Вячеслав Алексеев
   Из записок геолога

Казанский вокзал
Студенчество
Наши за границей

                            Из записок геолога
                             Казанский вокзал

   Выскочив из метро, увидел уходящий автобус. Ну почему, когда
опаздываешь, так не везет? Ведь, казалось бы на переходе нагнал лишние пять
минут и появился реальный шанс вовремя прийти на службу, и вот на тебе!
Нужно было ехать до Щербаковской - там нет автобуса, зато бежать ближе. А
сейчас возвращаться в метро уже поздно.
   Что же делать? Нет, ждать следующего бесполезно, нужно бежать пешком. До
высотки скорым шагом 15 минут, а на часах без 12.
   Торопливый шаг по проспекту Мира. За железнодорожным мостом поворот в
переулок, тут можно уже бежать открыто - это на проспекте публика мешает
разогнаться, опять же не солидно как-то, и дипломат в руке... А тут никого.
   Бегу. Вот уже показалась наша высотка - Мосгипротранс. Контора по
проектированию железных дорог и вокзалов. "Карандаш", как мы его называем
между собой. Тишину переулка нарушает шум разгоняющейся электрички. Станция
- сразу за нашим "карандашом". Те, кто приехал на отъезжающем сейчас
составе - успеют на службу... Эх! Все, решено - сегодня же возвращаюсь
электричкой и переписываю расписание, универсальный служебный проездной на
все виды пригородных поездов лежит в кармане, а я неделю не могу
разобраться с расписанием электричек. Говорят, наши по этим служебкам аж в
Питер ездят на выходные, правда, с пересадками - четвертая литера не та,
чтоб на пассажирских кататься - только пригородные и рабочие, зато
бесплатно.
   Влетаю в проходную, на электронном табло горит 8:57. И тут же
перескакивает на 8:58, а вахтер-кретин, вохровец старый, хватает за рукав:
   - Пропуск...
   Идиот! Я же целую неделю ему пропуск показываю. Специально под самый нос
сую, чтоб запомнил меня. Не помогает...
   Ладно, проскочили. Теперь лифт. Хорошо еще, что май на дворе, а зимой
и раздеваться пришлось бы...
   Наш лифт, катающийся утром и вечером между 1 и 23 этажом - номер 4. Это
я уже знаю, а как меня в первый день обломили? Не в тот лифт сел... У
дверей шахты очередь. Пересчитываю головы, нет, в этот заход я не попадаю.
Да и лифт, судя по лампочкам, еще только приближается к нашему этажу.
Скорее всего, первая партия, мнущаяся у дверей, тоже опоздает...
   Пока топчусь на месте, решая - что делать, сзади кто-то хлопает по плечу:
   - Привет!
   Это Пашка с нашего отдела, познакомился с ним всего три дня назад, а
вчера слегка подраздел в преферансе. Впрочем, ставки в игре были мелкие,
и потому долг я великодушно простил - нужно же на новом месте как-то
обзаводиться друзьями?
   - Привет. Опаздываем?
   - Давай сюда... - Пашка тянет меня к лифту номер 3, явно
недоукомплектованному пассажирами.
   Этот лифт по утрам экспрессом ходит до 18 этажа, где сидят архитекторы.
Делать нечего, прыгаем в кабину, когда двери уже захлопывались. Однако,
"увидев" новых пассажиров световой луч вновь включил открытие дверей и
толстая архитекторша, недовольно посмотрев на нас, с силой вдавила книпку
"Ход"
   Приехали, выкатившись из кабины, мы с Пашкой лосями - через три
ступеньки, несемся по лестнице.
   Птицей взлететь на 5 этажей, после предварительной пробежки по улице, я
вам скажу - удовольствие не из самых приятных. Но зато успели.
Мымра-секретарша вышла из кабинета начальника забрать журнал, в котором мы
должны расписаться о приходе на работу. А по радио уже припикали сигналы
точного времени.
   Все. Мымра рвет журнал из рук, но закорючки, слабо похожие на роспись,
зато против наших фамилий - стоят! Теперь можно расслабиться, закинуть
дипломат на рабочее место и пойти спокойненько покурить, а потом в буфет.
   Только секретарша унесла журнал - подъехал злополучный четвертый лифт,
на который мы не попали. С сожалением рассматриваем выходящих, им сегодня
не повезло - писать объяснительные, а у кого не первая за этот месяц -
можно и с премией попрощаться...
   С дисциплиной в этом Мосгипротрансе очень строго, у них не забалуешь...
   Захожу в просторный кабинет - на 20 рабочих мест, здороваюсь с
присутствующими, ставлю дипломат рядом со своим столом. Стол пока пустой,
если не считать служебного телефона - прямой выход на любой железнодорожный
разъезд или даже будку обходчика - всего Советского Союза. Только я пока не
знаю - как звонить, впрочем и некуда еще. Лучше б городской поставили. Хотя
нет, не лучше - городских всего два на комнату, а я никак не могу запомнить
- кого как зовут. Нужно будет нарисовать план комнаты и вместо столов
написать имена отчества. Точно, сегодня же этим и займусь.
   Ко мне подходит сосед, чей стол справа от моего. Кажется, его зовут
Олег.
   - Привет. Кофе пил?
   Буфет и столовая у нас на 1 этаже, откуда я только что прилетел.
   - Не, я только пришел. Сейчас схожу покурю, отдышусь, а потом можно
будет и в буфет съездить.
   - Ну ладно, догоняй тогда. Я пойду очередь займу.
   Курилок здесь по четыре на каждом этаже - две "зимних" - в женском и
мужском туалетах, и две "летних" - на балконах, имеющихся на обоих
лестницах. Иду в "летнюю", что ближе к кабинетам гидрогеологов.
   Ну здесь я уже почти всех знаю. Кивком головы здороваюсь с миниатюрной
Ликой и Тамарой, за руку с Димой и еще каким-то хлопцем, чье имя мне вчера
