Версия для печати

       А.СТРУГАЦКИЙ,Б.СТРУГАЦКИЙ.    








**    **  ******      ****    **    **    ******    ******
***  ***  *******    ******   ***  ***   *******   *******
 **  **   **    **  ***  ***  ********  ***   **  ***   **
  ****    **    **  **    **  ********  **    **  **    **
   **     **    **  **    **  ** ** **  **    **  **    **
   **     *******   **    **  **    **  ********  ***   **
  ****    ******    **    **  **    **  ********   *******
 ******   **        ***  ***  **    **  **    **    ******
***  ***  **         ******   **    **  **    **   ***  **
**    **  **          ****    **    **  **    **  ***   **    
 
 
  ****    **    **    ******   **       ********    ******
 ******   **    **   *******   **       ********   *******
***  ***  **    **  ***   **   **       **        ***   **
**    **  ***   **  **    **   *****    ******    **    **
**         *******  **    **   ******   *******   **    **
**          ******  **    **   **  ***  **   ***  ********
**    **        **  **    **   **   **  **    **  ********
***  ***       ***  **    **   **  ***  **   ***  **    **
 ******   *******  **********  ******   *******   **    **
  ****    ******   **********  *****    ******    **    **
                   **      **
                   **      **
 

     1	  Авторы считают своим долгом предупредить читателя,
 	что ни один из персонажей этой повести не существует				      4
 	(и никогда не существовал) в действительности.		      отец мой, Александр Александрович Сорокин. Впрочем, ничего
 	Поэтому возможные попытки угадать,кто здесь-кто,не	      этого я не помню. И совершенно не помню, как книга ухитри-
 	имеют никакого смысла. точно так же являются		      лась уцелеть, когда дом наш в Ленинграде разбомбило и первая
 	вымышленными все упомянутые в этой повести		      библиотека погибла вся.
 	учреждения,организации и заведения.				 От второй же библиотеки ничего не осталось вообще. Я
 								      собрал ее в Канске, где два года преподавал на курсах. По
 								      обстоятельствам выезд мой из Канска был стремительным и
 								      управлялся свыше-решительно и непреклонно. Упаковать книги
 								      мы с Кларой тогда успели, и даже успели их отправить малой
 								      скоростью в Иркутск, но мы-то с Кларой в Иркутске пробыли
 								      всего два дня, а через неделю были уже в Корсакове, а еще
 				  Как пляшет огонек!		      через неделю уже плыли на тральщике в Петропавловск, так что
 				  Сквозь запертые ставни	      вторая библиотека моя так меня и не нашла.
 				  Осень рвется в дом.			 До сих пор жалко, сил нет. Там у меня были четыре томика
 								      "Тарзана" на английском, которые я купил во время отпуска в
 					    	Райдзан 	      букинистическом, что на Литейном в Ленинграде; "Машина
 								      времени" и сборник рассказов Уэлса из приложения ко
 								      "Всемирному Следопыту" с иллюстрациями Фитингофа;
 								      переплетенный комплект "Вокруг Света" за 1927 год... Я
 			       					      страстно любил тогда чтение такого рода. А было еще во
 								      второй моей библиотеке несколько книг с совершенно особой
    В середине января, примерно в два часа пополудни, я сидел	      судьбой.
 у окна и вместо того, чтобы заниматься сценарием, с		      	 В пятдесят втором году по Вооруженным Силам вышел приказ
 отвращением прихлебывал теплый "бжни" и размышлял о		      списать и уничтожить всю печатную продукцию идеологически
 нескольких вещах сразу. За окном мело, машины боязливо		      вредного содержания. А в книгохранилище наших курсов свалена
 ползли по шоссе, на обочинах громоздились сугробы, и смутно	      была трофейная библиотека, принадлежавшая, видимо, какому-то
 чернели за пеленой несущегося снега скопления голых деревьев	      придворному маньчжурского императора Пу И. И конечно же, ни
 и щетинистые пятна и полосы кустарника на пустыре.		      у кого не было ни желания, ни возможности разобраться, где в
 Москву заметало.	    					      этой уже проплесневевшей груде агнцы, а где козлища, и
 								      приказано было списать все целиком.
 									 ...был разгар лета, и жара стояла, и корчились переплеты
 								      в жерких черно-кровавых кучах, и чумазые, как черти в аду,
 								      курсанты суетились, и летали над всем расположением
 								      невесомые клочья пепла, а по ночам, невзирая на строжайший
 								      запрет, мы, офицеры-преподаватели, пробирались к
 								      заготовленным назавтра штабелям, хищно бросались, хватали,
 								      что попадало под руку, и уносили домой. Мне досталась

 
 			5								      8
 превосходная "История Японии" на английском языке, "История		 Однако же податься некуда, и я принялся искать папку, в
 сыска в эпоху Мэйдзи"...а-а, все равно ни тогда, ни потом не	      которую, помнится, сложил черновики на позапрошлой неделе.
 было у меня времени все это толком прочитать.			      Нигде на поверхности папки не было, и тут я вспомнил, что
    Третью библиотеку я отдал Поронайскому дому культуры,	      тогда намеревался зайти на Банную из "Зарубежного Инвалида",
 когда в пятьдесят шестом году возвращался с Камчатки на 	      куда отправился с Кап Капычем к Нос Носычу ругаться из-за
 материк.							      статьи. Но на обратном пути из "Инвалида" мы на Банную не
    И как это я тогда решился подать рапорт об увольнении?	      попали, а попали мы все в ресторан "Псков". Так что искать
 Ведь я был никто тогда, ничего решительно не умел, ничему не	      теперь эту папку мне, пожалуй, смысла не было.
 был обучен для гражданской жизни, с капризной женой и		       	 Но, слава богу, недостатка в черновиках я уже давно не
 золотушной Катькой на шее... Нет, ничего бы я не рискнул,	      испытываю. Кряхтя, я поднялся с кресла, подошел к "стенке",
 если бы тогда что-нибудь светило мне в армии. Но ничего не	      к самой дальней секции, и кряхтя, уселся рядом с нею прямо
 светило мне в армии, а ведь был я тогда молодой,		      на пол. Ах, как много движений я могу теперь совершать,
 честолюбивый, страшно мне было представить себя на годы и	      только натужно кряхтя, - как движений телесных, так и дви-
 годы вперед все тем же лейтенантом, все тем же переводчиком.	      жений духовных.
    Странно, что я никогда не пишу об этом времени. Это же		 (Кряхтя, мы встаем ото сна. Кряхтя, обновляем покровы.
 материал, который интересен любому читателю. С руками бы	      Кряхтя, устремляемся мыслью. Кряхтя, мы услышим шаги стихии
 оторвал это любой читатель, в особенности если писать в 	      огня, но будем уже готовы управлять волнами пламени. Кряхтя.
 этакой мужественной современной манере, которую я лично уже	      "Упанишады", кажется. А может быть, и не совсем "Упанишады".
 давно терпеть не могу, но которая почему-то всем очень		      Или не "Упанишады" вовсе.)
 нравится. Например:							 Кряхтя, я откинул створку цокольного шкафчика, и на коле-
    "На палубе "Коньэй-Мару" было скользко и пахло испорчен-	      ни мне повалились папки, общие тетради в разноцветных клеен-
 ной рыбой и квашенной редькой. Стекла рубки были разбиты и	      чатых обложках, пожелтевшие, густо исписанные листочки,
 заклеены бумагой...".						      скрепленные ржавыми скрепками. Я взял первую попавшуюся пап-
    (Тут ценно как можно чаще повторять "были","был","было".	      ку - с обломанными от ветхости углами, с одной только гряз-
 стекла были разбиты, морда была перекошена...)			      ной тесемкой, с многочисленными полустертыми надписями на
    "Валентин, придерживая на груди автомат, пролез в рубку.	      обложке, из которых разобрать можно было лишь какой-то ста-
 "Сенте, выходи",-строго сказал он. К нам вылез шкипер. Он	      ринный телефон, шестизначный,с буквой, да еще строчку иеро-
 был старый, сгорбенный, лицо у него было голое, под		      глифов зелеными чернилами: "Сэйнэн дзидайно саку" - "Творе-
 подбородком торчал редкий седой волос. На голове у него была	      ния юношеских лет". В эту папку я не заглядывал лет пятнад-
 косынка с красными иероглифами, на правой стороне синей 	      цать. Здесь все было очень старое, времен Камчатки и даже
 куртки тоже были иероглифы, только белые. На ногах шкипера	      раньше, времен Канска, Казани - выдирки из тетрадей в линей-
 были теплые носки с большим пальцем. Шкипер подошел к нам,	      ку, самодельные тетради, сшитые суровой ниткой, отдельные
 сложив руки перед грудью и поклонился. "Спроси его, знает ли	      листки шершавой желтоватой бумаги, то ли оберточной, то ли
 он, что забрался в наши воды",-приказал майор. Я спросил.	      просто дряхлой до невозможности, и все исписано от руки, ни
 Шкипер ответил, что не знает. "Спроси его, знает ли он, что	      единой строчки, ни единой буквы на машинке.
 лов в пределах двенадцатимильной зоны запрещен",-приказал		 "Угрюмый негр вывез из кабинета кресло с человеческой
 майор". 							      развалиной. Шеф плотно закрыл за ним дверь..."
    (Это тоже ценно: приказал, приказал, приказал...)			 Какой негр? Что за развалина? Ничего не помню.
    "Я спросил. Шкипер ответил, что знает, и губы его			 "Кстати, вы не заметили, были ли среди большевиков китай-

 
 			9								      12
 цы? - Спросил вдруг шеф.						 Я уже, оказывается, и забыл совсем, что началась эта
    - Китайцы? М-м-м... Кажется, были. Китайцы или корейцы,	      тетрадка тридцатого марта, почти ровно одиннадцать лет
 или монголы. В общем , желтые..."				      назад. Я писал тогда повесть "Железная семья"- о
    Да-да-да-да-да! Вспоминаю! Это был у меня такой полити-	      современных,мирных, так сказать, танкистах. Писалась она
  ческий памфлет... Нет. Ничего не помню.			      трудно, кровью и сукровицей она писалась, эта повесть.
    "Крепость пала, но гарнизон победил".			      помнится, я несколько раз выезжал в части по командировкам,
    Так. 		 					      правое ухо отморозил, и все равно толку никакого не
    "Видю тя! Видю тя!" - Взревели кроличьи яйца, обнаружив	      получилось. Повесть отклонили. Спасибо, хоть аванс не
 видимого противника... И новый выстрел из тьмы наверху..."	      отобрали.
    А-а-а, это же из Киплинга... "Сталки и компанния". Тысяча		 Я листал страницы с однообразными занисями:
 девятьсот пятьдесят третий год. Камчатка. Я сижу себе и чи-		 2.04. сдел. 5 стр. вечером 2 стр. всего 135 стр.
 таю Киплинга, потому что за отсутствием видимого противника		 3.04. сдел. 4 стр. вечер. 1 стр. всего 140...
 делать мне больше нечего.						 Это у меня верный признак: если никаких записей, кроме
    "Кроличьи яйца" - "Rawwits' eggs". И нечего тут скалить	      статистических, не ведется, значит, работа идет либо очень
 зубы, ребята. Если бы Киплинг имел в виду то же, что и	вы,	      хорошо, либо на пропасть. Впрочем, 7.04 странная запись:
 он бы написал "Rawwits' walls". Да, помучился я, помнится, с	      "Писал жалобу в правительствуюший Сенат". а 3.05:"ничто так
 этим переводом, но школа для меня получилась отменная, нет	      не взрослит, как предательство".
 лучше школы для переводчика, нежели талантливое произведе-	       	 А вот и этот день, когда начал я придумывать современные
 ние, описывающее совершенно незнакомый мир, конкретно лока-	      сказки.
 лизованный в пространстве и времени...					 21 мая 72 года. "Итория про новосела-рабочего. У него
    А вот и "Случай в карауле". Тоже пятьдесят третий год и	      работают циклевщик, грузчик, водопроводчик, все кандидаты
 тоже Камчатка.			     				      наук. И все застревают в квартире. Циклевщик защемил палец в
    "Позже Беркутов,часовой у входа в караульное помещение,	      паркете, грузчика задвинули шкафом, водопроводчик хлебнул
 никак не мог вспомнить, что впервые заставило ого		      вместо спирта эликсиру и стал невидимым. И еще домовой. И
 насторожиться и крепче сжать оружие, напряженно вслушиваясь	      строитель, замурованный в вентиляционной шахте. И приходит
 в непонятные шорохи теплой июльской ночи. Просто к шелесту	      Катя".
 листвы, шуму собственных шагов, сонному скрипу ветвей			 Это еще не "Современные сказки", до "Современных сказок"
 примешалось..." Ну, и так далее. Коротко говоря, под		      было тогда еще далеко. Справиться мне с этим сюжетом так и
 покровом ночи подкрались к часовому, напали на него, и он,	      не удалось, и сейчас я даже не помню: какой новосел? Почему
 не в силах отбиться, вызвал огонь на себя.			      домовой? Что за элексир?
    Был я тогда по литературным возрениям моим великим			 Или вот еше сюжет того времени.
 моралистом, причем не просто моралистом, но вдохновенным		 28.10.72. "Человек (фокусник),которого все принимали за
 певцом воинского регламента. А потому, товарищи солдаты,	      пришельца из космоса". В те поры все вокруг словно словно бы
 главным в данном конкретном "Случае в карауле" было вот что:	      с ума сошли по поводу летающих тарелок. Только об этом и
    "Как могло случиться, что Линько, так хорошо знавший 	      разговоров: братья по разуму, баальбекская веранда,
 уставы, допустил грубейшее нарушение устава гарнизонной и	      тассильские рисунки. И вот тогда мне придумалось: живет себе
 караульной служб? А ты, Беркутов? Разве ты не оказался		      человек, ни о чем таком не думает, по профессии фокусник,
 ротозеем, не заметив, куда ушел Симаков? И мы все-как мы не	      причем фокусник очень хороший. И замечает он вдруг некоторое
 заметили, что Симакова не оказалось с нами, когда караул был	      беспокоящее к себе внимание. Соседи по лестничной площадке
 поднят в ружье?".

 
 			13								      16
 странно с ним заговаривают, участковый заходит, интересуется	      теперь совсем нет последних новостей о них. Я был бы очень
 реквизитом и туманно рассуждает насчет закона сохранения	      рад, если вы сообщили мне теперешнее положение вашей работы
 энергии. "Это исчезаюшее яйцо,- говорит он,- не согласуется	      и жизни и послали ваши фотографии. И я желаю читать статьи и
 у вас, гражданин, с современными представлениями о законах	      критики о вашей литературе и узнать, где (в каких журналах,
 сохранения". Наконец, вызывают его в отдел кадров, а там у	      газетах и книгах) я смогу найти их. Мне хотелось бы просить
 кадровика сидит какой-то гражданин, вроде бы даже знакомый,	      вас оказать мне многие помощи, которые я просил выше. Зара-
 но с одним глазом. И кадровик принимается моего героя		      нее благодарю вас за помощь. С искренним уважением (подпись
 расспрашивать, сколько церквей в его родном Забубенске, да	      иероглифами)".
 кому там памятник стоит на главной площади, да не помнит ли		 Я прочитал это письмо дважды и через некоторое время пой-
 он, сколько на фасаде горсовета окон. А герой, разумеется,	      мал себя на том, что благосклонно улыбаюсь, подкручивая себе
 ничего этого не помнит, и атмосфера подозрительности все	      усы  обеими руками. Честно говоря, я совершенно не помнил
 сгущается, и вот уже заводятся вокруг него разговоры о		      этого японца и тем не менее испытывал к нему сейчас чувство
 принудительном медосмотре... Чем должна была кончиться вся	      живейшей симпатии и даже, пожалуй, благодарности. Вот и до
 эта история, я придумать так и не сумел: охладел. И теперь	      японии добрались мои сказки. Так сказать, Боку-но, отогиба-
 очень жалко мне, что охладел.					      наси-ва ниппон-маде-мо ятто итада-кимасьта...
    Второго ноября записано: "не работал, страдаю брюхом", а		 Разнообразные чувства обуревали меня - вплоть до восхище-
 третьего - короткая запись:"вполсвиста".			      ния самим собою. И в волнах этих чувств я без труда различал
    С теплой грустью листал я свой рабочий дневник страницу	      ледяную струю жестокого злорадства. Я снова вспоминал ирони-
 за страницей.							      ческие улыбочки и недоуменные риторические вопросы в крити-
    "Человек - это душенка, обремененная трупом. Эпиктет".	      ческих обзорах, и пьяные подначки, и грубовато-дружествен-
    "Против кого дружите?"					      ные: "Ты что же это, старик, а? Совсем уже, а?". Теперь это,
    "Ректальная литература".					      конечно, дела прошлые, но я, оказывается, ничего не забыл. И
    "Только те науки распространяют свет, кои способствуют	      никого не забыл. А еще тут же вспомнилось мне, что когда вы-
 выполнению начальственных предписаний. Салтыков-Щедрин".	      ступаю я в домах культуры или на предприятиях, так если меня
    "Гнал спирт из ногтей алкоголика".		  		      в зале кто-нибудь и знает, то не как автора "Товарищей офи-
    А это опять для современных сказок:				      церов" и уж, конечно, не как автора многочисленных моих ар-
    "Кот Элегант. Пес по фамилии Верный, он же Верка.		      мейских очерков, а именно как сочинителя "Современных ска-
 Мальчик-вундеркинд, почитывает "Кубические формы" Ю. Манина,	      зок". И неоднократно мне даже присылали записки: "Не род-
 очкарик; когда моет посуду, любит петь Высоцкого. Двенадцать	      ственник ли вы Сорокина, написавшего "Современные сказки"?"
 лет в восьмеричной системе исчесления. Цитирует труды			 Я вспомнил о втором листке из конверта и, развернув, бег-
 Иллича-Свитыча. Кот по утрам, вернувшись со спевки, стирает	      ло его проглядел. Сначала недоумения Рю Таками позабавили
 перчатки. Пса учат за едой не сопеть, не чавкать и		      меня, но не прошло и несколько минут, как я понял, что
 пользоваться ножом и вилкой. Он демонстративно уходит из-за	      ничего особенно забавного мне не предстоит.
 стола и шумно, с обидой, грызет кость под крыльцом. Кот 		 А предстоит мне объяснить, да еще в письменном виде, да
 Элегант о каком-то госте: "Этот Петровский-Зеликович		      еще японцу, что означают такие, например, выражения: "хва-
 совершенно похож на бульдога Рамзеса, которому я нынешней	      тить шилом патоки", "цвести как майская роза", "иметь поп-
 весной в кровь изодрал морду за хамское приставание"".		      совый вид", "полные штаны удовольствия", "начистить ряшку",
    Еще фразы:			       				      и "залить зенки"... Но все это было еще полбеды, и не так
    "Путал сентименталов с симменталами".			      уж , в конце концов, трудно было объяснить японцу, что "ба-

