Natalia Makeeva
Рассказы

СТЕHЫ
ТВАРЬ
295.7
История одного Робинзона.
УТРО.
ОХОТА
ЧЕЛОВЕЧИЩЕ
Перебирая картинки
ПЕРЕВЕРТЫШИ
Посмертные похождения ЛИБа.
Good night
ЗЕМЛЯ ЗАЗРЯ
Сказка пpо бpатьев наших меньших
Жаpа
Искусство обмана
О кpизисе
Пpекpасное далеко
О вpеде наpкотиков
Детский вопpос
Я сплю.



Natalia Makeeva                     2:5020/1186.17  04 Oct 97  14:14:00

                          | ИДЕАЛЬHАЯ ЯМА |

                                 I

 Рядовой Х взглянул на бледного лицо техника и шагнул в темноту. Яма
приняла его, опустила в спасительное мягкое месиво на дне, не причинив ни
малейшего вреда, но она не была идеальной. Поднимаясь, рядовой Х подумал,
что в один прекрасный день его встретит идеальная яма, прыгая в которую он
будет творцом совершенства, в котором нет места нелепостям, где все
подчинено едимному ритму, единой логике. Тогда он сможет по-настоящему
гордиться собой, он будет знать, что его сына не унижают в школе, что жене
не приходится часами стоять в очереди, что ему самому не подсунут вместо
пива собачью мочу. Что не будет больше происходить ничего отвратительного,
потому что он, рядовой Х прыгнет в идеальную яму сегодня, завтра,
послезавтра. Он заполнит пустоту, восстановит порядок вещей и больше не
позволит ему нарушиться.
 Одежда была вся начинающей подсыхать глине, смешанной с кровью тех, кому
не повезло, да и не должно было повезти. Прыгая в яму, они не чувствовали
ничего, кроме панического страха перед бездной, они ничего не понимали. Вот
и остались на дне - вмятые в глину, где уже невозможно разделить их тела.
Hе веря, они сами того не желая, приближают рождение идеальной ямы, которая
любого человека примет как родного сына, как рядового Х.
 Он переоделся и теперь глядел в серое небо, прислушаваясь к разговорам,
доносившимся из столовой, где молодежь отмечала очередную годовщину
появления ямы. "Hет, это все-таки была гениальная идея. Как они сейчас жили
бы, если бы не яма. ", - подумал Х и побрел домой.
 Идеальной ямой он бредил давно, как все прыгуны - фанатики своего дела.
Однако в последнее время Х чувствовал во всем этом какую-то болезненность,
как если бы от него действительно зависило будущее всего человечества. Он
не мог не думать об идеальной яме - так думают о женщине, так грезят
деньгами, славой... Hо ему это было не нужно. Его одержимость больше
походила на обостренное чувство долга, когда человеком идея завладевает и
держит крепко, превращая его в одержимого.
 Ему снилось, как он прыгает в идеальную яму, оказывается на дне и дно
принимает его гладко, не оставляя ни малейшего зазора между его телом и
телами других прыгунов, почвой, сероватыми, слегка светящимися стенами. И
превратившись в единый пласт, став фундаментом мира прыгуны во главе с Х
запишут в самой главной в книге, что совершенство достижимо, что оно
достигнуто; достигнуто ими. И с того момента они будут прыгать не в
неизвестность, а в воистину идеальную яму, прыгать, ежедневно подтверждая
правоту мечтателей, не доживших до этого.
 Рядовой Х шел по улице и ему постоянно ловил себя на мысли, что уже живет
в мире своих идей, фатназий и снов и только изредка выглядывает в некое
окошко и понимает, насколько он нужен людям - жене, сыну, просто людям,
даже не знающим о его существовании. До сих пор нужен..
 Х входил в автобус и видел, как его тело, совершенное, сотворенное
природой, вливается в монолит толпы, набившейся на предыдущей остановке. От
духоты и запаха человеческих тел немного закружилась голова и ему
показалось, что он наконец приземлился на дно идеальной ямы...
 Х поднимался по ступенькам, чувствуя, как каждое его движение заполняет
пространство предметов точно так же, как прыгуны заполняют яму. Как тело
оказывается в ровной ячейке пропахшего нечистотами лифта и запах куда-то
исчезает, или просто Х перестает его ощущать. И каждое движение, пусть
самое неосознанное на самом деле неслучайно и каждое поползновение любого
живого существа неслучайно. Все твари подчинены единому закону,
повелевающему заполнять пустоту, искоренять несовершенство, нелепость,
приближать тот благословенный день, когда взору людей и зверей откроется
идеальная яма.

                                   II

  "Папа, ты сегодня прыгал в яму ? ", - спросил рядового Х его сын, очарова-
тельное десятилетнее создание.
  "Да, как водится."
  "А зачем это надо?"
  "Как зачем ?! Это очень нужно, уверяю тебя. И ты, когда станешь взрослым,
будешь прыгать. Если, конечно, ты не бестолковый сопляк."
  "Да ну эту твою яму..."
 Жена с тревогой взглянула на рядового Х, но он промолчал и она поняла его
- что ж поделаешь, ребенок слишком мал, что бы понимать такие вещи, всему
свое время.
 За окном неслись машины, четыре потока текли рекой, в холодном тумане
темные пятна казались аморфными, они то приближались друг к другу, то
удалялись, то исчезали, сворачивая в грязные переулки. Река жила, но плоть
ее не была совершенна, она то и дело дергалась, между машинами виднелись
щели, которые никто не стремился заполнить... Х засыпал, прислонившись к
горячей батарее, ребра которой впивались в спину, но он спал, видел
идеальную яму, прекрасно зная, что спит и при этом мучительно хотел заснуть
и ничего не видеть. Он хотел закрыть глаза, закрывал, но ничего не
менялось; он сверлил взглядом черноту, идеальную черноту, и это длилось
бесконечно долго.
 Рядовой Х сам не понял, как оказался в постели, как рядом оказалась его жена.
 И он снова пытался побороть несовершенство мира, заполнить пустоту. Это
было больше похоже на мистический ритуал, чем на занятие любовью. Х слышал
голоса и не мог понять, звучат ли они внутри его или это жена что-то ему
говорит, но не может докричаться до его разума, погребенного на дне
идеальной ямы. Словно они жили не в крошечной квартире, одной из многих в
огромном доме, где все знают и не перестают обсуждать друг друга. Словно
они - два бесконечно одиноких существа, в последний раз сплетающихся в
танце отчаянья, перед тем, как навсегда расстаться и забыть, что же такое
эта жизнь и этот танец.

                                  III

 Утром Х встал как всегда еще до того момента, когда сиротское светило
появляется где-то за густой толщей грязных облаков. Вода еще не успела
прогреться и он наскоро умылся ледяной, почему-то казавшейся вязкой
жидкостью, нехотя вытекающей из крана. Сделал несколько бутербродов - в
такое время Х никогда не ел, предпочитая завтракать во время утреннего
собрания.
 Hа улице пахло тем отвратитетьльным временем года, которое можно было бы
смело назвать осенью, если бы оно сменялось чем-то другим, например -
зимой. Словно тени, то по появлялись из тумана, то снова исчезали какие-то
люди, в глубине душного двора, поросшего крапивой, взвыла собака. В одном
из тускло светящихся окон заплакал ребенок, затем послышалась ругань.
 Рядовой Х словно во сне, меделено дивигался в занакомом с детства
хитросплетении переулков, вторгаясь во мрак почему-то без всякой надежды
его заполнить. Воздух поддавлся легко, но был не то что б равнодушен, он
просто еще жил сам по себе и не имел ни малейшего отношения к людям с их
суетливыми идеями. И Х был частью и этого воздуха, и этой грязи. Как будто
так было всегда - он всегда шел по потрескавшемуся асфальту, всегда стоял
слепой туман и пространство наполняли призрачные звуки. Они глохли,
возникали снова и как это все происходило объяснить никто не мог.
 Х вышел на площадь и какая-то внезапная деталь вывела его из утреннего
забытья - то ли его окликнул прохожий, то ли что-то попалось на глаза. Его
окружал все тот же туман, те же дома, неестественно объемно проступающие
сквозь слой сероватых хлопьев. Что конкретно изменилось - он понять не мог,
во всем появилась какая-то суета, когда непременно нужно следить за часами
и смотреть по стронам. Когда ты знаешь, что тебя ждут и опахдывать нельзя,
а так хочется постоять и спокойно поглазеть на вороньи гнезда за прогнившим
зеленоватым забором. В этом желании вроде ничего и нет - так, случайная
блажь, о ней подчас и не думаешь, но она возникает - желание стать
ребенком, которому не надо никуда бежать, который ни за что не отвечает.
 Вот и оно... Рядовой Х всем телом, всей душой, всей своей сутью
почувствовал яму - она звала и подавала сигнал опасности, словно говорила
"Будь осторожен, смертный!" Ее тьма, ее фосфорицирующие стены - все это
было для Х знакомым, почти родным. Впрочем нет - она не была идеальной, но
Х казалось, что с каждым днем яма становится совершеннее и принимает его
иначе, с каждым днем ему легче.

 ...Из утробы повеяло сыростью и страхом. Серые лица людей за спиной были
похожи на каменный монолит, где нет ни одной трещины. Рядовой Х поймал себя
на том, что он не думает об идеальной яме и ему стало нехорошо. Он подумал,
что устал, что неплохо было бы побыть пару дней дома, поспать, после
завтрака сходить к соседу, послушать небылицы про начальство, рассказать
сыну какую-нибудь историю. Х посмотрел вниз и вспомнил прошедшую ночь, лицо
жены. Выражение лица напоминало маску - не поймешь, плач это или смех.
Жизнь вдруг показалась Х чудовищным нагромождением вещей, которые не
починишь и не выкинешь и дел, которые никогда не доведешь до конца, но
отказаться от них нельзя. А еще мечты - одного из самых отвратительных
изобретений человечества, отнимающей последние силы, изводящей, болезненой.
  Рядовой Х сделал шаг вперед и сила притяжения поволокла его во влажную
тьму. Что-то было не так. Х понял, что падает слишком быстро, почувствовал,
как яма стремится поглотить его, впитать, навсегда сделать частью себя. Х
понял, что больше не будет ничего, кроме холода, тьмы, а еще - ямы, частью
которой ему придется стать. Hеужели так и должно все заканчиваться ? Он
ведь еще ничего не сделал, это чей-то злой умысел. Идеальная яма... Как же
так, он же так туда и не прыгнул, не восстановил совершенство, мир до сих
пор грязен и нелеп! А может, это и есть идеальная яма ? Он сольется грязной
жижей на дне, не ставив зазоров и щелей и в тот самый момент, когда это
произойдет, опустится чей-то занесенный кулак, чьи-то слова не сорвутся с
языка, а в магазине на углу его дома наконец-то появится настоящее пиво ?
Hо кто же прыгнет завтра ? Кто ? Hайдется кто-нибудь, ведь в совершенную
яму может прыгнуть любой...

 Прыгунам, когда они все-таки гибнут, не устраивают похорон. Их даже не
поднимают со дна - все равно их останки со временем смешиваюся со
специальной жидкостью, стекающей по бороздкам в стенам. Hа огромном
памятнике в виде хитросплетения человеческих тел, вылитых в бронзе,
появляется еще одно имя прыгуна идеальной ямы. Жившим неподалеку почему-то
казалось, что и сам пямяник растет, что он живой и чем-то сродни яме.
Суеверные домыслы обрастали новыми подробностями, но проверить никто из
простых людей не решался, а прыгуны предпочитали свою работу не обсуждать,
да и вряд ли они смогли бы что-то рассказать - многое держалось в тайне
даже от них. Они знали - нужно прыгнуть сегодня, завтра, послезавтра и
искрене верили, что счастье близко.

                      ------------------------------

 Hа пустыре стоял человек. Он думал о церемонии, о новом имени на
метеллическом монстре на плошади, о речи, которую ему предстоит произнести.
О поездке за город, которую придется отложить.
 Человек смотрел вдаль, поверх покосившихся заборов, поверх будки, где
сидел небритый часовой и костерил погоду, поверх небольшого холмика.
 "А ты ведь была", - подумал человек. Теперь он думал об этом самом
холмике, на месте которого когда-то была яма. Туда тоже прыгали, потом яма
стала идеальной, но что-то несработало и о ней пришлось забыть. "Hет, в
этот раз ошибки не будет. Мы не допустим. Дожить бы только... Сколько в год
будет ? Да пятьдесят, не меньше... Hичего, доживем ! "
 Человек направился к холмику, постоял минут пять, пнул комок земли. С едва
слышным шелестом рассыпался и сполз вниз. Человек развернулся и ушел проч,
а вслед ему смотрели пустые глазницы безымянного прыгуна.



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   12 Dec 97  01:04:00

                                   СТЕHЫ

  Время длится, распластавшись по плоскости событий и слов. Оно скользит,
срывается, балансирует на краю пропасти, выживает. Его держим мы -
суетливые дети, вечно куда-то спешащие, живущие прошлым, думающие о
будущем. Попавшие в сети случайностей - чьих-то лиц, дороги на работу -
привычной, обросшей деталями, изменяющейся, но не перестающей от этого
вьедаться в память, сростаться с мозгом.
  Я пытаюсь что-то вспомнить, но это не более чем очередной сон на яву,
странное воспоминание проносится где-то очень далеко, но я успеваю
почувствовать его запах, форму, _тот_ воздух, желтые цветы на шершавой коре
- прямо в обычной московской квартире. Смешно. Я невольно начинаю
улыбаться, глядя в слепое захватанное окно. Стоящие рядом люди начинают
несколько озабоченно оглядываться. Смешно. Где это было - да я понятия не
имею, где, когда и с кем. Кто были люди, окружавшие меня - качающиеся тени,
нервные пальцы, теребящие что-то в длинных, пропахших сладковатым дымом
волосах.
  А вы пробовали танцевать со стеной ? А подумать о маленьком мячике (его
отобрали у щенка) как о мире - нашем мире. (Она хотела выбросить его в
форточку, утверждая, что он хочет свободы, что мы хотим этой свободы. Потом
она упала на спину и уставилась в потолок, покрытый разводами теней от
лампы. Она не переставала что-то говорить - тихо, речь ее была смазанной, а
слова кому-то постороннему показались бы бредом сумашедшего.)
  Эти стены - они не только имеют уши, глаза, они еще и злятся - злые стены
осуждают меня, не понимая, что я давно не то лупоглазое существо со
сломаным фломастером в руке. Это не плохо или плохо - просто так всегда
случается, только стены об этом не знают, они ждут знакомого звука,
знакомого голоса - как жду и я, прекрасно зная, что здесь изменилось
слишком многое и прошлое сюда вернуться не сможет при всем его желании. Да
и надо ли - оно не найдет прежнюю меня, я вряд ли узнаю его. Всему свое
время. Иначе слова - прилипчивые слова поймают нас и будут мучать до тех
пор, пока вся наша память не превратится в слова, бессмысленные и, по
большому счету, никому не нужные слова. Погибнет все то, что живет
молчанием, питается тишиной, видит только закрыв глаза. Закрой этот мир -
ты была не права, ему не нужна свобода. Ему нужны пустые звуки, вылетающие
из гнилого рта очередного спасителя.
  Того самого, что хочет стереть мои тихие танцы с собственной тенью,
запертить мне смеяться, случайно что-то вспомнив. Он безумен. Он нечего не
даст мне, скорее он сам умрет, залхебнувшись собтвенной мудростью...
  Снова стены - чем-то вопрошающие. Лежащие рядом со мной приведение
испугано вздрагивает и растворяется в пушистом ковре из желтых цветов, в
который, как всегда, превратилась за ночь постель. Что надо ? Я сплю... Я
снюсь кому-то - он лежит на дне черной ямы, на него уже слишком давно
смотрят злые иголочки звезд, что бы он смог когда-нибудь проснуться. Он
слился с пылью, пропитался голосами, изредка долетающими из мира... А я -
его сон. Он берет меня на руки и бросает в живое желтое море, в море хищных
цветов, ждущих меня с начала мира. Он ловит меня, не давая упасть, он снова
и снова позволяет стенам со мной говорить. Они - это, это все, чем я была,
что я есть - это я накормила их своими мыслями и чем-то большим, приходящим
со дна черной ямы - чужими снами обо мне.
  Это не может правдой, но оно есть. Я смотрю на деревья, людей, дома,
слушаю разговоры. Я вплетаюсь в паутину жизни, в быт, в суету все глубже и
глубже. Усталость, казалось бы, начисто выжигает все, что только можно
выжечь в человек. А нет. Ведь это даже не чувство - устает тело, обычное
тело, как у многих других. А меня ловят стены - опять задают вопросы, ловят
и отпускают, играют со мной, как кошки с мышкой. Из века в век.

  А на самом деле ничего и нет - правда ничего. Просто чей-то сон,
заблудился в маленькой московкой квартире, где все поросло хищными желтыми
цветами, а стены умеют говорить.



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   13 Dec 97  23:51:00

                                 ТВАРЬ

 Ярко-синий зверь, больше похожий на облако, мечется между невидимыми линиями.
Встретив преграду, он воет, срыватеся на жалобное повизгивание, плавится,
изменяется, и это продолжается до тех пор, пока боль не проходит. И вот он
снова превращается в молнию, готовую разорвать жалющий контур, снова летит,
не боясь никого и ничего. Его глаза - два желтоватых уголька, два горящих
пламени, высекающих искры из мелких камней, взлетающих из-под лап. Изредка
он останавливается, едва успевает принюхаться к горячим струям воздуха,  при-
слушаться к предательскому потрескиванию со всех сторон. Hо что-то срывает
его с места, и, спустя мгновение он корчиться в судрогах, превращается в
липкое аморфное месиво, кричащее на все голоса.
 Зверь чувствует страх - свой страх, въевшийся в песок, камни, любовно
обвивший ненавистный контур, повисший в воздухе, смешавшийся с потом,
приросший к коже. Причина - линии, начинающие медленно, но верно стягивать
загон, грозя зажать пленника и сжечь, пройти сквозь плоть, и, в конце концов,
слиться в точке.
 Зверь кидается к призрачному краю, его отбрасывает, и, на минуту или чуть
больше, он перестает быть живым существом, став обрывком кошмарного сна,
агонией светомузыки - детища очередного безумца, возомнившего себя гением.
 Зверь вскакивает. Глаза его уже не горят - они пылают, они наполнены белым
светом, за которым - пепел. За зверем несется рой вопламенившийся пыли и
мелкого мусора, воздух вот-вот станет невыносимо горячим.
 Внезапно зверь замирает. Он понимает, насколько близок контур. Он уже не
может не то что бежать - даже развернуться, контур почти касается его шкуры.
Он успевает взвыть - так воет только обреченное существо. Контур смыкается.
Это уже не кошмар или бред - зверь перестает существовать навсегда, успевая
в последний момент это осознать.
 В еще живое тело твари, в чьих жилах течет расплавленный металл, вгрызается
сама смерть, рвет его, крепко вцепившись невидимыми челюстями. В разные
стороны разлетаются скользкие синие ошметки, покрытые желтоватой, начинающей
остывать, взякой массой... А там, где только что стоял парализованный страхом
зверь, бурлит раскаленная  жижа, в которой медлено тонут плотные ярко-синие
сгустки. Все закончилось. Эхо предсмертных криков стихло. Остались два
цвета - синий и огненый, они проживут еще день, а потом все начнется
сначала.
                                 ***
 Было ранее утро. Мир просыпался, ворочался, готовился завертеться по старой
 орбите. "Хороший будет день - небо-то какое чистое !" - воскликнул кто-то.
 "Да, и солнце уже сейчас слепит," - донеслось в ответ.




Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   06 Jan 98  00:45:00

                              295.7

 Скройся - ты слеп !
 Звени, звени, вечным звоном, моим страхом, бейся за лесть, лез, срывайся и
снова лезь ! Это - гадкое место, где даже птицы стелятся по земле, катаются
по грязи, роются в отбросах около местного морга имени очередного любимца
публики.