называли, но я не запомнил. А с Пашкой мы уже виделись.
   Затягиваюсь, ява явская - случайно увидел в киоске, такая сейчас
редкость. Сразу блок взял - в запас.
   Теплый майский ветерок, солнышко пригревает. Очень хорошо.
   Пока я здесь новенький, стараюсь не вмешиваться в разговоры, но по
неволе прислушиваюсь:
   - Может на ВДНХ сходим? Глядите, какая погода чудесная? - Это подала
голос Лика.
   - Да ну, чего я там не видел... Образцовых свиноматок? - отозвался
Пашка, - уж сколько раз по этому ВДНХ... Пошли лучше на нашу "явку", пульку
распишем. Мне вон у него за вчерашнее отыграться нужно... - Кивает головой
в мою сторону.
   "Явкой" называют маленькую комнатушку при архиве на 24 этаже. По
уверениям старожилов начальство туда не заглядывало ни разу за всю историю
здешнего существования этой компании. Впрочем, девушки в карты не играют, а
заходят с другой целью - отметить какое-нибудь торжество парой бутылочек
винца.
   - Может кофейку сначала дернем? - Предлагаю я. Впрочем, еще один вопрос
мучает меня. - А как отсюда выйти-то, чтоб на ВДНХ? Тут же для выхода в
рабочее время нужно спецпропуск у начальника подписывать?
   - Э! Темнота! Спецпропуск - если ты официально куда-нибудь уходишь, в
Мосгипромост, к примеру, или в геофонды. А для кафешки, кино и ВДНХ
существует второй выход - через столовую. Там ворота для грузовиков, на
которых еду возят, и эти ворота весь день открыты. Главное - вечером до
пяти прийти, чтоб отметиться перед официальным уходом, а то в пять их
запирают. Понял? - Объяснила Лика.
   - Ну чего, девчонки, спускаемся в буфет? - сказал Пашка, ни к кому особо
не обращаясь, он щелчком швырнул окурок с балкона и наблюдал за его
полетом до самой земли.
   - Пошли. - Девчонки туда же побросали свои выкуренные сигареты и
застучали каблучками по лестнице.
   Пешком с двадцать третьего? - Мысленно ужаснулся я и, дождавшись пока
они спустятся на один пролет, пустыми корридорами пошел к лифту.
   Блин! Как я лопухнулся! Нужно было идти вместе со старожилами! Ну точно,
у лифтов стоял наш начальник отдела и изучал наглядную агитацию.
   - Вот ты где? - обернулся он на мои шаги. - Так, вот тебе текст, садись
и красиво нарисуй молнию. Чтоб через 5 минут все было готово!
   С этим словами он развернулся и довольный ушел в свой кабинет.
   Делать нечего, вместо буфета пришлось топать на свое рабочее место,
рисовать распроклятую молнию: какая-то бригада перевыпонила план бурежки по
породам высокой категории. По первому впечатлению молния показалась
странной. Пока шел в кабинет, сообразил - в чем была ее нелогичность -
метраж! Сто восемьдесят метров с копейками за три дня по скальным грунтам.
Может две дырки сделали? Нет, не успеют вышку перетащить. А зачем такая
глубина? Да даже для одной дырки что-то слишком шустро. Почему-то сразу
подумалось, что наибольшая скорость достигается при бурежке шарошкой с
промывкой глинистым раствором - ибо тут не нужно терять время на
подъем-спуск бурснаряда - заправил свечу из труб повыше, запустил станок на
ночь и пускай сверлит, а густой раствор весь шлам, то есть - "стружку",
наверх вынесет, сам же спать можешь идти. Но именно такой способ считался у
нас, гидрогеологов, дурным тоном - глина забивала стенки и получить воду из
подобной скважины весьма проблемматично. Им чего, метры были нужны или кто?
Впрочем, может это бригада инженерщиков работала? Основания фундаментов
проверяла? Хотя нет, этим тем более керн нужен по всей глубине, а не пустые
дырки, к тому же инженерщики больше сорока метров на одном месте не делают
- ни к чему им... А с переездами и вовсе не успеют 180 метров насверлить...
Чудно... Впрочем, черт с ними. Пробурили и пробурили, сверх плана,
поставили рекорд отдела - не мое это дело. Нужно молнию рисовать. В
принципе, можно было бы прям по старой - сразу видно, что на ней уже
несколько раз переклеивали фамилии бурмастеров и цифры подправляли, но... Я
здесь новенький... Нужно делать так, чтоб понравилось.
   Кабинет был почти пустой - сослуживцы все разбрелись по делам, лишь
перед моим столом сидела солидная дама, имя которой я никак не мог
запомнить, и вязала кофточку. Она же, увидев в моих руках старую молнию,
усмехнулась и показала - где взять чистый лист ватмана, гуашь и кисточки.
   Молния получилась вполне на уровне. Пока я ее рисовал в кабинет
заскочили Пашка и Тамара, покрутились около меня и, махнув рукой, смылись,
даже не сказав, где их можно будет искать, когда я все закончу. Конечно, ни
о каких пяти минутах не было и речи. Закончил свое творение только через
пару часов и поплелся в кабинет начальника. Время близилось к обеду.
   - Чего так долго? - такими словами встретил меня начальник.
   Потом покрутил гуашевое произведение искусства, хмыкнул и, судя по
всему, остался вполне доволен.
   - Повесь там, вместо старой. Стой, погоди... Ты ведь у нас гидрогеолог?
   - Да.
   - А над чем сейчас работаешь?
   - Да вроде пока... Ну так по мелочам помогаю сослуживцам по комнате...
   - Отлично, просто отлично. - Начальник порылся в кипе бумаг на столе. -
Ты вот что, собирайся в командировку. Тут у меня телеграмма где-то... Черт,
никак не найду... В Тынде гидрогеолог нужен... Дырок набурили, рекордсмены,
мать их..., а воду никак добыть не могут... Ладно, иди молнию вешай, я
потом телеграмму найду...

