад, она возила и его, и братьев, и
сестер к родственникам, которых считала богатыми;
тогда хлопотала с детьми, и теперь с внучатами и при-
везла вот  атю...
   - ” ¬ареньки, у сестры вашей, четверо детей, -
рассказывала она, - вот эта  ат€ сама€ старша€, и бог
его знает, от какой причины, з€ть отец »ван захворал
это и помер дн€ за три до успень€. » ¬аренька мо€ те-
перь хоть по миру ступай.
   - ј как Ќиканор? - спросил преосв€щенный про
своего старшего брата.
   - Ќичего, слава богу. ’оть и ничего, а, благодарить
бога, жить можно. “олько вот одно: сын его Ќиколаша,
внучек мой, не захотел по духовной части, пошел в уни-
верситет в доктора. ƒумает, лучше, а кто его знает! ≈го
св€та€ вол€.
   - Ќиколаша мертвецов режет, - сказала  ат€ и
пролила воду себе на колени.
   - —иди, деточка, смирно, - заметила спокойно ба-
бушка и вз€ла у нее из рук стакан. -  ушай с молитвой.
   - —колько времени мы не видались! - сказал прео-
св€щенный и нежно погладил мать по плечу и по руке. -
я, маменька, скучал по вас за границей, сильно скучал.
   - Ѕлагодарим вас.
   - —идишь, бывало, вечером у открытого окна, один-
одинешенек, заиграет музыка, и вдруг охватит тоска по
родине, и, кажетс€, все бы отдал, только бы домой, вас
повидать...
   ћать улыбнулась, проси€ла, но тотчас же сделала
серьезное лицо и проговорила:
   - Ѕлагодарим вас.
   Ќастроение переменилось у него как-то вдруг. ќн
смотрел на мать и не понимал, откуда у нее это почти-
тельное, робкое выражение лица и голоса, зачем оно, и
не узнавал ее. —тало грустно, досадно. ј тут еще голова
болела так же, как вчера, сильно ломило ноги, и рыба
казалась пресной, невкусной, все врем€ хотелось пить...
   ѕосле обеда приезжали две богатые дамы, поме-
щицы, которые сидели часа полтора молча, с выт€ну-
тыми физиономи€ми; приходил по делу архимандрит,
молчаливый и глуховатый. ј там зазвонили к вечерне,
солнце опустилось за лесом, и день прошел. ¬ернув-
шись из церкви, преосв€щенный торопливо помолилс€,
лег в постель, укрылс€ потеплей.
   Ќепри€тно было вспоминать про рыбу, которую ел
за обедом. Ћунный свет беспокоил его, а потом послы-
шалс€ разговор. ¬ соседней комнате, должно быть в
гостиной, отец —исой говорил о политике:
   - ” €понцев теперь война. ¬оюют. японцы, матуш-
ка, все равно, что черногорцы, одного племени. ѕод
игом турецким вместе были.
   ј потом послышалс€ голос ћарии “имофеевны:
   - «начит, богу помолившись, это, чаю напившись,
поехали мы, значит, к отцу ≈гору в Ќовохатное, это...
   » то и дело "чаю напившись", или "напимшись",
и похоже было, как будто в своей жизни она только и
знала, что чай пила. ѕреосв€щенному медленно, в€ло
вспоминалась семинари€, академи€. √ода три он был
учителем греческого €зыка в семинарии, без очков уже
не мог смотреть в книгу, потом постригс€ в монахи, его
сделали инспектором. ѕотом защищал диссертацию.
 огда ему было тридцать два года, его сделали ректо-
ром семинарии, посв€тили в архимандриты, и тогда
жизнь была такой легкой, при€тной, казалась длинной-
длинной, конца не было видно. “огда же стал болеть,
похудел очень, едва не ослеп и, по совету докторов,
должен был бросить все и уехать за границу.
   - ј потом что? - спросил —исой в соседней ком-
нате.
   - ј потом чай пили... - ответила ћарь€ “имо-
феевна.
   - Ѕатюшка, у вас борода зелена€! - проговорила
вдруг  ат€ с удивлением и засме€лась.
   ѕреосв€щенный вспомнил, что у седого отца —исо€
борода в самом деле отдает зеленью, и засме€лс€.
   - √осподи боже мой, наказание с этой девчонкой! -
проговорил громко —исой рассердившись. - Ѕалован-
на€ кака€! —иди смирно!
   ¬спомнилось преосв€щенному бела€ церковь, совер-
шенно нова€, в которой он служил, жив€ за границей;
вспомнилс€ шум теплого мор€.  вартира была в п€ть
комнат, высоких и светлых, в кабинете новый письмен-
ный стол, библиотека. ћного читал, часто писал.
» вспомнилось ему, как он тосковал по родине, как сле-
па€ нища€ каждый день у него под окном пела о любви
и играла на гитаре, а он, слуша€ ее, почему-то вс€кий
раз думал о прошлом. Ќо вот минуло восемь лет, и его
вызвали в –оссию, и теперь он уже состоит викарным
архиереем, и все прошлое ушло куда-то далеко, в туман,
как будто снилось...
   ¬ спальню вошел отец —исой со свечой.
   - Ёва, - удивилс€ он, - вы уже спите, преосв€щен-
нейший?
   - „то такое?
   - ƒа ведь еще рано, дес€ть часов, а то и мень-
ше. я свечку нынче купил, хотел было вас салом сма-
зать.
   - ” мен€ жар... - проговорил преосв€щенный и
сел. - ¬ самом деле, надо бы что-нибудь. ¬ голове не-
хорошо...
   —исой сн€л с него рубаху и стал натирать ему грудь
и спину свечным салом.
   - ¬от так... вот так... - говорил он. - √осподи
»исусе ’ристе... ¬от так. —егодн€ ходил € в город,
был у того - как его? - протоиере€ —идонского...
„ай пил у него... Ќе ндравитс€ он мне! √осподи »исусе
’ристе... ¬от так... Ќе ндравитс€!
   ≈пархиальный архиерей, старый, очень полный, был
болен ревматизмом или подагрой и уже мес€ц не вста-
вал с постели. ѕреосв€щенный ѕетр проведывал его
почти каждый день и принимал вместо него просителей.
» теперь, когда ему нездоровилось, его поражала пу-
стота, мелкость всего того, о чем просили, о чем пла-
кали; его сердили неразвитость, робость; и все это мел-
кое и ненужное угнетало его своею массою, и ему каза-
лось, что теперь он понимал епархиального архиере€,
который когда-то, в молодые годы писал "”чени€ о
свободе воли", теперь же, казалось, весь ушел в мелочи,
все позабыл и не думал о боге. «а границей преосв€-
щенный , должно быть, отвык от русской жизни, она
была не легка дл€ него; народ казалс€ ему грубым,
женщины-просительницы скучными и глупыми, семина-
ристы и их учител€ необразованными, порой дикими.
ј бумаги, вход€щие и исход€щие, считались дес€тками
тыс€ч, и какие бумаги! Ѕлагочинные во всей епархии
ставили св€щенникам, молодым и старым, даже их же-
нам и дет€м, отметки по поведению, п€терки и четверки,
а иногда и тройки, и об этом приходилось говорить,
читать и писать серьезные бумаги. » положительно нет
ни одной свободной минуты, целый день душа дрожит,
и успокаивалс€ преосв€щенный ѕетр, только когда бы-
вал в церкви.
   Ќе мог он никак привыкнуть и к страху, какой он,
сам того не жела€, возбуждал в люд€х, несмотр€ на
свой тихий, скромный нрав. ¬се люди в этой губернии,
когда он гл€дел на них, казались ему маленькими, испу-
ганными, виноватыми. ¬ его присутствии робели все,
даже старики протоиереи, все "бухали" ему в ноги, а
недавно одна просительница, стара€ деревенска€ по-
падь€, не могла выговорить ни одного слова от страха,
так и ушла ни с чем. » он, который никогда не решалс€
в проповед€х говорить дурно о люд€х, никогда не упре-
кал, так как было жалко, - с просител€ми выходил из
себ€, сердилс€, бросал на пол прошени€. «а все врем€,
пока он здесь, ни один человек не поговорил с ним
искренно, попросту, по-человечески; даже старуха мать,
казалось, была уже не та, собсем не та! » почему, спра-
шиваетс€, с —исоем она говорила без умолку и сме€лась
много, а с ним, с сыном, была серьезна, обыкновенно
молчала, стесн€лась, что совсем не шло к ней? ≈динст-
венный человек, который держал себ€ вольно в его при-
сутствии и говорил все, что хотел, был старик —исой, ко-
торый всю свою жизнь находилс€ при архиере€х и пере-
жил их одиннадцать душ. » потому-то с ним было
легко, хот€, несомненно, это был т€желый, вздорный
человек.
   ¬о вторник после обедни преосв€щенный был в ар-
хиерейском доме и принимал там проситилей, волно-
валс€, сердилс€, потом поехал домой. ≈му попрежнему
нездоровилось, т€нуло в постель; но едва он вошел к
себе, как доложили, что приехал ≈ракин, молодой ку-
пец , жертвователь, по очень важному делу. Ќадо было
прин€ть его. —идел ≈ракин около часа, говорил очень
громко, почти кричал, и было трудно пон€ть,что он
говорит.
   - ƒай бог, чтоб! - говорил он, уход€. - ¬сенепре-
меннейше! ѕо обсто€тельствам, владыко преосв€щен-
нейший! ∆елаю, чтоб!
   ѕосле него приезжала игумень€ из дальнего мона-
стыр€. ј когда она уехала, то ударили к вечерне, надо
было идти в церковь.
   ¬ечером монахи пели стройно, вдохновенно, служил
молодой иеромонах с черной бородой; и преосв€щен-
ный, слуша€ про жениха, гр€дущего в полунощи, и про
чертог украшенный, чувствовал не раска€ние в грехах,
не скорбь, а душевный покой, тишину и уносилс€ мыс-
л€ми в далекое прошлое, в детство и юность, когда
также пели про жениха и про чертог, и теперь это прош-
лое представл€лось живым, прекрасным, радостным,
каким, веро€тно, никогда и не было. », быть может, на
том свете, в той жизни мы будем вспоминать о далеком
прошлом, о нашей здешней жизни с таким же чувством.
 то знает! ѕреосв€щенный сидел в алтаре, было тут
темно. —лезы текли по лицу. ќн думал о том, что вот
он достиг всего, что было доступно человеку в его поло-
жении, он веровал, но все же не все было €сно, чего-то
еще недоставало, не хотелось умирать; и все еще каза-
лось, что нет у него чего-то самого важного, о чем
смутно мечталось когда-то, и в насто€щем волнует все
та же надежда на будущее, кака€ была и в детстве, и в
академии, и за границей.
   " ак они сегодн€ хорошо поют! - думал он, при-
слушива€сь к пению. -  ак хорошо!"
   ¬ четверг служил он обедню соборе, было омове-
ние ног.  огда в церкви кончилась служба и народ рас-
ходилс€ по домам, то было солнечно, тепло, весело, шу-
мела в канавах вода, а за городом доносилось с полей
непрерывное пение жаворонков, нежное, призывающее
к покою. ƒеревь€ уже проснулись и улыбались привет-
ливо, и над ними, бог знает куда, уходило бездонное,
необъ€тное голубое небо.
   ѕриехав домой, преосв€щенный ѕетр напилс€ чаю,
потом переоделс€, лег в постель и приказал келейнику
закрыть ставни на окнах. ¬ спальне стало сумрачно.
ќднако кака€ усталость, кака€ боль в ногах и спине,
т€жела€, холодна€ боль, какой шум в ушах! ќн давно
не спал, как казалось теперь, очень давно, и мешал ему
уснуть какой-то пуст€к, который брезжил в мозгу, как
только закрывались глаза.  ак и вчера, из соседних
комнат сквозь стену доносились голоса, звук стаканов,
чайных ложек... ћари€ “имофеевна весело, с прибаут-
ками рассказывала о чем-то отцу —исою, а этот угрюмо,
недовольным голосом отвечал: "Ќу их! √де уж!  уда
там!" » преосв€щенному оп€ть стало досадно и потом
обидно, что с чужими старуха держала себ€ обыкно-
венно и просто, с ним же, с сыном, робела, говорила
редко и не то, что хотела, и даже, как казалось ему, все
эти дни, в его присутствии все искала предлога, чтобы
встать, так как стесн€лась сидеть. ј отец? “от, ве-
ро€тно, если бы был жив, не мог бы выговорить при нем
ни одного слова...
   „то-то упало в соседней комнате на пол и разби-
лось; должно быть,  ат€ уронила чашку или блюдечко,
потому что отец —исой вдруг плюнул и проговорил
сердито:
   - „истое наказание с этой девочкой, господи, про-
сти мен€, грешного! Ќе напасешьс€!
   ѕотом стало тихо, только доносились звуки со двора.
» когда преосв€щенный открыл глаза, то увидел у себ€
в комнате  атю, котора€ сто€ла неподвижно и смотрела
на него. –ыжие волосы по обыкновению поднимались
из-за гребенки, как си€ние.
   - “ы,  ат€? - спросил он. -  то это там внизу все
отвор€ет и затвор€ет дверь?
   - я не слышу, - ответила  ат€ и прислушалась.
   - ¬от сейчас кто-то прошел.
   - ƒа это у вас в животе, д€дечка!
   ќн рассме€лс€ и погладил ее по голове.
   - “ак брат Ќиколаша, говоришь, мертвецов ре-
жет? - спросил он помолчав.
   - ƒа. ”читс€.
   - ј он добрый?
   - Ќичего, добрый. “олько водку пьет шибко.
   - ј отец твой от какой болезни умер?
   - ѕапаша были слабые и худые-худые, и вдруг -
горло. » € тогда захворала и брат ‘ед€, - у всех горло.
ѕапаша померли, д€дечка, а мы выздоровели.
   ” нее задрожал подбородок, и слезы показались на
глазах, поползли по щекам.
   - ¬аше преосв€щенство, - проговорила она тонким
голоском, уже горько плача, - д€дечка, мы с мамашей
остались несчастными... ƒайте нам немножечко денег...
будьте такие добрые... голубчик!..
   ќн тоже прослезилс€ и долго от волнени€ не мог
выговорить ни слова, потом погладил ее по голове, по-
трогал за плечо и сказал:
   - ’орошо, хорошо, девочка. ¬от наступит светлое
’ристово воскресение, тогда потолкуем... я помогу...
помогу...
   “ихо, робко вошла мать и помолилась на образа.
«аметив, что он не спит, она спросила:
   - Ќе покушаете ли супчику?
   - Ќет, благодарю... - ответил он. - Ќе хочетс€.
   - ј вы, похоже, нездоровы... как € погл€жу. ≈ще
бы, как не захворать! ÷елый день на ногах, целый
день - и боже мой, даже гл€деть на вас и то т€жко. Ќу,
св€та€ не за горами, отдохнете, бог даст, тогда и пого-
ворим, а теперь не стану € беспокоить вас своими раз-
говорами. ѕойдем,  атечка, - пусть владыка поспит.
   » он вспомнил, как когда-то очень давно, когда он
был еще мальчиком, она точно также, таким же шут-
ливо-почтительным тоном говорила с благочинным...
“олько по необыкновенно добрым глазам, робкому, оза-
боченному взгл€ду, который она мельком бросила, вы-
ход€ из комнаты, можно было догадатьс€, что это была
мать. ќн закрыл глаза и, казалось, спал, но сышал два
раза, как били часы, как покашливал за стеной отец
—исой. » еще раз входила мать и минуту робко гл€дела
на него.  то-то подъехал к крыльцу, как слышно, в ка-
рете или в кол€ске. ¬друг стук, хлопнула дверь: вошел
в спальню келейник.
   - ¬аше преосв€щенство! - окликнул он.
   - „то?
   - Ћошади поданы, пора к страст€м господним.
   -  оторый час?
   - „етверть восьмого.
   ќн оделс€ и поехал в собор. ¬ продолжение всех
двенадцати евангелий нужно было сто€ть среди церкви
неподвижно, и первое евангелие, самое длинное, самое
красивое, читал он сам. Ѕодрое, здоровое настроенние
овладело им. Ёто первое евангелие "Ќыне прославис€
сын человеческий" он знал наизусть; и, чита€, он из-
редка поднимал глаза и видел по обе стороны целое
море огней, слышал треск свечей, но людей не было
видно, как и в прошлые годы, и, казалось, что это все те
же люди, что были тогда в детстве и в юности, что они
все те же будут каждый год, а до каких пор - одному
богу известно.
   ќтец его был дь€кон, дед - св€щенник, прадед -
дь€кон, и весь род его, быть может, со времен прин€ти€
на –уси христианства, принадлежал к духовенству, и
любовь его к церковным службам, духовенству, к звону
колоколов была у него врожденной, глубокой, неискоре-
нимой; в церкви он, особенно когда сам участвовал в
служении, чувствовал себ€ де€тельным, бодрым,счаст-
ливым. “ак и теперь. “олько когда прочли уже восьмое
евангелие, он почувствовал, что ослабел у него голос,
даже кашл€ не было слышно, сильно разболелась го-
лова, и стал беспокоить страх, что он вот-вот упадет.
» в самом деле, ноги совсем онемели, так что мало-по-
малу он перестал ощущать их, и непон€тно ему было,
как и на чем он стоит, отчего не падает...
    огда служба кончилась, было без четверти двена-
дцать. ѕриехав к себе, преосв€щенный тотчас же раз-
делс€ и лег, даже богу не помолилс€. ќн не мог говорить
и, казалось ему, не мог бы уже сто€ть.  огда он
укрывалс€ оде€лом, захотелось вдруг за границу, не-
стерпимо захотелось!  ажетс€, жизнь бы отдал, только
бы не видеть этих жалких, дешевых ставен, низких
потолков, не чувствовать этого т€жкого монастырского
запаха. ’оть бы один человек, с которым можно было
бы поговорить, отвести душу!
   ƒолго слышались чьи-то шаги в соседней комнате,
и он никак не мог вспомнить, кто это. Ќаконец, отвори-
лась дверь, вошел —исой со свечой и с чайной чашкой
в руках.
   - ¬ы уже легли, преосв€щеннейший? - спросил
он. - ј € вот пришел, хочу вас смазать водкой с уксу-
сом. ≈жели натеретьс€ хорошо, то больша€ от этого
польза. √осподи »исусе ’ристе... ¬от так... ¬от так...
ј € сейчас в нашем монастыре был... Ќе ндравитс€ мне!
”йду отсюда завтра, владыко, не желаю больше. √ос-
поди »исусе ’ристе... ¬от так...
   —исой не мог долго оставатьс€ на одном месте, и ему
казалось, что в ѕанкратиевском монастыре он живет
уже целый год. ј главное, слуша€ его, трудно было по-
н€ть, где его дом, любит ли он кого-нибудь или что-ни-
будь, верует ли в бога... ≈му самому было непон€тно,
почему он монах, да и не думал он об этом, и уже давно
стерлось в пам€ти врем€, когда его постригли; похоже
было, как будто он пр€мо родилс€ монахом.
   - ”йду завтра. Ѕог с ним, со всем!
   - ћне бы потолковать с вами... все никак не собе-
русь, - проговорил преосв€щенный тихо, через силу. -
я ведь тут никого и ничего не знаю.
   - ƒо воскресень€, извольте, останусь, так и быть
уж, а больше не желаю. Ќу их!
   -  акой € архиерей? - продолжал тихо преосв€-
щенный. - ћне бы быть деревенским св€щенником,
дь€чком... или просто монахом... ћен€ давит все это...
давит...
   - „то? √осподи »исусе ’ристе... ¬от так... Ќу,
спите себе, преосв€щеннейший!.. „то уж там!  уда там!
—покойной ночи!
   ѕреосв€щенный не спал всю ночь. ј утром, часов в
восемь, у него началось кровотечение из кишок.  елей-
ник испугалс€ и побежал сначала к архимандриту, по-
том за монастырским доктором »ваном јндреичем,
жившим в городе. ƒоктор, полный старик, с длинной
седой бородой, долго осматривал преосв€щенного и все
покачивал головой и хмурилс€, потом сказал:
   - «наете, ваше преосв€щенство? ¬едь у вас брюш-
ной тиф!
   ќт кровотечений преосв€щенный в какой-нибудь час
очень похудел, побледнел, осунулс€, лицо сморщилось,
глаза были большие, и как будто он постарел, стал
меньше ростом, и ему уже казалось, что он худее и сла-
бее, незначительнее всех, что все то, что было, ушло
куда-то очень-очень далеко и уже более не повторитс€,
не будет продолжатьс€.
   " ак хорошо! - думал он. -  ак хорошо!"
   ѕришла старуха мать. ”видев его сморщенное лицо
и большие глаза, она испугалась, упала на колени пред
кроватью и стала целовать его лицо, плечи, руки. » ей
тоже почему-то казалось, что он худее, слабее и незна-
чительнее всех, и она уже не помнила, что он архиерей,
и целовала его, как ребенка, очень близкого, родного.
   - ѕавлуша, голубчик, - заговорила она, - родной
мой!.. —ыночек мой!.. ќтчего ты такой стал? ѕавлуша,
отвечай же мне!
    ат€, бледна€, сурова€, сто€ла возле и не понимала,
что с д€дей, отчего у бабушки такое страдание на лице,
отчего она говорит такие трогательные, печальные
слова. ј он уже не мог выговорить ни слова, ничего не
понимал, и представл€лось ему, что он, уже простой,
обыкновенный человек, идет по полю быстро, весело,
постукива€ палочкой, а над ним широкое небо, залитое
солнцем, и он свободен теперь, как птица, может идти,
куда угодно!
   - —ыночек, ѕавлуша, отвечай же мне! - говорила
старуха. - „то с тобой? –одной мой!
   - Ќе беспокойте владыку, - проговорил —исой сер-
дито, проход€ через комнату. - ѕущай поспит... Ќечего
там... чего уж!..
   ѕриезжали три доктора, советовались, потом уехали.
ƒень был длинный, неимоверно длинный, потом насту-
пила и долго-долго проходила ночь, а под утро, в суб-
боту, к старухе, котора€ лежала в гостиной на диване,
подошел келейник и попросил ее сходить в спальню:
преосв€щенный приказал долго жить.
   ј на другой день была пасха. ¬ городе было сорок
две церкви и шесть монастырей; гулкий, радостный звон
с утра до вечера сто€л над городом, не умолка€, волну€
весенний воздух; птицы пели, солнце €рко светило. Ќа
большой базарной площади было шумно, колыхались
качели, играли шарманки, визжала гармоника, разда-
вались пь€ные голоса. Ќа главной улице после полудн€
началось катанье на рысаках, - одним словом, было ве-
село, все благополучно, точно так же, как было в прош-
лом году, как будет, по всей веро€тности, и в будущем.
   „ерез мес€ц был назначен новый викарный архие-
рей, а о преосв€щенном ѕетре уже никто не вспоминал.
ј потом и совсем забыли. » только старуха, мать по-
койного, котора€ живет теперь у з€т€-дь€кона в глухом
уездном городишке, когда выходила под вечер, чтобы
встретить свою корову, и сходилась на выгоне с другими
женщинами, то начинала рассказывать о дет€х, о вну-
ках, о том, что у нее был сын архиерей, и при этом гово-
рила робко, бо€сь, что ей не повер€т...
   » ей в самом деле не все верили.
( рассказ художника )
„асть 1
   Ёто было 6-7 лет тому назад, когда € жил в одном
из уездов “-ой губернии, в имении помещика Ѕелокуро-
ва, молодого человека, который вставал очень рано,
ходил в поддевке, по вечерам пил вино и все жаловалс€
мне, что он нигде и ни в ком не встречает сочувстви€.
ќн жил в саду во флигеле, а € в старом барском доме,
в громадной зале с колоннами, где не было никакой ме-
бели, кроме широкого дивана, на котором € спал, да
еще стола, на котором € раскладывал пась€нс. “ут
всегда, даже в тихую погоду, что-то гудело в старых
амосовских печах, а во врем€ грозы весь дом дрожал и,
казалось, трескалс€ на части, и было немножко страш-
но, особенно ночью, когда все дес€ть больших окон
вдруг освещались молнией.
   ќбреченный судьбой на посто€нную праздность, € не
делал решительно ничего. ѕо целым часам € смотрел
в свои окна на небо, на птиц, на аллеи, читал все, что
привозили мне с почты, спал. »ногда € уходил из дому
и до позднего вечера бродил где-нибудь.
   ќднажды, возвраща€сь домой, € неча€нно забрел
в какую-то незнакомую усадьбу. —олнце уже пр€та-
лось, и на цветущей ржи раст€нулись вечерние тени.
ƒва р€да старых, тесно посаженных, очень высоких
елей сто€ли, как две сплошные стены, образу€ мрачную,
красивую аллею. я легко перелез через изгородь и по-
шел по этой аллее, скольз€ по еловым иглам, которые
тут на вершок покрывали землю. Ѕыло тихо, темно,
и только высоко на вершинах кое-где дрожал €ркий
золотой свет и переливал радугой в сет€х паука. —иль-
но, до духоты, пахло хвоей. ѕотом € повернул на длин-
ную липовую аллею. » тут тоже запустение и старость;
прошлогодн€€ листва печально шелестела под ногами,
и в сумерках между деревь€ми пр€тались тени. Ќапра-
во, в старом фруктовом саду, нехот€, слабым голосом
пела иволга, должно быть, тоже старушка. Ќо вот и
липы кончились; € прошел мимо белого дома с терра-
сой и с мезонином, и передо мною неожиданно развер-
нулс€ вид на барский двор и на широкий пруд с купаль-
ней, с толпой зеленых ив, с деревней на том берегу, с
высокой узкой колокольней, на которой горел крест,
отража€ в себе заходившее солнце. Ќа миг на мен€ по-
ве€ло очарованием чего-то родного, очень знакомого,
будто € уже видел эту самую панораму когда-то в
детстве.
   ј у белых каменных ворот, которые вели со двора
в поле, у старинных крепких ворот со львами, сто€ли
две девушки. ќдна из них, постарше, тонка€, бледна€,
очень красива€, с целой копной каштановых волос на
голове, с маленьким упр€мым ртом, имела строгое вы-
ражение и на мен€ едва обратила внимание; друга€ же,
больше - тоже тонка€ и бледна€, с большим ртом и
с большими глазами, с удивлением посмотрела на мен€,
когда € проходил мимо, сказала что-то по-английски и
сконфузилась, и мне показалось, что и эти два милых
лица мне давно уже знакомы. » € вернулс€ домой с
таким чувством, как будто видел хороший сон.
   ¬скоре после этого, как-то в полдень, когда € и
Ѕелокуров гул€ли около дома, неожиданно, шурша по
траве, въехала во двор рессорна€ кол€ска, в которой
сидела одна из тех девушек. Ёто была старша€. ќна
приехала с подписным листом просить на погорельцев.
Ќе гл€д€ на нас, она очень серьезно и обсто€тельно рас-
сказала нам, сколько сгорело домов в селе —и€нове,
сколько мужчин, женщин и детей осталось без крова и
что намерен предприн€ть на первых порах погорель-
ческий комитет, членом которого она теперь была.
ƒавши нам подписатьс€, она спр€тала лист и тотчас же
стала прощатьс€.
   - ¬ы совсем забыли нас, ѕетр ѕетрович, - ска-
зала она Ѕелокурову, подава€ ему руку. - ѕриезжай-
те, и если monsieur N. (она назвала мою фамилию) за-
хочет взгл€нуть, как живут почитатели его таланта,
и пожалует к нам, то мама и € будем очень рады.
   я поклонилс€.
    огда она уехала, ѕетр ѕетрович стал рассказы-
вать. Ёта девушка, по его словам, была из хорошей се-
мьи, и звали ее Ћидией ¬олчаниновой, а имение, в ко-
тором она жила с матерью и сестрой, так же как и
село на другом берегу пруда, называлось Ўелковкой.
ќтец ее когда-то занимал видное место в ћоскве и
умер в чине тайного советника. Ќесмотр€ на хорошие
средства, ¬олчаниновы жили в деревне безвыездно,
лето и зиму, и Ћиди€ была учительницей в земской
с€ц. ќна тратила на себ€ только эти деньги и горди-
лась, что живет на собственный счет.
   - »нтересна€ семь€, - сказал Ѕелокуров. - ѕо-
жалуй, сходим к ним как-нибудь. ќни будут вам очень
рады.
    ак-то после обеда, в один из праздников, мы вспом-
нили про ¬олчаниновых и отправились к ним в Ўел-
ковку. ќни, мать и обе дочери, были дома. ћать, ≈ка-
терина ѕавловна, когда-то, по-видимому, красива€,
теперь же сыра€ не по летам, больна€ одышкой, груст-
на€, рассе€нна€, старалась зан€ть мен€ разговором о
живописи. ”знав от дочери, что €, быть может, приеду
в Ўелковку, она торопливо припомнила два-три моих
пейзажа, какие видела на выставках в ћоскве, и те-
перь спрашивала, что € хотел в них выразить. Ћиди€,
или, как ее звали дома, Ћида, говорила больше с Ѕе-
локуровым, чем со мной. —ерьезна€, не улыба€сь, она
спрашивала его, почему он не служит в земстве и по-
чему до сих пор не был ни на одном земском собрании.
   - Ќе хорошо, ѕетр ѕетрович, - говорила она уко-
ризненно. - Ќехорошо. —тыдно.
   - ѕравда, Ћида, правда, - соглашалась мать. -
Ќе хорошо.
   - ¬есь наш уезд находитс€ в руках Ѕалагина, -
продолжала Ћида, обраща€сь ко мне. - —ам он пред-
седатель управы, и все должности в уезде роздал своим
плем€нникам и з€ть€м и делает что хочет. Ќадо бо-
ротьс€. ћолодежь должна составить из себ€ сильную
партию, но вы видите, кака€ у нас молодежь. —тыдно,
ѕетр ѕетрович!
   ћладша€ сестра, ∆ен€, пока говорили о земстве,
молчала. ќна не принимала участи€ в серьезных раз-
говорах, ее в семье еще не считали взрослой и, как ма-
ленькую, называли ћисюсь, потому что в детстве она
называла так мисс, свою гувернантку. ¬се врем€ она
смотрела на мен€ с любопытством и, когда € осматри-
вал в альбоме фотографии, объ€сн€ла мне: "Ёто д€д€...
Ёто крестный папа", - и водила пальчиком по портре-
там и в это врем€ по-детски касалась мен€ своим пле-
чом, и € близко видел ее слабую, неразвитую грудь,
тонкие плечи, косу и худенькое тело, туго ст€нутое
по€сом.
   ћы играли в крокет и lawn-tennis, гул€ли по саду,
пили чай, потом долго ужинали. ѕосле громадной пус-
той залы с колоннами мне было как-то по себе в этом
небольшом уютном доме, в котором не было на стенах
олеографий и прислуге говорили вы, и все мне казалось
молодым и чистым благодар€ присутствию Ћиды и
ћисюсь, и все дышало пор€дочностью. «а ужином Ћида
оп€ть говорила с Ѕелокуровым о земстве, о Ѕала-
гине, о школьных библиотеках. Ёто была жива€, ис-
кренн€€, убежденна€ девушка, и слушать ее было ин-
тересно, хот€ говорила она много и громко - быть
может, оттого, что привыкла говорить в школе. «ато мой
ѕетр ѕетрович, у которого еще со студенчества оста-
лась манера вс€кий разговор сводить на спор, говорил
скучно, в€ло и длинно, с €вным желанием казатьс€ ум-
ным и передовым человеком. ∆естикулиру€, он опро-
кинул рукавом соусник, и на скатерти образовалась
больша€ лужа, но, кроме мен€, казалось, никто не за-
метил этого.
    огда мы возвращались домой, было темно и
тихо.
   - ’орошее воспитание не в том, что ты не прольешь
соуса на скатерть, а в том, что ты не заметишь, если это
сделает кто-нибудь другой, - сказал Ѕелокуров и вздох-
нул. - ƒа, прекрасна€, интеллигентна€ семь€. ќтстал
€ от хороших людей, ах как отстал! ј все дела, дела!
ƒела!
   ќн говорил о том, как много приходитс€ работать,
когда хочешь стать образцовым сельским хоз€ином.
ј € думал: какой это т€желый и ленивый малый! ќн,
когда говорил о чем-нибудь серьезно, то с напр€же-
нием т€нул "э-э-э-э", и работал так же, как говорил, -
медленно, всегда опаздыва€, пропуска€ сроки. ¬ его
деловитость € плохо верил уже потому, что письма,
которые € поручал ему отправл€ть на почту, он по
целым недел€м таскал у себ€ в кармане.
   - “€желее всего, - бормотал он, ид€ р€дом со
мной, - т€желее всего, что работаешь и ни в ком не
встречаешь сочувстви€. Ќикакого сочувстви€!
„асть 2
   я стал бывать у ¬олчаниновых. ќбыкновенно € си-
дел на нижней ступени террасы; мен€ томило недоволь-
ство собой, было жаль своей жизни, котора€ протекала
так быстро и неинтересно, и € все думал о том, как хо-
рошо было бы вырвать из своей груди сердце, которое
стало у мен€ таким т€желым. ј в это врем€ на террасе
говорили, слышалс€ шорох платьев, перелистывали
книгу. я скоро привык к тому, что днем Ћида прини-
мала больных, раздавала книжки и часто уходила в
деревню с непокрытой головой, под зонтиком, а ве-
чером громко говорила о земстве, о школах. Ёта тон-
ка€, красива€, неизменно строга€ девушка с малень-
ким, из€щно очерченным ртом вс€кий раз, когда на-
чиналс€ деловой разговор, говорила мне сухо:
   - Ёто дл€ вас не интересно.
   я был ей не симпатичен. ќна не любила мен€ за
то, что € пейзажист и в своих картинах не изображаю
народных нужд, и что €, как ей казалось, был равно-
душен к тому, во что она так крепко верила. ѕомнитс€,
когда € ехал по берегу Ѕайкала, мне встретилась де-
вушка-бур€тка, в рубахе и в штанах из синей дабы, вер-
хом на лошади; € спросил у нее, не продаст ли она мне
свою трубку, и, пока мы говорили, она с презрением
смотрела на мое европейское лицо и на мою шл€пу, и
в одну минуту ей надоело говорить со мной, она гикнула
и поскакала прочь. » Ћида точно так же презирала во
мне чужого. ¬нешним образом она никак не выражала
своего нерасположени€ ко мне, но € чувствовал его и,
сид€ на нижней ступени террасы, испытывал раздра-
жение и говорил, что лечить мужиков, не будучи вра-
чом, значит обманывать их и что легко быть благоде-
телем, когда имеешь две тыс€чи дес€тин.
   ј ее сестра, ћисюсь, не имела никаких забот и про-
водила свою жизнь в полной праздности, как €. ¬став-
ши утром, она тотчас же бралась за книгу и читала,
сид€ на террасе в глубоком кресле, так что ножки ее
едва касались земли, или пр€талась с книгой в липо-
аллее, или шла за ворота в поле. ќна читала це-
лый день, с жадностью гл€д€ в книгу, и только потому,
что взгл€д ее иногда становилс€ усталым, ошеломлен-
ным и лицо сильно бледнело, можно было догадатьс€,
как это чтение утомл€ло ее мозг.  огда € приходил,
она, увидев мен€, слегка краснела, оставл€ла книгу
и с оживлением, гл€д€ мне в лицо своими большими
глазами, рассказывала о том, что случилось, например,
о том, что в людской загорелась сажа или что работ-
ник поймал в пруде большую рыбу. ¬ будни она хо-
дила обыкновенно в светлой рубашечке и в темно-синей
юбке. ћы гул€ли вместе, рвали вишни дл€ варень€,
катались в лодке, и когда она прыгала, чтобы достать
вишню, или работала веслами, сквозь широкие рукава
просвечивали ее тонкие, слабые руки. »ли € писал
этюд, а она сто€ла возле и смотрела с восхищением.
   ¬ одно из воскресений, в конце июл€, € пришел к
¬олчаниновым утром, часов в дев€ть. я ходил по пар-
ку, держась подальше от дома, и отыскивал белые гри-
бы, которых в то лето было очень много, и ставил около
них метки, чтобы потом подобрать их вместе с ∆еней.
ƒул теплый ветер. я видел, как ∆ен€ и ее мать, обе
в светлых праздничных плать€х, прошли из церкви до-
мой и ∆ен€ придерживала от ветра шл€пу. ѕотом €
слышал, как на террасе пили чай.
   ƒл€ мен€, человека беззаботного, ищущего оправ-
дани€ дл€ своей посто€нной праздности, эти летние
праздничные утра в наших усадьбах всегда были не-
обыкновенно привлекательны.  огда зеленый сад, еще
влажный от росы, весь си€ет от солнца и кажетс€ счаст-
ливым, когда около дома пахнет резедой и олеандром,
молодежь только что вернулась из церкви и пьет чай
в саду, и когда все так мило одеты и веселы, и когда
знаешь, что все эти здоровые, сытые, красивые люди
весь длинный день ничего не будут делать, то хочетс€,
чтобы вс€ жизнь была такою. » теперь € думал то же
самое и ходил по саду, готовый ходить так без дела и
без цели весь день, все лето.
   ѕришла ∆ен€ с корзиной; у нее было такое выра-
жение, как будто она знала или предчувствовала, что
найдет мен€ в саду. ћы подбирали грибы и говорили,
и когда она спрашивала о чем-нибудь, то заходила впе-
ред, чтобы видеть мое лицо.
   - ¬чера у нас в деревне произошло чудо, - ска-
зала она. - ’рома€ ѕелаге€ была больна целый год,
никакие доктора и лекарства не помогали, а вчера ста-
руха пошептала, и прошло.
   - Ёто неважно, - сказал €. - Ќе следует искать
чудес только около больных и старух. –азве здоровье
не чудо? ј сама жизнь? „то непон€тно, то и есть чудо.
   - ј вам не страшно то, что непон€тно?
   - Ќет.   €влени€м, которых € не понимаю, € под-
хожу бодро и не подчин€юсь им. я выше их. „еловек
должен сознавать себ€ выше львов, тигров, звезд,
выше всего в природе, даже выше того, что непон€тно
и кажетс€ чудесным, иначе он не человек, а мышь,
котора€ всего боитс€.
   ∆ен€ думала, что €, как художник, знаю очень
многое и могу верно угадывать то, чего не знаю. ≈й хо-
телось, чтобы € ввел ее в область вечного и прекрасного,
в этот высший свет, в котором, по ее мнению, € был своим
человеком, и она говорила со мной о боге, о вечной жиз-
ни, о чудесном. » €, не допускавший, что € и мое вооб-
ражение после смерти погибнем навеки, отвечал: "да,
люди бессмертны", "да, нас ожидает вечна€ жизнь".
ј она слушала, верила и не требовала доказательств.
    огда мы шли к дому, она вдруг остановилась и
сказала:
   - Ќаша Ћида замечательный человек. Ќе правда
ли? я ее гор€чо люблю и могла бы каждую минуту по-
жертвовать дл€ нее жизнью. Ќо скажите, - ∆ен€ до-
тронулась до моего рукава пальцем, - скажите, по-
чему вы с ней все спорите? ѕочему вы раздражены?
   - ѕотому что она не права.
   ∆ен€ отрицательно покачала головой, и слезы по-
казались у нее на глазах.
   -  ак это непон€тно! - проговорила она.
   ¬ это врем€ Ћида только что вернулась откуда-то и,
сто€ около крыльца с хлыстом в руках, стройна€, кра-
сива€, освещенна€ солнцем, приказывала что-то ра-
ботнику. “ороп€сь и громко разговарива€, она прин€-
ла двух-трех больных, потом с деловым, озабоченным
видом ходила по комнатам, отвор€€ то один шкап, то
другой, уходила в мезонин; ее долго искали и звали
обедать, и пришла она, когда мы уже съели суп. ¬се
эти мелкие подробности € почему-то помню и люблю,
и весь этот день живо помню, хот€ не произошло ни-
чего особенного. ѕосле обеда ∆ен€ читала, лежа в
глубоком кресле, а € сидел на нижней ступени террасы.
ћы молчали. ¬се небо заволокло облаками, и стал на-
крапывать редкий, мелкий дождь. Ѕыло жарко, ветер
давно уже стих, и казалось, что этот день никогда не
кончитс€.   нам на террасу вышла ≈катерина ѕавлов-
на, заспанна€, с веером.
   - ќ,мама, - сказала ∆ен€, целу€ у нее руку, -
тебе вредно спать днем.
   ќни обожали друг друга.  огда одна уходила в сад,
то друга€ уже сто€ла на террасе и, гл€д€ на деревь€,
окликала: "ау, ∆ен€!" или "мамочка, где ты?". ќни
всегда вместе молились, и обе одинаково верили, и хо-
рошо понимали друг друга, даже когда молчали. » к
люд€м они относились одинаково. ≈катерина ѕавлов-
на также скоро привыкла и прив€залась ко мне, и ког-
да € не по€вл€лс€ два-три дн€, присылала узнать,
здоров ли €. Ќа мои этюды она смотрела тоже с восхи-
щением, и с такою же болтливостью и так же откровен-
но, как ћисюсь, рассказывала мне, что случилось, и
часто повер€ла мне свои домашние тайны.
   ќна благоговела перед своей старшей дочерью. Ћида
никогда не ласкалась, говорила только о серьезном;
она жила своею особенною жизнью и дл€ матери и дл€
сестры была такою же св€щенной, немного загадочной
особой, как дл€ матросов адмирал, который все сидит
у себ€ в каюте.
   - Ќаша Ћида замечательный человек, - говорила
часто мать. - Ќе правда ли?
   » теперь, пока накрапывал дождь, мы говорили о
Ћиде.
   - ќна замечательный человек, - сказала мать и
прибавила вполголоса тоном заговорщицы, испуганно
огл€дыва€сь: - “аких днем с огнем поискать, хот€,
знаете ли, € начинаю немножко беспокоитьс€. Ўкола,
аптечки, книжки - все это хорошо, но зачем крайно-
сти? ¬едь ей уже двадцать четвертый год, пора о себе
серьезно подумать. Ётак за книжками и аптечками и не
увидишь, как жизнь пройдет... «амуж нужно.
   ∆ен€, бледна€ от чтени€, с пом€тою прической, при-
подн€ла голову и сказала как бы про себ€, гл€д€ на
мать:
   - ћамочка, все зависит от воли божией!
   » оп€ть погрузилась в чтение.
   ѕришел Ѕелокуров в поддевке и в вышитой сороч-
ке. ћы играли в крокет и lawn-tennis, потом, когда
потемнело, долго ужинали, и Ћида оп€ть говорила о
школах и о Ѕалагине, который забрал в свои руки
весь уезд. ”ход€ в этот вечер от ¬олчаниновых, € уно-
сил впечатление длинного-длинного, праздного дн€,
с грустным сознанием, что все кончаетс€ на этом све-
те, как бы ни было длинно. Ќас до ворот провожала
∆ен€, и оттого, быть может, что она провела со мной
весь день от утра до вечера, € почувствовал, что без
нее мне как будто скучно и что вс€ эта мила€ семь€
близка мне; и в первый раз за все лето мне захотелось
писать.
   - —кажите, отчего вы живете так скучно, так не
колоритно? - спросил € у Ѕелокурова, ид€ с ним до-
мой. - ћо€ жизнь скучна,т€жела, однообразна, пото-
му что € художник, € странный человек, € издерган
с юных дней завистью, недовольством собой, неверием
в свое дело, € всегда беден, € брод€га, но вы-то, вы,
здоровый, нормальный человек, помещик, барин, -
отчего вы живете так неинтересно, так мало берете от
жизни? ќтчего, например, вы до сих пор не влюби-
лись в Ћиду или ∆еню?
   - ¬ы забываете, что € люблю другую женщину, -
ответил Ѕелокуров.
   Ёто он говорил про свою подругу, Ћюбовь »ванов-
ну, жившую с ним вместе во флигеле. я каждый день
видел, как эта дама, очень полна€, пухла€, важна€,
похожа€ на откормленную гусыню, гул€ла по саду,
в русском костюме с бусами, всегда под зонтиком, и
прислуга то и дело звала ее то кушать, то чай пить. √о-
да три назад она нан€ла один из флигелей под дачу,
да так и осталась жить у Ѕелокурова, по-видимому,
навсегда. ќна была старше его лет на дес€ть и управ-
л€ла им строго, так что, отлуча€сь из дому, он должен
был спрашивать у нее позволени€. ќна часто рыдала
мужским голосом, и тогда € посылал сказать ей, что
если она не перестанет, то € съеду с квартиры; и она
переставала.
    огда мы пришли домой, Ѕелокуров сел на диван и
нахмурилс€ в раздумье, а € стал ходить по зале, испы-
тыва€ тихое волнение, точно влюбленный. ћне хотелось
говорить про ¬олчаниновых.
   - Ћида может полюбить только земца, увлеченно-
го так же, как она, больницами и школами, - сказал
€. - ќ, ради такой девушки можно не только стать
земцем, но даже истаскать, как в сказке, железные
башмаки. ј ћисюсь?  ака€ прелесть эта ћисюсь!
   Ѕелокуров длинно, раст€гива€ "э-э-э-э...", загово-
рил о болезни века - пессимизме. √оворил он уверен-
но и таким тоном, как будто € спорил с ним. —отни
верст пустынной, однообразной, выгоревшей степи не
могут нагнать такого уныни€, как один человек, когда
он сидит, говорит и неизвестно, когда он уйдет.
   - ƒело не в пессимизме и не в оптимизме, - ска-
зал € раздраженно, - а в том, что у дев€носто дев€ти
из ста нет ума.
   Ѕелокуров прин€л это на свой счет, обиделс€ и
ушел.
„асть 3
   - ¬ ћалоземове гостит кн€зь, тебе клан€етс€, -
говорила Ћида матери, вернувшись откуда-то и снима€
перчатки. - –ассказывал много интересного... ќбещал
оп€ть подн€ть в губернском собрании вопрос о меди-
цинском пункте в ћалоземове, но говорит: мало надеж-
ды. - », обрат€сь ко мне, она сказала: - »звините,
€ все забываю, что дл€ вас это не может быть интересно.
   я почувствовал раздражение.
   - ѕочему же неинтересно? - спросил € и пожал
плечами. - ¬ам неугодно знать мое мнение, но увер€ю
вас, этот вопрос мен€ живо интересует.
   - ƒа?
   - ƒа. ѕо моему мнению, медицинский пункт в ћа-
лоземове вовсе не нужен.
   ћое раздражение передалось и ей; она посмотрела
на мен€, прищурив глаза, и спросила:
   - „то же нужно? ѕейзажи?
   - » пейзажи не нужны. Ќичего там не нужно.
   ќна кончила снимать перчатки и развернула газе-
ту, которую только что привезли с почты; через минуту
она сказала тихо, очевидно, сдержива€ себ€:
   - Ќа прошлой неделе умерла от родов јнна, а
если бы поблизости был медицинский пункт, то она
осталась бы жива. » господа пейзажисты, мне кажет-
с€, должны бы иметь какие-нибудь убеждени€ на этот
счет.
   - я имею на этот счет очень определенное убежде-
ние, увер€ю вас, - ответил €, а она закрылась от мен€
газетой, как бы не жела€ слушать. - ѕо-моему, меди-
цинские пункты, школы, библиотечки, аптечки, при
существующих услови€х, служат только порабоще-
нию. Ќарод опутан цепью великой, и вы не рубите
этой цепи, а лишь прибавл€ете новые звень€ - вот вам
мое убеждение.
   ќна подн€ла на мен€ глаза и насмешливо улыбну-
лась, а € продолжал, стара€сь уловить свою главную
мысль:
   - Ќе то важно, что јнна умерла от родов, а то,
что все эти јнны, ћавры, ѕелагеи с раннего утра до
потемок гнут спины, болеют от непосильного труда,
всю жизнь дрожат за голодных и больных детей, всю
жизнь бо€тс€ смерти и болезней, всю жизнь лечатс€,
рано блекнут, рано стар€тс€ и умирают в гр€зи и в
вони; их дети, подраста€, начинают ту же музыку, и
так проход€т сотни лет, и миллиарды людей живут
хуже животных - только ради куска хлеба, испытыва€
посто€нный страх. ¬есь ужас их положени€ в том, что
им некогда о душе подумать, некогда вспомнить о своем
образе и подобии; голод, холод, животный страх, мас-
са труда, точно снеговые обвалы, загородили им все
пути к духовной де€тельности, именно к тому самому,
что отличает человека от животного и составл€ет един-
ственное, ради чего стоит жить. ¬ы приходите к ним на
помощь с больницами и школами, но этим не освобож-
даете их от пут, а, напротив, еще больше порабощаете,
так как, внос€ в их жизнь новые предрассудки, вы уве-
личиваете число их потребностей, не говор€ уже о том,
что за мушки и за книжки они должны платить зем-
ству и, значит, сильнее гнуть спину.
   - я спорить с вами не стану, - сказала Ћида,
опуска€ газету. - я уже это слышала. —кажу вам
только одно: нельз€ сидеть сложа руки. ѕравда, мы не
спасаем человечества и, быть может, во многом оши-
баемс€, но мы делаем то, что можем, и мы - правы.
—ама€ высока€ и св€та€ задача культурного чело-
века - это служить ближним, и мы пытаемс€ слу-
жить, как умеем. ¬ам не нравитс€, но ведь на всех не
угодишь.
   - ѕравда, Ћида, правда, - сказала мать.
   ¬ присутствии Ћиды она всегда робела и, разгова-
рива€, тревожно погл€дывала на нее, бо€сь сказать что-
нибудь лишнее или неуместное; и никогда она не про-
тиворечила ей, а всегда соглашалась: правда, Ћида,
правда.
   - ћужицка€ грамотность, книжки с жалкими на-
ставлени€ми и прибаутками и медицинские пункты не
могут уменьшить ни невежества, ни смертности, так же,
как свет из ваших окон не может осветить этого громад-
ного сада, - сказал €. - ¬ы не даете ничего, вы своим
вмешательством в жизнь этих людей создаете лишь но-
вые потребности, новый повод к труду.
   - јх, боже мой, но ведь нужно же делать что-
нибудь! - сказала Ћида с досадой, и по ее тону было
заметно, что мои рассуждени€ она считает ничтожны-
ми и презирает их.
   - Ќужно освободить людей от т€жкого физиче-
ского труда, - сказал €. - Ќужно облегчить их €рмо,
дать им передышку, чтобы они не всю свою жизнь про-
водили у печей, корыт и в поле, но имели бы также вре-
м€ подумать о душе, о боге, могли бы пошире про€вить
свои духовные способности. ѕризвание вс€кого челове-
ка в духовной де€тельности - в посто€нном искании
правды и смысла жизни. —делайте же дл€ них ненуж-
ным грубый животный труд, дайте им почувствовать
себ€ на свободе, и тогда увидите, кака€ в сущности на-
смешка  эти книжки и аптечки. –аз человек сознает свое
истинное призвание, то удовлетвор€ть его могут толь-
ко религи€, науки, искусства, а не эти пуст€ки.
   - ќсвободить от труда! - усмехнулась Ћида. -
–азве это возможно?
   - ƒа. ¬озьмите на себ€ долю их труда. ≈сли бы
все мы, городские и деревенские жители, все без исклю-
чени€, согласились поделить между собою труд, кото-
рый затрачиваетс€ вообще человечеством на удовлет-
ворение физических потребностей, то на каждого из
нас, быть может, пришлось бы не более двух-трех ча-
сов в день. ѕредставьте, что все мы, богатые и бедные,
работаем только три часа в день, а остальное врем€ у
нас свободно. ѕредставьте еще, что мы, чтобы еще ме-
нее зависеть от своего тела и менее трудитьс€, изобре-
таем машины, замен€ющие труд, мы стараемс€ сокра-
тить число наших потребностей до минимума. ћы зака-
л€ем себ€, наших детей, чтобы они не бо€лись голода,
холода и мы не дрожали бы посто€нно за их здоровье,
как дрожат јнна, ћавра и ѕелаге€. ѕредставьте, что
мы не лечимс€, не держим аптек, табачных фабрик, ви-
нокуренных заводов, - сколько свободного времени у
нас остаетс€ в конце концов! ¬се мы сообща отдаем
этот досуг наукам и искусствам.  ак иногда мужики
миром почин€ют дорогу, так и все мы сообща, миром,
искали бы правды и смысла жизни, и - € уверен в
этом - правда была бы открыта очень скоро, человек
избавилс€ бы от этого посто€нного мучительного, уг-
нетающего страха смерти, и даже от самой смерти.
   - ¬ы, однако, себе противоречите, - сказала Ћи-
да. - ¬ы говорите - наука, наука, а сами отрицаете
грамотность.
   - √рамотность, когда человек имеет возможность
читать только вывески на кабаках да изредка книжки,
которых не понимает, - така€ грамотность держитс€
у нас со времен –юрика, гоголевский ѕетрушка давно
уже читает, между тем деревн€, кака€ была при –юрике,
така€ и осталась до сих пор. Ќе грамотность нужна, а
свобода дл€ широкого про€влени€ духовных способ-
ностей. Ќужны не школы, а университеты.
   - ¬ы и медицину отрицаете.
   - ƒа. ќна была бы нужна только дл€ изучени€
болезней как €влений природы, а не дл€ лечени€ их.
≈сли уж лечить, то не болезни, а причины их. ”стра-
ните главную причину - физический труд - и тог-
да не будет болезней. Ќе признаю € науки, котора€
лечит, - продолжал € возбужденно. - Ќауки и ис-
кусства, когда они насто€щие, стрем€тс€ не к времен-
ным, не к частным цел€м, а к вечному и общему, - они
ищут правды и смысла жизни, ищут бога, душу, а ког-
да их пристегивают к нуждам и злобам дн€, к аптеч-
кам и библиотечкам, то они только осложн€ют, загро-
мождают жизнь. ” нас  много медиков, фармацевтов,
юристов, стало много грамотных, но совсем нет био-
логов, математиков, философов, поэтов. ¬есь ум, вс€
душевна€ энерги€ ушли на удовлетворение временных,
преход€щих нужд... ” ученых, писателей и художни-
ков кипит работа, по их милости удобства жизни ра-
стут с каждым днем, потребности тела множатс€, меж-
ду тем до правды еще далеко, и человек по-прежнему
остаетс€ самым хищным и самым нечистоплотным жи-
вотным, и все клонитс€ к тому, чтобы человечество в
своем большинстве выродилось и утер€ло навсегда вс€-
кую жизнеспособность. ѕри таких услови€х жизнь
художника не имеет смысла, и чем он талантливее, тем
страннее и непон€тнее его роль, так как на поверку вы-
ходит, что работает он дл€ забавы хищного нечисто-
плотного животного, поддержива€ существующий пор€-
док. » € не хочу работать, и не буду... Ќичего не нуж-
но, пусть земл€ провалитс€ в тартарары!
   - ћисюська, выйди, - сказала Ћида сестре, оче-
видно наход€ мои слова вредными дл€ такой молодой
девушки.
   ∆ен€ грустно посмотрела на сестру и на мать и
вышла.
   - ѕодобные милые вещи говор€т обыкновенно,
когда хот€т оправдать свое равнодушие, - сказала
Ћида. - ќтрицать больницы и школы легче, чем ле-
чить и учить.
   - ѕравда, Ћида, правда, - согласилась мать.
   - ¬ы угрожаете, что не станете работать, - про-
должала Ћида. - ќчевидно, вы высоко цените ваши ра-
боты. ѕерестанем же спорить, мы никогда не споемс€,
так как самую несовершенную из всех библиотечек и
аптечек, о которых вы только что отзывались так пре-
зрительно, € ставлю выше всех пейзажей в свете. -
» тотчас же, обрат€сь к матери, она заговорила совсем
другим тоном: -  н€зь очень похудел и сильно изме-
нилс€ с тех пор, как был у нас. ≈го посылают в ¬иши.
   ќна рассказывала матери про кн€з€, чтобы не го-
ворить со мной. Ћицо у нее горело, и, чтобы скрыть
свое волнение, она низко, точно близорука€, нагну-
лась к столу и делала вид, что читает газету. ћое при-
сутствие было непри€тно. я простилс€ и пошел домой.
„асть 4
   Ќа дворе было тихо; деревн€ по ту сторону пруда
уже спала, не было видно ни одного огонька, и только
на пруде едва светились бледные отражени€ звезд.
” ворот со львами сто€ла ∆ен€ неподвижно, поджи-
да€ мен€, чтобы проводить.
   - ¬ деревне все сп€т, - сказал € ей, стара€сь раз-
гл€деть в темноте ее лицо, и увидел устремленные на
мен€ темные печальные глаза. - » кабатчик и коно-
крады покойно сп€т, а мы, пор€дочные люди, раздра-
жаем друг друга и спорим.
   Ѕыла грустна€ августовска€ ночь, - грустна€, по-
тому, что уже пахло осенью; покрыта€ багровым обла-
ком, восходила луна и еле-еле освещала дорогу и по
сторонам ее темные озимые пол€. „асто падали звез-
ды. ∆ен€ шла со мной р€дом по дороге и старалась не
гл€деть на небо, чтобы не видеть падающих звезд, ко-
торые почему-то пугали ее.
   - ћне кажетс€, вы правы, - сказала она, дрожа
от ночной сырости. - ≈сли бы люди, все сообща, могли
могли отдатьс€ духовной де€тельности, то они скоро узнали
бы все.
   -  онечно. ћы высшие существа, и если бы в са-
мом деле мы сознали всю силу человеческого гени€ и
жили бы только дл€ высших целей, то в конце концов
мы стали бы как боги. Ќо этого никогда не будет - че-
ловечество выродитс€, и от гени€ не останетс€ и следа.
    огда не стало видно ворот, ∆ен€ остановилась и
торопливо пожала мне руку.
   - —покойной ночи, - проговорила она, дрожа; пле-
чи ее были покрыты только одною рубашечкой, и она
сжалась от холода. - ѕриходите завтра.
   ћне стало жутко от мысли, что € останусь один, раз-
драженный, недовольный собой и людьми; и € сам уже
старалс€ не гл€деть на падающие звезды.
   - ѕобудьте со мной еще минуту, - сказал €. -
ѕрошу вас.
   я любил ∆еню. ƒолжно быть, € любил ее за то,
что она встречала и провожала мен€, за то, что смотре-
ла на мен€ нежно и с восхищением.  ак трогательно
прекрасны были ее бледное лицо, тонка€ ше€, тонкие
руки, ее слабость, праздность, ее книги. ј ум? я по-
дозревал у нее недюжинный ум, мен€ восхищала широ-
та ее воззрений, быть может, потому что она мыслила
иначе, чем строга€, красива€ Ћида, котора€ не люби-
ла мен€. я нравилс€ ∆ене как художник, € победил ее
талантом, и мне страстно хотелось писать
тоько дл€ нее, и € мечтал о ней, как о своей малень-
кой королеве, котора€ вместе со мною будет владеть
этими деревь€ми, пол€ми, туманом, зарею, этою при-
родой, чудесной, очаровательной, но среди которой €
до сих пор чувствовал себ€ безнадежно одиноким и не-
нужным.
   - ќстаньтесь еще минуту, - попросил €. - ”мо -
л€ю вас.
   я сн€л с себ€ пальто и прикрыл ее оз€бшие плечи;
она, бо€сь показатьс€ в мужском пальто смешной и не-
красивой, засме€лась и сбросила его, и в это врем€ €
обн€л ее и стал осыпать поцелу€ми ее лицо, плечи, руки.
   - ƒо завтра! - прошептала она и осторожно, точ-
но бо€сь нарушить ночную тишину, обн€ла мен€. -
ћы не имеем тайн друг от друга, € должна сейчас рас-
сказать все маме и сестре... Ёто так страшно! ћама ни-
чего, мама любит вас, но Ћида!
   ќна побежала к воротам.
   - ѕрощайте! - крикнула она.
   » потом минуты две € слышал, как она бежала. ћне
не хотелось домой, да и незачем было идти туда. я по-
сто€л немного в раздумье и тихо поплелс€ назад, что-
бы еще взгл€нуть на дом, в котором она жила, милый,
наивный, старый дом, который, казалось, окнами сво-
его мезонина гл€дел на мен€, как глазами, и понимал
все. я прошел мимо террасы, сел на скамье около пло-
щадки дл€ lawn-tennis, в темноте под старым в€зом, и
отсюда смотрел на дом. ¬ окнах мезонина, в котором
жила ћисюсь, блеснул €ркий свет, потом покойный
зеленый - это лампу накрыли абажуром. «адвига-
лись тени... я был полон нежности, тишины и доволь-
ства собою, довольства, что сумел увлечьс€ и полю-
бить, и в то же врем€ € чувствовал неудобство от мыс-
ли, что в это же самое врем€, в нескольких шагах от
мен€, в одной из комнат этого дома живет Ћида, котора€
не любит, быть может, ненавидит мен€. я сидел и все
ждал, не выйдет ли ∆ен€, прислушивалс€, и мне каза-
лось, будто в мезонине говор€т.
   ѕрошло около часа. «еленый огонь погас, и не ста-
ло видно теней. Ћуна уже сто€ла высоко над домом и
освещала сп€щий сад, дорожки; георгины и розы в цвет-
нике перед домом были отчетливо видны и казались все
одного цвета. —тановилось очень холодно. я вышел из
сада, подобрал на дороге свое пальто и не спеша по-
брел домой.
    огда на другой день после обеда € пришел к ¬ол-
чаниновым, стекл€нна€ дверь в сад была открыта на-
стежь. я посидел на террасе, поджида€, что вот-вот за
цветником на площадке или на одной из аллей покажет-
с€ ∆ен€ или донесетс€ ее голос из комнат; потом € про-
шел в гостиную, в столовую. Ќе было ни души. »з сто-
ловой € прошел длинным коридором в переднюю, по-
том назад. “ут в коридоре было несколько дверей, и за
одной из них раздавалс€ голос Ћиды.
   - ¬ороне где-то... бог... - говорила она громко и
прот€жно, веро€тно, дикту€. - Ѕог послал кусочек
сыру... ¬ороне... где-то...  то там? - окликнула она
вдруг, услышав мои шаги.
   - Ёто €.
   - ј! ѕростите, € не могу сейчас выйти к вам, € за-
нимаюсь с ƒашей.
   - ≈катерина ѕавловна в саду?
   - Ќет, она с сестрой уехала сегодн€ утром к тете,
в ѕензенскую губернию. ј зимой, веро€тно, они пое-
дут за границу... - добавила она, помолчав. - ¬ороне
где-то... бо-ог послал ку-усочек сыру... Ќаписала?
   я вышел в переднюю и, ни о чем не дума€, сто€л и
смотрел оттуда на пруд и на деревню, а до мен€ доно-
силось:
   -  усочек сыру... ¬ороне где-то бог послал кусо-
чек сыру...
   » € ушел из усадьбы тою же дорогой, какой пришел
сюда в первый раз, только в обратном пор€дке: сначала
со двора в сад, мимо дома, потом по липовой аллее...
“ут догнал мен€ мальчишка и подал записку. "я рас-
сказала все сестре, и она требует, чтобы € рассталась
с вами, - прочел €. - я была бы не в силах огорчить
ее своим неповиновением. Ѕог даст вам счасть€, про-
стите мен€. ≈сли бы вы знали, как € и мама горько
плачем!"
   ѕотом темна€ елова€ алле€, обваливша€с€ изго-
родь... Ќа том поле, где тогда цвела рожь и кричали
перепела, теперь бродили коровы и спутанные
лошади.  ое-где на холмах €рко зеленела озимь.
“резвое, будничное настроение овладело мной, и мне
стало стыдно всего, что € говорил у ¬олчаниновых, и
по-прежнему стало скучно жить. ѕрид€ домой, € уло-
жилс€ и вечером уехал в ѕетербург.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
   Ѕольше € уже не видел ¬олчаниновых.  ак-то не-
давно, едучи в  рым, € встретил в вагоне Ѕелокурова.
ќн по-прежнему был в поддевке и в вышитой сорочке
и, когда € спросил его о здоровье, ответил: "¬ашими
молитвами". ћы разговорились. »мение свое он про-
дал и купил другое, поменьше, на им€ Ћюбови »ва-
новны. ѕро ¬олчаниновых сообщил он немного. Ћида,
по его словам, жила по-прежнему в Ўелковке и учи-
ла в школе детей; мало-помалу ей удалось собрать
около себ€ кружок симпатичных ей людей, которые
составили из себ€ сильную партию и на последних
земских выборах "прокатили" Ѕалагина, державшего
до того времени в своих руках весь уезд. ѕро ∆еню
же Ѕелокуров сообщил только, что она не жила дома и
была неизвестно где.
   я уже начинаю забывать про дом с мезонином, и
лишь изредка, когда пишу или читаю, вдруг ни с того,
ни с сего припомнитс€ мне то зеленый огонь в окне, то
звук моих шагов, раздававшихс€ в поле ночью, когда
€, влюбленный, возвращалс€ домой и потирал руки от
холода. ј еще реже, в минуты, когда мен€ томит оди-
ночество и мне грустно, € вспоминаю смутно, и мало-
помалу мне почему-то начинает казатьс€, что обо мне
тоже вспоминают, мен€ ждут и что мы встретимс€...
   ћисюсь, где ты?
„асть 1
   Ѕыло уже часов дес€ть вечера, и над садом светила
полна€ луна. ¬ доме Ўуминых только что кончилась
всенощна€, которую заказывала бабушка ћарфа ћи-
хайловна, и теперь Ќаде - она вышла в сад на минут-
ку - видно было, как в зале накрывали на стол дл€
закуски, как в своем пышном шелковом платье суети-
лась бабушка; отец јндрей, соборный протоиерей, го-
ворил о чем-то с матерью Ќади, Ќиной »вановной, и
теперь мать при вечернем освещении сквозь окно по-
чему-то казалась очень молодой; возле сто€л сын отца
јндре€, јндрей јндреич, и внимательно слушал.
   ¬ саду было тихо, прохладно, и темные, покойные
тени лежали на земле. —лышно было, как где-то далеко,
очень далеко, должно быть за городом, кричали л€-
гушки. „увствовалс€ май, милый май! ƒышалось глу-
боко и хотелось думать, что не здесь, а где-то под небом,
над деревь€ми, далеко за городом, в пол€х и лесах раз-
вернулась теперь сво€ весенн€€ жизнь, таинственна€,
прекрасна€, богата€ и св€та€, недоступна€ пониманию
слабого, грешного человека. » хотелось почему-то пла-
кать.
мечтала о замужестве, и теперь наконец она была не-
вестой јндре€ јндреича, того самого, который сто€л
за окном; он ей нравилс€, свадьба была уже назначена
на седьмое июл€, а между тем радости не было, ночи
спала она плохо, веселье пропало... »з подвального
этажа, где была кухн€, в открытое окно слышно было,
как там спешили, как стучали ножами, как хлопали
дверью на блоке; пахло жареной индейкой и марино-
ванными вишн€ми. » почему-то казалось, что так те-
перь будет всю жизнь, без перемены, без конца!
   ¬от кто-то вышел из дома и остановилс€ на крыль-
це; это јлександр “имофеич, или, попросту, —аша,
гость, приехавший из ћосквы дней дес€ть назад.  ог-
да-то давно к бабушке хаживала за пода€ньем ее даль-
н€€ родственница, ћарь€ ѕетровна, обедневша€ дво-
р€нка-вдова, маленька€, худенька€, больна€. ” нее
был сын —аша. ѕочему-то про него говорили, что он
прекрасный художник, и, когда у него умерла мать,
бабушка, ради спасени€ души, отправила его в ћоскву
в  омиссаровское училище; года через два перешел он
в училище живописи, пробыл здесь чуть ли не п€тнад-
цать лет и кончил по архитектурному отделению, с гре-
хом пополам, но архитектурой все-таки не занималс€,
а служил в одной из московских литографий. ѕочти
каждое лето приезжал он, обыкновенно очень больной,
к бабушке, чтобы отдохнуть и поправитьс€.
   Ќа нем был теперь застегнутый сюртук и поношен-
ные парусиновые брюки, стоптанные внизу. » сорочка
была неглажена€, и весь он имел какой-то несвежий
вид. ќчень худой, с большими глазами, с длинными ху-
дыми пальцами, бородатый, темный и все-таки краси-
вый.   Ўуминым он привык, как к родным, и у них
чувствовал себ€ как дома. » комната, в которой он
жил здесь, называлась уже давно —ашиной комнатой.
   —то€ на крыльце, он увидел Ќадю и пошел к ней.
   - ’орошо у вас здесь, - сказал он.
   -  онечно, хорошо. ¬ам бы здесь до осени пожить.
   - ƒа, должно, так придетс€. ѕожалуй, до сен-
т€бр€ у вас тут проживу.
   ќн засме€лс€ без причины и сел р€дом.
   - ј € вот сижу и смотрю отсюда на маму, - ска-
зала Ќад€. - ќна кажетс€ отсюда такой молодой!
” моей мамы, конечно, есть слабости, - добавила она,
помолчав, - но все же она необыкновенна€ женщина.
   - ƒа, хороша€... - согласилс€ —аша. - ¬аша ма-
ма по-своему, конечно, и очень добра€ и мила€ женщи-
на, но... как вам сказать? —егодн€ утром рано за-
шел € к вам в кухню, а там четыре прислуги сп€т пр€-
мо на полу, кроватей нет, вместо постелей лохмоть€,
вонь, клопы, тараканы... “о же самое, что было два-
дцать лет назад, никакой перемены. Ќу, бабушка, бог
с ней, на то она и бабушка; а ведь мама небось по-фран-
цузски говорит, в спектакл€х участвует. ћожно бы,
кажетс€, понимать.
    огда —аша говорил, то выт€гивал перед слушате-
лем два длинных, тощих пальца.
   - ћне все здесь как-то дико с непривычки, - про-
должал он. - „ерт знает, никто ничего не делает. ћа-
маша целый день только гул€ет, как герцогин€ кака€-
нибудь, бабушка тоже ничего не делает, вы - тоже.
» жених, јндрей јндреич, тоже ничего не делает.
   Ќад€ слышала это и в прошлом году, и, кажетс€,
в позапрошлом, и знала, что —аша иначе рассуждать не
может, и это прежде смешило ее, теперь же почему-то
ей стало досадно.
   - ¬се это старо и давно надоело, - сказала она и
встала. - ¬ы бы придумали что-нибудь поновее.
   ќн засме€лс€ и тоже встал, и оба пошли к дому. ќна,
высока€, красива€, стройна€, казалась теперь р€дом с
ним очень здоровой и нар€дной; она чувствовала это,
и ей было жаль его и почему-то неловко.
   - » говорите вы много лишнего, - сказала она. -
¬от вы только что говорили про моего јндре€, но ведь
вы его не знаете.
   - ћоего јндре€... Ѕог с ним, с вашим јндреем! ћне
вот молодости вашей жалко.
    огда вошли в залу, там уже садились ужи-
нать. Ѕабушка, или, как ее называли в доме, бабул€,
очень полна€, некрасива€, с густыми бров€ми и с уси-
ками, говорила громко, и уже по ее голосу и манере
говорить было заметно, что она здесь старша€ в доме.
≈й принадлежали торговые р€ды на €рмарке и старин-
ный дом с колоннами и садом, но она каждое утро мо-
лилась, чтобы бог спас ее от разорени€, и при этом
плакала. » ее невестка, мать Ќади, Ќина »вановна,
белокура€, сильно зат€нута€, в pince-nеz и с бриллиан-
тами на каждом пальце; и отец јндрей, старик, худоща-
вый, беззубый и с таким выражением, будто собиралс€
рассказать что-то очень смешное; и его сын јндрей
јндреич, жених Ќади, полный и красивый, с вьющи-
мис€ волосами, похожий на артиста или художника, -
все трое говорили о гипнотизме.
   - “ы у мен€ в неделю поправишьс€, - сказала
бабул€, обраща€сь к —аше, - только вот кушай по-
больше. » на что ты похож! - вздохнула она. - —траш-
ный ты стал. ¬от уж подлинно, как есть, блудный сын.
   - ќтеческаго дара расточив богатство, - прогово-
рил отец јндрей медленно, со смеющимис€ глазами, -
с бессмысленными скоты пасохс€ ока€нный...
   - Ћюблю € своего батьку, - сказал јндрей јндре-
ич и потрогал отца за плечо. - —лавный старик. ƒоб-
рый старик.
   ¬се помолчали. —аша вдруг засме€лс€ и прижал ко
рту салфетку.
   - —тало быть, вы верите в гипнотизм? - спросил
отец јндрей у Ќины »вановны.
   - я не могу, конечно, утверждать, что € верю, -
ответила Ќина »вановна, придава€ своему лицу очень
серьезное, даже строгое выражение, - но должна со-
знатьс€, что в природе есть много таинственного и не-
пон€тного.
   - —овершенно с вами согласен, хот€ должен при-
бавить от себ€, что вера значительно сокращает нам
область таинственного.
   ѕодали большую, очень жирную индейку. ќтец
јндрей и Ќина »вановна продолжали свой разговор.
” Ќины »вановны блестели бриль€нты на пальцах,
потом на глазах заблестели слезы, она заволновалась.
   - ’от€ € и не смею спорить с вами, - сказала она, -
но, согласитесь, в жизни так много неразрешимых зага-
док!
   - Ќи одной, смею вас уверить.
   ѕосле ужина јндрей јндреич играл на скрипке, а
Ќина »вановна аккомпанировала на ро€ле. ќн дес€ть
лет назад кончил в университете по филологическому
факультету, но нигде не служил, определенного дела
не имел и лишь изредка принимал участие в концертах
с благотворительною целью; и в городе называли его
артистом.
   јндрей јндреич играл; все слушали молча. Ќа столе
тихо кипел самовар, и только один —аша пил чай. ѕо-
том, когда пробило двенадцать, лопнула вдруг струна
на скрипке; все засме€лись, засуетились и стали про-
щатьс€.
   ѕроводив жениха, Ќад€ пошла к себе наверх, где
жила с матерью (нижний этаж занимала бабушка).
¬низу, в зале, стали тушить огни, а —аша все еще сидел
и пил чай. ѕил он чай всегда подолгу, по-московски,
стаканов по семи в один раз. Ќаде, когда она разде-
лась и легла в постель, долго еще было слышно, как
внизу убирала прислуга, как сердилась бабул€. Ќа-
конец все затихло, и только слышалось изредка, как
в своей комнате, внизу, покашливал басом —аша.
„асть 2
    огда Ќад€ проснулась, было, должно быть, часа
два, начиналс€ рассвет. √де-то далеко стучал сторож.
—пать не хотелось, лежать было очень м€гко, неловко.
Ќад€, как и во все прошлые майские ночи, села в посте-
ли и стала думать. ј мысли были все те же, что и в прош-
лую ночь, однообразные, ненужные, неотв€зчивые,
мысли о том, как јндрей јндреич стал ухаживать за
ней и сделал ей предложение, как она согласилась и
потом мало-помалу оценила этого доброго, умного че-
ловека. Ќо почему-то теперь, когда до свадьбы оста-
лось не больше мес€ца, она стала испытывать страх,
беспокойство, как будто ожидало ее что-то неопределен-
ное, т€желое.
   "“ик-ток, тик-ток... - лениво стучал сторож. - “ик-
ток..."
   ¬ большое старое окно виден сад, дальние кусты
густо цветущей сирени, сонной и в€лой от холода; и ту-
ман, белый, густой, тихо подплывает к сирени, хочет
закрыть ее. Ќа далеких деревь€х кричат сонные грачи.
   - Ѕоже мой, отчего мне так т€жело!
   Ѕыть может, то же самое испытывает перед свадьбой
кажда€ невеста.  то знает! »ли тут вли€ние —аши? Ќо
ведь —аша уже несколько лет подр€д говорит все одно
и то же, как по писаному, и когда говорит, то кажетс€
наивным и странным. Ќо отчего же все-таки —аша не
выходит из головы? отчего?
   —торож уже давно не стучит. ѕод окном и в саду
зашумели птицы, туман ушел из сада, все кругом оза-
рилось весенним светом, точно улыбкой. —коро весь
сад, согретый солнцем, обласканный, ожил, и капли
росы, как алмазы, засверкали на листь€х; и старый,
давно запущенный сад в это утро казалс€ таким моло-
дым, нар€дным.
   ”же проснулась бабул€. «акашл€л грубым басом
—аша. —лышно было, как внизу подали самовар, как
двигали стуль€ми.
   „асы идут медленно. Ќад€ давно уже встала и давно
уже гул€ла в саду, а все еще т€нетс€ утро.
   ¬от Ќина »вановна, заплаканна€, со стаканом ми-
неральной воды. ќна занималась спиритизмом, гомеопа-
тией, много читала, любила поговорить о сомнени€х, ко-
торым была подвержена, и все это, казалось Ќаде, за-
ключало в себе глубокий, таинственный смысл. “еперь
Ќад€ поцеловала мать и пошла с ней р€дом.
   - ќ чем ты плакала, мама? - спросила она.
   - ¬чера на ночь стала € читать повесть, в которой
описываетс€ один старик и его дочь. —тарик служит
где-то, ну, и в дочь его влюбилс€ начальник. я не дочи-
тала, но там есть такое одно место, что трудно было
удержатьс€ от слез, - сказала Ќина »вановна и от-
хлебнула из стакана. - —егодн€ утром вспомнила и
тоже всплакнула.
   - ј мне все эти дни так невесело, - сказала Ќад€,
помолчав. - ќтчего € не сплю по ночам?
   - Ќе знаю, мила€. ј когда € не сплю по ночам, то
закрываю глаза крепко-крепко, вот этак, и рисую себе
јнну  аренину, как она ходит и как говорит, или
рисую что-нибудь историческое, из древнего мира...
   Ќад€ почувствовала, что мать не понимает ее и не
может пон€ть. ѕочувствовала это первый раз в жизни,
и ей даже страшно стало, захотелось спр€татьс€; и она
ушла к себе в комнату.
   ј в два часа сели обедать. Ѕыла среда, день постный,
и потому бабушке подали постный борщ и леща с кашей.
   „тобы подразнить бабушку, —аша ел и свой ско-
ромный суп и постный борщ. ќн шутил все врем€, пока
обедали, но шутки у него выходили громоздкие, не-
пременно с расчетом на мораль, и выходило совсем не
смешно, когда он, перед тем как сострить, поднимал
вверх свои очень длинные, исхудалые, точно мертвые,
пальцы, и когда приходило на мысль, что он очень бо-
лен и, пожалуй, недолго еще прот€нет на этом свете;
тогда становилось жаль его до слез.
   ѕосле обеда бабушка ушла к себе в комнату отды-
хать. Ќина »вановна недолго поиграла на ро€ли и по-
том тоже ушла.
   - јх, мила€ Ќад€, - начал —аша свой обычный
послеобеденный разговор, - если бы вы послушались
мен€! если бы!
   ќна сидела глубоко в старинном кресле, закрыв
глаза, а он тихо ходил по комнате, из угла в угол.
   - ≈сли бы вы поехали учитьс€! - говорил он. -
“олько просвещенные и св€тые люди интересны, только
они и нужны. ¬едь чем больше будет таких людей, тем
скорее настанет царствие божие на земле. ќт вашего
города тогда мало-помалу не останетс€ камн€ на кам-
не - все полетит вверх дном, все изменитс€, точно по
волшебству. » будут тогда здесь громадные, великолеп-
нейшие дома, чудесные сады, фонтаны необыкновенные,
замечательные люди... Ќо главное не это. √лавное то,
что толпы в нашем смысле, в каком она есть теперь,
этого зла тогда не будет, потому что каждый человек
будет веровать и каждый будет знать, дл€ чего он жи-
вет, и ни один не будет искать опоры в толпе. ћила€,
голубушка, поезжайте! ѕокажите всем, что эта непо-
движна€, сера€, грешна€ жизнь надоела вам. ѕокажите
это хоть себе самой!
   - Ќельз€, —аша. я выхожу замуж.
   - Ё, полно!  ому это нужно?
   ¬ышли в сад, прошлись немного.
   - » как бы там ни было, мила€ мо€, надо вдуматьс€,
надо пон€ть, как нечиста, как безнравственна эта ваша
праздна€ жизнь, - продолжал —аша. - ѕоймите же,
ведь если, например, вы, и ваша мать, и ваша бабулька
ничего не делаете, то, значит, за вас работает кто-то
другой, вы заедаете чью-то жизнь, а разве это
чисто, не гр€зно?
   Ќад€ хотела сказать: "ƒа, это правда"; хотела ска-
зать, что она понимает; но слезы показались у нее на
глазах, она вдруг притихла, сжалась вс€ и ушла к
себе.
   ѕеред вечером приходил јндрей јндреич и, по обык-
новению, долго играл на скрипке. ¬ообще он был не-
разговорчив и любил скрипку, быть может, потому,
что во врем€ игры можно было молчать. ¬ одиннадца-
том часу, уход€ домой, уже в пальто, он обн€л Ќадю
и стал жадно целовать ее лицо, плечи, руки.
   - ƒорога€, мила€ мо€, прекрасна€!.. - бормотал
он. - ќ, как € счастлив! я безумствую от восторга!
   » ей казалось, что это она уже давно слышала, очень
давно, или читала где-то... в романе, в старом, оборван-
ном, давно уже заброшенном.
   ¬ зале —аша сидел у стола и пил чай, поставив блю-
дечко на свои длинные п€ть пальцев; бабул€ раскла-
дывала пась€нс, Ќина »вановна читала. “рещал огонек
в лампадке, и все, казалось, было тихо, благополучно
Ќад€ простилась и пошла к себе наверх, легла и тотчас
же уснула. Ќо, как и в прошлую ночь, едва забрезжил
свет, она уже проснулась. —пать не хотелось, на душе
было непокойно, т€жело. ќна сидела, положив голову
на колени, и думала о женихе, о свадьбе... ¬спомнила
она почему-то, что ее мать не любила своего покойного
мужа и теперь ничего не имела, жила в полной зависи-
мости от своей свекрови, бабули. » Ќад€, как ни ду-
мала, не могла сообразить, почему до сих пор она ви-
дела в своей матери что-то особенное, необыкновенное,
почему не замечала простой, обыкновенной, несчастной
женщины.
   » —аша не спал внизу - слышно было, как он каш-
л€л. Ёто странный, наивный человек, думала Ќад€,
и в его мечтах, во всех этих чудесных садах, фонтанах
необыкновенных чувствуетс€ что-то нелепое; но поче-
му-то в его наивности, даже в этой нелепости столько
прекрасного, что едва она только вот подумала о том,
не поехать ли ей учитьс€, как все сердце, всю грудь
обдало холодком, залило чувством радости, восторга.
   - Ќо лучше не думать, лучше не думать... - шепта-
ла она. - Ќе надо думать об этом.
   "“ик-ток... - стучал сторож где-то далеко. - “ик-
ток... тик-ток..."
„асть 3
   —аша в середине июн€ стал вдруг скучать и засоби-
ралс€ в ћоскву.
   - Ќе могу € жить в этом городе, - говорил он мрач-
но. - Ќи водопровода, ни канализации! я есть за обе-
дом брезгаю: в кухне гр€зь невозможнейша€...
   - ƒа погоди, блудный сын! - убеждала бабушка
почему-то шепотом, - седьмого числа свадьба!
   - Ќе желаю.
   - ’отел ведь у нас до сент€бр€ прожить!
   - ј теперь вот не желаю. ћне работать нужно!
   Ћето выдалось сырое и холодное, деревь€ были мок-
рые, все в саду гл€дело неприветливо, уныло, хотелось
в самом деле работать. ¬ комнатах, внизу и наверху,
слышались незнакомые женские голоса, стучала у ба-
бушки швейна€ машина: это спешили с приданым.
ќдних шуб за Ќадей давали шесть, и сама€ дешева€ из
них, по словам бабушки, стоила триста рублей! —уета
раздражала —ашу; он сидел у себ€ в комнате и сердил-
с€; но все же его уговорили остатьс€, и он дал слово,
что уедет первого июл€, не раньше.
   ¬рем€ шло быстро. Ќа петров день после обеда
јндрей јндреич пошел с Ќадей на ћосковскую улицу,
чтобы еще раз осмотреть дом, который нан€ли и давно
уже приготовили дл€ молодых. ƒом, двухэтажный, но
убран был пока только верхний этаж. ¬ зале блест€-
щий пол, выкрашенный под паркет, венские стуль€,
ро€ль, пюпитр дл€ скрипки. ѕахло краской. Ќа стене
в золотой раме висела больша€ картина, написанна€
красками: нага€ дама и около нее лилова€ ваза с от-
битой ручкой.
   - „удесна€ картина, - проговорил јндрей јндре-
ич и из уважени€ вздохнул. - Ёто художника Ўишма-
чевского.
   ƒальше была гостина€ с круглым столом, диваном
и креслами, обитыми €рко-голубой материей. Ќад ди-
ваном большой фотографический портрет отца јндре€
в камилавке и в орденах. ѕотом вошли в столовую с бу-
фетом, потом в спальню; здесь в полумраке сто€ли р€дом
две кровати, и похоже было, что когда обставл€ли спаль-
ню, то имели в виду, что всегда тут будет очень хорошо
и иначе быть не может. јндрей јндреич водил Ќадю
по комнатам и все врем€ держал ее за талию; а она чувст-
вовала себ€ слабой, виноватой, ненавидела все эти ком-
наты, кровати, кресла, ее мутило от нагой дамы. ƒл€
нее уже €сно было, что она разлюбила јндре€ јндреи-
ча или, быть может, не любила его никогда; но как это
сказать, кому сказать и дл€ чего, она не понимала и не
могла пон€ть, хот€ думала об этом все дни, все ночи...
ќн держал ее за талию, говорил так ласково, скромно,
так был счастлив, расхажива€ по этой своей квартире;
а она видела во всем одну только пошлость, глупую, на-
ивную, невыносимую пошлость, и его рука, обнимавша€
ее талию, казалась ей жесткой и холодной, как обруч.
» каждую минуту она готова была убежать, зарыдать,
броситьс€ в окно. јндрей јндреич привел ее в ванную и
здесь дотронулс€ до крана, вделанного в стену, и вдруг
потекла вода.
   -  аково? - сказал он и рассме€лс€. - я велел
сделать на чердаке бак на сто ведер, и вот мы с тобой
теперь будем иметь воду.
   ѕрошлись по двору, потом вышли на улицу, вз€ли
извозчика. ѕыль носилась густыми тучами, и казалось,
вот-вот пойдет дождь.
   - “ебе не холодно? - спросил јндрей јндреич,
щур€сь от пыли.
   ќна промолчала.
   - ¬чера —аша, ты помнишь, упрекнул мен€ в том,
что € ничего не делаю, - сказал он, помолчав немного. -
„то же, он прав! бесконечно прав! я ничего не делаю и
не могу делать. ƒорога€ мо€, отчего это? ќтчего мне
так противна мысль о том, что € когда-нибудь на-
цеплю на лоб кокарду и пойду служить? ќтчего мне так
не по себе, когда € вижу адвоката или учител€ латин-
ского €зыка, или члена управы? ќ матушка –усь!
ќ матушка –усь, как еще много ты носишь на себе празд-
ных и бесполезных!  ак много на тебе таких, как €,
многострадальна€!
   » то, что он ничего не делал, он обобщал, видел в
этом знамение времени.
   -  огда женимс€, - продолжал он, - то пойдем
вместе в деревню, дорога€ мо€, будем там работать!
ћы купим себе небольшой клочок земли с садом, ре-
кой, будем трудитьс€, наблюдать жизнь... ќ, как это
будет хорошо!
   ќн сн€л шл€пу, и волосы развевались у него от ветра,
а она слушала его и думала: "Ѕоже, домой хочу! Ѕоже!"
ѕочти около самого дома они обогнали отца јндре€.
   - ј вот и отец идет! - обрадовалс€ јндрей јнд-
реич и замахал шл€пой. - Ћюблю € своего батьку,
право, - сказал он, расплачива€сь с извозчиком. -
—лавный старик. ƒобрый старик.
   ¬ошла Ќад€ в дом сердита€, нездорова€, дума€ о
том, что весь вечер будут гости, что надо занимать их,
улыбатьс€, слушать скрипку, слушать вс€кий вздор и
говорить только о свадьбе. Ѕабушка, важна€, пышна€
в своем шелковом платье, надменна€, какою она всегда
казалась при гост€х, сидела у самовара. ¬ошел отец
јндрей со своей хитрой улыбкой.
   - »мею удовольствие и благодатное утешение ви-
деть вас в добром здоровье, - сказал он бабушке, и
трудно было пон€ть, шутит это он или говорит серьезно.
„асть 4
   ¬етер стучал в окна, в крышу; слышалс€ свист, и в
печи домовой жалобно и угрюмо напевал свою песенку.
Ѕыл первый час ночи. ¬ доме все уже легли, но никто
не спал, и Ќаде все чу€лось, что внизу играют на скрип-
ке. ѕослышалс€ резкий стук, должно быть, сорвалась
ставн€. „ерез минуту вошла Ќина »вановна в одной
сорочке, со свечой.
   - „то это застучало, Ќад€? - спросила она.
ћать, с волосами, заплетенными в одну косу, с роб-
кой улыбкой, в эту бурную ночь казалась старше, не-
красивее, меньше ростом. Ќаде вспомнилось, как еще
недавно она считала свою мать необыкновенной и с
гордостью слушала слова, какие она говорила; а теперь
никак не могла вспомнить этих слов; все, что прихо-
дило на пам€ть, было так слабо, не нужно.
   ¬ печке раздалось пение нескольких басов и даже
послышалось: "ј-ах, бо-о-же мой!" Ќад€ села в постели
и вдруг схватила себ€ крепко за волосы и зарыдала.
   - ћама, мама, - проговорила она, - родна€ мо€,
если б ты знала, что со мной делаетс€! ѕрошу теб€, умо-
л€ю, позволь мне уехать! ”мол€ю!
   -  уда? - спросила Ќина »вановна, не понима€,
и села на кровать. -  уда уехать?
   Ќад€ долго плакала и не могла выговорить ни
слова.
   - ѕозволь мне уехать из города! - сказала она
наконец. - —вадьбы не должно быть и не будет - пойми!
я не люблю этого человека... » говорить о нем не могу.
   - Ќет, родна€ мо€, нет, - заговорила Ќина »ва-
новна быстро, страшно испугавшись. - “ы успокойс€ -
это у теб€ от нерасположени€ духа. Ёто пройдет. Ёто
бывает. ¬еро€тно, ты повздорила с јндреем; но милые
бран€тс€ - только тешатс€.
   - Ќу уйди, мама, уйди! - зарыдала Ќад€.
   - ƒа, - сказала Ќина »вановна, помолчав. - ƒав-
но ли ты была ребенком, девочкой, а теперь уже не-
веста. ¬ природе посто€нный обмен веществ. » не заме-
тишь, как сама станешь матерью и старухой, и будет
у теб€ така€ же строптива€ дочка, как у мен€.
   - ћила€, добра€ мо€, ты ведь умна, ты несчастна, -
сказала Ќад€, - ты очень несчастна, - зачем же ты
говоришь пошлости? Ѕога ради, зачем?
   Ќина »вановна хотела что-то сказать, но не могла
выговорить ни слова, всхлипнула и ушла к себе.
Ѕасы оп€ть загудели в печке, стало вдруг страшно.
Ќад€ вскочила с постели и быстро пошла к матери.
Ќина »вановна, заплаканна€, лежала в постели, ук-
рывшись голубым оде€лом, и держала в руках книгу.
   - ћама, выслушай мен€! - проговорила Ќад€. -
”мол€ю теб€, вдумайс€ и пойми! “ы только пойми,
до какой степени мелка и унизительна наша жизнь.
” мен€ открылись глаза, € теперь все вижу. » что та-
кое твой јндрей јндреич? ¬едь он же не умен, мама!
√осподи боже мой! ѕойми, мама, он глуп!
   Ќина »вановна порывисто села.
   - “ы и тво€ бабка мучаете мен€! - сказала она,
всхлипнув. - я жить хочу! ∆ить! - повторила она и
раза два ударила кулачком по груди. - ƒайте же мне
свободу! я еще молода, € жить хочу, а вы из мен€ ста-
руху сделали!..
   ќна горько заплакала, легла и свернулась под оде€-
лом калачиком, и показалась такой маленькой, жалкой,
глупенькой. Ќад€ пошла к себе, оделась и, севши у окна,
стала поджидать утра. ќна всю ночь сидела и думала,
а кто-то со двора все стучал в ставню и насвисты-
вал.
   ”тром бабушка жаловалась, что в саду ночью вет-
ром посбивало все €блоки и сломало одну старую сливу.
Ѕыло серо, тускло, безотрадно, хоть огонь зажигай;
все жаловались на холод, и дождь стучал в окна. ѕосле
чаю Ќад€ вошла к —аше и, не сказав ни слова, стала
на колени в углу у кресла и закрыла лицо руками.
   - „то? - спросил —аша.
   - Ќе могу, - проговорила она. -  ак € могла
жить здесь раньше, не понимаю, не постигаю! ∆ениха
€ презираю, себ€ презираю, презираю всю эту праздную,
бессмысленную жизнь...
   - Ќу, ну, - проговорил —аша, не понима€ еще,
в чем дело. - Ёто ничего... Ёто хорошо.
   - Ёта жизнь опостылела мне, - продолжала
Ќад€, - € не вынесу здесь и одного дн€. «автра же €
уеду отсюда. ¬озьмите мен€ с собой, бога ради!
   —аша минуту смотрел на нее с удивлением; наконец
он пон€л и обрадовалс€, как ребенок. ќн взмахнул
руками и начал притоптывать туфл€ми, как бы танцу€
от радости.
   - ¬еликолепно! - говорил он, потира€ руки. -
Ѕоже, как это хорошо!
   ј она гл€дела на него, не мига€, большими, влюблен-
влюбленными глазами, как очарованна€, ожида€, что он тотчас
же скажет ей что-нибудь значительное, безграничное
по своей важности; он еще ничего не сказал ей, но уже
ей казалось, что перед нею открываетс€ нечто новое и
широкое, чего она раньше не знала, и уже она смотрела
на него, полна€ ожиданий, готова€ на все, хот€ бы на
смерть.
   - «автра € уезжаю, - сказал он, подумав, - и вы
поедете на вокзал провожать мен€... ¬аш багаж € за-
беру в свой чемодан и билет вам возьму; а во врем€
третьего звонка вы войдете в вагон, - мы и поедем.
ѕроводите мен€ до ћосквы, а там вы одни поедете в
ѕетербург. ѕаспорт у вас есть?
   - ≈сть.
   -  л€нусь вам, вы не пожалеете и не раскаетесь, -
сказал —аша с увлечением. - ѕоедете, будете учитьс€,
а там пусть вас носит судьба.  огда перевернете вашу
жизнь, то все изменитс€. √лавное - перевернуть жизнь,
а все остальное не важно. »так, значит, завтра поедем?
   - ќ да! Ѕога ради!
   Ќаде казалось, что она очень взволнована, что на
душе у нее т€жело, как никогда, что теперь до самого
отъезда придетс€ страдать и мучительно думать; но
едва она пришла к себе и прилегла на постель,
как тотчас же уснула и спала крепко, с заплаканным
лицом, с улыбкой, до самого вечера.
„асть 5
   ѕослали за извозчиком. Ќад€, уже в шл€пе и паль-
то, пошла наверх, чтобы еще раз взгл€нуть на мать, на
все свое; она посто€ла в своей комнате около постели,
еще теплой, осмотрелась, потом пошла тихо к матери.
Ќина »вановна спала, в комнате было тихо. Ќад€ по-
целовала мать и поправила ей волосы, посто€ла мину-
ты две... ѕотом не спеша вернулась вниз.
   Ќа дворе шел сильный дождь. »звозчик с крытым
верхом, весь мокрый, сто€л у подъезда.
   - Ќе поместишьс€ с ним, Ќад€, - сказала бабушка,
когда прислуга стала укладывать чемоданы. - » охота
в такую погоду провожать. ќставалась бы дома. »шь
ведь дождь какой!
   Ќад€ хотела сказать что-то и не могла. ¬от —аша
посадил Ќадю, укрыл ей ноги пледом. ¬от и сам он
поместилс€ р€дом.
   - ¬ добрый час! √осподь благословит! - крича-
ла с крыльца бабушка. - “ы же, —аша, пиши нам из
ћосквы!
   - Ћадно. ѕрощайте, бабул€!
   - —охрани теб€ царица небесна€!
   - Ќу, погодка! - проговорил —аша.
   Ќад€ теперь только заплакала. “еперь уже дл€ нее
€сно было, что она уедет непременно, чему она все-таки
не верила, когда прощалась с бабушкой, когда гл€дела
на мать. ѕрощай, город! » все ей вдруг припомнилось:
и јндрей, и его отец, и нова€ квартира, и нага€ дама
с вазой; и все это уже не пугало, не т€готило, а было
наивно, мелко и уходило все назад и назад. ј когда
сели в вагон и поезд тронулс€, то все это прошлое, та-
кое большое и серьезное, сжалось в комочек, и разво-
рачивалось громадное, широкое будущее, которое до
сих пор было так мало заметно. ƒождь стучал в окна
вагона, было видно только зеленое поле, мелькали
телеграфные столбы да птицы на проволоках, и радость
вдруг перехватила ей дыхание: она вспомнила, что она
едет на волю, едет учитьс€, а это все равно, что когда-то
очень давно называлось уходить в казачество. ќна и
сме€лась, и плакала, и молилась.
   - Ќичего-о! - говорил —аша, ухмыл€€сь. - Ќи-
чего-о!
„асть 6
   ѕрошла осень, за ней прошла зима. Ќад€ уже силь-
но тосковала и каждый день думала о матери и о ба-
бушке, думала о —аше. ѕисьма из дому приходили ти-
хие, добрые, и казалось, все уже было прощено и за-
быто. ¬ мае после экзаменов она, здорова€, весела€,
поехала домой и на пути остановилась в ћоскве, чтобы
повидатьс€ с —ашей. ќн был все такой же, как и прош-
лым летом; бородатый, со всклокоченной головой, все
в том же сюртуке и парусинковых брюках, все с теми же
большими, прекрасными глазами; но вид у него был
нездоровый, замученный, он и постарел, и похудел,
и все покашливал. » почему-то показалс€ он Ќаде се-
рым, провинциальным.
   - Ѕоже мой, Ќад€ приехала! - сказал он и весе-
ло рассме€лс€. - –одна€ мо€, голубушка!
   ѕосидели в литографии, где было накурено и силь-
но, до духоты, пахло тушью и красками; потом пошли в
его комнату, где было накурено, наплевано; на столе
возле остывшего самовара лежала разбита€ тарелка
с темной бумажкой, и на столе и на полу было множество
мертвых мух. » тут было видно по всему, что личную
жизнь свою —аша устроил нер€шливо, жил как придет-
с€, с полным презрением к удобствам, и если бы кто-ни-
будь заговорил с ним об его личном счастье, об его лич-
ной жизни, о любви к нему, то он бы ничего не пон€л и
только бы засме€лс€.
   - Ќичего, все обошлось благополучно, - расска-
зывала Ќад€ торопливо. - ћама приезжала ко мне
осенью в ѕетербург, говорила, что бабушка не сер-
дитс€, а только все ходит в мою комнату и крестит
стены.
   —аша гл€дел весело, но покашливал и говорил над-
треснутым голосом, и Ќад€ все вгл€дывалась в него и не
понимала, болен ли он на самом деле серьезно или ей
это только так кажетс€.
   - —аша, дорогой мой, - сказала она, - а ведь вы
больны!
   - Ќет, ничего. Ѕолен, но не очень...
   - јх, боже мой, - заволновалась Ќад€, - отчего
вы не лечитесь, отчего не бережете своего здоровь€?
ƒорогой мой, милый —аша, - проговорила она, и сле-
зы брызнули у нее из глаз, и почему-то в воображении
ее выросли и јндрей јндреич, и гола€ дама с вазой,
и все ее прошлое, которое казалось теперь таким же да-
леким, как детство; и заплакала она оттого, что —аша уже
не казалс€ ей таким новым, интеллигентным, интерес-
ным, как был в прошлом году. - ћилый —аша, вы очень,
очень больны. я бы не знаю что сделала, чтобы вы не
были так бледны и худы. я вам так об€зана! ¬ы не мо-
жете даже представить себе, как много вы сделали дл€
мен€, мой хороший —аша! ¬ сущности дл€ мен€ вы те-
перь самый близкий, самый родной человек.
   ќни посидели, поговорили; и теперь, после того как
Ќад€ провела зиму в ѕетербурге, от —аши, от его слов,
от улыбки и от всей его фигуры ве€ло чем-то отжитым,
старомодным, давно спетым и, быть может, уже ушед-
шим в могилу.
   - я послезавтра на ¬олгу поеду, - сказал —аша, -
ну, а потом на кумыс. ’очу кумыса попить. ј со мной
едет один при€тель с женой. ∆ена удивительный че-
ловек; все сбиваю ее, уговариваю, чтоб она учитьс€
пошла. ’очу, чтобы жизнь свою перевернула.
   ѕоговоривши, поехали на вокзал. —аша угощал
чаем, €блоками; а когда поезд тронулс€, и он, улыба€сь,
помахивал платком, то даже по ногам его видно было,
что он очень болен и едва ли проживет долго.
   ѕриехала Ќад€ в свой город в полдень.  огда она
ехала с вокзала домой, то улицы казались ей очень ши-
рокими, а дома маленькими, приплюснутыми; людей
не было, и только встретилс€ немец-настройщик в ры-
жем пальто. » все дома словно пылью покрыты. Ѕабуш-
ка, совсем уже стара€, по-прежнему полна€ и некраси-
ва€, охватила Ќадю руками и долго плакала, прижав-
шись лицом к ее плечу, и не могла оторватьс€. Ќина
»вановна тоже сильно постарела и подурнела, как-то
осунулась вс€, но все еще по-прежнему была зат€нута,
и бриллианты блестели у нее на пальцах.
   - ћила€ мо€! - говорила она, дрожа всем телом. -
ћила€ мо€!
   ѕотом сидели и молча плакали. ¬идно было, что и
бабушка и мать чувствовали, что прошлое потер€но
навсегда и бесповоротно: нет уже ни положени€ в об-
ществе, ни прежней чести, ни права приглашать к себе
в гости; так бывает, когда среди легкой, беззаботной
жизни вдруг нагр€нет ночью полици€, сделает обыск,
и хоз€ин дома, окажетс€, растратил, подделал, - и
прощай тогда навеки легка€, беззаботна€ жизнь!
   Ќад€ пошла наверх и увидела ту же постель, те же
окна с белыми, наивными занавесками, а в окнах тот
же сад, залитый солнцем, веселый, шумный. ќна по-
трогала свой стол, посидела, подумала. » обе-
дала хорошо, и пила чай со вкусными, жирными слив-
ками, но чего-то уже не хватало, чувствовалась пусто-
та в комнатах, и потолки были низки. ¬ечером она
легла спать, укрылась, и почему-то было смешно ле-
жать в этой теплой, очень м€гкой постели.
   ѕришла на минутку Ќина »вановна, села, как са-
д€тс€ виноватые, робко и с огл€дкой.
   - Ќу, как, Ќад€? - спросила она, помолчав. - “ы
довольна? ќчень довольна?
   - ƒовольна, мама.
   Ќина »вановна встала и перекрестила Ќадю и окна.
   - ј €, как видишь, стала религиозной, - сказала
она. - «наешь, € теперь занимаюсь философией и все
думаю, думаю... » дл€ мен€ теперь многое стало €сно,
как день. ѕрежде всего надо, мне кажетс€, чтобы вс€
жизнь проходила как сквозь призму.
   - —кажи, мама, как здоровье бабушки?
   -  ак будто бы ничего.  огда ты уехала тогда с —а-
шей и пришла от теб€ телеграмма, то бабушка, как
прочла, так и упала; три дн€ лежала без движени€.
ѕотом все богу молилась и плакала. ј теперь ни-
чего.
   ќна встала и прошлась по комнате.
   "“ик-ток... - стучал сторож. - “ик-ток, тик-ток..."
   - ѕрежде всего надо, чтобы вс€ жизнь проходила
как бы сквозь призму, - сказала она, - то есть, дру-
гими словами, надо, чтобы жизнь в сознании делилась
на простейшие элементы, как бы на семь основных цве-
тов, и каждый элемент надо изучать в отдельности.
   „то еще сказала Ќина »вановна и когда она ушла,
Ќад€ не слышала, так как скоро уснула.
   ѕрошел май, настал июнь. Ќад€ уже привыкла к до-
му. Ѕабушка хлопотала за самоваром, глубоко вздыхала;
Ќина »вановна рассказывала по вечерам про свою фи-
лософию; она по-прежнему проживала в доме, как при-
живалка, и должна была обращатьс€ к бабушке за
каждым двугривенным. Ѕыло много мух в доме, и по-
толки в комнатах, казалось, становились все ниже и
ниже. Ѕабул€ и Ќина »вановна не выходили на улицу
из страха, чтобы им не встретились отец јндрей и јнд-
рей јндреич. Ќад€ ходила по саду, по улице, гл€дела
на дома, на серые заборы, и ей казалось, что в городе
все давно уже состарилось, отжило и все только ждет
не то конца, не то начала чего-то молодого, свежего. ќ,
если бы поскорее наступила эта нова€, €сна€ жизнь,
когда можно будет пр€мо и смело смотреть в глаза сво-
ей судьбе, сознавать себ€ правым, быть веселым, сво-
бодным! ј така€ жизнь рано или поздно настанет! ¬едь
будет же врем€, когда от бабушкина дома, где все так
устроено, что четыре прислуги иначе жить не могут,
как только в одной комнате, в подвальном этаже, в не-
чистоте, - будет же врем€, когда от этого дома не оста-
нетс€ и следа, и о нем забудут, никто не будет помнить.
» Ќадю развлекали только мальчишки из соседнего
двора; когда она гул€ла по саду, они стучали в забор
и дразнили ее со смехом:
   - Ќевеста! Ќевеста!
   ѕришло из —аратова письмо от —аши. —воим весе-
лым, танцующим почерком он писал, что путешествие
по ¬олге ему удалось вполне, но что в —аратове он при-
хворнул немного, потер€л голос и уже две недели ле-
жит в больнице. ќна пон€ла, что это значит, и пред-
чувствие, похожее на уверенность, овладело ею. » ей
было непри€тно, что это предчувствие и мысли о —аше
не волновали ее так, как раньше. ≈й страстно хоте-
лось жить, хотелось в ѕетербург, и знакомство с —а-
шей представл€лось уже милым, но далеким, далеким
прошлым! ќна не спала всю ночь и утром сидела у окна,
прислушивалась. » в самом деле, послышались голоса
внизу; встревоженна€ бабушка стала о чем-то быстро
спрашивать. ѕотом заплакал кто-то...  огда Ќад€
сошла вниз, то бабушка сто€ла в углу и молилась, и
лицо у нее было заплакано. Ќа столе у нее лежала теле-
грамма.
   Ќад€ долго ходила по комнате, слуша€, как плачет
бабушка, потом вз€ла телеграмму, прочла. —ообщалось,
что вчера утром в —аратове от чахотки скончалс€ јлек-
сандр “имофеич, или, попросту, —аша.
   Ѕабушка и Ќина »вановна пошли в церковь зака-
зывать панихиду, а Ќад€ долго еще ходила по комна-
там и думала. ќна €сно сознавала, что жизнь ее пере-
вернута, как хотел того —аша, что она здесь одинока€,
чужа€, ненужна€ и что все ей тут ненужно, все преж-
нее оторвано от нее и исчезло, точно сгорело и пепел
разнесс€ по ветру. ќна вошла в —ашину комнату, по-
сто€ла тут.
   "ѕрощай, милый —аша!" - думала она, и впереди
ей рисовалась жизнь нова€, широка€, просторна€, и
эта жизнь, еще не€сна€, полна€ тайн, увлекала и ма-
нила ее.
   ќна пошла к себе наверх укладыватьс€, а на дру-
гой день утром простилась со своими и, жива€, весе-
ла€, покинула город - как полагала, навсегда.
   »справл€ющий должность судебного следовател€ и
уездный врач ехали на вскрытие в село —ырню. ѕо до-
роге их захватила метель, они долго кружили и при-
ехали к месту не в полдень, как хотели, а только к ве-
черу, когда уже было темно. ќстановились на ночлег в
земской избе. “ут же, в земской избе, по случайности,
находилс€ и труп, труп земского страхового агента Ће-
сницкого, который три дн€ назад приехал в —ырню и,
расположившись в земской избе и потребовав себе са-
мовар, застрелилс€ совершенно неожиданно жл€ всех;
и то обсто€тельство, что он покончил с жизнью как-то
странно, за самоваром, разложив на столе закуски,
дало многим повод заподозрить тут убийство; понадо-
билось вскрытие.
   ƒоктор и следователь в сен€х стр€хивали с себ€
снег, стуча ногами, а возле сто€л сотский »ль€ Ћоша-
дин, старик, и светил им, держа в руках жест€ную лам-
почку. —ильно пахло керосином.
   - “ы кто? - спросил доктор.
   - ÷оцкай... - ответил сотский.
   ќн и на почте так расписывалс€: цоцкай.
   - ј где же пон€тые?
   - ƒолжно, чай пить пошли, ваше высокоблагоро-
дие.
   Ќаправо была чиста€ комната, "приезжа€", или го-
сподска€, налево - черна€, с большой печью и полат€-
ми. ƒоктор и следователь, а за ними сотский, держа
лампочку выше головы, вошли в чистую. «десь на по-
лй, у самых ножек стола, лежало неподвижно длинное
тело, покрытое белым. ѕри слабом свете лампочки,
кроме белого покрывала, €сно были видны еще новые
резиновые калоши, и все тут было нехорошо, жутко: и
темные стены, и тишина, и эти калоши, и неподвиж-
ность мертвого тела. Ќа столе был самовар, давно уже
холодный, и вокруг него свертки, должно быть с заку-
сками.
   - —трел€тьс€ в земской избе - как это бестакт-
но! - проговорил доктор. - ѕришла охота пустить себе
пулю в лоб, ну и стрел€лс€ бы у себ€ в доме, где-нибудь
в сарае.
   ќн, как был, в шапке, в шубе и в валенках, опу-
стилс€ на скамью; его спутник, следователь, сел напро-
тив.
   - Ёти истерики и неврастеники большие эгоисты, -
продолжал доктор с горечью. -  огда неврастеник спит
с вами в одной комнате, то шуршит газетой; когда он
обедает с вами, то устраивает сцену своей жене, не
стесн€€сь вашим присутствием; и когда ему приходит
охота застрелитьс€, то вот он стрел€етс€ в деревне, в
земской избе, чтобы наделать всем побольше хлопот.
Ёти господа при всех обсто€тельствах жизни думают
только о себе. “олько о себе! ѕотому-то старики так и
не люб€т этого нашего "нервного века".
   - ћало ли чего не люб€т старики, - сказал следо-
ватель зева€. - ¬ы вот укажите старикам на то, кака€
разница между прежними и теперешними самоубий-
ствами. ѕрежний, так называемый пор€дочный чело-
век стрел€лс€ оттого, что казенные деньги растратил, а
теперешний - жизнь надоела, тоска... „то лучше?
   - ∆изнь надоела, тоска, но, согласитесь, можно
было бы застрелитьс€ и не в земской избе.
   - ”ж такое горе, - заговорил сотский, - такое
горе, чистое наказание. Ќарод очень беспокоитс€, ваше
высокоблагородие, уж третью ночь не сп€т. –еб€та
плачут. Ќадо коров доить, а бабы в хлев не идут, бо-
€тс€...  ак бы в потемках барин не примерещилс€. »з-
вестно, глупые женщины, но которые и мужики тоже
бо€тс€.  ак вечер, мимо избы не ход€т в одиночку, а
так, все табуном. » пон€тые тоже...
   ƒоктор —тарченко, мужчина средних лет, с тем-
ной бородой, в очках, и следователь Ћыжин, белоку-
рый, еще молодой, кончивший только два года назад и
похожий больше на студента, чем на чиновника, сидели
молча, задумавшись. »м было досадно, что они опо-
здали. Ќужно было теперь ждать до утра, оставатьс€
здесь ночевать, а был еще только шестой час, и им пред-
ставл€лись длинный вечер, потом длинна€, темна€
ночь, скука, неудобство их постелей, тараканы, утрен-
ний холод; и, прислушива€сь к метели, котора€ выла в
трубе и на чердаке, они оба думали о том, как все это
не похоже на жизнь, которой они хотели бы дл€ себ€ и
о которой когда-то мечтали, и как оба они далеки от
своих сверстников, которые теперь в городе ход€т по ос-
вещенным улицам, не замеча€ непогоды, или соби-
раютс€ теперь в театр, или сид€т в кабинетах за кни-
гой. ќ, как дорого дали бы они теперь, чтобы только
пройтись по Ќевскому или по ѕетровке в ћоскве, по-
слушать пор€дочного пени€, посидеть час-другой в ре-
сторане...
   - ”-у-у-у! - пела метель на чердаке, и что-то сна-
ружи хлопало злобно, должно быть вывеска на зем-
ской избе. - ”-у-у-у!
   -  ак вам угодно, а € не желаю тут оставатьс€, -
сказал —тарченко, поднима€сь. - ≈ще шестой час,
спать рано, € поеду куда-нибудь. “ут недалеко
живет фон “ауниц, всего три версты от —ырни. ѕоеду
к нему, проведу там вечер. —отский, ступай скажи €м-
щику, чтобы не распр€гал. ј вы как? - спросил он у
Ћыжина.
   - Ќе знаю. ƒолжно быть, спать л€гу.
   ƒоктор запахнул шубу и вышел. —лышно было,
как он разговаривал с €мщиком, как на оз€бших ло-
шад€х вздрагивали бубенчики. ”ехал.
   - “ебе, барин, здесь ночевать не годитс€, - сказал
сотский, - иди в ту половину. “ам не чисто, да уж
одну ночь ничего. я сейчас самовар возьму у мужика,
заставлю, потом этого навалю тебе сена, спи, ваше вы-
сокоблагородие, с богом.
   Ќемного погод€ следователь сидел в черной поло-
вине за столом и пил чай, а сотский Ћошадин сто€л у
двери и говорил. Ёто был старик за шестьдес€т лет,
небольшого роста, очень худой, сгорбленный, белый, на
лице наивна€ улыбка, глаза слезились, и все он почмо-
кивал, точно сосал леденец. ќн был в коротком полу-
шубке и в валенках и не выпускал из рук палки. ћоло-
дость следовател€, повидимому, вызывала в нем жа-
лость, и потому, веро€тно, он говорил ему "ты".
   - —таршина ‘едор ћакарыч приказывал, как при-
едет становой или следователь, чтобы ему доложить, -
говорил он. - «начит, такое дело, надо идти теперь... ƒо
волости четыре версты, метель, снегу намело - страсть,
пожалуй, придешь туда не раньше, как в полночь.
»шь гудет как.
   - —таршина мне не нужен, - сказал Ћыжин. - ≈му
тут нечего делать.
   ќн с любопытством посматривал на старика и спро-
сил:
   - —кажи, дед, сколько лет ты ходишь сотским?
   - —колько? ƒа уж лет тридцать. ѕосле воли через
п€ть лет стал ходить, вот и считай. — того времени каж-
дый день хожу. ” людей праздник, а € все хожу. Ќа
дворе —в€та€, в церквах звон, ’ристос воскресе, а € с
сумкой. ¬ казначейство, на почту, к становому на квар-
тиру, к земскому, к податному, в управу, к господам,
к мужикам, ко всем православным христианам. Ќошу
пакеты, повестки, окладные листы, письма, бланки раз-
ные, ведомости, и значит, господин хороший, ваше вы-
сокоблагородие, нынче такие бланки пошли, чтобы цы-
фри записывать, - желтые, белые, красные, - и вс€кий
барин, или батька, или богатый мужик беспременно за-
писать должен раз дес€ть в год, сколько у него посе€но
и убрано, сколько у него четвертей или пудов ржи,
сколько овса, сена и кака€, значит, погода и разные
там насекомые.  онечно, пиши что хочешь, тут одна
форма, а ты ходи, раздавай листки, а потом оп€ть ходи
и собирай. ¬от, к примеру сказать, барина потрошить не
к чему, сам знаешь, пустое дело, только руки поганить,
а ты вот потрудилс€, ваше высокоблагородие, приехал,
потому форма; ничего тут не поделаешь. “ридцать лет
хожу по форме. Ћетом оно ничего, тепло, сухо, а зи-
мой или осенью оно неудобно. —лучалось, и утопал и
замерзал - всего бывало. » в лесу сумку отнимали не-
добрые люди, и в шею били, и под судом был...
   - «а что под судом?
   - «а мошенничество.
   - “о есть как за мошенничество?
   - ј так, значит, писарь ’рисанф √ригорьев под-
р€дчику чужие доски продал, обманул, значит. я был
при этом деле, мен€ за водкой в трактир посылали; ну,
со мной писарь не делилс€, даже стаканчика не поднес,
но как € по нашей бедности, по видимости, значит, че-
ловек ненадежный, не стоющий, то нас обеих судили;
его в острог, а мен€, дал бог, оправдали по всем пра-
вам. ¬ суде такую бумагу читали. » все в мундирах.
Ќа суде-то. я так тебе скажу, ваше высокоблагоро-
дие, наша служба дл€ непривычного - не приведи бог,
погибель суща€, а дл€ нас ничего.  огда не ходишь,
так даже ноги бол€т. » дома дл€ нас хуже. ƒома в во-
лости писарю печь затопи, писарю воды принеси, пи-
сарю сапоги почисть.
   - ј сколько ты получаешь жаловань€? - спросил
Ћыжин.
   - ¬осемьдес€т четыре рубл€ в год.
   - Ќебось ведь и доходишки есть. Ќе без того?
   -  акие наши доходишки! Ќынешние господа на
чай дают редко когда. √оспода нынче строгие, оби-
жаютс€ все. “ы ему бумагу принес - обижаетс€, шап-
ку перед ним сн€л - обижаетс€. “ы, говорит, не с того
крыльца зашел, ты, говорит, пь€ница, от теб€ луком во-
н€ет, болван, говорит, сукин сын. ≈сть, конечно, и доб-
рые, да что с них возьмешь, только насмехаютс€ и
разные прозвани€.   примеру, барин јлтухин; и добрый
и, гл€дишь, чверезый, в своем уме, а как увидит, так и
кричит, сам не понимает что. ѕрозвание мне такое дал.
“ы, говорит...
   —отский проговорил какое-то слово, но так тихо,
что нельз€ было разобрать.
   -  ак? - спросил Ћыжин. - “ы повтори.
   - јдминистраци€! - громко повторил сотский. -
ƒавно уж так зовет, лет шесть. «дравствуй, админи-
страци€! Ќо € ничего, пускай, бог с ним. —лучаетс€,
кака€ барын€ вышлет стаканчик водочки и кусок пиро-
га, ну, выпьешь за ее здоровье. ј больше мужики по-
дают; мужики - те душевней, бога бо€тс€: кто хлебца,
кто щец даст похлебать, кто и поднесет. —таросты чай-
ком потчуют в трактире. ¬от сейчас пон€тые пошли чай
пить. "Ћошадин, говор€т, побудь тут за нас, по-
стереги", - и по копейке дали. —трашно им с непри-
вычки. ј вчерась дали п€тиалтынничек и стаканчик
поднесли.
   - ј тебе разве не страшно?
   - —трашно, барин, да ведь наше дело такое -
служба, никуда от ней не уйдешь. Ћетось ведо арестан-
та в город, а он мен€ - по шее! по шее! по шее! ј кру-
гом поле, лес, - куда от него уйдешь? “ак и тут вот.
Ѕарина, Ћесницкого, € еще эканького помню, и отца его
знал, и мамашу. я из деревни Ќедощотовой, а они, го-
спода Ћесницкие, от нас не больше, как в версте, и того
меньше, межа с межой. » была у господина Ћесницкого
сестра девица, богобо€злива€ и милосердна€. ѕом€ни,
господи, душу рабы твоей ёлии, вечна€ пам€ть. «а-
муж не пошла, а когда помирала, то все свое добро по-
делила; на монастырь записала сто дес€тин, да нам, об-
ществу кресть€н деревни Ќедощотовой, на помин души,
двести, а братец ейный, барин-то, бумагу спр€тал, ска-
зывают, в печке сжег и всю землю себе забрал. ƒумал,
значит, себе на пользу, ан - нет, погоди, на свете не-
правдой не проживешь, брат. Ѕарин потом на духу лет
двадцать не был, его от церкви отшибало, значит, и без
пока€ни€ помер, лопнул. “олстючий был. “ак и лопнул
вдоль. ѕотом у молодого барина, у —ережи-то, все за
долги забрали, все как есть; ну, в науках далеко не по-
шел, ничего не может, и председатель земской управы,
д€д€ его, "возьму-ка, думает, его, —ережу-то, к себе в аген-
ты, пускай страхует, дело немудрое". ј барин молодой,
гордый, тоже хочетс€, да пошире, да повидней, да по-
вольготней, ну, обидно, значит, в тележонке трепатьс€
по уезду, с мужиками разговаривать; ходит и все в
землю гл€дит, гл€дит и молчит; окликнешь его у са-
мого уха: "—ергей —ергеич!" - а он огл€нетс€ этак:
"ј?" - и оп€ть гл€дит в землю. ј теперь, видишь, руки
на себ€ наложил. Ќескладно, ваше высокоблагородие,
неправильно это самое и не поймешь, что оно такое на
свете, господи милостивый. —казать, отец был богатый,
а ты бедный, обидно, это конечно, ну, да что ж, привы-
кать надо. я тоже жил хорошо, у мен€, ваше высоко-
благородие, были две лошади, три коровы, овец штук
двадцать держал, а пришло врем€, с одной сумочкой
осталс€, да и та не мо€, а казенна€, и теперь, в нашей
Ќедощотовой, ежели говорить, мой дом что ни на есть
хуже. ” ћоке€ было четыре лаке€, а теперь ћокей сам
лакей. ” ѕетрака было четыре батрака, а теперь ѕе-
трак сам батрак.
   - ќтчего же ты обедн€л? - спросил следователь.
   - —ыны мои водку пьют шибко. “ак пьют, так
пьют, что сказать нельз€, не поверишь.
   Ћыжин слушал и думал о том, что вот он, Ћыжин,
уедет рано или поздно оп€ть в ћоскву, а этот старик
останетс€ здесь навсегда и будет все ходить и ходить;
и сколько еще в жизни придетс€ встречать таких истре-
панных, давно нечесанных, "не стоющих" стариков,
у которых в душе каким-то образом крепко сжились
п€тиалтынничек, стаканчик и глубока€ вера в то, что
на этом свете неправдой не проживешь. ѕотом наску-
чило слушать, и он приказал принести сена дл€ постели.
¬ приезжей сто€ла железна€ кровать с подушкой и
оде€лом, и ее можно было принести оттуда, но возле
нее почти три дн€ лежал покойник (который, быть мо-
жет, садилс€ на нее перед смертью), и теперь на ней
было бы непри€тно спать...
   "≈ще только половина восьмого, - подумал Ћыжин,
взгл€нув на часы. -  ак это ужасно!"
   —пать не хотелось, но от нечего делать, чтобы как-
нибудь скоротать врем€, он лег и укрылс€ пледом. Ћо-
шадин, убира€ посуду, выходил и входил несколько
раз, почмокива€ и вздыха€, все топталс€ у стола, нако-
нец вз€л свою лампочку и вышел; и, гл€д€ сзади на
его длинные седые волосы и согнутое тело, Ћыжин по-
думал: "“очно колдун в опере".
   —тало темно. ƒолжно быть, за облаками была луна,
так как €сно были видны окна и снег на рамах.
   - ”-у-у-у! - пела метель. - ”-у-у-у!
   - Ѕа-а-а-тюшки! - провыла баба на чердаке или
так только послышалось. - Ѕа-а-а-тюшки мои-и!
   - Ѕбух! - ударилось что-то снаружи о стену. - “рах!