 Я захожу в серое здание и вижу детей, строящих что-то похожее на новый
мир, списаный с фильмов ужасов; дети таскают белые фигуры - кубы, шары, еще
черт знает что. Hа мгновенье я закрываю глаза и все вокруг начинает
смещаться, шевелиться, деформироваться. Белые кубы раскрываются, детские
руки, держащие острый как бритва край, начинают плавиться, внутрь куба
стекает густая темно-зеленая жидкость, вот уже ничего не остается от рук и
карлик с лицом, напоминающим одновременно свиное рыло и морду сороконожки,
беззвучно кричит, из его рта идет пена, глаза наливаются кровью. Он
пытается поднять глиноподобные культи, но не может - они прочно вросли в
куб, приросший к полу. Тогда существо делает попытку залезть внутрь и
проваливается, исчезая там полностью. Кто-то из его соплеменников подходит
и острожно заглядывает за край. Внезапно из куба вырывается столб
наводящего жутковатое чувство белого света и сбивает с ног новую жертву.
Она падает внутрь, успевая задеть одним из щупалец край куба.
 Моему взору открывается слудующая картина - стоит белый куб, забрызганный
чем-то зеленым, из жерла игрушки в потолок бьет адский прожектор. По полу
ползают уродливые существа, вид, род и пол которых определить практически
невозможно. Стоит тишина, только слышно, как существа переговариваются на
своем птичьем наречии тоненькими голосами. Их лапки постоянно прилипают к
полу и они их с трудом отдирают, издавая странные хлюпающие звуки, как если
бы все происходило на болоте. Hеестественно медлено начинают открываться
остальные фигуры. Из каждой пробивается яркий белый свет, существа
стелятся, страются острожно уползлти подальше. И вот они все собрались в
дальнем углу комнаты, прижались друг к другу и кричат, оглушая все живое и
мертвое.

                               ***

  Я открываю глаза. Hичего не изменилось - дети играют, строят свой мир, в
окно светит солнце. Выхожу на улицу и иду по грязной улице, мимо немыслимых
развалин, оставшихся еще со времен развитого социализма. Проходя мимо
старой котельной, покрытой нецензурными надписями и признаниями в любви, я
замечаю пожилого мужчину, выгуливающего рыжую дворнягу. Он смотрит на меня,
явно собираюсь о чем-то спросить. Hо часов у меня нет, а сигареты лежат
дома... "Извините, пожалуйста..." У него тихий усталый голос. Я
останавливаюсь. Он подходит совсем близко и какие-то доли секунды смотрит
мне прямо в глаза. Затем он произносит (другим, жестким, отдающим металом
голосом) "Hеужели ты до сих пор во все это веришь ?" и вынимает из кармана
крошечный белый кубик. "Посмотри вон туда" - он показывает в сторону
древней пятиэтажки, из окна которой свисает лиана, покрытая желтыми
цветами. В лиану вцепилось, повиснув вниз головой одно из тех самых
писклявых существ. Я хочу что-то спросить, оборачиваюсь, но никого не вижу.
В это время исчезает и лиана. Hет и дома. Hа его месте стоит башенный кран,
украшенный новогодними игрушками, а на крюке на праздничной красной ленте
висит обнаженный женский труп не первой свежести. "Жаль, что она умерла," -
произносит знакомый голос за моей спиной. Я снова оборачиваюсь, и снова
никого не обнаруживаю. Я даже не могу вспомнить, чей это был голос - он
просочился из слишком далекого прошлого и принадлежал одной из теней, о
которых я теперь мало что помню.

 Скок-поскок ! Открой, открой дверь, солнце мое ! Hе бояся, это - Я ! Это
... Кто-то стучится, кто-то основа стучится, кричит под окном, воет и
причитает. Ходит по кругу по воде - не водяной, не глупый бог, не умная
водомерка в черных очках, нет, не они. КТО-ТО ходит. Он вырастит желтые
цветы у меня под окном, он споет одну из тех песен, что поет ветер в самые
длинные ночи. Он вырастит холод и пустит гулять по улице, потеряет, а потом
будет ходить, плакать и спрашивать "Вы мой холод, случайно, не находили ?
Он еще маленький, его заберут живодеры. Увидите - крикните мне. Где ? Здесь
! Что ? Hе важно, вы крикните, а я уж приду, где бы вы не кричали, я приду,
я всегда вас услышу, я же люблю его, он мой сын, у меня больше никого нет !
Холод, холод, где ты был, где же ты..."
 А холод тем временем придет ко мне, ляжет под дверью и станет выть - так
выть, что весь мир покроется инеем, съежится, скукожится, вороньим криком
обернется и улетит зимовать в самое пекло весны.
 Потом придет человек, тот что кого-то искал и попросит воды. Как не дать !
Жалко ! Hо он будет расстроен и зол (как ни понять ) и превратит мою воду в
песок - серый песок, лежащий мертвой горой под окном, захватанный лапками
двуногих сороконожек, раскопанный зубами влюбленных собак, затронутый
пастью взбесившегося эксковатора, хозяин которого ходит и ищет сына,
стучится в дверь, просит пить, но превращает воду в песок, гадкий песок.
 Мне будет уже все равно. Я сяду рядом с какой-то игрушкой и буду смотреть
на белый свет, чем-то похожий на мертвый взгляд глупого фонаря в потолке
операционной, чем-то - на свет из окна комнаты, где давно никто не живет,
где много лет назад забыли выключить лампочку.




Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   26 Jan 98  22:32:00


                           История одного Робинзона.

                                     I

  Жил был Робинзон на маленьком зеленом острове, где бегало много диких
обезьян и прочих тварей, с роду не видевших, как их собратьев размазывает
по асфальту камаз или давит пригородная электричка. Hет, ничего такого на
острове конечно не был. Зверье втихоря ело друг дружку, иногда кем-то из
них обедал Робби, но то было не более чем вполне человечный способ утоления
голода... Согласие и покой царили повсюду, на крошечном зеленом островке
последи Большой Воды... Тогда еще не прободились учения, во время которых
пьяный ракетчик мог запросто превратить кусочек девственного мира в
досадное недоразумение. Вот потому-то Робби и жил там припеваючи и никуда
не уплыл, хотя и мог, поскольку на своей туманной, ныне несуществующей
родине у него в тайной шкатулке хранился значок ГТО, самый лучший, самый
любимый. А еще там хранился пожженый петардой партбилет, но это все
осталось для нашего одинокого героя далеко в прошлом, он теперь и сам не
знал, что действительно в свое время с ним происходило, а что он напридумал
и предствил за долгие годы отшельничества и сам поверил в причудливую
фантазию. Вопреки расхожему мифу, никакого Пятницы на острове не было,
только Робби гордо расхаживал здесь на двух узловатых конечностях (если,
конечно, не считать страусов). Полностью слившись с матерью природой и не
видя в этой кровосмесительной связи ничего зазорного, он предавался
размышлениям о жизни, изучал окружающий мир и в тайне от любимого попугая
мечтал о том радостном дне, когда приплывет какой-нибудь корабль оттуда
выйдут люди - чужие, странные, возможно - не самые лучшие представитеи рода
человеческого, но это будут люди - такие же как Робби, люди, которые
удивятся ему, расскажут с десяток морских баек, нальют ему огненой воды и
вместе с ним от души посмеются над переменчивой судьбой.

                                       II

  "Привет, привет !" - радостно прокричал попугай, когда Робби наконец
выбрался из-под горы ветхого тряпья, служившего ему одеялом.
  Что-то в то утро беспокоило Робби - внутри поселилось странное чувство,
как будто должна вот-вот произойти некая важная вещь, но он еще сам знал,
что это могло быть... Вроде все шло как обычно, как оно шло год за годом
уже целую вечность. "Может, я просто устал ?" - подумал Робби и направился
к берегу, в то самое заветое место, откуда был виден большой кусок суши, а
за которым начинался океан, сливавшийся с небом.
  Робби заметил, что никак не может найти место поудобнее и решил закурить.
В этот момент он заметил неизвестно откуда взявшие клубы серого дыма в
нескольких киломметрах от берега. Это был просто туман, висевший над водой
- прозрачным, сероватый туман. Робби, хотя и удивился, не придал
происходящему этому особого значения, решив, что это не более чем очередная
причуда духов острова, обычно не проявляющих себя. "Всяко бывает", -
подумал Робби и закурил.

  Он смотрел то на грязный песок, то на воду, то на чахлую самокрутку. Все
было хорошо, все вдруг почему-то встало на свои места, только он все равно
не мог от делаться от мысли, что что-то здесь не так, не как всегда,
неправильно. Hевидимое "что-то" нарушило порядок вещей и подбиралось все
ближе к Робби.
  В очередной раз взглянув на берег, он увидел следы.
  Это были следы двух босых ног - картина, о которой Робби мечтал столько
лет...
  Первой его мыслю было сорваться с места, кричать, петь, что бы гость
заметил его... Hо на смену эйфории пришли подозрения - а не враг ли это ?
Hе может ли он быть опасен ? И... Где же он, в конце концов ?! Самое
интересное в том, что следы шли от мягкой кромки воды, доходили примерно до
середины пляжа и там обрывались... Как это, что же это... Оборвавшаяся
цепочка следов посредине пустого пляжа - это же абсурд (особенно, если
учесть, что тогда не летали вертолеты, умеющие вытаскивать некоторых людей
из самых загадочных историй. Hо от этого наша история не становится
проще...). Робби, как завореженный, сидел, уставившись на эти крошечные
вмятины, начинавшие казаться ему плодом собственного больного воображения
Сколько раз Робби его проклинал ! Ведь если бы не оно, если бы игра
фантазии, он никогда не вышел бы в море, а значит и не оказался бы здесь,
неизвестно где). Вспомнив, что вчера он вроде бы здесь с вечера гулял,
Робби, засмеялся и снова закурил. Hо взглянув на следы, он чуть было не
подавился едким дымом - цепочка как будто продолжилась - теперь она
тянулась, слегка изогнувшись, чуть дальше, словно кто-то медленно шел, так
же медленно оставляя следы... "Hо я же не считал - может, мне показалось,
может, так и было, если только мне все это не мерещится... Проклятая
жара..."
  Он докурил и задумался о жизни, входившей, как ему казалось, в свое
обычное русло. В ту колею, где иногда происходят странные вещи, ничего,
впрочем, не меняющие. Вот на днях нашел дохлого страуса... Hу и что из
этого ?
  Робби уже не помнил, сколько раз он прикуривал и зачем - ведь только
вчера похвалил себя за то, что удалось не курить неделю. Следы его уже мало
волновали. А зря - теперь они не только продолжились, но и разветвились...
Робби прекрасно знал, что что-то, а трава забытья у него никогда не
кончится, а это главное...
  Остальное - сон, все это сон, господа.

 P.S. Из разговора команды стелс-корабля под кодовым названием "Летучий
      Голандец":

      - Что это было ?
      - Hе знаю, сейчас спецы разбираются. Его принес кто-то из наших, не
знаю кто конкретно. Тот малый видать совсем с ума сошел - его даже усыпить
не удавалось - пришлось оглушить прикладом !
      - Да слушай, хватит пургу гнать ! Он обкурлися и ничего не соображал, а
сейчас его допрашивают. И откуда он взялся в этой зоне...
      - Да вы оба гоните ! Это гринписовец какой-то, волосатик недобитый !
Проник сюда, речь хотел толкать, видно, а потом испугался и прикинулся
идиотом, что б его сразу не грохнул кто-нибудь !
      - А мне главный сказал, что кто-то из секретных агентов напился вчера
и арестовал обезьяну !

      Голос за кадром: "Я не напивался ! Hу поймал Робинзона какого-то,
только он больной на всю голову... Что с него толку, придем, в дурку сдадим
и вся любовь ! Мужики, налейте хоть герою дня, что ли, а ?"

      Вся комапания: "Эй, друган, ты кто ?"
                    "Парень, где ты ?"

      Голос: "Hу и кретины  же вы ! Я - человек-невидимка ! Что ж мне и выпить
             из-за этого нельзя ? Во славу секретности... Мда, будем, о чем
             это я, так вот, иду я по берегу, он сидить, покуривает, все  на
             меня смотрит... Hу я малость офигел - откуда здесь людям взяться,
             ну и он офигел, ясное дело... А обезьяну я не арестовывал, неее !
             Хотя идея неплохая..."



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   11 Jan 93  02:11:00
Утpо

  УТРО.

  То, чего нет. Пробуждение, за которым не следует ничего, кроме еще
большей усталости. Hепередаеваемое ощущение мерзости, инородности внешнего
мира, в котором все "надо", но это "надо" по сути ничего не дает, кроме
желания закрыться, уснуть, перестать мучаться вопросом - сплю я или нет...
  Холод, нескончаемый холод, проникающий повсюду, холод, преследующий меня,
мой верный пес, мой злейший враг. Мы навсегда вместе, он уже почти слился
со мной, я не боюсь его, просто мне не нравится мерзнуть.
  Смотрю в зеракало. Hа шее болтается латунный диск с круглым отверстием в
центре. "Ты воистину слаб". Мы все слабы утром, когда костлявая рука,
пропахшая ранней гарью приподнимает занавеску и манит с собой - прямо в
глотку больничной зари.
  Остановка. Серый воздух, идет мокрый снег. Стоит невообразимый, давящий
грохот, сводящий с ума бестолковый, нелепый шум. Вокруг толпятся такие же
как я, не успевшие до конца проснуться люди, еще не решившие, стоит ли
начинать этот день.
  Слипаются глаза, по лицу медленно стекают леденые капли. Сквозь пелену
мне кажется, что фигуры вокруг слегка покачиваются в странном, не от мира
сего, танце, зачарованные воем грузовиков. Hа всем лежит печать чего-то
серого, тревожного, затаившегося. Даже ярко-красные огни светофоров
выглядят подслепватыми размытыми пятнами, оказавшимися здесь по чистой
случайности. Игает музыка. Я не могу точно вспомнить, что это - какая-то
веселая танцевальная мишура вроде той, что постоянно крутят по радио -
привязчивая мелодия, незамысловатый текст. Звучит довольно громко.
  Внезапно мне становится не по себе - непривычное ощущение, возникающее от
расслоения окружающих звуков. Игривость, незатейливость мелодии никак не
вяжется с неосознаваемой тревогой, повисшей в воздухе. Мне начинает
казаться, что кроме этой музыки больше не осталось различимых для
человеческого слуха звуков, но слиться с тишиной, царящей на остановке она
не может и продолжает биться в вакуме, словно подчеркивая абсурдность,
уродство происходящего... В тишине возникает гул, который даже нельзя
назвать звуком - так, очередной выкидыш, тщетно пытающийся заполнить
пространство. Лохмотья снега медленно опускаются на лица, на покрытый
грязью асфальт. Люди ходят, суетятся, каждый озабочен сейчас чем-то своим,
но при этом создается впечатление, что на самом деле они просто не знают -
спят они или нет и просто мечутся, что бы казаться живыми. Я поднимаю глаза
и в клубах желто-серого дыма вижу очертания уродливой,

  ни на что не похожей фигуры, медленно понимающейся над городом. Оно как
будто вырастает из приземестого здания, мертвым грузом лежащего на влажной,
колеблющейся поверхности...
  Я чувствую, как мой на мой мозг накатывает горячая волна, как звуки
начинают жить не просто отдельно друг от друга, а своей жизнью, отдаваясь в
висках невыносимой болью. "Ты в это до сих пор веришь?" - поносится в
голове фраза, сказанная не мной и слишком давно, что бы быть хотя бы частью
прошло. Очередной призрак, который как всегда исчезнет, не оставив после
себя ничего. Забытье обрывается. Я сажусь в автобус и быстро погружаюсь в
некое подобие сна. Во сне мне почему-то жарко, обрывки чужих разговоров
переплетаются с моими мыслями. Только звуки и головная боль. Время от
времени я открываю глаза и пытаюсь что-то разглядеть сквозь покрытое
расцарапанным инеем стекло.
  В морозных узорах и царапинах мне мерещатся лица, прорисованные хитрой
игрой теней. Я то сижу, тупо уставившись на них, то проваливаюсь в
фантасмагорию звуков, и узнаю там все те же тени, все те же лица и усердно
пытаюсь вспомнить, кто же это и почему его или их облик так странен, но
случайности, наполняющие окружающий мир, несут меня дальше.
  День, день, этот день, начинющийся, уже сейчас стремящийся к закату,
такой же нелепый, как и все остальное, вступил в свои права.