 	   		17								      20
 нан" на жаргоне школьников означает "двойку как отметку,	      ключ, достанем синюю папку и, когда настанет момент, развя-
 в скобках, оценку", а "забойный" означает всего-навсего 	      жем зеленые тесемки.
 "сногсшибательный" в смысле "великолепный". А вот как быть с		 Пока я отряхивался от снега, пока переодевался в домаш-
 выражением  "фиг тебе"? Во-первых, фигу, она же дуля, она же	      нее, пока осуществлял свою нехитрую предварительную програм-
 кукиш, надлежало самым решительным образом отмежевать от	      му, я неотрывно думал, как поступить с телефоном. Выяснилось
 плодов	фигового дерева, дабы не подумал Таками, что слова	      вдруг, что именно нынче вечером мне могли позвонить, более
 "фиг тебе" означают "подношу тебе в подарок спелую, сладкую	      того - должны были позвонить многие и многие, в том числе и
 фигу". А во-вторых , фига, она же дуля, она же кукиш,		      нужные. Но с другой стороны, я ведь не вспомнил об этом,
 означает для японца нечто иное, нежели для европейца или,	      когда всего полчаса назад намеревался провести вечер в клу-
 по крайней мере, для русского. Этой несложной фигурой из	      бе, а если и вспомнил бы, то не посчитал бы эти звонки за
 трех пальцев в японии когда-то пользовались уличные дамы,	      достаточно нужные. И в самый разгар этих внутренних борений
 выражая готовность обслужить клиента... 			      рука моя сама собой протянулась и выключила телефон.
    Я и сам не заметил, как эта работа увлекла меня.		      	 И сразу стало сугубо уютно и тихо в доме, хотя по-прежне-
    Вообще говоря, я не люблю писать писем и положил себе за	      му бренчало за стеной неумелое пианино, и доносилось через
 правило отвечать только на те письма, которые содержат		      отдушину в потолке кряканье и бормотанье магнитофонного бар-
 вопросы. Письмо же Рю Таками содержало не просто вопросы,	      да.
 оно содержало вопросы деловые, причем по делу, в котором я		 И вот момент настал, но я не торопился, а некоторое время
 сам был заинтересован. Поэтому я встал из-за стола только	      еще смотрел, как бьет в оконное стекло с сухим шелестом из
 тогда, когда закончил ответ, перепечатал его (выдернув из	      черноты сорвавшаяся с цепи вьюга.. А жалко, право же, что
 машинки незаконченную страницу сценария), вложил и заклеил в	      там у меня не бывает вьюг. А впрочем, мало ли чего там не
 конверт и надписал адрес.					      бывает. Зато там есть многое из того, чего не бывает здесь.
    Теперь у меня было, по крайней мере, два повода выйти из		 Я неторопливо развязал тесемки и откинул крышку папки.
 дому. Я оделся, кряхтя, натянул на ноги башмаки на "молни-	      Мельком я и скорбно, и радостно подумал, что не часто позво-
 ях", сунул в нагрудный карман пятьдесят рублей, и тут		      ляю себе это, да и сегодня бы не позволил, если бы не...
 раздался телефонный звонок.					      Что? Вьюга? Леня Шибзд?
    Сколько раз я твердил себе: не бери трубку, когда собира-		 Титула на титульном листе у меня не было. Был эпиграф:
 ешься из дому и уже одет. Но ведь это же Рита могла вернуть-	      "...знаю дела твои и труд твой, и терпенье твое и то, что ты
 ся из командировки, как же мне было не взять трубку?  И 	      не можешь сносить развратных, и испытал тех, которые называ-
 я взял трубку, и сейчас же раскаялся, ибо звонила никакая не	      ют себя апостолами, а они не таковы, и нашел, что они лже-
 Рита, а звонил Леня Баринов, по прозвищу Шибзд. 		      цы...". и была наклеена на титульный лист дрянная фоторепро-
    У меня есть несколько приятелей, которые специализируются	      дукция: под нависшими ночными тучами замерший от ужаса город
 по таким вот несвоевременным телефонным звонкам. Например,	      на холме, а вокруг города и вокруг холма обвился исполинский
 Слава Крутоярский звонит мне исключительно в те моменты,	      спящий змей с мокро отсвечивающей гладкой кожей.
 когда я ем суп - не обязятельно, впрочем, суп. Это может
 быть борщ или, скажем, солянка. Тут главное, чтобы половина	      Но не эту картинку,знакомую многим и многим,я сейчас видел
 тарелки была уже мною съедена, а оставшаяся половина как	      перед собой,а видел я сейчас то,чего не видел, кроме меня,
 следует остыла во время телефонной беседы. Гарик Аганян вы-	      и видеть не мог никто во всем белом свете. Во всей Вселенной
 бирает время, когда я сижу в сортире и притом ожидаю важного	      никто. Откинувшись на спинку дивана,впившись руками в край
 звонка. Что же касается Лени Баринова, то его специальность	      стола,я наблюдал,как на своем обычном месте,всегда на одном

 			21								      24
 и том же месте,медленно разгорается малиновый диск. Сначала	      ную пьесу "Корягины". Я отгонял страх. "В крайнем случае от-
  диск дрожит,словно пульсируя,становится все ярче и ярче,	      дам аванс!"-громко произнес я,натягивая куртку. Но дело было
 наливается оранжевым,желтым,белым светом,потом угасает на	      не в авансе. Что-то уж слишком часто в последнее время стали
 мгновение и тотчас же вспыхивает во всю силу,так что смо-	      нападать на меня такие вот пробуксовки в работе,а если го-
 треть на него становится невозможно. Начинается новый день.	      ворить прямо-приступы отвращения к работе,которая меня кор-
 Непроглядно черное беззвездное небо делается мутно-голубым,	      мит.
 знойным,веет жарким,как из пустыни, ветром ,и возникает в	       Стоя на лестничной площадке в ожидании лифта,я,чтобы наве-
 круг как бы из ничего город-яркий,пестрый,исполосованный	      рняка отвлечься,стал думать о том,что вот уже третий день
 синеватыми тенями,огромный,широкий-этажи громоздятся над	      пошел,как со мной не случается ничего нелепого и дурацкого-
 этажами,здания громоздятся над зданиями,и ни одно здание не	      похоже,тот,кому надлежит ведать моей судьбой,совсем иссяк
 похоже на другое,они все здесь разные,все... И становится	      и стал не годен даже на дурацкие чудеса... А лифты все не
 видна справа раскаленная желтая стена,уходящая в самое не-	      поднимались,ни большой,ни малый,и я постучал по створкам
 бо,в неимоверную, непроглядную высь,изборожденная трещина-	      одного и другого и прислушался. Снизу доносились гулко нев-
 ми ,обросшая рыжими мочалами лишаев и кустарников...а сле-	      нятные голоса. Тогда я чертыхнулся и стал спускаться по лес-
 ва,в просветах над крышами,возникает голубая пустота,как	      нице.
 будто там море,но никакого моря там нет,там обрыв,неоглядно	       На площадке десятого этажа я увидел,что дверь в квартиру
 сине-зеленая пустота,сине-зеленое ничто,пропасть,уходящая в	      Кости Кудинова,поэта,настежь распахнута и из нее выдвигае-
 непроглядную глубину.						      тся обширная спина в белом халате. "Ну вот,опять",-подумал
  Бесконечная пустота слева и бесконечная твердь справа,по-	      я сразу же. И не ошибся. Костю Кудинова выносили на носилках,
 нять эти две бесконечности не представляется никакой возмо-	      и большой лифт был раскрыт,чтобы вместить его. Костя был
 жности. Можно только привыкнуть к ним. И они привыкают-люди,	      бледен до зелени,мутные глаза его то закрывались,то сходи-
 которыми я населил этот город на узком,всего в пять верст	      лись к переносице,испачканный рот был вяло распущен.
 уступе между двумя бесконечностями. Они попадают сюда по до-	       Мне показалось вначале,что Костя пребывает без сознания,
 брой воле,эти люди,хотя и по разным причинам. Они попадают	      и я не могу сказать,чтобы зрелище это горько потрясло меня
 сюда из самых разных времен и еще более разных обстоя-		      или хотя бы расстроило. Мы с ним были всего лишь знакомые-
 тельств,их приглашают в город называющие себя Наставниками	      соседи по дому и члены одной писательской организации,впо-
 для участия в некоем эксперименте,ни смысла,ни задач кото-	      лне многочисленной. Как-то десяток лет назад во время какой-
 рого никто не знает и знать не должен,ибо эксперимент есть	      то кампании он публично выступил против меня-вздорно,конеч-
 эксперимент,и знание его смысла неизбежго отразилось бы на	      но,выступил,однако довольно едко. Правда,он потом принес из-
 его результате... У меня их миллион в моем городе-беглецов,	      винения,сказавши,что спутал меня с другим Сорокиным,с Соро-
 энтузиастов,фанатиков,разочарованных,равнодушных,авантюрис-	      киным из детской секции,так что с тех пор мы при встречах
 тов,дураков,сумасшедших,целые сонмища чиновников,вояк,фер-	      приветливо здороваемся,обмениваемся слухами и досадуем,что
 меров,бандитов,проституток,добропорядочных буржуа,работяг,	      никак не удается собраться и посидеть. Но в остальном он был
 полицейских,и неописуемое наслаждение доставляет мне управ-	      мне вообще-то никем,и вдобавок,поглядев на него,решил было
 лять их судьбами,приводить их в столкновение друг с другом	      я,что он попросту опять набрался сверх своей обычной меры.
 и мрачными чудесами эксперимента. Я,наверное,никогда не за-	      Словом,если бы все это было предоставлено равнодушной при-
 кончу эту вещь,но я буду ее писать,пока не впаду в маразм,	      роде, Костю Кудинова,поэта,должны были бы сейчас занести в
 а может быть,и после этого. Клянешься ли  ты и далее писать	      приготовленный лифт,створки бы сдвинулись,скрыв его от мо-
 и придумывать про город до тех пор,пока не впадешь в полный	      их глаз,я уточнил бы у врача,что же все-таки произошло,а
 маразм,а может быть и далее? А куда мне деваться? Конечно,
 клянусь,сказал я и раскрыл рукопись.                      

 
 			25								      28
 вечером рассказал бы об этом небольшом происшествии кому-	       -Пропуск,-сказал он.
 нибудь в клубе. 						       Я сказал,что пропуска у меня нет. Это признание подтвердило
  Но тот,кому надлежит ведать моей судьбой,был,оказывается,	      самые худшие его опасения. Словно с утра еще его предупреди-
 еще полон сил.							      ли,что полезет один без пропуска,так вот его ни в коем слу-
  -Феликс!-произнес Костя таким отчаянным голосом,что сани-	      чае пускать нельзя. Он выбрался из-за стола,выдвинулся в ко-
 тары враз остановились,ожидая продолжения.- Сам бог тебя ко	      ридорчик и загородил собой турникет. Я принялся ныть и клян-
 мне послал, Феликс...						      чить. Чем жалобней я ныл,тем непреклоннее становился жесто-
  Тут глаза его закатились,и он умолк. Но едва санитары,не	      кий старик,и длилось это до той минуты,пока я не осознал,
 дождавшись продолжения,стронулись с места,как он заговорил	      что передо мной непреодолимое препятствие,а потому можно с
 снова. Говорил он сбивчиво,не очень внятно,срываясь с хрипа	      легким сердцем гнать отсюда прямо в клуб. Я с наслаждением
 на шепот,и все требовал,чтобы я записывал,и я,конечно,пос-	      обозвал старикашку древней гнидой и,очень довольный,повер-
 лушно раскрыл папку,достал авторучку и стал записывать		      нулся и вышел.
 на клапане: "М.Сокольники,Богородское шоссе,авт.239,инсти-	       Ах,не тут-то было!
 тут, Мартинсон Иван Давыдович. Мафусаллин". То есть мне предс-	       -Не пускает,-утвердительно рпоизнес мужчина в шапке с зад-
 тояло сейчас переться на противоположный край Москвы,отыс-	      ранными ушами.
 кать где-то на Богородском шоссе какой-то неведомый инсти-	       -Гнида старая,персидская,-обьяснил я ему.
 тут,в институте добраться до некоего Мартинсона и попросить	       И тогда мужчина,которого никто об этом не просил,с большой
 у него для Кости этого самого мафусаллина. ("Хоть две-три	      охотой рассказал мне,что через проходную нынче никто не хо-
 капли... Мне не полагается,но все равно пусть даст... Помру	      дит,не пускают никого через проходную,а ходят нынче все
 иначе...") Затем створки лифта сдвинулись,и я остался на	      сквозь забор,в ста шагах отсюда есть в заборе дыра,через
 площадке один.							      нее все нынче и ходят,потому что кому это охота по Богоро-
  Буду совершенно откровенен. Не было у меня совсем ни жалос-	      дскому вдоль забора три версты крюка давать,а так ты сквозь
 ти какой-либо,ни тем более желания проделывать эти сложней-	      забор,через территорию и снова сквозь забор,и ты у винного.
 шие эволюции в пространстве и в моем личном времени. С какой	       Что мне оставалось делать? Я поблагодарил доброго человека
 стати? Кто он мне? Полузнакомый упившийся поэт! Да еще высту-	      и в точности последовал его указаниям. От пролома в заборе
 павший против меня-пусть по ошибке,но ведь против,а не за!	      через занесенную снегом огромную территорию вела хорошо
 Я бы,конечно,никуда сейчас не поехал,в том числе и на Бан-	      утоптанная дорожка. Справа от дорожки громоздилась какая-то
 ную,слишком все это меня расстроило и раздражило. Но тут из	      законсервированная стройка,а слева возвышался пятиэтажный
 Костиной квартиры вышел и встал рядом со мною у двери врач,	      корпус белого кирпича с широкими школьными окнами. Видимо,
 добрый доктор Айболит с незакуренной "беломориной" в углу	      это и был собственно институт. К нему от дорожки ответвля-
 рта. И я спросил его,что с Костей,и он ответил мне,что у Ко-	      лась тропа,тоже хорошо утоптанная.
 ти подозрение на ботулизм,тяжелое отравление консервами. Я	       У входа в институт (широкое низкое крыльцо,широкая засте-
 испугался. Я сам травился консервами на Камчатке,чуть богу	      кленная дверь под широким бетонным козырьком) трое мужчин,
 душу не отдал.							      опять-таки без пальто и в шапках с задранными ушами,вскры-
  Створки лифта раздвинулись,мы с врачом вошли,и я спросил,	      вали контейнер,заляпанный иностранными надписями. Я миновал
 сверившись с записью на клапане папки,поможет ли Косте этот	      их,поднялся по ступенькам и вступил в вестибюль.
 самый мафусаллин. Врач непонимающе на меня взглянул,и я про-	       Это было обширное помещение,залитое светом ртутных ламп,
 читал ему по слогам: ма-фу-сал-лин. Однако врач ничего про	      и было в нем полно людей,которые,по-моему,ничем не занима-
 мафусаллин не знал,и я сделал вывод,что это лекарство новое	      лись,а только стояли кучками и курили. Наученный горьким