—Ћ”„ј… »« ѕ–ј “» »
   ѕрофессор получил телеграмму из фабрики Ћ€ликовых:
его просили поскорее приехать. Ѕыла больна дочь
какой-то госпожи Ћ€ликовой, по-видимому владелицы
фабрики, и больше ничего нельз€ было пон€ть из
этой длинной, бестолково составленной телеграммы.
» профессор сам не поехал, а вместо себ€ послал
своего ординатора  оролева.
   Ќужно было проехать от ћосквы две станции и потом
на лошад€х версты четыре. «а  оролевым выслали на
станцию тройку; кучер был в шл€пе с павлиньим
пером и на все вопросы отвечал громко,
по-солдатски: "Ќикак нет!", "“очно так!" Ѕыл
субботний вечер, заходило солнце. ќт фабрики к
станции толпами шли рабочие и клан€лись лошад€м,
на которых ехал  оролев. » его плен€л вечер, и
усадьбы, и дачи по сторонам, и березы, и это тихое
настроение кругом, когда, казалось, вместе с
рабочими теперь, накануне праздника, собирались
отдыхать и поле, и лес, и солнце, - отдыхать и,
быть может, молитьс€...
   ќн родилс€ и вырос в ћоскве, деревни не знал и
фабриками никогда не интересовалс€ и не бывал на
них. Ќо ему случалось читать про фабрики и бывать
в гост€х у фабрикантов и разговаривать с ними; и
когда он видел какую-нибудь фабрику издали или
вблизи, то вс€кий раз думал о том, что вот снаружи
все тихо и смирно, а внутри, должно быть непроходимое
невежество и тупой эгоизм хоз€ев, скучный,
нездоровый труд рабочих, др€зги, водка, насекомые.
» теперь, когда рабочие почтительно и пугливо
сторонились кол€ски, он в их лицах, картузах, в
походке угадывал физическую нечистоту, пь€нство,
нервность, растер€нность.
   ¬ъехали в фабричные ворота. ѕо обе стороны
мелькали домики рабочих, лица женщин, белье и
оде€ла на крыльцах. "Ѕерегись!" - кричал кучер, не
сдержива€ лошадей. ¬от широкий двор без травы, на
нем п€ть громадных корпусов с трубами, друг от
друга поодаль, товарные склады, бараки, и на всем
какой-то серый налет, точно от пыли. “ам и с€м,
как оазисы в пустыне, жалкие садики и зеленые или
красные крыши домов, в которых живет
администраци€.  учер вдруг осадил лошадей, и
кол€ска остановилась у дома, выкрашенного заново в
серый цвет; тут был палисадник с сиренью, покрытый
пылью, и на желтом крыльце сильно пахло краской.
   - ѕожалуйте, господин доктор, - говорили женские
голоса в сен€х и в передней; и при этом слышались
вздохи и шепот. - ѕожалуйте, заждались... чистое
горе. ¬от сюда пожалуйте.
   √оспожа Ћ€ликова, полна€, пожила€ дама, в черном
шелковом платье с модными рукавами, но, суд€ по
лицу, проста€, малограмотна€, смотрела на доктора
с тревогой и не решалась подать ему руку, не
смела. –€дом с ней сто€ла особа с короткими
волосами, в pince-nez, в пестрой цветной кофточке,
тоща€ и уже не молода€. ѕрислуга называла ее
’ристиной ƒмитриевной, и  оролев догадалс€, что
это гувернантка. ¬еро€тно, ей, как самой
образованной даме, было поручено встретить и
прин€ть доктора, потому что она тотчас же,
тороп€сь, стала излагать причины болезни, с
мелкими, назойливыми подробност€ми, но не говор€,
кто болен и в чем дело.
   ƒоктор и гувернантка сидели и говорили, а хоз€йка
сто€ла неподвижно у двери, ожида€. »з разговора
 оролев пон€л, что больна Ћиза, девушка двадцати
лет, единственна€ дочь госпожи Ћ€ликовой, наследница;
она давно уже болела и лечилась у разных докторов,
а в последнюю ночь, с вечера до утра, у нее было
такое сердцебиение, что все в доме не спали;
бо€лись, как бы не умерла.
   - ќна у нас, можно сказать, с малолетства была
хворенька€, - рассказывала ’ристина ƒмитриевна
певучим голосом, то и дело вытира€ губы рукой. -
ƒоктора говор€т - нервы, но когда она была
маленькой, доктора ей золотуху внутрь вогнали, так
вот, думаю, может от этого.
   ѕошли к больной. —овсем уже взросла€, больша€,
хорошего роста, но некрасива€, похожа€ на мать, с
такими же маленькими глазами и с широкой,
неумеренно развитой нижней частью лица,
непричесанна€, укрыта€ до подбородка, она в первую
минуту произвела на  оролева впечатление существа
несчастного, убогого, которое из жалости пригрели
здесь и укрыли, и не верилось, что это была
наследница п€ти громадных корпусов.
   - ј мы к вам, - начал  оролев, - пришли вас
лечить. «дравствуйте.
   ќн назвал себ€ и пожал ей руку, - большую,
холодную, некрасивую руку. ќна села и, очевидно,
давно уже привыкша€ к докторам, равнодушна€ к
тому, что у нее были открыты плечи и грудь, дала
себ€ выслушать.
   - ” мен€ сердцебиение, - сказала она. - ¬сю ночь
был такой ужас... € едва не умерла от ужаса! ƒайте
мне чего-нибудь.
   - ƒам, дам! ”спокойтесь.
    оролев осмотрел ее и пожал плечами.
   - —ердце, как следует, - сказал он, - все обстоит
благополучно, все в пор€дке. Ќервы, должно быть,
подгул€ли немножко, но это так обыкновенно.
ѕрипадок, надо думать, уже кончилс€, ложитесь себе
спать.
   ¬ это врем€ принесли в спальню лампу. Ѕольна€
прищурилась на свет и вдруг охватила голову руками
и зарыдала. » впечатление существа убогого и
некрасивого вдруг исчезло, и  оролев уже не
замечал ни маленьких глаз, ни грубо развитой
нижней части лица; он видел м€гкое страдальческое
выражение, которое было так разумно и трогательно,
и вс€ она казалась ему стройной, женственной,
простой, и хотелось уже успокоить ее не
лекарствами, не советом, а простым ласковым
словом. ћать обн€ла ее голову и прижала к себе.
—колько отча€ни€, сколько скорби на лице у
старухи! ќна, мать, вскормила, вырастила дочь, не
жалела ничего, всю жизнь отдала за то, чтоб
обучить ее французскому €зыку, танцам, музыке,
приглашала дл€ нее дес€ток учителей, самых лучших
докторов, держала гувернантку, и теперь не
понимала, откуда эти слезы, зачем столько мук, не
понимала и тер€лась, и у нее было виноватое,
тревожно, отча€нное выражение, точно она упустила
что-то еще очень важное, чего-то еще не сделала,
кого-то еще не пригласила, а кого - неизвестно.
   - Ћизанька, ты оп€ть... ты оп€ть, - говорила она,
прижима€ к себе дочь. - –одна€ мо€, голубушка,
деточка мо€, скажи, что с тобой? ѕожалей мен€,
скажи.
   ќбе горько плакали.  оролев сел на край постели и
вз€л Ћизу за руку.
   - ѕолноте, стоит ли плакать? - сказал он ласково.
- ¬едь на свете нет ничего такого, что заслуживало
бы этих слез. Ќу, не будем плакать, не нужно это...
   ј сам подумал:
   "«амуж бы ее пора..."
   - Ќаш фабричный доктор давал ей коли-бромати, -
сказала гувернантка, - но ей от этого, € замечаю,
только хуже. ѕо-моему, уж если давать от сердца,
то капли... забыла, как они называютс€...
Ћандышевые, что ли.
   » оп€ть пошли вс€кие подробности. ќна перебивала
доктора, мешала ему говорить, и на лице у нее было
написано старание, точно она полагала, что, как
сама€ образованна€ женщина в доме, она была
об€зана вести с доктором непрерывный разговор и
непременно о медицине.
    оролеву стало скучно.
   - я не нахожу ничего особенного, - сказал он,
выход€ из спальни и обраща€сь к матери. - ≈сли
вашу дочь лечил фабричный врач, то пусть и
продолжает лечить. Ћечение до сих пор было
правильное, и € не вижу необходимости мен€ть
врача. ƒл€ чего мен€ть? Ѕолезнь така€
обыкновенна€, ничего серьезного...
   ќн говорил не спеша, надева€ перчатки, а госпожа
Ћ€ликова сто€ла неподвижно и смотрела на него
заплаканными глазами.
   - ƒо дес€тичасового поезда осталось полчаса, -
сказал он, - надеюсь, € не опоздаю.
   - ј вы не можете у нас остатьс€? - спросила она, и
оп€ть слезы потекли у нее по щекам. - —овестно вас
беспокоить, но будьте так добры... ради бога, -
продолжала она вполголоса, огл€дыва€сь на дверь, -
переночуйте у нас. ќна у мен€ одна... единственна€
дочь... Ќапугала прошлую ночь, опомнитьс€ не
могу... Ќе уезжайте, бога ради...
   ќн хотел сказать ей, что у него в ћоскве много
работы, что дома его ждет семь€; ему было т€жело
провести в чужом доме без надобности весь вечер и
всю ночь, но он погл€дел на ее лицо, вздохнул и
стал молча снимать перчатки.
   ¬ зале и гостиной дл€ него зажгли все лампы и
свечи. ќн сидел у ро€л€ и перелистывал ноты, потом
осматривал картины на стенах, портреты. Ќа
картинах, написанных масл€ными красками, в золотых
рамах, были видны  рыма, бурное море с корабликом,
католический монах с рюмкой, и все это сухо,
зализано, бездарно... Ќа портретах ни одного
красивого, интересного лица, все широкие скулы,
удивленные глаза: у Ћ€ликова, отца Ћизы, маленький
лоб и самодовольное лицо, мундир мешком сидит на
его большом непородистом теле, на груди медаль и
знак  расного  реста.  ультура бедна€, роскошь
случайна€, не осмысленна€, неудобна€, как этот
мундир; полы раздражают своим блеском, раздражает
люстра, и вспоминаетс€ почему-то рассказ про
купца, ходившего в баню с медалью на шее...
   »з передней доносилс€ шепот, кто-то тихо храпел. »
вдруг со двора послышались резкие, отрывистые,
металлические звуки, каких  оролев никогда не
слышал и каких не пон€л теперь; они отозвались в
его душе странно и непри€тно.
   " ажетс€, ни за что не осталс€ бы тут жить..." -
подумал он и оп€ть прин€лс€ за ноты.
   - ƒоктор, пожалуйте закусить! - позвала вполголоса
гувернантка.
   ќн пошел ужинать. —тол был большой, со множеством
закусок и вин, но ужинали только двое: он да
’ристина ƒмитриевна. ќна пила мадеру, быстро
кушала и говорила, погл€дыва€ на него через
pince-nez:
   - –абочие нами очень довольны. Ќа фабрике у нас
каждую зиму спектакли, сами рабочие играют, ну,
чтени€ с волшебным фонарем, великолепна€ чайна€ и,
кажетс€, чего уж. ќни нам очень приверженные, и
когда узнали, что Ћизаньке хуже стало, заказали
молебен. Ќеобразованные, а ведь тоже чувствуют.
   - ѕохоже, у вас в доме нет ни одного мужчины, -
сказал  оролев.
   - Ќи одного. ѕетр Ќиканорыч помер полтора года
назад, и мы одни остались. “ак и живем втроем.
Ћетом здесь, а зимой в ћоскве на ѕол€нке. я у них
уже одиннадцать лет живу.  ак сво€.
     ужину подавали стерл€дь, куриные котлеты и
компот; вина были дорогие, французские.
   - ¬ы, доктор, пожалуйста, без церемонии, -
говорила ’ристина ƒмитриевна, куша€, утира€ рот
кулачком, и видно было, что она жила здесь в свое
полное удовольствие. - ѕожалуйста, кушайте.
   ѕосле ужина доктора отвели в комнату, где дл€ него
была приготовлена постель. Ќо ему не хотелось
спать, было душно и в комнате пахло краской; он
надел пальто и вышел.
   Ќа дворе было прохладно; уже брезжил рассвет и в
сыром воздухе €сно обозначились все п€ть корпусов
с их длинными трубами, бараки склады. ѕо случаю
праздника не работали, было в окнах темно, и
только в одном из корпусов горела еще печь, два
окна были багровы, и из трубы вместе с дымом
изредка выходил огонь. ƒалеко за двором кричали
л€гушки и пел соловей.
   √л€д€ на корпуса и на бараки, где спали рабочие,
он оп€ть думал о том, о чем думал всегда, когда
видел фабрики. ѕусть спектакли дл€ рабочих,
волшебные фонари, фабричные доктора, разные
улучшени€, но все же рабочие, которых он встретил
сегодн€ по дороге со станции, ничем не отличаютс€
по виду от тех рабочих, которых он видел давно в
детстве, когда еще не было фабричных спектаклей и
улучшений. ќн, как медик, правильно судивший о
хронических страдани€х, коренна€
причина которых была непон€тна и неизлечима, и на
фабрики смотрел как на недоразумение, причина
которого была тоже не€сна и неустранима, и все
улучшени€ в жизни фабричных он не считал лишними,
но приравнивал их к лечению неизлечимых болезней.
   "“ут недоразумение, конечно... - думал он, гл€д€
на багровые окна. - “ыс€чи полторы-две фабричных
работают без отдыха, в нездоровой обстановке,
дела€ плохой ситец, живут впроголодь и только
изредка в кабаке отрезвл€ютс€ от этого кошмара;
сотн€ людей надзирает за работой, и вс€ жизнь этой
сотни уходит на записывание штрафов, на брань,
несправедливости, и только двое-трое, так
называемые хоз€ева, пользуютс€ выгодами, хот€
совсем не работают и презирают плохой ситец. Ќо
какие выгоды, как пользуютс€ ими? Ћ€ликова и ее
дочь несчастны, на них жалко смотреть, живет в
свое удовольствие только ’ристина ƒмитриевна,
пожила€, глуповата€ девица в pince-nez. » выходит
так, значит, что работают все эти п€ть корпусов и
на восточных рынках продаетс€ плохой ситец дл€
того только, чтобы ’ристина ƒмитриевна могла
кушать стерл€дь и пить мадеру".
   ¬друг раздались странные звуки, те самые, которые
 оролев слышал до ужина. около одного из корпусов
кто-то бил в металлическую доску, бил и тотчас же
задерживал звук, так что получались короткие,
резкие, нечистые звуки, похожие на "дер... дер...
дер...". «атем полминуты тишины, и у другого
корпуса раздались звуки, такие же отрывистые и
непри€тные, уже более низкие, басовые - "дрын...
дрын... дрын...". ќдиннадцать раз. ќчевидно, это
сторожа били одиннадцать часов.
   ѕослышалось около третьего корпуса: "жак... жак...
жак...". » так около всех корпусов и потом за
бараками и за воротами. » похоже было, как будто
среди ночной тишины издавало эти звуки само
чудовище с багровыми глазами, сам дь€вол, который
владел тут и хоз€евами и рабочими и обманывал и
тех и других.
    оролев вышел со двора в поле.
   -  то идет? - окликнули его у ворот грубым голосом.
   "“очно в остроге..." - подумал он и ничего не
ответил.
    «десь соловьи и л€гушки были слышнее,
чувствовалась майска€ ночь. —о станции доносилс€
шум поезда; кричали где-то сонные петухи, но все
же ночь была тиха, мир покойно спал. ¬ поле,
недалеко от фабрики, сто€л сруб, тут был сложен
материал дл€ постройки.  оролев сел на доски и
продолжал думать:
    "’орошо чувствует себ€ здесь только одна
гувернантка, и фабрика работает дл€ ее
удовольстви€. Ќо это так кажетс€, она здесь только
подставное лицо. √лавный же, дл€ кого здесь все
делаетс€,- это дь€вол".
   » он думал о дь€воле, в которого не верил, и
огл€дывалс€ на два окна, в которых светилс€ огонь.
≈му казалось, что этими багровыми глазами смотрел
на него сам дь€вол, та неведома€ сила, котора€
создала отношени€ между сильными и слабыми, эту
грубую ошибку, которую теперь ничем не исправишь.
Ќужно, чтобы сильный мешал жить слабому, таков
закон природы, но это пон€тно и легко укладываетс€
в мысль только в газетной статье или в учебнике, в
той же каше, какую представл€ет из себ€ обыденна€
жизнь, в путанице всех мелочей, из которых сотканы
человеческие отношени€, это уже не закон, а
логическа€ несообразность, когда и сильный и
слабый одинаково падают жертвой своих взаимных
отношений, невольно покор€€сь какой-то
направл€ющей силе, неизвестной, сто€щей вне жизни,
посторонней человеку. “ак думал  оролев, сид€ на
досках, и мало-помалу им овладело настроение, как
будто эта неизвестна€, таинственна€ сила в самом
деле была близко и смотрела. ћежду тем восток
становилс€ все бледнее, врем€ шло быстро. ѕ€ть
корпусов и трубы на сером фоне рассвета, когда
кругом не было ни души, точно вымерло все, имели
особенный вид, не такой, как днем; совсем вышло из
пам€ти, что тут внутри паровые двигатели,
электричество, телефоны, но как-то все думалось о
свайных постройках, о каменном веке, чувствовалось
присутствие грубой, бессознательной силы...
   » оп€ть послышалось:
   - ƒер... дер... дер... дер...
ƒвенадцать раз. ѕотом тихо, тихо полминуты и -
раздаетс€ в другом конце двора:
   - ƒрын... дрын... дрын...
   "”жасно непри€тно!" - подумал  оролев.
   - ∆ак... жак... - раздалось в третьем месте
отрывисто, резко, точно с досадой, - жак... жак...
   » чтобы пробить двенадцать часов, понадобилось
минуты четыре. ѕотом затихло; и оп€ть такое
впечатление, будто вымерло все кругом.
    оролев посидел еще немного и вернулс€ в дом, но
еще долго не ложилс€. ¬ соседних комнатах
шептались, слышалось шлепанье туфель и босых ног.
   "”ж не оп€ть ли с ней припадок?" - подумал  оролев.
   ќн вышел, чтобы взгл€нуть на больную. ¬ комнатах
было уже совсем светло, и в зале на стене и на
полу дрожал слабый солнечный свет, проникший сюда
сквозь утренний туман. ƒверь в комнату Ћизы была
отворена, и сама она сидела в кресле около
постели, в капоте, окутанна€ в шаль,
непричесанна€. Ўторы на окнах были опущены.
   -  ак вы себ€ чувствуете? - спросил  оролев.
   - Ѕлагодарю вас.
   ќн потрогал пульс, потом поправил ей волосы,
упавшие на лоб.
   - ¬ы не спите, - сказал он. - Ќа дворе прекрасна€
погода, весна, поют соловьи, а вы сидите в
потемках и о чем-то думаете.
   ќна слушала и гл€дела ему в лицо; глаза у нее были
грустные, умные, и было видно, что она хочет
что-то сказать ему.
   - „асто это с вами бывает? - спросил он.
   ќна пошевелила губами и ответила:
   - „асто. ћне почти каждую ночь т€жело.
   ¬ это врем€ на дворе сторожа начали бить два часа.
ѕослышалось "дер... дер...", и она вздрогнула.
   - ¬ас беспоко€т эти стуки? - спросил он.
   - Ќе знаю. ћен€ все тут беспокоит, - ответила она
и задумалась. - ¬се беспокоит. ¬ вашем голосе мне
слышитс€ участие, мне с первого взгл€да на вас
почему-то показалось, что с вами можно говорить
обо всем.
   - √оворите, прошу вас.
   - я хочу сказать вам свое мнение. ћне кажетс€, что
у мен€ не болезнь, а беспокоюсь € и мне страшно,
потому что так должно и иначе быть не может. ƒаже
самый здоровый человек не может не беспокоитьс€,
если у него, например, под окном ходит разбойник.
ћен€ часто лечат, - продолжала она, гл€д€ себе в
колени, и улыбалась застенчиво, - €, конечно,
очень благодарна и не отрицаю пользы лечени€, но
мне хотелось бы поговорить не с доктором, а с
близким человеком, с другом, который бы пон€л
мен€, убедил бы мен€, что € права или не права.
   - –азве у вас нет друзей? - спросил  оролев.
   - я одинока. ” мен€ есть мать, € люблю ее, но все
же € одинока. “ак жизнь сложилась... ќдинокие
много читают, но мало говор€т и мало слышат, жизнь
дл€ них таинственна; они мистики и часто вид€т
дь€вола там, где его нет. “амара у Ћермонтова была
одинока и видела дь€вола.
   - ј вы много читаете?
   - ћного. ¬едь у мен€ все врем€ свободно, от утра
до вечера. ƒнем читаю, а по ночам - пуста€ голова,
вместо мыслей какие-то тени.
   - ¬ы что-нибудь видите по ночам? - спросил  оролев.
   - Ќет, но € чувствую...
   ќна оп€ть улыбнулась и подн€ла глаза на доктора и
смотрела так грустно, так умно; и ему казалось,
что она верит ему, хочет говорить с ним искренно и
что она думает так же, как он. Ќо она молчала и,
быть может, ждала, не заговорит ли он.
   » он знал, что сказать ей; дл€ него было €сно, что
ей нужно поскорее оставить п€ть корпусов и
миллион, если он у нее есть, оставить этого
дь€вола, который по ночам смотрит; дл€ него было
€сно также, что так думала и она сама и только
ждала, чтобы кто-нибудь, кому она верит,
подтвердил это7
   Ќо он не знал, как это сказать.  ак? ” приговоренных
людей стесн€ютс€ спрашивать, за что они
приговорены; так и у очень богатых людей неловко
бывает спрашивать, дл€ чего им так много денег,
отчего они так дурно распор€жаютс€ своим
богатством, отчего не бросают его, даже когда
вид€т в нем свое несчастье; и если начинают
разговор об этом, то выходит он обыкновенно
стыдливый, неловкий, длинный.
   " ак сказать? - раздумывал  оролев. - ƒа и нужно
ли говорить?"
   » он сказал то, что хотел, не пр€мо, а окольным
путем:
   - ¬ы в положении владелицы фабрики и богатой
наследницы недовольны, не верите в свое право и
теперь вот не спите, это, конечно, лучше, чем если
бы вы были довольны, крепко спали и думали, что
все обстоит благополучно. ” вас почтенна€
бессонница; как бы ни было, она хороший признак. ¬
самом деле, у родителей наших был бы немыслим
такой разговор, как вот у нас теперь; по ночам они
не разговаривали, а крепко спали, мы же, наше
поколение, дурно спим, томимс€, много говорим и
все решаем, правы мы или нет. ј дл€ наших детей
или внуков вопрос этот, - правы они или нет, -
будет уже решен. »м будет виднее, чем нам. ’ороша€
будет жизнь лет через п€тьдес€т, жаль только, что
мы не дот€нем. »нтересно было бы взгл€нуть.
   - „то же будут делать дети и внуки? - спросила
Ћиза.
   - Ќе знаю... ƒолжно быть, побросают все и уйдут.
   -  уда уйдут?
   -  уда?.. ƒа куда угодно, - сказал  оролев и
засме€лс€. - ћало ли куда можно уйти хорошему,
умному человеку.
   ќн взгл€нул на часы.
   - ”же солнце взошло, однако, - сказал он. - ¬ам
пора спать. –аздевайтесь и спите себе во здравие.
ќчень рад, что познакомилс€ с вами, - продолжал
он, пожима€ ей руку. - ¬ы славный, интересный
человек. —покойной ночи!
   ќн пошел к себе и лег спать.
   Ќа другой день утром, когда подали экипаж, все
вышли на крыльцо проводить его. Ћиза была
по-праздничному в белом платье, с цветком в
волосах, бледна€, томна€; она смотрела на него,
как вчера, грустно и умно, улыбалась, говорила и
все с таким выражением, как
будто хотела сказать ему что-то особенное, важное,
- только ему одному. Ѕыло слышно, как пели
жаворонки, как звонили в церкви. ќкна в фабричных
корпусах весело си€ли, и, проезжа€ через двор и
потом по дороге к станции,  оролев уж не помнил ни
о рабочих, ни о свайных постройках, ни о дь€воле,
а думал о том времени, быть может уже близком,
когда жизнь будет такою же светлою и радостной,
как это тихое, воскресное утро; и думал о том, как
это при€тно в такое утро, весной, ехать на тройке,
в хорошей кол€ске и гретьс€ на солнышке.