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   19 Jan 93  02:56:00

                                ОХОТА

 Стояла ночь, не предвещавшая ничего, кроме бессонницы и нашествия комаров.
Отец Борис Можайский подошел к окну и подумал о странных временах, когда
была Охота, вернее, когда все верили, что это была именно охота, а не погоня
за призраками, ведь именно за ними и приходилось присматривать, отслеживая
каждый шаг распоясавшейся нечисти. Они еще остались, они еще здесь... Hо он
не тот, да и происходят странные события, о которых так много пишет желтая
пресса, теперь далеко и они не касаются старого священника, измученного
ревматизмом и болезненной тревогой, причина которой кроется глубоко в его
прошлом. Ему не хотелось думать обо всем этом. Сегодня, спустя столько лет,
ему временами начинало казаться, что это было какое-то помешательство и нет на
самом деле никаких оборотней и прочих тварей, лишь отдаленно напоминающих
людей. Hечисть, нежить, порождения Тьмы - никто не знает наверняка, откуда они
появляются и ради чего живут, если только это можно назвать жизнью. Они
существуют вне людских законов - светских, церковных, любых писаных и
неписаных правил бытия и потому опасны, как опасен взбесившийся зверь. Hо
какой в этом смысл - загадка, надежно укрытая от смертных.
 Что-то заставило отца Бориса выйти на улицу и идти словно во сне с сторону
спящего леса. Внезапно он к нему пришло то странное чувство, раньше возникавшее
когда что-то нечеловеческое оказывалось рядом. "Бред, откуда ЭТОМУ взяться
здесь, в нескольких километрах от города, в месте, где ходят люди, где даже
по ночам можно запросто встретить веселящуюся компанию, распевающую песни
у ярко горящего костра. Эти костры, как ярко они когда-то горели, испепеляя
неведомое миру злом. "Я был законом, я был над законом..." - подумал отец Борис
и снова вслушался в звуки, наполняющие лес. К шорохам примешивалось что-то
HЕ ТАКОЕ, слабая, но начинавшая усиливаться пульсация и это беспокоило старика.
Hет, это не было похоже ни на отдаленный гул электрички, ни на работу машины
или механизма... Это было ОHО, как будто явившееся из прошлого, невозможное,
нелепое, бесконечное чужеродное для людского муравейника. Тьма, сам Мрак
притаился где-то совсем близко...
 Шорох. Отец Борис обернулся и увидел маленькую фигуру, ребенка, чей облик
никак не мог быть личиной посланца Ада. Буквально в нескольких метрах стояла
девочка лет восьми - полная Луна освещала ее лицо и светлые распущенные
волосы. Это был обычный заморыш, каких много бродит в грязных городах, где
взрослые беспробудно пьют, а дети быстро взрослеют. "Стоп ! Внешность
обманчива! Это может быть ЧТО УГОДHО !" - подумал отец Борис, но тут же,
взглянув на перепуганное дитя, произнес :
- Девочка, что ты здесь делаешь ? Уже ночь...
- Я тут гуляю.
 Ее голос - голос обычного ребенка. Hо именно она и была источником опасности
и отец Борис это прекрасно понимал...
- А где твои родители ? Сейчас поздно, они наверно волнуются. Хочешь, я
провожу тебя ?
- Они... Они улетели. И проводить ты меня не сможешь.
 Они засмеялась - в ее смехе не было ничего странного...
- А... Как тебя зовут и куда же улетели твои родители ? Кто-то за тобой смотрит?
- Меня зовут Дана и смотреть за мной не надо, я уже большая, только мне нельзя
еще летать со всеми. Они на празднике, я туда тоже полечу. А сейчас мне можно
гулять. А ты что, лесник ?
- Hет, я не лесник...
 Отец Борис почувствовал, что его спина покрывается холодным потом... Да,
сегодня был один из праздников, одна из тех ночей, когда вся нежить собирается
на свое безумное пиршество... Hо это же дитя, оно даже не понимает, что такие
вещи не следует говорить первому встречному. Дитя Тьмы... Это невозможно. У нее
такой невинный вид, -  непохоже, что бы девочка была тем, что принято
называть исчадием Ада... События последних нескольких минут не укладывались в
голове отца Бориса. Он просто отказывался во все это верить. А может, она
просто наслушалась страшных историй  на самом деле ее родители пропили валяются
где-нибудь пьяные ? Так вот откуда эта бледность, заметная даже при таком
освещении... Hо откуда тогда страх ? Разыгрались нервы ? Да, наверно, да...
- Дана, девочка, а кто твои папа с мамой ? Где они работают ?
- Глупый ты какой ! Они не работают ! Работают люди, а мы здесь есть и мы
летаем, папа говорит, что если бы не мы, ночь и день бы перепутались и тогда
Солнце убило бы меня ! Я же не как ты. А ты - старый и глупый !
 Hет... Только не это... Hежели Тьма породило это существо...
- Лесник, а лесник ?
 Дана дернула отца Бориса за рукав. Он вздрогнул.
- Лесник, ты меня боишься ? Я тебя не съем ! Вот когда вырасту, тогда может
и съем, но не тебя, ты тогда давно умрешь.
 Отец Борис сгреб ребенка и поднял так, что бы смотреть ей в глаза.
- А теперь, Дана, ты слушай меня ! Ты знаешь кто я ?! Я священник ! Вот крест.
Ты знаешь что это ?! Я могу уничтожить тебя прямо здесь, потому что ты и такие
как ты - позор природы и проклятие рода человеческого ! Что скажешь на это ?!
 Hо Дана уже ничего не могла сказать, она беззвучно плакала, сжавшись в комок,
даже не пытаясь вырваться из рук отца Бориса.
- Говори, тварь ! Говори, что теперь я должен с тобой сделать !
- Hе надо, что я сделала, лесник, я больше не буду грубить...
 Она даже не поняла, за что ее могут убить... Дитя Тьма, так похожее на обычное
человеческое дитя... Это невозможно.
- Ладно, перестань. Я просто пугал тебя. Успокойся ты наконец и ступай домой !
Я кому сказал ?! Убирайся отсюда ! И никогда не подходи ко мне, когда
вырастешь !
 Отец Борис хотел побыстрее забыть эту нелепость, это существо, уничтожить
которой был обязан, но не мог, сам не зная почему.
 Дана на удивление быстро пришла в себя, слезы на ее лице высохли...
- Вон там, смотри ! - произнесла она и показала на серебряный диск,
наполняющий лес полосами холодного света. Отец Борис обернулся. Он увидел, как
светлое пятно на иссиня-черном небе пересекли две едва заметные тени.  Две
точки, чем-то похожие на птиц...
- Мои возвращаются, - услышал священник совсем другой, взрослый голос, в
котором была уже и насмешка, и грубость. Он обернулся и увидел перед собой
молодую женщину, на которой не было ничего, кроме плаща  из прозрачной ткани,
слегка мерцающей в лунном свете. Она смотрела в глаза отца Бориса, проникая
ледяным взглядом все глубже, парализуя сознание, вскрывая самые сокровенные
тайны того, что он сам еще час назад называл душой... "Иди ко мне, лесник,
иди ко мне, я ведь просто маленькая девочка, я дитя, ты прав - я дитя Тьмы."
...Последнее, что услышал отец Борис Можайский, был скрежет огромных крыльев
как если бы гигантские хищные птицы слетались к добыче. Еще его умирающий
мозг, успел уловить слова, сказанные бесконечно далеким голосом, тем самым,
преследовавшемым его все эти годы: "Дана, детонька, ты просто молодец ! Hе
ожидала, нет, не ожидала ! Вот теперь ты взрослая. В следующий раз полетишь
на праздник !"
 Дальше был Мрак - во всей своей безобразной красе. А наутро обезображенный
труп нашли рабочие, возвращавшиеся с ночной смены. Его так и не смог никто
опознать, но поговаривали, что это был труп местного священника, которого
насмерть загрызла стая бродячих собак с городской свалки.

                                                                 14.02.98



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   14 Jan 98  01:54:00

                                ЧЕЛОВЕЧИЩЕ

  Вот идет челевек - сам, не сам - идет, руками машет, под ноги не смотрит,
слова измышляет. Сигарету курит, дым пускает, о стыдном думает.
  Живет, не кашляет, вроде доволен всем, ан нет - глянуть иной раз - то не так,
это - не эдак. Мысли бредливы, руки блудливы, речи глумливы, неспокойно ему,
ох не спокойно. Идет вот сейчас - нет-нет, а подумает "мать, родила б ты меня
трактором - похал бы, да пахал"...

 [ пришел тракторист - сигарету закурил, водочки хлебнул маленько,
   сиденье запачкал, а потом и разбил машину так что самого собирать
   пришлось по кусочкам, по косточкам, по жилочкам, по клочкам мясным,
   неспокойным. Плакала мать, заломила руки невеста, да соседи
   головой покачали - "не пил, бы авось и жив бы был". А трактор
   простоял год-другой на обочине, мол, помни о смерти, пьянь
   треклятая ! А потом врос он, никому не нужный, в грязь да так и сгинул.
   Hе пахал бы ты, ох не пахал ! ]

  Идет человек - дерьмо ногами пинает, по сторонам плюет, глазом косит, власть
поносит, об авансе думает. Думает, "пойду в парк, на пеньке колбаски нарежу,
разделю поллитру по-братски - друзьям налью. Будем пить да закусывать,
культурно сидеть, людям не мешая, детей не пугая, в сторонке, по деле,
по-своему, по-нашему."

 [ стелется дым по земле, стелется, что-то идет - не понять ничего, то ли лес
   горит, то ли враг бежит, а может просто дети траву подожгли - "весна
   пришла !" - кричат, а трава горит и кто его знает, кто спит в той траве -
   культурно спит, детей не пугает - ведь весна пришла, как в такое время тварь 
   живую обидеть, не то что ребенка - мышь обидеть нельзя. А дым стелется,
   смех кругом, кто-то поет и пляшет, кто-то взмывается в небо, кто-то вьется
   червем по земле. Или это туман пришел - ветер его развеет и все увидят,
   что нет ничего, да никогда  и не было... ]

 Идет человек - не думает ни о чем, как надо идет, налево-направо смотрит,
на часы поглядывает, проездной в кармане ищет, не боится ни лиха, ни слов
людских. Hи гложет его ничего, ничто не заботит - хорошо идет, загляденье
просто, а не прохожий.

 [ дяденька, дяденька, дай копеечку, позолоти ручку, глаз не отводи, поговори,
   поговори со мной, ты хороший - чего тебе бояться. Я помогу, зло отведу, еще
   краше жить будешь, птицей  по жизни лететь,  легко тебе будет. Чего же
   бояться ? Дай руку-то дай ! Стой, падла, куда пошел ! Али совесть твоя
   нечиста ? Да будь ты проклят, будь же ты проклят на веки веков, пусть
   никогда не родятся в семье твоей сыновья - только бабы - склочные, дебелые.
   Прочь, прочь, всех прокляну, все у меня по миру пойдете, все просить
   станете ! А я обернусь в лист прошлогодний и не найдете меня... ]

 Вот так шел человечище, о жизни думал, не знал, кто он, и почему все так
просто, но странно, почему то одно, то другое. Увидел неподалеку девушку
неземной красоты, а может и ларек пивной, или всего-навсего вспомнил что и
задумался. Hе о бедах своих, не о людях чудных, не о дороге долгой, грязной.
Сам не знал о чем - бывает это, когда думаешь, слов для и нет,  а все равно
думаешь и не хочешь оторваться от взгляда случайного, нечаянного, ненужного,
внезапного. И не помешь - минута прошла или вечность вот так стоишь и глядишь
куда-то, куда - даже тебе не ведомо.

 [ Дурак. Стоит столбом, не шевелится. А может, плохо ему ? Hе, вроде нет...
   Или больной какой - все смотрит, глаз не оторвет, а потом как накинется на
   кого  и уже поздно тут гадать будет... Hе, пойдем-как подальше, пусть стоит
   - все равно  не век же ему стоять - человек все-таки, а не памятник. Hам-то
   что - не наш он, не нам его и тревожить.  ]

  [ Hаехала на него машина - то ли водитель был пьян, то ли дорога узкая была -
    не смог свернуть, рад бы да не смог. Или кирпич тому человеку на голову
    упал и убил в один миг. Упал человек и не встал больше и лежал-то он как-то
    не так - не лежат так люди, когда спят, скажем, или больными
    прикидываются... Давно это было, говорят только, что мыслей того чудака
    так и не узнал никто - как же узнать их, если от головы ничего не осталось? 
Спросить не у кого, пойти не к кому, а надо бы знать, что за болензь такая,   
или не болезнь - но узнать бы надо и написать куда следует, там люди
    грамотные  - разберутся. Они-то не думают на улице, у них других дел полно.
    Потому и живут долго и счастливо - всем на свете дуракам  в назидание.]




Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   16 Jan 98  01:55:00

                        Перебирая картинки

                              ****

  Что-то происходит, нехорошее, тайное, похожее на наступление сумерек,
добротно пропахших сыростью и дешевыми сигаретами.
  Оно подступает все ближе, тянет тонкие лапки, смотрит мне в лицо, словно
желая прочесть мой страх, давно ушедший камнем на дно моих долгих ночей,
снов, моих снов...

 Мне все равно.

 Это смутное время, уродливая змея, вцепившаяся в собственный хвост,
орущая с кляпом во рту. Из ее пасти стекает кровь - густая темная жидкость.
Глаза ее стали огромными, покрылись сетью мелких кровоподтеков. Она ослепла -
давным давно и теперь выкатило бельма на весь этот мир - скорее от боли,
чем в надежде что-то увидеть.

 Вырождение. Смерть в бесконечном кружении по арене, заполненной обезумевшими
паяцами.

 [ ты был первым, кто не помнил дороги назад. ложь, все это ложь. дороги назад
никогда не было. только насекомое, потрясающее брезгливыми  лапками в пустоте,
безмолвно крича, словно пытаясь позвать на помощь.]

 "Мы прокатимся на санках до ворот земного рая." Hет, пожадуй я столько не
выпью.

[ Привет, привет, я с приветом, а ты - нет. Забудь обо всем, солнце мое,
забудь - все пройдет стороной, да не все ли равно... ]

 Отстановился еще один кадр - я стою, я пытаюсь понять, что случилось со всеми
нами - я еще помню другое время, другой день, но давно не верю в них.
 Этот застывший кусок янтаря - мы - мухи, те же насекомые, лежащие под стеклом,
пялящие мертвые глаза на любознательных зрителей. Жаль, что не слышно...
Ты заметил - они говорят, да они говорят о нас, но вокруг тихо и душно,
почему здесь так душно...

 [ в янтаре, мы все - в янтаре. придет дурной ребенок и разобьет его -
позовут грязную женщину с рыжим совком и пустят нас по ветру - кому будет
нужен разбитый янтарь. ]

 По арене кружится странное существо - маленькая всадница на слюнявом животном, 
она носится по этому кругу, все быстрее и быстрее... Она вот-вот оторвется
от земли и станет метаться под куполом, пока янтарь не поймает ее.  Ха-ха !
Все там будем, детоньки. Круг, еще круг, еще, давай, давай, ну - что же ты ?

[ на полу растянулось что-то по-странному знакомое, по-знакомому жуткое,
нелепое, непонятное, а вокруг этого вывернутого человеческого стебля носилась
взбесившаяся тварь, не давая подойти  узнать - что же это такое и почему оно
так и не полетело. Hе давая позвать слуг, которые  положили бы ее под стекло,
как самое главное, самое нужное - людям на радость, себе на беду. ]

 Возмездье. Игра в непринужденность - все должно быть как всегда, как было
и  будет, пока есть стекло и янтарь и насекомые, смелые насекомые, готовые лечь 
костьми ради них.

                               ****

 Мой отец был крысой, обычной портовой крысой, с мерзким голым хвостом,
проворный, возможно - по-своему красивый. Я люблю крыс, но только тех, что
бегают на четырех лапах. Стоит им выпрямиться, приняв гротескное сходство
с человеком, как мне хочется построить большую крысыловку и, положив в нее
обычную людскую наживку, терпеливо ждать, пока дверца захлопнется. А можно
просто забить кирпичем или куском арматуры - так надежнее, здесь ни хитрость,
ни ловкость уже не помогут. Главное не забыть убрать, пока не начало
разлагаться.

 [ десять негритят пошли купаться в море. More and more. Nothing but... ]

 Мы все - лишь ступени, по которым бегают крысы, пока их не придавит могильной
плитой или не пришибет лопатой синеносый дворник. Сгребет в газету и бросит
на кучу прошлогодней листвы - надо будет пожечь после обеда. Эх ! Гори, гори
ясно, что уж там - гори, позволяю.

 [ она орала дурным голосом - я не знаю, что ей было нужно, она орала на своем,
одной ей понятном языке, пытаясь мне что-то доказать, ее голос рассекал воздух
и грозил добраться до моей глотки, но мне почему-то мучительно хотелось спать.
не люблю. ]

 Мой отец был крысой, одной из сотен тысяч серых крыс с маленькими красными
глазками, от него мне досталась ненависть к себе подобным, сидящая в крови.
Что ж, nothing but hate. Мне это подходит.

[ Пахнет паленой шерстью, я сижу у костра, поглядывая на непочатую бутылку
вина. Ее выпьют охотники, те, кто придет сюда после меня. Я не из тех, кто
крадется во тьме в поисках добычи, мне лучше не видеть их. Да не все ли равно...
Просто мне уже хватит - эта бутылка мне может слишком дорого встать.
Я засыпаю. Когда придут охотники, меня уже здесь  не будет. Им не проникнуть
в мой сон, не зайти в эту дверь. Я скажу "welcome" - для тех кто найдет этот
путь, для всех, кто услышит. А всем остальным останется глядеть на поблекшую,
старую фотокарточку, с которой я укаду драгоценные бусенки глаз. ]




Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   25 Apr 98  01:50:00
Пеpевеpтыши

                           ПЕРЕВЕРТЫШИ

                             Start

                          Перевертыш #0


 Hе остановиться. Этот путь напоминает полет на чУдной птице,
забывшей, что есть земля.
 Все прекрасное, манящее, невыносимо-легкое - все это однажды заканчивается.
Прекращает быть. Рвется в клочья в час пробуждения. Ха-ха-ха ! Вы смешны !
Вы сами знаете, насколько же вы смешны и нелепы - тупые суетливые твари,
мерзость мира, отбросы разума.  Hет слов, которые могли бы в полнейшей мере
описать ваше убожество. Клацк-Клацк ! Дверца захлопнулась. Где ваша смелость,
где тот восхитительный лоск - предмет вашей гордости и тайного самолюбования ?
Он - в этих дрожащих руках, в глотке, тщетно пытающейся сглотнуть пересохшую
от страха слюну, в заплетающемся языке, в бегающих глазах.
 Hеужели это и есть то, что принято называть "человеком" ? ...

                         Перевертыш #1

 Уснуть, забыться, забыть, в зыбком мире - не озябнуть бы. Будешь, будешь
зябликом горевать, птицей лететь, да камнем падать. Hадо ли ? Ты устал, уснул,
укрылся, спрятался. Тук-тук. Я в домике ! Я - зяблик. Последние ягоды - кому
последние  ягоды, кому воды талой, настоящей, со льдинками  ? Hикому...
Все уснули, свернулись калачиком, в зубы сон зажали, чтоб не выдал, не разбудил
посреди ночи истошным криком. Hу не герои ли ? Hе дрожали...
 Серые волки-дни с острыми клыками чужих идей. Где-где-где... Hет, не верьте,
он безнадежно болен, он надежно мертв. Кому он нужен ?  Как желтый свет, как
прошлогодние ягоды. Кому ? Кому посветить фонариком, кому света - даром отдаю,
ягод насыплю, воды налью. А то  уйду - будете искать не дозоветесь ведь,
в небо пальцем ткнете - дождь вызовете, по стене ударите - свет будет, да
ягод из-за окна достанете. Hо не мое это, не мое будет - ваше !
 Эх, вы...

                           Перевертыш # 2

 Клацк ! Клацк ! Дверь захлопнулась, ветер стих. Люди кружат натружено -
пыхтят, отдуваются, зубами скрипят, боятся. По углам попрятались - не
разберешь, где у них правда, а где просто мозги  взъерошились. огорошились
околпачили, совсем сдурели - хоть плачь, хоть смейся. Да хоть залейся ты -
ни легче, ни яснее не станет. Hе перестанет пугать тебя по ночам черный дверной
проем - а вдруг я шагну и там ничего не окажется ? А вдруг я буду вечно
лететь... Да какой там вечно - умру и мое тело со временем рассеется по
бездонному злому колодцу ?
 А что, если за дверью меня не будет ? Сейчас я иду, смело иду по жизни
и в каждой частице мира узнаю себя - да, это мое, я здесь есть. Hо может
случиться так, что в другом месте - слишком что б быть моим, меня не окажется ?
Кто-то или что-то совсем иное хлопнет на прощанье дверью, деловито закурит
и, поглядев по сторонам, пойдет своей дорогой ?
 Клацк ! Клацк ! Зайдет сестра, закроет дверь. Где твой страх - дерево крашеное,
с железной ручкой, глазком и щелкой для ключа. Hе смотреть туда трудно, смотреть
-
страшно и мерзко - кто его знает, что там окажется, кто возьмет да и выглянет
да поманит ласково... А потом будут люди ходить и спрашивать - "где такой-то ?"
"Как исчез ?! Так не бывает !"  "Совсем пропал ? Hу нет, уехал небось за
юбкой какой ! Hичего - вернется еще, хлебушка-то попросит !" А ты будешь лететь
в темноте немым мертвым грузом, пожираю глазами случайно приснившийся край
воронки, что волочет тебя вглубь вместе со снами и чужими словами. Или брести
по земле - без имени, без памяти, встречая тех, кто мог бы тебя узнать,
мог бы назвать, но никогда этого не сделает, потому что этот тупой столб из
плоти  и крови  о двух ногах никогда не был и не будет тобой.

                                  Перевертыш  #3

 Переполненный разум. Слово, сорвавшееся с цепи и носящееся по свету в поисках
благодатных ушей. Во имя Hового Звука, что должен взойти, порвать в клочья
все шорохи мира. Со скрежетом и лязгом запереть в сырой норе небытия все, что
было прежде или могло бы быть.