 
 			29								      32
 опытом,я никого ни о чем не стал спрашивать,а двинулся пря-	      долговязые сомкнулись,и мой наблюдатель исчез из виду.
 мо к гардеробу,где разделся,держа на лице хмуро-озабоченное	       Мне показалось,что глядел он на меня неприлично вниматель-
 выражение и стараясь выставлять напоказ свою папку.		      но,словно у меня было что-то не в порядке с одеждой или ли-
  Потом я причесался перед зеркалом и поднялся по лестнице	      цо испачкано. На всякий случай я даже проверил,не не нахло-
 на второй этаж. Почему именно на второй-я обьяснить бы не	      бучил ли второпях шапку задом наперед. Впрочем,когда через
 сумел,да и не спрашивал никто у меня обьяснений по этому	      минуту между долговязыми вновь образовался просвет,мой на-
 поводу. Здесь тоже пол был покрыт плиткой,тоже сияли ртутные	      блюдатель мирно дремал,сложив на животе руки-средних лет
 лампы,и тоже стояли кучками люди с сигаретами. Я высмотрел	      мужчина,очки в металлической оправе и клетчатое пальто,ка-
 молодого человека,стоявшего отдельно. У него тоже было хму-	      кое было в моде несколько лет назад. Помнится,поражали та-
 ро-озабоченнон выражение лица,и я подумал,что уж он-то не	      кие пальто мое воображение тем,что их можно было носить и
 станет выяснять,кто я,зачем я здесь и имею ли я право.		      на левую сторону тоже:с одной стороны,например,они Были чер-
  Я не ошибся.он рассеянно,даже не глядя на меня,обьяснил,	      ные в серую клетку,а навыворот-серые в черную.
 что Мартинсон скорее всего у себя в нужнике,это на третьем	       Мимолетный эпизод этот отвлек меня все-таки от гастрономи-
 этаже сразу за скелетами направо,а номер нужника-тридцать	      ческих видений,и я  вспомнил почему-то,как лежал в больнице
 семь.								      и целый месяц меня кормили чудовищно пресной,нарочито выва-
  Никаких скелетов я на третьем этаже не обнаружил,не знаю,	      ренной пищей,от которой взяла меня такая тоска,что врачи в
 что имел в виду молодой человек с образной речью. А нужник	      конце концов разрешили Катьке принести мне холодного цы-
 номер тридцать семь оказался большой,очень светлой комна-	      пленка табака. О том,что предстоит в этом смысле отравленно-
 той. Было там множество стекла и мигающих огоньков,на экра-	      му Косте,страшно подумать. Да и некогда мне было думать об
 нах,как и положено,змеились зеленоватые кривые,пахло искус-	      эих вещах,потому что поезд остановился на "Кропоткинской",
 ственной жизнью и разумными машинами,а посередине комнаты,	      и я заторопился к выходу.
 спиной ко мне,сидел какой-то человек и громко разговаривал	       Подслеповатая дежурная в дверях клуба потребовала,чтобы я
 по телефону.							      предъявил писательский билет,и в который раз я попытался
  -Брось!-гремел он.- Какой закон? Напирай плотней! Оставь!	      втолковать ей,что вот уже четверть века состою в писателях
 При чем здесь Ломоносов-Лавуазье? Главное,напирай плотней!	       и по крайней мере пять лет прохожу в клуб мимо нее,старой
  Потом он бросил трубку,повернулся ко мне и рявкнул:		      кочерыжки. Она не поверила ни единому моему слову,но тут дя-
  -В местком,в местком!						      дя Коля прогудел из недр гардероба: "Свой,свой, Марья Тимофе-
  Я сказал,что мне нужен Иван Давыдович. Он налился кровью.	      евна!",и я был пропущен.
 Был он огромен,плечист,с могучей шеей и с всклокоченной пе-	       Беседуя с дядей Колей о погоде,я нарочито неторопливо ра-
 гой шевелюрой.							      зоблачился,взял с барьера листок клубной газеты,оставив
  -Я сказал-в местком!-гаркнул он.- С трех до пяти! А здесь у	      вместо него монетку,причесался и расчесал усы,раскланиваясь
 нас разговора не будет,вам ясно?				      с отражениями знакомых,возникавшими в глубине зеркала,а за-
  -Я от Кости Кудинова,-произнес я.		      		      тем продолжая раскланиваться,наполняясь теплым ощущением
  Он как бы споткнулся.		 				      уюта,отстраняясь от всего неудобного и тревожного,бодро за-
  -От Кости? А в чем дело?					      шагал в ресторанную залу.
  Я рассказал. Пока я рассказывал,он встал,обошел меня и пло-	       А далее все получилось по программе,с тем только отклоне-
 тно закрыл дверь.						      ем,что не оказалось соленых груздей. Когда я доедал солянку
  А вы,собственно,кто такой?-спросил он. Краска ушла с его	      к столику моему начала прибиваться обычная компания. Первым
 лица,и теперь он был скорее бледен. В глаза он мне не смот-	      был Гарик Аганян,у которого через час начинался ихний семи-
 рел.

 
 		33									      36
 нар. Двух слов мы сказать не успели,как из-за столика в да-	      зное. Я отхлебнул пива и стал размышлять о том,что ничего на
 льнем углу поднялся и приблизился к нам,хромая, Жора Наумов.	      свете придумать нельзя. Придумано уже все. Я вспомнил,как лет
 Выяснилось,что нынче утром он забежал в Москву по дороге	      пятнадцать назад покойный Анатолий Ефимович однажды разотк-
 из Краснодара в Таллин. Виды на урожай на юге,оказывается,	      ровенничался и рассказал мне замысел свроей новой комедии.
 хорошие,а что до остального,то оно,как всегда,в руках бо-	      Дело у него там происходило в писательском доме творчества,
 жьих. И тут же возник на нашем горизонте Валя Демченко,дер-	      и вот какой-то изобретатель приволакивает туда свой фантас-
 жа под мышкой новую трость с рукояткой в виде львиной лапы.	      тический аппарат... Как же он его называл? Ужасно неуклюже,
  Мы обсудили эту трость,поговорили об урожае озимых,и о 	      помнится... Да! "Изпитал"! "Измеритель писательского талан-
 прошлогоднем нашествии филоксеры; Гарик,чертя вилкой по ска-	      та". Писатели сначала по глупости своей радуются-наконец-то
 терти,обьяснил нам,как надлежит понимать появившуюся в це-	      все узнают,что Иванов дерьмо,а я гений. Но потом,когда маши-
 нтральной прессе заметку под названием "Дыра во вселенной",	      на стала дарить их обьективной истиной... В общем,машину
 а потом я рассказал про мои с Костей Кудиновым сегодняшние	      они,кажется,разнесли по винтикам,а на изобретателя сообща
 беды.								      написали донос со всеми вытекающими последствиями... И как
  Это мое сообщение вызвало реакцию вялую и не вполне мною	      же был огорчен Анатолий Ефимович,когда я,извиняясь и опра-
 ожидаемую. Гарик пробормотал пренебрежительно: "Ничего,вып-	      вдываясь,дал ему прочесть "Мензуру зоили" Акутагавы,напи-
 лывет,дерьмо не тонет". Валя лениво процитировал старую,им	      анную еще в шестнадцатом году и изданную у нас на русском
 же самим о Косте придуманную хохму: "Вчера в Белом Зале по-	      языке в середине тридцатых! Ничего нельзя придумать. Все,что
 мощник председателя иностранной комиссии товарищ Кудинов	      ты придумываешь,либо было придумано до тебя,либо происходит
 принял группу писателей Парагвая за группу писателей Уруг-	      на самом деле.
 вая...". А Жора Наумов,разглядывая мир сквозь фужер с мине-	       Я стукнул кулаком по столику и,глядя Петеньке Скоробогато-
 ральной,пересказал нам выступление студента литинститута	      ву прямо в свинячьи его глазки,процитировал на весь зал:
 Кости Кудинова,в те поры румяного,задорного и непьющего,	      -"С тех пор ,как изобрели эту штуку,всем этим писателям и
 на общем собрании курса в памятном тысяча девятьсот сорок	      хдудожникам,которые торгуют собачьим мясом,а называют его
 девятом. Когда Жора закончил,все помолчали,а затем Валя с	      бараниной,-всем им теперь крышка!"
 интересом спросил: "Ну,и что же ты?".- "А что я?-агрессивно	       После чего встал и направился в вестибюль. Надо было все-
 произнес Жора.- Хотел ему морду набить,так ведь он был тог-	      таки позвонить и узнать,как там дела у Кости Кудинова,поэ-
 да здоровенный,штангист,разрядник,понимаешь,а у меня обе	      та,не загнулся ли он. А то я тут разговоры разговариваю с
 ноги прострелены,я тогда меж двух костылей болтался,как..."	      Петенькой Скоробогатовым,с Ойлом моим Союзным,а Костя меж-
 -"Но потом,-сказал Гарик,-когда ты без костылей заходил...	      ду тем ,может быть,концы отдает. Несправедливо.
 И вообще,в благословенном пятьдесят девятом... Он перед то-	      Трубку на Костиной квартире взяла его жена. Голос у нее был
 бой случайно не извинился?"- "А как же! Даже стихи мне посвя-	      ничего себе,довольно бодрый. Я представился и спросил:
 тил. В "Литературке". На манер Пушкина,про лицейскую друж-	       - Ну,как там Костя вообще?
 бу..."- "Пожалуй,будь себе татарин?..."-ядовито предположил	       - Ой,как хорошо,что вы позвонили, Феликс Александрович! Я
 Валя. Мы поржали-не очень весело,впрочем,и заговорили о сти-	      только что от него,только-только вошла... Феликс Алексан-
 хах,а потом разговор как-то незаметно перекинулся на Бан-	      дрович,он очень,очень просит,чтобы вы к нему зашли!
 ную.								       -Обязательно,-сказал я,-а как он вообще?
  Выяснилось,что все,кроме меня,на Банной уже побывали.		       -Да все обошлось,слава богу. Значит,вы зайдете?
  Дисциплинированный Гарик сходил туда сразу же,еще в октя-	       -Вообще-то...-промямлил я.- Завтра,пожалуй,в это время...
 бре. Абсолютно ничего интересного. Довольно убогая машина,мо-	       -Нет! Нет, Феликс Александрович,он просил - непременно се-

  			37								      40
 годня! Он так мне и сказал:позвонит Феликс Александрович,и	      бородок и был измазан манной кашей.
 ты ему скажи,чтобы он обязательно сегодня! Что очень сроч-	       Палата оказалась на шесть коек,и у окна кто-то лежал с ка-
 но,важно очень...						      пельницей,а больше в палате никого не было,все ушли смот-
  -Вообще-то ладно...-сказал я,и мы распрощались.		      реть хоккей.
  Никогда не надо делать добрые дела,думал я,возвращаясь в	       Увидев меня, Костя живо вскочил и так рьяно ко мне бросил-
 ресторан. Стоит только начать,и конца им не будет. Причем,	      ся,что я было ужаснулся:уж не хочет ли он меня обнять.одна-
 обратите внимание:ни слова благодарности. Целый день мотаюсь	      ко он ограничился пожатием и сердечным трясением руки моей.
 по Москве из-за этого симулянта,одного страха сколько нате-	      Он пожимал и тряс мою руку и говорил при этом,как заведен-
 рпелся,и вечером-пожалуйста,опять все сначала,тащись куда-	      ный,почему-то все оглядываясь на тело с капельницей. Он не
 то как верблюд и ни слова благодарности...			      давал мне сказать ни слова. Он рассказывал мне,как его сна-
  Гарика за столом уже не было,он ушел на свой семинар,а на	      чала рвало,а потом несло,как ему промывали сначала желу-
 его месте сидел Петенькин приятель. В лицо я его знаю,неско-	      док,а потом кишечник,как его кололи,как его массировали и
 лько раз мне его представляли,но как его зовут-я не помню,и	      как ему давали кислород. И все время при этом он оглядывался
 какое он имеет	отношение к литературе-представления не 	      и,наступая мне на ноги,оттеснял меня к двери.
 имею. По-моему,он целый день торчит в нашей бильярдной,вот и	      -Да что ты пихаешься?-сказал я,наконец ,уже в коридоре.
 все его отношения с советской литературой.			      -Пойдем присядем,-пригласил он.- Вон там, скамеечка под па-
  И еще,пока меня не было,появился за столом друг мой хоро-	      льмой.
 ий из соседнего подъезда Слава Крутоярский,тощий,темноли-	       Мы сели. В коридоре было совершенно пусто,только вдали де-
 цый,длинноволосый,облитый искусственным хромом и склонный	      журная сестра тихонько звякала пузырьками,а Костя все
 к теоретизированию.						      еще продолжал говорить,хотя уже и с меньшим возбуждением.
  -Что такое критика?-спрашивал он Жору Наумова,уже снявшего	      Его неистовую радость при встрече со мной я отнес за счет
 и повесившего на спинку стула свой мохнатый пиджак.- Причем	      эйфории от чувства благодарности и подумал,помнится: "Надо
 я говорю не об этой критике,что у нас сейчас,ты понимаешь	      же ,животное-а ведь чувствует!". И сейчас,ворвавшись в пер-
 меня?								      вую паузу,я осведомился:
  Слава всегда,через каждые две фразы осведомлялся у собесе-	      -Что,помогло ,значит?
 дника,понимает ли тот его.					      -Что именно?-спросил он быстро.
  Жора важно кивнул в знак того,что да,понимает;и задумчиво	      -Ну,этот твой... Мафусаил...
 кивнул Валя Демченко;и я на всякий случай кивнул,усаживаясь;	      -Да!-сдавленным от восторга голосом воскликнул он,снова
 и дружно закивали Петенька и его приятель,да так энергично,	      хватая меня за руку.- Да! Если бы не это... А тут,понимаешь,
 что привлекли общее внимание.					      сразу промывание желудка,под давлением,представляешь?
  -Критика-это наука,-продолжал Слава,глядя на Жору в упор.-	      Клизьму такую засадили,вредители! Знаешь,сегодня я только
 Как связать,соотнести истерику творца с потребностями обще-	      понял,какая это страшная пытка у инквизиторов была,когда
 ства,ты понимеш меня? Выявить соотношение между тяжкими му-	      воду закачиают... Веришь,у меня глаза на лоб полезли,впору
 чениями творца и повседневной жизнью социума-вот есть зада-	      к окулисту просится!..
 ча критики. Ты меня понимаешь?					       И он пустился по второму разу. При этом он острил-иногда
  Мысль эта показалась социуму настолько здравой и интерес-	      довольно удачно,вообще все пытался изобразить в юмористи-
 ной,что все принялись требовать друг у друга карандаш и бу-	      ческом плане,но чувствовалась за этим юмором нездоровая на-
 магу. Чтобы записать. Ни карандаша,ни бумаги ни у кого не 	      туга,и очень скоро мне пришло в голову,что никакая это не
 оказалось,подосвали Аленушку,выклянчили у нее огрызок кара-	      эйфория от благодарности,а бурлит это в нем,наверное,и из-

 
 			41								      44
 ливается сейчас наружу пережитый ужас смерти,и я совсем 	      ловек из метро-рыжая бородка,очки в блестящей металлической
 уже было вознамерился успокоительно похлопать его по коле-	      оправе,клетчатое пальто-перевертыш,-сидел себе одиноко на
 ну,как вдруг он оборвал себя и спросил почти шепотом:		      длинной белой скамье в почти пустом уже вестибюле больницы
  -Ты что так смотришь?						      в Бирюлеве и читал какую-то книжку.
  -Как?-я растерялся.- Как я смотрю?
 Взгляд его зигзагом пролетел по моему лицу и затем усколь-	       3
 знул куда-то во тьмы за пальмой.
  -Нет,никак...-уклонился он и снова стал смотреть на меня.	       Спал я скверно,душили меня вязкие кошмары,будто читаю я
 -А ты,я вижу,вдетый сегодня,а? Поддал,а? 			      какой-то японский текст,и все слова как будто знакомые,но
 -Было дело,-соврал я и ,не удержавшись,добавил:-если бы не	      никак не складываются они во что-нибудь осмысленное,и это
 ты,я бы и сейчас там сидел с удовольствием...			      мучительно,потому что необходимо,совершенно необходимо до-
 -Ну,ничего!-произнес он,делая легкомысленный жест.- Завтра-	      казать,что я не забыл свою специальность,и временами я на-
 послезавтра они меня отсюда выпихнут,и мы с тобой еще поси-	      половину просыпался и с облегчением сознавал,что это всего
 дим. Я тебе,знаешь,какого коньячку выставлю? Мне прислали с	      лишь сон,и пытался расшифровать этот текст в полусне,и сно-
 Кавказа...					  		      ва проваливался в уныние и тоску бессилия...
  И он стал рассказывать,какой коньячок ему прислали с Кав-	       Проснувшись окончательно,никакого облегчения я не ощутил.
 каза. Я его не слушал. Мне вдруг стало тошно. Эти стены белые,	      Я лежал в темной комнате и смотрел на потолок с квадратным
 этот запах-то ли карболки,то ли смерти,белый халат сестры,	      пятном света от прожектора,освещающего платную стоянку вни-
 маячащий вдали,опустошенные капельницы,выставленные у две-	      зу под домом,слушал шумы ранних машин на шоссе и с тоской
 рей палат... Больница,тоска,полоса отчуждения... Да какого	      думал о том,что вот такие длинные унылые кошмары принялись
 черта я здесь сижу? Не я же отравился,в конце концов!		      за меня совсем недавно,всего два или три года назад,а рань-
  -Слушай,-сказал я решительно.- Ты меня извини,но у меня,	      ше снились больше Амуры да Венеры. Видимо,это уже навалива-
 понимаешь,дочка должна прийти сегодня...			      лась на меня настоящая старость,не временные провалы в апа-
  -Да-да,конечно!-воскликнул он.- Иди! Спасибо тебе большое,	      тию,а новое,стационарное состояние,из которого уже не будет
 что пришел...							      мне возврата.
  Он встал. Я тоже встал-в полной уже растерянности. Некоторое	       Ныло правое колено,ныло под ложечкой,ныло левое предпле-
 время мы молчали,глядя друг другу в глаза. Я недоумевал,по-	      чье,все у меня ныло,и оттого еще больше было жалко себя. Во
 тому что никак не мог понять:неужели он с такой настойчиво-	      время таких вот приступов предрассветного упадка сил,кото-
 стью,через жену,через администратора,требовал меня сюда то-	      рые случались со мной теперь все чаще и чаще,я с неизбежно-
 лько для того,чтобы дважды рассказать во всех подробностях,	      стью начинал думать о бесперспективности своей: не было
 как ему промывали желудок и кишечник? Костя,казалось мне,	      впереди более ничего,на все оставшиеся годы не было впере-
 тоже почему-то пришел в смятение. Я видел это по его глазам.	      ди ничего такого,ради чего стоило бы превозмогать себя и
 И вдруг он спросил-опять же полушепотом:			      вставать,тащиться в ванную и воевать с неисправным смесите-
  -Ты чего?							      лем,затем лезть под душ уже без всякой надежды обрести хотя
  Это был совершенно непонятный вопрос. И я сказал осторожно:	      бы подобие былой бодрости,затем приниматься за завтрак... И
  -Да нет,ничего. Сейчас пойду.		  			      мало того,что противно было думать о еде: раньше после еды
  -Ну,иди,-пробормотал Костя.- Спасибо тебе...			      ожидала меня сигарета,о которой я начинал думать,едва про-
  Он пробормотал это тоже осторожно и как-то неуверенно,сло-	      драв глаза,а теперь вот и этого у меня нет...
 вно ждал от меня чего-то.