—Ћ”„ј» MANIA GRANDIOSA
   „то цивилизаци€, помимо пользы, принесла человечеству
и страшный вред, никто не станет сомневатьс€.
 ќсобенно настаивают на этом медики, не без основани€
вид€щие в прогрессе причину нервных расстройств,
так часто наблюдаемых в последние дес€тки лет. ¬ јмерике
и ≈вропе на каждом шагу вы встретите все виды
нервных страданий, начина€ с простой невралгии и
конча€ т€желым психозом. ћне самому приходилось
наблюдать случаи т€желого психоза, причины которого нужно
искать только в цивилизации.
   я знаю одного отставного капитана , бывшего станового.
этот человек помешан на тему : "—борища воспрещены".
» только потому, что сборища воспрещены,
он вырубил свой лес, не обедает с семьей, не пускает
на свою землю кресть€нское стадо и т. п.  огда его
пригласили однажды на выборы, он воскликнул:
   - ј вы разве не знаете, что сборища воспрещены?
   ќдин отставной ур€дник, изгнанный, кажетс€, за правду
или за лихоимство (не помню, за что именно),
помешан на тему: "ј посиди-ка, братец!" ќн сажает
в сундук кошек, собак, кур и деожит их взаперти
определнные сроки. ¬ бутылках сид€т у него тараканы,
клопы, пауки. ј когда у него бывают деньги, он ходит
по селу и нанимает желающих сесть под арест.
   - ѕосиди, голубчик! - умол€ет он.- Ќу, что
тебе стоит? ¬едь выпущу! ”важь характеру!
   Ќайд€ охотника, он запирает его, сторожит день и
ночь и выпускает его на волю не ранее определнного
срока.
   ћой д€д€, интендант, кушает гнилые сухари и носит
бумажные подметки. ќн щедро награждает тех из домашних,
которые подражают ему.
   ћой з€ть, акцизный, помешан на идее: "√ласность -
фр€!"  огда-то его отщелкали в газетах за вымогательство,
и это послужило поводом к его умопомешательству.
 ќн выписывает почти все столичные газеты, но не
дл€ того, чтобы читать их. ¬ каждом полученном
номере он ищет "предосудительное"; найд€ таковое, он
вооружаетс€ цветным карандашом и марает. »змарав
весь номер, он отдает его кучерам на папиросы и
чувствует себ€ здоровым впредь до получени€ нового
номера.