   Во влип! Проявил, называется, самодеятельность, на лифте решил
прокатиться! Прокатился... По полной программе! Чего ж делать то? В Тынду
ехать ой как не хочется. По словам тех же старожилов, полевой сезон там
может продлиться на год, а то и больше... Так, спокойно... Нужно найти
Пашку - может что-нибудь посоветует.

   Как и ожидалось, Пашка был на "явке": четверка преферансистов уже
заканчивала соченку-скорострелку, чтоб управиться к обеденному перерыву.
   - Паш, у меня беда.
   - Чего случилось?
   - Шеф хочет в Тынду отправить.
   - Хм... А зачем ты с утра у его кабинета крутился? Кабы тебя б небыло,
он бы кого другого поймал бы. А теперь все. Собирай рюкзак... - И уже
партнерам - Я пас...
   - Вист, постоим... Хотя нет, прикуп был ему в жилу - давай ляжем, пусть
ход сделает...
   А сдававший, высокий белобрысый парень, в данный момент не участвующий в
игре, с интересом рассматривал меня:
   - А ты кто?
   - Новенький он, гидрогеолог... - Ответил за меня Пашка, разглядывая
выложенный на столе расклад, - Бубночку сначала прорезать нужно...
   - Гидрогеолог? - Уже с интересом посмотрел на меня парень. - А ты это,
водопонижение расчитать сможешь?
   - Смогу. Только мне разрез нужен, результаты откачек... А чего?
   - Слушай, а пожалуй что я смогу тебя от Тынды отмазать... Я на двадцатом
обитаю. Мой ГИП (Главный Инженер Проекта) сейчас подземный переход
проектирует на Казанском, а там грунтовые воды почти у поверхности. Так вот
по моим личным наблюдениям, хотя, конечно, я могу и ошибаться, строители
почему-то не любят копаться по колено в воде. Кстати, он меня к вам и
послал - гидрогеолога подобрать. А точно сможешь? Делал уже подобные
расчеты?
   - Скажем так, непосредственно строительным дренажем не занимался, но
гидродинамику знаю нормально: я на прежнем месте запасы подземных вод
считал.
   - Миша, бери и не думай, - спасовав Паша тоже как бы отсранился от игры,
- я тебе сразу скажу, как другу, гидродинамиков у нас на всем этаже - не
было, нет и не будет - либо бурилы, которые кроме как дырки лепить где ни
попадя - более ничего не умеют, либо лодыри - вроде меня. У-ууу, время -
обед... Кого закрыть осталось? Так, пульку на гору и расчитываем. Все, все,
все... Так заработаешься, что и обед проморгаешь... Ну как хотите, можем и
на после обеда перенести...

   Сразу после обеда пошел знакомиться с ГИПом по Казанскому вокзалу.
Забрал у него ворох чертежей, схем, разрезов, выслушал кучу невнятных
пояснений - чего ему хотелось бы и как он все это себе представляет, и
потащил всю кипу на свой этаж. Из лифта специально продефилировал мимо
распахнутой двери кабинета начальника - шеф ловил жертву, видимо у него
созрело очередное поручение. Как и ожидалось, шеф меня заметил и поманил
пальцем.
   - Это чегой то? - Кивнул он на ворох рулонов в моих руках.
   - Да вот проектировщики насели, им дренаж нужен, а я, как выяснилось,
единственный гидродинамик.
   - Да, это верно, мы больше по водоснабжению... А где дренаж?
   - Казанский вокзал, там подземный переход проектируют.
   - Да, да, знаю этот проект... - Пожевав губами, начальник продолжил, -
Вот что, объект особый, ты держи меня в курсе дела. Это тебе не Тында -
любая ошибка тут может дорого обойтись... А ты действительно умеешь
водопонижения считать?
   - Обижаете. У меня даже институтский диплом по этой теме был. Хотя давно
это было.
   - Ну давай. Постоянно буду держать на контроле. Ступай.

   Ну вот, первая атака отбита. Это даже хорошо, что я ухватился за дренаж,
теперь при любом раскладе могу сослаться на срочную и важную работу. Опять
же официальные выходы в рабочее время... Стоп! Я же теперь могу и на службу
приходить где-нить к обеду... А чего? С вечера написал служебку, дескать
завтра с утра - в геофонды, или в хитрорежимную... (В гидрогеологических
кругах так называли Московскую гидрорежимную экспедицию, отслеживающую
колебания уровней подземных вод по Москве, а приставка "хитро" - от
основной национальности тамошних служащих).