 
 			45								      48
  Ничего у меня теперь нет. Ну,напишу я этот сценарий,ну,при-	      быть бы сегодня хоть коробку шоколада для близнецов купить.
 мут его,и влезет в мою жизнь молодой,энергичный и непремен-	      или игрушки...
 но глупый режиссер и станет поучительно и в тоже время с	       Почувствовав себя на поверхности,я,не вставая,сделал нес-
 наглостью поучать меня,что кино имеет свой язык,что в кино	      колько физкультурных движений (более для проформы),кряхтя,
 главное-образы,а не слова,и непременно станет он щеголять	      поднялся и нашарил ногами тапочки. Процедура мне предстояла
 доморошенными афоризмами вроде: "Ни кадра на родной земле"	      такая: застелить постель,распахнуть настежь дверь в лоджию
 или "Сойдет за мировоззрение"... Какое мне дело до него,до	      и подвигнуться на свершение утреннего туалета. Однако поря-
 его мелких карьерных хлопот,когда мне наперед известно,что	      док был нарушен в самом начале. Едва я перебросил подушку в
 фильм получится дерьмовый и что на студийном просмотре я	      кресло,как задребезжал телефон. Я взглянул на часы,чтобы оп-
 буду мучительно бороться с желанием встать и обьявить:сни-	      ределить,кто звонит. Было семь тридцать четыре,и,значит,зво-
 мите мое имя с титров...					      нил Леня Шибзд.
  И дурак я,что этим занимаюсь,давно уже знаю,что занимать-	       -Здорово,-произнес он низким,подпольно-заговорщицким голо-
 ся этим мне не следует,но,видно,как был я изначально тор-	      сом.- Как дела?
 говцем псиной,так им и остался,и никогда уже не стану никем	       -Охайо,-отозвался я.- Боцубоцу-са. Аригато.
 другим,напиши я хоть сто "Современных сказаок",потому что-	       -А на каком-нибудь человеческом языке можешь?-спросил он.
 откуда мне знать: может быть,и синяя папка,тихая моя гор-	       -Могу,-сказал я с готовностью.- Эврисинг из окэй.
 дость,непонятная надежда моя,-тоже никакая не баранина,а та	       -Так бы сразу и сказал.-он помолчал.- Ну,а чем у тебя все
 же псина,только с другой живодерни...				      кончилось вчера?
  Ну,ладно,предположим даже,что это баранина,парная,первый	       -Ты о чем?-спросил я,насторожившись,потому что ни с того
 сорт. Ну и что? Никогда при жизни моей не будет это опубли-	      ни с сего мне вдруг вспомнился вчерашний человек в клетча-
 ковано,потому что не вижу я на своем горизонте ни единого	      том пальто-перевертыше.
 издателя,которому можно было бы втолковать,что видения мои	       -Ну,эти твои дела... Куда ты вчера там ездил?
 являют ценность хотя бы еще для десятка человек в мире,кро-	      Я,наконец,сообразил,что он спрашивает всего-навсего о визи-
 ме меня самого. После же смерти моей...			      те на Банную.
  Да,после смерти автора у нас зачастую публикуют довольно	       -М-мать...-сказал я.- Опять я папку где-то забыл!
 странные его произведения,словно смерть очищает их от зы-	       Я стал лихорадочно вспоминать,где я мог забыть папку с бе-
 бких двусмысленностей,ненужных аллюзий и коварных подтек-	      ссмертной пьесой о Корягиных,а он все бубнил. Он бубнил о
 стов. Будто неуправляемые ассоциации умирают вместе с авто-	      том,что есть слух,будто кто из писателей женат более трех
 ром. Может быть,может быть. Но мне-то что до этого? Я уже да-	      раз,того снимают с очереди на квартиру в новом писательском
 вно не пылкий юноша,уже давно миновали времена,когда я каж-	      доме,и будут предоставлять только освобождающуюся площадь.
 дым новым сочинением своим мыслил осчастливить или,по край-	      Леню Шибзда это задевало потому,что он был женат уже по че-
 ности,просветить человечество. Я давным-давно перестал пони-	      твертому разу.
 мать,зачем я пишу. Славы мне хватает той,какая у меня есть,	       -В ресторане я ее забыл!-проговорил я с облегчением.
 как бы сомнительна она не была,эта моя слава. Деньги добыва-	       -Кого?-спросил он,охотно прервавшись.
 ть проще халтурою,чем честным писательским трудом. А так на-	       -Папку!
 зываемых радостей творчества я так ни разу в жизни и не 	       -Какую?
 удостоился. Что же за всем этим остается? Читатель? Но ведь	       -Канцелярскую. Со шнурочками.
 я ничего о нем не знаю.это просто очень много незнакомых	       -А внутри?-напирал шибзд.
 и совершенно посторонних людей? Я ведь прекрасно сознаю:ис-	       -Слушай,-сказал я.- Отстань,а? Я только что встал,постель

                                                                                                        
 			49								      52
 еще не застелена...						      тобусы переполнены, в магазинах очереди, ясли на другом ко-
  -У меня тоже... Так ты был вчера на Банной?			      нце города, нужно быть очень молодым и очень беззаботным
  -Не был я на Банной! Не был!					      человеком, чтобы оказаться способным на любовь. А любят
  -А где ты тогда был?	  					      сейчас только пожилые пары, которым удалось продержаться
  Помыслить было страшно-рассказать Шибзду о вчерашних моих	      вместе четверть века, не потонуть в квартирном вопросе, не
 похождениях. И не только потому,что вдруг уставились на меня	      озвереть от мириад всеразъедающих мелких неудобств, полюбо-
 из вчерашнего дня двустволичьи глаза Ивана Давыдовича и до-	      вно поделить между собой власть и обязанности. Вот как Валя
 неслось ядовито-предостерегающее шипение Кости Кудинова,по-	      Демченко со своей Сонечкой. Но такую любовь у нас не приня-
 эта,и не потому даже,что ощущал я в этом всем какую-то па-	      то воспевать. И слава богу. Воспевать вообще ничего не на-
 кость,мерзость какую-то. Проще,много проще! Ведь Шибзд-это	      до. Костя Кудинов пакость воспевает. Или Ойло Союзное...
 человек,которого не интересует что. Его всегда интересует		- Однако все это философия, а не пора ли за работу? -
 почему. Он душу из меня живую вынет,требуя разьяснений,а вы-	      произнес я вслух.
 нув,затолкает ее обратно как попало,излагая свои собствен-	       	И я стал мыть посуду. Я не выношу, когда у меня в мойке
 ные чугунные версии,каждая из коих,как нарочно,обьясняет	      хоть одна грязная тарелка. Для нормальной работы необходи-
 один факт и противоречит всем прочим фактам...			      мо, чтобы мойка была пуста и чиста. Особенно, когда речь
  -Леня,-сказал я решительно.- Извини,в дверь звонят. Это я	      идет о работе над сценариями или над статьями. Я люблю пи-
 водопроводчика вызвал.						      сать сценарии. Из всех видов литературной поденщины мне бо-
  С тем,не слушая протестов,я повесил трубку.		  	      лее всего по душе переводы и сценарии. Может быть, потому,
  Вообще-то я люблю Леню Баринова. Более того,я его уважаю.и	      что в обоих этих случаях мне не приходится взваливать на
 прозвище такое я дал ему не за сущность его,а за наружность	      себя всю полноту ответственности.
 шибздик он-маленький,чернявенький,всегда чем-нибудь напуга-		Приятно все-таки сознавать, что за будущий фильм в конеч-
 нный. Пишет он мучительно,буквально по несколько слов в	      ном счете отвечает режиссер - человек, как правило, моло-
 день,потому что вечно в себе сомневается и совершенно иск-	      дой, энергичный, до тонкости понимающий, что кино имеет
 ренне исповедует эту бредовую идею хрестоматийного литера-	      свой язык и главное в кино - не слова, которые я сочиняю, а
 туроведения о том,что существует якобы одно-единственное	      образы, которые изобретает он. А если что-нибудь не так, он
 слово,точнее всех прочих выражающее заданную идею,и все 	      махнет рукой и скажет беспечно: "А, сойдет за мировоззре-
 дело только в том,чтобы постараться,напрячься,поднатужить-	      ние!" А что касается другого его афоризма - "Ни кадра на
 ся,не полениться и это одно-единственное слово отыскать,и	      родной земле", - то пусть-ка он попробует отснять кадры
 вот таким-то манером ты и создашь,наконец,что-нибудь дос-	      танковой атаки где-нибудь на елисейских полях! И фильм у
 тойное. 							      него, в конце концов, получится. Это будет не Эйзенштейн и
  И никуда не денешься:литературный вкус у него великолеп-	      не Феллини, конечно, но смотреть его будут, и я сам посмо-
 ный,слабости любого художественного текста он вылавливает	      трю не без интереса, потому что и в самом деле интересно
 мгновенно,способность к литературному анализу у него прямо-	      же, как у него получилась моя танковая атака.
 таки редкостная,я таких критиков и среди наших профессиона-	     	(Я человек простой, я люблю, чтобы в кино - но только в
 лов не знаю. И вот этот талант к анализу роковым образом 	      кино! - была парочка штурмбанфюреров СС, чтобы огонь велся
 оборачивается его неспособностью к синтезу,потому что сила	      по возможности из всех видов стрелкового оружия и чтобы
 писателя,на мой взгляд,не в том,чтобы уметь найти единст-	      имела место хор-р-рошая танковая атака, желательно масси-
 венно верное слово,а в том,чтобы отбросить все заведомо 	      рованная... Киновкусы у меня самые примитивные, такие, что
 неверные. А Леня,бедняга,сидит и день за днем мучительно,до	      Валя Демченко называет их совокупность инфантильным мили-
 								      таризмом.)


 			53								      56
   Я сел за машинку и писал, почти не прерываясь, два с		      блен в наше село. Докладчик с непроспанными глазами шумно
 лишним часа, пока не раздался снова телефонный звонок.		      восхищается этой любовью и пересказывает два блистательных
   Солнце давно уже било в комнату, и было мне жарко, и был	      сюжета из претендента. Едет мужик на подводе по лесу, и
 я в запале, и в телефонную трубку не сказал я, а рявкнул.	      вдруг - тигр. (Рязанская область, село Мясное.) Мужик - бе-
 Однако это оказался наш Федор Михеич, и мне, японисту, свя-	      жать. Тигр - за ним. Мужик залез за ним по шею в прорубь, а
 то соблюдающему принцип "сяо", немедленно пришлось взять	      тигр сел на краю и всю ночь над ним всхрапывал, а потом
 тоном ниже.							      оказалось, что тигр бежал из зоопарка, но без людей не мо-
   Слава богу, разговор пошел вовсе не о Банной. Михеич ос-	      жет, вот и привязался к мужику... Всеобщее восхищение, до-
 ведомился, известно ли мне о конфликте между Олегом Ореши-	      бродушный смех, одобрительные возгласы. Следует второй сю-
 ным и Семеном Колесниченко. Мне потребовалось несколько 	      жет: мужик пришел к врачу с жалобой на внутреннюю болезнь,
 секунд, чтобы переключиться, а затем я сказал, что да,		      а врач попросил его принести анализы. Мужик же решил, что с
 знаю я об этом конфликте, была у нас такая склока на при-	      него требуют взятку, и написал в прокуратуру. Однако ока-
 емной комиссии в прошлом месяце. Тогда Михеич сообщил, что	      зался рак, врач его успешно оперирует, мужик спасен, но тут
 Орешин подал на Колесниченко жалобу в секретариат и что 	      прямо в операционную приносят повестку из прокуратуры...
 он, Михеич, хотел бы знать мое, Сорокина, мнение по этому	      Снова восхищение и одобрительные возгласы, один из лейб-
 конфликту.							      гвардейцев плачет от смеха, уткнувшись лицом мне в плечо.
   - Дурак он и склочник, этот Орешин, - ляпнул я, не сдер-	      Второй докладчик растроганным голосом читает из претендента
 жавшись, в который уже раз позабыв твердое свое решение 	      описание сельской местности; восхищение и одобрение преоб-
 никогда не вмешиваться, не впутываться и не вступаться. 	      ражаются в громовое сюсюканье и водопадные всхлипывания,
   Михеич сурово указал мне, что это не ответ, что от меня	      после чего претендента опять-таки проваливают, но уже при
 ждут не брани-ругани, что от меня ждут объективного мнения	      трех "за". Все смущены. Лейб-гвардеец объясняет мне: "Ну,
 по конкретному делу.						      не знаю. Я как был "за", так и голосовал "за"...".
   Ну, какое объективное мнение могло быть у меня по этому		Потом принимаются за бывшего министра коммунального хо-
 делу? На прошлом заседании приемной комиссии этот Олег		      зяйства одной южной республики, выпустившего в подарочном
 Орешин, холеный и гладкий мужчина лет пятидесяти, в отлич-	      издании роскошный том - что-то вроде "Развития прачечного
 но сшитом костюме, сверкая запонками, толстым кольцом и 	      дела от царицы Тамары до наших дней".
 золотым зубом, потребовал вдруг слова и провозгласил жало-		Тут размышления мои вновь были прерваны телефонным звон-
 бу на прозаика Семена Колесниченко, который совершил злос-	      ком . Федор Михеич произнес озабоченно:
 тный плагиат. У кого? Да у него, Олега Орешина, поэта-бас-		- Извини, Феликс Александрович, что я опять тебя отры-
 нописца, члена приемной комиссии, лауреата специальной		      ваю... Ты как вчера - на Банной был?
 премии журнала "Станкостроитель". Он, Олег Орешин, два го-		- Да, - сказал я. - А как же... Все отвез в лучшем виде.
 да назад опубликовал в упомянутом журнале сатирическую ба-		- Ну, спасибо. Тогда у меня все.
 сню "Медвежьи хлопоты". Каково же было его, Олега Орешина,		Федор Михеич повесил трубку, а я встал из кресла и пошел
 изумление, когда буквально на днях в декабрьском номере 	      прямо в прихожую надевать башмаки. И только уже одевшись,
 журнала "Надежный транслятор" он прочитал повесть "Поезд	      обмотавшись шарфом и напялив шапку, перчатки уже натянув и
 надежды", переведенную с иврита, в точности повторяющую 	      даже взявшись уже за барабанчик замка, вспомнил я, слава
 всю ситуацию, весь сюжет и всю расстановку действующих лиц	      богу, что подопытная-то рукопись моя осталась вчера в клу-
 его, Олега Орешина, басни "Медвежьи хлопоты"! Пораженный,	      бе... И если я сейчас заеду за нею в клуб...
 он предпринял самостоятельное расследование и установил,		Я вернулся в комнату, кряхтя, достал наугад какую-то пап-