—ћ≈–“№ „»Ќќ¬Ќ» ј
   ¬ один прекрасный вечер не менее прекрасный
экзекутор, »ван ƒмитрич „ерв€ков, сидел во втором
р€ду кресел и гл€дел в бинокль на " орневильские
колокола". ќн гл€дел и чувствовал себ€ на верху
блаженства. Ќо вдруг... ¬ рассказах часто
встречаетс€ это "но вдруг". јвторы правы: жизнь
так полна внезапностей! Ќо вдруг лицо его
поморщилось, глаза подкатились, дыхание
остановилось... он отвел от глаз бинокль, нагнулс€
и... апчхи!!! „ихнул, как видите. „ихать никому и
нигде не возбран€етс€. „ихают и мужики, и
полицеймейстеры, и иногда даже и тайные советники.
¬се чихают. „ерв€ков нисколько не сконфузилс€,
утерс€ платочком и, как вежливый человек, погл€дел
вокруг себ€: не обеспокоил ли он кого-нибудь своим
чиханьем? Ќо тут уж пришлось сконфузитьс€. ќн
увидел, что старичок, сидевший впереди него, в
первом р€ду кресел, старательно вытирал свою
лысину и шею перчаткой и бормотал что-то. ¬
старичке „ерв€ков узнал статского генерала
Ѕризжалова, служащего по ведомству путей сообщени€.
   "я его обрызгал! - подумал „ерв€ков. - Ќе мой
начальник, чужой, но все-таки неловко. »звинитьс€
надо".
   „ерв€ков кашл€нул, подалс€ туловищем вперед и
зашептал генералу на ухо:
   - »звините, ваше - ство, € вас обрызгал... €
неча€нно...
   - Ќичего, ничего...
   - –ади бога, извините. я ведь... € не желал!
   - јх, сидите пожалуйста! ƒайте слушать1
   „ерв€ков сконфузилс€, глупо улыбнулс€ и начал
гл€деть на сцену. √л€дел он, но уж блаженства
больше не чувствовал. ≈го начало помучивать
беспокойство. ¬ антракте он подошел к Ѕризжалову,
походил возле него и, поборовши робость,
пробормотал:
   - я вас обрызгал, ваше - ство... ѕростите... я
ведь... не то чтобы...
   - јх, полноте... я уж забыл, а вы все о том же! -
сказал генерал и нетерпеливо шевельнул нижней
губой.
   "«абыл, а у самого ехидство в глазах, - подумал
„ерв€ков, подозрительно погл€дыва€ на генерала. -
» говорить не хочет. Ќадо бы ему объ€снить, что €
вовсе не желал... что это закон природы, а то
подумает, что € плюнуть хотел. “еперь не подумает,
так после подумает!.."
   ѕрид€ домой „ерв€ков рассказал жене о своем
невежестве. ∆ена, как показалось ему, слишком
легкомысленно отнеслась к происшедшему; она только
испугалась, а потом, когда узнала, что Ѕризжалов
"чужой", успокоилась.
   - ј все-таки ты сходи, извинись, - сказала она. -
ѕодумает, что ты себ€ в публике держать не умеешь!
   - “о-то вот и есть! я извин€лс€, да он как-то
странно... Ќи одного слова путного не сказал. ƒа и
некогда было разговаривать.
   Ќа другой день „ерв€ков надел вицмундир, постригс€
и пошел к Ѕризжалову объ€снить... ¬ойд€ в приемную
генерала, он увидел там много просителей, а между
просител€ми и самого генерала, который уже начал
прием прошений. ќпросив несколько посетителей,
генерал подн€л глаза и на „ерв€кова.
   - ¬чера в "јркадии", ежели припомните, ваше -
ство, - начал докладывать экзекутор, - € чихнул-с
и... неча€нно обрызгал... »зв...
   -  акие пуст€ки... Ѕог знает что! ¬ам что угодно?
- обратилс€ генерал к следующему просителю.
   "√оворить не хочет! - подумал „ерв€ков, бледне€. -
—ердитс€, значит... Ќет, этого нельз€ так
оставить... я ему объ€сню..."
    огда генерал кончил беседу с последним просителем
направилс€ во внутренние апартаменты, „ерв€ков
шагнул за ним и забормотал:
   - ¬аше-ство! ≈жели € осмеливаюсь беспокоить ваше -
ство, то именно из чувства, могу сказать,
раска€ни€!.. Ќе нарочно, сами изволите знать-с!
   √енерал состроил плаксивое лицо и махнул рукой.
   - ƒа вы просто смеетесь, милостисдарь! - сказал
он, скрыва€сь за дверью.
   " акие же тут насмешки? - подумал „ерв€ков. -
¬овсе тут нет никаких насмешек! √енерал, а не
может пон€ть!  огда так, не стану же € больше
извин€тьс€ перед этим фанфароном! „ерт с ним!
Ќапишу ему письмо, а ходить не стану! ≈й-богу, не
стану!"
   “ак думал „ерв€ков, ид€ домой. ѕисьма генералу он
не написал. ƒумал, думал, и никак не выдумал этого
письма. ѕришлось на другой день идти самому
объ€сн€ть.
   - я вчера приходил беспокоить ваше - ство, -
забормотал он, когда генерал подн€л на него
вопрошающие глаза, - не дл€ того, чтобы сме€тьс€,
как вы изволили сказать. я извин€лс€ за то, что,
чиха€, брызнул-с... а сме€тьс€ € и не думал. —мею
ли € сме€тьс€? ≈жели мы будем сме€тьс€, так
никакого тогда, значит, и уважени€ к персонам...
не будет...
   - ѕошел вон!! - гаркнул вдруг посиневший и
затр€сшийс€ генерал.
   - „то-с? - спросил шепотом „ерв€ков, мле€ от ужаса.
   - ѕошел вон!! - повторил генерал, затопав ногами.
   ¬ животе у „ерв€кова что-то оторвалось. Ќичего не
вид€, ничего не слыша, он поп€тилс€ к двери, вышел
на улицу и поплелс€... ѕрид€ машинально домой, не
снима€ вицмундира, он лег на диван и.. помер.

—ќЅџ“»≈
   ”тро. —квозь льд€ные кружева, покрывающие оконные
стекла, пробиваетс€ в детскую €ркий солнечный
свет. ¬ан€, мальчик лет шести, стриженый, с носом,
походим на пуговицу, и его сестра Ќина,
четырехлетн€€ девочка, кудр€ва€, пухленька€,
малоросла€ не по летам, просыпаютс€ и через
решетки кроваток гл€д€т сердито друг на друга.
   - ”-у-у, бесстыдники!- ворчит н€нька.- ƒобрые люди
уж чаю напившись, а вы никак глаз не продерете...
—олнечные лучи весело шал€т на ковре, на стенах,
на подоле н€ньки и как бы приглашают поиграть с
ними, но дети не замечают их. ќни проснулись не в
духе. Ќина надувает губы, делает кислое лицо и
начинает т€нуть:
   - „а-аю! Ќ€нька, ча-аю!
   ¬ан€ морщит лоб и думает: к чему бы придратьс€,
чтоб зареветь? ќн уж заморгал глазами и открыл
рот, но в это врем€ из гостиной доноситс€ голос
мамы:
   - Ќе забудьте дать кошке молока, у нее теперь
кот€та!
   ¬ан€ и Ќина выт€гивают физиономии и с недоумением
гл€д€т друг на друга, потом оба разом вскрикивают,
прыгают с кроваток и, оглаша€ воздух пронзительным
визгом, бегут босиком, в одних рубашонках в кухню.
   -  ошка ощенилась!- кричат они.-  ошка ощенилась!
   ¬ кухне под скамьей стоит небольшой €щик, тот
самый, в котором —тепан таскает кокс, когда топит
камин. »з €щика выгл€дывает кошка. ≈е сера€ рожица
выражает крайнее утомление, зеленые глаза с узкими
черными зрачками гл€д€т томно, сентиментально...
ѕо роже видно, что дл€ полноты ее счасть€ не
хватает только присутстви€ в €щике "его", отца ее
детей, которому она так беззаветно отдалась! ’очет
она пром€укать, широко открывает рот, но из горла
ее выходит одно только сипенье... —лышитс€ писк
кот€т.
   ƒети сад€тс€ на корточки перед €щиком и, не
шевел€сь, притаив дыхание, гл€д€т на кошку... ќни
удивлены, поражены и не слышат, как ворчит
погнавша€с€ за ними н€нька. ¬ глаза обоих светитс€
сама€ искренн€€ радость.
   ¬ воспитании и в жизни детей домашние животные
играют едва заметную, но несомненно благотворную
роль.  то из нас не помнит сильных, но
великодушных псов, дармоедок-болонок, птиц,
умиравших в неволе, тупоумных, но надменных
индюков, кротких старух кошек, прощавших нам,
когда мы ради забавы наступали им на хвосты и
причин€ли им мучительную боль? ћне даже иногда
кажетс€, что терпение, верность, всепрощение и
искренность, какие присущи нашим домашним твар€м,
действуют на ум ребенка гораздо сильнее и
положительнее, чем длинные нотации сухого и
бледного  арла  арловича или же туманные
разглагольствовани€ гувернантки, старающейс€
доказать реб€там, что вода состоит из кислорода и
водорода.
   -  акие маленькие!- говорит Ќина, дела€ большие
глаза и залива€сь смехом.- ѕохожи на мышов!
   - –аз, два, три...- считает ¬ан€.- “ри котенка.
«начит, мне одного, тебе одного и еще кому-нибудь
одного.
   - ћурррм...  мурррм...- мурлычет роженица,
польщенна€ вниманием.- ћурррм.
Ќагл€девшись на кот€т, дети берут их из под кошки
и начинают м€ть в руках, потом, не удовлетворившись
этим, кладут их в подолы рубах и бегут в комнаты.
   - ћама, кошка ощенилась!- кричат они. ћать сидит в
гостиной с каким-то незнакомым господином. ”видев
детей неумытых, неодетых, с задранными вверх
подолами, она конфузитс€ и делает строгие глаза.
   - ќпустите рубахи, бесстыдники!- говорит она.-
ѕодите отсюда, а то € вас накажу.
   Ќо дети не замечают ни угроз матери, ни
присутстви€ чужого человека. ќни кладут кот€т на
ковер и поднимают оглушительный визг. ќколо них
ходит роженица и умол€юще м€укает.  огда немного
погод€ детей тащат в детскую, одевают их, став€т
на молитву и по€т чаем, они полны страстного
желани€ поскорее отделатьс€ от этих прозаических
повинностей и оп€ть бежать в кухню.
   ќбычные зан€ти€ и игры уход€т на самый задний план.
    от€та своим по€влением на свет затемн€ют все и
выступают как жива€ новость и злоба дн€. ≈сли бы
¬ане или Ќине за каждого котенка предложили по
пуду конфет или по тыс€че гривенников, то они
отвергли бы такую мену без малейшего колебани€. ƒо
самого обеда, несмотр€ на гор€чие протесты н€ньки
и кухарки, они сид€т в кухне около €щика и воз€тс€
с кот€тами. Ћица их серьезны, сосредоточенны и
выражают заботу. »х тревожит не только насто€щее,
но и будущее кот€т. ќни порешили, что один котенок
останетс€ дома при старой кошке, чтобы утешать
свою мать, другой поедет на дачу, третий будет
жить в погребе, где очень много крыс.
   - Ќо отчего они не гл€д€т?- недоумевает Ќина.- ”
них глаза слепые, как у нищих.
   » ¬аню беспокоит этот вопрос. ќн беретс€ открыть
одному котенку глаза, долго пыхтит и сопит, но
операци€ его остаетс€ безуспешной. Ќемало также
беспокоит и то обсто€тельство, что кот€та упорно
отказываютс€ от предлагаемых им м€са и молока.
¬се, что кладетс€ перед их мордочками, съедаетс€
серой мамашей.
- ƒавай построим кот€там домики,- предлагает
¬ан€.- ќни будут жить в разных домах, а кошка
будет к ним в гости ходить...
   ¬ разных углах кухни став€тс€ картонки из-под
шл€п. ¬ них посел€ютс€ кот€та. Ќо такой семейный
раздел оказываетс€ преждевременным: кошка,
сохран€€ на рожице умол€ющее и сентиментальное
выражение, обходит все картонки и сносит своих
детей на прежнее место.
   -  ошка ихн€€ мать,- замечает ¬ан€,- а кто отец?
   - ƒа, кто отец?- повтор€ет Ќина.
   - Ѕез отца им нельз€. ¬ан€ и Ќина долго решают,
кому быть отцом кот€т, и в конце концов выбор их
падает на большую темно-красную лошадь с
оторванным хвостом, котора€ вал€етс€ в кладовой
под лестницей и вместе с другим игрушечным хламом
доживает свой век. ≈е тащат из кладовой и став€т
около €щика.
   - —мотри же!- гроз€т ей.- —той тут и гл€ди, чтобы
они вели себ€ прилично.
   ¬се это говоритс€ и проделываетс€ серьезнейшим
образом и с выражением заботы на лице.  роме €щика
с кот€тами, ¬ан€ и Ќина не хот€т знать никакого
другого мира. –адость их не имеет пределов. Ќо
приходитс€ придерживать и т€желые, мучительные
минуты.
   ѕеред самым обедом ¬ан€ сидит в кабинете отца и
мечтательно гл€дит на стол. ќколо лампы на
гербовой бумаге ворочаетс€ котенок. ¬ан€ следит за
его движени€ми и тычет ему в мордочку то
карандашом, то спичкой... ¬друг, точно из земли
выросши, около стола по€вл€етс€ отец.
   - Ёто что такое?- слышит ¬ан€ сердитый голос.
   - Ёто... это котеночек, папа...
   - ¬от € тебе покажу котеночка! ѕогл€ди, что ты
наделал, негодный мальчишка! “ы у мен€ всю бумагу
испачкал!
  великому удивлению ¬ани, папа не раздел€ет его
симпатии к кот€там, и, вместо того чтоб прийти в
восхищение и обрадоватьс€, он дергает ¬аню за ухо
и кричит:
   - —тепан, убери эту гадость!
   «а обедом тоже скандал... ¬о врем€ второго блюда
обедающие вдруг слышат писк. Ќачинают доискиватьс€
причины и наход€т у Ќины под фартучком котенка.
   - Ќинка, вон из-за стола!- сердитс€ отец.- —ию же
минуту выбрось кот€т в помойку! „тоб этой гадости
не было в доме!..
   ¬ан€ и Ќина в ужасе. —мерть в помойке, помимо
своей жестокости, грозит еще отн€ть у кошки и
дерев€нной лошади их детей, опустошить €щик,
разрушить планы будущего, того прекрасного
будущего, когда один кот будет утешать свою
старуху мать, другой- жить на даче, третий -
ловить крыс в погребе... ƒети начинают плакать и
умол€ть пощадить кот€т. ќтец соглашаетс€, но с
условием, чтобы дети не смели ходить в кухню и
трогать кот€т.
   ѕосле обеда ¬ан€ и Ќина слон€ютс€ по всем комнатам
и том€тс€. «апрещение ходить в кухню повергло их в
уныние. ќни отказываютс€ от сладостей,
капризничают и груб€т матери.  огда вечером
приходит д€д€ ѕетруша, они отвод€т его в сторону и
жалуютс€ ему на отца, который хотел бросить кот€т
в помойку.
   - ƒ€д€ ѕетруша,- прос€т они д€дю,- скажи маме,
чтобы кот€т в детскую поставили. —ка-а-жи!
   - Ќу, ну... хорошо!- отмахиваетс€ от них д€д€.-
Ћадно.
   ƒ€д€ ѕетруша приходит обыкновенно не один. — ним
€вл€етс€ и Ќеро, большой черный пес датской
породы, с отвислыми ушами и с хвостом, твердым,
как палка. Ётот пес молчалив, мрачен и полон
чувства собственного достоинства. Ќа детей он не
обращает ни малейшего внимани€ и, шага€ мимо них,
стучит по ним своим хвостом, как по стуль€м. ƒети
ненавид€т его всей душой, но на этот раз
практические соображени€ берут верх над чувством.
   - «наешь что, Ќина?- говорит ¬ан€, дела€ большие
глаза.- ¬место лошади пусть Ќеро будет отцом!
Ћошадь дохла€, а ведь он живой.
   ¬есь вечер они ждут того времени, когда папа
ус€детс€ играть в винт и можно будет незаметно
провести Ќеро в кухню... ¬от наконец папа садитс€
за карты, мама хлопочет за самоваром и не видит
детей... Ќаступает счастливый момент.
    - ѕойдем!- шепчет ¬ан€ сестре.
    Ќо в это  врем€  входит  —тепан  и  со  смехом
объ€вл€ет:
    - Ѕарын€, Ќера кот€т съела!
   Ќина и ¬ан€ бледнеют и с ужасом гл€д€т на —тепана.
   - ≈й-богу-с...- смеетс€ лакей.- ѕодошла к €щику и
сожрала.
   ƒет€м кажетс€, что все люди, сколько их есть в
доме, всполошатс€ и наброс€тс€ на злоде€ Ќеро. Ќо
люди сид€т покойно на своих местах и только
удивл€ютс€ аппетиту громадной собаки. ѕапа и мама
смеютс€... Ќеро ходит у стола, помахивает хвостом
и самодовольно облизываетс€... ќбеспокоена одна
только кошка. ¬ыт€нув свой хвост, она ходит по
комнатам, подозрительно погл€дывает на людей и
жалобно м€укает.
   - ƒети, уже дес€тый час! ѕора спать!- кричит мама.
   ¬ан€ и Ќина ложатс€ спать, плачут и долго думают
об обиженной кошке и жестоком, наглом,
ненаказанном Ќеро.

—ќЌ –≈ѕќ–“≈–ј
   "Ќасто€тельно прошу быть сегодн€ на
костюмированном балу французской колонии.  роме
вас, идти некому. ƒадите заметку, возможно
подробнее. ≈сли же почему-либо не можете быть на
балу, то немедленно уведомьте - попрошу
кого-нибудь другого. ѕри сем прилагаю билет.
¬аш... (следует подпись редактора).
   P.S. Ѕудет лотере€-аллегри. Ѕудет разыграна ваза,
подаренна€ президентом французской республики.
∆елаю вам выиграть".
   ѕрочитав это письмо ѕетр —еменыч, репортер, лег на
диван, закурил папиросу и самодовольно погладил
себ€ по груди и по животу. (ќн только что
пообедал.)
   - ∆елаю вам выиграть, - передразнил он редактора.
- ј на какие деньги € куплю билет? Ќебось, денег
на расходы не даст, ска-атина. —куп, как ѕлюшкин.
¬з€л бы он пример с заграничных редакций... “ам
умеют ценить людей. “ы, положим, —тэнли, едешь
отыскивать Ћивингстона. Ћадно. Ѕери столько-то
тыс€ч фунтов стерлингов! “ы, ƒжон Ѕуль, едешь
отыскивать "∆аннетту". Ћадно. Ѕери дес€ть тыс€ч!
“ы идешь описывать бал французской колонии. Ћадно.
Ѕери... тыс€ч п€тьдес€т... ¬от как за границей! ј
он мне прислал один билет, потом заплатит по
п€таку за строчку и воображает... —ка-а-тина!...
   ѕетр —еменыч закрыл глаза и задумалс€. ћножество
мыслей, маленьких и больших, закопошилось в его
голове. Ќо скоро все эти мысли покрылись каким-то
при€тным розовым туманом. »з всей щелей, дыр, окон
медленно поползло во все стороны желе,
полупрозрачное, м€гкое... ѕотолок стал
опускатьс€... «абегали человечки, маленькие
лошадки с утиными головками, замахало чье-то
большое м€гкое крыло, потекла река... ѕрошел мимо
маленький наборщик с очень большими буквами и
улыбнулс€... ¬се утонуло в его улыбке
и... ѕетру —еменычу начало снитьс€.
   ќн надел фрак, белые перчатки и вышел на улицу. ”
подъезда давно уже ожидает его карета с
редакционным вензелем. — козел соскакивает лакей в
ливрее и помогает ему сесть в карету, подсаживает
его, точно барышню-аристократку.
   „ерез какую-нибудь минуту карета останавливаетс€ у
подъезда Ѕлагородного собрани€. ќн, нахмурив лоб,
сдает свое платье и с важностью идет вверх по
богато убранной, освещенной лестнице. “ропические
растени€, цветы из Ќиццы, костюмы, сто€щие тыс€чи.
   -  орреспондент... - пробегает шепот в
многотыс€чной толпе. - Ёто он...
     нему подбегает маленький старичок с озабоченным
лицом, в орденах.
   - »звините, пожалуйста! - говорит он ѕетру
—еменычу. - јх, извините, пожалуйста!
   » вс€ зала вторит за ним:
   - јх, извините, пожалуйста!
   - јх, полноте! ¬ы мен€ конфузите, право... -
говорит репортер.
   » он вдруг, к великому своему удивлению, начинает
трещать по-французски. –анее знал одно только
"mersi", а теперь - на поди!
   ѕетр —еменыч берет цветок и бросает сто рублей, и
как раз в это врем€ подают от редактора телеграмму:
"¬ыиграйте дар президента ‘ранцузской республики и
опишите ваши впечатлени€. ќтвет на тыс€чу слов
уплачен. Ќе жалейте денег". ќн идет к аллегри и
начинает брать билеты. Ѕерет один... два...
дес€ть... Ѕерет сто, наконец тыс€чу и получает
вазу из севрского фарфора. ќбн€в обеими руками
вазу, спешит дальше.
   Ќавстречу ему идет дамочка с роскошными льн€ными
волосами и голубыми глазами.  остюм у нее
замечательный, выше вс€кой критики. «а ней толпа.
   -  то это? - спрашивает репортер.
   - ј это одна знатна€ француженка. ¬ыписана из
Ќиццы вместе с цветами.
   ѕетр —еменыч подходит к ней и рекомендуетс€. „ерез
минуту он берет ее под руку и ходит, ходит... ≈му
многое нужно разузнать от француженки, очень
многое... ќна так прелестна!
   "ќна мо€! - думает он. - ј где € у себ€ в комнате
поставлю вазу?" - соображает он, любу€сь
француженкой.  омната его мала, а ваза все растет,
растет и так разрослась, что не помещаетс€ даже в
комнате. ќн готов заплакать.
   - ј-а-а... так вы вазу любите больше, чем мен€? -
говорит вдруг ни с того, ни с сего француженка и -
трах кулаком по вазе!
   ƒрагоценный сосуд громко трещит и разлетаетс€
вдребезги. ‘ранцуженка хохочет и бежит куда-то в
туман, в облако. ¬се газетчики сто€т и хохочут...
ѕетр —еменыч, рассерженный, с пеной у рта, бежит
за ними и вдруг, очутившись в Ѕольшом театре,
падает вниз головой с шестого €руса.
   ѕетр —еменыч открывает глаза и видит себ€ на полу
около своего дивана. ” него от ушиба болит спина и
локоть.
   "—лава богу, нет француженки, - думает он,
протира€ глаза. - ¬аза, значит, цела. ’орошо, что
€ не женат, а то, пожалуй, дети стали бы шалить и
разбили вазу".
   ѕротерев же глаза как следует, он не видит и вазы.
   "¬се это сон, - думает он. - ќднако уже первый час
ночи... Ѕал давно уже началс€, пора ехать...
ѕолежу еще немного и - марш!"
   ѕолежав еще немного, он пот€нулс€ и... заснул - и
так и не попал на бал французской колонии.
   - Ќу, что? - спросил у него на другой день
редактор. - Ѕыли на балу? ѕонравилось?
   - “ак себе... Ќичего особенного... - сказал он,
дела€ скучающее лицо. - ¬€ло. —кучно. я написал
заметку в двести строк. Ќемножко браню наше
общество за то, что оно не умеет веселитьс€. - »,
сказавши это, он отвернулс€ к окну и подумал про
редактора: "—ка-атина!!"

—ќ¬≈“
   ƒверь сама€ обыкновенна€, комнатна€. —делана она
из дерева, выкрашена обыкновенной белой краской, висит
на простых крючь€х, но... отчего она так внушительна?
“ак и дышит олимпийством! ѕо ту сторону двери
сидит... впрочем, это не наше дело.
   ѕо сю сторону сто€т два человека и рассуждают:
   - ћерси-с!
   - Ёто вам-с, детишкам на молочишко. «а труды
ваши, ћаксим »ваныч. ¬едь дело три года т€нетс€, не
шутка... »звините, что мало... —тарайтесь только, батюшка!
(ѕауза.) ’очет€ мне, благодетель, благодарить
ѕорфири€ —еменыча... ќн мой главный благодетель,
и от них всего больше мое дело зависит... ѕоднести
бы им в презент не мешало... сотенки две-три...
   - ≈му... сотенки?! „то вы? ƒа вы угорели, родной!
ѕерекреститесь! ѕорфирий —еменыч не таковский, чтоб...
   - Ќе берут? ∆аль-с... я ведь от души, ћаксим
»ваныч... Ёто не как€-нибудь вз€тка... Ёто приношение
от чистоты души... за труды непосильные... я ведь не
бесчувственный, понимаю их труд...  то нонче из-за
одного жаловань€ такую т€готу на себ€ берет? √м...
“ак-то-с... Ёто не вз€тка-с, а законное, так сказать,
вз€тие...
   - Ќет, это невозможно! ќн такой человек... такой
человек!
   - «наю € их, ћаксим »ваныч! ѕрекрасный они человек!
» сердце у них предоброе, душа филантропна€...
гуманическа€... Ћасковость така€... √л€дит он на теб€
и всю твою психологию воротит... ћолюсь за них
денно и нощно... “олько вот это дело слишком долго т€нетс€!
Ќу, да это ничего... » за все добродетели эти хочетс€
мне благодарить их... –убликов триста примерно...
   - Ќе возьмет... Ќатура у него друга€! —трогость!
» не суйтесь к нему... “рудитс€, беспокоитс€, ночей
не спит, а касательно благодарности или чего прочего -
ни-ни... ѕравила такие. » то сказать, на что ему ваши
деньги? —ам миллионщик!
   - ∆алость кака€... ј мне так хотелось обнаружить
им свои чувства! (“ихо.) ƒа и дело бы мое продвинулось...
¬едь три года т€нетс€, батюшка! “ри года!
(√ромко.) Ќе знаю, как и поступить... ¬ уныние впал
€, благодетель мой... ¬ыручьте, батюшка! (ѕауза.)
—отни три € могу... Ёто точно... ’оть сию минуту...
   - √м... ƒа-с...  ак же быть? (ѕауза.) я вам вот что
посоветую.  оли уж желаете благодарить его за
благоде€ни€ и беспокойства, то... извольте, € ему
скажу... ƒоложу... я ему посоветовать ьогу...
   - ѕожайлуста, батюшка! (ѕродолжительна€ пауза.)
   - ћерси-с... ќн уважит... “олько вы не триста рублей...
— этими паршивыми деньгами и не суйтесь...
ƒл€ него это нуль, ничтожество... газ... ¬ы ему тыс€чу...
   - ƒве тыс€чи! - говорит кто-то по ту сторону двери.
   «анавес падает. ƒа не подумает о сем кто-либо худо!

—“ј–џ… ƒќћ
–ассказ домовладельца
   Ќужно было сломать старый дом, чтобы на месте его
построить новый. я водил архитектора по пустым
комнатам и между делом рассказывал ему разные
истории. –ваные обои, тусклые окна, темные печи -
все это носило следы недавней жизни и вызывало
воспоминани€. ѕо этой, например, лестнице однажды
пь€ные люди несли покойника, спотыкнулись и вместе
с гробом полетели вниз; живые больно ушиблись, а
мертвый как ни в чем не бывало был очень серьезен
и покачивал головой, когда его поднимали с пола и
оп€ть укладывали в гроб. ¬от три подр€д двери: тут
жили барышни, которые часто принимали у себ€
гостей, а потому одевались чище всех жильцов и
исправно платили за квартиру. ƒверь, что в конце
коридора, ведет в прачечную, где днем мыли белье,
а ночью шумели и пили пиво. ј в этой квартирке их
трех комнат все насквозь пропитано бактери€ми и
бациллами. “ут нехорошо. “ут погибло много
жильцов, и € положительно утверждаю, что эта
квартира кем-то когда-то была прокл€та и что в ней
вместе с жильцами всегда жил еще кто-то,
невидимый. ќсобенно пам€тна мне судьба одной
семьи. ѕредставьте вы себе ничем не
замечательного, обыкновенного человечка, у
которого есть мать, жена и четверо реб€т. «вали
его ѕутохиным, служил он писцом у нотариуса и
392 1
был человек трезвый, религиозный, серьезный.  огда
он приносил ко мне деньги за квартиру, то всегда
извин€лс€, что плохо одет; извин€лс€, что
просрочил п€ть дней, и когда € давал ему расписку
в получении, то он добродушно улыбалс€ и говорил:
"Ќу, вот еще! Ќе люблю € этих расписок!" ∆ил он
бедно, но чисто. ¬ этой средней комнате помещались
четверо реб€т и их бабушка; тут варили, спали,
принимали гостей и даже танцевали. ¬ этой комнатке
жил сам ѕутохин; у него был стол, за которым он
исполн€л частные заказы: переписывал роли, доклады
и т.п. “ут, направо, обитал его жилец, слесарь
≈горыч - степенный, но пьющий человек; всегда ему
было жарко и оттого он всегда ходил босиком и в
одной жилетке. ≈горыч почин€л замки, пистолеты,
детские велосипеды, не отказывалс€ чинить дешевые
стенные часы, делал за четвертак коньки, но эту
работу он презирал и считал себ€ специалистом по
части музыкальных инструментов. Ќа его столе,
среди стального и железного хлама, всегда можно
было увидеть гармонику с отломанным клапаном или
трубу с вогнутыми боками. ѕлатил он за комнату
ѕутохину два с полтиной, всегда был около своего
верстака и выходил только дл€ того, чтобы сунуть в
печку какую-нибудь железку.
    огда €, что бывало очень редко, заходил вечерами
в эту квартиру, то вс€кий раз заставал такую
картину: ѕутохин сидел за своим столом и
переписывал что-нибудь, его мать и жена, тоща€
женщина с утомленным лицом, сидели около лампы и
шили; ≈горыч визжал терпугом. ј гор€ча€, еще не
совсем потухша€ печка испускала из себ€ жар и
духоту; в т€желом воздухе пахло щами, пеленками и
≈горычем. Ѕедно и душно, но от рабочих лиц, от
детских штанишек, развешанных вдоль печки , от
железок ≈горыча ве€ло все-таки миром, лаской,
довольством... «а двер€ми в коридоре бегали
детишки, причесанные, веселые и глубоко убежденные
в том, что на этом свете все обстоит благополучно
и так будет без конца, стоит только по утрам и
ложась спать молитьс€ богу.
   “еперь представьте себе, что посреди этой самой
комнаты, в двух шагах от печки, стоит гроб, в
котором лежит жена ѕутохина. Ќет того мужа, жена
которого жила бы вечно, но тут эта смерть имела
что-то особенное.  огда € во врем€ панихиды
взгл€нул на серьезное лицо мужа, на его строгие
глаза, то подумал:
   "Ёге, брат!"
   ћне казалось, что он сам, его дети, бабушка,
≈горыч уже намечены тем невидимым существом,
которое жило с ними в этой квартире. я глубоко
суеверный человек, быть может оттого, что €
домовладелец и сорок лет имел дело с жильцами. я
верю в то, что если вам не везет в карты с самого
начала, то вы будете проигрывать до конца; когда
судьбе нужно стереть с лица земли вас и вашу
семью, то все врем€ она остаетс€ неумолимо
последовательной и первое несчастье обыкновенно
бывает только началом длинной цепи... ѕо своей
природе несчасть€ - те же камни. Ќужно только
одному камню свалитьс€ с высокого берега, чтобы за
ним посыпались другие. ќдним словом, уход€ после
панихиды от ѕутохина, € верил, что ему и его семье
несдобровать...
   ƒействительно, проходит недел€, и нотариус
неожиданно дает ѕутохину отставку и на его место
сажает какую-то барышню. » что же? ѕутохина
взволновала не столько потер€ места, как то, что
вместо него посадили именно барышню, а не мужчину.
ѕочему барышню? Ёто его так оскорбило, что он,
вернувшись домой, пересек своих реб€тишек, обругал
мать и напилс€ пь€н. «а компанию с ним напилс€ и
≈горыч.
   ѕутохин принес мне плату за квартиру, но уже не
извин€лс€, хот€ просрочил восемнадцать дней, и
молчал, когда брал от мен€ расписку в получении.
Ќа следующий мес€ц деньги принесла уже мать; она
дала мне только половину, а другую половину
обещала через неделю. Ќа третий мес€ц € уже не
получил ни копейки, и дворник стал мне жаловатьс€,
"неблагородно". Ёто были нехорошие симптомы.
   ѕредставьте себе такую картину. ’мурое
петербургское утро гл€дит в эти тусклые окна.
ќколо печки старуха поит детей чаем. “олько
старший внук ¬ас€ пьет из стакана, а остальным чай
наливаетс€ пр€мо в блюдечки. ѕеред печкой сидит на
корточках ≈горыч и сует железку в огонь. ќт
вчерашнего пь€нства у него т€жела голова и мутны
глаза; он кр€кает, дрожит и кашл€ет.
   - —овсем с пути сбил, дь€вол!- ворчит он.- —ам
пьет и других в грех вводит.
   ѕутохин сидит в своей комнате на кровати, на
которой давно уже нет ни оде€ла, ни подушек, и,
запустив руки в волоса, тупо гл€дит себе под ноги.
ќн оборван, нечесан, болен.
   - ѕей, пей скорей, а то в школу опоздаешь!-
торопит старуха ¬асю.- ƒа и мне врем€ идти к жидам
полы мыть...
   ¬о всей квартире только одна старуха не падает
духом. ќна вспомнила старину и зан€лась гр€зной
черной работой. ѕо п€тницам она моет у евреев в
ссудной кассе полы, по субботам ходит к купцам
стирать и по воскресень€м, с утра до вечера,
бегает по городу и разыскивает благодетельниц.
 аждый день у нее кака€-нибудь работа. ќни и
стирает, и полы моет, и младенцев принимает, и
сватает, и нищенствует. ѕравда, и она не прочь
выпить с гор€, но и в пь€ном виде не забывает
своих об€занностей. Ќа –уси много таких крепких
старух, и сколько благополучий держитс€ на них!
   Ќапившись чаю, ¬ас€ укладывает в сумку свои книги
и идет за печку; тут р€дом с плать€ми бабушки
должно висеть его пальто. „ерез минуту он выходит
из-за печки и спрашивает:
   - ј где же мое пальто?
   Ѕабушка и остальные реб€тишки начинают вместе
искать пальто, ищут долго, но пальто как в воду
кануло. √де оно? Ѕабушка и ¬ас€ бледны, испуганы.
ƒаже ≈горыч удивлен. ћолчит и не двигаетс€ один
только ѕутохин. „уткий ко вс€кого рода
беспор€дкам, на этот раз он делает вид, что ничего
не видит и не слышит. Ёто подозрительно.
   - ќн пропил!- за€вл€ет ≈горыч.
   ѕутохин молчит, значит, это правда. ¬ас€ в ужасе.
≈го пальто, прекрасное пальто, сшитое из суконного
плать€ покойной матери, пальто на прекрасной
коленкоровой подкладке, пропито в кабаке! ј вместе
с пальто, значит, пропит и синий карандаш,
лежавший в боковом кармане, и записна€ книжка с
золотыми буквами "Nota bene"! ¬ книжке засунут
другой карандаш с резинкой, и, кроме того, в ней
лежат переводные картинки.
   ¬ас€ охотно заплакал бы, но плакать нельз€. ≈сли
отец, у которого болит голова, услышит плач, то
закричит, затопает ногами и начнет дратьс€, а с
похмель€ деретс€ он ужасно. Ѕабушка вступитс€ за
¬асю, а отец ударит и бабушку; кончитс€ тем, что
≈горыч вмешаетс€ в драку, вцепитс€ в отца и вместе
с ним упадет на пол. ќба вал€ютс€ на полу,
барахтаютс€ и дышат пь€ной, животной злобой, а
бабушка плачет, дети визжат, соседи посылают за
дворником. Ќет, лучше не плакать.
   ќттого, что нельз€ плакать и возмущатьс€ вслух,
¬ас€ мычит, ломает руки и дрыгает ногами или,
укусив себе рукав, долго треплет его зубами, как
собака зайца. √лаза его безумны, и лицо искривлено
отча€нием. √л€д€ на него, бабушка вдруг срывает со
своей головы платок и начинает тоже выделывать
руками и ногами разные штуки, молча, уставившись
глазами в одну точку. » в это врем€, € думаю, в
головах мальчика и старухи сидит €сна€
уверенность, что их жизнь погибла, что надежды
нет...
   ѕутохин не слышит плача, но ему из его комнатки
все видно.  огда полчаса спуст€ ¬ас€, окутанный в
бабушкину шаль, уходит в школу, он, с лицом,
которое € не берусь описать, выходит на улицу и
идет за ним. ≈му хочетс€ окликнуть мальчика,
утешить, попросить прощени€, дать ему честное
слово, призвать покойную мать в свидетели, но из
груди вместо слов вырываютс€ одни рыдани€. ”тро
сырое, холодное. ƒойд€ до городского училища,
¬ас€, чтобы товарищи не сказали, что он похож на
бабу, распутывает шаль и входит в училище в одной
только куртке.
ј вернувшись домой, ѕутохин рыдает, бормочет
какие-то несв€зные слова, клан€етс€ в ноги и
матери, и ≈горычу, и его верстаку. ѕотом, немного
прийд€ в себ€, он бежит ко мне и, задыха€сь, ради
бога просит у мен€ какого-нибудь места. я его
обнадеживаю, конечно.
   - Ќаконец-таки € очнулс€!- говорит он.- ѕора уж и
за ум вз€тьс€. ѕобезобразничал - и будет с мен€.
   ќн радуетс€ и благодарит мен€, а €, который за все
врем€, пока владею домом, отлично изучил этих
господ жильцов, гл€жу на него, и так и хочетс€ мне
сказать ему:
   - ѕоздно, голубчик! “ы уже умер!
   ќт мен€ ѕутохин бежит к городскому училищу. “ут он
шагает и ждет, когда выпуст€т его мальчика.
   - ¬от что, ¬ас€!- говорит он радостно, ¬ас€
наконец выходит.- ћне сейчас обещали место.
ѕогоди, € куплю тебе отличную шубу... € теб€ в
гимназию отдам! ѕонимаешь? ¬ гимназию! я теб€ в
двор€не выведу! ј пить больше не буду. „естное
слово, не буду.
   » он глубоко верит в светлое будущее. Ќо вот
наступает вечер. —таруха, вернувшись от жидов с
двугривенным, утомленна€ и разбита€, принимаетс€
за стирку детского бель€. ¬ас€ сидит и решает
задачу. ≈горыч не работает. ѕо милости ѕутохина он
спилс€ и теперь чувствует неодолимую жажду выпить.
¬ комнатах душно, жарко. ќн корыта, в котором
старуха моет белье, валит пар.
   - ѕойдем, что ли?- угрюмо спрашивает ≈горыч.
   ћой жилец молчит. ѕосле возбуждени€ ему становитс€
невыносимо скучно. ќн боретс€ с желанием выпить, с
тоской и... и, конечно, тоска берет верх. »стори€
известна€...
     ночи ≈горыч и ѕутохин уход€т, а утром ¬ас€ не
находит бабушкиной шали.
   ¬от така€ истори€ происходила в этой квартире.
ѕропивши шаль, ѕутохин уж больше не возвращалс€
домой.  уда он исчез, не знаю. ѕосле того, как он
пропал, старуха сначала запила, а потом слегла. ≈е
свезли в больницу, младших реб€т вз€ла кака€-то
родн€, а ¬ас€ поступил вот в эту прачечную. ƒнем
он подавал утюги, а ночью бегал за пивом.  огда из
прачечной его выгнали, он поступил к одной из
барышень, бегал по ночам, исполн€€ какие-то
поручени€, и его звали уже "вышибалой". „то дальше
было с ним, € не знаю.
   ј в этой вот комнате дес€ть лет жил
нищий-музыкант.  огда он умер, в его перине нашли
двадцать тыс€ч.