   Второй день разбираюсь с переданными материалами, приезжая на службу на
электричке. Оказалось - тут прямая ветка от ближайшей ко мне Тушинской и
электропоезд пролетает его за 10 минут, что быстрее метро почти на полчаса,
но расписание составлено так по уродски, что реально никакого запаса не
остается. Ну может пять-восемь минут, не более, зато в случае ЧП на железке
рискую опаздать на целый час: пока выскочишь из метро на Тушинской,
разберешься что к чему и опять под землю, все - время, время...
   И с полученными разрезами под вокзалом не все понятно. Сверху
техногеннный слой, а проще говоря - строительный мусор предыдущих
поколений. В нем верховодка, это ясно. Под ним суглинки с камнями плавно
переходящие в тяжелые глины - это московская морена, оставшаяся после
последнего оледенения. Здесь тоже вода, но мало. Еще ниже - песок. Он много
ниже отметок проектируемого перехода. В этом песке обязательно должна быть
вода - и ее уровень по всем законам гидродинамики должен проходить аккурат
по нашему переходу, но этот основной для меня уровень на разрезах не
нарисован. Кто рисовал такую лабуду? Тащусь к ГИПу, нужно искать буровые
журналы, чтоб по ним определить - куда может прыгнуть вода третьего
горизонта в случае прорыва.
   Нашел с трудом - проектировщики пихнули журналы в чей-то стол и забыли
об их существовании. Изучаю скважины, вопросов становится больше и больше -
вот бурежка четырех опорных. Листаю журналы: прошли глину, пошел серый
мелкозернистый песок... Скачок уровня воды, естественно, никто не
отслеживал. Куда хоть он прыгнул то? Вверх или вниз? Молчит журнал. Кстати,
как они сами то бурили - с глиной или с водой? Ни слова. Открываю сразу
последнюю страницу, тут должны быть замеры уровня подземных вод после
бурежки... пусто. Вторая скважина - тоже самое. Может с бурмастером
поговорить? Да где его сейчас найдешь... Скважины еще зимой бурили, небось
тоже куда-нить в Тынду отправили. Ладно, наплевать и забыть. Листаю журналы
уже просто так и в середине обнаруживаю фразу, которую я так упорно искал:
   "Из-за отсутствия водопритока провести откачку воды не представилось
возможным".
   Так вот почему уровней нет! Стало быть бороться нужно только с
верховодкой. А ее быстро проскочили и тут же перекрыли трубами. Потому и
скважины пустые. Быстро прикидываю расчет по минимуму, а коэффициенты по
справочнику - в эти опорные скважины, если снять верхние обсадные трубы,
можно смонтировать эрлифт и качнуть верховодку. Расчет веду от центра
перехода - как раз посредине между опорными скважинами, чтоб там уровень
верховодки был ниже проектируемого пола хотя бы на полметра. Тогда ближе к
краям, то есть к самим скважинам, уровень будет еще ниже, что нам уже без
разницы. Быстро расчитал необходимые уровни и интенсивность водоотбора.
Все, в целом работа сделана, теперь можно немного пофилонить. Размышляю,
нужно ли делать расчет воронки депрессии водозабора в целом, вроде как бы
не нужно - запасы то нам не нужны. Но тут обращаю внимание на стоящие рядом
здания. Попадут они в зону воронки или нет? Вновь сажусь за расчеты...
Попадают. Все. Даже под высоткой - гостиницей Ленинградская, с моего края
уровень уже через неделю упадет на пару метров. Интересно, устоит
гостинница, если с одного бока под ней воду убрать? Какая там может быть
пористость у грунтов? Сколько строители будут с котлованом возиться, пока
гидроизоляцию не поставят, чтоб откачку можно было прекратить? Тащусь к
ГИПу. Ответ не утешительный - до 3 месяцев.
   Блин! За это время у меня воронка аж до Садового доползет... Куча домов
получит стимул слегка просесть. Не, этот вариант не годится.
   Что же придумать? Колодцы? Стена в грунте? Пажалуй, это выход. Рядом с
переходом по периметру роем узкие глубокие траншеи - до глин, заполняем их
бетоном и тогда в получившемся "ящике" можно будет одним колодцем по центру
понизить уровень до любой глубины. Опять тащусь к ГИПу, объясняю возникшие
сложности. ГИП невнятно что-то бормочет в ответ, единственное, что удается
понять - дорого, и потому он не согласен. К нам подключается белобрысый,
сподвигнувший меня на этот дренаж. Чуствую - он ничего не понимает в сути
разговора, но имеет для меня какую-то информацию. Переключаюсь на него:
   - Есть новости?
   - Там, недалеко от вокзала сейчас универмаг строят "Московский", вроде
бы у них те же проблеммы были. А почему бы тебе не съездить к ихним
проектировщикам?
   - А кто проектировал универмаг?
   - Вот чего не знаю, того не знаю. Ладно, наплюй, пойдем покурим...

   На обратном пути меня вновь перехватывает начальник.
   - Ну как успехи?
   - Есть сложности. - Кратко объясняю ему возникшие проблеммы.
   Шеф долго изучает чертежи и разрезы, прикидывает по схеме мои расчеты
распространения воронки депрессии. И тут, видимо, шефа осеняет гениальная
мысль:
   - А у этого горизонта есть вода? - Спрашивает он, тыкая пальцем в те
самые странные пески под мореной.
   - Нет, сухо там.
   - Вот и чудненько, снимаем у опорных скважин обсадку и пусть верховодка
самотеком уходит вниз. Посчитай, хватит ли этих четырех скважин или еще
пару пробурить, и где - если понадобится.
   - А как же воронка?
   - Ты вот что... Лучше сделаем не так... Просчитай свою стену по
максимуму, и водопонижение с насосами и прочими делами, все обоснуй по
науке и докажи - что иной альтернативы нет, а потом второй вариант - вместо
стены - мелкие дырки - битум или цемент туда закачаем - вместо стены, и вот
этот самый самотек, о котором я сказал. Попробуем пробить смету на первый
вариант, а вместо него проведем второй...
   Начальник возбудился.
   - Ты представляешь, какая экономия светит? Нет, ты ничего не
представляешь... Это ж... Вообщем, иди работай.