 
 			57								      60
 ку потоньше из малого архива, что у меня под столом (черно-	      речи, я уже зашел слишком далеко. Логически рассуждая, ос-
 вики переводов, вторые экземляры аннотаций на японские па-	      тавалось только одно: ждать, уповая на то, что нет собра-
 тенты, черновики рецензий и прочая макулатура), обвязал ее	      ний, которые длились бы вечно.
 для прочности веревочкой, кое-как засунул в карман куртки		Придя к такому выводу, я сразу подумал о буфете. Где-то
 коричневый конверт без обратного адреса (прочитать по доро-	      даже и пиво. Я поглядел на часы. Без десяти три было на
 ге) и вышел вон.						      моих, и если буфету вообще суждено было сегодня открыться,
   Дом на Банной оказался серый, бетонный, пятиэтажный. Ле-	      то скорее всего через десять минут. Десять минут можно бы-
 вое крыло его было обстроено лесами, леса же были забиты	      ло и перетерпеть. Я перенес тяжесть тела на одну ногу,
 снегом и пусты. Средняя часть фасада выглядела достаточно	      уперся плечом в косяк и стал слушать.
 свежо, а правое крыло впору было уже снова ремонтировать.	     	Очень скоро я понял, что присутствую на товарищеском су-
 Подъезд  был один - посередине фасада. Дверной проем был	      де. Обвиняемый, некий Жуковицкий, взял манеру делать не-
 широкий и, по замыслу архитекторов, должен был пропускать	      счастными молодых сотрудниц своего отдела. Вначале это
 одновременно шесть потоков входящих и исходящих, однако,	      сходило ему с рук, но после третьего или четвертого случая
 как водится, из шести входных секций функционировала лишь	      терпение общественности лопнуло, преступления возопили к
 одна, прочие же были намертво заперты, а одна даже забита	      небесам, а жертвы возопили к месткому. Обвиняемый, наглой
 досками, кокетливо декорированными под палитру неряшливого	      красоты мужчина в сверкающей хромовой курточке, сидел, на-
 живописца. И, как водится, справа и слева от дверного прое-	      бычившись, на отдельном стуле слева от президиума и вид
 ма красовались разнокалиберные стеклянные вывески с назва-	      являл упорствующий и нераскаянный, хоть и покорный судьбе.
 ниями учреждений, так что вовсе не сразу обнаружил я скром-	       	В общем, дело показалось мне пустяковым. Ясно было, что
 ную вывеску с серебряной надписью: "Институт лингвистичес-	      вот сейчас кончит болтать член месткома, затем вылезет на
 ких исследований АН СССР".					      трибуну зав. отделом и распнет подсудимого на кресте об-
   Не без труда протиснувшись через функционирующую секцию,	      щественного порицания, и тут же, без перехода, попросит
 я некоторое время блуждал среди темных кулис в толпе таких	      суд о снисхождении, потому что в отделе у него одни девы и
 же бедолаг, как я. Здесь было темно, тревожно, а под ногами	      каждый сотрудник-мужчина на вес золота; потом председа-
 намесили столько снегу, что из опасения упасть мы все при-	      тельствующий в краткой энергичной речи подведет черту, и
 держивались друг за друга.					      все ринутся в буфет.
   Вырвавшись, наконец, на оперативный простор, я оказался		Ожидая этого неминуемого, как мне казалось, развития со-
 перед широчайшей лестницей, которая возвела меня в огромный	      бытий, я принялся разглядывать лица - любимое мое занятие
 круглый зал высотой во все пять этажей. Середина этого зала	      на собраниях, совещаниях и семинарах. И уже через минуту,
 была разгорожена на многочисленные деревянные клетушки, 	      к изумлению своему, обнаружил в пятом ряду, прямо напротив
 сверху, через решетчатую стеклянную крышу, просачивался се-	      президиума, шелушащуюся ряжку Ойла моего Союзного, Петень-
 ренький дневной свет, слева от меня стеклянный киоск торго-	      ки Скоробогатого, и унылый профиль его дружка - бильярдис-
 вал изопродукцией, а справа продавали жареные пирожки и би-	      та. Оба имели такой вид, словно сидят здесь с самого нача-
 сквит с повидлом.						      ла, прочно и по праву. Бильярдист сидел смирно и только
   Куда идти дальше, я даже представить себе не мог, а когда	      лупал глазами на президиум: видно, зеленое сукно скатерти
 попытался выяснить это у тех, с кем плечом к плечу проры-	      вызывало в нем приятные ассоциации. Ойло же Союзное был
 вался через кулисы, оказалось, что все они пришли сюда за	      невероятно активен. Он поминутно поворачивался к соседке
 бисквитом - кроме одного старичка, которого послали за пи-	      справа и что-то ей втолковывал, потрясая толстым указа-
 рожками.							      тельным пальцем; потом всем корпусом устремлялся вперед,

 
 			61								      64
 всовывая голову свою между головами соседей впереди и		      воблудие.Я видел,что это выражение их покоробило.  Очень сухо
 что-то втолковывал им, причем приподнятый толстый зад его	      они обьяснили мне,что собрание сейчас в самом разгаре и
 совершал сложные эволюции; потом, словно бы вполне удовле-	      вряд ли окончится раньше конца работы. Потом один из них
 творенный понятливостью собеседников, откидывался на спин-	      догадался:"Вы писатель,наверное?"-"Увы",-сознался я. "А как
 ку своего стула, скрещивал руки на груди и, чуть повернув	      ваша фамилия?"-с юношеской непосредственностью осведомился
 ухо, благосклонно выслушивал то, что принимались шептать	      другой. "Тургенев",-сказал я и пошел домой.
 ему соседи сзади.						       Проклиная по дороге все собрания самым страшным прокляти-
   С трибуны неслось:						      ем,я зашел на Петровке в игрушечный магазин,купил близне-
   -...и в такие дни, как наши, когда каждый из нас должен	      цам-бандитам по автомобилю и вступил в свою квартиру уже
 отдать все свои силы на развитие конкретных лингвистичес-	      вполне в духе. На кухне шуровала Катька. Мой изголодавшийся
 ких исследований, на развитие и углубление наших связей со	      нос пришел в восторг и немедленно сообщил этот восторг все-
 смежными областями науки, в такие дни особенно важно для	      му моему организму:на кухне тушилось мясо по-бургундски.
 нас укреплять и повышать трудовую дисциплину всех и каждо-	       Пока я раздевался, Катька вылетела из кухни,подставила мне
 го, морально-нравственный уровень каждого и всех, духовную	      горячую щеку и,держа лоснящиеся от готовки руки,как хирург
 чистоту, личную честность...					      перед операцией,с ходу принялась возбужденно мне рассказы-
   - И животноводство! - вскричал вдруг требовательно Пе-	      вать что-то о своих делах на службе.
 тенька Скоробогатов, вскинув вперед и вверх вытянутую руку	       Сначала я слушал ее вполслуха,потому что уже в который раз
 с указательным пальцем. 					      поразился:такая хорошенькая,такая,черт подери,пикантная мо-
   По аудитории пронесся невнятный гомон. На трибуне смеша-	      лодая женщина,этакая гаврица-и неудачница! Как это может
 лись.								      быть? Нелепость какая-то. Всегда я считал,что женщина с изю-
   - Безусловно... Это бесспорно... И животноводство тоже..	      минкой просто обречена на успех,и вот на тебе... Тридцать
 Но что касается конкретно товарища Жуковицкого, то мы не	      лет. Двое детей. Первый муж растворился в воздухе. Второй муж
 должны забывать, что он наш товарищ...				      барахло,слизняк какой-то непросыхающий. На работе конфликты.
   Ай да Ойло Союзное! Нет, как хотите, а что-то человечес-	      Диссертация три года как готова,а защититься не может. Несо-
 кое, что-то такое с большой буквы в нем, безусловно, есть.	      образно все это,необьяснимо...
 Невзирая на его поросячьи, вечно непроспанные глазки. Не-	       Машинально я пошел за нею на кухню и вдруг осознал,что го-
 взирая на постоянный запах перегара, образующий как бы его	      ворит Катька какие-то странные вещи,непосредственно до меня
 собственную атмосферу. Невзирая на беспримерную бездар- 	      касающиеся.
 ность и халтурность его сочинений для школьников. Невзирая	       Оказывается,сегодня,после обеденного перерыва,ее вызвал к
 на его обыкновение подсаживаться без приглашения и нали-	      себе кадровик и устроил ей форменный допрос. Большей частью
 вать без спросу... (Впрчем, тут я не прав. Конечно, Ойло,	      вопросы были обыкновенные,анкетные,но между ними,как бы не-
 как правило, ходит без денег, потому что всегда в пропое.	      взначай,проскакивали вопросики,не лезущие ни к какие воро-
 Но уж когда у него есть деньги!.. Подходи любой, ешь-пей	      та. Чуткая Катька сразу же засекла их,не подавая виду,запо-
 до отвала и с собой уноси.) Он выдумщик, вот что его изви-	      мнила их и сейчас добросовестно,один за другим их переска-
 няет. Воплотитель в практику самых невозможных фантазий,	      зывала... С какого возраста она помнит своего отца,то есть
 какие бывают разве что в анекдотах.				      меня? Была ли когда-нибудь у него на родине,то есть в Ле-
 								      нинграде? Знает ли кого-нибудь из довоенных друзей отца?
  Однажды,в Мупашах,в Доме Творчества,дурак Рогожин публи-	      Встречался ли при ней отец с кем-нибудь из этих друзей? Рас-
 чно отчитал Ойло за повышение голоса в столовой,да еще вдо-	      сказывал ли ей отец о судьбе дома в Ленинграде,где вырос и

 
 			65								      68
 жил до войны?.. 						      все равно никто не умеет...
  Отбарабанивши все это,она замолчала и посмотрела на меня	       Дурак он,этот О.Орешин,вот что. Причем дурак не в обиход-
 выжидательно. Я тоже молчал,с ужасом чувствуя,как лицо мое	      ном,легком смысле этого слова,а дурак,как представитель
 заливается краской,а глаза уезжают в угол самым подозрите-	      особого психологического типа. Он среди нас как пришелец-
 льным образом. Ощущал я себя полным идиотом.			      инопланетянин:совершенно иная система ценностей,незнако-
  -Пап,ты,может быть,опять что-нибудь натворил?-спросила 	      мая и чуждая психология,иные цели существования,а то,что
 она,понизив голос.						      мы свысока считаем заскорузлым комплексом неполноценности,
  Она была напугана,а реакция моя на ее рассказ напугал ее	      болезненным отклонением от психологической нормы,есть на
 еще больше. Я же только сопел в ответ. Тысячи слов рвались у	      самом-то деле исходно здоровый костяк его миропонимания.
 меня с языка,но все они,как назло,были мелодраматические,	       -...а в противном случае никто из нас,честных писателей,
 фальшивые и предполагали жесты вроде простирания дланей,	      а ведь их большинство,колесниченки просто бросаются в гла-
 задирания очей горе и прочей шиллеровщины. Потом вдруг стра-	      за,а большинство все-таки составляют такие люди,как мы с
 шная мысль озарила меня:что,если "там" снова напечатали ме-	      вами,для которых главное-честный труд,тщательное изучение
 ня помимо ВААПА? Ну что за сволочи,в самом деле! И меня 	      материала,идейно-художественный уровень...
 прорвало:							       -И животноводство!-рявкнул я по наитию.
  -Чушь проклятая!-гаркнул я.- Не было ничего и быть не мог-	       Целую секунду,а может быть,и две трубка молчала. Затем Оре-
 ло! Что ты на меня глаза вытаращила? Ну,настучала какая-ни-	      шин произнес нерешительно:
 будь стерва... Мало ли что... Зачем он тебя вообще вызывал?	       -Животноводство? Да...животноводство-без всякого сомнения.
 Он тебе сказал,зачем он тебя вызывал?				      Но вы поймите, Феликс Александрович,какое обстоятельство для
  -Побеседовать,-сказала Катька.- Я может быть,в Гану поеду..	      меня здесь является самым важным...
  -В какую еще Гану? В Африку? А бандитов куда?	      		       И он затяну все сначала.
  Но у нее,оказывается,все было продумано. Бандитов забирает	       В общем,мы договорились с ним так,что я ознакомлюсь с этим
 Клара,квартиру она сдает Щукиным,собрания сочинений буду	      делом поближе:прочитаю басню,прочитаю повесть,побеседую с
 выкупать я. Мне все это дико не понравилось. Если бандиты бу-	      Колесниченкой,а уж потом мы созвонимся и возобновим этот
 дут у Клары,то как же я с ними буду видеться? Не желаю я	      интересный и полезный разговор.
 встречаться с Кларой и с ее генералом,не желаю выкупать со-	       Ф-фу! Я бросил трубку и наподобие счастливчика Джима,вско-
 брания сочинений... А потом-как же Альберт? Его тоже забира-	      чивши с ногами на диван,принялся яростно чесать у себя под
 ет Клара? Ах,мужа все равно переводят в Сызрань? Прелестно!	      мышками и корчить ужасные гримасы. Нет спасения,крутилось у
 Поздравляю! Опять двадцать пять по следам мамаши. Впрочем,	      меня в голове. Нет им спасения,повторял я,подпрыгивая и гри-
 дело твое. Но имей в виду,что в гане сейчас стреляют!		      масничая. Нет и не будет нам спасения ныне и присно,и во ве-
  Ну,она знает,как со мной обращаться. Пока я шипел и испаря-	      ки веков,аминь! Потом я запыхался,упал на диван спиной и
 лся,она ловко навалила мне полную тарелку мяса с грибами,	      разбросал руки крестом.
 тушеного в красном вине,и усадили за стол. Я крякнул,смягчи-	       Только сейчас я заметил,что в комнате совсем темно. Уже ве-
 лся,бросил на нее последний взгляд,полный родительского уп-	      чер,хоть и ранний,а все-таки вечер,и я не без грусти поду-
 река,и взялся за вилку. 					      мал,что всего несколько лет назад я в такую вот пору еще
  -А ты чего же?-как обычно,спохватился я с уже набитым ртом	      садился за машинку и набарабанивал две-три полноценные
  -А я уже,-как обычно,ответила она,встала коленками на стул	      страницы,а теперь амба,товарищ Сорокин,теперь ничего пу-
 и,отклячив круглую задницу,упершись локтями в стол,очень	      тного в такую пору вам уже не набарабанить,только настро-
 довольная,стала смотреть,как я ем.				      ение себе испортите,и все дела...

 
 			69								      72
  И снова зазвонил телефон. Я кряхтя поднялся и взял трубку.	       А потом грянули обзор Гагашкина и фельетон Брыжейкина в
 Я еще не успел осознать вспыхнувшую надежду,что это Рита,	      "Образцовом информаторе",и я приземлился в больнице,и тут
 Когда мужской голос тихо произнес:				      только начальственные благодетели мои спохватились,что на
  -Феликса Александровича,будьте добры.				      глазах у них режут хорошего человека,пусть даже и осту-
  -Я.				 				      пившегося по недосмотру,и взяли свои меры. Я не люблю
  После маленькой паузы голос спросил:				      вспоминать этот эпизод.
  -Простите, Феликс Александрович,вы получили наше письмо?	       Тогда я не читал еще "Марсианских хроник" и даже не
  -Какое письмо?						      слыхал,что такая книга существует. Я писал свои "сказки",
  -Э-э... Наверное,еще не дошло... Простите, Феликс Александро-	      представления не имея,что у меня получаются "Марсианские
 вич... Мы тогда позвоним через два дня... Простите... До сви-	      хроники" навыворот:цикл смешных и грустных историй о том,
 дания...							      как осваивали нашу землю инопланетные пришельцы. Главное
  И пошли короткие гудки.					      там для меня было-попытаться взглянуть на нас,на нашу
  Что за черт... Я торопливо перебрал в памяти письма послед-	      обыденную жизнь,на наши страсти и надежды со стороны,
 них дней и вдруг вспомнил про коричневый конверт без обрат-	      глазами чужаков,не злобных каких-нибудь чужаков,а про-
 ного адреса. Куда я его сунул? А! я его в карман куртки су-	      сто равнодушных,инакомыслящих и инакочувствующих. Получа-
 нул,да и забыл... Невнятное тоскливое предчувствие,которое	      лось,по-моему,ей-богу,забавно,только вот некоторые критики
 я ощутил давеча,обнаружив отсутствие обратного адреса,снова	      до сих пор считают меня ренегатом большой литературы,а
 овладело мною.							      некоторые читатели,оказывается,-одним из героев этой
  Я включил свет,сходил в переднюю за конвертом и,усевшись	      книги...
 за стол,стал разглядывать штемпеля. Ничего особенного в ште-	       Официант принес мне мясо в горшочке,я спросил еще одну
 мпелях не оказалось. Москва Г-69-где это?.. Бумага очень пло-	      бутылочку "пепси" и принялся есть.
 тная,на просвет не проглядывается,но на ощупь в конверте	       -Вы разрешите?-произнес негромкий хрипловатый голос.
 ничего,кроме письма,нет. Я взял ножницы и аккуратно,по само-	       Поднявши глаза,я увидел,что рядом стоит,положив руку на
 му краю,взрезал конверт. Внутри оказался второй,тоже тщате-	      спинку свободного стула,рослый горбун в свитере и потрепан-
 льно заклеенный,но уже вполне стандартный почтовый конверт	      ных джинсах,с узким бледным лицом,обрамленным вьющимися
 с картинкой. Адреса на нем не было,написано было только:	      золотистыми волосами до плеч. Без всякой приветливости я
 "Феликсу Александровичу Сорокину лично! Посторонним не		      кивнул,и он тотчас уселся боком ко мне-видимо,горб мешал
 вскрывать!".							      ему. Усевшись,он положил перед собой тощую черную папку и
  Я поймал себя на том,что сижу,выпятив губу,в полной нере-	      принялся тихонько барабанить по ней ногтями. Официант принес
 шительности. Телефонный звонок... "Мы позвоним..." Катькин	      мне "пепси" и выжидательно взглянул на горбуна. Тот пробормо-
 кадровик... Перспектива нести этот конверт куда следует и	      тал: "Мне то же самое,если можно...". Я доел мясо,взялся за
 давать какие-то обьяснения,в том числе и в письменном ви-	      стаках и тут заметил,что горбун,оказывается,пристально смо-
 де,навалилась на мою душу. А впрочем...			      трит на меня,а на красных длинных губах его блуждает улыбка,
  Я решительно взрезал и второй конверт. 			      которую я бы назвал любезной,не будь она такой нерешитель-
  В нем оказался листок почтовой бумаги с голубым обрезом.	      ной. Я уже знал,что он сейчас заговорит со мной,и он заго-
 Четким и даже красивым почерком черными чернилами написано	      ворил.
 там было следующее. Без обращения.				       -Понимаете ли,-сказал он,-мне посоветовали обратиться к вам.
  "Мы давно уже догадались,кто вы такой. Но не беспокойтесь.	       -Ко мне?
 Ваша судьба так дорога и понятна нам,что с нашей стороны	       -Понимаете ли,да. Именно к вам.