—“≈Ќј
   ...люди, кончившие курс в специальных
заведени€х, сид€т без дела
или же занимают должности, не
имеющие ничего общего с их специальностью,
и, таким образом, высшее
техническое образование €вл€етс€ у
нас пока непроизводительным...
   »з передовой статьи
   - “ут, ваше превосходительство, по два раза на
день ходит какой-то ћасло, вас спрашивает...- говорил
камердинер »ван, бре€ своего барина Ѕукина.-
» сегодн€ приходил, сказывал, что в управл€ющие
хочет наниматьс€... ќбещалс€ сегодн€ в час прийти...
„удной человек!
   - „то такое?
   - —идит в передней и все бормочет. я, говорит,
не лакей и не проситель, чтоб в передней по два часа
теретьс€. я, говорит, человек образованный... ’оть,
говорит, твой барин и генерал, а скажи ему, что это
невежливо людей в передней морить...
   - » он бесконечно прав!- нахмурилс€ Ѕукин.-
 ак ты, братец, иногда бываешь нетактичен! ¬идишь,
что человек пор€дочный, из чистеньких, ну и пригласил
бы его когда-нибудь... к себе в комнату, что ли...
   - Ќе важна€ птица!- усмехнулс€ »ван.- Ќе в
генералы пришел наниматьс€, и в передней посидишь.
—ид€т люди и почище твоего носа, и то не обижаютс€...
 оли ежели ты управл€ющий, слуга своему господину,
то и будь управл€ющим, а нечего выдумки
выдумывать, в образованные лезть... “оже, поди ты,
в гостиную захотел... хар€ немыта€... ”ж оченно много
нониче смешных людей развелось, ваше превосходительство!
   - ≈сли сегодн€ еще раз придет этот ћаслов, то
проси...
   –овно в час €вилс€ ћаслов. »ван повел его в кабинет.
   - ¬ас граф ко мне прислал?- встретил его Ѕукин.-
ќчень при€тно познакомитьс€! —адитесь! ¬от
сюда садитесь, молодой человек, тут пом€гче будет...
¬ы уж тут были... мне говорили об этом, но, pardon,
€ вечно или в отлучке, или зан€т.  урите, милейший...
ƒа, действительно мне нужен управл€ющий... — прежним
мы немножко не поладили... я ему не уважил,
он мне не потрафил, пошли, знаете ли, контры... ’е-хе-хе...
¬ы ранее управл€ли где-нибудь именьем?
   - ƒа, € у  иршмахера год служил младшим управл€ющим...
»менье было продано с аукциона, и
мне поневоле пришлось ретироватьс€... ќпыта у мен€,
конечно, почти нет, но € кончил в ѕетровской земледельческой
академии, где изучал агрономию... ƒумаю,
что мои науки хоть немного замен€т мне практику...
   -  акие же там, батенька, науки? √л€деть за рабочими,
за лесниками... хлеб продавать, отчетность
раз в год представл€ть... никаких тут наук не нужно!
“ут нужны глаз острый, рот зубастый, голосина...
¬прочем, знани€ не мешают...- вздохнул Ѕукин.- Ќу-с,
именье мое находитс€ в ќрловской губернии.  ак,
что и почему, узнаете вы вот из этих планов и отчетов,
сам же € в имении никогда не бываю, в дела не вмешиваюсь,
и от мен€, как от –асплюева, ничего не
добьетесь, кроме того, что земл€ черна€, лес зеленый...
”слови€, € думаю, останутс€ прежние, то есть
тыс€ча жаловань€, квартира, провизи€, экипаж и полнейша€
свобода действий!
   "ƒа он душка!"- подумал ћаслов.
   - “ак вот что, батенька... ѕростите, но лучше
заранее уговоритьс€, чем потом ссоритьс€. ƒелайте
там, что хотите, но да хранит вас бог от нововведений,
не сбивайте с толку мужиков и, что главнее всего,
хапайте не более тыс€чи в год...
   - ѕростите, € не расслышал последней фразы...-
пробормотал ћаслов.
   - ’апайте не больше тыс€чи в год...  онечно, без
хапань€ нельз€ обойтись, но, милый мой, мера, мера!
¬аш предшественник увлекс€ и на одной шерсти стилиснул
п€ть тыс€ч, и... и мы разошлись.  онечно, по-своему,
он прав... человек ищет, где лучше, и сво€
рубашка ближе к телу, но, согласитесь, дл€ мен€ это
т€желенько.“ак вот помните же: тыс€чу можно... ну,
так и быть уж - две, но не дальше!
   - ¬ы говорите со мной, словно с мошенником!-
вспыхнул ћаслов, поднима€сь.- »звините, € к таким
беседам не привык...
   -ƒа?  ак угодно-с... Ќе смею удерживать...
   ћаслов вз€л шапку и быстро вышел.
   - „то, папа, нан€л управл€ющего?- спросила
Ѕукина его дочь по уходе ћаслова.
   - Ќет... ”ж больно малый... тово... честен...
   - „то ж, и отлично! „его же тебе еще нужно?
   - Ќет, спаси господи и помилуй от честных людей...
≈сли честен, то, наверное, или дела своего не
знает, или же авантюрист, пустомел€... дурак. »збави
бог... „естный не крадет, не крадет, да уж зато
как царапнет залпом за один раз, так только рот разинешь...
Ќет, душечка, спаси бог от этих честных...
   Ѕукин подумал и сказал:
   - ѕ€ть человек €вл€лось и все такие, как этот...
„ерт знает счастье какое! ѕридетс€, веро€тно, прежнего
управл€ющего пригласить...

—“–ј’
   ƒмитрий ѕетрович —илин кончил курс в университете
и служил в ѕетербурге, но в тридцать лет бросил
службу и зан€лс€ сельским хоз€йством. ’оз€йство
шло у него недурно, но все-таки мне казалось, что
он не на своем месте и что хорошо бы он сделал,
если бы оп€ть уехал в ѕетербург.  огда он,
загорелый, серый от пыли, замученный работой,
встречал мен€ около ворот или у подъезда и потом
за ужином боролс€ с дремотой и жена уводила его
спать, как ребенка, или когда он, осилив дремоту,
начинал своим м€гким, душевным, точно умол€ющим
голосом излагать свои хорошие мысли, то € видел в
нем не хоз€ина и не агронома, а только замученного
человека, и мне €сно было, что никакого хоз€йства
ему не нужно, а нужно, чтоб день прошел - и слава
богу.
   я любил бывать у него и, случалось, гостил в его
усадьбе дн€ по два, по три. я любил и его дом, и
парк, и большой фруктовый сад, и речку, и его
философию, немножко в€лую и витиеватую, но €сную.
ƒолжно быть, € любил и его самого, хот€ не могу
сказать этого наверное, так как до сих пор еще не
могу разобратьс€ в своих тогдашних чувствах. Ёто
был умный, добрый, нескучный и искренний человек,
но помню очень хорошо, что когда он повер€л мне
свои сокровенные тайны и называл наши отношени€
дружбою, то это непри€тно волновало мен€, и €
чувствовал неловкость. ¬ его дружбе ко мне было
что-то неудобное, т€гостное, и € охотно предпочел
бы ей обыкновенные при€тельские отношени€.
   ƒело в том, что мне чрезвычайно нравилась его
жена, ћари€ —ергеевна. я влюблен в нее не был, но
мне нравились ее лицо, глаза, голос, походка, €
скучал по ней, когда долго не видал ее, и мое
воображение в то врем€ никого не рисовало так
охотно, как эту молодую, красивую и из€щную
женщину. ќтносительно ее € не имел никаких
определенных намерений и ни о чем не мечтал, но
почему-то вс€кий раз, когда мы оставались вдвоем,
€ вспоминал, что ее муж считал мен€ своим другом,
и мне становилось неловко.  огда она играла на
ро€ле мои любимые пьесы или рассказывала мне
что-нибудь интересное, € с удовольствием слушал, и
в то же врем€ почему-то в мою голову лезли мысли о
том, что она любит своего мужа, что он мой друг и
что она сама считает мен€ его другом, настроение
мое портилось, и € становилс€ в€л, неловок и
скучен. ќна замечала эту перемену и обыкновенно
говорила:
   - ¬ам скучно без вашего друга. Ќадо послать за ним
в поле.
   » когда приходил ƒмитрий ѕетрович, она говорила:
   - Ќу, вот теперь пришел ваш друг. –адуйтесь.
   “ак продолжалось года полтора.
    ак-то раз в одно из июльских воскресений € и
ƒмитрий ѕетрович от нечего делать поехали в
большое село  лушино, чтобы купить там к ужину
закусок. ѕока мы ходили по лавкам, зашло солнце и
наступил вечер, тот вечер, которого €, веро€тно,
не забуду никогда в жизни.  упивши сыру, похожего
на мыло, и окаменелой колбасы, от которой пахло
дегтем, мы отправились в трактир спросить, нет ли
пива. Ќаш кучер уехал в кузницу подковать лошадей,
и мы сказали ему, что будем ждать его около
церкви. ћы ходили, говорили, сме€лись над своими
покупками, а за нами молча и с таинственным видом,
точно сыщик, следовал человек, имевший у нас в
уезде довольно странное прозвище: —орок ћучеников.
Ётот —орок ћучеников был не кто иной, как √аврила
—еверов, или попросту √аврюшка, служивший у мен€
недолго лакеем и уволенный мною за пь€нство. ќн
служил и у ƒмитри€ ѕетровича и им тоже был уволен
все за тот же грех. Ёто был лютый пь€ница, да и
вообще вс€ его судьба была пь€ною и такою же
беспутною, как он сам. ќтец у него был св€щенник;
а мать двор€нка,, значит, по рождению принадлежал
он к сословию привилегированному, но как € ни
всматривалс€ в его испуганное, почтительное,
всегда потное лицо, в его рыжую, уже седеющую
бороду, в жалкенький рваный пиджак и красную
рубаху навыпуск, € никак не мог найти даже следа
того, что у нас в общежитии зоветс€ привилеги€ми.
ќн называл себ€ образованным и рассказывал, что
училс€ в духовном училище, где курса не кончил,
так как его уволили за курение табаку, затем пел в
архиерейском хоре и года два жил в монастыре,
откуда его тоже уволили, но уже не за курение, а
за "слабость". ќн исходил пешком две губернии,
подавал зачем-то прошени€ в консистории и в разные
присутственные места, четыре раза был под судом.
Ќаконец, застр€вши у нас в уезде, он служил в
лаке€х, лесниках, псар€х, церковных сторожах,
женилс€ на гул€щей вдове-кухарке и окончательно
погр€з в холуйскую жизнь и так сжилс€ с ее гр€зью
и др€згами, что уже сам говорил о своем
привилегированном происхождении с некоторым
недоверием, как о каком-то мифе. ¬ описываемое
врем€ он шаталс€ без места, выдава€ себ€ за
коновала и охотника, а жена его припадала где-то
без вести.
   »з трактира мы пошли к церкви и сели на паперти в
ожидании кучера. —орок ћучеников стал поодаль и
поднес руку ко рту, чтобы почтительно кашл€нуть в
нее, когда понадобитс€. Ѕыло уже темно; сильно
пахло вечерней сыростью, и собиралась восходить
луна. Ќа чистом, звездном небе было только два
облака и как раз над нами: одно большое, другое
поменьше; они одинокие, точно мать с дит€тею,
бежали друг за дружкой в ту сторону, где догорала
вечерн€€ зар€.
   - —лавный сегодн€ день, - сказал ƒмитрий ѕетрович..
   - ƒо чрезвычайности... - согласилс€ —орок
ћучеников и почтительно кашл€нул в руку. -  ак это
вы, ƒмитрий ѕетрович, изволили надумать сюда
приехать? - спросил он вкрадчивым голосом, видимо
жела€ зав€зать разговор.
   ƒмитрий ѕетрович ничего не ответил. —орок
ћучеников глубоко вздохнул и проговорил тихо,не
гл€д€ на нас:
   - —традаю единственно через причину, за которую
должен дать ответ всемогущему богу. ќно, конечно,
человек € потер€нный и неспособный, но верьте
совести: без куска хлеба и хуже собаки...
ѕростите, ƒмитрий ѕетрович!
   —илин не слушал и, подперев голову кулаками, о
чем-то думал. ÷ерковь сто€ла на краю улицы, на
высоком берегу, и нам сквозь решетку ограды были
видны река, заливные луга по ту сторону и €ркий,
багровый огонь от костра, около которого двигались
черные люди и лошади. ј дальше за костром еще
огоньки: это деревушка... “ам пели песню.
   Ќа реке и кое-где на лугу поднималс€ туман.
¬ысокие узкие клочь€ тумана, густые и белые, как
молоко, бродили над рекой, заслон€€ отражени€
звезд и цепл€€сь за ивы. ќни каждую минуту мен€ли
свой вид, и казалось, что одни обнимались, другие
клан€лись, третьи поднимали к небу свои руки с
широкими поповскими рукавами, как будто
молились... ¬еро€тно, они навели ƒмитри€ ѕетровича
на мысль о привидени€х и покойниках, потому что он
обернулс€ ко мне лицом и спросил, грустно улыба€сь:
   - —кажите мне, дорогой мой, почему это, когда мы
хотим рассказать что-нибудь страшное, таинственное
и фантастическое, то черпаем материал не из жизни,
в непременно из мира привидений и загробных теней?
   - —трашно то, что непон€тно.
   - ј разве жизнь вам пон€тна? —кажите: разве жизнь
вы понимаете больше, чем загробный мир?
   ƒмитрий ѕетрович подсел ко мне совсем близко, так
что € чувствовал на своей щеке его дыхание. ¬
вечерних сумерках его бледное худощавое лицо
казалось еще бледнее, а темна€ борода - чернее сажи.
√лаза у него были грустные, искренние и
немножко испуганные, как будто он собиралс€
рассказать мне что-нибудь страшное. он смотрел мне
в глаза и продолжал своим, по обыкновению
умол€ющим голосом:
   - Ќаша жизнь и загробный мир одинаково непон€тны и
страшны.  то боитс€ привидений, тот должен бо€тьс€
и мен€, и этих огней, и неба, так как все это,
если вдуматьс€ хорошенько, непостижимо и
фантастично не менее, чем выходцы с того света.
ѕринц √амлет не убивал себ€ потому, что бо€лс€ тех
видений, которые, быть может, посетили бы его
смертный сон; этот его знаменитый монолог мне
нравитс€, но откровенно говор€, он никогда не
трогал мен€ за душу. ѕризнаюсь вам как другу, €
иногда в тоскливые минуты рисовал себе свой
смертный час, мо€ фантази€ изобретала тыс€чи самых
мрачных видений, и мне удавалось доводить себ€ до
мучительной экзальтации, до кошмара, и это, увер€ю
вас, мне не казалось страшнее действительности.
„то и говорить, страшны видени€, но страшна и
жизнь. я, голубчик, не понимаю и боюсь жизни. Ќе
знаю, быть может, € больной, свихнувшийс€ человек.
Ќормальному, здоровому человеку кажетс€, что он
понимает все, что видит и слышит, а € вот утер€л
это "кажетс€" и изо дн€ в день отравл€ю себ€
страхом. ≈сть болезнь - бо€знь пространства, так
вот и € болен бо€знью жизни.  огда € лежу на траве
и долго смотрю на коз€вку, котора€ родилась только
вчера и ничего не понимает, то мне кажетс€, что ее
жизнь состоит из сплошного ужаса, и в ней € вижу
самого себ€.
   - „то же, собственно, вам страшно? - спросил €.
   - ћне все страшно. я человек от природы неглубокий
и мало интересуюсь такими вопросами, как загробный
мир, судьбы человечества, и вообще редко уношусь в
высь поднебесную. ћне страшна главным образом
обыденщина, от которой никто из нас не может
спр€татьс€. я неспособен различать, что в моих
поступках правда и что ложь, и они тревожат мен€;
€ сознаю, что услови€ жизни и воспитание заключали
мен€ в тесный круг лжи, что вс€ мо€ жизнь есть не
что иное, как ежедневна€ забота о том, чтобы обманывать
себ€ и людей и не замечать этого, и мне страшно от
мысли, что € до самой смерти не выберусь из этой
лжи. —егодн€ € делаю что-нибудь, а завтра уж не
понимаю, зачем € это сделал. ѕоступил € в
ѕетербурге на службу и испугалс€, приехал сюда,
чтобы зан€тьс€ сельским хоз€йством, и тоже
испугалс€... я вижу, что мы мало знаем и поэтому
каждый день ошибаемс€, бываем несправедливы,
клевещем, заедаем чужой век, расходуем все свои
силы на вздор, который нам не нужен и мешает нам
жить, и это мне страшно, потому что € не понимаю,
дл€ чего и кому все это нужно. я, голубчик, не
понимаю людей и боюсь их. ћне страшно смотреть на
мужиков, € не знаю, дл€ каких таких высших целей
они страдают и дл€ чего они живут. ≈сли жизнь есть
наслаждение, то они лишние, ненужные люди; если же
цель и смысл жизни - в нужде и непроходимом,
безнадежном невежестве, то мне непон€тно, кому и
дл€ чего нужна эта инквизици€. Ќикого и ничего €
не понимаю. »звольте-ка вы пон€ть вот этого
субъекта! - сказал ƒмитрий ѕетрович, указыва€ на
—орок ћучеников. - ¬думайтесь!
   «аметив, что оба мы посмотрели на него, —орок
ћучеников почтительно кашл€нул в кулак и сказал:
   - ” хороших господ € завсегда был верной слугой,
но главна€ причина - спиртные напитки.. ≈жели бы
мне теперь, уважили, несчастному человеку, и дали
место, то € бы образ поцеловал. —лово мое твердо!
   ÷ерковный сторож прошел мимо, с недоумением
посмотрел на нас и стал дергать за веревку.
 олокол медленно и прот€жно, резко наруша€ тишину
вечера, пробил дес€ть.
   - ќднако уже дес€ть часов! - сказал ƒмитрий
ѕетрович. - ѕора бы уж нам ехать. ƒа, голубчик
мой, - вздохнул он, - если бы вы знали, как €
боюсь своих обыденных, житейских мыслей, в
которых, кажетс€, не должно быть ничего страшного.
„тоб не думать, € развлекаю себ€ работой и
стараюсь утомитьс€, чтоб крепко спать ночью. ƒети,
жена - у других это обыкновенно, но у мен€ как это
т€жело, голубчик!
   ќн пом€л руками лицо, кр€кнул и засме€лс€.
   - ≈сли б € мог рассказать вам, какого € дурака
разыграл в жизни!- сказал он. - ћне все говор€т: у
вас мила€ жена, прелестные дети и сами вы
прекрасный семь€нин. ƒумают, что € очень счастлив,
и завидуют мне. Ќу, коли на то пошло, то скажу вам
по секрету: мо€ счастлива€ семейна€ жизнь - одно
только печальное недоразумение и € боюсь ее.
   ≈го бледное лицо стало некрасивым от напр€женной
улыбки. ќн обн€л мен€ за талию и продолжал
вполголоса:
   - ¬ы мой искренний друг, € вам верю и глубоко
уважаю вас. ƒружбу посылает нам небо дл€ того,
чтобы мы могли высказыватьс€ и спасатьс€ от тайн,
которые угнетают нас. ѕозвольте же мне
воспользоватьс€ вашим дружеским расположением ко
мне и высказать вам всю правду. ћо€ семейна€
жизнь, котора€ кажетс€ вам такою восхитительной, -
мое главное несчастье и мой главный страх. я
женилс€ странно и глупо. Ќадо вам сказать, что до
свадьбы € любил ћашу безумно и ухаживал за нею два
года. я делал ей предложение п€ть раз, и она
отказывала мне, потому что была ко мне совершенно
равнодушна. ¬ шестой раз, когда €, угоревши от
любви, ползал перед ней на колен€х и просил руки,
как милостыни, она согласилась... “ак она сказала
мне: "я вас не люблю, но буду вам верна..." “акое
условие € прин€л с восторгом. я тогда понимал, что
это значит, но теперь, кл€нусь богом, не понимаю.
"я вас не люблю, но буду вам верна", - что это
значит? Ёто туман, потемки... я люблю ее теперь
так же сильно, как в первый день свадьбы, а она,
мне кажетс€, по-прежнему равнодушна и, должно
быть, бывает рада, когда € уезжаю из дому. я не
знаю наверное, любит она мен€ или нет, не знаю, не
знаю, но ведь мы живем под одной крышей, говорим
друг другу "ты", спим вместе, имеем детей,
собственность у нас обща€... „то же это значит?  
чему это? » понимаете ли вы что-нибудь, голубчик?
∆естока€ пытка! ќттого, что в наших отношени€х €
ничего не понимаю, € ненавижу то ее, то себ€, то
обоих вместе, все у мен€ в голове перепуталось, €
мучаю себ€ и тупею, а, как назло, она с каждым
днем все хорошеет, она становитс€ удивительной...
ѕо-моему, волосы у нее замечательные, а улыбаетс€
она, как ни одна женщина. я люблю и знаю, что
люблю безнадежно. Ѕезнадежна€ любовь к женщине, от
которой имеешь уже двух детей! –азве это пон€тно и
не страшно? –азве это не страшнее привидений?
   ќн находилс€ в таком настроении, что говорил бы
еще очень долго, но, к счастью, послышалс€ голос
кучера. ѕришли наши лошади. ћы сели в кол€ску, и
—орок ћучеников, сн€в шапку, подсадил нас обоих и
с таким выражением, как будто давно уже ждал
случа€, чтобы прикоснутьс€ к нашим драгоценным
телам.
   - ƒмитрий ѕетрович, позвольте к вам прийти, -
проговорил он, сильно морга€ глазами и склонив
голову набок. - явите божескую милость! ѕропадаю с
голоду!
   - Ќу, ладно, - сказал —илин. - ѕриходи, поживешь
три дн€, а там увидим.
   - —лушаю-с! - обрадовалс€ —орок ћучеников. - я
сегодн€ же приду-с.
   ƒо дому было шесть верст. ƒмитрий ѕетрович,
довольный тем, что наконец высказалс€ перед
другом, всю дорогу держал мен€ за талию и уж не с
горечью и не с испугом, а весело говорил мне, что
если бы у него в семье было благополучно, то он
вернулс€ бы в ѕетербург и зан€лс€ там наукой. “о
ве€ние, говорил он, которое погнало в деревню
столько даровитых молодых людей, было печальное
ве€ние. –жи и пшеницы у нас в –оссии много, но
совсем нет культурных людей. Ќадо, чтобы
даровита€, здорова€ молодежь занималась науками,
искусствами и политикой; поступать иначе - значит
быть нерасчетливым. ќн философствовал с
удовольствием и выражал сожаление, что завтра рано
утром расстанетс€ со мной, так как ему нужно ехать
на лесные торги.
   ј мне было неловко и грустно, и казалось мне, что
€ обманываю человека. » в то же врем€ мне было
при€тно. я смотрел на громадную багровую луну,
котора€ восходила, и воображал себе высокую
стройную блондинку, бледнолицую, всегда нар€дную,
пахнущую какими-то особенными духами, похожими на
мускус, и мне почему-то весело было думать, что
она не любит своего мужа.
   ѕриехав домой, мы сели ужинать. ћари€ —ергеевна,
сме€сь, угощала нас нашими покупками, а € находил,
что у нее в самом деле замечательные волосы и что
улыбаетс€ она, как ни одна женщина. я следил за
ней, и мне хотелось, в каждом ее движении и
взгл€де видеть то, что она не любит своего мужа, и
мне казалось, что € это вижу.
   ƒмитрий ѕетрович скоро стал боротьс€ с дремотой.
ѕосле ужина он посидел с нами минут дес€ть и
сказал:
   -  ак вам угодно, господа, а мне завтра нужно
вставать в три часа. ѕозвольте оставить вас.
   ќн нежно поцеловал жену, крепко, с благодарностью
пожал мне руку и вз€л с мен€ слово, что €
непременно приеду на будущей неделе. „тобы завтра
не проспать, он пошел ночевать во флигель.
   ћари€ —ергеевна ложилась спать поздно,
по-петербургски, и теперь почему-то € был рад
этому.
   - »так? - начал €, когда мы остались одни. - »так,
вы будете добры, сыграете что-нибудь.
   ћне не хотелось музыки, но € не знал, как начать
разговор. ќна села за ро€ль и сыграла, не помню
что. я сидел возле, смотрел на ее белые пухлые
руки и старалс€ прочесть что-нибудь на ее
холодном, равнодушном лице. Ќо вот она чему-то
улыбнулась и погл€дела на мен€.
   - ¬ам скучно без вашего друга, - сказала она.
   я засме€лс€.
   - ƒл€ дружбы достаточно было бы ездить сюда раз в
мес€ц, а € бываю тут чаще, чем каждую неделю.
   —казавши это, € встал и в волнении прошелс€ из
угла в угол. ќна тоже встала и отошла к камину.
   - ¬ы что хотите этим сказать? - спросила она,
поднима€ на мен€ свои большие €сные глаза.
   я ничего не ответил.
   - ¬ы сказали неправду, - продолжала она, подумав.
- ¬ы бываете здесь только ради ƒмитри€ ѕетровича.
„то ж, € очень рада. ¬ наш век редко кому
приходитс€ видеть такую дружбу.
   "Ёге!" - подумал € и, не зна€, что сказать,
спросил:
   - ’отите пройтись по саду?
   - Ќет.
   я вышел на террасу. ѕо голове у мен€ бегали
мурашки, и мне было холодно от волнени€. я уже был
уверен,то разговор наш будет самый ничтожный и что
ничего особенного мы не сумеем сказать друг другу,
но что непременно в эту ночь должно случитьс€ то,
о чем € не смел даже мечтать. Ќепременно в эту
ночь или никогда.
   -  ака€ хороша€ погода! - сказал € громко.
   - ƒл€ мен€ это решительно все равно, - послышалс€
ответ.
   я вошел в гостиную. ћари€ —ергеевна по-прежнему
сто€ла около камина, заложив назад руки, о чем-то
дума€, и смотрела в сторону.
   - ѕочему же это дл€ вас решительно все равно? -
спросил €.
   - ѕотому что мне скучно. ¬ам бывает скучно только
без вашего друга, а мне всегда скучно. ¬прочем...
это дл€ вас не интересно.
   я сел за ро€ль и вз€л несколько аккордов, выжида€,
что она скажет.
   - ¬ы, пожалуйста, не церемоньтесь, - сказала она,
сердито гл€д€ на мен€ и точно собира€сь заплакать
с досады. - ≈сли вам хочетс€ спать, то уходите. Ќе
думайте, что если вы друг ƒмитри€ ѕетровича, то уж
об€заны скучать с его женой. я не хочу жертвы.
ѕожалуйста, уходите.
   я не ушел, конечно. ќна вышла на террасу, а €
осталс€ в гостиной и минут п€ть перелистывал ноты.
ѕотом и € вышел. ћы сто€ли р€дом в тени от
занавесок, а под ними были ступени, залитые лунным
светом. „ерез цветочные клумбы и по желтому песку
аллей т€нулись черные тени деревьев.
   - ћне тоже нужно уезжать завтра, - сказал €.
   -  онечно, если мужа нет дома, то вам нельз€
оставатьс€ здесь, - проговорила она насмешливо. -
¬оображаю, как бы вы были несчастны, если бы
влюбились в мен€! ¬от погодите, € когда-нибудь
возьму и брошусь вам на шею... ѕосмотрю, с каким
ужасом вы побежите от мен€. Ёто интересно.
   ≈е слова и бледное лицо были сердиты, но ее глаза
были полны самой нежной, страстной любви. я уже
смотрел на это прекрасное создание как на свою
собственность, и тут впервые € заметил, что у нее
золотистые брови, чудные брови, каких € раньше
никогда не видел. ћысль, что € сейчас могу
привлечь ее к себе, ласкать, касатьс€ ее
замечательных волос, представилась мне вдруг такою
чудовищною, что € засме€лс€ и закрыл глаза.
   - ќднако уже пора... —покойной ночи, - проговорила
она.
   - я не хочу спокойной ночи... - сказал €, сме€сь и
ид€ за ней в гостиную. - я прокл€ну эту ночь, если
она будет спокойной.
   ѕожима€ ей руку и провожа€ ее до двери, € видел по
ее лицу, что она понимает мен€ и рада, что € тоже
понимаю ее.
   я пошел к себе в комнату. Ќа столе у мен€ около
книг лежала фуражка ƒмитри€ ѕетровича, и это
напомнило мне о его дружбе. я вз€л трость и вышел
в сад. “ут уж подымалс€ туман, и около деревьев и
кустов, обнима€ их, бродили те самые высокие и
узкие привидени€, которых € видел давеча на реке.
 ак жаль, что € не мог с ними говорить!
   ¬ необыкновенно прозрачном воздухе отчетливо
выдел€лись каждый листок, кажда€ росинка - все это
улыбалось мне в тишине, спросонок, и, проход€ мимо
зеленых скамей, € вспоминал слова из какой-то
шекспировской пьесы: как сладко спит си€ние луны
здесь на скамье!
   ¬ саду была горка. я взошел на нее и сел. ћен€
томило очаровательное чувство. я знал наверное,
что сейчас буду обнимать, прижиматьс€ к ее
роскошному телу, целовать золотые брови, и мне
хотелось не верить этому, дразнить себ€, и было
жаль, что она мен€ так мало мучила и так скоро
сдалась.
   Ќо вот неожиданно послышались т€желые шаги. Ќа
аллее показалс€ мужчина среднего роста, и € тотчас
же узнал в нем —орок ћучеников. ќн сел на скамью и
глубоко вздохнул, потом три раза перекрестилс€ и
лег. „ерез минуту он встал и лег на другой бок.
 омары и ночна€ сырость мешали ему уснуть.
   - Ќу, жизнь! - проговорил он. - Ќесчастна€,
горька€ жизнь!
   √л€д€ на его тощее согнутое тело и слуша€ т€желые
вздохи, € вспомнил еще про одну несчастную,
горькую жизнь, котора€ сегодн€ исповедалась мне, и
мне стало жутко и страшно своего блаженного
состо€ни€. я спустилс€ с горки и пошел к дому.
   "∆изнь, по его мнению, страшна, - думал €, - так
не церемоньс€ же с нею, ломай ее и, пока она теб€
не задавила, бери все, что можно урвать от нее".
   Ќа террасе сто€ла ћари€ —ергеевна. я молча обн€л
ее и стал жадно целовать ее брови, виски, шею...
   ¬ моей комнате она говорила мне, что она любит
мен€ уже давно, больше года. ќна кл€лась мне в
любви, плакала, просила, чтобы € увез ее к себе. я
то и дело подводил ее к окну, чтобы посмотреть на
ее лицо при лунном свете, и она казалась мне
прекрасным сном, и € торопилс€ крепко обн€ть ее,
чтобы поверить в действительность. ƒавно уж € не
переживал таких восторгов... Ќо все-таки далеко,
где-то в глубине души, € чувствовал какую-то
неловкость, и мне было не по себе. ¬ ее любви ко
мне было что-то неудобное и т€гостное, как в
дружбе ƒмитри€ ѕетровича. Ёто была больша€,
серьезна€ любовь со слезами и кл€твами, а € хотел,
чтобы не было ничего серьезного - ни слез, ни
кл€тв, ни разговоров о будущем. ѕусть бы эта
лунна€ ночь промелькнула в нашей жизни светлым
метеором - и баста.
   –овно в три часа она вышла от мен€, и когда €,
сто€ в двер€х, смотрел ей вслед, в конце коридора
вдруг показалс€ ƒмитрий ѕетрович. ¬стрет€сь с ним,
она вздрогнула и дала ему дорогу, и во всей ее
фигуре было написано отвращение. ќн как-то странно
улыбнулс€, кашл€нул и вошел ко мне в комнату.
   - “ут € забыл вчера свою фуражку... - сказал он,
не гл€д€ на мен€.
   ќн нашел и обеими руками надел на голову фуражку,
потом посмотрел на мое смущенное лицо, на мои
туфли и проговорил не своим, а каким-то странным,
сиплым голосом:
   - ћне, веро€тно, на роду написано ничего не
понимать. ≈сли вы понимаете что-нибудь. то...
поздравл€ю вас. ” мен€ темно в глазах.
   » он вышел, покашлива€. ѕотом € видел в окно, как
он сам около конюшни запр€гал лошадей. –уки у него
дрожали, он торопилс€ и огл€дывалс€ на дом;
веро€тно, ему было страшно. «атем он сел в
тарантас и со странным выражением, точно бо€сь
погони, ударил по лошад€м.
   Ќемного погод€ уехал и € сам. ”же всходило солнце,
и вчерашний туман робко жалс€ к кустам и
пригоркам. Ќа козлах сидел —орок ћучеников, уже
успевший где-то выпить, и молол пь€ный вздор.
   - я человек вольный! - кричал он на лошадей. - Ёй
вы, малиновые! я потомственный почетный гражданин,
ежели желаете знать!
   —трах ƒмитри€ ѕетровича, который не выходил у мен€
из головы, сообщилс€ и мне. я думал о том, что
случилось, и ничего не понимал. я смотрел на
грачей, и мне было странно и страшно, что они
летают.
   - «ачем € это сделал? - спрашивал € себ€ в
недоумении и с отча€нием. - ѕочему это вышло
именно так, а не иначе?  ому и дл€ чего это нужно
было, чтоб она любила мен€ серьезно и чтоб он
€вилс€ в комнату за фуражкой? ѕри чем тут фуражка?
   ¬ тот же день € уехал в ѕетербург, и с ƒмитрием
ѕетровичем и его женой уж больше ни разу не
виделс€. √овор€т, что они продолжают жить вместе.

—”ѕ–”√ј
5 1
   - я просил вас не убирать у мен€ на столе, -
говорил Ќиколай ≈вграфыч. - ѕосле ваших уборок
никогда ничего не найдешь. √де телеграмма?  уда вы
ее бросили? »звольте искать. ќна из  азани,
помечена вчерашним числом.
   √орнична€, бледна€, очень тонка€, с равнодушным
лицом, нашла в корзине под столом несколько
телеграмм и молча подала их доктору, но все это
были городские телеграммы, от пациентов. ѕотом
искали в гостиной и в комнате ќльги ƒмитриевны.
   Ѕыл уже первый час ночи. Ќиколай ≈вграфыч знал,
что жена вернетс€ домой не скоро, по крайней мере
часов в п€ть. ќн не верил ей и, когда она долго не
возвращалась, не спал, томилс€ и в то же врем€
презирал и жену, и ее постель, и зеркало, и ее
бонбоньерки, и эти ландыши и гиацинты, которые
кто-то каждый день присылал ей и которые
распростран€ли по всему дому приторный запах
цветочной лавки. ¬ такие ночи он становилс€
мелочен, капризен, придирчив, и теперь ему
казалось, что ему очень нужна телеграмма,
полученна€ вчера от брата, хот€ эта телеграмма не
содержала в себе ничего, кроме поздравлени€ с
праздником.
   ¬ комнате у жены на столе, под коробкой с почтовой
бумагой, он нашел какую-то телеграмму и взгл€нул
на нее мельком. ќна была адресована на им€ тещи,
дл€ передачи ќльге ƒмитриевне, из ћонте- арло,подпись:
6 1
Michel... »з текста доктор не пон€л ни одного
слова, так как это был какой-то иностранный,
по-видимому, английский €зык.
   -  то этот ћишель? ѕочему из ћонте- арло? ѕочему
на им€ тещи??
   «а врем€ семилетней супружеской жизни он привык
подозревать, угадывать, разбиратьс€ в уликах, и
ему не раз приходило в голову, что благодар€ этой
домашней практике из него мог бы выйти теперь
отличный сыщик. ѕрид€ в кабинет и начавши
соображать, он тотчас же вспомнил, как года
полтора назад он был с женой в ѕетербурге и и
завтракал у  юба с одним своим школьным товарищем,
инженером путей сообщени€, и как этот инженер
представил ему и его жене молодого человека лет
двадцати двух - двадцати трех, которого звали
ћихаилом »ванычем; фамили€ была коротка€, немножко
странна€: –ис. —пуст€ два мес€ца доктор видел в
альбоме жены фотографию этого молодого человека с
надписью по-французски: "Ќа пам€ть о насто€щем и в
надежде на будущее"; потом он раза два встречал
его самого у своей тещи... » как раз это было то
врем€, когда жена стала часто отлучатьс€ и
возвращалась домой в четыре и п€ть часов утра и
все просила у него заграничного паспорта, а он
отказывал ей, и у них в доме по целым дн€м
происходила така€ война, что от прислуги было
совестно.
   ѕолгода назад товарищи-врачи решили, что у него
начинаетс€ чахотка, и посоветовали ему бросить все
и уехать в  рым. ”знавши об этом, ќльга ƒмитриевна
сделал вид, что это ее очень испугало; она стала
ласкатьс€ к мужу и все увер€ла, что в  рыму
холодно и скучно, а лучше бы в Ќиццу, и что она
поедет вместе и будет там ухаживать за ним, беречь
его, покоить...
   » теперь он понимал, почему жене так хочетс€
именно в Ќиццу: ее Michel живет в ћонте- арло.
   ќн вз€л английско-русский словарь и, перевод€
слова и угадыва€ их значение, мало-помалу составил
такую фразу: "ѕью здоровье моей дорогой возлюбленной,
тыс€чу раз целую маленькую ножку. Ќетерпеливо жду
приезда". ќн представил себе, какую бы смешную,
жалкую роль он играл, если бы согласилс€ поехать с
7 1
женой в Ќиццу, едва не заплакал от чувства обиды и
в сильном волнении стал ходить по всем комнатам. ¬
нем возмутилась его гордость, его плебейска€
брезгливость. —жима€ кулаки и морщась от
отвращени€, он спрашивал себ€, как это он, сын
деревенского попа, бурсак по воспитанию, пр€мой,
грубый человек, по профессии хирург - как это он
мог отдатьс€ в рабство, так позорно подчинить себ€
этому слабому, ничтожному, продажному, низкому
созданию?
   - ћаленька€ ножка! - бормотал он, комка€
телеграмму. - ћаленька€ ножка!
   ќт того времени, когда он влюбилс€ и сделал
предложение и потом жил семь лет, осталось
воспоминание только о длинных душистых волосах,
массе м€гких кружев и о маленькой ножке, в самом
деле очень маленькой и красивой; и теперь еще,
казалось, от прежних объ€тий сохранилось на руках
и лице ощущение шелка и кружев - и больше ничего.
Ќичего больше, если не считать истерик, визга,
попреков, угроз и лжи наглой, изменнической лжи...
ќн помнил, как у отца в деревне, бывало, со двора
в дом неча€нно влетала птица и начинала неистово
битьс€ о стекла и опрокидывать вещи, так и эта
женщина, из совершенно чуждой ему среды, влетела в
его жизнь и произвела в ней насто€щий разгром.
Ћучшие годы жизни протекли, как в аду, надежды на
счастье разбиты и осме€ны, здоровь€ нет, в
комнатах его пошла€ кокоточна€ обстановка, а из
дес€ти тыс€ч, которые он зарабатывает ежегодно, он
никак не соберетс€ послать своей матери-попадье
хот€ бы дес€ть рублей и уже должен по вексел€м
тыс€ч п€тнадцать.  азалось, если бы в его квартире
жила шайка разбойников, то и тогда бы жизнь его не
была так безнадежно, непоправимо разрушена, как
при этой женщине.
   ќн стал кашл€ть и задыхатьс€. Ќадо было бы лечь в
постель и согретьс€, но он не мог, а все ходил по
комнатам или садилс€ за стол, и нервно водил
карандашом по бумаге, и писал машинально:
   "ѕроба пера... ћаленька€ ножка..."
     п€ти часам он ослабел и уже обвин€л во всем
одного себ€, ему казалось теперь, что если бы ќльга
ƒмитриевна вышла за другого, который мог бы иметь
8 1
на нее доброе вли€ние, то - кто знает? - в конце
концов, быть может, она стала бы доброй, честной
женщиной; он же плохой психолог и не знает женской
души, к тому же неинтересен, груб...
   "ћне уже осталось немного жить, - думал он, - €
труп и не должен мешать живым. “еперь, в сущности,
было бы странно и глупо отстаивать какие-то свои
права. я объ€снюсь с ней; пуст она уходит к
любимому человеку... ƒам ей развод, приму вину на
себ€..."
   ќльга ƒмитриевна приехала наконец и, как была, в
белой ротонде, шапке и в калошах, вошла в кабинет
и упала в кресло.
   - ѕротивный, толстый мальчишка, - сказала она,
т€жело дыша, и всхлипнула. - Ёто даже нечестно,
это гадко. - ќна топнула ногой.
   - я не могу, не могу, не могу!
   - „то такое? - спросил Ќиколай ≈вграфыч, подход€ к
ней.
   - ћен€ провожал сейчас студент јзарбеков и потер€л
мою сумку, а в сумке п€тнадцать рублей. я у мамы
вз€ла.
   ќна плакала самым серьезным образом, как девочка,
и не только платок, но даже перчатки у нее были
мокры от слез.
   - „то ж делать! - вздохнул доктор. - ѕотер€л, так
и потер€л, ну и бог с ним. ”спокойс€, мне нужно
поговорить с тобой.
   - я не миллионерша, чтобы так манкировать
деньгами. ќн говорит, что отдаст, но € не верю, он
бедный...
   ћуж просил ее успокоитьс€ и выслушать его, а она
говорила все о студенте и о своих потер€нных
п€тнадцати рубл€х.
   - јх, € дам тебе завтра двадцать п€ть, только
замолчи пожалуйста! - сказал он с раздражением.
   - ћне надо переодетьс€! - заплакала она. - Ќе могу
же € серьезно говорить, если € в шубе!  ак странно!
   ќн сн€л с нее шубу и калоши и в это врем€ ощутил
запах белого вина, того самого, которым она любила
запивать устриц (несмотр€ на свою воздушность, она
очень много ела и много пила). ќна пошла к себе и
немного погод€ вернулась переодета€, напудренна€,
9 1
с заплаканными глазами, села и вс€ ушла в свой
легкий с кружевами капот, и в массе розовых волн
муж различал только ее распущенные волосы и
маленькую ножку в туфле.
   - “ы о чем хочешь говорить? - спросила она,
покачива€сь в кресле.
   - я неча€нно увидел вот это... - сказал доктор и
подал ей телеграмму.
   ќна прочла и пожала плечами.
   - „то ж? - сказала она, раскачива€сь сильнее. -
Ёто обыкновенное поздравление с Ќовым годом и
больше ничего. “ут нет секретов.
   - “ы рассчитываешь на то, что € не знаю
английского €зыка. ƒа, € не знаю, но у мен€ есть
словарь. Ёто телеграмма от –иса, он пьет здоровье
своей возлюбленной и тыс€чу раз целует теб€. Ќо
оставим, оставим это... - продолжал доктор
торопливо. - я вовсе не хочу упрекать теб€ или
делать сцену. ƒовольно уже было и сцен и попреков,
пора кончить... ¬от что € тебе хочу сказать: ты
свободна и можешь жить, как хочешь.
   ѕомолчали. ќна стала тихо плакать.
   - я освобождаю теб€ от необходимости притвор€тьс€
и лгать, - продолжал Ќиколай ≈вграфыч. - ≈сли
любишь этого молодого человека, то люби; если
хочешь ехать к нему за границу, поезжай. “ы
молода, здорова, а € уже калека, жить мне осталось
недолго. ќдним словом... ты мен€ понимаешь.
   ќн был взволнован и не мог продолжать. ќльга
ƒмитриевна, плача и голосом, каким говор€т, когда
жалеют себ€, созналась, что она любит –иса и
ездила с ним кататьс€ за город, бывала у него в
номере, и в самом деле ей очень хочетс€ теперь
поехать за границу.
   - ¬идишь, € ничего не скрываю, - сказала она со
вздохом. - ¬с€ душа мо€ нараспашку. » € оп€ть
умол€ю теб€, будь великодушен, дай мне паспорт!
   - ѕовтор€ю: ты свободна.
   ќна пересела на другое место, поближе к нему,
чтобы взгл€нуть на выражение его лица. ќна не
верила ему и хотела теперь пон€ть его тайные
мысли. ќна никогда никому не верила, и как бы
благородны ни были намерени€, она всегда
подозревала в них мелкие или
низменные побуждени€ и эгоистические цели. » когда
она пытливо засматривала ему в лицо, ему
показалось, что у нее в глазах, как у кошки,
блеснул зеленый огонек.
   -  огда же € получу паспорт? - спросила она тихо.
   ≈му вдруг захотелось сказать "никогда", но он
сдержал себ€ и сказал:
   -  огда хочешь.
   - я поеду только на мес€ц.
   - “ы поедешь к –ису навсегда. я дам тебе развод,
приму вину на себ€, и –ису можно будет женитьс€ на
тебе.
   - Ќо € вовсе не хочу развода! - живо сказала ќльга
ƒмитриевна, дела€ удивленное лицо. - я не прошу у
теб€ развода! ƒай мне паспорт, вот и все.
   - Ќо почему же ты не хочешь развода? - спросил он,
начина€ раздражатьс€. - “ы странна€ женщина.  ака€
ты странна€! ≈сли ты серьезно увлеклась и он тоже
любит теб€, то в вашем положении вы оба ничего не
придумаете лучше брака. » неужели ты еще станешь
выбирать между браком и адюльтером?
   - я понимаю вас, - сказала она, отход€ от него, и
лицо ее прин€ло злое, мстительное выражение. - я
отлично понимаю вас. я надоела вам, и вы просто
хотите избавитьс€ от мен€, нав€зать этот развод.
Ѕлагодарю вас, € не така€ дура, как вы думаете.
–азвода € не приму и от вас не уйду, не уйду, не
уйду! ¬о-первых, € не желаю тер€ть общественного
положени€, - продолжала она быстро, как бы бо€сь,
что ей помешают говорить, - во-вторых, мне уже
двадцать семь лет, а –ису двадцать три; через год
€ ему надоем, и он мен€ бросит. » в-третьих, если
хотите знать, € не ручаюсь, что это мое увлечение
может продолжатьс€ долго... ¬от вам! Ќе уйду € от
вас.
   - “ак € теб€ выгоню из дому! - крикнул Ќиколай
≈вграфыч и затопал ногами. - ¬ыгоню вон, низка€,
гнусна€ женщина!
   - ”видим-с! - сказала она и вышла.
   ”же давно рассвело во дворе, а доктор все сидел у
стола, водил карандашом по бумаге и писал
машинально:
   "ћилостивый государь... ћаленька€ ножка..."
   »ли же он ходил и останавливалс€ в гостиной перед
фотографией, сн€той семь лет тому назад, вскоре
после свадьбы, и долго смотрел на нее. Ёто была
семейна€ группа: тесть, теща, его жена ќльга
ƒмитриевна, когда ей было двадцать лет, и он сам в
качестве молодого, счастливого мужа. “есть,
бритый, пухлый, вод€ночный тайный советник, хитрый
и жадный до денег, теща - полна€ дама с мелкими и
хищными чертами, как у хорька, безумно люб€ща€
свою дочь и во всем помогающа€ ей; если бы дочь
душила человека, то мать не сказала бы ей ни слова
и только заслонила бы ее своим подолом. ” ќльги
ƒмитриевны тоже мелкие и хищные черты лица, но
более выразительные и смелые, чем у матери; это
уже не хорек, а зверь покрупнее! ј сам Ќиколай
≈вграфыч гл€дит на этой фотографии таким
простаком, добрым малым, человеком-рубахой;
добродушна€ семинарска€ улыбка расплылась по его
лицу, и он наивно верит, что эта компани€
хищников, в которую случайно втолкнула его
судьба,: даст ему и поэзию, и счастье, и все то, о
чем он мечтал, когда еще студентом пел песню: "Ќе
любить - погубить значит жизнь молодую..."
   » оп€ть с недоумением спрашивал себ€, как это он,
сын деревенского попа, по воспитанию - бурсак,
простой, грубый и пр€мой человек, мог так
беспомощно отдатьс€ в руки этого ничтожного,
лживого, пошлого, мелкого, по натуре совершенно
чуждого ему существа.
    огда в одиннадцать часов он надевал сюртук, чтобы
ехать в больницу, в кабинет вошла горнична€.
   - „то вам? - спросил он.
   - Ѕарын€ встали и прос€т двадцать п€ть рублей, что
вы давеча обещали.