   Задание в целом понятно, чем больше будет разрыв между принятым и
реализованным, тем больше премия отделу за экономию ресурсов. И с этой
точки зрения самотек верховодки - самое лучшее, что можно было бы себе
представить. И лишь одна мысль не дает покоя - ну почему пески сухие? Так
не бывает. По всем законам природы - если сверху полно воды, то уж вниз то
она как-нибудь просочится за мильоны лет. Было боязно, а вдруг бурилы
ошиблись, или наоборот, бурили с глинистым раствором - для метров, стенки
замазали, потому и уровень не смогли определить, вот и написали - "пусто",
чтоб следы замести. А что из-за этого у меня получится? Вместо самотека
верховодки - прыгнет уровень вверх, да такой, на который я сроду не
расчитывал и не учитывал. Вот и влипну тогда.

   Долго выяснял по друзьям-знакомым, кто делал изыскания универмага
"Московский", оказалось - Фундаментпроект, что на Соколе. Еду туда.
   Чертежи, разрезы, расчеты... Они ставили иглофильтры по периметру
проектируемого подвала. У них тоже были опорные скважины, через которые
можно было бы спустить воду вниз. А где сама вода? Тоже нету. И у них сухо.
Значит судьба, значит есть шанс утереть нос и Фундаментпроекту тоже. Жаль
ихний гидрогеолог, делавший все эти расчеты, в командировке и вернется
только через неделю, нужно бы поговорить, ну да ладно - и так все ясно.

   За неделю нарисовал оба проекта - дорогой для сметы и дешевый для
реализации. Начальник доволен, он со своей стороны закинул удочки по
проталкиванию дорогого варианта на верхах и уже просчитал получающуюся
экономию - там цифры астрономические, значит и премиальные будут ого-го.
   Мой стол к этому времени принял вполне рабочий вид - кипы бумаг,
чертежей, толстенных отчетов и календарь со стола одного из гидрогеологов,
вместо меня отправленного в Тынду. На календаре записан телефон коллеги из
Фундаментпроекта, он сегодня должен вернуться из командировки.
   Позвонить или не стоит? В принципе, все уже решено, потому не стоит...
После перекура опять натыкаюсь на эту запись. Это уже не случайность -
предчувствия никогда меня не подводили, значит нужно звонить.
   - Алле! Будьте добры... Это вы? Очень приятно...
   Предсталяюсь, объясняю суть, попутно вворачиваю сюжет, как мы малыми
затратами решили проблемму водопонижения и в ответ слышу:
   - Ни в коем случае! Парень, останови все, пока не поздно!
   - А что такое?
   - Там же метро! Станция Комсомольская! У них старые слабые насосы и
гнилая довоенная гидроизоляция, если ты спустишь верховодку вниз - с
добавкой насосы не справятся! Затопишь электрику - остановятся три
основных линии, включая спецлинию!
   - Но почему в ваших отчетах о метро ни слова, ни где? Я же там все
изучал.
   - Секретность, будь она... Я сам узнал совершенно случайно - у меня
приятель в Мосметрострое... Ни на одной схеме ты не увидишь их
коммуникаций, но тем не менее... Я ведь тоже воду вниз спустить хотел...

   Еще неделя ушла на переделку проекта под иглофильтры, хотя начальник по
своим каналам пытался все же вызнать производительность метрошных насосов,
их местоположение и возможность принять наш довесок воды, разумеется,
втихаря от них. Но у него ничего не получилось.



Вячеслав Алексеев

                            Из записок геолога
                               Студенчество

   Три корпуса старого здания Московского геолого-разведочного института
располагались во дворике между Манежной площадью и Моховой улицей (в те
времена - ул.Герцена), между факультетом журналистики МГУ (тоже старое
здание), институтом Сеченова и гостинницами Интурист и Hациональ (или
Метрополь - я их всегда путаю).
   Hа дворе Арлекинами распускалась эпоха Аллы Пугачевой, формируя
дополнительный культурный пласт в эре Владимира Высоцкого. Борьба с
пьянством и алкоголизмом еще не фигурировала в ближайших планах партии и
Правительства, хотя публичное распитие спиртных напитков уже не
приветствовалось.
   Студенты-вечерники данного исторического периода ничем не отличались от
учащихся дневных факультетов, кроме той разницы, что лекции, семинары, а
также зачеты и экзамены начинались после 7 часов вечера, когда заканчивался
рабочий день у трудовой обучающейся молодежи. К счастью гастроном "Москва",
расположенный на первом этаже одноименной гостинницы, заканчивал свою
работу много позже - в 23 часа, поэтому вечерники не чувствовали себя
оторванными от цивилизации, успевая закупить необходимые продукты и то, чем
их запить, на случай успешной или неуспешной сдачи очередных зачетов.