 
 			73							      76
  -Так,-сказал я,-а кто посоветовал?				       	 Конференц-зал на этот раз был пуст и погружен в полу-
  -Да вот...-он с готовностью принялся озираться,вытянув шею,	      тьму. Пройдя между рядами стульев,я добрался до двери под
 словно стремясь заглянуть через головы.- Странно,только что	      надписью "Писатели - сюда" и постучался. Никто мне не от-
 вон там сидел... Где же он?..				 	      ветил,и,осторожно отворив дверь ,я вступил в ярко освеще-
  Я смотрел на него. Был он весь какой-то грязноватый. Из ру-	      нное помещение вроде короткого коридора. В конце этого ко-
 кавов серого грязноватого свитера высовывлись грязноватые	      ридора имела место еще одна дверь,над которой красовался
 манжеты сорочки,и воротник сорочки был засален и грязен,и	      этакий светофорчик,вроде тех застекленнных штуковин,какие
 руки его с длинными пальцами были давно  не мыты,как и зо-	      обыкновенно бывают над входом в рентгеновский кабинет.
 лотые волнистые волосы,как и бледное худое лицо с белобры-	      верхняя половина светофорчика светилась,демонстрируя над-
 сой щетинкой на щеках и подбородке. И попахивало от него 	      пись "Не входить!". Нижняя была темная,однако и на ней
 птичьим двором,этакой неопрятной кислятинкой. Странный он	      можно было без труда различить надпись "Входите". По пра-
 был тип:для бомжа выглядел слишком,пожалуй,респектабельно,	      вой стене коридорчика поставлено было несколько стульев,
 а для так называемого приличного человека казался слишком	      и на одном из них ,скрючившись в три погибели и опираясь
 уж опустившимся.						      ладонями на роскошный,хоть и потертый бювар,торчком по-
  -Ушел куда-то,-сообщил он виноватым голосом.- Да бог с ним...	      ставленный на острые коленки,сидел сам Гнойный Прыщ соб-
 понимаете,он мне сказал,что вы способны если и не поверить,	      ственной персоной.
 то,по крайней мере,понять.						 При виде его у меня,как всегда ,подступило к горлу,и,
  -Слушаю вас,-сказал я,откровенно вздохнув.	   		      как всегда,я подумал: "Это надо же,жив! Опять жив!".
  -Собственно... вот!-он двинул ко мне через стол свою		     	 Я поздоровался. Он ответил и пожевал провалившимся
 папку и сделал рукой жест,приглашающий папку раскрыть.		      ртом. Я сел за два стула от него и стал смотреть в стену
  -Извините,-сказал я решительно,-но чужих рукописей я не	      перед собой. Я ничего не видел,кроме основательно обшар-
 читаю. Обратитесь...						      панной стены,небрежно окрашенной светло-зеленой краской,
  -Это не рукопись,-сказал он быстро.- То есть это не то,что	      но я физически ощущал,как выцветшие старческие глазки
 вы думаете...							      внимательно и прицельно сбоку меня ощупывают,как идет в
  -Все равно,-сказал я.			  			      шаге от меня некая привычная мозговая работа - с машин-
  -Нет,пожалуйста...это вас заинтересует!-и,видя,что я не со-	      ной скоростью тасуются некие карточки,на которые зане-
 бираюсь прикасаться к папке,он сам раскрыл ее передо мною.	      сено все : был или не был,состоял ли,участвовал ли,все
  В папке были ноты.		    				      факты,все слухи,все сплетни и всевозможные интерпрета-
  -Послушайте...-сказал я.					      ции слухов,и необходимые комментарии к сплетням,и стро-
  Но он не стал слушать. Понизив голос и перегнувшись ко мне	      ятся какие-то умозаключения,и подбиваются некие итоги,
 через стол,он принялся рассказывать мне,мне,в чем,собственно,	      и формулируются выводы,которые,возможно,понадобятся
 дело,совершая ораторские движения кистью правой руки и обда-	      впредь.
 вая меня сложными запахами птичьего двора и пивной бочки.		 Я сознавал,конечно,что все это - мое воображение. Ста-
  А дело его ко мне состояло в том,что всего за пять рублей	      рая сволочь вряд ли даже знала меня,а если и знала,то
 он предлагал в полную и безраздельную собственность партиту-	      времена уже нынче не те,старый он уже,никому он теперь не
 ру труб страшного суда. Он лично перевел оригинал на совре-	      нужен и никому не опасен. Года не проходит,чтобы не про-
 менную нотную грамоту. Откуда она у него? Это длинная история,	      несся слух,будто он почил в бозе,он теперь более персонаж
 которую,к тому же,очень трудно изложить в общепонятных тер-	      исторических анекдотов,нежели живой человек,- гнойная тень,
 минах.он... Как бы это выразиться... Ну,скажем,падший ангел.	      протянувшаяся через годы в наше время.

 			77								      80
    Тут он заговорил. Голос у него был скрипучий и невнят-	      вало,и еще много раз будет, Мефодий Кирилыч...
 ный - наверное ,из-за плохого протеза. Однако я разобрал,	       -Да Вы понимаете ли что говорите?-спросил его Мефодий Кири-
 что он полагает нынешнюю зиму ненормально снежной,и еще 	      лыч с каким-то даже отчаянием.- Или,может,трубы страшного суда
 что-то о климате и погоде. Я кое-как ему ответил. В том же	      протрубили?
 духе.								       -Ни-ни-ни-ни-ни!-возразил Петенька.-Это я Вам просто гаранти-
    Этот мерзкий старик представился мне вдруг рудиментом	      рую. Никаких труб,кроме газовых,большого диаметра. Давайте-ка
 совсем другой эпохи. Или совсем других условий существо- 	      мы с Вами присядем, Мефодий Кирилыч,и маленько отдышимся...
 вания. Ты перешел улицу на краснй свет - и эта тварь от- 	       -Лично!..-проскрипел старик,послушно усаживаясь.- А впослед-
 кусывает тебе ноги. Ты вставил в рукопись неуместное сло-	      ствии сам читал...
 во - и тварь откусывает тебе руки. Ты выиграл по облига- 	       -Вы, Мефодий Кирилыч,строчки читали,а надо было между,-сказал
 ции - и тварь откусывает тебе голову. Ты абсолютно без-	      Петенька,нагло мне подмигивая.- Там,видимо,подтекст был,а Вы
 защитен перед нею,потому что не знаешь и никогда не уз- 	      его не уловили. Вот машина Вас и ущучила...
 наешь законов ее охоты и целей ее существования. У кого- 	       -Какой подтекст?Какая машина?Да Вы понимаете ли о чем я гово-
 то из фантастов - то ли у Ефремова,то ли у Беляева -		      рю,молодой человек?
 описан чудовищный зверь - гишу,пожиратель древних слонов	       Мне было тягостно и противно,я отвернулся и тут же заметил,
 доживший до эпохи человека. Человек не умел спастись от	      что на сфетофорчике горит теперь надпись "Входите". Как сомна-
 него,потому что не понимал его повадок,а не понимал по- 	      була,поднялся я с места и последовал приглашению.
 тому,что повадки эти возникли в те времена,когда челове-	       Мне и раньше приходилось бывать в вычислительных центрах,
 ка еще не было и быть не могло. И человек мог спастись от	      так что серые шершавые шкафы,панели,мигающие огоньками,прочие
 гишу только одним способом : объединиться с себе подоб- 	      экраны-циферблаты внимания моего в этой большой,ярко освещен-
 ными и убить... 						      ной комнате не привлекли. Гораздо страннее и интереснее пока-
    Мы поговорили о погоде. Потом,помолчав,опять поговорили	      зался мне человек,сидевший за столом,заваленным рулонами и
 о погоде. Потом он стал возмущаться - какое это безобра- 	      папками.
 зие - на третий этаж без лифта по винтовой лестнице. Я		       Был он,похоже,в моих годах,худощавый,с русыми,легко рассыпа-
 предпочел промолчать,эта  тема показалась мне скользкой.	      ющимися волосами,с чертами лица в общем обыкновенными и в то
    Года два назад Гарик Аганян пробивал в "Космосе"		      же время чем-то неуловимо значительными. Что-то настораживало
 свой сборник научно-фантастических рассказов. Какие-то		      в этом лице,что-то в нем такое было,что ощущалась потребность
 там приключения на ракете,которая движется быстрее ско- 	      внутренне подтянуться и говорить кратко,литературно и без
 рости света. Конечно, Гарик знал,что таких ракет нет и		      всякого ерничества. Был он в синем лабораторном халате поверх
 быть не может,он мне лично несколько раз это объяснял и 	      серого костюма,сорочка на нем была белоснежная,а галстук не-
 притом вполне доходчиво. Но зачем-то понадобилась ему та-	      броский,старомодный и старомодно повязанный.
 кая вот сверхсветовая ракета. Ну,научная фантастика,у них	       -Закройте,пожалуйста,дверь плотно,-произнес он мягким прият-
 там свои дела... Сборник и без того проходил туго,и вдруг	      ным голосом.
 каким-то неведомым образом рецензентом его оказался Гной-	       Я оглянулся и увидел,что очтавил дверь полуоткрытой,извинил-
 ный Прыщ. Тут вообще много загадок. Откуда в "Космосе"		      ся и прихлопнул створку. Затем я назвал себя. Что-то измени-
 взялся Гнойный Прыщ? А если уж взялся,то зачем ему пона- 	      лось в его лице,и я понял,что имя мое ему знакомо. Впрочем,
 добилось топить именно Гарика? А может ,и не Гарика,а ре-	      себя он не назвал и сказал только:
 дактора. Или,скажем,рекомендателей Гарика в наш союз...	       -Очень рад,если позволите,давайте взглянем,что вы нам при-
 								      несли. Пройдите сюда,присаживайтесь.

                                                        
 			81								      84
  В этих простых и даже,пожалуй,простейших,обыкновеннейших	      ваете, создана. И уже довольно давно. И вот когда она была
 словах его прозвучало,как мне показалось,какое-то превосход-	      создана, Феликс Александрович, возник другой вопрос, гораз-
 ство,притом настолько значительное,что я испытал вдруг потре-	      до более важный: да нужна ли кому-нибудь объективная цен-
 бность обьясниться,оправдаться,что я не манкировал,что так	      ность произведения? Чрезвычайно поучительна судьба первой
 уж сложились обстоятельства мои в последнее время,а вообще-	      действующей модели такой машины, а также ее изобретателя...
 то я уж был здесь вчера,буквально двадцать шагов не дошел до	      Простите, я вас не утомляю?
 его двери-опять же по причинам,от меня никак не зависящим.	      Жутковатое предчуствие уже овладело мною, и я поспешно за-
  Впрочем,этот приступ виноватой почтительности,острый,почти	      кивал, всем видом своим давая понять, что нисколько не
 физиологический,миновал быстро,и разумеется,я ничего такого	      утомлен и очень жду продолжения.
 ему не сазал,а просто прошел к его столу,положил перед ним	       И не обмануло меня прдчуствие. Он рассказал мне, как три
 свою папку,а сам сел в довольно удобное полукресло. Меня вдруг	      десятка лет назад молодой изобретатель-энтузиаст привез
 двинуло в противоположность,захотелось вдруг развалится и но-	      на мотоцикле в писательский Дом творчества в Кукушкине
 гу перекинуть через ногу,и,рассеянно озираясь по сторонам,	      свою первую модель "Изпитала"-"измерителя писательского
 изрыгнуть какую-нибудь фривольную банальность вроде: "А ниче-	      таланта"; и о том, как Захар Купидоныч без разрешения
 го себе живут ученые,лихо устроились!"				      подбросил в машину рукопись Сидора Аменподестовича и потом
  Но и такого,конечно,я ему ничего не сказал,и ногу на ногу	      с восторгом зачитал в столовой заключение "Изпитала", ни-
 задирать не стал,а сидел смирно,прилично,и смотрел,как он	      кого, впрочем, не удивившее; и о том , какая безобразная
 придвигает к себе мою папку,осторожно и аккуратно развязыва-	      драка произошла возле равнодушной машины между Фливием
 ет тесемки,а сам словно бы улыбается длинным тонким ртом и,	      Веспасиановичем и бестактным редактором издательства
 кажется,поглядывает на меня сквозь рассыпавшиеся волосы-то	      "Московский литератор"; и о том, как был безнадежно испор-
 ли с любопытством,то ли с ехидцей,но явно доброжелательно.	      чен юбилей Гауссианны Никифоровны, когда пропали даром сто
  Он раскрыл папку и увидел ноты. Брови его слегка приподня-	      семь порций осетрины на вертеле и филе по-суворовски, дос-
 лись. Бормоча неловкие извинения,я потянулся за проклятой пар-	      тавленные из клуба на персональном ЗИСе; и как Лукьян Любо-
 титурой,но он,не отводя взгляда от нотных строчек,остановил	      мудрович тщился подкупить изобретателя, чтобы тот подкрутил
 меня легким движением ладони. Несомненно,он-то умел читать	      что-нибудь в своем проклятом аппарате,-предлагал сначала
 нотную грамоту,и прочитанное,несомненно,заинтересовало его,	      ящик водки, потом деньги и, наконец, жилплощадь в одном из
 потому что,разрешив наконец мне изьять из папки манускрипт	      высотных зданий... Словом, о том, как восемь дней в Доме
 падшего ангела,он посмотрел на меня невеселыми серыми глаза-	      творчества в Кукушкине стоял ад кромешный, а в ночь на де-
 ми и произнес:							      вятый день машину разнесли в дребезги, а еще через день Ме-
  -Любопытные,надо вам сказать,бумаги попадаются в старых пап-	      фодий Кирилыч закончил эту историю в полном соответствии с
 ках у писателей...						      изчезнувшими правилами разрешения конфликтов.
  Я не нашелся,что ему ответить,да и не ждал он моего ответа,	       Жадно выслушав эту историю, я спросил, едва он замолчал:
 а уже бегло,но аккуратно перелистывал копии моих рецензий на	       -Значит и вы знали Анатолия Ефимовича?
 давно уже гниющие в редакционных архивах поделки из самотека,	       -Разумеется!-ответил он с некоторым даже удивлением.- А по-
 копии аннотаций на японские патенты,рукописи моих переводов	      чему вы сейчас о нем спомнили?
 из японских технических журналов и прочий хлам,оставшийся от	       -Ну, как же? Ведь все то, что вы мне  сейчас рассказали,
 тех моих тяжелых лет,когда меня перестали печатать и приня-	      это  замысел комедии, которую покойный Анатолий Ефимович
 лись поносить...						      хотел написать...
  Он листал,надеясь,видимо,отыскать в этой груде хлама что-ни-	       -А, да,-произнес он, как бы вспомнив.- Только он, знаете-