—¬»–≈Ћ№
   –азморенный духотою еловой чащи, весь в  паутине
и в хвойных иглах, пробиралс€  с  ружьем  к  опушке
приказчик из ƒементьева хутора, ћелитон Ўишкин. ≈го
ƒамка - помесь дворн€ги с сеттером -  необыкновенно
худа€ и беременна€, поджима€ под себ€ мокрый хвост,
плелась за хоз€ином и вс€чески старалась  не  наколоть
себе носа. ”тро было нехорошее,  пасмурное.  —
деревьев, окутанных легким туманом, и с  папоротника
сыпались крупные брызги, лесна€ сырость  издава-
ла острый запах гнили.
   ¬переди, где кончалась чаща,  сто€ли  березы,  а
сквозь их стволы и ветви видна была туманна€  даль.
 то-то за березами играл на самоделковой, пастушеской
свирели. »грок брал не  более  п€ти-шести  нот,
лениво т€нул их, не стара€сь св€зать их в мотив, но
тем не менее в его писке слышалось что-то суровое и
чрезвычайно тоскливое.
    огда чаща поредела и елки уже мешались с  молодой
березой, ћелитон увидел стадо. —путанные  лошади,
коровы и овцы бродили между кустов и, потрескива€
сучь€ми, обнюхивали лесную  траву.  Ќа  опушке,
прислонившись к мокрой березке, сто€л  старик  пастух,
тощий, в рваной серм€ге и без шапки.  ќн  гл€дел
в землю, о чем-то думал  и  играл  на  свирели,
по-видимому, машинально.
   - «дравствуй, дед!  Ѕог  помощь!-  приветствовал
его ћелитон тонким, сиплым голоском,  который  совсем
не шел к его громадному росту и  большому,  м€систому
лицу.- ј ловко ты на  дудочке  дудишь!  „ье
стадо пасешь?
   - јртамоновское,- нехот€ ответил пастух и  сунул
свирель за пазуху.
   - —тало быть, и лес артамоновский?- спросил
ћелитон, огл€дыва€сь.- » впр€мь артамоновский,
скажи на милость... —овсем было заблудилс€. ¬сю
харю  себе в чепыге исцарапал.
   ќн сел на мокрую землю и стал лепить  из  газетной
бумаги папиросу.
   ѕодобно жиденькому голоску, все у этого человека
было мелко и не соответствовало его росту, ширине
и м€систому лицу: и улыбка, и глазки, и пуговки, и
картузик, едва державшийс€ на жирной стриженой
голове.  огда он говорил и улыбалс€, то в его
бритом, пухлом лице и во всей фигуре чувствовалось
что-то бабье, робкое и смиренное.
   - Ќу, погода, не дай бог!- сказал он и покрутил
головой.- Ћюди еще овса не убрали, а дождик словно
нан€лс€, бог с ним.
   ѕастух погл€дел на небо, откуда моросил дождь, на
лес, на мокрую одежду приказчика, подумал и ничего
не сказал.
   - ¬се лето такое было...- вздохнул ћелитон.- »
мужикам плохо, и господам никакого удовольстви€.
   ѕастух еще раз погл€дел на небо, подумал и сказал
с расстановкой, точно разжевыва€ каждое слово:
   - ¬се к одному клонитс€... ƒобра не жди.
   -  ак у вас тут?- спросил ћелитон, закурива€.- Ќе
видал в јртамоновской сечи тетеревиных выводков?
   ѕастух ответил не сразу. ќн оп€ть погл€дел на небо
и в стороны, подумал, поморгал глазами...
ѕо-видимому, своим словам придавал он не малое
значение и, чтобы усугубить им цену, старалс€
произносить их враст€жку, с некоторою
торжественностью. ¬ыражение
лица его было старчески острое, степенное и,
оттого, что нос перехвачен поперек седлообразной
выемкой и ноздри гл€дели кверху, казалось хитрым и
насмешливым.
   - Ќет, кажись, не видал,- ответил он.- Ќаш
охотник, ≈ремка, сказывал, будто на »льин день
согнал около ѕустошь€ один выводок, да, должно,
брешет. ћало птицы.
   - ƒа, брат, мало... ¬езде мало! ќхота, ежели
здравомысленно рассудить, ничтожна€ и несто€ща€.
ƒичи совсем нет, а котора€ есть, так об ту сейчас
нечего и рук марать - не выросла еще! “ака€ еще
мелочь, что гл€деть совестно.
   ћелитон усмехнулс€ и махнул рукой.
   - “акое делаетс€ на этом свете, что просто смех,
да и только! ѕтица нынче стала несообразна€,
поздно на €йца садитс€, и есть такие, которые еще
на ѕетров день с €иц не вставали. ≈й-богу!
   - ¬се к одному клонитс€,- сказал пастух, поднима€
вверх лицо.- Ћетошний год мало дичи было, в этом
году еще меньше, а лет через п€ть, почитай, ее
вовсе не будет. я так примечаю, что скоро не то
что дичи, а никакой птицы не останетс€.
   - ƒа,- согласилс€ ћелитон, подумав.- Ёто верно.
   ѕастух горько усмехнулс€ и покачал головой.
   - ”дивление!- сказал он.- » куда оно все девалось?
Ћет двадцать назад, помню, тут и гуси были, и
журавли, и утки, и тетерева - туча тучей! Ѕывало,
съедутс€ господа на охоту, так только и слышишь:
пу-пу-пу! пу-пу-пу! ƒупел€м, бекасам да кроншпил€м
переводу не было, а мелкие чир€та да кулики все
равно, как скворцы или, скажем, воробцы -
видимо-невидимо! » куда оно все девалось! ƒаже
злой птицы не видать. ѕошли прахом и орлы, и
соколы, и филины... ћеньше стало и вс€кого зверь€.
Ќынче, брат, волк и лисица в диковинку, а не то
что медведь или норка. ј ведь прежде даже лоси
были! Ћет сорок € примечаю из года в год божьи
дела и так понимаю, что все к одному клонитс€.
   -   чему?
   -   худу, пар€. Ќадо думать, к гибели... ѕришла
пора божьему миру погибать.
   —тарик надел картуз и стал гл€деть на небо.
   - ∆алко!- вздохнул он после некоторого молчани€.-
», боже, как жалко! ќно, конечно, божь€ вол€, не
нами мир сотворен, а все-таки, братушка, жалко.
≈жели одно дерево высохнет или, скажем, одна
корова падет, и то жалость берет, а каково, добрый
человек, гл€деть, коли весь мир идет прахом?
—колько добра, господи »исусе! » солнце, и небо, и
леса, и реки, и твари - все ведь это сотворено,
приспособлено, друг к дружке прилажено. ¬с€кое до
дела доведено и свое место знает. » всему этому
пропадать надо!
   Ќа лице пастуха вспыхнула грустна€ улыбка, и веки
его заморгали.
   - “ы говоришь - миру погибель...- сказал ћелитон,
дума€.- ћожет, и скоро конец света, а только
нельз€ по птице суд€. Ёто навр€д, чтобы птица
могла обозначать.
   - Ќе одни птицы,- сказал пастух.- » звери тоже, и
скотина, и пчелы, и рыба... ћне не веришь, спроси
стариков; каждый тебе скажет, что рыба теперь
совсем не та, что была. » в мор€х, и в озерах, и в
реках рыбы из года в год все меньше и меньше. ¬
нашей ѕесчанке, помню, щука в аршин ловилась, и
налимы водились; и €зь, и лещ, и у каждой рыбины
видимость была, а нынче ежели и поймал щуренка или
окунька в четверть, то благодари бога. ƒаже ерша
насто€щего нет. — каждым годом все хуже и хуже, а
погоди немного, так и совсем рыбы не будет. ј
вз€ть тапер€ реки... –еки-то небось сохнут!
   - Ёто верно, что сохнут.
   - “о-то вот и есть. — каждым годом все мельче и
мельче, и уж, братушка, нет тех омутов, что были.
Ёвона, видишь кусты?- спросил старик, указыва€ в
сторону.- «а ними старое русло, заводиной
называетс€: при отце моем там ѕесчанка текла, а
тапер€ погл€ди, куда ее нечистые занесли! ћен€ет
русло и, гл€ди, домен€етс€ до той поры, покеда
совсем высохнет. «а  ургасовым болота и пруда
были, а нынче где
они? ј куда ручьи девались? ” нас вот в этом самом
лесу ручей тек, и такой ручей, что мужики в нем
верши ставили и щук ловили, дика€ утка около него
зимовала, а нынче в нем и в половодье не бывает
путевой воды. ƒа, брат, куда ни взгл€нь, везде
худо. ¬езде!
   Ќаступило молчание. ћелитон задумалс€ и уставил
глаза в одну точку. ≈му хотело вспомнить хоть одно
место в природе, которого еще не коснулась
всеохватывающа€ гибель. ѕо туману и косым дождевым
полосам, как по матовым стеклам, заскользили
светлые п€тна, но тотчас же угасли - это
восходившее солнце старалось пробитьс€ сквозь
облака и взгл€нуть на землю.
   - ƒа и леса тоже...- пробормотал ћелитон.
   - » леса тоже...- повторил пастух.- » руб€т их, и
гор€т они, и сохнут, а новое не растет. „то и
вырастет, то сейчас его руб€т; сегодн€ взошло, а
завтра, гл€ди, и срубили люди - так без
конца-краю, покеда ничего не останетс€. я, добрый
человек, с самой воли хожу с обчественным стадом,
до воли тоже был у господ в пастухах, пас на этом
самом месте и, покеда живу, не помню того летнего
дн€, чтобы мен€ тут не было. » все врем€ € божьи
дела примечаю. ѕригл€делс€ €, брат, за свой век и
так теперь понимаю, что вс€ка€ растени€ на убыль
пошла. –ожь ли вз€ть, овощ ли, цветик ли какой,
все к одному клонитс€.
   - «ато народ лучше стал,- заметил приказчик.
   - „ем это лучше?
   - ”мней.
- ”мней-то умней, это верно, пар€, да что с того
толку? Ќа кой прах люд€м ум перед погибелью-то?
ѕропадать и без вс€кого ума можно.   чему охотнику
ум, коли дичи нет? я так рассуждаю, что бог
человеку ум дал, а силу вз€л. —лаб народ стал, до
чрезвычайности слаб.   примеру мен€ вз€ть... √рош
мне цена, во всей деревне € самый последний мужик,
а все-таки, пар€, сила есть. “ы вот гл€ди, мне
седьмой дес€ток, а € день-деньской пасу, да еще
ночное стерегу за двугривенный и спать не сплю, и
не з€бну; сын мой умней мен€, а поставь его
заместо мен€, так он завтра же
прибавки запросит или лечитьс€ пойдет. “ак-тось.
я, акроме хлебушка, ничего не потребл€ю, потому
хлеб наш насущный даждь нам днесь, и отец мой,
акроме хлеба, ничего не ел, и дед, а нынешнему
мужику и чаю давай, и водки, и булки, и чтобы
спать ему от зари до зари, и лечитьс€, и вс€кое
баловство. ј почему? —лаб стал, силы в нем нет
вытерпеть. ќн и рад бы не спать, да глаза липнут -
ничего не поделаешь.
   - Ёто верно,- согласилс€ ћелитон.- Ќасто€щий нынче
мужик.
   - Ќечего греха таить, плошаем из года в год. ≈жели
теперича в рассуждении господ, то те пуще мужика
ослабли. Ќынешний барин все превзошел, такое
знает, чего бы и знать не надо, а что толку?
ѕогл€деть на него, так жалость берет... ’уденький,
мозгл€венький, словно венгерец какой или француз,
ни важности в нем, ни вида - одно только звание,
что барин. Ќет у него, сердешного, ни места, ни
дела, и не разберешь, что ему надо. јли оно с
удочкой сидит и рыбку ловит, али оно лежит вверх
пузом и книжку читает, али промеж мужиков топчетс€
и разные слова говорит, а которое голодное, то в
писар€ нанимаетс€. “ак и живет пуст€ком, и нет
того в уме, чтобы себ€ к насто€щему делу
приспособить. ѕрежние баре наполовину генералы
были, а нынешние - сплошной мездрюшка!
   - ќбедн€ли сильно,- сказал ћелитон.
   - ѕотому и обедн€ли, что бог силу отн€л. —упротив
бога-то не пойдешь.
   ћелитон оп€ть уставилс€ в одну точку. ѕодумав
немного, он вздохнул, как вздыхают степенные,
рассудительные люди, покачал головой и сказал:
   - ј все отчего? √решим много, бога забыли... и
такое, значит, врем€ подошло, чтобы всему конец. »
то сказать, не век же миру вековать - пора и честь
знать.
   ѕастух вздохнул и, как бы жела€ прекратить
непри€тный разговор, отошел от березы и стал
считать глазами коров.
   - √е-ге-гей!- крикнул он.- √е-ге-гей! ј чтоб вас,
нет на вас переводу! «анесла в чепыгу нечиста€
сила! “ю-лю-лю!
   ќн сделал сердитое лицо и пошел к кустам собирать
стадо. ћелитон подн€лс€ и тихо побрел по опушке.
он гл€дел себе под ноги и думал; ему все еще
хотелось вспомнить хоть что-нибудь, чего еще не
коснулась бы смерть. ѕо косым дождевым полосам
оп€ть поползли светлые п€тна; они прыгнули на
верхушки леса и угасли в мокрой листве. ƒамка
нашла под кустом ежа и, жела€ обратить на него
внимание хоз€ина, подн€ла воющий лай.
   - Ѕыло у вас затмение аль нет?- крикнул из-за
кустов пастух.
   - Ѕыло!- ответил ћелитон.
   - “ак. ¬езде народ жалуетс€, что было. «начит,
братушка, и в небе непор€док-то! Ќедаром оно...
√е-ге-гей! гей!
   —огнав стадо на опушку, пастух прислонилс€ к
березе, погл€дел на небо, не спеша вытащил из-за
пазухи свирель и заиграл. ѕо-прежнему играл он
машинально и брал не больше п€ти-шести нот; как
будто свирель попала ему в руки только первый раз,
звуки вылетали из нее нерешительно, в беспор€дке,
не слива€сь в мотив, но ћелитону, думавшему о
погибели мира, слышалось в игре что-то очень
тоскливое и противное, чего бы он охотно не
слушал. —амые высокие пискливые ноты, которые
дрожали и обрывались, казалось, неутешно плакали,
точно свирель была больна и испугана, а самые
нижние ноты почему-то напоминали туман, унылые
деревь€, серое небо. “ака€ музыка казалась к лицу
и погоде, и старику, и его речам.
   ћелитону захотелось жаловатьс€. ќн подошел к
старику и, гл€д€ на его грустное, насмешливое лицо
и на свирель, забормотал:
   - » жить хуже стало, дед. —овсем невмоготу жить.
Ќеурожаи, бедность... падежи то и дело, болезни...
ќдолела нужда.
   ѕухлое лицо приказчика побагровело и прин€ло
тоскующее, бабье выражение. он пошевелил пальцами,
как бы ища слов, чтобы передать свое
неопределенное чувство, и продолжал:
   - ¬осемь человек детей, жена... и мать еще жива€,
а жаловань€ всего-навсего дес€ть рублей в мес€ц на
своих харчах. ќт бедности жена осатанела... сам €
запоем. „еловек € рассудительный, степенный,
образование имею. ћне бы дома сидеть, в
спокойствии, а € целый день, как собака, с ружьем,
потому нет никакой моей возможности: опротивел дом!
   „увству€, что €зык бормочет вовсе не то, что
хотелось бы высказать, приказчик махнул рукой и
сказал с горечью:
   -  оли погибать миру, так уж скорей бы! Ќечего
канитель и людей попусту мучить...
   —тарик отн€л от губ свирель и, прищурив один глаз,
погл€дел в ее малое отверстие. Ћицо его было
грустное и, как слезами, покрыто крупными
брызгами. ќн улыбнулс€ и сказал:
   - ∆алко, братушка! », боже, как жалко! «емл€, лес,
небо... тварь вс€ка€ - все ведь это сотворено,
приспособлено, во всем умственность есть.
ѕропадает все ни за грош. ј пуще всего людей жалко.
   ¬ лесу, приближа€сь к опушке, зашумел крупный
дождь. ћелитон погл€дел в сторону шума,
застегнулс€ на все пуговицы и сказал:
   - ѕойду на деревню. ѕрощай, дед. “еб€ как звать?
   - Ћука Ѕедный.
   - Ќу, прощай, Ћука! —пасибо на добром слове.
ƒамка, иси!
   ѕростившись с пастухом, ћелитон поплелс€ по
опушке, а потом вниз по лугу, который постепенно
переходил в болото. ѕод ногами всхлипывала вода, и
ржава€ осока, все еще зелена€ и сочна€, склон€лась
к земле, как бы бо€сь, что ее затопчут ногами. «а
болотом на берегу ѕесчанки, о которой говорил дед,
сто€ли ивы, а за ивами в тумане синела господска€
рига. „увствовалась близость того несчастного,
ничем не предотвратимого времени, когда пол€
станов€тс€ темны, земл€ гр€зна и холодна, когда
плакуча€ ива кажетс€ еще печальнее и по стволу ее
ползут слезы, и лишь одни журавли уход€т от общей
беды, да и те, точно бо€сь оскорбить унылую
природу выражением
своего счасть€, оглашают поднебесье грустной,
тоскливой песней.
   ћелитон плелс€ к реке и слушал, как позади него
мало-помалу замирали звуки свирели. ≈му все еще
хотелось жаловатьс€. ѕечально погл€дывал он по
сторонам, и ему становилось невыносимо жаль и
небо, и землю, и солнце, и лес, и свою ƒамку, а
когда сама€ высока€ нотка свирели пронеслось
прот€жно в воздухе и задрожала, как голос
плачущего человека, ему стало чрезвычайно горько и
обидно на непор€док, который замечалс€ в природе.
   ¬ысока€ нотка задрожала, оборвалась, и свирель
смолкла.

“≈ћЌќё Ќќ„№ё
   Ќи луны, ни звезд... Ќи контуров, ни силуэтов,
ни одной мало-мальски светлой точки... ¬се утонуло
в сплошном, непроницаемом мраке. √л€дишь, гл€дишь
и ничего не видишь, точно тебе глаза выкололи... ƒождь
жарит, как из ведра... √р€зь страшна€...
   ѕо проселочной дороге плететс€ пара почтовых кл€ч.
¬ таратайке сидит мужчина в шинели инженера-путейца.
–€дом с ним его жена. ќба промокли. ямщик
пь€н как стелька.  оренной хромает, фыркает, вздрагивает
и плететс€ еле-еле... ѕуглива€ прист€жна€
то и дело спотыкаетс€, останавливаетс€ и бросаетс€ в сторону.
ƒорога ужасна€... „то ни шаг, то колдобина,
бугор, размытый мостик. Ќалево воет волк; направо,
говор€т, овраг.
   - Ќе сбились ли мы с дороги? - вздыхает инженерша. -
”жасна€ дорога! Ќе вывороти нас!
   - «ачем выворачивать? Ёэ...т!  ака€ мне  надомность
вас вывоачивать? Ёх, по... подла€! ƒрожи!
ћи... ла€!
   - ћы, кажетс€, сбились с дороги, - говорит инженер.
-  уда ты везешь, дь€вол? Ќе видишь, что ли?
–азве это дорога?
   - —тало быть, дорога!..
   - √рунт не тот, пь€на€ морда! —ворачивай! ѕоворачивай
вправо! Ќу, погон€й! √де кнут?
   - ѕо... потер€л, ваше высоко...
   - ”бью, коли что... ѕомни! ѕогон€й, подлец! —той,
куда едешь? –азве там дорога?
   Ћошади останавливаютс€. »нженер вскакивает, нависает
на €мщицкие плечи, нат€гивает вожжи и т€нет
за правую.  оренной шлепает по гр€зи, круто поворачивает
и вдруг, ни с того ни с сего, начинает как-то
странно барахтатьс€... ямщик сваливаетс€ и исчезает,
прист€жна€ цепл€етс€ за какой-то утес, и инженер чувствует,
что таратайка вместе с пассажирами летит куда-то
к черту...
........
   ќвраг не глубок. »нженер поднимаетс€, берет в
охапку жену и выкарабкиваетс€ наверх. Ќаверху, на
краю оврага, сидит €мщик и стонет. ѕутеец подскакивает
к нему и, подн€в вверх кулаки, готов растерзать,
уничтожить, раздавить...
   - ”бью, ррразбойник! - кричит он.
    улак размахнулс€ и уже на половине дороги к €мщицкой
физии... ≈ще секунда и...
   - ћиша, вспомни  укуевку! - говорит жена.
   ћиша вздрагивает и его грозный кулак останавливаетс€
на полпути. ямщик спасен.

“џ » ¬џ
—ценка
   —едьмой час утра. кандидат на судебные должности
ѕопиков, исправл€ющий должность судебного
следовател€ в посаде N., спит сладким сном человека,
получающего разъездные, квартирные и жалованье.
 ровати он не успел завести себе, а потому спит на
справках о судимости. “ишина, ƒаже за окнами нет
звуков. Ќо вот в сен€х за дверью начинает что-то
скрести и шуршать, точно свинь€ вошла в сени и
чешетс€ боком о кос€к. Ќемного погод€ дверь с
жалобным писком отвор€етс€ и оп€ть закрываетс€.
ћинуты через три дверь вновь открываетс€ и с таким
страдальческим писком, что ѕопиков вздрагивает и
открывает глаза.
   -  то там?- спрашивает он, встревоженно гл€д€ на
дверь.
   ¬ двер€х показываетс€ паукообразное тело -
больша€ мохната€ голова с нависшими бров€ми и с
густой растрепанной бородой.
   - “ут господин следователев живет, что ли?-
хрипит голова.
   - “ут. „его тебе нужно?
   - ѕоди, скажи ему, что »ван ‘иларетов пришел. Ќас
сюда повестками вызывали.
   - «ачем же ты так рано пришел? я теб€ к
одиннадцати часам вызывал!
   - ј тепер€ сколько?
   - “еперь еще и семи нет.
   - √м... » семи еще нет... ” нас, вашескородие,
нет часов... —тало быть, ты будешь следователь?
   - ƒа, €... Ќу, ступай отсюда, погоди там... я еще
сплю...
   - —пи, спи... я погожу. ѕогодить можно.
   √олова ‘иларетова скрываетс€. ѕопиков
поворачиваетс€ на другой бок, закрывает глаза, но
сон уж больше не возвращаетс€ к нему. ѕовал€вшись
еще с полчаса, он с чувством пот€гиваетс€ и
выкуривает папиросу, потом медленно, чтобы раст€нуть
врем€, один за другим выпивает три стакана молока...
   - –азбудил, каналь€!- ворчит он.- Ќужно будет
сказать хоз€йке, чтобы запирала на ночь дверь.- Ќу,
что € буду делать спозоранку? „ерт его подери...
ƒопрошу его сейчас, потом не нужно будет допрашивать.
   ѕопиков сует ноги в туфли, накидывает поверх
нижнего бель€ крылатку и, зева€ до боли в скулах,
садитс€ за стол.
   - ѕоди сюда!- кричит он.
   ƒверь снова пищит, и на пороге показываетс€ »ван
‘иларетов. ѕопиков раскрывает перед собой "ƒело по
обвинению запасного р€дового јлексе€ јлексеева
ƒрыхунова в ист€зании жены своей ћарфы јндреевой",
берет перо и начинает быстро, судейским, разгонистым
почерком, писать протокол допроса.
   - ѕодойди поближе,- говорит он, треща по бумаге
пером.- ќтвечай на вопросы... “ы »ван ‘иларетов,
кресть€нин села ƒунькина, ѕустыревской волости,
сорока двух лет?
   - “очно так...
   - „ем занимаешьс€?
   - ћы пастухи... ћирской скот пасем...
   - ѕод судом был?
   - “очно так, бал...
   - «а что и когда?
   - ѕеред св€той из нашей волости троих в прис€жные
заседатели вызывали...
    - Ёто не значит быть под судом...
    -ј кто его знает! ѕочитай, п€ть суток продержали...
   —ледователь запахиваетс€ в крылатку и, понизив
тон, говорит:
   - ¬ы вызваны в качестве свидетел€ по делу об
ист€зании запасным р€довым јлексеем ƒрыхуновым своей
жены. ѕредупреждаю вас, что вы должны говорить одну
только сущую правду и что все, сказанное здесь, вы
должны будете подтвердить на суде прис€гой. Ќу, что
вы знаете по этому делу?
   - ѕрогоны бы получить, вашескородие,- бормочет
‘иларетов,- двадцать три версты проехал, а лошадь
чужа€, вашескородие, заплатить нужно...
   - ѕосле поговоришь о прогонах.
   - «ачем после? ћне сказывали, что прогоны надо
требовать в суде, а то потом не получишь.
   - Ќекогда мне с тобой о прогонах разговаривать!-
сердитс€ следователь.- –ассказывай, как было?  ак
ƒрыхунов ист€зал свою жену?
   - „то же мне тебе рассказывать?- вздыхает
‘иларетов, мига€ нависшими бров€ми.- ќчень просто,
драка была!.. √оню € это, стало быть, коров к
водопою, а тут по реке чьи-то утки плывут...
√осподские оне или мужицкие, ’ристос их знает,
только это, значит, √ришка-подпасок берет камень и
давай швыр€ть... "«ачем, спрашиваю, швыр€ешь?
”бьешь, говорю... ѕопадешь в какую ни на есть утку,
ну и убьешь..."
   ‘иларетов вздыхает и поднимает глаза к потолку.
   -„еловека и то убить можно, а утка тварь слаба€,
ее и щепкой зашибить можно... я говорю, а √ришутка
не слушаетс€... »звестно, дите молодое, рассудка -
ни боже мой... „то ж ты, говорю, не слушаешьс€? ”ши,
говорю, оттреплю! ƒурак!"
   - Ёто к делу не относитс€,- говорит следователь.-
–ассказывайте только то, что дела касаетс€...
   -—лушаю... “олько что, это самое, норовил € его
за ухи схватить, как откуда ни возьмись ƒрыхунов...
»дет по бережку с фабричными реб€тами и руками
размахивает. –ожа пухла€, красна€, глазищи наружу
лба выперло, а сам так и качаетс€... ¬ыпивши, чтоб
его разодрало! Ћюди еще из обедни не вышли, а он уже
набарабанилс€ и черта потешает. ”видал он, как €
мальчишку за ухо хватаю, и давай кричать: "Ќе
смей, говорит, христианскую душу за ухи трепать! ј
то, говорит, влетит!" ј € ему честно и благородно...
по-божески. "ѕроходи, говорю, мимо, пь€ница этака€".
ќн осерчал, подходит и со всего размаху,
вашескородие, трах мен€ по затылку!.. «а что? ѕо
какому случаю? " акой ты такой, спрашиваю, мировой
судь€, что имеешь полную праву мен€ бить?" ј он и
говорит: "Ќу, ну, говорит, ¬анюха, не обижайс€, это
€ теб€ по дружбе, дл€ смеху. Ќа мен€, говорит, нынче
такое просветление нашло... я, говорит, так об себе
понимаю, что € самый лучший человек есть... €,
говорит, двадцать рублев жаловань€ на фабрике
получаю, и нет надо мной, акроме директора, никакого
старшова... ѕлевать, говорит, желаю на всех прочих!
» сколько, говорит, нынче много разного народу
перебито, так это видимо-невидимо! ѕойдем, говорит,
выпьем!"- "Ќе желаю, говорю, с тобой пить... Ћюди
еще из обедни не вышли, а ты - пить!" ј тут, которые
прочие реб€та, что с ним были, обступили мен€,
словно собаки, и т€нут: "ѕойдем да пойдем!" Ќе было
никакой моей возможности супротив всех идтить,
вашескородие. Ќе хотел пить, а потом, чтоб их
ободрало!
   -  уда же вы пошли?
   - ” нас одно место!- вздыхает ‘иларетов.- ѕошли мы
на посто€лый двор к јбраму ћойсеичу. “уда вс€кий раз
ходим. ћесто такое каторжное, чтоб ему пусто! „ай,
сам знаешь...  ак поедешь по большой дороге в
ƒунькино, то вправе будет именье барина —еверина
‘ранцыча, а еще правее ѕлахтово, а промеж них и
будет посто€лый двор. „ай, знаешь —еверина ‘ранцыча?
   - Ќужно говорить вы... Ќельз€ тыкать! ≈сли €
говорю тебе... вам вы, то вы и подавно должны быть
вежливым!
   - ќно конечно, вышескородие! Ќешто мы не
понимаем? Ќо ты слушай, что дальше... ѕриходим это к
јбрамке... "Ќаливай, говорит, за мои деньги!"
    -  то говорит?
    - ƒа этот самый... ƒрыхунов то есть! "Ќаливай,
кричит, такой-с€кой, а то бочке дно вышибу! Ќа мен€,
говорит, просветление нашло!" ¬ыпили мы по стаканчику,
потом малость погодили и еще выпили, да этаким
манером в час времени стаканов, дай бог пам€ть, по
восьми слопали! ћне что? я пью, мне и гор€ мало: не
мои деньги! ’оть тыщу стаканов подноси! я,
вашескородие, нисколько не виноват! »звольте јбрама
ћоисеича допросить.
   - „то же потом было?
   - Ќичего потом не было. ѕока пили, это верно,
была драка, а потом все благородно и по совести.
   -  то же дралс€?
   - »звестно кто... "Ќа мен€, кричит, просветление
нашло!"  ричит и норовит кого ни на есть по шее
ударить. ¬ азарт вошел. » мен€ бил, и јбрамку, и
реб€т... ѕоднесет стаканчик, даст тебе выпить и
вдарит что есть силы. "ѕей, говорит, и знай мою
силу! ѕлевать на всех прочих!"
   - ј жену свою он бил?
   - ћарфу-то? » ћарфе досталось... ¬ самый раз, как
это мы, стало быть, стали в кураж входить, приходит
в кабак ћарфа. "—тупай, говорит, домой, брат —тепан
приехал! Ѕудет, говорит, тебе, разбойник, водку
пить!" ј он, не говор€ худого слова, трах поперек
ейной спины!
   - «а что же?
   - ј так, здорово живешь... "ѕущай, говорит,
чувствует... я, говорит, двадцать рублев получаю". ј
она баба слаба€, тоща€, так и перекрутнулась, даже
глаза подкатила. —тала она нам на свое горе жалитьс€
и бога призывать, а он оп€ть... ”чил-учил, и конца
тому ученью не было!
   - ќтчего же вы не заступились? ќбезумевший от
водки человек убивает женщину, а вы не обращаете
внимани€!
   - ј кака€ вам надобность вступатьс€? ≈го жена, он
и учит... ƒвое дерутс€, третий не мешайс€... јбрамка
стал было его унимать, чтоб в кабаке не безобразил,
а он јбрамку по уху. јбрамкин работник его... ј он
схватил его, подн€л и оземь... “огда тот сел на него
верхом и давай в спину барабанить... ћы его из-под
него за ноги вытащили.
   -  ого его?
   - »звестно кого... Ќа ком верхом сидел...
   -  то?
   - ƒа этот самый, про кого сказываю.
   - “ьфу! √овори, дурак, толком! ќтвечай ты мне на
вопросы, а не болай зр€!
   - я тебе, вашескородие, толком говорю... все, как
есть, по совести. ƒрыхунов учил бабу, это верно...
’оть под прис€гой.
   —ледователь слушает, выбирает кое-что из длинной
и несв€зной речи ‘иларетова и трещит пером... то и
дело приходитс€ зачеркивать.
   - ј € нисколько не виноват...- бормочет
‘иларетов.- —проси, вашескородие, кого угодно. »
баба того не стоит, чтоб из-за ней по судам ездить.
   ѕо прочтении протокола свидетель минуту тупо
гл€дит на следовател€ и вздыхает.
   - √оре с этими бабами!- хрипит он.- ѕрогоны,
вашескородие, сам заплатишь или записочку дашь?

“–»‘ќЌ
   ” √ригори€ —еменовича ўеглова заломило в по€снице.
ќн проснулс€ и заворочалс€ в постели.
   - Ќастюша! - зашептал он, - возьми-ка, мать,
спиртику и натри-ка мне спинозу!
   ќтвета не последовало. ўеглов зашарил около себ€
руками и не нашел никого. ѕостель, если не считать
самого ўеглова, была пуста.
   "√де же она?" - подумал он. - Ќаст€! Ќастенька!
   » на этот раз не последовало ответа. ѕослышалось
только стучанье сторожа в колотушку да треск
тухнувшей лампадки. ўеглов, предчувству€ недоброе,
вытер на лбу холодный пот и вскочил с постели.
Ѕыло три часа ночи - врем€, в которое Ќаст€ спала
обыкновенно крепким сном ребенка. Ќе спать могли
заставить ее только особенные причины. ўеглов
быстро оделс€ и вышел во двор.
   Ћуна, полна€ и солидна€, как генеральска€
экономка, плыла по небу и заливала своим хорошим
светом небо, двор с бесконечными постройками, сад,
темневший по обе стороны дома. —вет м€гкий, ровный,
ласкающий... Ќа земле и на деревь€х не было ни одного
зеленого листка, сад гл€дел черно и сурово, но во
всем чувствовалс€ конец марта, начало весны.
ўеглов окинул глазами двор. Ќа большом пространстве
не было видно никого, кроме теленка, который,
запутавши одну ногу в веревку, неистово прыгал.
ўеглов пошел в сад. “ам было тихо, светло. ќт
темных кустов ве€ло сырьем, как из погреба.
   "ј вдруг она в деревню ушла! - думал √ригорий
—еменыч, дрожа от беспокойства и холода. - ≈жели
ее в беседке нет, то придетс€ в деревню посылать".
   ўеглов знал за Ќастей две слабости: она часто с
тоски уходила от него к родным в деревню и имела
также привычку уходить ночью в беседку, где сидела
в темноте и пела грустные песни.
   "я старый, др€хлый... - думал √ригорий —еменыч. -
≈й не сахар со мной..."
   ѕодойд€ к беседке, он услышал женский голос. Ќо
этот голос не пел, а говорил... √оворил он что-то
быстро, не останавлива€сь, без запинки, словно
жаловалс€...
   - Ѕрось ты этого старого черта! - перебил женскую
речь грубый мужской голос. - —делай милость! ¬
шелку только ходишь да с тарелки хрустальной ешь,
а оно, того, дура, не понимаешь, грех ведь
выходит... Ёххх... Ўалишь, Ќастюха! Ѕить бы теб€,
да некому!
   - Ѕеспон€тный ты, “риша!  оли б одна голова, ушла
бы € от него за сто верст, а то ведь... т€тька,
вон, избу строить хочет... да брат на службе.
“абаку послать или что...
   ѕослышались всхлипывань€, затем поцелуи. ѕо спине
ўеглова от затылка до п€ток побежал мороз. ¬
мужчине узнал он своего объездчика “рифона.
   " оторую € из гр€зи вытащил, к себе приблизил и,
можно сказать, облагодетельствовал, -ужаснулс€ он,
- заместо как бы жены, и вдруг - с “ришкой, с
хамом! ј? ¬ шелку водил, с собой за один стол, как
барыню, а она... с “ришкой!"
   ” старика от гнева и с гор€ подогнулись колени. ќн
послушал еще немного и, больной, ошеломленный,
поплелс€ к себе в дом.
   "ј мне наплевать! - думал он, ложась в постель. -
ќна воображает, может быть, что € без нее жить не
могу! Ќу, нет... «автра же выгоню. ѕусть себе там
со своими мужиками м€кину жует. ј “ришку-подлеца...
чтоб и духу не было! ”тром же расчет..."
   ќн укрылс€ оде€лом и стал думать. ƒумы были
мучительные, скверные, а когда воротилась из сада
Ќаст€ и, как ни в чем ни бывало, улеглась спать,
его от мыслей бросило в лихорадку.
   "«автра же его прогоню... ¬прочем, нет... не
прогоню... ≈го прогонишь, а он на другое место - и
ничего себе, словно и не виноват... ≈го бы
наказать, чтоб всю жизнь помнил... ¬ыпороть бы,
как прежде... –азложить бы в конюшне и этак... в
дес€ть рук, семо и овамо... “ы его порешь, а он
просит и молит, а ты стоишь около и только руки
потираешь: "“ак его! шибче! шибче!"≈е около
поставить и смотреть, как у ней на лице: - Ќу что,
матушка? јаа... то-то!"
   ”тром Ќаст€, по обыкновению, разливала чай. ќн
сидел и наблюдал за ней. Ћицо ее было покойно,
глаза гл€дели €сно, бесхитростно.
   "я ей ничего не скажу, - думал он. - ѕусть сама
поймет... я ее нравственно... нравственно страдать
заставлю! Ќе буду с ней разговаривать, сердитьс€
на нее буду, а она и поймет... Ќу, а что, ежели
она послушает подлеца “ришку и в самом деле уйдет?"
   Ѕыла минута, когда последн€€ мысль до того
испугала его, что он побледнел и сказал:
   - Ќастенька, что ж ты, душенька, кренделечка не
кушаешь? ƒл€ теб€ ведь куплено!
   ¬ дев€том часу приходил с докладом объездчик
“рифон. ўеглову показалось, что мужик гл€дит на
него с ненавистью, презрением, с каким-то победным
нахальством.
   "ћало прогнать... - подумал он, измер€€ его
взгл€дом. - ¬ыпороть бы". - Ќичего € тут не пойму!
- начал он придиратьс€, пробега€ квитанции,
ƒубина ты этака€! «акорючку не можешь даже, как
следует, над семью поставить! —емь похоже на
кочергу, а один - на кнутик с коротким хвостиком.
Ётого не знаешь? ƒу-би-на... «а это самое вашего
брата прежде на конюшне драли!
   - ћало ли чего прежде не было... - проворчал
“рифон, гл€д€ в потолок.
   ўеглов искоса погл€дел на “рифона. ћужик,
показалось ему, ехидно улыбалс€ и гл€дел еще с
большим нахальством...
   - ѕошел вон!! - взвизгнул ўеглов, не вынос€
трифоновской физиономии.
   ƒо вечера ўеглов ходил по двору и придумывал план
наказани€ и мести. ћногие планы перебывали в его
голове, но что он ни придумывал, все подходило под
ту или другую статью уложени€ о наказани€х. ѕосле
долгого, мучительного размышлени€ оказалось, что
он ничего не смел...
   ¬ третьем часу ночи, сто€ у беседки, он услышал
разговор хуже вчерашнего. “рифон со смехом
передавал Ќасте беседу свою с барином:
   - ¬з€ть бы его, знаешь, за ворот, потр€сти
маленько этак - и душа вон.
   ўеглов не вынес.
   -  ого это, прохвост? - взвизгнул он. - „ь€ душа
вон?
   ¬ беседке вдруг умолкли. “рифон конфузливо
кр€кнул. „ерез минуту он нерешительно вышел из
беседки и уперс€ плечом в кос€к.
   -  то здесь кричит?  то таков? ј, это вы!.. -
сказал он, увидев барина. - ¬от кто!
   ћинута прошла в молчании.
   - «а это прежде нашего брата на конюшне пороли, а
теперь не знаю, что будет... - сказал “рифон,
усмеха€сь и гл€д€ на луну. - „ай, расчет дадут...
Ѕо€зно!
   «асме€лс€ и пошел по аллее к дому. ўеглов
засеменил р€дом с ним.
   - “рифон! - забормотал он, хвата€ его за рукав,
когда оба они подошли к садовой калитке. - “риша!
я тебе одно только слово скажу... ѕостой! я ведь
ничего... —лово одно только... ѕослушай! ѕрошу и
умол€ю теб€, подлеца, на старости лет! √олубчик!
   - Ќу?
   - ¬идишь ли... я тебе четвертную дам и даже, ежели
желаешь, жаловань€ прибавлю... “ридцать рублей
дам, а ты... дай € теб€ выпорю! –азик! –азик
выпорю и больше ничего!
   “рифон подумал немного, взгл€нул на луну и махнул
рукой.
   - Ќе согласен! - сказал он и поплелс€ в людскую...