   Постоянная спаянная и споенная компашка из четырех девушек и двух юношей
выпорхнула из второго корпуса института. Был сдан, пожалуй, самый сложный
зачет - минералогия. Правда, гидрогеологов не сильно нагружали минералами,
но тем не менее 250 породообразующих камней нужно было знать наизусть, и
уметь сходу выделять их кристаллы в любом булыжнике, любезно переданным на
опознание ухмыляющимся профессором. Само собой - традиционные шпоры тут
совершенно бесполезны.
   Hервное возбуждение прошедшего зачета медленно растворялось в дыму
сигарет.
   - А чего это мы стоим? - вдруг очнулась Любаша, стряхивая пепел, - скоро
магазин закроется!
   И компания на рысях побежала к гастроному.
   Спустя некоторое время они вновь обрисовались во дворике родного
института. Из портфелей и сумок раздавался вполне мелодичный звон,
согревающий душу и сердце истинного студента.
   - Куда пойдем? - спросила Ольга.
   - Может в двадцатку? - предложил Сергей, поправив очки на худощавом
интелигентном лице.
   Под "двадцаткой" начинающие разведчики недр подразумевали аудиторию с
пришпандоренной на дверях биркой "20" в первом корпусе. Деревянный дизайн,
доставшийся институту в наследство от времен проклятого царизма,
представлял собой цельносложенный амфитеатр из резко уходящих вверх длинных
столов и скамеек, с галеркой у самого потолка, и создавал под этой
конструкцией множество укромных закутков. Однако компанию ждало
разочарование, первый корпус, где располагалось уникальное творение древних
зодчих конца 18 века, уже был заперт.
   - Валя, Валентина, что с тобой теперь? - продекламировал я обращаясь к
одной из прекрасных представительниц тусовки.
   - А чего со мной? - Спросила Валентина.
   - Ты куда мужика своего дела?
   В свободное от учебы время Валентина работала машинисткой в деканате, а
ее муж, учащийся соседней группы - в научно-исследовательском секторе. Весь
кайф был в том, что НИС располагался в подвалах жилых домов по Моховой, и
если Валентина вливалась в наши ряды со своим мужиком, владеющим ключами от
служебных помещений, то дальнейшая пьянка проходила в уютном подвале со
столами, стаканами и прочими удобствами.
   - Он сегодня наказан, с дочкой оставлен, чтоб знал по чем фунт лиха.
   - Ладно, пойдем на скамеечки - махнула рукой вторая Люба, указывая на
глухой и темный внутренний скверик с вековыми липами, - авось в темноте
мимо рта не пронесем.
   - Пошли, - согласились все.
   Всегдашняя проблемма центра - по человечески даже выпить негде.

   - Девчат, а вы знаете, что Сергунок имеет самое неспосредственное
отношение к бурежке? И молчал! Я его вчера по дороге в институт видел -
бурит во всю - на Беговой, как заправский бурила.
   - Сереж, ты чего это, жук такой, молчишь? Это правда?
   - Неправда все это, меня всего лишь просили бурил проконтролировать, а
сам я ни уха не рыла, чес слово.
   - Давай, давай, рассказывай. Зажилил курсовой по бурению, а мы все,
из-за твоей жадности только с третьего захода сдали. - Иронично высказалась
Ольга.
   - Конечно, ты какие диаметры труб в своем проекте нарисовала? У тебя ж
труба в трубу просто не влезет. Думать надо! Чего куда влезать должно.
   - А кстати, чего вы там на Беговой делаете? - перевел стрелку я.
   - Карст! Ты метро Беговую видел?
   - Каждый день езжу, я ж там работаю.
   - Ну и как тебе станция?
   - Да, плитка там сейчас массово вываливается. А ведь линию только что
открыли. Цемент такой.
   - Какой цемент? Станция провалилась, там повсеместно карстовые полости.
Ты посмотри - какие там трещины по потолку и по колоннам.
   - А что, во время изысканий их не нашли?
   - Если бы! Тут в чем дело - натыкается бурснаряд на карстовую полость и
проваливается на полтора-два метра, думаешь бурилы будут это дело в журнал
записывать? Нет! Им не выгодно - за каждый метр бурежки по известнякам
денежка нехилая падает, а если эти провалы в журнале отмечать - то за них
никто не заплатит. Меня потому и прислали - просто стоять и смотреть - как
трубы упадут, так фиксировать - когда и на сколько метров провал. А когда
метро проектировали, около бурил никто не стоял, вот карст и профукали. Я
вам сейчас еще одну историю про Беговую расскажу, там вообще с этой
станцией такая непруха была... Когда тунель пробили почти до самой Беговой
- встретился плывун. Ну плывун и плывун, первый раз что ли? Наши зафигачили
туда горизонтальные скважины, трубы смонтировали, и хладагент... Результат
нулевой - течет плывун, не замерзает. Еще комплект морозилок туда же. С тем
же эффектом. Тогда решили сверху бурить и морозить, и вот тут одна из
скважин наткнулась на трубу, хотя никаких коммуникаций на плане не было. А
народ уже на взводе - план горит, премия летит, проходка нулевая. И
работяги эту трубу разбурили. Как хлынет из скважины фонтан кипятка! Наши
кто куда. Само собой тут же нашлись хозяева трубы. Знаете что оказалось? Не
то отопление, не то горячее водоснабжение рядом стоящего завода "Знамя
Труда". Завод секретный, потому и евойная труба секретная, на картах не
обозначена! А то вот еще случай...
   За разговорами компания подошла к скамейкам, девчата споро обеспечили
уют.
   - Погоди, не гони, сейчас примем дозу, а то народ уже заждался за
разговорами.
   Hаступил торжественный момент - на скамеечке, стыдливо застеленной уже
не нужными конспектами, выстроилась батарея бутылок "Токай", "Монастырская
изба" и привычными слегка зачерствевшими бутербродами с сыром, что
продавались в гастрономе по 10 копеек за штуку. Сергей откупоривал
последнюю бутылку, проталкивая пробку внутрь, дамы приготовили дежурные
пластмассовые стаканчики, как яркий луч электрического фонарика взорвал
намечающуюся идиллию.
   Милицейский патруль подкрался совершенно бесшумно.
   - Так, граждане... Hарушаем? Распиваем в общественном месте? - раздался
строгий голос из темноты. - Быстренько складывайте свои манатки и следуйте
за мной!

   В отделении дежурный долго уточнял имена, фамилии, перепроверял домашние
адреса, поминутно перезванивая в Центральное Адресное Бюро, утомительно
составлял протокол, но рано или поздно всему приходит конец. Резолюция была
короткой: за нарушение общественного порядка, согласно административного
кодекса, с ребят причитается - по десять рублей штрафу, с девчат - по пять.
Hа вопрос сержанта к дежурному - что делать с конфискованными бутылками,
равнодушно ответил:
   - Пусть забирают, я не пью такую кислятину...