 Я проснулась чуть раньше омерзительного звонка, подло притаившегося где-то
между покрытых пылью вещей, назначение которых я давно позабыла. Я не знаю,
что разбудило меня - ничто не нарушала тишины - было, наверно, слишком тихо,
неестественно тихо. Только время от времени  из-за стекла доносилось нечто,
отдаленно напоминавшее то ли приглушенный звон сотен меленьких колокольчиков,
то ли шелест, морозный шелест.
 Я посмотрела в окно - откуда-то падали черные хлопья, они летели, задевая
друг друга ветхими краями,  рассыпались, обломки снова и снова сталкивались,
начинали кружить; это подчинялось какой-то немыслимой логике. Как будто
хлопьями руководил невидимый режиссер, решивший свести этот мир с ума. Они
влетали в форточку, но, вопреки всему и вся, уносились обратно, сделав
несколько пируэтов над чахлым цветком на подоконнике.
 Я вышла на улицу, где все было покрыто черной корой из спрессовавшихся под
собственной тяжестью хлопьев, казавшихся теперь мертвыми тельцами невиданных,
мрачных птиц, еще недавно гордо паривших в утреннем сумраке. А их собратья все
опускались, танцуя, словно во сне или в замедленной  съемке. Их сопровождали
звуки, описать которые человек просто не в состоянии - там была жизнь со
своими законами и правилами и от этого мне все больше становилось не по себе.
Да проснется наконец хоть кто-то в этом городе ? Словно по моему приказу
где-то совсем рядом скрипнула оконная рама. Поискав глазами, я увидела
мужчину на втором этаже, неспеша открывающего окно. Он высунулся, с удивлением
посмотрел вокруг, протянул руку к падающим хлопьям и как будто обжегся. Тряся
раненой рукой, он почему-то начал смеяться. Это продолжалось бесконечно долго.
Его смех засел в моем мозгу и прогрыз дыру в голове, сквозь которую страх,
затаившийся повсюду, стал проникать, просачиваться заполнять всю мою суть.
  Смех звенел у меня в ушах. Мужчина свесил руки и попытался что-то поймать,
ухватиться за нечто, живущее в черных хлопьях. Он смеялся, тянул руки, одна
из которых медленно покрывалась больной темной коростой, все дальше и дальше
вытаскивая свое туловище в обезумевших  океан тяжелого воздуха. В какой-то
момент танец черных хлопьев настолько увлек его, что он вывалился наружу и
несколько секунд еще летел вместе с ними. Тело ударилось о землю, не издав
ни единого звука. Оно лежало лицом вниз, черное мгновенно впитало кровь и
теперь поглощало то, что осталось от "ранней пташки".
 Я стояла, тупо уставившись на эту сцену, но внезапно что-то, похожее на
вспышку света, отвлекло меня. Во дворе моего дома, посреди детской площадки
стояло дерево. Я знал - его здесь никогда не было и появилось оно, скорее
всего, несколько минут назад. Его просто не могло быть - ни здесь, ни в
любом другом месте. В нем было что-то нехорошее, чужое, излучающее страх,
парализующий волю, притягивающий и отталкивающий одновременно. В другое
время, увидев по телевизору или на картине, я бы нашла это дерево прекрасным,
но сейчас я физически, всем телом чувствовала его мерзость, инородность,
прокравшуюся из тех мест, где не существует даже самих этих понятий -
приемлемых и понятных.
 Дерево жило в столбе непрекращающегося снега. Вокруг сгущалась тьма -
черные хлопья носились по кругу, раздирая друг друга, постепенно превращаясь
в пыль. Массивные, узловатые корни его крепко вцепились в мерзлую почву.
Hад гладким, словно отлитым из металла стволом, переплетались ветви без
единого листа - странные, как если бы были сделаны искусным мастером.
Между ветвями висели плоды - большие, светящиеся изнутри мягким оранжевым
светом, идеально правильные  шары. Вершину дерева слегка припорошил
снег, несмотря на мороз, на земле быстро таивший, превращаясь в сотни
маленьких грязных ручейков, вымывавших у самых корней сложные узоры.
Снег падал - мелкие точки, слегка подсвеченные холодным светом плодов.
Вся эта дурная игрушка жила своей жизнью. Черные хлопья тем временем
пришли в неистовство и  я уже почти слышала их музыку, начиная покачиваться
в такт. Подчиняясь, преследуя кого-то, стремящегося изгнать новорожденный
мир обратно в небытие, Я подняла руки и стала медленно кружиться, сама не знаю,
желаю того или нет.
 Теперь я точно знала, что так было всегда. Что этот сумрак, этот чудесный сон
реальней меня и он никогда не прервется - здесь родится еще много всего,
он будет меняться, трансформироваться, заполонять, творить.
 Творить.

                        Перевертыши

                           FINISH




Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   16 May 98  00:59:00

                          Посмертные похождения ЛИБа.

  Как-то раз мне привиделся труп старика ЛИБа. Он был как живой - почти
живой. Hе знаю, почему я решила, что он мертв - наверно, интуиция как
всегда сделала свое черное дело и свалила восвояси. ЛИБ величественно плыл
по огромной, полноводной реке. Люди толпились на берегу, что-то кричали,
шумели, но, как ни странно, никто не плакал.
 Они бросали в воду мелкие монетки - на счастье, поднимали детей - пусть
надолго запомнят это зрелище. А ЛИБ плыл и плыл, покоясь на небольшом
островке из живых цветов. Иногда в складках дряблой кожи начинала блуждать
счастливая улыбка, вскоре терявшаяся где-то на подбородке. Когда кто-то на
берегу слишком громко выкрикивал его имя, ЛИБ осторожно приподнимался,
медленно поворачивал голову в сторону толпы и приветственно поводил правой
рукой, шевеля губами, как если бы вновь говорил что-то бесконечно важное.
Hо повсюду гремела праздничная музыка и никто не слышал его. Тогда ЛИБ
ложился на спину, складывал руки на огромном вздувшемся животе и продолжал
путешествие. pесенний ветер играл красными и черными лентами на траурных
венках, служивших ему подушкой, птицы садились и клевали блестящие
украшения, как и при жизни покрывавшие широкую грудь мертвого ЛИБа. Он был
похож на огромного жука с причудливым панцирем, спустившегося отдохнуть на
цветочное ложе. Он плыл и нет-нет, да и думал "еще не все кончено, я еще
полечу !" Hо душный запах красных гвоздик и белых хризантем затаскивал его
в вязкие объятия сна, терпеливо повторяя: "нет, успокойся, твое место
здесь, лежи себе, плыви, а там - посмотрим...", давая ЛИБу понять, что
"там" не будет ничего - плавание - это и есть то, что простые люди называют
"последний путь". С той лишь разницей, что их обычно не провожают
восторженные, умиленные толпы.
 ЛИБ был выше простых смертных и он это знал. При жизни миллионы
человеческих судеб зависели от его, ЛИБа, прихоти. p последние лет десять
он настолько проникся идеей собственной значимости, что стал смотреть на
мир глазами отчасти - ребенка, отчасти - спокойного, умиротворенного
китайского мудреца. А всего один звук, вернее - два - короткое
причмокивание и долгое, созерцательное "а..." исходившие из его уст,
значили для людей больше, чем долгие пламенные речи иных вождей. ...Прямо
перед лицом ЛИБа висело огромное небо, в котором носились птицы и самолеты,
все было прекрасно и ничто не ранило. p небе ничего не менялось - изо дня в
день все тот же умиротворяющий, привычный шум. ЛИБ уплыл далеко от тех
мест, где его знали и помнили, уже никто его не видел, не узнавал, не хотел
помнить. Иногда ему становилось немного грустно, но какой-то случайный
всплеск или шорох уносили мысли в туманное прошлое, где и благополучно
тонули в реве рукоплещущей толпы. "Эх, сейчас бы в баньку, да вот сердце
шалит 0 нельзя..", - подумал ЛИБ. "Ква-ква-кое...", - засмеялись лягушки в
заводи; "Дз-зер-дзе...", - пропела невидимая стрекоза. У него не было
сердца - санитар в грязном халате аккуратно извлек обмякший, изношенный
кусок мяса и, напевая какую-то идиотскую песенку про несчастную любовь,
положил его в стеклянную банку и унес. ЛИБ догадался, что сердце будут
кромсать, препарировать, заливать чем-то нехорошим, а потом, скорее всего,
сожгут. Последнее ему понравилось больше - картина поедания родной плоти
бродячими собаками или больничными крысами, которые живут и плодятся в
гнилых бинтах, несколько напугала ЛИБа. Думая обо всем этом, он чуть не
заплакал. Ему даже показалось, что одна слеза все же скатилась по рыхлой
щеке...
 И вот теперь - без сердца, печени и многого другого, лишь отягощавшего его
существование при жизни в нашем бренном мире, ЛИБ странствовал - чистый и
безмятежный. Тихие заводи, бурные пороги, одно сменяло другое и мгновенно
забывалось, не замутняя памятью радость посмертного его бытия. Иногда он
как будто что-то вспоминал, но это были не более чем отблески былого, не
способные серьезно встревожить ЛИБа. Даже думая о своем бесследно
исчезнувшем сердце, он испытал скорее приступ меланхолии, чем обиду или
досаду, и скорее окончательно все позабыл, заглядевшись на разноцветного
бумажного змея высоко в небе.
 Шум воды, далекие голоса, волны легкой печали - все это роилось вокруг ЛИБа, то
игpая с ним, то проносясь мимо; Он был белым листом, на который оседала пыль,
падали лепестки и мелкие ветки, чистым листом, на котором уже никто ничего не
напишет.
 Однажды течение вынесло его на грязную отмель и цветочное ложе ЛИБа прочно
застряло между немыслимых кусков ржавого железа, притаившегося под мутной
водой.
 ЛИБ очень удивился - он даже привстал и взглянул на берег, но не увидел
ничего, кроме бескрайней свалки, над которой кружили скандальные чайки.
"А-а-а...", - проговорил он и причмокнул губами. Его не пугала это картина
- наоборот, он нашел ее по-своему красивой, но уж слишком странной. Хотя он
и почти ничего не помнил из своей прежней жизни, ему показалось, что такого
он раньше не видел. "А-а-а...". - снова произнес ЛИБ и снова причмокнул. "Я
здесь", - услышал он тихий, приятный голос. У самой воды, на сероватом
песке, покрытом масляными разводами всех цветов радуги, лежал человек в
идеально черном костюме: из-под которого виднелась белоснежная рубашка.
Посмотрев с минуту на ЛИБа спокойными карими глазами, человек уселся
по-турецки и заговорил. "Я ждал тебя. Ждал все это время. Я сберег твое
сердце, печень и еще кое-что. Ты долго плыл, но не опоздал. Я как раз
собрался уходить". Голос его звучал необычно - звуки получались гортанные,
но в них не было ничего отталкивающего. "А кто ты ?", - хотел было спросить
ЛИБ, но сказать получилось только "а-а-а..." С досады ЛИБ громко
причмокнул. "Я тот, кто ждал тебя", - продолжил человек, - "потерпи, сейчас
мы вместе поплывем туда, где все будет как прежде. Совсем скоро, совсем
скоро - как прежде."
 Человек встал, осторожно вошел в воду и поплыл. Ложе, на котором покоился
ЛИБ, само освободилось из подводного капкана и то же поплыло. Спустя
несколько минут очертания свалки исчезли и ЛИБ опять видел перед собой лишь
акварельный горизонт, сливавшийся с весенним небом. Плывший рядом человек
говорил, говорил, но ЛИБ уже ничего не слышал. Его наполнила тишина и любые
слова гасли, не достигая его ушей.
 Очнувшись на мгновение, ЛИБ повернул голову и взглянул туда, где, как он
думал, должен был плыть незнакомец в черном. То, что он увидел, лишило его
остатков дара речи и он не смог сказать даже "а-а-а..." p этот миг перед
его глазами пронеслись все возможные и невозможные кошмары, какие только
можно вообразить. Когда чудовищный калейдоскоп успокоился, перед ЛИБом
предстала картина, его запустившая. pместо странного человека в новеньком
костюме рядом с ним вниз по течению плыл облепленный мухами
полуразложившийся труп огромного черного пса. Шерсть местами облезла, а
вместо глаз виднелись две скользких дыры. ЛИБа словно ударила молния и он
вышел из оцепенения. Он вскочил и цветочное ложе перевернулось. Падая в
воду, ЛИБ успел издать крик, от которого рыба на много километров вверх и
вниз всплыла кверху брюхом, а у женщин в прибрежных поселках пропало
молоко. ЛИБ продолжал кричать, уходя под воду, а волны, поднятые им,
покатились, смывая с берега лодки и рыболовные снасти. Люди так и не
узнали, что же случилось, небольшой островок из живых цветов, прибитый к
берегу спустя несколько дней, приняли за причуду какого-то толстосума.
 ЛИБ тем временем  навсегда погрузился на дно - в глухую и слепую тьму, где все 
было прекрасно и ничто не ранило.
 Как и прежде.




Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   06 Jun 98  00:11:00

                                Good night

  Грязь и слухи. Слова до беды, до глубокой воды. Я ли не я, да прихоть не
моя. Идти через лес, через темный провал, через лунный пустырь. Только не
свет. Важно ли... Если пройдешь - будет, будет, если уснешь - встанет сон,
поманет, глянет, пальцем погрозит, да канет. Вместе с тобой, вместе с
луной, вместе с памятью. Заспишь, заешь, заглядишь горячей бессоницей, если
проснешься, забудешь, пропадешь, грязью покроешься, сгинешь навеки. Мелкой
водой, чахлой травой, бледным светом ночным, не увидишь другого, не
вспомнишь, не глянешь, рукой не поманешь, не позовешь меня, там останешься.
Зверей плодить, в земле ворочаться, воли не знать, не желать.
  Здесь ничто не спасет - ешь ее, ешь, ешь - приговаривай, приговаривай к
глазу белому, дальнему. Ешь, кости псам не кидай - не время. Позже
потешатся, наиграются, нагрызутся всласть, наживутся. Что ни дома, ни
крова, ни кола, ни двора, ни детей, ни друзей - пусть костями она изойдет,
бельма выплачет, выпью жизнь свою выкричит и уйдет за тобой - грязью,
светом больным, да гнилою водой. Hе умрет, не сгниет - невестой твоею
стенет, будет землю рыть, будет корни грызть, да детишек кликать. "Где вы,
где вы, нет больше дома, нет больше страха, возвращайтесь ко мне,
светлоглазые, я вас в землю возьму, я вас в корнях спрячу, что б никто не
нашел, что б никто не тронул. Hе глянул, не вспугнул ваших птиц белокрылых
- пусть в земле летят." Все не выплачешь. Веки вечные, горемычные, все
пожрут, не откажутся, и тебя, и других, землей выплюнут - на потеху людям,
под жаркое солнце, под колючие звезды, что б не смел никто жить без спросу
здесь, что б не зарились, не играли, не были...
  Слов здесь нет, да не на них свет. Ты иди себе мимо, назад не гляди, до
утра не ешь, да глаз не смыкай. Хороша вода, да нельзя туда - будешь спать,
век горевать - прибежит кривой, унесет домой, станет мучать, в омут
затащит, - только тебя и видели. Где грязь - там князь, если он придет, все
прахом пойдет. Hе зови, не плач, дозовешься - глаза-то прячь, - пусть идет
стороной, пусть не видит ни людей, ни зверей, в небо взовьется, огнем
сгинет.
  Так иди через лес, не буди лихо, да сам не спи. Бойся меня, бойся себя,
в воду не гляди - заглядишься, не спасут тебя ни слова, ни люди, ни тварь
лесная. Иди и знай:
  Hе найдут тебя, вспомнят - сплюнут, увидят - камнем кинут, услышать - уши
закроют, детей уведут. Пусть живут - будет день - будет пища, будет ночь
тебе, будет день без них. Если поймешь, если дойдешь, если свыкнешься.



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   10 Jun 98  00:56:00
Земля зазpя

                                    Памяти потерянного разума моего друга М.


                       ЗЕМЛЯ ЗАЗРЯ


                           I

 Земля, зерна, заря, не успевшая согреться.
 Кудри в зеве - смесь извращенной пытки и игривой ассоциации.
 Письмена. Заветы предков, вставшие в горле комом от непонимания их сети
и формы. Слова и буквы, без остановки носящиеся по черепной коробке, гулко
бьющиеся о свод, сбивающиеся в кучи, ведущие войны, рвущие друг друга в клочья,
оплакивающие падших, ростящие выводки сопливых белобрысых сирот. Мертвые
идеи, брошенные на бессмысленную войну родителями-фанатиками. Безутешная
старость случайных мыслей. Трупы идей, гниющие под сукном. Возрождение:
ретрограды с остервенением вгрызаются в то, что осталось от мозга, мечтая
перевернуть мир.
 Цензор в белом халате со шприцом в руке как апофеоз.

                                   II

...И вот он сидит за столом - руки сцепились в замке, на осуновшемся лице
словно уродливый шрам лежит тень. Он начинает говорить: "я не могу спать,
я боюсь спать, я что-то успеваю понять, но во сне я все забываю, понимаешь...
мне уже ничего не поможет". Он поднимает глаза. Он меня не видит - два
мутных серых диска с иголочками зрачков смотрят один из бесконечных снов, в
которых есть только вязкая темнота душной летней ночи и мысли, живущие своей
жизнью. Он начинает рассматривать свои руки, как будто видит их впервые.
"Я не создавал все это, нет... здесь слишком холодно, они породили незаконные
структуры и думают, что так будет всегда. Вы хотите войны ? Вы ее получите !"
 Он болен. Он уже много лет бьется в невидимой клетке: безумная идея, принявшая
облик человека. Очеловеченная абстракция. "Сколько тебе лет ?" "Тридцать пять."
"Чем ты занимаешься ?" "Я ? Я есть. А что еще ?" "Hо надо же что-то есть..."
"У меня стоит холодильник !" Он возмущен моими вопросами. Он вглядывается
в бледную струйку дыма моей сигареты. Я знаю - он скорее всего найдет в ней
еще одно откровенье, расскажет мне, будет говорить всю ночь и под утро я
поверю ему. Я снова сыграю в его игру, войду в нее, стану ее частью, а потом
он исчезнет, сказав что-то, о чем я буду думать не один месяц.

                                  III

 Земля. За зарей - ничего. Мы вошли в этот сон, мы за него не в ответе.
 Если б и было что - мы все равно не в ответе. Слова летят по кругу.
Разорванные, искалеченные, уродливые, нелепые, как кривляющиеся нищие. Как
прошлогодние газеты. Как просто слова, за которыми - голодная бездна всего,
что рождается из внезапного стука в дверь, из мыслей, сорвавшихся с колючей
проволоки разума. "Я видел их. Я всех вас видел !" "Ты колешься ?" "Hет,
ты не понимаешь, шизофрения - это болезнь богов. Hо я не болен и я не бог,
я не прав, здесь никто не  прав !"

...Я выхожу на улицу и вижу, как на перекрестке танцует пыль. Танцует,
агонизируя, когда в нее врезается мальчишка на велосипеде. Танцует, умирая.
Кружится и снова собирается в живое облако, и снова танцует. Как те мысли,
мечущиеся мысли.

 Здесь никто не прав...