”Ќ“≈– ѕ–»Ў»Ѕ≈≈¬
   - ”нтер-офицер ѕришибеев! ¬ы обвин€етесь в
том, что третьего сего сент€бр€ оскорбили словами и
действием ур€дника ∆игина, волостного старшину
јл€пова, сотского ≈фимова, пон€тых »ванова и √аврилова
и еще шестерых кресть€н, причем первым трем
было нанесено вами оскорбление при исполнении ими
служебных об€занностей. ѕризнаете вы себ€ виновным?
   ѕришибеев, сморщенный унтер с колючим лицом,
делает руки по швам и отвечает хриплым, придушенным
голосом, отчеканива€ каждое слово, точно команду€:
   - ¬аше высокородие, господин мировой судь€!
—тало быть, по всем стать€м закона выходит причина
аттестовать вс€кое обсто€тельство во взаимности.
¬иновен не €, а все прочие. ¬се это дело вышло
из-за, царствие ему небесное, мертвого трупа. »ду это €
третьего числа с женой јнфисой тихо, благородно,
смотрю - стоит на берегу куча разного народа людей.
ѕо какому полному праву тут народ собралс€? спрашиваю.
«ачем? Ќешто в законе сказано, чтоб народ
табуном ходил?  ричу: разойдись! —тал расталкивать
народ, чтоб расходились по домам, приказал сотскому
гнать взашей...
   - ѕозвольте, вы ведь не ур€дник, не староста,-
разве это ваше дело народ разгон€ть?
   - Ќе его! Ќе его!- слышатс€ голоса из разных
углов камеры.- ∆ить€ от него нету, вашескородие!
ѕ€тнадцать лет от него терпим!  ак пришел со службы,
так с той поры хоть из села беги. «амучил всех!
   - »менно так, вашескородие!- говорит свидетель
староста.- ¬сем миром жалимс€. ∆ить с ним
никак невозможно! — образами ли ходим, свадьба ли,
или, положим, случай какой, везде он кричит, шумит,
все пор€дки вводит. –еб€там уши дерет, за бабами
подгл€дывает, чтоб чего не вышло, словно свекор какой...
Ќамеднись по избам ходил, приказывал, чтоб
песней не пели и чтоб огней не жгли. «акона, говорит,
такого нет, чтоб песни петь.
   - ѕогодите, вы еще успеете дать приказание,- говорит
мировой,- а теперь пусть ѕришибеев продолжает.
ѕродолжайте, ѕришибеев!
   - —лушаю-с!- хрипит унтер.- ¬ы, высокородие,
изволите говорить, не мое это дело народ разгон€ть...
’орошо-с... ј ежели беспор€дки? Ќешто можно
дозвол€ть, чтобы народ безобразил? √де это в законе
написано, чтоб народу волю давать? я не могу
дозвол€ть-с. ≈жели € не стану их разгон€ть да взыскивать,
то кто же станет? Ќикто пор€дков насто€щих
не знает, во всем селе только € один, можно сказать,
ваше высокородие, знаю, как обходитьс€ с люд€ми
простого звани€, и, ваше высокородие, € могу все понимать.
я не мужик, € унтер-офицер, отставной каптенармус,
в ¬аршаве служил, в штабе-с, а после того,
изволите знать, как в чистую вышел, был в пожарных-с,
а после того по слабости болезни ушел из
пожарных и два года в мужской классической прогимназии в
швейцарах служил... ¬се пор€дки знаю-с.
ј мужик простой человек, он ничего не понимает и
должен мен€ слушать, потому - дл€ его же пользы.
¬з€ть хоть это дело к примеру... –азгон€ю € народ, а на
берегу на песочке утоплый труп мертвого человека.
ѕо какому такому основанию, спрашиваю, он
тут лежит? Ќешто это пор€док? „то ур€дник гл€дит?
ќтчего ты, говорю, ур€дник, начальству знать не даешь?
ћожет, этот утоплый покойник сам утоп, а может,
тут дело —ибирью пахнет. ћожет, тут уголовное
смертоубийство... ј ур€дник ∆игин никакого внимани€,
только папироску курит. "„то это, говорит, у вас
за указчик такой? ќткуда, говорит, он у вас такой
вз€лс€? Ќешто мы без него, говорит, не знаем нашего
поведени€?"- —тало быть, говорю, ты не знаешь,
дурак этакой, коли тут стоишь и без внимани€. "я,
говорит, еще вчера дал знать становому приставу".-
«ачем же, спрашиваю, становому приставу? ѕо какой
статье свода законов? Ќешто в таких делах, когда
утопшие или удавившие и прочее тому подобное,-
нешто в таких делах становой может? “ут говорю,
дело уголовное, гражданское... “ут, говорю, скорей
посылать эстафету господину следователю и судь€м-с. »
перво-наперво ты должен, говорю, составить акт и
послать господину мировому судье. ј он, ур€дник,
все слушает и смеетс€. » мужики тоже. ¬се сме€лись,
ваше высокородие. ѕод прис€гой могу показать.
» этот сме€лс€, и вот этот, и ∆игин сме€лс€. „то,
говорю, зубь€ скалите? ј ур€дник и говорит: "ћировому,
говорит, судье такие дела не подсудны". ќт
этих самых слов мен€ даже в жар бросило. ”р€дник,
ведь ты это сказывал?- обращаетс€ унтер к ур€днику
∆игину.
   - —казывал.
   - ¬се слыхали, как ты это самое при всем простом
народе: "ћировому судье такие дела не подсудны".
¬се слыхали, как ты это самое... ћен€, ваше высокородие,
в жар бросило, € даже сробел весь. ѕовтори,
говорю, повтори, такой-с€кой, что ты сказал! ќн
оп€ть эти самые слова... я к нему.  ак же, говорю,
ты можешь так объ€сн€ть про господина мирового
судью? “ы, полицейский ур€дник, да против власти?
ј? ƒа ты, говорю, знаешь, что господин мировой
судь€, ежели пожелают, могут теб€ за такие слова
в губернское жандармское управление по причине
твоего неблагонадежного поведени€? ƒа ты знаешь,
говорю, куда за такие политические слова теб€ угнать
может господин мировой судь€? ј старшина говорит:
"ћировой, говорит, дальше своих пределов ничего
обозначить не может. “олько малые дела ему подсудны".
“ак и сказал, все слышали...  ак же, говорю,
ты смеешь власть уничижать? Ќу, говорю, со мной
не шути шуток, а то дело, брат, плохо. Ѕывало, в
¬аршаве или когда в швейцарах был в мужской
классической прогимназии, то как заслышу какие неподход€щие
слова, то гл€жу на улицу, не видать ли
жандарма: "ѕоди, говорю, сюда, кавалер",- и все
ему докладываю. ј тут в деревне кому скажешь?..
¬з€ло мен€ зло. ќбидно стало, что нынешний народ
забылс€ в своеволии и неповиновении, € размахнулс€
и... конечно, не то чтобы сильно, а так, правильно, полегоньку,
чтоб не смел про ваше высокородие такие
слова говорить... «а старшину ур€дник вступилс€.
я, стало быть, и ур€дника... » пошло... ѕогор€чилс€,
ваше высокородие, ну, да ведь без того нельз€, чтоб
не побить. ≈жели глупого человека не побьешь, то на
твоей же душе грех. ќсобливо ежели за дело... ежели
беспор€док...
   - ѕозвольте! «а непор€дками есть кому гл€деть.
Ќа это есть ур€дник, староста, сотский...
   - ”р€днику за всем не угл€деть, да ур€дник и не
понимает того, что € понимаю...
   - Ќо поймите, что это не ваше дело!
   - „его-с? как же это не мое? „удно-с... Ћюди
безобраз€т, и не мое дело! „то ж мне хвалить их, что
ли? ќни вот жал€тс€ вам, что € песни петь запрещаю...
ƒа что хорошего в песн€х-то? ¬место того, чтоб
делом каким заниматьс€, они песни... ј еще тоже моду
вз€ли вечера с огнем сидеть. Ќужно спать ложитьс€,
а у них разговоры да смехи. ” мен€ записано-с!
   - „то у вас записано?
   -  то с огнем сидит.
   ѕришибеев вынимает из кармана засаленную бумажку,
надевает очки и читает:
   - " оторые кресть€не сид€т с огнем: »ван ѕрохоров,
—авва ћикифоров, ѕетр ѕетров. —олдатка Ўустрова
вдова живет в развратном беззаконии с —еменом
 исловым. »гнат —верчок занимаетс€ волшебством,
и жена его ћавра есть ведьма, по ночам ходит доить
чужих коров".
   - ƒовольно!- говорит судь€ и начинает допрашивать
свидетелей.
   ”нтер ѕришибеев поднимает очки на лоб и с
удивлением гл€дит на мирового, который, очевидно,
не на его стороне. ≈го выпученные глаза блест€т, нос
становитс€ €рко-красным. √л€дит он на мирового, на
свидетелей и никак не может пон€ть, отчего это мировой
так взволнован и отчего из всех углов камеры слышитс€ то
ропот, то сдержанный смех. Ќепон€тен
ему и приговор: на мес€ц под арест!
   - «а что?!- говорит он, развод€ в недоумении
руками.- ѕо какому закону?
   » дл€ него €сно, что мир изменилс€ и что жить на
свете уже никак невозможно. ћрачные, унылые мысли
овладевают им. Ќо выйд€ из камеры и увидев мужиков,
которые толп€тс€ и говор€т о чем-то, он по
привычке, с которой уже совладать не может, выт€гивает
руки по швам и кричит хриплым, сердитым голосом:
   - Ќаррод, расходись! Ќе толпись! ѕо домам!

”ЎЋј
   ѕообедали. ¬ стороне желудков чувствовалось маленькое
блаженство, рты позевывали, глаза начали
суживатьс€ от сладкой дремоты. ћуж закурил сигару,
пот€нулс€ и развалилс€ на кушетке. ∆ена села у изголовь€
и замурлыкала... ќба были счастливы.
   - –асскажи что-нибудь... - зевнул муж.
   - „то же тебе рассказать? ћм... јх, да! “ы слышал?
—офи ќкуркова вышла замуж за этого... как его...
за фон “рамба! ¬от скандал!
   - ¬ чем же тут скандал?
   - ƒа ведь “рамб подлец! Ёто такой негод€й... такой
бессовестный человек! Ѕез вс€ких принципов! ”род
нравственный! Ѕыл у графа управл€ющим - нажилс€,
теперь служит на железной дороге и ворует... —естру
ограбил... Ќегод€й и вор, одним словом. » за этакого
человека выходить замуж?! ∆ить с ним?! ”дивл€юсь!
“ака€ нравственна€ девушка и ... на тебе! Ќи за что
бы не вышла за такого субъекта! Ѕудь он хоть миллионер!
Ѕудь красив, как не знаю что, € плюнула бы на
него! » представить себе не могу мужа-подлеца!
   ∆ена вскочила и, раскрасневша€с€, негодующа€,
прошлась по комнате. √лазки загорелись гневом. »скренность
ее была очевидна...
   - Ётот “рамб така€ тварь! » тыс€чу раз глупы
и пошлы те женщины, которые выход€т за таких господ!
   - “эк-с... “ы, разумеетс€, не вышла бы... Ќ-да...
Ќу, а если бы ты сейчас узнала, что € тоже... негод€й?
„то бы ты сделала?
   - я? Ѕросила бы теб€! Ќе осталась бы с тобой ни
на одну секунду! я могу любить только честного человека!
”знай €, что ты натворил хоть сотую долю того,
что сделал “рамб, €... мигом! Adieu тогда!
   - “эк... √м...  ака€ ты у мен€... ј € и не знал...
’е-хе-хе... ¬рет бабенка и не краснеет!
   - я никогда не лгу! ѕопробуй-ка сделать подлость,
тогда и увидишь!
   -   чему мне пробовать? —ама знаешь... я еще почище
твоего фон “рамба буду... “рамб - комашка сравнительно.
“ы делаешь большие глаза? Ёто странно...
(ѕауза.) —колько € получаю жаловань€?
   - “ри тыс€чи в год.
   - ј сколько стоит колье, которое € купил тебе
неделю тому назад? ƒве тыс€чи... Ќе так ли? ƒа вчерашнее
платье п€тьсот... ƒача две тыс€чи... ’е-хе-хе.
¬чера твой папа выкл€нчил у мен€ тыс€чу...
   - Ќо, ѕьер, побочные доходы ведь...
   - Ћошади... ƒомашний доктор... —четы от модисток.
“ретьего дн€ ты проиграла в стуколку сто рублей...
   ћуж приподн€лс€, подпер голову кулаками и прочел
целый обвинительный акт. ѕодойд€ к письменному
столу, он показал жене несколько вещественных доказательств...
   - “еперь ты видишь, матушка, что твой фон
“рамб - ерунда, карманный воришка сравнительно со
мной... Adieu! »ди и впредь не осуждай!
   я кончил. Ѕыть может, читатель еще спросит:
   - » она ушла от мужа?
   ƒа, ушла... в другую комнату.

¬јЌ№ ј
   Ѕыл второй час ночи.
    оммерции советник »ван ¬асильевич  отлов вышел из
ресторана "—лав€нский базар" и поплелс€ вдоль по
Ќикольской, к  ремлю. Ќочь была хороша€,
звездна€... »з-за облачных клочков и обрывков
весело мигали звезды, словно им при€тно было
гл€деть на землю. ¬оздух был тих и прозрачен.
   "ќколо ресторана извозчики дороги, - думал  отлов,
- нужно отойти немного... “ам дальше дешевле... »
к тому же мне надо пройтись: € объелс€ и пь€н".
   ќколо  ремл€ он нан€л ночного ваньку.
   - Ќа якиманку! - скомандовал он.
   ¬анька, малый лет двадцати п€ти, причмокнул губами
и лениво передернул вожжами. Ћошаденка рванулась с
места и поплелась мелкой, плохенькой рысцой...
¬анька попалс€  отлову самый насто€щий, типичный...
ѕогл€дишь на его заспанное, толстокожее, угреватое
лицо - и сразу определишь в нем извозчика.
   ѕоехали через  ремль.
   -  оторый теперь час будет? - спросил ванька.
   - ¬торой, - ответил коммерции советник.
   - “ак-с... ј теплей стало! Ѕыли холода, а теперь
оп€ть потеплело... ’ромаешь, подла€! Ё-э-э...
каторжна€!
   »звозчик приподн€лс€ и проехалс€ кнутом по
лошадиной спине.
   - «има! - продолжал он, поудобней усажива€сь и
оборачива€сь к седоку. - Ќе люблю! ”ж больно €
з€бкий! —тою на морозе и весь коченею, тр€сусь...
ѕодуй холод, а у мен€ уж и морда распухла...
 омплекцы€ така€! Ќе привык!
   - ѕривыкай... ” теб€, братец, ремесло такое, что
привыкать надо...
   - „еловек ко всему привыкнуть может, это
действительно, ваше степенство... ƒа покеда
привыкнешь, так раз двадцать замерзнешь... Ќежный
€ человек, балованный, ваше степенство... ћен€
отец и мать избаловали. Ќе думали, что мне в
извозчиках быть. Ќежность на мен€ напускали.
÷арство им небесное!  ак породили мен€ на теплой
печке, так до дес€того годка и не снимали оттеда.
Ћежал € на печке и пироги лопал, как свинь€ кака€
непутна€... Ћюбимый у них был... ќдевали мен€
наилучшим манером, грамоте дл€ нежности обучали.
Ѕывалыча и босиком не пробеги: "ѕростудишьс€,
маленькой!" —ловно не мужик, а барин. ѕобьет отец,
а мать плачет... ћать побьет - отцу жалко. ѕоедешь
с отцом в лес за хворостом, а мать теб€ в три шубы
кутает, словно ты в ћоскву собралс€ аль в  иев...
   - –азве богато жили?
   - ќбнакновенно жили, по-мужицки... ƒень прошел - и
слава богу. Ѕогаты не были, да и с голоду,
благодарить бога, не мерли. ∆или мы, барин, в
семействе... семейством, стало быть... ƒед мой
тогда жив был, да около него два сына жили. ќдин
сын, отец мой тоись, женатый был, другой
неженатый. ј € один паренечек был всего-навсего,
всей семье на утеху - ну и баловали. ƒед тоже
баловал... ” деда, знаешь, деньга была припр€тана,
и он воображение в себе такое имел, что € не пойду
по мужицкой части... "“ебе, - говорит, - ѕетруха,
лавку открою. –асти!" Ќапускали на мен€
нежность-то, напускали, холили-холили, а вышло
потом такое недоумение, что совсем не до
нежности... ƒ€д€-то мой, дедов сын, а отцов брат,
возьми и выкрадь у деда его деньги. “ыщи две
было...  ак выкрал, так с той поры и пошло
разоренье... Ћошадей продали, коров... ќтец с дедом
наниматьс€ пошли... »звестно, как это у нас в
кресть€нстве... ј мен€, раба божьего, в пастухи...
¬от она, нежность-то!
   - Ќу, д€д€-то твой? ќн же что?
   - ќн ничего... как и следовает... —н€л на большой
дороге трахтир и зажил припеваючи... √одов через
п€ть на богатой серпуховской мещанке женилс€.
“ыс€ч восемь за ней вз€л... ѕосле свадьбы трахтир
сгорел... ќтчего, это самое, ему не гореть, ежели
он в обчестве застрахован? “ак и следовает... ј
после пожара уехал он в ћоскву и сн€л там
бакалейную лавку... “аперь, говор€т, богат стал и
приступу к нему нет... Ќаши мужики, хабаровские,
видели его тут, сказывали... я не видел... ‘амили€
его будет  отлов, а по имени и отечеству »ван
¬асильев... Ќе слыхали?
   - Ќет... Ќу, поезжай скорей!
   - ќбидел нас »ван ¬асильев, ух как обидел! –азорил
и по миру пустил... Ќе будь его, нешто € мерз бы
тут при своей этой самой комплекцыи, при моей
слабости? ∆ил бы да и поживал в своей
деревушке.... Ёхх! «вон€т вот к заутрене...
’очетс€ мне господу богу помолитьс€, чтоб взыскал
с него за всю мою муку... Ќу, да бог с ним! ѕусть
его бог простит! ƒотерпим!
   - Ќаправо к подъезду!
   - —лушаю... Ќу, вот и доехали... ј за побасенку
п€тачишко следовало бы...
    отлов вынул их кармана п€тиалтынный и подал его
ваньке.
   - ѕрибавить бы следовало! ¬ез ведь как! ƒа и
почин...
   - Ѕудет с теб€!
   Ѕарин дернул звонок и через минуту исчез за резною
дубовою дверью.
   ј извозчик вскочил на козлы и поехал медленно
обратно... ѕодул холодный ветерок... ¬анька
морщилс€ и стал совать з€бкие руки в оборванные
рукава.
   ќн не привык к холоду... Ѕалованный...

¬≈—№ ¬ ƒ≈ƒ”Ў ”
   ƒушна€ ночь с раскрытыми настежь окнами, с блохами
и комарами. ∆ажда, как после селедки. я лежу на
своей кровати, ворочаюсь с боку на бок и стараюсь
уснуть. «а стеной, в другой комнате не спит и
ворочаетс€ мой дедушка, отставной генерал, живущий
у мен€ на хлебах. ќбоих нас кусают блохи, и оба мы
сердимс€ на них и ворчим. ƒедушка кр€хтит, сопит и
шуршит своим накрахмаленным колпаком.
   - Ѕезумец! - бормочет он. - ћмо... молокосос! ћало
теб€ пороли, бессмысленный молодой человек!
   -  ого это вы, дедушка?
   - »звестно кого... ѕоблажку вам дают, балуют, не
взыскивают с вас... (ƒедушка вт€гивает в себ€
воздух и разражаетс€ старческим кашлем). ѕрогнать
бы теб€ сквозь строй разика три, так ты пон€л
бы... ѕочему не купил персидского порошку? ѕочему,
€ теб€ спрашиваю? Ћеность? Ќерадение?
   - ƒедушка, вы не даете мне спать! «амолчите!
  - Ќе рассуждать! ѕонимай, с кем разговариваешь!
(ƒедушка громко чешетс€ и возвышает голос.)
ѕовтор€ю: почему ты не купил персидского порошку?
» как ты смеешь, милостивый государь, позвол€ть
себе такие возмутительные поступки, что на теб€
даже поступают жалобы? ј? ¬чера полковник ƒуб€кин
жаловалс€, что ты у него жену увез!  то это тебе
позволил? “ какое ты имеешь право?
   ƒедушка долго бранит мен€ и с брани переходит на
мораль: седьма€ заповедь, брачные основы и пр.
   - ¬се это € понимаю лучше вас, дедушка, - говорю
€.-  аюсь, мен€ мучает совесть, но ничего € не
могу с собой поделать. ¬есь в вас! — кровью и
плотью унаследовал от вас и все ваши добродетели.
“рудно боротьс€ с наследственностью!
   - я... € чужих жен не трогал... ¬ыдумываешь!
   - Ѕудто бы? ј лет дес€ть тому назад, когда вам
было шестьдес€т лет, припомните-ка, вы увезли у
ближнего не жену, не соломенную вдову, а невесту!
¬спомните-ка Ќиночку.
   - я того... € венчалс€.
   - ≈ще бы! Ќиночку воспитывали, леле€ли и готовили
совсем не дл€ шестидес€тилетнего старца. Ќа этой
умнице и красавице женилс€ бы любой добрый
молодец, и у нее уже был подход€щий жених, а вы
пришли со своим чином и деньгами, попугали
родителей и вскружили семнадцатилетней девочке
голову разной мишурой.  ак она плакала, когда
венчалась с вами!  ак ка€лась потом, бедн€жка! » с
пь€ницей-поручиком бежала потом, только чтоб от
вас подальше... √усь вы, дедушка!
   - ѕостой... постой... Ёто не твое дело... ¬от
ежели бы теб€ разиков п€ть сквозь строй, так ты бы
не того... не ограбил бы сестру свою ƒашу...
ќбидчик... «а что ты у нее сто дес€тин отт€гал?
   - — вас пример вз€л. ¬есь в вас, дедушка! ” вас
научилс€ грабастать! ѕомните, когда вы служили в
интендантстве, потом когда вас назначили в
”фимскую губернию и...
   » долго этак мы спорим. ƒедушка обвин€ет мен€ в
двадцати преступлени€х, и все двадцать € сваливаю
на родовое, на наследственность. Ќаконец дедушка
хрипнет и начинает от злости царапать стену.
   - ¬от что, дедушка, - говорю €. - Ќам долго так не
уснуть. ƒавайте-ка выкупаемс€ и водочки выпьем.
ќтлично уснем!
   ƒедушка,сердито шамка€ губами, одеваетс€, и мы
идем к речке. Ќочь хороша€, лунна€. ¬ыкупавшись,
мы возвращаемс€ к себе. √рафинчик стоит на столе.
я наливаю две рюмки. ƒедушка берет одну рюмку,
креститс€ и говорит:
   - ¬от ежели бы теб€... разиков дес€ть сквозь
строй... понимал бы тогда! ѕь€... пь€ница!
   ѕроворчав, дедушка сердито выпивает и закусывает
колбасой. я тоже - потому что унаследовал любовь к
спиртным напиткам - выпиваю и иду спать.
   » этак у нас каждую ночь.

¬ √ќ—“»Ќќ…
   —тановилось темней и темней... —вет, исходивший от
камина, слегка освещал пол и одну стену с
портретом какого-то генерала с двум€ звездами.
“ишина нарушалась треском горевших поленьев, да
изредка сквозь двойные оконные рамы пробивалс€ в
гостиную шум шагов и езды по свежему снегу.
   ѕеред камином, на голубой, покрытой кружевной
кисеей кушетке, сидела парочка влюбленных. ќн,
высокий, статный мужчина с роскошными, выхоленными
бакенами и правильным греческим носом, сидел
развал€сь, положа ногу на ногу, и лениво пот€гивал
ароматный дымок из дорогой гаванской сигары. ќна,
маленькое, хорошенькое созданье с льн€ными кудр€ми
и быстрыми, лукавыми глазками, сидела р€дом с ним
и, прижавшись головкой к его плечу, мечтательно
гл€дела на огонь. Ќа лицах обоих была разлита
м€гка€ нега... ƒвижени€ были полны сладкой
истомы...
   - я люблю вас, ¬асилий Ћукич! - шептала она. -
”жасно люблю! ¬ы так красивы! Ќедаром баронесса
гл€дит на вас, когда бывает у ѕавла »ваныча. ¬ы
очень нравитесь женщинам, ¬асилий Ћукич!
   - √м... ћало ли чего! ј как на вас, Ќаст€,
профессор смотрит, когда вы ѕавлу ѕетровичу
приготовл€ете чай! ќн в вас влюблен - это как
дважды два...
   - ќставьте ваши насмешки!
   - Ќу, как не любить такое милое существо? ¬ы
прекрасны! Ќет, вы не прекрасны, а вы грациозны!
Ќу, как тут не любить?
   ¬асилий Ћукич привлек к себе хорошенькое созданье
и начал осыпать его поцелу€ми. ¬ камине раздалс€
треск: загорелось новое полено. — улицы донеслась
песн€...
   - Ћучше вас во всем свете нет! я вас люблю, как
тигр или лев...
   ¬асилий Ћукич сжал в своих объ€ти€х молодую
красавицу... Ќо в это врем€ из передней послышалс€
кашель, и через несколько секунд в гостиную вошел
маленький старичок в золотых очках. ¬асилий Ћукич
вскочил и быстро, в замешательстве, сунул в карман
сигару. ћолода€ девушка вскочила, нагнулась к
камину и стала копатьс€ в нем щипцами... ”видев
смущенную парочку, старик сердито кашл€нул и
нахмурилс€.
   - Ќе обманутый ли это муж? - спросит, быть может,
читатель.
   —тарик прошелс€ по гостиной и сн€л перчатки.
   -  ак здесь накурено! - проговорил он. - ќп€ть ты,
¬асилий, курил мои сигары?
   - Ќикак нет-с, ѕавел »ваныч! Ёто... это не €-с...
   - я тебе дам оасчет, если еще раз замечу...
—тупай, приготовь мне фрачную пару и почисти
штиблеты... ј ты, Ќаст€, - обратилс€ старик к
девушке, - зажги свечи и поставь самовар...
   - —лушаю-с! - сказала Ќаст€.
   » вместе с ¬асилием вышла из гостиной.

¬ќЋќƒя ЅќЋ№Ўќ… » ¬ќЋќƒя ћјЋ≈Ќ№ »…
   - ѕустите мен€, € хочу сама править! я с€ду р€дом
с €мщиком! - говорила громко —офь€ Ћьвовна. -
ямщик, погоди, € с€ду с тобой на козлы.
   ќна сто€ла в сан€х, а ее муж ¬ладимир Ќикитыч и
друг детства ¬ладимир ћихайлыч держали ее за руки,
чтобы она не упала. “ройка неслась быстро.
   - я говорил, не следовало давать ей конь€ку, -
шепнул с досадой ¬ладимир Ќикитыч своему спутнику.
- Ёкий ты, право!
   ѕолковник знал по опыту, что у таких женщин, как
его жена —офь€ Ћьвовна, вслед за бурною, немножко
пь€ною веселостью обыкновенно наступает
истерический смех и потом плач. ќн бо€лс€, что
теперь, когда они приедут домой, ему, вместо того
чтобы спать, придетс€ возитьс€ с компрессами и
капл€ми.
   - “прр! - кричала —офь€ Ћьвовна. - я хочу править!
   ќна была искренно весела и торжествовала. ¬
последние два мес€ца, с самого дн€ свадьбы, ее томила
мысль, что она вышла за полковника ягича по расчету
и, как говоритс€, par depit; сегодн€ же в загородном
ресторане она убедилась наконец, что любит его
страстно. Ќесмотр€ на свои п€тьдес€т четыре года,
он был так строен, ловок, гибок, так мило каламбурил
и подпевал цыганкам. ѕраво, теперь старики в
тыс€чу раз интереснее молодых, и похоже на то, как
будто старость и молодость помен€лись своими
рол€ми. ѕолковник старше ее отца на два года, но
может ли это обсто€тельство иметь какое-нибудь
значение, если, говор€ по совести, жизненной силы,
бодрости и свежести в нем неизмеримо больше, чем в
ней самой, хот€ ей только двадцать три года?
   "ќ, мой милый! - думала она. - „удный!"
   ¬ ресторане она также убедилась, что от прежнего
чувства в ее душе не осталось даже искры.   другу
детства ¬ладимиру ћихайлычу, или попросту ¬олоде,
которого она еще вчера любила до сумасбродства, до
отча€ни€, теперь она чувствовала себ€ совершенно
равнодушной. —егодн€ весь вечер он казалс€ ей
в€лым, сонным, неинтересным, ничтожным, и его
хладнокровие, с каким обыкновенно уклон€етс€ от
платежа по ресторанным счетам, на этот раз
возмутило ее, и она едва удержалась, чтобы не
сказать ему: "≈сли вы бедный, то сидите дома".
ѕлатил один только полковник.
   ќттого, может быть, что в глазах у нее мелькали
деревь€, телеграфные столбы и сугробы, самые
разнообразные мысли приходили ей в голову. ќна
думала: по счету в ресторане уплачено сто двадцать
и цыганам - сто, и завтра она, если захочет, может
бросить на ветер хоть тыс€чу рублей, а два мес€ца
назад, до свадьбы, у нее не было и трех рублей
собственных, и за каждым пуст€ком приходилось
обращатьс€ к отцу.  ака€ перемена в жизни!
   ћысли у нее путались, и она вспоминала, как
полковник ягич, ее теперешний муж, когда ей было
лет дес€ть, ухаживал за тетей, и все в доме
говорили, что он погубил ее, и в самом деле тет€
часто выходила к обеду с заплаканными глазами и
все куда-то уезжала, и говорили про нее, что она,
бедн€жка, не находит себе места. ќн был тогда
очень красив и имел необычайный успех у женщин,
так что его знал весь город, и рассказывали про
него, будто он каждый день ездил с визитами к
своим поклонницам, как доктор к больным. » теперь,
даже несмотр€ на седину, морщины и очки, иногда
его худощавое лицо, особенно в профиль, кажетс€
прекрасным.
   ќтец —офьи Ћьвовны был военным доктором и служил
когда-то в одном полку с ягичем. ќтец ¬олоди тоже
был военным доктором и тоже служил когда-то в
одном полку с ее отцом и с ягичем. Ќесмотр€ на
любовные приключени€, часто очень сложные и
беспокойные, ¬олод€ училс€ прекрасно; он кончил
курс в университете с большим успехом и теперь
избрал своею специальностью иностранную литературу
и, как говор€т, пишет диссертацию. ∆ивет в
казармах, у своего отца, военного доктора, и не
имеет собственных денег, хот€ ему уже тридцать
лет. ¬ детстве —офь€ Ћьвовна и он жили в разных
квартирах, но под одною крышей, и он часто
приходил к ней играть, и их вместе учили танцевать
и говорить по-французски; но когда он вырос и
сделалс€ стройным, очень красивым юношей, она
стала стыдитьс€ его, потом полюбила безумно и
любила до последнего времени, пока не вышла за
ягича. ќн тоже имел необыкновенный успех у женщин,
чуть ли не с четырнадцати лет, и дамы, которые дл€
него измен€ли своим мужь€м, оправдывались тем, что
¬олод€ маленький. ѕро него недавно кто-то
рассказывал, будто бы он, когда был студентом, жил
в номерах, поближе к университету, и вс€кий раз,
бывало, как постучишьс€ к нему, то слышались за
дверью его шаги и затем извинение вполголоса:
"Pardon, je ne suis pas seul". ягич приходил от
него в восторг и благословл€л его на дальнейшее,
как ƒержавин ѕушкина, и, по-видимому, любил его.
ќба они по целым часам молча играли на биль€рде
или в пикет, и если ягич ехал куда-нибудь на
тройке, то брал с собою и ¬олодю, и в тайны своей
диссертации ¬олод€ посв€щал только одного ягича. ¬
первое врем€, когда полковник был помоложе, они
часто попадали в положение соперников, но никогда
не ревновали друг к другу. ¬ обществе, где они
бывали вместе, ягича прозвали ¬олодей большим, а
его друга - ¬олодей маленьким.
   ¬ сан€х, кроме ¬олоди большого, ¬олоди маленького
и —офьи Ћьвовны, находилась еще одна особа -
ћаргарита јлександровна, или, как ее все звали,
–ита, кузина госпожи ягич, девушка уже за
тридцать, очень бледна€, с черными бров€ми, в
pince-nez, куривша€ папиросы без передышки, даже
на сильном морозе; всегда у нее на груди и на
колен€х был пепел. ќна говорила в нос, раст€гива€
каждое слово, была холодна, могла пить ликеры и
конь€к сколько угодно и не пь€нела и двусмысленные
анекдоты рассказывала в€ло, безвкусно. ƒома она от
утра до вечера читала толстые журналы, обсыпа€ их
пеплом, или кушала мороженые €блоки.
   - —он€, перестань беситьс€, - сказала она
нараспев. - ѕраво, глупо даже.
   ¬ виду заставы тройка понеслась тише, замелькали
дома и люди, и —офь€ Ћьвовна присмирела, прижалась
к мужу и вс€ отдалась своим мысл€м. ¬олод€
маленький сидел против. “еперь уже к веселым,
легким мысл€м стали примешиватьс€ и мрачные. ќна
думала: этому человеку, который сидит против, было
известно6 что она его любила, и он, конечно, верил
разговорам, что она вышла за полковника par depit.
ќна еще ни разу не признавалась ему в любви и не
хотела, чтобы он знал, и скрывала свое чувство, но
по лицу его видно было, что он превосходно понимал
ее - и самолюбие ее страдало. Ќо в ее положении
унизительнее всего было то, что после свадьбы этот
¬олод€ маленький вдруг стал обращать на нее
внимание, чего раньше никогда не бывало,
просиживал с ней по целым часам молча или болта€ о
пуст€ках, и теперь в сан€х, не разговарива€ с нею,
он слегка наступал ей на ногу и пожимал руку;
очевидно, ему того только и нужно было, чтобы она
вышла замуж; и очевидно было, что он презирает ее
и что она возбуждает в нем интерес лишь известного
свойства, как дурна€ и непор€дочна€ женщина. »
когда в ее душе торжество и любовь к мужу мешались
с чувством унижени€ и оскорбленной гордости, то ею
овладевал задор и хотелось тогда сесть на козлы и
кричать, подсвистывать...
    ак раз в то самое врем€, как проезжали мимо
женского монастыр€, раздалс€ удар большого
тыс€чепудового колокола. –ита перекрестилась.
   - ¬ этом монастыре наша ќл€, - сказала —офь€
Ћьвовна и тоже перекрестилась и вздрогнула.
   - «ачем она пошла в монастырь? - спросил полковник.
   - Par depit, - сердито ответила –ита, очевидно
намека€ на брак —офьи Ћьвовны с ягичем. - “еперь в
моде этот par depit. ¬ызов всему свету. Ѕыла
хохотушка, отча€нна€ кокетка, любила только балы
да кавалеров и вдруг - на-поди! ”дивила!
   - Ёто неправда, - сказал ¬олод€ маленький, опуска€
воротник шубы и показыва€ красивое лицо. - “ут не
par depit, а сплошной ужас, если хотите. ≈е брата,
ƒмитри€, сослали в каторжные работы, и теперь
неизвестно, где он. ј мать умерла с гор€.
   ќн оп€ть подн€л воротник.
   - » хорошо сделал ќл€, - добавил он глухо. - ∆ить
на положении воспитанницы, да еще с таким золотом,
как —офь€ Ћьвовна, - тоже подумать надо!
   —офь€ Ћьвовна услышала в его голосе презрительный
тон и хотела сказать ему дерзость, но промолчала.
≈ю оп€ть овладел тот же задор; она подн€лась на
ноги и крикнула плачущим голосом:
   - я хочу к утрене! ямщик, назад! я хочу ќлю видеть!
   ѕовернули назад. «вон монастырского колокола был
густой, и, как казалось —офье Ћьвовне, что-то в
нем напоминало об ќле и ее жизни. «азвонили и в
других церквах.  огда €мщик осадил тройку, —офь€
Ћьвовна выскочила из саней и одна, без
провожатого, быстро пошла к воротам.
   - —корей, пожалуйста! - крикнул ей муж. - ”же
поздно!
   ќна прошла темными воротами, потом по аллее,
котора€ вела от ворот к главной церкви, и снежок
хрустел у нее под ногами, и звон раздавалс€ уже
над самою головой и, казалось, проникал во все ее
существо. ¬от церковна€ жизнь, три ступеньки вниз,
затем притвор с изображени€ми св€тых по обе стороны,
запахло можжевельником и ладаном, оп€ть
дверь, и темна€ фигурка отвор€ет ее и клан€етс€
низко-низко... ¬ церкви служба еще не начиналась.
ќдна монашенка ходила около иконостаса и зажигала
свечи на ставниках, друга€ зажигала паникадило.
“ам и с€м, ближе к колоннам и боковым приделам,
сто€ли неподвижно черные фигуры. "«начит, как они
сто€т теперь, так уж не сойдут до самого утра", -
подумала —офь€ Ћьвовна, и ей показалось тут темно,
холодно, скучно, - скучнее, чем на кладбище. ќна с
чувством скуки погл€дела на неподвижные, застывшие
фигуры, и вдруг сердце у нее сжалось. ѕочему-то в
одной из монашенок, небольшого роста, с худенькими
плечами и с черною косынкой на голове она узнала
ќлю, хот€ ќл€, когда уходила в монастырь, была
полна€ и как будто повыше. Ќерешительно, сильно
волну€сь отчего-то, —офь€ Ћьвовна подошла к
послушнице и через плечо погл€дела ей в лицо и
узнала ќлю.
   - ќл€! - сказала она и всплеснула руками, и уж не
могла говорить от волнени€. - ќл€!
   ћонашенка тотчас же узнала ее, удивленно подн€ла
брови, и ее бледное, недавно умытое, чисто лицо и
даже, как показалось, ее белый платочек, который
виден был из-под косынки, проси€ли от радости.
   - ¬от господь чудо послал, - сказала она и тоже
всплеснула своими худыми, бледными ручками.
   —офь€ Ћьвовна крепко обн€ла ее и поцеловала и
бо€лась при этом, чтобы от нее не пахло вином.
   - ј мы сейчас ехали мимо и вспомнили про теб€, -
говорила она, запыхавшись, как от быстрой ходьбы.
-  ака€ ты бледна€, господи!
я... € очень рада теб€ видеть. Ќу, что?  ак?
—кучаешь?
   —офь€ Ћьвовна огл€нулась на других монахинь и
продолжала уже тихим голосом:
   - ” нас столько перемен... “ы знаешь, € замуж
вышла за ягича, ¬ладимира Ќикитыча. “ы его
помнишь, наверное... я очень счастлива с ним.
   - Ќу, слава богу. ј папа твой здоров?
   - «доров. „асто про теб€ вспоминает. “ы же, ќл€,
приходи к нам на праздниках. —лышишь?
   - ѕриду, - сказала ќл€ и усмехнулась. - я на
второй день приду.
   —офь€ Ћьвовна, сама не зна€ отчего, заплакала и
минутку плакала молча, потом вытерла глаза и
сказала:
   - –ита будет очень жалеть, что теб€ не видела. ќна
тоже с нами. » ¬олод€ тут.  ак бы они были рады,
если бы ты повидалась с ними! ѕойдем к ним, ведь
служба еще не начиналась.
   - ѕойдем, - согласилась ќл€.
   ќна перекрестилась три раза и вместе с —офьей
Ћьвовной пошла к выходу.
   - “ак ты говоришь, —онечка, счастлива? - спросила
она, когда вышли за ворота.
   - ќчень.
   - Ќу, слава богу.
   ¬олод€ большой и ¬олод€ маленький, увидев
монашенку, вышли из саней и почтительно
поздоровались; оба были заметно тронуты, что у нее
бледное лицо и черное монашеское платье, и обоим
было при€тно, что она вспомнила про них и пришла
поздороватьс€. „тобы ей не было холодно, —офь€
Ћьвовна окутала ее в плед и прикрыла одною полой
своей шубы. Ќедавние слезы облегчили и про€снили
ей душу, и она была рада, что эта шумна€,
беспокойна€ и, в сущности, нечиста€ ночь
неожиданно кончилась так чисто и кротко. » чтобы
удержать подольше около себ€ ќлю, она предложила:
   - ƒавайте ее прокатим! ќл€, садись, мы немножко.
   ћужчины ожидали, что монашенка откажетс€, - св€тые
на тройках не езд€т, - но, к их удивлению, она
согласилась и села в сани. » когда тройка
помчалась к заставе, все молчали и только
старались, чтобы ей было удобно и тепло, и каждый
думал о том, кака€ она была прежде и кака€ теперь.
Ћицо у нее теперь было бесстрастное, мало
выразительное, холодное и бледное, прозрачное,
будто в жилах ее текла вода, а не кровь. ј года
два-три назад она была полной, рум€ной, говорила о
женихах, хохотала от малейшего пуст€ка...
   ќколо заставы тройка повернула назад; когда она
минут через дес€ть остановилась около монастыр€,
ќл€ вышла из саней. Ќа колокольне уже
перезванивали.
   - —паси вас господи, - сказала ќл€ и низко,
по-монашески поклонилась.
   - “ак ты же приходи, ќл€.
   - ѕриду, приду.
   ќна быстро пошла и скоро исчезла в темных воротах.
» после этого почему-то, когда тройка поехала
дальше, стало грустно-грустно. ¬се молчали. —офь€
Ћьвовна почувствовала во всем теле слабость и пала
духом; то, что она заставила монашенку сесть в
сани и прокатитьс€ на тройке, в нетрезвой
компании, казалось ей уже глупым, бестактным и
похожим на кощунство; вместе с хмелем у нее прошло
и желание обманывать себ€, и дл€ нее уже €сно
было, что мужа своего она не любит и любить не
может, что все вздор и глупость. ќна вышла из
расчета, потому что он, по выражению ее
институтских подруг, безумно богат, и потому что
ей страшно было оставатьс€ в старых девах, как
–ита, и потому что надоел отец-доктор и хотелось
досадить ¬олоде маленькому. ≈сли бы она могла
предположить, когда выходила, что это так т€жело,
жутко и безобразно, то она ни за какие блага в
свете не согласилась бы венчатьс€. Ќо теперь беды
не поправишь. Ќадо миритьс€.
    ѕриехали домой. Ћожась в теплую м€гкую постель и
укрыва€сь оде€лом, —офь€ Ћьвовна вспомнила темный
коридор, запах ладана и фигуры у колонн, и ей было
жутко от мысли, что эти фигуры будут сто€ть
неподвижно все врем€, пока она будет спать. ”трен€
будет длинна€-длинна€, потом часы, потом обедн€,
молебен...
    "Ќо ведь бог есть, наверное есть, и € непременно
должна умереть, значит, надо рано или поздно
подумать о душе, о вечной жизни, как ќл€. ќл€
теперь спасена, она решила дл€ себ€ все вопросы...
Ќо если бога нет? “огда пропала ее жизнь. “о есть
как пропала? ѕочему пропала?"
    ј через минуту в голову оп€ть лезет мысль:
"Ѕог есть, смерть непременно придет, надо о душе
подумать. ≈сли ќл€ сию минуту увидит свою смерть,
то ей не будет страшно. ќна готова. ј главное, она
уже решила дл€ себ€ вопрос жизни. Ѕог есть...
да... Ќо неужели нет другого выхода, как только
идти в монастырь? ¬едь идти в монастырь - значит
отречьс€ от жизни, погубить ее..."
   —офье Ћьвовне становилось немножко страшно; она
спр€тала голову под подушку.
   - Ќе надо об этом думать, - шептала она. - Ќе
надо...
   ягич ходил в соседней комнате по ковру, м€гко
звен€ шпорами, и о чем-то думал. —офье Ћьвовне
пришла мысль, что этот человек близок и дорог ей
только в одном: его тоже зовут ¬ладимиром. ќна
села на постель и позвала нежно:
   - ¬олод€!
   - „его тебе? - отозвалс€ муж.
   - Ќичего.
   ќна оп€ть легла. ѕослышалс€ звон, быть может тот
же самый монастырский, припомнились ей оп€ть
притвор и темные фигуры, забродили в голове мысли
о боге и неизбежной смерти, и она укрылась с
головой, чтобы не слышать звона; она сообразила,
что, прежде чем наступ€т сырость и смерть, будет
еще т€нутьс€ длинна€-длинна€ жизнь, и изо дн€ в
день придетс€ считатьс€ с близостью нелюбимого
человека, который вот пришел уже в спальню и
ложитс€ спать, и придетс€ душить в себе
безнадежную любовь к другому - молодому,
оба€тельному и, как казалось ей, необыкновенному.
ќна взгл€нула на мужа и хотела пожелать ему доброй
ночи, но вместо этого вдруг заплакала. ≈й было
досадно на себ€.
   - Ќу, начинаетс€ музыка! - проговорил ягич, дела€
ударение на зы.
   ќна успокоилась, но поздно, только к дес€тому часу
утра; она перестала плакать и дрожать всем телом,
но зато у ней началась сильна€ головна€ боль. ягич
торопилс€ к поздней обедне и в соседней комнате
ворчал на денщика, который помогал ему одеватьс€.
ќн вошел в спальню раз, м€гко звен€ шпорами, и
вз€л что-то, потом в другой раз - уже в эполетах и
орденах, чуть-чуть похрамыва€ от ревматизма, и
—офье Ћьвовне показалось почему-то, что он ходит и
смотрит, как хищник.
   ќна слышала, как ягич позвонил у телефона.
   - Ѕудьте добры, соедините с ¬асильевскими
казармами! - сказал он; а через минуту: -
¬асильевские казармы? ѕригласите, пожалуйста, к
телефону доктора —алимовича... - » еще через
минуту: - — кем говорю? “ы, ¬олод€? ќчень рад.
ѕопроси, милый, отца приехать сейчас к нам, а то
мо€ супруга сильно расклеилась после вчерашнего.
Ќет дома, говоришь? √м... Ѕлагодарю. ѕрекрасно...
премного об€жешь... Merci.
   ягич в третий раз вошел в спальню, нагнулс€ к
жене, перекрестил ее, дал ей поцеловать свою руку
(женщины, которые его любили, целовали ему руку, и
он привык к этому) и сказал, что вернетс€ к обеду.
» вышел.
   ¬ двенадцатом часу горнична€ доложила, что пришли
¬ладимир ћихайлыч. —офь€ Ћьвовна, пошатыва€сь от
усталости и головной боли, быстро надела свой
новый удивительный капот сиреневого цвета, с
меховою обшивкой, наскоро кое-как причесалась; она
чувствовала в своей душе невыразимую нежность и
дрожала от радости и страха, что он может уйти. ≈й
бы только взгл€нуть на него.
   ¬олод€ маленький пришел с визитом, как следует, во
фраке и в белом галстуке.  огда в гостиную вошла
—офь€ Ћьвовна, он поцеловал у нее руку и искренно
пожалел, что она нездорова. ѕотом, когда сели,
похвалил ее капот.
   - ј мен€ расстроило вчерашнее свидание с ќлей, -
сказала она. - —начала мне было жутко, но теперь €
ей завидую. ќна - несокрушима€ скала, ее с места
не сдвинешь; но неужели, ¬олод€, у нее не было
другого выхода? Ќеужели погребать себ€ заживо
значит решать вопрос жизни? ¬едь это смерть, а не
жизнь.
   ѕри воспоминании об ќле на лице у ¬олоди
маленького показалось умиление.
- ¬от вы, ¬олод€, умный человек, - сказала —офь€
Ћьвовна, - научите мен€, чтобы € поступила точно
так же, как она.  онечно, € неверующа€ и в
монастырь не пошла бы, но ведь можно сделать
что-нибудь равносильное. ћне нелегко живетс€, -
продолжала она, помолчав немного. - Ќаучите же...
—кажите мне что-нибудь убедительное. ’оть одно
слово скажите.
   - ќдно слово? »звольте: тарарабумби€.
   - ¬олод€, за что вы мен€ презираете? - спросила
она живо. - ¬ы говорите со мной каким-то
особенным, простите, фатовским €зыком, как не
говор€т с друзь€ми и с пор€дочными женщинами. ¬ы
имеете успех, как ученый, вы любите науку, но
отчего вы никогда не говорите со мной о науке?
ќтчего? я не достойна?
   ¬олод€ маленький досадливо поморщилс€ и сказал:
   - ќтчего это вам так вдруг науки захотелось? ј
может, хотите конституции? »ли, может, севрюжины с
хреном?
   - Ќу, хорошо, € ничтожна€, др€нна€, беспринципна€,
недалека€ женщина... ” мен€ тьма, тьма ошибок, €
психопатка, испорченна€, и мен€ за это презирать
надо. Ќо ведь вы, ¬олод€, старше мен€ на дес€ть
лет, а муж старше мен€ на тридцать лет. я росла на
ваших глазах, и если бы вы захотели, вы могли бы
сделать из мен€ все, что вам угодно, хоть ангела.
Ќо вы... (голос у нее дрогнул) поступаете со мной
ужасно. ягич женилс€ на мне, когда уже постарел, а
вы...
   - Ќу, полно, полно, - сказал ¬олод€, сад€сь
поближе и целу€ ей обе руки. - ѕредоставим
Ўопенгауэрам философствовать и доказывать все, что
им угодно, а сами будем целовать эти ручки.
   - ¬ы мен€ презираете, и если б вы знали, как €
страдаю от этого! - сказала она нерешительно,
заранее зна€, что он ей не поверит. - ј если б вы
знали, как мне хочетс€ изменитьс€, начать новую
жизнь! я с восторгом думаю об этом, - проговорила
она и в самом деле прослезилась от восторга. -
Ѕыть хорошим, честным, чистым человеком, не лгать,
иметь цель в жизни.
   - Ќу, ну, ну, пожалуйста, не ломайтесь! Ќе люблю!
- сказал ¬олод€, и лицо его прин€ло капризное
выражение. - ≈й-богу, точно на сцене. Ѕудем
держать себ€ по-человечески.
   „тобы он не рассердилс€ и не ушел, она стала
оправдыватьс€ и в угоду ему насильно улыбнулась, и
оп€ть заговорила об ќле и про то, как ей хочетс€
решить вопрос своей жизни, стать человеком.
   - “ара... ра... бумби€... - запел он вполголоса. -
“ара... ра... бумби€!
   » неожиданно вз€л ее за талию. ј она, сама не
зна€, что делает, положила ему на плечи руки и
минуту с восхищением, точно в чаду каком-то,
смотрела на его умное, насмешливое лицо, лоб,
глаза, прекрасную бороду...
   - “ы сам давно знаешь, € люблю теб€, - созналась
она ему и мучительно покраснела и почувствовала,
что у нее даже губы судорожно покривились от
стыда. - я теб€ люблю. «ачем же ты мен€ мучаешь?
   ќна закрыла глаза и крепко поцеловала его в губы,
и долго, пожалуй, с минуту, никак не могла кончить
этого поцелу€, хот€ знала, что это неприлично, что
он сам может осудить ее, может войти прислуга...
   - ќ, как ты мен€ мучаешь! - повторила она.
    огда через полчаса он, получивший то, что ему
нужно было, сидел в столовой и закусывал, она
сто€ла перед ним на колен€х и с жадностью смотрела
ему в лицо, и он говорил ей, что она похожа на
собачку, котора€ ждет, чтоб ей бросили кусочек
ветчины. ѕотом он посадил ее к себе на одно колено
и, кача€, как ребенка, запел:
   - “ара... рабумби€... “ара... рабумби€!
   ј когда он собралс€ уходить, она спрашивала его
страстным голосом:
   -  огда? —егодн€? √де?
   » она прот€нула к его рту обе руки, как бы жела€
схватить ответ даже руками.
   - —егодн€ едва ли это удобно, - сказал он,
подумав. - ¬от разве завтра.
   » они расстались. ѕеред обедом —офь€ Ћьвовна ехала
в монастырь к ќле, но там сказали ей, что ќл€
где-то на покойнике читает псалтирь. »з монастыр€
она поехала к отцу и тоже не застала дома, потом
переменила извозчика и стала ездить по улицам и
переулкам без вс€кой цели, и каталась так до
вечера. » почему-то при этом вспомнилась ей та
сама€ тет€ с заплаканными глазами, котора€ не
находила себе места.
   ј ночью оп€ть катались на тройках и слушали цыган
в загородном ресторане. » когда оп€ть проезжали
мимо монастыр€, —офь€ Ћьвовна вспоминала про ќлю,
и ей становилось жутко от мысли, что дл€ девушек и
женщин ее круга нет другого выхода, как не
перестава€ кататьс€ на тройках и лгать или же идти
в монастырь убивать плоть... ј на другой день было
свидание, и оп€ть —офь€ Ћьвовна ездила по городу
одна на извозчике и вспоминала про тетю.
   „ерез неделю ¬олод€ маленький бросил ее. » после
этого жизнь пошла по-прежнему, така€ же неинтересна€,
тосклива€ и иногда даже мучительна€. ѕолковник и
¬олод€ маленький подолгу играли на биль€рде и в
пикет, –ита безвкусно и в€ло рассказывала
анекдоты, —офь€ Ћьвовна все ездила на извозчике и
просила мужа, чтобы он покатал ее на тройке.
   «аезжа€ почти каждый день в монастырь, она
надоедала ќле, жаловалась ей на свои невыносимые
страдани€, плакала и при этом чувствовала, что в
келью вместе с нею входило что-то нечистое,
жалкое, поношенное, а ќл€ машинально, тоном
заученного урока говорила ей, что все это ничего,
все пройдет и бог простит.