   Время около двух часов ночи, в сумках откупоренные бутылки с вином. Куда
идти и что делать? Покружив у закрытой станции метро, компания вновь
отправилась в тот же скверик к родному институту, на ту же самую скамейку.

   Дубль два - на конспектах разложены бутерброды, уже не столь
радостные подруги готовят стаканы... И вновь луч милицейского фонарика...
   - Что опять вы?
   - Hо товарищ сержант, бутылки раскупорены, пробки внутрях...
   - Ладно, ладно, продолжайте, у вас уже все уплочено... - И патруль
зашагал в темноту зорко выслеживать беспорядки и нарушения, чтоб в скором
будущем Москве можно было с честью присвоить высокое звание
образцово-показательного города-героя.



Вячеслав Алексеев

                            Из записок геолога
                             Наши за границей

   Приятель рассказывал, работал он на Кубе геодезистом, но рассказ вовсе
не об этом острове свободы. Итак:

   В те давние времена, когда существовал СССР, все торговые
экспортно-импортные сделки проводились специально обученной конторой -
Государственным Комитетом по Экономическим Связям, или в просторечье - ГКЭС
СССР.
   Захочет, к примеру, какой-нибудь буржуй купить что-нибудь эдакое,
советское, а ГКЭС тут как тут: "Чего, дескать, Ваша буржуйская Светлость
изволит? Сей момент, доставим в лучшем виде...". И бежали чиновники данной
конторы к заводу-изготовителю, покупали "эдакое" по прейскуранту, а иногда
и торговались еще: "Чавой-то у вас вот у этой финтифлюшки себестоимость
такая высокая? Ну-ка, быстренько, расценки рабочим снизить, комплектующие
удешевить и общую цену изделия - привести в соответствие..." И платили,
представьте себе, своими кровно-конторскими полновесными советскими
рублями.
   Ну а уж сколько они с буржуя долларей снимут, этого никто не знал - на
то он и буржуй - чего с ним церемониться?
   А если захочет капиталист, да пусть даже не буржуй, а наш родимый друг,
товарищ и брат из соц.лагеря какие работы у себя в стране провести, или
наших артистов посмотреть, или еще что - то и это только через ГКЭС
делалось. Специально натасканные чиновники отбирали из числа желающих
самых-самых, наикрутейших специалистов в каждом деле, дабы не опозорили они
своим незнанием светлый образ великой державы.
   Но это все призказка.

   Купила Индия у Советского Союза некое полиграфическое оборудование.
Много купила. Наверное типографию решили сделать - журналы всякие печатать,
газеты. А по контракту, который, кстати, тот самый ГКЭС и заключал, было
предусмотрено две человеко-недели на пуско-наладочные работы. Причем
Индийская сторона согласилась обеспечить специалиста всем необходимым - от
жилья до развлечений. Оборудование, как известно, в ящиках перевозят, так
вот - кто их монтировать-то должен? Не умеют буржуи, как мы, привезенный из
магазина товар дома на коленке собирать. Ну не обучены, вот и запросили
мастера. Известно, что Индия - родина слонов и дешевых изумрудов с
рубинами, само-собой желающих на ту поездку объявилось множество. И все -
из самого ГКЭС.
   Ну че там, собрать-то? Мебель, к примеру, все сами собирают. И ничего,
никто не жалуется. Вот и тут... Выбрали - самого достойного: профсоюзный
активист, организатор, два языка знает, а главное - связи у него такие!..
Что перед отлетом - аж самого Торгпреда СССР в Индии известили: встречайте,
важный человек едет. Чай, не каждого сам Торгпред встречает.

   Накладочка, правда, вышла. Индийцы тоже встречать приехали и специалиста
увели из под самого носа. Только тот сошел с самолета, ему - хоп! Венок из
цветов на шею и в машину. Только его Торгпред и видел. А через три дня -
привозят профсоюзного активиста обратно, дескать сей хлопец - данный
полиграфический агрегат - впервые в жизни увидел, и поскольку на наш
индийский взгляд, он явно за две недели не управится, мы уж решили
побыстрее его вам обратно... А то ведь дальше неустойка начнет капать, вот
- чтоб не доводить великую страну до разорения, а так - есть шанс успеть...
   Полетели тут телеграммы на правительственных бланках в Москву, в ГКЭС, в
ЦК. Пригорюнились конторские служащие, типа: "Ну где я тебе в час ночи
мужика найду?" Однако, осенила кого-то замечательная мысль - нужно
обратиться на тот завод, где это барохло изготовили, но ни в коем случае не
говорить - для чего нам нужен специалист, иначе - они тоже своего парторга
пришлют. Сказано - сделано, и вот дубль-два - старичок предпенсионного
возраста, самолет, Индия, венок на шею, машина...
   Здесь удивителен еще один момент, по слухам этого Кулибина оформили в
загранкомандировку за три дня, хотя до тех пор самым быстрым оформлением
считался срок - в три месяца! Но это детали, не будем на них заостряться.
   А кроме того, другие представители сумели уговорить индийцев - продлить
срок монтажа еще на неделю, чтоб без неустоек - ну какие могут быть счеты
между своими ребятами? Впрочем, они больше хотели, но индийцы упирались
сильно: дружба дружбой, а табачок - врозь!