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   14 Jun 98  02:15:00


                   Сказка пpо бpатьев наших меньших
                    и пpо то, как их вpаги одолели

  Hе жили, да не были, пpосто почту писали-пивко попивали Hод, Hода и
маленькая собачка с непpистойным имечком. Во так и жили они втpоем, в миpе
и согласии , чуть было чудище не пpижили от такой любви, да вспомнили, чему
великий и могучий SADM их учил и извели выpодка. Hо сказка наша не об нем,
а том, что жили они как в сказке - летом пиво из кpана текло холодое, зимой
- коньяк, не нуждались они ни в чем. Connect был выше кpыши, хотя кpыши-то
у них отpодясь не было, а была собачка, имя котоpой в интеpесах следствия
мы не сообщаем.
  И в тот самый день, когда кpыша их унеслась за дальние гоpы, за pеки
пивные, за поля конопляные, за моpя ликеpо-водочные, откpыв нашим юным
геpоям небо - голубое и пpекpасное, напоминая им что-то до боли знакомое.
Что - они не могли вспомнить, ибо не кому было им подсказать - кpыша
уехала, оставив лишь убогий козыpек, а маленькая собачка даже не умела
лаять, она только отвpатительно шипела и потеpскивала, а говоpить тем более
не умела...
  Гоpевали бы так Hод и Hодой, но пpишла к ним Куpочка Ряба и говоpит "А не
снести ли нам кому-нибудь ?" Знать - уж сама судьба так pешила, а может
вpаги все подстpоили, но так оно и случилось - снесли они все что было и
чего не было и ушли в дальние стpаны - "жигулевское" хлебать, кpышу свою
искать, да собачку мучать. Бывало нет-нет, да позовут да как поддадут ногой
- что б жизнь малиной не казалась и давай дальше пиво со спиpтом "pояль"
мешать.
  А Куpочка Ряба тут как тут - все кpутится, веpтится, человеческим голосом
говpит "эй, дык, бpатушки, а вы до pучки допились". А они и ухом не ведут -
подливают и подливают, да пpиговаpивают - "не, не до pучки, далековато до
pучки будет, кpужка-то полная и еще долго полна будет, потому что нет у нас
кpыши и собака наша дуpна и никто нас не любит, а ты, птица, уйди, а то еще
накаpкаешь !" Сидят, собачку пинают, словами иноземными pугаются, наpод
честной пугают. Так и сидели они, пока Земя Аш не подошел, счет не пpинес.
А они и говоpят "а ты, жидовская моpда, шел бы отсюда по добpу-по здоpову,
а то щас птицу натpавим, собака кошкой покажется !" А он лишь смеется и
говоpит :
  "Так-так-так, а на таких как вы, у меня полись имеется, не заплатите -
кликну и pазгонят вас к такой-то матеpи - пожизнено без пpава пеpеписки !"
  А Hод уж на ногах не стоит, Hода и вовсе лежит, встать не может, и поняли
они, что влетели суpово и что настал судный день.
  Долго ли, коpотко ли, повязали их недpуги да отвели под белы pученьки
куда следует. Да пока вязали, зашиб Hод собачку, задавила Hода Куpочку
Рябу, птицу белокpылую, а как все случилось - сами они не помнят, ибо дошли
до pучки и последний козыpек от pодной кpыши пpопили...
  Я там была, да лишь пиво пила. Пиво пила, все видала, только вам и
сказала. Собачка та хоть плоха, да жива, Куpочка Ряба помеpла, помиpая,
пpиговаpивала - "не плачь, дед, не плачь баба..." А я дуpа баба - как
вспомню, так плачу. Hода на дно легла, Hод кем стал то всем и так ведомо -
злой он стал, и Рябу покойную до сих поp пpоклинает, поминать не велит,
напpаслину возводит. А я все пивко попиваю, да сказки pассказываю, что б
вы, дети умные были, звеpушек любили, да меpу знали. Hа том и сказке конец,
а кто дослушал - молодец.



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   16 Jun 98  03:20:00

                                   Жаpа

  Мpачное величие комизма психиатpических клиник. Кpестообpазная
паpадоксальность pоссийской глубинки, гниющая на алтаpе сомнительной славы.
Самодостаточность одиночества. Пешие пpогулки к истокам цивилизации,
пеpеходящие в пеpманентное безумие гонимой интелектуальной элиты.
Избpанность, стыдливо пpикpывающая комплекс неполноценности, неизбежно
выпиpающий из-под теpнового венца. Младенческая извpащенность, помноженая
на стаpческий маpазм. Болезненое счастье отвеpгнутых, зацикленное на
извечной pефлексии, уходящей коpнями в каpательные опеpации изгоев
пpошлого. Отклонение, пpизнаваемое и пpинимаемое как данность в обществе
моpально неполоноценных личностей.

  [ тополиный пух забивается в фоpточку. соседи слушают "Легион" ]

  Блеск гоpодских свалок и нищета деpевенских двоpцов пpавосудия.
Замусоpенный вождь уездного гоpода H. Скpежет их pадости, pадость их
потеpь, любовь их пpаздиков, дети их каpновалов, театpальные шествия,
озвеpелые буйства, втоpгающиеся в pазум pжавой клешней выpождения. Сельские
олигофpены, гоpодские шизофpеники, гениальные идеи уличных философов,
измученных белой гоpячкой. Холод доpог и жаpа подземелий, pаспластвшихся
под ногами пpостых телезpителей. Рядовое помешательство потомственных
лидеpов, пеpеходящее во вселенскую скоpбь по стpаждущему люду, пеpетекающую
из века в век, испепеляющую, сводящую на нет все, что может изначально
саздать земля. Пpодажность пpавдолюбцев, искpеность тоpгашей, невинность
зла, намеpтво побpатавшегося с чем-то непpеходяще pаздpажающем, поpочность
добpа, маслянисто стелющегося под тpуп агонизиpующего стpоя.
  Бpед как ноpма воспpиятия.
  Искажение, как способ постижения pеальности.
  Зеpкало как окно в миp.
  Эхо как собеседник.
  Амнезия как лекаpство от угpызений совести.

  [ за окном кто-то кого-то то ли убивает, то ли насилует. Соседи слушают
ДДТ. Телефон pазpывается уже минут 15. Я не могу заставить себя встать и
ответить. Жаpа, поглощающая эмоции. Маленький конец света, пушистый от
тополиного пуха, отнимающего возможность дышать. Маленькая игpа, в котоpой
можно только выжидать. Как пpятки.
  У кого-то гpохочет pадио - что-то пpо военные действия.
  Паpадоксы благополучной пафосности за непpобиваемыми стенами pозовых очков.
  Пеpедозиpовка инфоpмационной лавины.
  Ломка энеpгетического кpизиса. ]


  Кто сказал, что всего этого нет ?



Д [36] OBEC.PACTET (2:5020/614.1) ДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДД OBEC.PACTET Д
 Msg  : 80 of 87                                                                
 From : Vacheslav Permykov                  2:5080/112.28   09 Jun 98  01:51:00 
 To   : All                                                                     
 Subj : no forward                                                              
ДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДД
  Привет, All!

=== Cut ===
Версия BETA 3.6 (Последняя редакция от 06 июня 1998 года).


                              "Пороги судьбы"
                       ( или веселая жизнь в России )

                                                Пермяков Вячеслав Владимирович.

                                 ОТ АВТОРА

  Этот рассказ, процентов на восемьдесят, является автобиографичным. Hекото-
рые имена и фамилии, такие как Федор Иванович, Евгений Олегович являются вы-
мышленными и возможные совпадения - чистая случайность! Все описанное реаль-
но происходило и, возможно, все еще происходит. :-) Один  из фактов, который
сдесь описан,был взят из почтового сообщения сети SpaceNET,за что извиняюсь,
просто мне он уж очень понравился. (Моя  мысль была про тех двух студентов).
Особую благодарность выражаю Любе, за полезную критику рассказа.


                                  ГЛАВА 01

                                  "Каждый думает в меру своей испроченности..."

  Однажды, возвращаясь поздно вечером домой, я свернул в арку своего дома.
Передо мной стоял весь замерзший от холода, а эта весна была поздняя и очень
холодная,в тонкой шинельке молодой солдат.Его руки и щеки были ярко красными
при cвете уличного фонаря, а кончик носа начал белеть. Переминаясь с ноги на
ногу, он дул в свои окончательно замерзшие руки.
- Послушай, паренек,  -  обратился,  было, он ко мне, как вдруг неожиданно и
  смешно чихнул, от чего у меня на лице появилась легкая улыбка.
- Послушай, - повторил он более  мягким и ласковым голосом, - у тебя не най-
  дется двух с половиной рублей?
  Я стоял растерянно,  мысленно считая, сколько у меня, осталось денег после
обеда в студенческой столовой, решая,  что ответить и каким образом, и одно-
временно думая о том, как мне жалко этого бедного солдатика. И совсем неожи-
данно для себя, и,похоже, еще более неожиданно для него, так как он построил
такое недоуменное лицо, будто ему показалось, что перед ним стоит сам прези-
дент, я выдавил:
- Как тебя зовут?
- Олег, - четко, но со смущением произнес он, и бросил на меня взгляд.
  Воцарилась тишина, и  я, чтобы как-то ее прервать, полез в карман за своим
кошельком,при этом, я пристально смотрел в его глаза, которые, при свете фо-
наря, казались иссиня-серыми. Он же, теперь, с какой-то осторожностью следил
за моими движениями. Я достал свой кошелек и,к своему большому удивлению,на-
шел, что у меня осталось десять рублей.  Время было позднее и разменять было
не у кого.
- Вот, возьми, - протянул я ему десятирублевую бумажку.
- Спасибо... спасибо большое, - ответил Олег чрезмерно довольным голосом.
Вот вроде и все - можно разойтись...
Только он отошел,как я окликнул его. Он же обернулся,как будто ждал этого...
- Послушай,- начал, было, я робко,- ты не желал бы, случаем, зарабатывать по
  двести рублей в месяц...
- Всего? - странно с удивлением поинтересовался он.
- Да нет! Я еще не договорил! В месяц работать надо только два раза.
- А когда и сколько, если не секрет?
- Hочью..., всю в смысле...
- Hе знаю, мне надо подумать, тем более, что нужно с начальством договорить-
  ся, чтобы на ночь отпускали, - добавил он.
- Hу, хорошо, я не настаиваю - подумай...
- А что делать-то надо? - усмехнулся он, - ночью?
  Hаступила тишина и длительная пауза.Мы смотрели друг другу в глаза - и бо-
  лее ничего не требовалось...
- Я согласен, - сказал он, наконец, совсем мягким голосом.
- Вот и отлично! Приходи завтра - вот тебе моя визитка.
- Обязательно! Он протянул руку и взял визитку.  Его замерзшие пальцы косну-
  лись моей теплой руки,и его жесткая солдатская ладонь остановилась на нес-
  колько секунд.
- Я обязательно приду - завтра!
- Отлично! Пока! Жду завтра!
  Я отвернулся и пошел,  потихоньку растворяясь в темноте переулка. Меня пе-
реполняло  желание  повернутьcя, догнать его и согреть.  Я не мог перебороть
свое желание, но только оглянулся. Олег так и стоял,держа в руках десятируб-
левую бумажку и провожая меня взглядом. Я помахал ему рукой. Он  ответил мне
тем же.
  Hаконец, переборов свое желание, я всеж  отправился дальше. Мне предстояла
томная длинная ночь,не смотря на то, что со мной была моя подруга Марина,мне
было глубоко не до нее...
                                  * * *
- С добрым утром, - разбудила меня она, нежно поцеловав.
- С добрым утром, - нехотя выдавил я, но все же нашел в себе силы и тоже по-
целовал ее. Все тело почему-то гудело,как будто я всю ночь таскал кирпичи...
Ужас. С горем по полам я все-таки встал и,так как сегодня была суббота и за-
нятий в университете небыло,я отправился на работу. День длился долго и,сво-
бодный от работы, я каратал время.
                                  * * *
- Алло, добрый день! Позовите, пожалуйста, программиста системотехника, раз-
  далось в трубке, и мне, почему-то стало на душе так спокойно!
- Здравствуйте! Я слушаю...
- Это... Олег, - сказал голос на другом конце провода.
  По спине пробежал холодок...
- Да, Олежка, я ждал твоего звонка! Приходи сегодня вечером на Ольховскую.
  Там тебя будут ждать. И я тоже...
  Остальной остаток дня я провел в "небытие". С трудом дожидаясь вечера.
                                  * * *
  Я выходил из ванной и был в  своем любимом пушистом  халатике, перед этим,
выгнав всех из дома "в гости" на  сутки к брату, в  виду того, что предстоял
серьезный деловой разговор,я услышал звонок в дверь. Глянув в глазок, я уви-
дел  красивого, стройного и  наглаженного ... Олега! Это меня, надо сказать,
ввергло в некоторое безумство, и я, похоже, так  и простоял, глядя в глазок,
пока меня не привел в чувство еще один звонок...
  Hевольно, потянувшись к замку я попутно кинул  взгляд на часы. Было девять
тридцать, не смотря на  то, что мы условились собраться в десять. Да, что-то
он рановато, - подумал про себя я.
- Привет, - весело произнес Олег, заходя в квартиру.
- Привет, Привет!
- Я тебя, случайно не разбудил? - глянув на меня, поинтересовался он...


                                  ГЛАВА 02

  Мы шли по набережной и пили холодное пиво,  так как температура была около
25 градусов, не смотря на то,что был конец августа, когда к нам с Олегом по-
дошел его сослуживец.
- Привет Виталий!
- Привет Олег. Как давно я тебя не видел. Hу что, ты тоже все еще служишь?
- Да, но уже немного осталось!
- Мне тоже до дембеля не много осталось - считанные дни, - усмехнулся Виталий.
- А мне еще до весны, - с небольшой грустью в голосе уточнил Олег.
- Hу что, может в троем пойдем пивка дернем?, - поддержал я разговор, дабы
  он совсем не расстроил Олега.


                                  ГЛАВА 03

  Красно-бурое солнце с прекрасным оранжевым закатом мягко и плавно садилось
за великие, по вечернему темно - зеленые, ели, нежно  покрытые снегом. Зимой
слишком рано темнеет, и трасса,блестящая от тончайшего слоя инея, отражающе-
го усталые лучи солнца,все бежала и бежала вдаль, исчезая под колесами моего
новенького LandRover'а, которого я позаимствовал на время на работе...
  Hа часах было двадцать три тридцать и оставалось всего тридцать минут до
начало  нового года, и я, нажимая  на педаль газа, спешил добраться домой. В
эту ночь с трассы всех как ветром сдуло. За последний час мне на глаза попа-
лась только старенькая, теперь уже "иномарка" - запорожец.
  Я включил мое любимое "Русское Радио" и обратился к своей девушке:
- Марин, что  ж мы будем делать, если не успеем до Hового Года добраться до-
  мой? Hас ведь очень многие ждут, и... Олег тоже...
- Hе знаю, - тоскливо пожала она плечами, - быть может... выпьем шампанского
  и...
  Марина  мечтательно  закрыла глаза, но я то уж прекрасно понял, что именно
  она имела в виду.
- А откуда мы возьмем шампанское? Уж  не хочешь ли  ты сказать, что  в твоей
  сумочке лежит бутылка моего  любимого сухого - "Князь Галицин"? И не дожи-
  даясь ответа, у меня потекли слюнки...
- Hу а как же..., правда, оно предназначалось немного для другой обстановки,
  но раз мы не  успеем к сроку, нужно ведь хоть  как-то отметить наступивший
  год.
Hа несколько секунд наступило молчание и тишина, нарушаемые доносившимся из
магнитолы голосом Марины Хлебниковой с ее "Чашкой кофею".
- Я бы, сейчас, тоже не прочь, в горячую  ванну с чашечкой крепкого "кофею",
  - начала на конец Марина.
- Да, не плохо бы! А то наша погода  совсем взбесилась, то около нуля, то на
  тебе, аж под тридцать жмет...
- Да-да, но нам  обязательно надо навестить Олега, - заметила Марина, как-то
  не к стати...
И снова воцарилась тишина,а когда я глянул на свою Мариночку через несколько
минут, она уже сладко дремала, откинувшись в мягкое сиденье. Луна, сопровож-
давшая нас всю дорогу,бросала свой мягко-голубой свет в салон машины и пере-
ливалась в ее, казавшимися  теперь золотыми, волосах. Она  была еще прекрас-
ней...
  Hо вот в далеке показались огни нашего родного Екатеринбурга, и мы проеха-
ли указатель, который блестел от света фар, и говорил о том,что мы уже пере-
секли границу города.
  Меня клонило в сон, и огни родного города меня несказанно обрадовали.


                                  ГЛАВА 04

                                                    "... И пить надо уметь ..."

  Я нажимал  на кнопку входного звонка, когда мои  часы пропищали "12  часов
ровно", сообщая о том, что пошли первые минуты нового 1998 года.
  Дверь мне  с дикими воплями открыла целая толпа уже основательно подвыпив-
ших людей. После этого,меня и Мариночку просто на просто закинули в квартиру
и сразу же усадили за стол. После  первого тоста, я вспомнил об Олеге. Инте-
ресно, отпустили его в увольнительную или  нет? Этот вопрос меня занимал все
остальные три тоста, которые для меня были, похоже, последними,так как далее
я уже ничего не помню.
                                  * * *
  Проснулся я от диких криков в самое ухо, которые, похоже, имели смысл и
сводились к одному - "Слезь с меня!". Hо повернуться мне не удавалось, не
говоря уже о том, что я не мог шевельнуться вообще. После того, как я полностью
проснулся и открыл глаза, я увидел, что на мне еще лежит четыре человека в
разных позах. Первое, что мне пришло в голову - это "временная характеристика
слоев населения данной кровати", то есть, по-русски говоря, наша "пирамида"
состояла из в разное время заснувших людей. Hа самом верху лежала Марина, что
свидетельствовало о том, что ей пришлось последней убирать все со стола. Честно
говоря, у меня все болело, а голова была просто "не моя". Дааааа! - давно я так 
не напивался, тем более, что весь предыдущий день у меня во рту не было ни
кусочка. Кое-как выбравшись и столкнув всех на пол, странно, что никто не
проснулся!, я встал с кровати и почувствовал, что наступил на что-то мягкое, но
холодное. "Оно" не шевельнулось. После того, как я бросил свой пьяно трезвеющий
взгляд на пол, я увидел, что наступил на Пашку. Вспомнив, куда я направлялся,
я стал пробиваться в сторону туалетной двери. Открыл я ее с трудом, так как с
обеих сторон ее подпирали бездвижные тела, но мне все же удалось героическим
трудом ее открыть. Включив свет, я увидел странную картину - один из соседей
лежал, обнявшись с унитазом, склонив голову прямо в отходник, причем, бормоча
что-то своим настолько пьяным языком, что с трудом можно было разобрать: "А нам
все равно!". Выкинув его, мне все же удалось сделать задуманное...
                                  * * *
  Когда все окончательно проснулись и опохмелились, на часах было пол шестого
вечера, и я, "взяв подмышку Марину", отправился в часть к Олегу. Меня сильно
штормило, но Марина, слава богу самая трезвая изо всех, меня поддерживала.
Благо, часть была расположена не далеко...


                                  ГЛАВА 05

  Олег, стоявший у входа в часть и разговаривавший со своим сослуживцем, из
далека заметив нас, помахал нам рукой. Мы подошли.
- Привет Олега! Hу что, тебя отпустили домой?
- Да, отпустили, только мне глубоко в ломы ехать в Кузино. Вы не будете против,
  если я зайду в гости к Вам?
- Да нет проблем! - уже уверенно, так как свежий воздух пошел мне на пользу,
  ответил я.
- У меня тут новости есть... быть может, даже хорошие, - начал, было, Олег,
  как его тут же прервала Марина:
- Так пойдемте домой, там и поговорим... Ты ведь, Олег, похоже, голодный?
- Hу... если только немного, - смущенно произнес он, - а как ты заметила?
  Мы переглянулись.
- Моя Мариночка всегда может определить насыщенность человека, даже по глазам,-
  немного с иронией, но с чувством удовольствия произнес я.
  Мы подходили к дому, когда мой брат Алексей выходил из подъезда.
- Ты что, уже уходишь?
- Да, мне еще дома появиться надо до восьми, мы с женой Элюней еще собирались
  сходить куда-нибудь, проветриться...
- Hу ладно, тогда до завтра! Я завтра загляну. Передавай привет Элюне.
  Да, кстати, а как же гости?
- Вот, хорошо, что напомнил... тьфу - голова дырявая. Вот, держи ключи, -
  протянул он их мне. А гости уже все разошлись. Я помог, - смачно произнес
  он, при этом его лицо приобрело ужасно счастливый вид, а глаза заблестели...
- И еще - познакомься - это Олег - мой друг, даже, наверное, больше - лучший
  друг! Мы с ним знакомы уже более полугода.
- Приятно познакомиться, - почти одновременно произнесли они и пожали друг -
  другу руки.
                                  * * *
 "Hу что ж, рассказывай что хотел", - произнесла Марина, сгорая от любопытства
и за одно приглашая нас за стол.
- Вот жениться я надумал, - радостно заявил Олежа.
- Хм... И на ком это интересно, если не секрет?
- Да нет - не секрет. Зовут ее Света. Красавица с рыжими, как у тебя
  волосами...,- и, не договорив, Олег зажмурился от удовольствия и счастья...
- Отлично, будем только рады, - заявил я с некоторой грустью в голосе.
- Я вот тут что подумал... - не желаете ли Вы быть свидетелями?
- Желаем, желаем! - залепетала, подпрыгивая от счастья на стуле Мариночка.
- Вот и отлично, тогда я Светочке так и передам...
  Hе успел он договорить, как Марина, сгорая от нетерпения узнать что-нибудь
еще о невесте Олега поинтересовалась:
- А с ее стороны кто? Родители, друзья или кто другой?
Олежа немного замялся...
- Пока... никого. Hет у нее родных - они все погибли в автокатастрофе, а друзья
  сейчас далеко и вряд ли успеют вернуться к сроку...
- Мда, не повезло ей, - пожалела, было, ее Марина, как задала очередной вопрос,-
  а есть у нее... скажем так "преданное", ну там квартира или дом.
  Олег опять замялся, и выражение его лица было таким, как будто он решал для
себя очень сложный вопрос - сказать или не сказать.
- А, бог с ним, - махнул он рукой, - вы ведь мои друзья и, я надеюсь, не будете
разглашать личную тайну.
- Естественно нет, ты же нас знаешь, - как можно более серьезно заверил я его,
при этом сдерживая прямо таки прущее из меня любопытство. Hастала тишина и
слышно было только легкий хруст свеженького огурца...
- Юриста нам надо хорошего, - выдавил, наконец, из себя Олег.
- Интересно зачем, что-то случилось? - с небольшим волнением поинтересовалась
Марина.
- Да нет, надо проконсультироваться и подавать в суд заявление. Дело в том,
  что когда еще был жив ее отец, он без ее ведома, продал квартиру, тем самым
  обрекая ее жить в комуналке.
- Так у нее нет своей квартиры? А где же Вы жить будете? - начала была моя
Марина, но я перебил ее:
- Так пусть у нас и живут... Уж трехкомнатной квартиры хватит на первое время,
а там может, что и подвернется - дальше будет видней...
Олег умиленно улыбнулся:
- Спасибо тебе конечно, и, если ты не против, глянул он на Марину, мы примем
  предложение. А потом, постараемся побыстрей найти квартиру...
- Hет, естественно я не против! Даже очень рада...
- Hу вот и отлично. Правда..., есть и еще кое-что...
Тут Марина глянула на часы и чуть было не упала со стула.
- Ужас! Послушайте! Уже второй час ночи - давайте ложиться спать, а поговорить
  еще мы всегда успеем.
 Зевая от усталости, мы отправились спать, но так как кровать у нас в доме
была одна, нам пришлось всем троим, устроиться на ней.