 
 			85								      88
 ли,не только хотел написать. Он и написал эту комедию. Он	      количество читателей данного текста.
 и себя там вывел - под другим именем, конечно. А в марте	       -Читателей текста...-заметил я с робкой мстительностью.
 пятьдесят второго года все это и произошло в Кукушкине...	       -Да-да,строгий стилист несомненно найдет это словосоче-
  Что-то резануло меня в этой последней фразе, но я уже за-	      тание отвратным,однако в данном случае "читатель текста"-
 цепился  за другую, как мне казалось, несообразность.		      это термин,означающий человека,который хотя бы один раз
  -Что значит - написал?- возразил я.- Мне Анатолий Ефимович	      прочитал или прочтет в будущем данный текст. Так что эта
 все это рассказывал буквально за месяц до кончины. Именно	      четверка-не какой-то там мифический индекс вашей, Феликс
 как замысел  комедии рассказывал..!				      Александрович,гениальности,а всего лишь наивероятнейшее
  Он усмехнулся невесело.					      количество читателей вашей рецензии,показатель нкчт,или
  - Нет, Феликс Александрович. Когда он вам это рассказывал,	      просто чт...
 пьеса уже четверть века как была написана. И лежала она в	       -А что такое эн-ка?-спросил я,чтобы что-нибудь сказать:
 трех экземплярах, отредактированная, выправленная, вполне	      голова у меня шла кругом.
 готовая к постановке, в ящике его стола. Помните его стол?	       -Нк-наивероятнейшее количество.
 Огромный, старинный, с множеством ящиков. Так вот слева,	       -Ага...-сказал я и замолчал было,но в голове моей тут
 в самом низу и лежала эта его комедия с неуклюжим названием	      на мгновение прояснело,и я вопросил с возмущением:-так
 "Изпитал".				 			      какое же отношение это ваше нкчт имеет к таланту,к способ-
  Он произнес это так веско и так в то же время грустно, что	      ностям,вообще к качеству данного,как вы выражаетесь текста?
 мне ничего другого не оставалось, как немного помолчать. И	       -Я предупреждал вас, Феликс Александрович,что мера эта име-
 мы помолчали, и он снова раскрыл мою папку и принялся пере-	      ет лишь косвенное отношение...
 листывать рукописи.						       -Да никакое даже не косвенное!-прервал я его,набирая обо-
  Я чувствовал легкую обиду на Анатолия Ефимовича, что не	      роты.- Количество читателей зависит прежде всего от тира-
 доверился он мне и не показал этот кусочек своей  жизни, а	      жей!
 ведь казалось мне, что он меня любит и отличает. Хотя, с	       -А тиражи?
 другой стороны, кто я ему был такой, чтобы мне доверять?	       -Ну,знаете,-сказал я,-уж вы то мне не рассказывайте! Уж мы-
 Бесед своих удостаивал в кухне за чаем, где принимал толь-	      то знаем,от чего,а главное- от кого зависят тиражи! Сколько
 ко близких, и на том спасибо... 				      угодно могу я вам назвать безобразной халтуры,которая вышла
  Но одновременно с легкой обидою испытывал я и удивление.	      полумиллионными тиражами...
 Удивляло меня не то, что Мензура Зоили, оказывается давно	       -Разумеется,разумеется, Феликс Александрович! Вы сейчас сов-
 уже изобретена и опробована. Меня удивляло, что я не испы-	      сем как этот ваш забинтованный Козлухин,почему-то упорно и
 тываю  по этому поводу удивления. Как-никак реальное су-	      простодушно связываете величину нкчт с качеством текста
 ществование такой машины опрокидывало многие мои представ-	      прямой зависимостью.
 ления о возможном и невозможном...				       -Это не я связываю,это вы сами связываете! Я-то как раз
  Наверное,все дело было в том,что сама личность моего собе-	      считаю,что никакой зависимости нет,ни прямой,ни косвенной!
 седника до такой степени выходила за рамки этих моих пред-	       -Ну как же нет, Феликс Александрович? Вот текст,-он двумя
 ставлений,что все остальное казалось мне странным и удиви-	      пальцами приподнял за уголок страничку злосчастной моей ре-
 тельным лишь постольку,поскольку было от нее производным.	      цензии,-показатель нкчт,как видите четыре. Есть возражения
 Мне ужасно хотелось спросить,а не он ли тот самый молодой	      против такой оценки?
 изобретатель,который устроил неделю ужасов в Кукушкине,а	       -Но позвольте...естественно,если брать рецензию,да еще
 затем был выведен в пьесе Анатолия Ефимовича. Я уже кашля-	      внутреннюю... Ну,редактор ее прочтет... Может,автор,если ему
 								      покажут...

 			89								      92
  -Так. Значит,возражений нет.					      тоенной всех мыслимых лавров,-он не раздаривал даже автор-
  Он вдруг ловко,как фокусник,извлек из моей папки старую	      ские экземпляры,ему некому было их раздаривать.
 школьную тетрадку в выцветшей,желто-пятнистой обложке и 	       Собственно,кроме меня он принимал в своем доме еще семь
 столь стремительно придвинул ее к лицу моему,что я отшат-	      человек. Я всех их знал,и уверен я,что никто из них и не
 нулся.								      слыхивал об "Изпитале". А нынешний мой знакомец не только
  -Что мы здесь видим?-спросил он.				      слыхал об этой комедии,но и явно читал ее! Странно,стран-
  Мы здесь видели щемяще знакомую с детских лет картинку:	      но...может быть,они когда-то,еще до меня задолго,были
 бородатый витязь прощается с могучим долгогривым конем. 	      близки,а потом рассорились? Но ведь он примерно моего воз-
 А под картинкой стихи: "Как ныне сбирается Вещий Олег..."	      раста,он в сыновья Анатолию Ефимовичу годится,так когда же
  -В чем дело?-спросил я с вызовом.- Между прочим,замечатель-	      бы они успели?..
 ные,превосходные стихи... Никакие уроки литературы их не 	       Я так ничего и не придумал по этому поводу,а потом все
 убили...							      эти мысли вылетели у меня из головы,когда совсем уже рядом
  -Безусловно,безусловно,-сказал он.- Но я вас не об этом 	      с домом я поскользнулся по-настоящему,совершил фантасти-
 спрашиваю. Если этот листок ввести сейчас в машину,то?.. 	      ческий пируэт и обрушился на бок,вдобавок сбив с ног под-
  Я интеллектуально заметался.					      вернувшуюся даму с собачкой.
  -Н-ну...-промямлил я,-много должно получиться,наверное...	       Поднимать нас сбежалось шестеро,и порядочно было тут кря-
 Одних школьников сколько... Миллионов десять-двадцать?		      хтенья,сопенья,ободрительных возгласов и сомнительных ла-
  -За миллиард,-жестко произнес он.- За миллиард, Феликс Алек-	      ментаций по поводу того,что право на труд у нас не подра-
 сандрович!							      зумевает,видно,права на посыпание песком обледенелых тро-
  -Может,и за миллиард,-сказал я покорно.- Я же говорю-мно-	      туаров. Больше всех,по-моему,пострадала собачка,которой в
 го...								      суматохе оттопали лапу,но и я треснулся весьма серьезно.
  -Итак,-произнес он,-тривиальная рецензия-нкчт равно четы-	      Я стоял,прижимая ладонь к боку,и пытался дышать,а вокруг
 рем. "Замечательные,превосходные стихи"-нкчт превосходит ми-	      меня переговаривались в том смысле,что ничего подобного
 ллиард. А вы говорите-никакой зависимости нет.			      в Москве еще не бывало... Бардак... Конец света... Страш-
  -Так ведь...-я замахал руками и защелкал пальцами.- "Песня-	      ный суд...
 то ...о Вещем Олеге"... Она ведь напечатана! И сколько раз!	       Отдышавшись,я с трудом произнес слова благодарности спа-
 ее поют даже!							      сителям моим и слова вины перед несчастной дамой и ее со-
  -Поют,-он покивал.- И будут петь. И будут печатать снова и	      бачкой. Мы разошлись,и я поковылял к облицованному черной
 снова.								      плиткой крыльцу своему.
  -Ну вот! А рецензия моя...	      				       Эсхатологические реминисценции,прозвучавшие в негодующем
  -А рецензию вашу петь не будут. И печатать ее тоже не бу-	      хоре поборников права на труд для дворников,направили мыс-
 дут. Никогда. Потому и нкчт у нее всего четыре. На прошлые 	      ли мои в совершенно иное русло. Я вспомнил падшего ангела
 времена и на все будущие. Так она и сгниет,никем не читан-	      и его дурацкие ноты,а затем,по естественной ассоциации,
 ная.								      вспомнил напутственные слова моего сегодняшнего знакомца.
  Удивительное ощущение возникло у меня в этот момент. Он 	      "Я бы не советовал вам разгуливать с этими нотами по ули-
 словно хотел что-то подсказать мне,навести на какую-то		      це. Мало ли что,знаете ли..." А что,собственно? Что это за
 мысль. Он словно стучался в какую-то неведомую мне дверцу	      ноты такие,с которыми мне не советуют гулять по улицам?
 моего сознания:"Открой! Впусти!". Но все произнесенные нами	      "Боже,царя храни"? или "Хорст Вессель"? И по этому поводу
 слова и высказанные мысли были сами по себе банальны до 	      тоже у меня ничего не придумалось,кроме невероятного,ра-

 
 			93	      							      96
 зумеется,но зато все объясняющего предположения,что это 	      классической музыкой,то он помаленьку к ней привыкнет и в
 действительно партитура труб страшного суда. Но тут я,по 	      дальнейшем уже жить без нее не сможет,и это будет хорошо.
 крайней мере,знал,к кому обратиться. Я не доехал до своего	      И началось. Мы жаждали джаза,мы сходили по джазу с ума-нас
 шестнадцатого этажа,а вышел на шестом. Там в четырехком- 	      душили симфониями. Мы обожали душущипательные романсы и бла-
 натной квартире жил и работал популярный композитор-		      тные песни-на нас рушили скрипичные концерты. Мы рвались
 песенник Георгий Луарсабович Чачуа,хлебосол,эпикуреец и 	      слушать бардов и менестрелей-нас травили ораториями. Если
 неистовый трудяга,с которым мы были на "ты" чуть ли не с	      бы все эти титанические усилия по внедрению музыкальной
 самого дня вселения в этот дом. 				      культуры в наше сознание имели кпд ну хотя бы как у тепло-
  Из-за обитой дерматином двери гремел рояль и заливался 	      вой машины Дени Папена,я жил бы сейчас в окружении знато-
 прекрасный женский голос. Видимо, Чачуа работал. Я заколе- 	      ков и почитатетлей музыкальной классики и сам,безусловно,
 бался. Из-за двери грохнул взрыв хохота,рояль смолк,го-	      был бы таким знатоком и почитателем. Тысячи и тысячи часов
 лос тоже оборвался. Нет,кажется, Чачуа не работал. Я нажал 	      по радио,тысячи и тысячи телевизионных программ,миллионы
 кнопку звонка. В тот же момент рояль загремел снова,и не-	      пластинок... И что же в результате? Гарик Аганян почти профе-
 сколько мужских глоток грянули что-то грузинское. Да, Чачуа,	      ссионально знает попмузыку. Жора Наумов до сих пор коллек-
 кажется,не работал. Я позвонил вторично. 			      ционирует бардов. Ойло Союзное вроде меня:чем меньше музыки,
  Дверь распахнулась,и на пороге возник Чачуа в черных кон-	      тем лучше. Шибзд Леня вообще ненавидит музыку. Есть,правда,
 цертных брюках с яркими подтяжками поверх ослепительно бе-	      Валя Демченко. Но он любит классику с раннего детства,музы-
 лой сорочки,расстегнутой у ворота,разгоряченное лицо оза-	      кальная пропаганда здесь ни при чем...
 бочено,гигантский нос покрыт испариной. Ч-черт,все-таки он	       Пока я размышлял на эти темы,скрипач с экрана пропал,а на
 работал...							      его место ворвались хоккеисты,и один из них сразу же ударил
  -Извини,ради бога,-сказал я,прижимая к груди папку.	 	      другого клюшкой по голове. Оператор стыдливо увел камеру в
  -Что случилось?-осведомился он встревоженно и в то же		      сторону,самое интересное мне не показали,и я выключил те-
 время слегка раздраженно.					      левизор. Я был сыт,удовлетворен зрелищами,и оставалось мне
  -Ничего не случилось,-ответил я,намертво задавливая в		      всего-то навсего вымыть посуду.
 себе позыв говорить с кавказским акцентом.- Я на минуту	       Потом я перешел в кабинет и медленно двинулся вдоль стенки
 забежал,потому что у меня к тебе...				      с книгами,ведя указательным пальцем по стеклу.
  -Слушай,-произнес он,нетерпеливо переступая с ноги на		       "Война и мир". Не сегодня. Полугода еще не прошло.
 ногу.- Зайди попозже,а? Там люди у меня,работаем. Часа через	       "Письма Чехова". Не то настроение.
 два,да? 							       Чуковский. "От чехова до наших дней". Недавно перечитывал.
  -Подожди,у меня дело совсем пустяковое,-сказал я,тороп-	      так. Сам Антон Павлович в десяти томах. "Скучную историю пе-
 ливо развязывая тесемки на папке.- Вот ноты. Посмотри,по- 	      речитать? Нет. Побережем для дня помрачнее.
 жалуйста,когда будет время...					       Михаил Булгаков. Я некоторое время рассматривал коричневый
  Он принял у меня листки и с недоумевающим видом перебрал	      корешок,уже помятый,уже облупившийся местами,а внизу вон
 их в руках. Из глубины квартиры доносились спорящие мужс-	      какая-то заусеница образовалась... Нет,хватит,впредь я эту
 кие голоса. Спорили о чем-то музыкальном.			      книжку никому больше не дам. Неряхи чертовы. "Велик был год
  -Л-ладно...-произнес он замедленно,не отрывая взгляда от	      и страшен год по рождестве Христовом тысяча девятьсот во-
 листков.- Слушай,кто писал,откуда взял,а?			      семнадцатый,от начала же революции-второй..."
  -Это я тебе потом расскажу,-сказал я,отступая от двери.	       -Нет,-сказал я вслух.- Я сейчас "Театральный роман" почи-
  -Да,дорогой,-сейчас же согласился Чачуа.- Лучше потом. Я 	      таю. Ничего на свете нет лучше "Театрального романа",хотите

  			97								      100
 бейте вы меня,а хотите режьте...				      похоже? Среди бела дня,в пределах огромного мегаполиса,
  И я извлек с полки томик Булгакова и обласкалл пальцами,	      солидный пожилой человек,не спортсмен какой-нибудь легко-
 и огладил ладонью гладкий переплет,и в который уже раз по-	      мысленный,не буян и не алкоголик,вдруг ни с того,ни с сего
 думал,что нельзя,грешно относится к книгам,как к живому 	      ломает ребро! Горько и неприлично...
 человеку.							       Я сходил в кабинет за Дэшиелом Хэмметом и принялся при-
  Телефон грянул у меня за спиной,и я вздрогнул,потому что	      страиваться около кухонного стола в поисках позы,наименее
 был уже не здесь,а в крошечной грязной комнатушке с дива-	      болезненной. Как и в прошлые разы,оказалось,что легче всего
 ном,из которого торчала пружина,неудобная,как кафкианский	      мне в излюбленной Катькиной позе:колени на табуретке,локти
 бред. Ушибленный бок у меня вдруг заныл,и,прижимая к ребрам	      на столе,задница в воздухе. В этой позе я стал пить чай и
 прохладный томик,я подошел к столу,повалился в кресло и 	      читать про пудовую статуэтку сокола из чистого золота,кото-
 взял трубку.							      рую мальтийские рыцари изготовили когда-то в подарок коро-
  Звонил Валя Демченко. Я вот совсем забыл,а в субботу,ока-	      лю Испании,а в наши дни началась за нею кровавая гангстерс-
 зывается,у Сонечки день рождения,и меня звали. Я обрадовал-	      кая охота. Когда я дочитал до того места,где в контору Сэма
 ся. Я обрадовался потому,во-первых,что Сонечкин день рож-	      Спэйда вваливается продырявленный пятью пулями капитан "Ла
 дения справляется далеко не каждый год,и уж если справля-	      паломы",в дверь позвонили.
 ется,то это означает,что все у них хорошо,что пребывают 	       Кряхтя и постанывая,с огромной неохотой оторвавшись от Сэ-
 они в полосе материального благополучия,все здоровы,капи-	      ма Спэйда,я побрел открывать. Оказывается,за это время я ус-
 тан-лейтенант Демченко,всплывши из соленых пучин,прислал	      пел начисто забыть и про ноты Падшего ангела,и про Гогу Ча-
 бодрое письмо из города Мурманска на Н-ском море,и вообще	      чуа,и поэтому,увидев его на пороге,я испытал потрясение,тем
 все прекрасно. А во-вторых,я обрадовался потому,что далеко	      более,что лицо его...
 не всякого приглашают на дни рождения Сонечки.			       Нет,строго говоря,лица на нем не было. Был огромный с сини-
  Мы поговорили. Я спросил,как обстоит дело с последней Ва-	      ми прожилками светло-голубой нос над толстыми усами с про-
 линой повестью,со "Старым дураком". Валя ответил,что в		      бором,были бледные дрожащие губы,и были черные тоскливые
 "Ежеквартальном надзирателе" после давешних неприятностей	      глаза,наполненные слезами и отчаянием. Проклятые ноты,свер-
 и читать не стали,шарахнулись,как от прокаженного,а в		      нутые в трубку,он судорожно сжимал в волосатых кулаках,
 "Губернском вестнике" да,прочли. Но молчат пока,ждут возвра-	      прижатых к груди. Он молчал,а у меня так перехватило дух от
 щения главного. Главный сейчас в Швеции,а может быть в Швей-	      ужасного предчувствия,что и я не мог выговорить ни слова и
 царии,а может быть и в Швамбрании. Поэтому никто в "Губерн-	      только посторонился,давая ему дорогу.
 ском вестнике" мнения по поводу повести пока не имеет. А вот	       Как слепой,он устремился в прихожую,натолкнулся на стенку
 когда главный вернется и прочитает,вот тут-то и мнение воз-	      и неверными шагами двинулся в кабинет. Там он обеими рука-
 никнет как бы по волшебству...					      ми бросил ноты на стол,словно эта бумажная трубка обжигала
  Спросил я,как он собирается бороться за название. Он отве-	      его,упал в кресло и прижал к глазам ладони.
 тил,что никак не собирается,что повесть теперь называется	       Ноги подо мной подогнулись,и я остановился в дверях,ухва-
 "Старый мудрец",а вот сцену возвращения он решил оставить.	      тившись за косяк. Он молчал,и мне казалось,что молчание это
 Какого черта! Не хочет он своею собственной рукой отрезать	      длится бесконечно долго. Более того,мне казалось,что оно
 от себя лучшие куски мяса. Пусть уж они режут,им за это	      никогда не кончится,и у меня возникла дикая надежда,что
 деньги платят. И не такие уж маленькие...			      оно никогда не кончится,и я не услышу никогда тот ужас,
  Я успокоил его в том смысле,что у них-то рука не дрогнет.	      который принес мне Чачуа. Но он все-таки заговорил:
 Он не спорил. Он знал это лучше меня. Затем он спросил,не 	       -Слушай...-просипел он,отрывая руки от лица и запуская
 								      пальцы в густую шерсть над ушами.- Опять "Спартак" пропер!
 								      Ну,что ты будешь делать,а?