   Привозят Кулибина на место, а надо прямо сказать - место сие было не в
Дели, и даже не в его окрестностях, а значительно дальше, потому и
предложили индийцы сразу свои услуги по жилью и питанию для прибывшего,
посмотрел старичок на ящики:
   - Ба! Да это ж наше, родное, из Подольска!
   Ему то заводское начальство говорило - импортная техника в самом Кремле,
и чуть ли не сам Брежнев будет смотреть на пуско-наладку. Впрочем, что с
них взять? Их самих ГКЭСовцы такими словами пугали.
   - Можешь запустить полиграфию? - Спрашивают индийцы.
   - Могу. - Отвечает Кулибин.
   - А что тебе нужно для этого?
   - Ну, наверное, ломик - чтоб ящики раскрыть, пару ведер керосина - чтоб
консервант смыть, и ключей гаечных с разными размерами.
   Удивились индийцы, но все просимое тут же принесли. Да еще дали ему двух
помощников, специально отбирали из тех, кто русский язык знает.
   Собрал старичок эту штуку за неделю, наладил и запустил в работу, а по
контракту то ГКЭСовцы ему две выторговали - одна лишней осталась, и тогда
индийцы решили надуть наш родной Советский Союз на эту самую неделю,
говорят:
   - А вот в другом городе у нас точно такое же оборудование уже пять лет
работает, но последнее время что-то сбоить стало, поломки случаются и
вообще. Может посмотрите?
   - А чего ж не посмотреть? - Отвечает Кулибин.
   Перекинули мастера в другой город, а Торгпредство об этом - ни сном, ни
духом - живые деньги и мимо кассы потекли. Вот она - буржуйская сущность,
эксплуатация человека человеком!
   Во втором городе заминка вышла - там столько поломок мастер обнаружил,
да износ, да профилактики всякой за пять лет, что не управился он. Но
индийцы тут как тут. Мигом сгоняли в наше Торгпредство и говорят:
   - Новый мастер - очень хороший, но вот чуть-чуть не управляется в срок,
но вы не волнуйтесь - мы не только про санкции забудем, наоборот - сами
новый контракт перезаключим - на месяц! Индивидуальный контракт на этого
мастера, и заплатим - сколько скажете. Пусть он как следует технику
наладит. Не торопясь...
   Подивились чиновники, но контракт подписали, да и кто от нежданных денег
отказываться будет? Тем более - от инвалюты?
   Закончил Кулибин ремонт здесь, опять две недели лишних осталось. Ему
говорят:
   - А финскую технику не можете посмотреть?
   - Дык... Где?
   И пошло поехало - только он одну полиграфию наладит - ему новое место
сватают: хозяева типографий уже прослышали и чуть ли не в очередь
записываются на прием. Точнее - на вызов мастера. Даже - те, у которых
вроде бы все в порядке было с оборудованием - а вдруг как сломается? Где
тогда мастера искать? Объездил старичок - всю Индию, побывал во всех
типографиях больших и малых. Причем, начиная с четвертой или пятой - он уж
и гаек то сам не крутил - к нему целую бригаду учеников пристроили. Кулибин
им только показывал - где чего тянуть, чистить, смазывать, да как
изношенную деталь среди прочих вычислить. Проживал он в лучших гостинницах,
обедал в лучших ресторанах и в свободное время - возили его по экскурсиям -
достопримечательности показывали - за все индийцы сами расплачивались,
поскольку его кровная зарплата нетронутой лежала в Дели в Торгпредстве, а
туда индийцы не хотели его везти, почему-то. Хотя контракт продлевался без
всяких возражений с нашей стороны.
   Но вот подходят к концу 9 месяцев пребывания Кулибина в Индии и
Торгпредство категорически уперлось в очередном перезаключении договора,
никак это не мотивируя. Ну не могли наши, не имели права - говорить, что
советскому специалисту нельзя находиться за рубежом без жены - больше 9
месяцев. Даже в престарелом возрасте. Закон такой был, хоть и не писанный,
но всеми исполняемый неукоснительно. И привезти в Индию старуху кулибинскую
- ГКЭС посчитал невозможным (естественно, чтоб оформить документы - нужно 3
месяца, а их то уже и нету. Вот кабы индийцы раньше подсуетились...).
   Знали индийцы, что зарплата Кулибина, накапавшая в торгпредстве, будет
существенно меньше тех денег, что было за него персонально заплачено, и
потому подарили ему национальную индийскую игру - шахматы. Обычная такая
доска с фигурками. Видели, наверное игрушку такую? Кое-кто, возможно, даже
играть в них умеет. Деревянная такая доска. Из палисандра с красным
деревом. И фигурки тоже простенькие - из кости. Слоновой. Которые за белых
- рубинами инкрустированы, ну а уж те, что за черных - изумрудами. А может
- наоборот. Простенький такой подарок. В идийском стиле. Кулибин, небось,
до сих пор в те шахматы играет со старухой. Если на таможне не отобрали.
Ведь в те времена в СССР было много любителей шахмат, особенно -
инкрустированных цветными камушками.


                                   * * *

   Спросите, а причем тут мой кубинский приятель? Все очень просто - тот
профсоюзный активист, первый мастер "на все руки", вежливо выдворенный из
Индии - появился на Кубе. Только теперь он числился бригадиром мастеров по
холодильным установкам! Вот такие у нас есть специалисты широкого профиля -
не оскудела земля Русская талантами.

   А вы думали, я вам что-нибудь про Кубу расскажу? Про то, например, как
Фидель Кастро купил снегоуборочные машины и что из этого вышло? Или как
спректированный нами завод в море сполз, вместе с берегом? Нет, это совсем
другие истории - для следующего раза.

Все авторские права на материалы принадлежат их законным владельцам. Материалы на сайте размещена только в ознакомительный целях и в случае скачивания должны быть удалены на протяжении 24 часов с носителей.
В случае если вы желаете пожаловаться на представленные на сайте материалы просим отправить жалобу по адресу - они будут удалены в кратчайшие сроки.