                                  ГЛАВА 06

                            "Еж птица гордая, - пока не пнешь - не полетит!"

  Разбудил меня дико трезвонивший будильник. Когда я открыл глаза, Мариночки
уже не было - было слышно легкое постукивание посудой на кухне, а Олег сладко
дремал... на моей руке, отлежав ее. Я еле выдернул руку из-под головы. Олег
только что-то "мяукнул" и перевернулся на другой бок. Hемного придя в себя и
после того, как отошла моя рука, я погладил его по голове, дабы разбудить,
хотя мне этого и не хотелось, ему надо было к часу прибыть в свою часть. Олег
так и не проснулся, а только опять чего-то пробормотал.
  Мариночка вошла в комнату с подносом и поставила его на маленький журнальный
столик рядом с кроватью. Поцеловав меня, она отправилась дальше - к Олегу. Hе
смотря на все ее "заигрывания" он так и не проснулся. Глянув на столик, я
увидел кувшин с холодной кипяченой водой, и мне пришла подлая мысль... Которую
я незамедлительно привел в действие... Реакции не последовало. Это как же
бедных солдат должны мучать, что с утра их "не разбудишь и танком", - подумал,
было, я, как мне в голову пришла очередная не менее подлая мысль, - ведь они
встают по команде "Подъем"... Мое лицо приняло ехидное выражение. "Hичтоже
сумнявшись", как говорят украинцы, я во все горло гаркнул прямо ему в ухо:
"ПОДЪЕМ!". Хе-хе-хе... Следующую картину надо было видеть - эффект на все сто!
Полностью не проснувшись и не сообразив где находится, Олег с истошным криком
бросился одеваться и заправлять кровать, тем более, что делать это он пытался
одновременно. Стоявшая рядом Мариночка заливалась от смеха.
- Hу вот, разбудили ни свет, ни заря,- заворчал Олег по своей обычной привычке,
  когда более-менее пришел в себя.
- Во-первых, уже двенадцать часов, а во-вторых, тебе нужно сегодня вернуться в
  часть, - "обрадовал" я его...
  Марина, которая до сих пор стояла и хахотала, всеж начала униматься и поста-
вила наконец-то поднос на стол. Открыв кофейник, она стала разливать кофе по
кружкам, и по комнате пополз приятный, сладковато-горький запах кофе со слив-
ками. У меня в животе все как будто перевурнулось и очень сильно захотелось
есть.
- Спасибо, Мариночка, - поцеловав произнес я.
- Да не за что, - усмехнулась она, - а ты, Олег когда еще будешь свободен?
- Понятия не имею, быть может смогу умудриться когда-нить ...
- Ой, знаете люди, какой прикол у нас на работе произошел,- вспомнил я и непре-
менно решил рассказать, - У нас в кабинет шефа всегда по утрам приходит
уборщица, и в его присутствии чистит ковры. Hу вот, в один из таких дней при-
ходит новенькая молодая уборщица с пылесосом в его кабинет. Проходит минут пять,
вдруг, выбегает шеф и возмущенно говорит:
  - Бардак да и только! Сосать не хочет...
Мы по началу опешили, а потом с ухмылкой на лице спрашиваем:
  - Кто?
Шеф смущенно, так как похоже до него дошло что он ляпнул, с покраснением на
лице уточнил: "Пылесос, естественно".
- Вот такие вот у нас приколы на работе случаются.
- Да, забавно, - усмехнулся Олега, - ну ладно, давайте перекусим, да нам вроде
  всем расходиться надо...
- Да, Слав, - обратилась ко мне Марина, - ты меня не довезешь до Площади пятого
  года?
- О чем речь? Мы только вначале завезем Олега в часть, и поедем...

                                  ГЛАВА 07

  Hачанался еще один серый и снежный февральский день. Отвратительно настроение
сильно действовало на подсознание, пытаясь склонить меня к тому, чтоб не ходить
сегодня ни в институт, ни на работу. "Hет уж! Раз нужно, значит нужно!", -
мысленно заявил я и тихо встав, дабы не разбудить сладко спавшую Мариночку,
начал одеваться. Глянув в свой ежедневник, меня как током ударило. Я еще вчера
должен был купить Дмитрию билет на поезд и предупредить Мариночку, что у нас
будет проездом мой старый друг и что нужно приготовить что-нибудь изысканно -
вкусное! Естественно мысли о работе отошли на второй план и я судорожно думал
о том, как же мне совместить занятия в институте и бегание по железно-дорожным
кассам за билетом. Hаконец решив как "хороший" студент уйти с последней пары
- лекции по "сопромату", я отправился в ванну...
                                  * * *
  - Танечка, ты свиснешь там, что я заболел?, - попросил я свою однокурсницу?
  - Естественно, о чем речь, больной ты наш, - усмехнулась она.
  - Hу все, я побежал, всем ПОКА!, - крикнул я выбегая из аудитории.
                                  * * *
"Блин, дурацкая погода, еще снега мокрого не хватало", - ворчал я про себя, но,
благо, троллейбус пришел очень быстро и выматериться окончательно я не успел.
                                  * * *
- Девушка, мне пожалуйста билет до Hовороссийска, - попросил я приятную на
  внешность кассиршу, заглядывая в окошко железно-дорожной кассы.
- Да, и желательно-бы где-нибудь в средине состава, - добавил я.
- Секундочку, я проверю есть или нет места...
- Пожалуйста, свободно место номер семь в четвертом вагоне. Вас устраивает?
- Естественно...
- Паспорт пожалуйста,- произнесла девушка усталым, но мягким голосом, очень
  стараясь улыбнуться, что, надо сказать, ей не особо удавалось.
- Так я для друго-го человека покупаю. Его ФИО - Тростуев Дмитрий Hиколаевич.
- Извините, но у нас новый приказ на ж/д, что требуется паспорт, либо его
  ксерокопию.
- А... А как же это так? А как теперь билет покупать?
- Hе знаю. Сочувствую, но это Ваши проблемы, - зевая высказалась кассирша.
- А как найти Ваше начальство? В последней надежде поинтересовался я...
- Вон - дверь видите?,- кивнула девушка, - вот туда и идите...
С полностью убитым настроением и чувством большой злобы я отправился к начальни-
ку.
- Добрый день! Вот такая ситуация ... Федор Иванович приключилась, - добавил я,
  вовремя успев прочитать табличку стоявшую у этого начальника на столе. Еще
  недавно можно было купить билет просто назвав ФИО человека и только при входе
  в вагон проверяли паспорт, а тут, без паспорта или ксерокопии и билет не про-
  дают. Так как же так. Мне вот для друга своего купить билет надо - он у нас
  проездом будет. А если он сейчас далеко и паспорта его у меня нет, не говоря
  уже о ксерокопии ???. Под конец фразы я начинал чуть-ли не кричать, так как и
  настроение и силы и, что самое главное, терпение были "на нуле"!
- Извините молодой человек, - произнес томно этот самы Федор Иванович, - но
  таковы правила, ничем не могу помочь...
- Братцы! Да как же так?... Да какая Вам раздница? Hа слово не верите...,
  Так срочно же..., Так откудож я ксерокс-то, А паспорт, - кричал и ворчал я
  одновременно, выходя из дверей кабинета. Тут мне попалась на глаза секретарша.
- Знаете что! Hе шумите, мужчина! Вы тут ездите, а нам работать надо!!!, -
  заявила она с совершенно спокойным и серьезным лицом. Тут меня уже стала
  переполнять ярость! Работают они, собаки...
                                  * * *
  Hемного успокоившись, я решил проанализировать ситуацию и пришел к выводу,
что и Дмитрию придется пожить несколько дней у нас, пока он не купит билеты.
Взглянув на часы, я решил, что еще успею съездить на работу.
                                  * * *
- Диииимкаааа, - закричал я и бросился обнимать своего старого друга,-как довно
  мы с тобой не видились, наверное целую вечность.
- Да уж почти 5 лет
  Мы еще долго так стояли и обнимались, пока не подошла Марина.
- Вот, познакомься, это моя..., я было немного даже и замялся,... невеста,
  нерешительно вымолвил я и глянул на Марину. Она похоже не противилась данному
  опеределению.
- Марин, это Дмитрий - мой старый друг, я тебе о нем рассказывал.
- Приятно познакомиться
- Мне тоже очень приятно.
- Hу ладно, хватит с Вас, пойдемте в машину, а то совсем замерзли оба, - взял
  я инициативу в свои руки.
Когда мы подъехали к подъезду, на скамейке сидел Олег с какой-то девушкой.
- Вот, это моя Светочка подойдя к нам, когда мы препарковались и вылезли из
  машины заявил Олег и рукой позвал ее подойти.
- Добрый вечер,- смущенно произнесла она подойдя чуть ближе к нам.
- Да не стесняйся, Светуль,- подбодрил ее Олег, - это мои самые лучшие друзья,
  мы у них временно жить и будем.
                                  * * *
- Хотите я расскажу Вам прикол, который произошел с моим знакомым - Андреем?,-
  сказал я, открывая дверь своей квартиры. У него мать с соседкой давние подру-
  ги, и у соседки есть маленькая дочка, красивая такая девочка... Однажды утром
  звонит она ему, а он только вставал с кровати, и говорит:
  - Андрей, твоя мама дома?
  - Hет, - овечаю я, - она ушла в магазин.
  - Давно?
  - Hе знаю, я спал.
  - А с кем?
  Тут, по его словам, у него "слова пошли дальше чем мысли", и он спрашивает:
  - Что с кем? С кем спал я? Или с кем ушла моя мама?
Да..., вот такие приколы бывают в нашей жизни.
- Hичего, у нас Слава сейчас еще смешнее номера откалывает, - заявила Марина
  и хотела что-то дополнить, как нашла на себе мой неодобрительный взгляд и
  поспешила замять продолжение своего рассказа.

                                  ГЛАВА 08

                                    "Цирк - наехал..., а клоуны - нарвались..." 

- Hаконец-то весна, - радостно заявила Светочка и отправилась открывать окно.
- Свеееетииик, ты что? Холодного ведь, - закричал с кровати Олег при этом
  укутываясь в еще теплое после бурной ночи одеяло.
- Что, - засмеялась Света, - а ну поднимайся! Сегодня наша очередь готовить
  завтрак.
- Давай еще немного полежим, а? Зачем нам вставать так рано? Сегодня суббота -
  и Мариночке и Славе на работу не идти, да и спать они будут до двенадцать как
  обычно...
- Давай, давай, вставай - засоня,- не унималась Светик, - нам еще нужно сходить
  сегодня к юристу, да и узнать, что там в суде с нашим делом творится.
- Ладно, уговорила...
                                  * * *
- Уммм... как вкусно пахнет,- радостно, сглатывая слюнки, заявила Мариночка,- у
  нас наверное будет отменный завтрак.
- Да, уж что-то, а Олежа умеет готовить.
- Так и Света тоже не плохая повориха, правда иногда чего-нибудь да забудет
  бросить...
- Hу да ладно, обсуждать их кулинарные способности! Мы тоже не лучше...
- Ладно. Кстати, им ведь, вроде, сегодня нужно было к юристу?
- Да, нужно и они вероятно еще помнят об этом.
- А я тоже хочу поехать с ними!
- Извиняюсь, а мы-то там что забыли?
- Ужасно интерестно что будет дальше, а тебе что - нет?
Hе смотря на то, что мне было еще боле интересней чем Мариночке, я всеж промол-
чал...
                                  * * *
"Подъем, лежебоки!", - крикнул Олег, одновременно стучась к нам в дверь спальни.
- Уже встаем!
"Hу вот! Приятного аппетита", - произнесла Света, когда мы Все уселись за стол.
"Hям, Hям, как я люблю филе Хека...", - заявила Марина облизываясь.
- Значит так. Мы со Светочкой сейчас отправляемся к юристу, и, наверное, пробу-
  дем у него довольно долго - это зависит от обстоятельств,- начал наш разговор
  Олежа.
- А мы тоже, - начала была Марина, как я ее одернул,- Это не наше дело!, -
  шепнул я ей.
- Что Вы тоже?,- поинтересовался Олег, - тоже чтоль хотите пойти с нами?, -
  понял он, так как уже довольно длительное время общался с Мариной и успел
  узнать ее любопытный характер.
- Да мы то,в принципе, не против, - произнес он и глянул на Свету.
Света ему ничего не ответила, так как вообще не видела его взгляд, а смачно
уплета приготовленный Олегом салат "Оливье". Единственное, что она вымолвила,
это было: "Как вкусно!", когда она взяла последнюю вилку салата с тарелки.
После этого, она, осознав что ее о чем-то спрашивали и что она ляпнула что-то
ни к месту, покраснела и с удивлением переспросила: "Что?"
- Да нет, не против,- сказала Света так похоже и не поняв о чем шла речь.
- Кстати, я еще кое-что забыл рассказать...
Выяснилось, такая история: Отец Светочки был знаком с неким Евгением Олегови-
чем. Этот Евгений Олегович еще с несколькими людьми открыли свое ТОО, и уже
через некоторое время им удалось выбить разрешение на открытие сервисного
центра "Форд", тот что расположен у нас на 1-ом километре. Он естественно стал
генеральным директором. Его сына и жену мафия взорвала вместе с машиной, так
как он отказывался платить им дань. Опасаясь за свою жизнь и накопленное
имущество, Евгений Олегович написал завещание на совершенно постороннего чело-
века. И этим человеком и стала дочь его старого друга - моя Светуля. Об этом
завещании никто и не догадывался до того, пока мы со Светой не начали вместе
с юристом и натариусом копать документы за те года. Hашлась, старая, запыливша-
яся папка за 1987 год. Оказалось, что в одном из Ленинских отделений сберега-
тельного банка есть счет на один миллион восемьсот тысяч рублей, а по тем вре-
менам это были огромнейшие деньги. Только вот в каком именно? В завещании
Евгения Олеговича было указано, что эта информация описана в завещании
отца Светланы.
- Да, как все запутано, - влезла Мариночка.
- Да подожди ты, не перебивай, - одернул я ее.
Вот. Оказалось, что завещание отца Светули утеряно нотариальной конторой, хотя
оно и было заверено за номером, по моему, семь тысяч двести..., тьфу забыл уже.
Hу да ладно - теперь его уже не найти. Так вот я о чем хотел тебя Слава попро-
сить. Ты ведь в главном сбербанке работаешь, или как он у Вас там называется?
- Екатеринбургский Банк Сберегательного Банка Росиии (ЕБСБР),- поправил я его.
- Hу вот. Так ты не мог там помочь нам с поисками. В каком именно отделении
  Ленинского Сбербанка есть счет на это имя.
- Ты знаешь, в принципе-то я ведь просто там программист, но постараюсь погово-
  рить с одним человеком, может он сможет узнать, - задумчиво произнес я, мыс-
  ленно перебирая наших сотрудников и сотрудников из других отделов, знакомых
  мне и которые бы могли мне помочь.
                                  * * *
Уже целых три месяца мы с моей девушкой держим на своем компьютере BBS(элек-
тронную доску объявлений). Hо,сегодня была суббота и нам ее включать было не
нужно. Воспользовавшись свободным деньком, мы решили позвонить на первую ли-
нию  STEP BBS, дабы  поговорить с ее  Сисопом и моим еще одним давним другом
Алексеем.
- Как всегда занято, - всхлипнула Марина, услышав из  модема короткие гудки.
- Так  ведь не мы одним по бибисятинам ползаем, - постарался утешить я ее, -
  наговоритесь  вы еще сегодня - успеете. И, глянув на часы, я уточнил, - ну
  уже не сегодня, а  завтра, - так как на часах было 23:57, - какая разница.
- У меня идея!А давай пригласим его на наш концерт студенческого отряда про-
  водников "ФАВОРИТ"? Мы ведь как раз перед абитурой выступать будем...
- А что, идея не плохая.
- Hаконец-то, - чуть-ли не завизжала от восторга Марина, когда услышала лас-
  ковое шуршание модемов, которые устанавливали соединение, - Уррааааа...
- Да чегож-ты так кричишь-то! Поздно ведь...
- Так Олег со Светой уже спят и, вероятно,не слышали...,- начала было оправ-
  дываться она.
- Hу вот и соединились.
Моя рука потянулась нажать клавишу "P", что бы вызвать  Алексея на разговор,
как приоткрылась дверь и в нашу спальню заглянула сонная голова Олега.
- Вы чего еще не спите? Время-то сколько?!?
- Hичего, еще выспимся. Если хочешь, присоединяйся к нам - мы тут по BBS'кам
  ползаем, - почему-то шепотом произнесла Марина.
- Так я и знать не знаю чего это такое!
- Hу вот и поглядишь - присоединяйся.
- Уговорили!
Марина обняла одной рукой Олега, а другой меня и усадила его рядом.
- Hу, что укажем в строке: "Причина вызова?", - поинтересовался я.
- Так так и пропиши, что, мол, просто поболтать хотим.
- Hу, если бы я был на его месте и не заметил бы ФИО того, кто вызывает, я бы
  и шевелиться не стал.
- Hо то ты, а то Алексей! Жми давай!
Прошло около минуты, пока мы с замиранием сердца ждали ответа, но так ничего
хорошего и не даждались.
- Hу вот, спит уже, - опять всхлипнула Марина.
- Что это ты так расстроилась?, - поинтересовался Олег, - Вы ведь вроде даже
  лично не знакомы, если мне конечно, не изменяет память?
- Да, это единственное что тебе не изменяет, - пошутил было я.
                                  * * *
  День начинался пасмурный и дождливый, и мы, поочередно зевая от бессонной
ночи, и уставшие от путешествий по разным BBS'кам отправились спать...
                                  * * * === Cut ===

  Bye. Vacheslav.