¬ ѕќ„“ќ¬ќћ ќ“ƒ≈Ћ≈Ќ»»
   ’оронили мы как-то на дн€х молоденькую жену нашего
старого почтмейстера —ладкоперцева. «акопавши красавицу,
мы, по обычаю дедов и отцов, отправились
в почтовое отделение "пом€нуть".
    огда были поданы блины, старик-вдовец горько
заплакал и сказал:
   - Ѕлины такие же рум€ненькие, как и покойница.
“акие же красавицы! “очь-в-точь!
   - ƒа,- согласились поминавшие,- она у вас действительно
была красавица... ∆енщина первый сорт!
   - ƒа-с... ¬се удивл€лись, на нее гл€дючи... Ќо,
господа, любил € ее не за красоту и не за добрый нрав,
Ёти два качества присущественны всей женской природе
и встречаютс€ довольно часто в подлунном мире. я ее
любил за иное качество души. ј именно-с: любил € ее,
покойницу, дай бог ей царство небесное, за то, что она
при бойкости и игривости своего характера, мужу своему
была верна. ќна была верна мне, несмотр€ на то, что
ей было только двадцать, а мне скоро уж шестьдес€т
стукнет! ќна была верна мне, старику!
   ƒь€кон, трапезовавший с нами, красноречивым мычанием
и кашлем выразил свое сомнение.
   - ¬ы не верите, стало быть? - обратилс€ к нему
вдовец.
   - Ќе то что не верю,- смутилс€ дь€кон,- а так...
ћолодые жены нынче уж слишком того... рандеву, соус
провансаль...
   - ¬ы сомневаетесь, а € вам докажу-с! я в ней поддерживал
ее верность разными способами, так сказать,
стратегического свойства, вроде как бы фортификации.
ѕри моем поведении и хитром характере жена мо€ не
могла изменить мне ни в каком случае. я хитрость употребл€л
дл€ охранени€ своего супружеского ложа. —лова
такие знаю, вроде как бы пароль. —кажу эти самые
слова и - баста, могу спать в спокойствии насчет верности...
   -  акие же это слова?
   - —амые простые. я распространил по городу нехороший
слух. ¬ам этот слух доподлинно известен. я говорил
вс€кому: "∆ена мо€ јлена находитс€ в сожительстве
с нашим полицмейстером »ваном јлексеичем
«алихватским". Ётих слов было достаточно. Ќи один
человек не осмеливалс€ ухаживать за јленой, ибо бо€лс€
полицмейстерского гнева.  ак, бывало, увид€т ее, так
и бегут прочь, чтоб «алихватский чего не подумал.
’е-хе-хе. ¬едь с этим усатым идолом св€жись, так потом
не рад будешь, п€ть протоколов составит насчет
санитарного состо€ни€.   примеру, увидит твою кошку
на улице и составит протокол, как будто это брод€чий
скот.
   - “ак жена ваша, значит, не жила с »ваном јлексеичем?
- удивились мы прот€жно.
   - Ќет-с, это мо€ хитрость... ’е-хе... „то, ловко
надувал € вас, молодежь? “о-то вот оно и есть.
   ѕрошло минуты три в молчании. ћы сидели и молчали,
и нам было обидно и совестно, что нас так хитро
провел этот толстый красноносый старик.
   - Ќу, бог даст, в другой раз женишьс€! - проворчал
дь€кон.

¬ —ј–ј≈
   Ѕыл дес€тый час вечера.  учер —тепан, дворник
ћихайло, кучеров внук јлешка, приехавший погостить
к деду из деревни, и Ќикандр, семидес€тилетний
старик, приходивший каждый вечер во двор продавать
селедки, сидели вокруг фонар€ в большом каретном
сарае и играли в короли. ¬ открытую настежь дверь
виден был весь двор, большой дом, где жили
господа, видны были ворота, погреба, дворницка€.
¬се было покрыто ночными потемками, и только
четыре окна одного из флигелей, зан€тых жильцами,
были €рко освещены. “ени кол€сок и саней с
приподн€тыми вверх оглобл€ми т€нулись от стен к
двер€м, перекрещивались с тен€ми, падавшими от
фонар€ и игроков, дрожали... «а тонкой
перегородкой, отдел€вшей сарай от конюшни, были
лошади. ѕахло сеном, да от старого Ќикандра шел
непри€тный селедочный запах.
   ¬ короли вышел дворник; он прин€л позу, кака€, по
его мнению, подобает королю, и громко высморкалс€
в красный клетчатый платок.
   - “еперь, кому хочу, тому голову срублю,- сказал
он.
   јлешка, мальчик лет восьми, с белобрысой, давно не
стриженной головой, у которого до корол€ не
хватало только двух вз€ток, сердито и с завистью
погл€дел на дворника. ќн надулс€ и нахмурилс€.
   - я, дед, под теб€ буду ходить,- сказал он,
задумыва€сь над картами.- я знаю, у теб€ дамка
бубней.
   - Ќу, ну, дурачок, будет тебе думать! ’оди!
   јлешка несмело пошел с бубнового валета. ¬ это
врем€ со двора послышалс€ звонок.
   - ј, чтоб теб€...- проворчал дворник, поднима€сь.-
»ди, король, ворота отвор€ть.
    огда он немного погод€ вернулс€, јлешка был уже
принцем, селедочник - солдатом, а кучер - мужиком.
   - ƒело выходит др€нь,- сказал дворник, оп€ть
усажива€сь за карты.- —ейчас докторов выпустил. Ќе
вытащили.
   - √де им! ѕочитай, только мозги расковыр€ли. ≈жели
пул€ в голову попала, то уж какие там доктора...
   - Ѕез пам€ти лежит,- продолжал дворник.- ƒолжно,
помрет. јлешка, не подгл€дывай в карты, псенок, а
то за ухи! ƒа, доктора со двора, а отец с матерью
во двор... “олько что приехали. ¬ою этого, плачу -
не приведи бог! —казывают, один сын... √оре!
   ¬се, кроме јлешки, погруженного в игру, огл€нулись
на €рко освещенные окна флигел€.
   - «автра велено в участок,- сказал дворник.-
ƒопрос будет... ј € что знаю? Ќешто € видел? «овет
мен€ нынче утром, подает письмо и говорит:
"ќтпусти, говорит, в почтовый €щик". ј у самого
глаза заплаканы. ∆ены и детей дома не было, гул€ть
пошли... ѕока, значит, € ходил с письмом, он и
выпалил из левольвера себе в висок. ѕрихожу, а уж
его кухарка на весь двор голосит.
   - ¬еликий грех,- проговорил сиплым голосом
селедочник и покрутил головой.- ¬еликий грех!
   - ќт большей науки,- сказал дворник, подбира€
вз€тку.- ”м за разум зашел. Ѕывало, по ночам сидит
и все бумаги пишет... ’оди, мужик!.. ј хороший был
барин. »з себ€ белый, черн€вый, высокий!..
ѕор€дочный был жилец.
   - Ѕудто всему тут причина женский пол,- сказал
кучер, хлопа€ козырной дев€ткой по бубновому
королю.- Ѕудто чужую жену полюбил, а сво€
опостылела. Ѕывает.
   -  ороль бунтуетс€!- сказал дворник.
   ¬ это врем€ со двора оп€ть послышалс€ звонок.
¬збунтовавшийс€ король досадливо сплюнул и вышел.
¬ окнах флигел€ замелькали тени, похожие на танцующие
пары. –аздались во дворе встревоженные голоса,
торопливые шаги.
   - ƒолжно, оп€ть доктора пришли:- сказал кучер.-
«алегаетс€ наш ћихайло...
   —транный воющий голос прозвучал на мгновение в
воздухе. јлешка испуганно погл€дел на своего деда,
кучера, потом на окна и сказал:
   - ¬черась около ворот он мен€ по голове погладил.
“ы, говорит, мальчик, из какого уезда? ƒед, кто
это выл сейчас?
   ƒед ничего не ответил и поправил огонь в фонаре.
   - ѕропал человек,- сказал он немного погод€ и
зевнул.- » он пропал, и детки его пропали. “еперь
дет€м на всю жизнь срам.
   ƒворник вернулс€ и сел около фонар€.
   - ѕомер!- сказал он.- ѕослали за старухами в
богадельню.
   - ÷арство небесное, вечный покой!- прошептал кучер
и перекрестилс€.
   √л€д€ на него, јлешка тоже перекрестилс€.
   - Ќельз€ таких поминать,- сказал селедочник..
   - ќтчего?
   - √рех.
   - Ёто верно,- согласилс€ дворник.- “еперь его
пр€мо в ад, к нечистому...
   - √рех,- повторил селедочник.- “аких ни хоронить,
ни отпевать, а все равно как падаль, без вс€кого
внимани€.
   —тарик надел картуз и встал.
   - ” нашей барыни-генеральши тоже вот,- сказал он,
надвига€ глубже картуз,- мы еще тогда крепостными
были, меньшой сын тоже вот так от большого ума из
пистолета себе в рот выпалил. ѕо закону выходит,
надо хоронить таких без попов, без панихиды, за
кладбищем, а барын€, значит, чтоб сраму от людей
не было, подмазала полицейских и докторов, и такую
бумагу ей дали, будто сын в гор€чке это самое, в
беспам€тстве. «а деньги все можно. ѕохоронили его,
значит, с попами, честь честью, музыка играла, и
положили под церковью, потому покойный генерал эту
церковь на свои деньги выстроил и вс€ его там родн€ похоронена.
“олько вот это, братцы, проходит мес€ц, проходит
другой - и ничего. Ќа третий мес€ц докладывают
генеральше, из церкви этой самой сторожа пришли.
„то надо? ѕривели их к ней; они ей в ноги. "Ќе
можем, говор€т, ваше превосходительство,
служить... »щите других сторожей, а нас, сделайте
милость, увольте".- ѕочему такое?- "Ќет, говор€т,
никакой возможности. ¬аш сынок всю ночь под
церковью воет".
   јлешка вздрогнул и припал лицом к спине кучера,
чтобы не видеть окон.
   - √енеральша сначала слушать не хотела,- продолжал
старик.- ¬се это, говорит, у вас, у простонародь€,
от мнени€. ћертвый человек не может выть. —пуст€
врем€ сторожа оп€ть к ней, а с ними и дь€чок.
«начит, и дь€чок слышал, как тот воет. ¬идит
генеральша, дело плохо, заперлась со сторожами у
себ€ в спальне и говорит: "¬от вам, друзь€,
двадцать п€ть рублей, говорит, а за это вы ночью
потихоньку, чтоб никто не видел и не слыхал,
выройте моего несчастного сына и закопайте его,
говорит, за кладбищем". », должно, по стаканчику
им поднесла... —торожа так и сделали. ѕлита-то с
надписом под церковью и посейчас, а он-то сам,
генеральский сын, за кладбищем... ќх, господи,
прости нас, грешных!- вздохнул селедочник.- ¬ году
только один день, когда за таких молитьс€ можно:
троицына суббота... Ќищим за них подавать нельз€,
грех, а можно за упокой души птиц кормить.
√енеральша каждые три дн€ на перекресток выходила
и птиц кормила. –аз на перекрестке откуда ни
возьмись черна€ собака; подскочила к хлебу - и
была такова... »звестно, кака€ это собака.
√енеральша потом дней п€ть, как полуумна€, не
пила, не ела... ¬друг это упадет в саду на колени
и молитс€, молитс€... Ќу, прощайте, братцы, дай
вам бог, царица небесна€. ѕойдем, ћихайлушка,
отворишь мне ворота.
   —еледочник и дворник вышли.  учер и јлешка тоже
вышли, чтобы не оставатьс€ в сарае.
   - ∆ил человек и помер!- сказал кучер, гл€д€ на
окна, в которых все еще мелькали тени.- —егодн€
утром тут по двору ходил, а теперь мертвый лежит.
   - ѕридет врем€, и мы помрем,- сказал дворник,
уход€ с селедочником, и их обоих уже не было видно
в потемках.
    учер, а за ним јлешка, несмело подошли к
освещенным окнам. ќчень бледна€ дама, с большими
заплаканными глазами, и седой, благообразный
мужчина сдвигали среди комнаты два ломберных
стола, веро€тно, затем, чтобы положить на них
покойника, и на зеленом сукне столов видны были
еще цифры, написанные мелом.  ухарка, котора€
утром бегала по двору и голосила, теперь сто€ла на
стуле и, выт€гива€сь, старалась закрыть простынею
зеркало.
   - ƒед, что они делают?- спросил шепотом јлешка.
   - —ейчас его на столы класть будут,- ответил дед.-
ѕойдем, детка, пора спать.
    учер и јлешка вернулись в сарай. ѕомолились богу,
разулись. —тепан лег в углу на полу, јлешка в
сан€х. —арайные двери были уже закрыты, сильно
вон€ло гарью от потушенного фонар€. Ќемного погод€
јлешка подн€л голову и погл€дел вокруг себ€;
сквозь щели дверей виден был свет все от тех же
четырех окон.
   - ƒед, мне страшно!- сказал он.
   - Ќу, спи, спи...
   - “ебе говорю, страшно!
   - „то тебе страшно? Ёкой баловник!
   ѕомолчали.
   јлешка вдруг выскочил из саней и, громко заплакав,
подбежал к деду.
   - „то ты? „его тебе?- испугалс€ кучер, тоже
поднима€сь.
   - ¬оет!
   -  то воет?
   - —трашно, дед... —лышь?
    учер прислушалс€.
   - Ёто плачут,- сказал он.- Ќу, поди, дурачок. »м
жалко, ну и плачут.
   - я в деревню хочу...- продолжал внук, всхлипыва€
и дрожа всем телом.- ƒед, поедем в деревню в
мамке; поедем, дед, милый, бог тебе за это пошлет
царство небесное...
   - Ёкой дурак, а! Ќу, молчи, молчи... ћолчи, €
фонарь засвечу... ƒурак!
    учер нащупал спички и зажег фонарь. Ќо свет не
успокоил јлешку.
   - ƒед —тепан, поедем в деревню!- просил он,
плача.- ћне тут страшно... и-и, как страшно! »
зачем ты, ока€нный, мен€ из деревни выписал?
   -  то это ока€нный? ј нешто можно законному деду
такие неосновательные слова? ¬ыпорю!
   - ¬ыпори, дед, выпори, как сидорову козу, а только
свези мен€ к мамке, сделай божескую милость...
   - Ќу, ну, внучек, ну!- зашептал ласково кучер.-
Ќичего, не бойс€... ћне и самому страшно... “ы
богу молись!
   —крипнула дверь, и показалась голова дворника.
   - Ќе спишь, —тепан?- спросил он.- ј мне всю ночь
не спать,- сказал он, вход€.- ¬сю ночь отвор€й
ворота да запирай... “ы, јлешка, что плачешь?
   - —трашно,- ответил за внука кучер.
   ќп€ть в воздухе ненадолго пронесс€ воющий голос.
ƒворник сказал:
   - ѕлачут. ћать глазам не верит... —трасть как
убиваетс€.
   - » отец тут?
   - » отец... отец ничего. —идит в уголушке и
молчит. ƒетей к родным унесли... „то ж, —тепан? ¬
своего козыр€ сыграем, что ли?
   - ƒавай,- согласилс€ кучер, почесыва€сь.- ј ты,
јлешка, ступай спи. ∆енить пора, а ревешь, подлец.
Ќу, ступай, внучек, иди...
   ѕрисутствие дворника успокоило јлешку; он несмело
пошел к сан€м и лег. » пока он засыпал, ему
слышалс€ полушепот:
   - Ѕью и наваливаю...- говорил дед.
   - Ѕью и наваливаю...- повтор€л дворник.
   ¬о дворе позвонили, дверь скрипнула и тоже,
казалось, проговорила: "Ѕью и наваливаю".  огда
јлешка увидел во сне барина и, испугавшись его
глаз, вскочил и заплакал, было уже утро, дед
храпел и сарай не казалс€ страшным.

«јЅЋ”ƒЎ»≈
   ƒачна€ местность, окутанна€ ночным мраком. Ќа
деревенской колокольне бьет час. ѕрис€жные поверенные
 оз€вкин и Ћаев, оба в отменном настроении
и слегка пошатыва€сь, выход€т из лесу и направл€ютс€
к дачам.
   - Ќу, слава создателю, пришли...- говорит  оз€вкин,
перевод€ дух.- ¬ нашем положении пройти
пехтурой п€ть верст от полустанка - подвиг.
—трашно ума€лс€! », как назло, ни одного извозчика...
   - √олубчик, ѕет€... не могу! ≈сли через п€ть
минут € не буду в постели, то умру, кажетс€...
   - ¬ по-сте-ли? Ќу, это шалишь, брат! ћы сначала
поужинаем, выпьем красненького, а потом уж
и в постель. ћы с ¬ерочкой не дадим тебе спать...
ј хорошо, братец ты мой, быть женатым! “ы не понимаешь
этого, черства€ душа! ѕриду € сейчас к
себе домой утомленный, замученный... мен€ встретит
люб€ща€ жена, попоит чайком, даст поесть и, в благодарность
за мой труд, за любовь, взгл€нет на
мен€ своими черненькими глазенками так ласково
и приветливо, что забуду €, братец  ты мой, и усталость,
и кражу со взломом, и судебную палату, и
кассационный департамент...’оррошо!
   - Ќо... у мен€, кажетс€, ноги отломались... я
едва иду... ѕить страшно хочетс€...
   - Ќу, вот мы и дома.
   ѕри€тели подход€т к одой из дач и останавливаютс€
перед крайним окном.
   - ƒачка славна€,- говорит  оз€вкин.- ¬от завтра
увидишь, какие здесь виды! “емно в окнах. —тало
быть, ¬ерочка уже легла, не захотела дожидатьс€.
Ћежит и, должно быть, мучитс€, что мен€ до сих пор
нет...(ѕихает тростью окно, которое отвор€етс€).
Ётака€ ведь бесстрашна€, ложитс€ в постель и не запирает
окон. (—нимает крылатку и бросает ее вместе
с портфелем в окно.) ∆арко! ƒавай-ка зат€нем серенаду,
посмешим ее... (ѕоет.) "ћес€ц плывет по ночным
небесам... ¬етерочек чуть-чуть дышит... ветерочек
чуть-чуть колышет"... ѕой, јлеша! ¬ерочка, спеть тебе
серенаду Ўуберта? (ѕоет.) "ѕе-еснь мо€-€-€... лети-ит
с мольбо-о-о-ю..." (√олос обрываетс€ судорожным
кашлем.) “ьфу! ¬ерочка, скажи-ка јксинье, чтобы
она отперла нам калитку! (ѕауза.) ¬ерочка! Ќе
ленись же, встань, мила€! (—тановитс€ на камень и
гл€дит в окно.) ¬ерунчик, мамочка мо€, веревьюнчик...
ангелочек, жена мо€ бесподобна€, встань и скажи
јксинье, чтобы она отперла нам калитку! ¬едь
не спишь же! ћамочка, ей-ббогу, мы так утомлены и
обессилены, что нам вовсе не до шуток. ¬едь мы
пешком от станции шли! ƒа ты слышишь или нет?
ј, черт возьми! (ƒелает попытку влезть в окно и
срываетс€.) ћожет быть, гостю непри€тны эти шутки!
“ы, € вижу, ¬ера, така€ же институтка, как
была, все бы тебе шалить...
   - ј может быть, ¬ера —тепановна спит!- говорит
Ћаев.
   - Ќе спит! ≈й, веро€тно, хочетс€, чтобы € подн€л
шум и взбудоражил всех соседей! я уже начинаю
сердитьс€, ¬ера! ј, черт возьми! ѕодсади мен€,
јлеша, € влезу! ƒевчонка ты, школьница и больше
ничего!.. ѕодсади!
   Ћаев с пыхтеньем подсаживает  оз€вкина. “от
влезает в окно и исчезает во мраке комнаты.
   - ¬ерка!- слышит через минуту Ћаев.- √де
ты? „ерррт... “ьфу, во что-то руку выпачкал! “ьфу!
   —лышитс€ шорох, хлопанье крыльев и отча€нный
крик курицы.
   - ¬от те на!- слышит Ћаев.- ¬ера, откуда у
нас куры? „ерт возьми, да тут их пропасть! ѕлетушка
с индейкой...  люетс€, п-подла€!
   »з окна с шумом вылетают две курицы и, крича
во все горло, мчатс€ по улице.
   - јлеша, да мы не туда попали!- говорит  оз€вкин
плачущим голосом.- “ут куры какие-то... я,
должно быть, обозналс€... ƒа ну вас к черту, разлетались
тут, анафемы!
   - “ак ты выходи поскорей! ѕонимаешь? ”мираю
от жажды!
   - —ейчас... Ќайду вот крылатку и портфель...
   - “ы спичку зажги!
   - —пички в крылатке... ”гораздило же мен€
сюда забратьс€! ¬се дачи одинаковые, сам черт не
различит их в потемках. ой, индейка в щеку клюнула!
ѕ-подла€...
   - ¬ыходи поскорее, а то подумают, что мы кур
воруем!
   - —ейчас...  рылатки никак не найду. “р€пь€
здесь вал€етс€ много, и не разберешь, где тут крылатка.
Ѕрось-ка мне спички!
   - ” мен€ нет спичек!
   - ѕоложение, нечего сказать!  ак же быть-то?
Ѕез крылатки и портфел€ никак нельз€. Ќадо отыскать
их.
   - Ќе понимаю, как это можно не узнать своей
собственной дачи,- возмущаетс€ Ћаев.- ѕь€на€
рожа... ≈сли б € знал, что будет така€ истори€, ни
за что бы не поехал с тобой. “еперь бы € был дома,
спал безм€тежно, а тут изволь вот мучитьс€... —трашно
утомлен, пить хочетс€... голова кружитс€!
   - —ейчас, сейчас... не умрешь...
   „ерез голову Ћаева с криком пролетает большой
петух. Ћаев глубоко вздыхает и, безнадежно махнув
рукой, садитс€ на камень. ƒуша у него горит от
жажды, глаза слипаютс€, голову клонит вниз...
ѕроходит минут п€ть, дес€ть, наконец двадцать, а  оз€вкин
все еще возитс€ с курами.
   - ѕетр, скоро ли ты?
   - —ейчас. Ќашел было портфель, да оп€ть потер€л.
   Ћаев подпирает голову кулаками и закрывает
глаза.  уриный крик становитс€ все громче. ќбитательницы
пустой дачи вылетают из окна и, кажетс€
ему, как совы кружатс€ во тьме над его головой. ќт их
крика в ушах его стоит звон, душой овладевает
ужас.
   "—скотна!..- думает он.- ѕригласил в гости,
обещал угостить вином да простоквашей, а вместо
того заставил пройтись от станции пешком и этих
кур слушать..."
   ¬озмуща€сь, Ћаев сует подбородок в воротник,
кладет голову на свой портфель и мало-помалу
успокаиваетс€. ”томление берет свое, и он начинает
засыпать.
   - Ќашел портфель!- слышит он торжествующий
крик  оз€вкина.- Ќайду сейчас крылатку, и-
баста, идем!
   Ќо вот сквозь сон слышит он собачий лай. Ћает
сначала одна собака, потом друга€, треть€... и собачий
лай, меша€сь с куричным кудахтаньем, дает какую-то
дикую музыку.  то-то подходит к Ћаеву и
спрашивает о чем-то. «асим слышит он, что через
его голову лезут в окно, стучат, кричат... ∆енщина
в красном фартуке стоит около него с фонарем в
руке и о чем-то спрашивает.
   - ¬ы не имеете права говорить это!- слышит он
голос  оз€вкина.- я прис€жный поверенный, кандидат
прав  оз€вкин. ¬от вам мо€ визитна€ карточка!
   - Ќа что мне ваша карточка!- говорит кто-то
хриплым басом.- ¬ы у мен€ всех кур поразгон€ли,
вы подавили €йца! ѕогл€дите, что вы наделали! Ќе
сегодн€-завтра индюшата должны были вылупитьс€,
а вы подавили. Ќа что же, сударь, сдалась мне
ваша карточка?
   - ¬ы не смеете мен€ удерживать! ƒа-с! я не
позволю!
   "ѕить хочетс€..."- думает Ћаев, стара€сь открыть
глаза и чувству€, как через его голову кто-то
лезет из окна.
   - я -  оз€вкин! “ут мо€ дача, мен€ тут все
знают!
   - Ќикакого  оз€вкина мы не знаем!
   - „то ты мне рассказываешь? ѕозвать старосту!
ќн мен€ знает!
   - Ќе гор€читесь, сейчас ур€дник приедет... ¬сех
дачников тутошних мы знаем, а вас отрод€сь не видели.
   - я уж п€тый год в √нилых ¬ыселках на даче
живу!
   - Ёва! Ќешто это ¬ыселки? «десь ’илово, а
√нилые ¬ыселки правее будут, за спичечной фабрикой.
¬ерсты за четыре отсюда.
   - „ерт мен€ возьми! Ёто, значит, € не той дорогой
пошел!
   „еловеческие и птичьи крики мешаютс€ с собачьим
лаем, и из смеси звукового хаоса выдел€етс€ голос
 оз€вкина:
   - ¬ы не смеете! я заплачу! ¬ы узнаете, с кем
имеете дело!
   Ќаконец голоса мало-помалу стихают. Ћаев чувствует,
что его треплют за плечо.

«ј ”— ј
   Ѕыл пасхальный канун. «а час до заутрени зашли за
мной мои при€тели. ќни были во фраках и белых
галстухах.
   - ќчень кстати, господа, - сказал €. - ¬ы поможете
мне убрать стол... я человек холостой, бабенции у
мен€ не полагаетс€, а посему... помощь дружеска€.
ѕлумбов, давай стол отодвинем!
   ѕри€тели двинулись к столу, и через какие-нибудь
п€ть минут мой стол уже изображал собой
аппетитнейшую картину. ќкорок, колбасы, водки,
вина, заливной поросенок... ”брав стол, мы вз€лись
за цилиндры: пора! Ќо не тут-то было...  то-то
позвонил...
   - ƒома? - услышали мы чей-то хриплый голос. -
¬ходи, »ль€, не бойс€!
   ¬ошел ѕрекрасновкусов. «а ним робко шагал
маленький, чахлый человечек. ” обоих под мышками
были портфели...
   - “ссс... - сказал € при€тел€м. - язык за зубами!
   - –екомендую! - сказал ѕрекрасновкусов, указыва€
на чахлого человечка. - »ль€ ƒробискулов! Ќа дн€х
к нам поступил, к нашему лику причислилс€... ƒа ты
не конфузьс€, »люша! ѕора привыкнуть! ј мы, знаете
ли, шли, шли, вз€ли да и зашли. ƒай, думаю,
зайдем, праздничные возьмем, чтоб завтра не
беспокоить...
   я сунул обоим по синенькой. ƒробискулов
сконфузилс€.
   - “ак-с, - продолжал ѕрекрасновкусов, загл€нув
себе в кулак. - ¬ы уж уходите? ј не рано ли?
ƒавайте-ка посидим минуту... отдохнем. —адись,
»ль€, не бойс€! ѕривыкай! «акусок-то сколько,
закусок! ј? «акусок-то! ћне окорок напоминает один
анекдот...
   » ѕрекрасновкусов, пожира€ мои закуски, рассказал
нам похабный анекдот. ѕрошло четверть часа. „тобы
выжить гостей, € послал своего јндрюшку на улицу
прокричать "караул". јндрюшка вышел и кричал минут
п€ть, но гости мои ни гугу... » внимани€ не
обратили, как будто бы "караул" не их дело...
   - ј долго еще ждать разговень€! - сказал
ѕрекрасновкусов. - “еперь еще грешно, в то бы мы,
»люша, того... по единой... ј что, господа, не
пропустить ли нам по одной? ¬едь водка постна€! ј?
ƒавайте-ка!
   »де€ пришлась моим при€тел€м по вкусу. ѕодошли к
столу, налили и выпили. «акусили селедочкой, а на
скоромное только взгл€нули. ѕрекрасновкусов
похвалил водку и, жела€ узнать, какого она завода,
выпил другую. »люша сконфузилс€ и тоже пожелал
узнать... ¬ыпили, но не узнали.
   - —лавна€ водка! - сказал ѕрекрасновкусов. - ”
моего д€ди свой винокуренный завод был. “ак вот, у
д€ди-то, была, так сказать...
   » гость рассказал, как с д€диной "обже" на каланче
свидание имел. ћои при€тели окружили его и
попросили рассказать еще что-нибудь... ≈ще раз
выпили. ƒробискулов очень ловко захватил рукавом
кусочек колбасы, вз€л его в носовой платок и,
сморка€сь, незаметно положил в рот.
ѕрекрасновкусов съел кусок пасхи из творога.
   - ј € и забыл, что она скоромна€! - сказал он,
глота€. - Ќадо ее запить...
   √овор€т, что в полночь звонили к заутрене, но мы
не слышали этого звона. ¬ полночь мы ходили вокруг
стола и спрашивали себ€: что бы еще выпить...
этакое? ƒробискулов сидел в углу и, конфуз€сь,
глодал заливного поросенка. ѕрекрасновкусов бил
кулаком по своему портфелю и говорил:
   - ¬ы мен€ не любите, а € вот вас... ллюблю!
„естное и блаагородное слово, ллюблю! я куроцап,
волк, коршун, птица хищна€, но во мне все-таки
есть настолько чувств и ума, чтоб понимать, что
мен€ не следует любить. я, например, вот вз€л
праздничные... ¬едь вз€л? ј завтра € приду и
скажу, что не брал... –азве можно любить мен€
после этого?
   ƒробискулов, покончив с поросенком, победил свою
робость и сказал:
   - ј €? ћен€ еще можно любить... я образованный
человек... я ведь не своим делом зан€лс€. Ќе мое
это дело! я к нему и призвани€ никакого не имею...
“ак только, пур манже! я... стихотворец... Ќ-да...
¬ пь€ном виде протоколы в стихах составлю. я и
гласность люблю. Ќе нрав€тс€ мне газеты только за
то, что в них пристрасти€ много. я не разбирал бы
там, кто консерватор, кто либерал. Ѕеспристрастие
- первое дело!  онсерватор нагадал - бей в морду;
либерал напакостил - лупи в харю! ¬сех лупи! ћо€
мечта - газету издавать. ’е-хе... —идел бы € себе
в редакции, морду бы надувал да конвертики
распечатывал. ј в конвертиках вс€кое бывает...
вс€кое... ’е-хе-хе... я распечатал бы, прочел бы
да и... цап его, сотрудника-то! Ќешто не любопытно?
   ¬ три часа гости вз€ли свои портфели и ушли в
трактир, беспор€дков искать. ќт закуски моей
остались одни только ножи, вилки да две ложки.
ќстальные шесть ложек исчезли...

«Ќј ќћџ… ћ”∆„»Ќј
   ѕрелестнейша€ ¬анда, или, как она называлась в
паспорте, почетна€ гражданка Ќастась€  анавкина, выписавшись
из больницы, очутилась в положении, в каком
она раньше никогда  не бывала: без приюта и без
копейки денег.  ак быть?
   ќна первым делом отправилась в ссудную кассу и
заложила там кольцо с бирюзой - единственную свою
драгоценность. ≈й дали за кольцо рубль, но... что
купишь за рубль? «а эти деньги не купишь ни модной,
короткой кофточки, ни высокой шл€пы, ни туфель бронзового
цвета, а без этих вещей она чувствовала себ€
точно голой. ≈й казалось, что не только люди, но даже
лошади и собаки гл€д€т на нее и смеютс€ над простотой
ее плать€. » думала она только о платье, вопрос же
о том, что она будет есть и где будет ночевать, не тревожил
ее нисколько.
   "’оть бы мужчину знакомого встретить...- думала
она.- я вз€ла бы денег... ћне ни один не откажет, потому
что..."
   Ќо знакомые мужчины не встречались. »х нетрудно
встретить вечером в "–енесансе", но в "–енесанс" не пуст€т
в этом простом платье и без шл€пы.  ак быть? ѕосле
долгого томлени€, когда уже надоело и ходить, и сидеть,
и думать, ¬анда решила пуститьс€ на последнее
средство: сходить к какому-нибудь знакомому мужчине
пр€мо на квартиру и попросить денег.
   "  кому бы сходить?- размышл€ла она.-   ћише
нельз€ - семейный... –ыжий старик теперь на службе..."
   ¬анда вспомнила о зубном враче ‘инкеле, выкресте,
который мес€ца три назад подарил ей браслет и
которому она однажды за ужином в Ќемецком клубе
вылила на голову стакан пива. ¬спомнив про этого
‘инкел€, она ужасно обрадовалась.
   "ќн наверное даст, лишь бы только мне дома его застать...
- думала она, ид€ к нему.- ј не даст, так €
у него там все лампы перебью".
    огда она подходила к двери зубного врача, у нее
уже был готов план: она со смехом взбежит по
лестнице, влетит к врачу в кабинет и потребует двадцать
п€ть рублей... Ќо когда она вз€лась за звонок, этот
план как-то сам собою вышел из головы. ¬анда вдруг
начала трусить и волноватьс€, чего с ней раньше никогда
не бывало. ќна бывала смела и нахальна только в
пь€ных компани€х, теперь же, одета€ в обыкновенное
платье, очутившись в роли обыкновенной просительницы,
которую могут не прин€ть, она почувствовала себ€
робкой и приниженной. ≈й стало стыдно и
страшно.
   "ћожет быть, он уже забыл про мен€...- думала
она, не реша€сь дернуть за звонок.- » как € пойду к
нему в таком платье? “очно нища€ или мещанка кака€-нибудь..."
   » нерешительно позвонила.
   «а дверью послышались шаги; это был швейцар.
   - ƒоктор дома?- спросила она.
   “еперь ей при€тнее было бы, если бы швейцар сказал
"нет", но тот вместо ответа впустил ее в переднюю
и сн€л с нее пальто. Ћестница показалась ей роскошной,
великолепной, но из всей роскоши ей прежде всего
бросилось в глаза большое зеркало, в котором она
увидела оборвашку без высокой шл€пы, без модной кофточки
и без туфель бронзового цвета. » ¬анде казалось
странным, что теперь, когда она была бедно одета
и походила на швейку или прачку, в ней по€вилс€ стыд
и уж не было ни наглости, ни смелости, и в мысл€х
она называла себ€ уже не ¬андой, а, как раньше, Ќастей
 анавкиной...
   - ѕожалуйте!- сказала горнична€, провожа€ ее в
кабинет.- ƒоктор сейчас... —адитесь.
   ¬анда опустилась в м€гкое кресло.
   "“ак и скажу: дайте взаймы!- думала она.- Ёто
прилично, потому что ведь он знаком со мной. “олько
вот если б горнична€ вышла отсюда. ѕри горничной
неловко... » зачем она тут стоит?"
   ћинут через п€ть отворилась дверь, и вошел ‘инкель,
высокий черномазый выкрест с жирными щеками
и с глазами навыкате. ўеки, глаза, живот, толстые
бедра - все это у него было так сыто, противно, сурово.
¬ "–енесансе" и в Ќемецком клубе он обыкновенно бывал
навеселе,  много тратил там на женщин и терпеливо
сносил их шутки (например, когда ¬анда вылила ему на
голову пиво, то он только улыбнулс€ и погрозил пальцем);
теперь же он имел хмурый, сонный вид и гл€дел
важно, холодно, как начальник, и что-то жевал.
   - „то прикажете?- спросил он, не гл€д€ на ¬анду.
   ¬анда погл€дела на серьезное лицо горничной, на
сытую фигуру ‘инкел€, который, по-видимому, не узнавал
ее, и покраснела...
   - „то прикажете?- повторил зубной врач уже с
раздражением.
   - «у... зубы бол€т...- прошептала ¬анда.
   - јга...  акие зубы? √де?
   ¬анда вспомнила, что у нее есть один зуб с дуплом.
   - ¬низу направо...- сказала она.
   - √м!.. –аскрывайте рот.
   ‘инкель нахмурилс€, задержал дыхание и стал рассматривать
больной зуб.
   - Ѕольно?- спросил он, ковыр€€ в зубе какой-то
железкой.
   - Ѕольно...- солгала ¬анда. "Ќапомнить ему,-
думала она,- так он наверное бы узнал... Ќо... горнична€!
«ачем она тут стоит?"
   ‘инкель вдруг засопел, как паровоз, пр€мо ей в рот
и сказал:
   - я не советую вам плюмбуровать его... »з етова
зуба вам никакого пользы, все равно.
   ѕоковыр€в еще немножко в зубе и опачкав губы и
десны ¬анды табачными пальцами, он оп€ть задержал
дыхание и полез ей в рот с чем-то холодным... ¬анда
вдруг почувствовала страшную боль, вскрикнула и схватила
за руку ‘инкел€.
   - Ќичего, ничего...- бормотал он.- ¬ы не пугайтесь...
»з этим зубом все равно мало толку. Ќадо
быть храброй.
   » табачные окровавленные пальцы поднесли к ее глазам
вырванный зуб, а горнична€ подошла и подставила
к ее рту чашку.
   - ƒома вы холодной водой рот полоскайте...- сказал ‘инкель,-
и тогда кровь остановитс€...
   ќн сто€л перед ней в позе человека, который ждет,
когда же наконец уйдут, остав€т в покое...
   - ѕрощайте...- сказала она, поворачива€сь к двери.
   - √м!.. ј кто же мне заплатит за работу?- спросил
смеющимс€ голосом ‘инкель.
   - јх, да...- вспомнила ¬анда, покраснела и подала
выкресту рубль, вырученный ею за кольцо с бирюзой.
   ¬ыйд€ на улицу, она чувствовала еще больший
стыд, чем прежде, но теперь уж ей было стыдно не бедности.
ќна уже не замечала, что на ней нет высокой
шл€пы и модной кофточки. Ўла она по улице, плевала
кровью, и каждый красный плевок говорил ей об ее
жизни, нехорошей, т€желой жизни, о тех оскорблени€х,
какие она переносила и еще будет переносить завтра,
через неделю, через год - всю жизнь, до самой смерти...
   - ќ, как это страшно!- шептала она.-
 ак ужасно, боже мой!
   ¬прочем, на другой день она уже была в "–енесансе"
и танцевала там. Ќа ней была нова€ громадна€ красна€
шл€па, нова€ модна€ кофточка и туфли бронзового ц
вета. » ужином угощал ее молодой купец, приезжий
из  азани.

«Ќјћ≈Ќ»≈ ¬–≈ћ≈Ќ»
  ¬ гостиной со светло-голубыми обо€ми объ€сн€лись
в любви.
  ћолодой человек при€тной наружности сто€л, преклонив
одно колено, перед молодой девушкой  и кл€лс€.
  - ∆ить € не могу без вас, мо€ дорога€!  л€нусь
вам! - задыхалс€ он.- — тех пор, как € увидел вас,
€ потер€л покой! ƒорога€ мо€, скажите мне... скажите...
ƒа или нет?
  ƒевушка открыла ротик, чтобы ответить, но в это
врем€ в двер€х показалась голова ее брата.
   - Ћили, на минутку! - сказал брат.
   - „его тебе? - спросила Ћили, выйд€ к брату.
   - »звини, мо€ дорога€, что € помешал вам, но...
€ брат, и мо€ св€щенна€ об€занность предостеречь теб€...
Ѕудь поосторожнее с этим господином. ƒержи €зык за
зубами... ѕоберегись сказать что-нибудь лишнее.
   - Ќо он делает мне предложение!
   - Ёто твое дело... ќбъ€сн€йс€ с ним, выходи за него
замуж, но ради бога будь осторожна... я знаю этого
субъекта... Ѕольшой руки подлец! —ейчас же донесет,
ежели что...
   - Merci, ћакс... ј € и не знала!
   ƒевушка воротилась в гостиную. ќна ответила молодому
человеку "да", целовалась с ним, обнималась,
кл€лась, но была осторожна: говорила с ним только о любви.

¬се авторские права на материалы принадлежат их законным владельцам. ћатериалы на сайте размещена только в ознакомительный цел€х и в случае скачивани€ должны быть удалены на прот€жении 24 часов с носителей.
¬ случае если вы желаете пожаловатьс€ на представленные на сайте материалы просим отправить жалобу по адресу - они будут удалены в кратчайшие сроки.