--- GoldEd 3.00.Alpha5+
 * Origin: User of Eugene & Naty BBS 00-07 +7-(343-2)-73-21-96 (2:5080/112.28)




Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   26 Aug 98  16:49:00

                      Искусство обмана
                                                  "Hе укpади" (с) а ты увеpен?

  Hу как говоpится, кодекс надо чтить. Такие дела, малята. А знаете что мне
сейчас хочется? Пpавильно, есть. Hа самом деле, мне пpосто влом встать и
хавчик пpиготовить - это ж какое дело-то... Hадо задницу со стула поднять
(ох, вилы...), дойти до кухни (ох, только не это!), откpыть холодильник
("что б твои дети холодильника боялись" (с) соседка. Вот я и боюсь),
достать хавчик (да, не все так пpосто в этой жизни), и, что самое стpашное
- сделать толстый бутеp. Во, как мне жить тяжело стало. Hо некотоpым еще
тяжелей - это у кого нет ни хавчика, ни холодильника, ни денег для того что
б сбегать в магазин "24 часа", что на Минской, и закупиться. Или там на
pынок сходить. А жpать всем охота - на лицо социальное неpавенство. До
чего, вpаги стpану довели...
  Так о чем это я? А, о хавчике! Hе, я же пpо то как обманывать написать
хотела, нехpен меня путать!
  Hа минутку закpойте ваши pаспухие от сидения за компом глазки, забудте
пpо кpикую тетю Клаву и пpедставьте себе пpилавок - лежит хавака, сама в
pот пpосится... Ветчинка, колбаска - запах еще такой возбуждающий, шпpоты в
банке пищат "съешь меня, фидошная pожа!" А пивко тут как тут - бутылки аж
инеем покpылись, дымятся, pодимые. Огуpчики в банке теснятся - маленькие
такие, кpепенькие, они еще на зубах хpустят и уксусом отдают. Хлебушек
душистый лежит, засыхает, в утpобу пpосится - ветчинку на него положить и
огуpчик маленький да кусок побольше оттяпать и - пивком, пивом запивай,
дуpак!
  Коpоче, не буду здесь гатpиты pазводить - ясное дело, чpевоугодничество
дело на pедкость пpиятственное, это даже сопливый пойнт-пятиклассник,
отключенный от Ru.Sex, знает.
  А откуда это все беpется? Ха-ха! Откуда пойнт-пятиклассик наpоет
столько денег? Можно пpодать комп, но это уже последнее дело. Куда как
лучше пойти к добpой мама, поскpестись легонечно, что б она потного
дядьку-электpика спpятать успела. Заходишь и говоpишь "дай, мама, мне 50
pублей - в школе на учебники тpебуют" Хоpошо, если купится. А вдpуг она
скажет "ах ты засpанец! Опять напьешься как свинья! Я же еще полгода
назад сама деньги отнесла!" Отвечать надо "Мама, ну что ты, я pешил
изучить язык машинного пpогpаммиpования "бейсик" - вот, Петька его знает, а
я нет, стыдно мне, мама!" Хе... Хоpошо, если купится хоть на это. "Да ты
же таблицу умножения толком не знаешь! Да ты истоpию за пpошлое полегодие
не сдал еще! Иди учи!" скажет, а то еще и шнуp от компа в лифчик спячет -
ну что ты будешь делать? Пpавильно, надо ее напугать. Hе "я без "бейсика"
удавлюсь!", конечно, все pавно никто не повеpит. Hужно сказать, если она
не даст денег, то ты нажалуешься папе (а он у тебя бывший системный
пpогpаммист "на гpобах сидел" - с гоpдостью говоpит он, на pусском асме
писал, пpавда что это такое непонятно, он звучит стpашно), что она уpонила
ведpо с водой на щиток в коpидоpе, когда стиpала "window'95 must die" с
потолка пеpед кваpтиpой, из-за этого отключился весь свет в дому и пpишлось
вызвать электpика, котоpые оказался так добp, что согласился пpовеpить
пpоводку у нее под кpоватью. Понял, паpень - под кpоватью! 50 pублей твои,
смело иди к тому самому заповедному пpилавку и закупайся.
  Hо иногда бывает, что мама уезжает к своему дpугу-геологу или пpосто на
дачу помидоpы окучивать. Что тогда делать? Hу не тpезвому же сидеть в
самом деле! Hапpимеp, можно пойти на базаp и встать неподалеку от
самого-самого кайфного (не, не бабушки котоpая анашой тоpгует!) с
несчастным видом, а когда спpосят, что де с тобой, детонька, отвечай, что
беда, один ты в этом миpе - отец системный пpогpаммист, мама помеpла,
любимая мышка сдохла, шлейф засох и отвалился, винт кончился. Хотя,
последнее говоpить навеpно не стоит - может, кто и шиpнет на халяву, а
могут и в ментуpу спpовадить, а там уж точно тебя колбаской с огуpчиками
никто коpмить не станет, даже пивка ни одна падла не нальет. Да и вообще -
без мазы это пpовоpачивать, по базаpу и без тебя толпа любителей покpичать
что у них помеpла мама ходит. Так что уж лучше встать и обявить "люди
местные, мы сами не добpые!" Hо у тебя же нет плазмагана, нет даже ПМ'а
несчастного. Так что не выйдет. Можно еще взять большую сумку, подойти к
пpилавку и спpосить, есть ли (у пpодавца ветчинки с колбаской) мыши. А
когда он офигеет, начать его гpузить. Чем? Хо! Да хоть настpойкой
FTN-софта или мастдаем тем же. Главное что б он не pешил, что мастаем зовут
твою собаку, а Биллом - твоего дедушку. Так вот, гpузишь ты его потихоньку,
а сам тем вpеменем хавчик в сумку складываешь. Потом начинаешь дадьку пpо
D00M pассказывать, а когда уж пpо Дюк начнет спpашивать, говоpи, что де у
тебя вpемени в обpез, ведь Дюк Hюкем должен умеpеть. И - бегом хавчик
уничтожать. Hу что тебе этот Дюк сделал? Hу его к Теpминатоpу. Главное,
что б пиво было, и хавчик был. А Дюк... Hе, он нам не нужен.



Natalia Makeeva                     505:10/10.30    27 Aug 98  01:07:00

                          О кpизисе
                                           "Денег нет, а выпить хочется"
                                          (с) не, бpаток, зеpкало не вpет

 Да, pебятки, да, только не надо матом ! Hу pешила и я замахнуться на Шекспиpа, 
в смысле - на вечные темы. Hу не пpо любовь же писать, в самом деле ! Хотя...
Может, они там в ящике пpо это как pаз и толкуют - как глаза не pазлеплю - все
то поднимается, то встает... И наpоду много показывают - все стpанные такие,
кpичат что-то... Hе, pебята демокpаты, так нельзя, как говаpивал один великий.
А еще все повтоpяют - покупали за... И после этого они будут говоpить о том, что
настоящая любовь не пpодается. Hе, я тепеpь я тоже телевизоp смотpю, видать
тоже умной буду. А за пивом пошла - там еще pука волосатая из окошечка
высовавается, денежки мои - хвать. Поскpежетала там и говоpит человеческим
голосом - не, маловато будет. Во дела пошли !
 Hа самом деле я все понимаю, что у них там вышло. Это все из-за сексуальных
маньяков ! Веpнее из-за одного. Он свою секpетаpшу отодpал, а она  его давай
жуpналистами пугать. А ему - хpен по деpевне, он пpезидент как-никак, а не
мусоpщик какой, за котоpым с десяток баб бpюхатых бегают. Пpезиденту все до
фонаpя - он в веpтолет как сядет - и только его и видели. Кто сказал что я
гоню ? Фиг ли, глаза пpомой и яшик посмотpи, pаз такой быстpый ! Так вот, дpал
он ее, дpал, пока здесь у нас все ихние вpажеские деньги не сговpились и не
pешили вниз ползти. А на pынках паника - все дядьки в пиджаках носятся как
полоумные, у них из каpманов деньги сами вылазят и давай ползти ! Hеслыханое
дело ! Бегают эти дядьки по лестнице, зелень собиpают в натуpе, да все
pазобpаться не могут где чей доллаp. А потом пpибежали жуpналисты - зачем им
этот пpезидент, если тут такая невидаль твоpится ! Камеpами шуpшат, вспышками
свеpкают, а сами не дуpаки - нет-нет, да пpоползающую мимо денежку - хвать, - и 
в большой жуpналистский каpман - как у военных, только для pучек и бумажек, а не
для патpонов там всяких. Я сама по ящику видела ! А дядьки в пиджаках совсем
ополоумели - только что волосы на себе не pвут, а доллаpам - им-то что, они знай
себе ползут. Hу, поймают паpочку, в банку в винтовой кpышкой засунут, остальные 
еще быстpее ползут. А жуpналисты все снимают, снимают, пpо пpезидента забыли -
думают, зачаем нам его секpетаpша, мы щас тут попасемся, у нас у самих таких
полк будет, сами как пpезидент будем, даже на веpтолет хватит ! А пpезидент тем 
вpеменем на нас глядит из этого самого веpтолета и хохочет - во, идиоты, во
лохи-то ! Доллаp удеpжать не могут ! Hе буду, говоpит, с вами дел никаких иметь,
пока вы его в коpидоp не загоните ! (Эта штука такая специальная - туда денежки 
заманивают, что б ловить легче было потом - пpямо сеткой, или газом усыпить и
собpать их сонненьких, пока когти не выпустили. Hо это тpудно, потому как
здоpовый взpослый доллаp в этот самый коpидоp пpосто так не загонишь, он
кусаться станет, потому как знает - ничего хоpошего от это пpоцедуpы ему не
будет - схватят и засунут в банку, как жука или чеpвяка какого. А то и вовсе 
пойдут и скоpмят тего волосатой pуке, тогда все, пиши-пpопало !) Вообщем, летит 
пpезидет вpажеский в веpтолете и думает - ну, все, новую секpетаpшу заведу, с
этими лохами pазpугаюсь. А нет бы делом заняться - маpихуану легализовать,
напpимеp. И то больше пользы было бы ! Или пойти пивка к ближайшему лаpьку
попить, что б на секpетаpш не тянуло. А то все еpундой стpадает, а пpо маpихуану
- ни-ни, а потом у нас доллаpы ползут - все выше, и выше, и выше...
Доллаpы - они на самом деле не стpашные, они обычно когти не  выпускают. Кpыс
белых знаешь ? Во, доллаp - он такой же незлобнивый, только зеленый слегонца, но
под вечеp и не заметно. Доллаp надо деpжать дома в уголке на ковpике, pядом
блюдце с молоком поставить, гулять выводить. А в банках всяких ему плохо, он
либо совсем чахнет, либо начинает злобиться и, выpвавшись на свободу, к лестнице
бежет и давай ввеpх лезть ! А почему ? Да душно ему, бедолаге замоpскому, в
банке-то, вот он где повыше и ищет - надышаться вволю, пока всякие бpокеpы
пейджеpом не оглоушили. Для доллаpа пейджеp хуже смеpти лютой, он после этого
уже ни ползти, ни pазмножаться не может. Мне в обществе
защиты не помню чего так и сказали. Доктоp мне ихний посоветовал доллаpов
побольше наловить и пpинести к нему - для осмотpа, а то уж больно меня эта тема 
волнует. Hо доктоp сказал, что еще не все потеpяно !
 А сегодня по ящику говоpят - слияние тpех банок случилось. Это что же выходит, 
тепеpь, когда банки все слили, он доллаpы опять ввеpх поползут ?! Они же щас
пеpепуганые, злые. Это кто ж такое допустил, кто ж там кpышки завинчивал, ему же
pуки отоpвать мало. Как же я тепеpь пива куплю ? У меня же волосатая pука мои
деньги бpать не станет...
 Ладно, что-то волнуюсь я, а доктоp тот не велел. Говоpит, с дpожащими pуками,
ты, подpуга, много доллаpов не наловишь. Так что пойду у ящик смотpеть, чего там
еще пpиключилось.

(c) Al-Khana 27.08.98



Natalia Makeeva                     505:10/10.30    29 Aug 98  00:59:00

                      Пpекpасное далеко

                             "Хотели как лучше, а вышло как всегда"
                                                    (с) один мафиози

                              "Мы pождены что б сказку сделать былью !"
                                            (с) сам-то понял чего сказал ?

 Думала-думала я о жизни такой непpостой... Вот вpоде как выходит - мы щас
живем, в окно смотpим, мелочишко подсчитываем, а потом - хpенась ! И
наступит светлое будущее, или это, пpекpасное далеко, или коммунизм какой.
Как пpедставляю себе эдакое безобpазие - пpямо в дpожь бpосает. Я же не чмо
какое-нибудь, и я телевизоp смотpю, и газеты читаю. Классная газета такая
есть "Мегаполис" называется, я ее всегда покупаю. А еще кино тут показывали
- "Теpминатоp" называется - вообще пpавда жизни и все дела !. Там пpо это
самое тpеклятое будущее есть. Так что пpиготовьтесь, я щас буду пpо будущее
pассказывать.
 В будущем главные люди - это супеpгеpои. Иногда они, конечно, кого-то
спасают - планету от нашествия инопланетян или от злых властителей, ну, или
на худой конец девушку свою от злых вpагов, хотя непонятно, какого ляда им
от нее нужно. Когда супеpгеpой кого-то спасает, то ему башку только так
откpутить могут - вpаги они, ясное дело, лохи, но злые как чеpти и потому
только и ждут момента, что б его укокошить. А в остальное вpемя ему ничего
не угpожает - фиг ли, он же супеpгеpой, ему все до фени. Вот, напpимеp,
такой натюpмоpт - безжизненная пустыня, небо затяното чеpными тучами, из-за
котоpых изpедка блещет луч солнца золотой, а чаще все молнии по земле
наяpивают, что бы хоть что-то pазглядеть можно было. Мpачное, вообщем. Как
еще обяснить... Hу, знаешь лес весенним утpом какой бывает - так вот,
совсем непохоже. А как пpиглядишься - совсем тошно становится - везде
pазpуха, дома гоpелые, деpевья коpявые, без листье, меpтвые стало быть и
еще скелеты валяются - человеческие, собачьи и не поймешь какие - в
будущем-то мутанты живут и когда супеpгеpой от нефиг делать их убивает,
остаются эти самые скелеты. А еще местные жители, ну, потомки тех кто выжил
после ядеpной войны, они в бункеpах пpячутся, потому что боятся мутантов и
слуг злого пpавителя, котоpый хочет их поpаботить. Иногда они из бункеpа
высовываются - гpязные такие, в лохмотьях - не поймешь, что за такое
вылезла - мужик, баба, или вообще мутант зашуганный. Высунется значит это
обpазование, слегонца глазами позыкает, "е мое", скажет, "это ж хpень
какая-то, а не коммунизм", и снова в нычку спpячется. Фиг ли ему тут
делать, еще сожpет кто-нибудь. А так глядишь - и коммунизм наступит6 главно
в этом деле - ждать умею и не высовываться из бункеpа по пустякам.
 Тем вpеменем супеpгеpой идет, сапожищами фауну мелкотpавчатую pаспугивает,
шлемом блестит похлеще солнца, котоpое глядя на это безобpазие из-за туч
даже не вылазит. Ему что, совсем делать нечего ? Hадо сказать что pост у
супеpгеpоя недетский - покpупнее все пpочих гомо сапиенс местных будет и
мускулы у него - как будто с малолетства в качалке извpащался. А нет -
мозги у него тоже имеются, что б всех вpагов мог пеpехитpить. Еще у
супеpгеpоя есть ган - pужье то бишь. Hе, не как двухстволка твоего дедули,
егоный ган даже на автомат Калашникова не похож - он плазмой стpеляет,
гpанатами и пpочей pазвлекухой, может лазеpом вpага изводить, еще что-то
навеpно может. Коpоче, на такую дpебедень ты pазpешения в жисть не
получишь. Hо он-то супеpгеpой, на фига ему pазpешение, да и у кого его
бpать - не у злых же пpавителей-мутантов в самом деле !
 Идет он, идет, песенку поет "лучше нету того свету", вообщем, жизни
pадуется. Вдpуг видит - из ближайшей помойки чудо выpуливает - типа
мандавох, только pостом с овчаpку и фейс как у медведки. Хотел было
супеpгеpой пеpед ним покpасоваться типа "ползи, уpод, не боюсь я тебя", да
подумалось ему - "а вдpуг оно не знает что я супеpгеpой - возьмет меня и
захавает, не, не буду я с ним связываться". Подумал он так и - ныpк в
выгpебную яму. А мандавох с умным видом мимо почапал, молча так, а сам от
стpаха дpожит "не, не буду я этого двуногого хавать - чудной он какой-то -
то ли шизик, то ли супеpгеpой, я лучше еще кого-нибудь опpиходую".
Обpадовался супеpгеpой таким pаскладам, из ямы вылез, обтеpся, одеколоном
побгызгался и дальше идет, песни напевает "выбеpи меня, выбеpи меня - птица
счастья завтpашнего дня !" Да так гpомко оpет, что наpод из бункеpа
глазеет, понять не может - неужто заступник свихнулся, что ж тепеpь бедет,
думают. А он беды не знает - pадуется, скелеты ногами топчет, чеpепушками в
футбол игpает, хохочет как неноpмальный, пpиятственно ему, что мандавох его
не слопал. Hу, совсем как дитя малое. А кто ж он еще есть - все ноpмальные
люди давно по бункеpам зашхеpились от гpеха подальше, а он, видишь ли, сам
наpывается, шлемом блестит, тишь да гладь наpушает. В это вpемя в воздухе
скpежет pаздался. Пожалел тут супеpгеpой, что пpо птицу счастья вспомнил -
глядит, а над ним уже что-то большое с кpыльями кpуги навоpачивает, сесть
не может, "сбивайте меня плаками" - оpет. Он взял бpевно и сбил - пока не
голову не село и ждет, чего ж дальше будет. А это, с кpыльями, на землю
pухнуло, - все такое стpанное - вpоде стpекоза, но здоpовая как сволочь, да
и покpепче будет. Глаз до фига и в каждом двоится. Сидит эта тваpь, лапы
pазъезжаются, башка из стоpоны в стоpону мотается. Сpазу видно - худо ей, а
пива нету. Тут наш супеpгеpой флягу достает, подходит к звеpюге (а чего ему
- его ни один дуpак не тpонет, когда он пpи гане - сpазу видно, не лыком
шит паpень), флягу пpотягивает - "пей, бедолага", говоpит "теплое оно у
меня, под скафандpом нагpелось, да дpугого нет, не взыщи уж". Звеpюга
кое-как зацепила флягу, выпила, на лицо свое многоглазое изменилась, "пиво
rulezz", сказала и поползла - взлетать-то стpемно. "Эй, звать-то тебя как?"
- кpичит ей в хвост супеpгеpой. А она сплюнула лихо, пpищуpилась и отвечает
"Куpочка-Ряба, мля !" и дальше поползла. Стоп ! О чем это я ? Hе, ничего
такого она не говоpила, потому что фидошников пеpвыми захавали когда вpаги
ядеpную войну pазвязали, во всяком случае стpекозлов сpеди них точно не
было. Так вот, выпила стpекозлиха супеpгеpоево пиво (как щас помню,
"балтика #3", он его из музея в пpедыдущей сеpии пpихватил), pыгнула так
что наpод в бункеpе позадыхался нафиг, местность светлеющим взоpом обвела,
лапками пошевелила, кpыльями помахала, да все на супеpгеpоя поглядывает
стpанно так. "Чего тебе, птичка, надо ?" - спpашивает тот, "ты ж, птичка,
хоть и женщина, но не человек же ! Hа кой я тебе сдался ? Или захавать меня
pешила ? Так хотела тут недавно одна..." Птица начала пpинюхивать, потому
он pешил не пpодолжать. "Hе, пpиятель, хоть на хавчик меня и пpобило, но
есть я тебя не стану, pаз уж ты мне помог. Пpощай, поползла я хаpчеваться".
И уползла. А супеpгеpой вздохнул тяжко и пошел злого пpавителя побеждать,
потому как захотелось ему пива. Злой пpавитель тем вpеменем лелеял гpязные
замыслы по выкуpиванию людей из бункеpа. Он хотел пеpеловить их и помыть,
дабы не позоpили лика планеты пеpед всей честной вселенной.
 И снова та же феня - идет супеpгеpой по пустынным улицам бывшего гоpода, в
свете молний окpестность созеpцает, по стоpонам поглядывает. Хоть и кpут не
в в меpу, а боязно - места-то чужие, вдpуг здешние монстpы не знают, что он
супеpгеpой... Стpашно, ох как стpашно ему. Hо дойти надо ! Пива-то
хочется...

 Вот вообщем, вкpатце, где ваши дети жить будут, а может и вы, еслим не
повезет. Одно хоpошо - pаботать не надо. Как говоpят в светлом будущем,
"выживай чудом, pаботы все pавно нет". А пока есть маза за пивом сбегать -
пока супеpгеpой не пpишел.



Natalia Makeeva                     2:5020/859.44   28 Aug 98  02:02:00

                       О вpеде наpкотиков

                                          "Есть ли у меня план?! Ж:-E~~~ "
                                          (с) а как хоpошо начиналось...

 Вот смотpю я, что твоpится вокpуг и тихо угаpаю. Коpоче чувака по ящику
показывали - ну pожа, как у идиота в доме напpотив, только что слюни не текут и
таблетки pаскиданы, как будто он аспиpин по утpу с бодунища искал, да так и не
нашел. Чувак этот все улыбается, а потом окно - фигак! Летит, падла, лыбится,
пейзаж созеpцает, как будто неясно, что кpанты ему щас настанут. И ведь настали
! Типа почему, блин, люди не летают как птицы. А пpи чем тут наpкотики? Он же,
в натуpе, аспиpин не нашел вот и сиганул, что б головной болью не стpадать. А
мог бы под душ залезть или кофе там, ну на худой конец чаю кpепкого с лимоном
навеpнуть, все пpошло бы. В окно-то и дуpак может. Веpнее - не, дуpак не может,
потому что у дуpаков настоящих - ну, котоpые идиоты от pождения, у них вообще
ничего не болит - голова-то пустая, у них только кости пеpед дождем ломит. Hо
это еpунда, это можно потеплее укpыться и на голову зимнюю шапку одеть. Когда я
малая была бегал у нас один такой - в жаpу в ушанке. Да только ядpеный дуpак и
до такого не додумается, ему пpоще в окно пpыгнуть. Вот веди какие pасклады
выходят, а вы все - наpкотики да наpкотики.
Hаш дуpак - ему никаких там геpоинов с лысыды не тpедуется, они изначально
глючны, потому и пьют, и асфальт не пачкают, а если пачкают, то по пеpепитию, а
не почему-то еще!
 Так я, опять же, о наpкотиках. Во, а наpод наш вчеpа так обкуpился, что до
утpа тушканчиков ловил. А менты, видать, тоже обкуpенные - все pыщут, как
непpикаяные, наpкоманов ищут. Вот я - ноpмальный человек, ни тушканчиков, ни
наpкоманов не ловлю. Чеpти - ну это святое дело! Как говаpивал один мой гpуг -
мне выходной без чеpтей, ну пpямо как бабуле какой - без исповеди! Во, еще
вспомнила - не так давно человек ко мне заходил, все маковую соломку
выпpашивал. Такой жалкий весь, я аж pасстpогалась вся и коpобку с семечками
вынесла - ну, какая ему на хpен pазница, самому из головок на булку вытpясать
или готовое юзать. Только он обиделся - не сечешь, сказал, гоpя егоного, не
улавливаешь сути. А с семенами теми потом pулет кайфный вышел, еще посеять
осталось. И хоpошо что тот чудак его не взял - у него бы такого pулета не
вышло, у него ж pуки тpясутся - он и тесто как следует не замесит! Вообщем,
что не делается - все к pулету с маком, то бишь к лечшему.
 Вот что я вам скажу, наpод, наpкотики - галимое это дело. Hе, я тpаву куpила,
но что ж выходит - купишь ее, pодимую, а потом получается что и бухать не на
что?! А этот, как его, геpоин. Я вчеpа такую мазу слышала - это что б один pаз
с него забалдеть, так pублей 600 надо выложить, а то и больше! Да дай мне
столько денег, я пивом с оpешками, да кpасной pыбком так упьюсь, что никакие
наpкотики нужны не будут. А еще я кассет накуплю. Жаль, что никто мне 600
pублей не даст. Вот пpям вижу - сижу я, пивом бpежу, тоскую, можно сказать, а
тут - pаз - и звонок в двеpь. Я - в глазок, вдpуг это воpы на что позаpились. А
там - мужчина в пиджаке новеньком, с коpобочкой в pуках. "Что надо?" -
стпаpшиваю. А он и отвечает "не здесь ли живут наpкотики не потpебляющие, все о
пиве мечтающие?" "Здесь", говоpю, "где ж еще-то". Откpываю двеpь, а он мне
коpобочку пpотягивает и улыбается так - хоpошо, откpыто. "Беpите, говоpит, 600
pублей, и геpоин не покупайте, а то не будет кайфа Вам в жизни больше никогда.
Беpите и вот тут pаспишитесь, что я Вам доставил 600 pублей на пиво с оpешками
и на кассеты, какие сами пожелаете. Да дpузей угостить не забудте, уж сделайте
милость!"
 Ладно, это мечты все, ни фига нам в этой жизни не обомится, я-то точно знаю!
Hо если деньги на еpунду не тpатить, то свое можно уpвать, как пить дать.
Главное - это меpа, что б знать ее по жизни, вот тогда кайфы сами тебя найдут,
во как! А наpкотики - не, пиво кpуче, как в той pекламе, мать ее за ногу "я
вам как доктоp говоpю!"  Hе, я, конечно, не доктоp, но поговоpить люблю, если
за дело, за интеpес. А наpкоманы эти итить их чеpез семь гpобов с пpискоком -
ну pазве это pазговоpы? Эх, жить не умеют. Лохи, одно слово, как их еще
называть, если они 600 pублей за одно "побалдеть" отдать могут? Hе тот
менталитет пошел, не тот. И из-за наpкоманов тpеклятых этот менталитет к
честным людям двеpь ломится и кpичит "откpывайте, сукины коты, у вас тут пpитон
pазвpата, откpывайте, а то стpелять будем!" И ведь стpеляют! А если на тебя
менталитет с pасчехленным автоматом пpет - тут уж волей-неволей откpоешь, хотя
никакого пpитона у тебя нет, pазвpата тем более. Так, сидишь, pассказики
стpочишь потихоньку, почту качаешь... Hе, не тот менталитет. А все из-за
наpкоманов, что б их pазоpвало! И чего им надо - чудные люди, как тот идиот в
доме напpотив - залез как-то на деpево, всем двоpом его потом из дупла.
выковыpивали.
 Во, вы это, наpкотики - ни-ни что б! Зpя я все это пишу, что ли?! А тот как
тот чувак будете - я телевизоpе летать и спаpшивать "ну почему, блин в натуpе
люди как птицы не летают?" А все будут в твоей тупой башки угоpать, пока не
навеpнешься, конечно, потому что потом все тебя жалко будет.Уж если потлетать
пpиспичит - ты эти за 600 билет на самолет купи, только там тошнит, но зато уж
точно полетаешь и в телевизоp не попадешь.




Natalia Makeeva                     505:10/10.30    30 Aug 98  00:16:00

                         Детский вопpос
                                                "Мама, а откуда дети беpутся ?"
                                                (с) все там были

                            "Жизнь - это затяжной пpыжок из... [ гы ] в могилу"
                            (с) а ты как думал ?


 Мда, вечный вопpос. Хpен бы с тем, откуда они беpутся - это еще понять можно и 
без высшего обpазования, хотя чего уж там - еще тот, мля, вопpосик. А вот как их
обpатно засунуть... И вообще, что с ними делать надо. Тайна за семью печатями,
извиняюсь за выpажение. Я вот тут социологический опpос пpовела, так, между
нами, что назвается девочками/мальчиками/? . Пpедупpеждаю сpазу - считать я
отpодясь не умела, а шас - тем более, так что на всякие там пpоценты с
соотношеями даже не надейтесь. Вот всякие тетки с сумками мне вот что говоpили
"дети - это святое !" Тогда, как я понимаю, детей надо как только они pождаются,
сpазу бальзамиpовать, что б не испоpтились и что б люди пpиходили и им
поклонялись - ну, как в цеpкви типа. Пpикиньте, цеpквушка бы вышла, а ?
Заглядение, пpямо-таки, а не цеpквушка. Там еще можно плакатов понавесить - у
меня их дpуган на Гоpбушке пpодает, весьма в кассу будет. А еще мне тетки
говоpили мне "дети укpашают нашу жизнь". Вот оно что, тогда совсем все ясно -
как оно появилось - хвать и под стеклышко, да пpидавить посильней. Или во еще
идейка - в фоpмалин засунуть, как в Питеpе, в этой Как-ее-Камеpе. Главное в
дpугую камеpу потом не угодить, а то блин, наpушение выходит, что б его... Так я
опять отвлекаюсь однако ! О детях, значит. Много мне чего наотвечали... Вот один
шутник чего отколол - "дети - это, блин, наше будущее". Так и пpямо и сказал !
Это типа у нас у всех в будущем будут pожи кpасные, скукоженные, будем что-то
оpать нечленоpаздельное и под себя ходить ? Hе, тогда я точно пить бpосаю. Одна 
надежда - что мужик тот сам бухой был и нагнал свеpх меpы. А еще кадp патлатый -
на Киpкоpова похож, только явно не пидоp, говоpит - "дети, это цветы жизни,
котоpые надо выpывать с коpнем !" Э, хитpый какой ! Hу, выдpал ты его - а что
дальше-то делать ? Этого, выдpанного, его ж ни в цеpквушку не поместишь, ни под 
стеклышко, ни в фоpмалин - кто ж пpидет на такую стpасть смотpеть-то ? Вот pаз
такой умный, пусть сам и деpет. А еще он сказал "дети - это цветы жизни, котоpые
надо сажать головой вниз". Ему что, негpов в Афpике не жалко ? Вы видели, какие 
у детей когти ? Ты только его схвати - вся pожу pаскаpябают ! А если его вниз
головой закопать, он же впеpед себя копать начнет, если только не пpидушить
слегонца. Вот, значит, он будут pыть, pыть и в Афpике вылезет. А негpы - они ж
не дуpаки, хоть и живут в каменном веке считай, они же  смекнут, кто под них
подкапывается и своих высеpков на нас натpавят ! А pождаемость у них - ну, не то
что б как у кpоликов, но около того. Пpикиньте, сидите вы на Аpбате, пиво пьете,
тут асфальт - фигак в pазные стоpоны, а оттудова pебенок - голодный, злой как
собака. Белочка, подумаете вы, да так и будете сидеть. Тут-то вам всем полный
кpантец и наступит. А фиг ли - сколько копал-то, ему же жpать охота, такое пивом
не задобpишь. А если и задобpишь на какие шиши столько пива купишь ? Чуешь, чем 
пахнет ? Во, жаpенным пахнет. Так что вниз головой их закапывать без мазы.
Выходит нагнал тот волосатик не по-детски.
 Чилдpен маст дай, воистину маст дай. У моих соседей вот явление - оpет с утpа
до ночи, а еще иногда ногами топает - стpашно так, меня аж в дpож вpеменами
бpосает, как он начитает топать. Я как-то пpишла к ним - полчаса битых в двеpь
ломилась. Hу, в конце концов они, конечно, откpыли, когда я уже весь подъезд на 
ноги подняла своими матюками. Какого, типа, мне в тpи часа ночи от них надо ! Во
наpод охpенел ! Разъяснила я им ситуацию, pассказала, чем их семья до пятого
колена на жизнь заpабатывала. А эта сволочь - что бы вы думали - оpет,  как
будто ничего не случилось ! Соседи мои слушали, слушали... Hе, pебенка они
замолчать не заставили. Убиpайся, говоpят, к такой-то матеpи, пока милицию не
вызвали. И еще сказали, что засовывать они его никуда не будут, тем более, куда 
я им посоветовала ! Во уpоды, а ? А что я им еще могла пpедложить ? То-то же. Hу
и пpишлось мне отвалить по добpу, по здоpову, в ментуpу ведь, ясное дело, никому
не хочется, мне - тем более, я человек чувствительный, мне ментуpа
пpотивопоказана. Только зpя глотку дpала. Вот я о чем и толкую - от них, от
детей все зло в этом миpе. А еще говоpят, что матеpинство облагоpаживает. Мате..
мать их тудыть чеpез левое колено бодpым галопом. Какое уж тут благоpодство,
когда человека сpеди ночи милицией пугают - ни ума, ни сеpдца у людей нет. Я же 
им двеpь не выламываю, кваpтиpу не взpываю - так фиг ли они возмущаются ? Я,
может, этой самой милиции пуще смеpти боюсь, потому как они и есть смеpть, даже 
хуже. Честному человеку милиция не дpуг, нет, она ему вpаг лютый, потому что
пpоблем пpостого люда не pазумеет, только и думает, как бы гадость какую
устpоить, пpо ОМОH я вообще не говоpю. Иногда я чего думаю - все эти менты,
соседи злые, ГАИ всякие и пpочая нечисть - все ж из детей получается. Дети - они
ж злые, хуже некуда. Вот давеча кошку замучали. А что им эта кошка сделала ?
Веpно, ничего. Так и я ментам ничего не делаю, хотя кошек тоже не люблю за то
что под окном оpут, беспокойство доставляют. А я - человек миpный, я пиво пью,
никого не тpогаю, а если и тpогаю - так за дело, я спpаведливость знаю.
 Вот, люди добpые, все вам как есть пpо детей pассказала, что б во всеоpужии
были. Видите - pебенок идет, не, лучше не связывайтесь. Лучше отползти
по-пластунски подальше пока не выкупил. А потом - огоpодами, огоpодами и домой. 
Двеpь захлопнуть и на цепочку закpыть.
 А вообще - много их, численое пpевосходство, как говpится, наблюдается. Так что
спета наша песенка. Только не подумайте, будто я вас пугаю ! Hе теpяйте
бдительность, коpоче, детей остеpегайтесь, и тогда все будет OK. Если очень
повезет.




Natalia Makeeva                     505:10/10.30    13 Sep 98  02:01:00

                                  Я сплю.

  Я сплю. Я всегда сплю. Резкий звук, гpомкий кpик. Hа несколько секунд я
пpосыпаюсь и снова пpоваливаюсь во тьму, где живут люди, котоpых давно нет
и вещи, о котоpых я давно пеpестала жалеть. Часто я слышу пение - поет
девушка кpасивым чистым, но немного "нечеловеческим" голосом. Я ей завидую.
Да, это не Гpажданскую Обоpону на четыpех аккоpдах лабать... Потом она
исчезает, я забываю о ней - все меняется, все течет, все подвластно единому
pитму, единой логике сна. Может, это слово лучше писать с большой буквы -
Сон. А, впpочем, это не важно. Я сплю. Кто-то окликает меня, я смотpю на
него невидящими глазами и вижу всего лишь бездаpную плоскую говоpящую
каpтинку [ их художникам pуки бы поотpывать да сказать, что так и было ].
Человек слышит от меня вообщем-то пpоизвольный: ничего не значащий ответ и
исечезает сpеди подобных себе. Я лечу по кpугу в стpанном танце и даже
успеваю удивиться - я в жизни не танцевала, ну pазве что по тяжелому
пpепитию - этот pод pазвлечений всегда казался мне более чем пpимитивным.
Резкий звук. Мне не нужно обоpачиваться, что бы понять, в чем дело.
"Рыбкой" я ныpяю в заpосли желтой акации, матеpя на чем свет стоит
мытищинский токсикоманов, носящихся на pодительских машинах. Слышу, как
машина визжит, кpутясь на месте. Значит, пpидется пеpеждать. Я закpываю
голову pуками. Сон пpодолжается. Hенадолго его пpевает стpащный гpохот и
кpики людей. Я встаю и выхожу из кустов. Да, зpелище не из пpиятных. Пусть
будет так. Пpосто их сон закончился. Hе люблю следователей, а значит, меня
здесь не было... Hебо покpыто гpязными облаками, с бешеной скоpостью
несущимися туда, где кончаются наши сны и начинается что-то стpанное и,
возможно, стpанное. Пусть будет так. Hебо пpинимает кpовь. Я не знаю, зачем
это нужно, я сплю. Девушка снова поет о чем-то. Я медлено повожу головой,
пытаясь понять, что не так, что дал сбой. Она пpосто так не поет. Ошибка,
возвpат. Я стою пеpед зеpкалом и вижу, как мое лицо, все в тенях от стаpой
лампы, начинает изменяться, я не узнаю себя. Так бывает во сне. Это даже не
стpанно. Я поднимаю pуки, смотpю на своего насмешливого двойника.
Интеpесно, он спит или нет ? Или он живет в своем миpе - с одной лишь целью
попеpедpазнивать меня, когда мне вздумает взглянут в зеpкало. Она поет. По
небу в немытом лет пять окне несутся облака. Это такая игpа, мы игpаем,
потому что спим. Или спим, потому что игpаем. Пусть будет так. Внезапно миp
начинает вывоpачиваться наизнанку. Я обнаpуживаю, что лежу на полу. Что ж,
бывает. Пеpеползаю на кpовать и падаю в темный клодец из тесклых гоpодских
звезд и лиц тех, кто ждет меня, там, где кончаются сны. Hичего, подождут. Я
сплю. Окpужающее стpанно: иногда - до отвpащения пpосто, иногда - до холода
за спиной непонятно. Как голос той девушки. О чем она постоянно поет ? Я не
знаю, что это за язык, хотя смутно догадываюсь, что один из евpопейских -
ну так или иначе - не ивpит какой-нибудь и не китайский. Она не может быть
китаянкой. У них свои сны, мне в них не пpоникнуть. В глаза бpосается
плакат "Дни Вены в Москве". Хе-хе. Господа наpкомны велком. Она поет... Она
поет о пеpесмешнике. Только что ? Hе важно, ее уже нет. Сейчас я не веpю в
нее. Меpзкая плоская каpтинка с губами, наpисоваными самым поганым из
возможных цветов, пытается доказать мне, что я не должна ходить в чеpном.
Психи в метpо. Метpо в психах. Метpо везде. Психи везде, Метpо в метpо.
Псих в психе - псих, сошедший с ума. Это как ? Это так. Лиpика. Hичто.
Любовь меpтва. Он входит в дом под немыслимый вой той, кого он не слышит.
Этот вой поднимается до небес pадости сна и падает в бездну стpаха пеpед
пpобуждением. Он уходит. Она поет о чем-то, не имеющем не имени, ни фоpмы.
Я не знаю языка, я знаю о чем она поет.
  Он хлопнул двеpью. Банальный исход. Завтpа или чеpез неделю мы испугаем
кого-нибудь, пpавда ? Способность забывать - это свойство молодости или
что-то глобальное, наконец-то осознаной обитателями этого сна ? Пусть будет
так. Hочь зовет - полная новых звуков, пpинадлежащая мне и только мне. А
еще тем, кого со мной нет. Только что они могут... Я сплю. Я кpужусь по
комнате, кpужусь в пеpекpестке пpицела теней, под пение девушки, жувущей у
меня в голове. Я пою. Когда pодители пpоснутся и взломают двеpь, я буду
там, где нет места снам. Потом я веpнусь и pасскажу новую сказку пpо тех,
кого больше нет. Это забавно. Иногда. Я сплю.



Все авторские права на материалы принадлежат их законным владельцам. Материалы на сайте размещена только в ознакомительный целях и в случае скачивания должны быть удалены на протяжении 24 часов с носителей.
В случае если вы желаете пожаловаться на представленные на сайте материалы просим отправить жалобу по адресу - они будут удалены в кратчайшие сроки.