 
 			101								      104
 								       и так нестерпимо захотелось мне приблизить хоть немного
   5								      этот далекий момент,что я торопливо раскрыл машинку,запра-
 								      вил чистый лист бумаги и напечатал:
  И опять приснился мне сон,исполненный бессилия и безна-	       "Часть вторая. Следователь".
 дежности:будто с пушечным громом распахнулись все окна и	       Я уже давно знал,что вторая часть будет называться "Следо-
 двери и тугим сквозняком вынесло из синей папки все,что я	      ватель". Я очень неплохо представлял себе,что происходит
 написал,в озаренное кровавым заревом пространство над шес-	      там в первых двух главах этой части,и потому мне понадоби-
 тнадцатиэтажной пропастью,и закружились,замелькали,заку-	      лось всего каких-нибудь полчаса,чтобы на бумаге появилось:
 выркались разносимые ветром странички,и ничего не оста- 	       "У Андрея вдруг заболела голова. Он с отвращением раздавил
 лось в синей папке,но еще можно было сбежать вниз,догнать,	      в переполненной пепельнице окурок,выдвинул средний ящик
 собрать,спасти хоть что-нибудь,да вот только ноги словно	      стола и заглянул,нет ли там каких-нибудь пилюль. Пилюль не
 вросли в пол,и глубоко в тело вошли удерживающие меня над	      было .Поверх старых перемешанных бумаг лежал там черный ар-
 лоджией крючья. "Катя!"-закричал я и заплакал в отчаянии,и	      мейский пистолет,по углам прятался пыльный табачный мусор,
 проснулся,и оказалось,что глаза у меня сухи,ноги свело,и	      валялись обтрепанные картонные коробочки с канцелярской ме-
 невыносимо болит бок.						      лочью,огрызки карандашей,несколько сломанных сигарет. От
  Некоторое время я лежал под светлыми квадратами на потол-	      всего этого головная боль только усилилась. Андрей с трес-
 ке,терпеливо двигал ступнями,чтобы избавится от судороги,	      ком задвинул ящик,подпер голову руками так,чтобы ладони
 и мысли мои текли лениво и без всякого порядка. Думалось 	      прикрыли глаза,и сквозь щелки между пальцами стал смотреть
 мне,что я все-таки очень нездоров,и придется мне внять		      на Питера Блока.
 все-таки убеждениям Катьки и лечь на обследование... И сра-	       Питер Блок,по прозвищу Копчик,сидел в отдалении на табу-
 зу все затормозится,все остановится,и надолго закроется 	      ретке,смиренно сложив на костлявых коленях красные лапки,
 моя синяя папка...						      и равнодушно мигал,время от времени облизываясь. Голова у
  И еще я подумал,что хорошо бы распечатать ее в двух эк-	      него явно не болела,но зато ему,видимо,хотелось пить. И ку-
 земплярах,и пусть один экземпляр хранится у Риты... Хотя,	      рить тоже. Андрей с усилием оторвал ладони от лица,налил се-
 с другой стороны,она тоже не девочка,что-то у нее нехо- 	      бе из графина тепловатой воды и,преодолев легкий спазм,вы-
 рошее то ли с почками,то ли с печенью... Совершенно непо-	      пил полстакана..."
 нятно,просто представить себе нельзя,как,где,у кого мо- 	       Я снял руки с клавиш и почесал подбородок. Обычное дело:
 жно поместить рукопись на хранение-чтобы и хранили,и не 	      когда я пытаюсь взять эту мою работу приступом,на голом эн-
 совали в нее нос...						      тузиазме,все застопоривается.
  Потому что вполне возможно,что нынешний сон мой-пророче-	       В следующие полчаса я только вставил от руки слово "скреп-
 ский:ничего мне не успеть закончить,и разметет мою синюю	      ки" и добавил "Питер Блок облизнулся". Нет,серьезную работу
 папку тугой сквозняк по каналам и помойкам. И листочка не	      делают не так.
 останется,чтобы засунуть его в машину на предмет опреде-	       Серьезную работу делают,например,в Мурашах,в Доме творче-
 ления нкчт...							      ства. Предварительно надо собраться с духом,полностью отре-
  И вот когда я вспомнил об нкчт (просто так вспомнил,к		      шиться от всего суетного и прочно отрезать себе все пути
 мысли пришлось по принципу иронии и жалости),вот тогда		      к отступлению. Ты должен твердо знать,что путевка на полный
 словно сама собой появилась у меня догадка,ясная и сухая,	      срок оплачена и деньги эти ни под каким видом не будут тебе
 как формула:не ценность произведения они там определяют,	      возвращены. И никакого вдохновения! Только ежедневный рабс-
 								      кий,механический,до изнеможения труд. Как машина. Как лошадь.

 
 			105								      108
 Пять страниц до обеда,две страницы перед ужином. Никаких 	      нечно,он не звонил и не стучал. Дверь открывалась. Катя в
 бдений. Никакого трепа. Никаких свиданий. Никаких заседаний.	      своем приютском халатике на голое тело хватала его за руку,
 Никаких телефонных звонков. Никаких скандалов и юбилеев. Семь	      вводила в свою комнатушку,и они запирались там,и насыщались
 страниц в день,а после ужина можешь посидеть в бильярдной,	      друг другом жадно и торопливо,и минут через двадцать Ф.Со-
 вяло переговариваясь со знакомыми и полузнакомыми братьями-	      рокин,бесшумный и осторожный,как индеец на военнной тропе,
 литераторами. И если ты будешь тверд,если ты не будешь,упаси	      вышмыгивал в полутемный коридор,привычно нащупывал барабан-
 бог,жалеть себя и восклицать: "Имею же я,черт подери право	      чик французского замка и оказывался на лестничной площадке.
 хоть раз в неделю...",то ты вернешься через двадцать шесть	      Говорили они немного и только шепотом,и за всю однообразную
 суток домой,как удачливый охотник,без рук и без ног от ус-	      но невероятно насыщенную историю этой любви им ни разу не
 талости,но веселый и с набитым ягдташем... А ведь я даже и	      привелось побыть друг с другом более получаса подряд...
 не придумал еще,что же у меня будет в моем агдташе...		       А история была действительно невероятно насыщенной-для
  Ровно в восемь тридцать раздался телефонный звонок,но это	      Ф.Сорокина,несомненно,однако,наверное,и для Кати тоже. Спу-
 не был Леня Шибзд. Непонятно,кто это был. Трубка дышала,труб-	      скаясь по лестнице из квартиры номер девятнадцать, Ф.Соро-
 ка внимательно слушала мои раздраженные "Алло,кто говорит?	      кин уже начинал тосковать. Через день-другой тоска сменялась
 Нажмите кнопку!.." А потом пошли короткие гудки.   		      напряженным нетерпеньем. Наступало назначенное время,и все у
  Я бросил трубку,с отвращением выдернул из машинки початый	      него внутри тряслось от лихорадочной радости и от растущего
 лист,всунул его в папку под самый низ и закрыл машинку. Све-	      страха,что встреча вдруг не состоится (бывали такие слу-
 тало,на дворе опять разыгралась пурга,снова ощутил я острую	      чаи). И вот встреча,а затем снова тоска,нетерпенье,радость
 боль в боку и прилег. Все-таки я холерик. Ведь вот только что	      и страх,и снова встреча. И так неделя за неделей,осень,зима,
 трясся от возбуждения,и казалось мне,что нет ничего важнее	      весна и,наконец,проклятое лето тысяча девятьсот сорок пер-
 на свете,чем моя синяя папка и ее судьба в веках. А теперь	      вого. И ни разу Ф.Сорокин не ощутил усталости от Кати,ни ра-
 вот лежу,как раздавленная лягушка,и ничего-то вечного мне	      зу не захотелось ему перед встречей,чтобы встречи этой не
 не надо,кроме покоя.						      было. По всей видимости,то же самое было и с нею.
  Бок болел,и небывалая слабость навалилась на меня,и жа-	       Интересно,что именно в это время,в девятом классе, Ф.Соро-
 лость к себе пронзила,и вспомнил я,безвольно сдался воспо-	      кин вел успешное наступление на высшую математику и сфе-
 минанию,как сдаются обмороку,когда нет больше сил терпеть..	      рическую тригонометрию,на пару с Сашей Ароновым (умер от
 								      голода в январе 1942 года). Вовсю мастерил астрономические
  Она жила в квартире номер девятнадцать,занимала там кро-	      трубы,вкалывал в мастерских Дома занимательной науки и иг-
 шечную комнатушку бог знает на каких правах,училась на		      раючи управлялся со школьной премудростью. И продолжался
 первом курсе политехнического,и было ей около девятнадцати.	      его платонический роман с Люсей Неверовской,а после встре-
 И звали ее Катя,а фамилии ее Ф.Сорокин не знал и никогда	      чи Нового года начался вдобавок и флирт с Ниной Халяевой
 не узнает. Во всяком случае,в этой жизни.			      (пропала без вести в эвакуации),и было еще много и много
  Ф.Сорокину исполнилось тогда пятнадцать,он перешел в девя-	      всякой ерунды и чепухи. Ф.Сорокин активно жил в учебе,науке,
 тый класс и был пареньком рослым и красивым,хотя уши у него	      общественных и личных связях и ни разу,ни при каких обстоя-
 были изрядно оттопырены. На уроках физкультуры он стоял в	      тельствах,нигде и никому ни словом,ни намеком не обмолвился
 шеренге третьим после Володи Правдюка (убит в 1943-м) и Во-	      о Кате.
 лоди Цингера (ныне большой чин в авиационной промышленнос-	       Вряд ли их связывала просто половая страсть,хотя бы и са-
 ти). Катя,когда он познакомился с нею,была одного с ним рос-	      мая что ни на есть неистовая:такое не могло бы тянуться
 та,а когда разлучила их разлучительница всех союзов, Катя	      столь долго и при этом сопровождаться беспрестанно присту-

 
 			109								      112
 пами тоски,радости и страха. Вряд ли это было и любовью ро-	      придраться;нравится ходить по лезвию бритвы,лавируя между
 мантического толка,о которой писали великие. Было там и от	      тем,что я на самом деле думаю,и тем,что мне думать,по обще-
 того,и от другого,была там,вероятно,мальчишеская гордость	      му мнению,полагается...
 обладания настоящей женщиной,и благодарная нежность девочки	       А потом,когда выступление уже позади,нравится мне стоять
 к мужчине,который не обижает и не выпендривается,а еще бы-	      внизу,в зале,в окружении истинных поклонников и ценителей,
 ло,наверное предчувствие.					      надписывать зачитанные до дряхлости книжки "Современных
  В последний раз они встречались в конце мая,в начале экза-	      сказок"и вести разговор уже на равных,без дураков,крепко,
 менов.								      до ожесточения спорить,все время испытывая восхитительное
  В десятых числах июля Ф.Сорокин вернулся со строительства	      чувство защищенности от грубого выпада и от бестактной рез-
 аэродрома под Кингисеппом,возмужалый,уже убивший первого	      кости,клгда не страшно совершить ложный шаг,когда даже яв-
 своего человека,врага,фашиста,и очень этим гордый. Окольными	      ная глупость,произнесенная тобой,великодушно пропускается
 путями ему удалось узнать,что неделю назад Катя уехала со	      мимо ушей...
 своим курсом на сооружение противотанковых рвов куда-то в     	       Но особенно я люблю все это не в Москве и не в других ст0-
 Гатчину (или в Псков?). 			 		      лицах,административных,научных и промышленных,а в местах
  В конце июля в домоуправлении сообщили,что Катя убита при	      отдаленных,где-нибудь на границе цивилизации,где все эти
 бомбежке.							      инженеры,техники,операторы,все эти вчерашние студенты изго-
 								      лодались по культуре,по Европе,просто по интеллигентному
 Слабость. Это все слабость моя. Что-то я сегодня ослабел. Но	      разговору.
 почему я всегда так упорно запрещаю себе вспоминать это?	       И я,конечно,дал Косте согласие,выяснил у него ,когда от-
 Имя - да. Катя. Катя.но только имя. Потому,что я больше никог-	      лет,кто еще включен в бригаду и где нас будут инструктиро-
 да не любил. Было у Ф.Сорокина с тех пор множество баб,две	      вать,и уже протянул ему руку для прощания,но он вдруг взял
 или три женщины,и не было ни одной любви.			      меня за большой палец щепотью,хитро прищурился и как-то ко-
  Телефонный звонок раздался,и я потащился обратно в каби-	      кетливо пропел:
 нет. Это звонила Рита наконец,и вовремя. 			       -А ты у нас рисковый мужик, Феликс Александрович! Ловко это
  Она только что вернулась из своей Тьмутаракани и желала	      у тебя получилось! Но не думаешь ли ты,что тебе это припом-
 пообщаться с интеллигентным человеком из литературного ми-	      нят,а? Во благовремении,а?
 ра. Голос у нее был чистый,веселый и здоровый,и это было 	       Он кокетливо щурился и покачивал в воздухе мою обмякшую
 прекрасно,и мне захотелось немедленно с нею увидеться. Я 	      руку,а я ощутил,что все внутри у меня сьеживается от дур-
 спросил,как она сегодня,и она ответила,что сейчас она у 	      ного предчувствия. Наверное,дело было прежде всего в том,что
 себя в конторе,проторчит до обеда,а в обед можно будет ей	      произнес эти слова именно Костя. Не знаю. Но я сразу поду-
 рвануть когти. Я возликовал,и мы тут же совместно выковали	      мал,что не кончилась еще глупейшая история с этим...как он
 план,как мы встретимся у меня в клубе в пятнадцать ноль-	      там...с мафусаллином этим чертовым. Ничего не кончилось,что
 ноль и сольемся там в гастрономическом экстазе. Для начала,	      с того,что я начисто забыл про соглядатая в клетчатом паль-
 сказал я деловито. Там видно будет,ответила она еще более	      то-перевертыше,они-то про меня не забыли,дело продолжается,
 деловито.							      и вот,оказывается,я уже какой-то ловкий ход сделал,обманул,
  Разговор этот,как и следовало ожидать,коренным образом из-	      видимо,кого-то,рискнул,дурень,и теперь мне это могут припо-
 менилмой взгляд на окружающую действительность. Окружение из	      мнить! И конечно же припомнят,обязательно припомнят!..
 враждебного сделалось дружелюбным,а действительность утра-	       Иезус,Мария и Иосиф! Провалиться бы этому Косте Кудинову,
 								      откуда нет возврата! С его таинственными манерами,намеками

 
 			113								      116
 и полунамеками! Уже через минуту подмигиваний,прищуриваний	      тошно закружились люди,реплики,эпизоды,да так ловко,так
 и раскачивания моей руки выяснилось,что речь идет совсем	      сноровисто,словно все это время я только о них и думал.
 о другом.							       Маленький,но вполне самостоятельный и совершенно досто-
  В начале декабря знакомый мой редактор из "Богатырского	      верный мир принялся строиться во мне-провинциальный юж-
 дозора" дал мне отрецензировать рукопись Бабахина,предсе-	      ный городок на берегу моря,ранняя осень,дожди уже начина-
 дателя жилкомиссии нашей. Дал он мне эту рукопись и сказал	      ются,и листья желтеют,и третьеразрядный писатель,этакий
 так: "Врежь ты ему по соплям и ничего не боись,рецензия вну-	      периферийный Феликс Сорокин,но помоложе,пожалуй,лет этак
 тренняя,а главный наш от этого Бабахина уже в прединфарк-	      Сорока... и не Сорокин,конечно,а,скажем, Воробьев... вы-
 те". Повесть,действительно,была чудовищная,и я врезал. По со-	      ходит он утром из своей квартиры по делам... Посуду,напри-
 плям. С наслаждением. А под самый Новый год Бабахина с громом	      мер,сдать,здоровенная у него в руке авоська с бутылками
 и лязгом из председателей поперли. Не за то,конечно,что пи-	      из-под "бжни"... А сдавши посуду,пойдет он потом выступать
 шет он повести,способные довести до инфаркта даже такого	      перед читателями... Перед пенсионерами в дом культуры...
 закаленного человека,как главный "Богатырского дозора". Нет,	      Но не тут-то было,гражданин Воробьев! Из соседней квартиры
 поперли его за то,что он "ел хлеб беззакония и пил вино хи-	      выносят ему навстречу санитары соседа его, Костю,например,
 щения"и вот теперь этот идиот,поэт Костя Кудинов,вообразил	      Курдюкова,поэтишку-скорохвата,при последнем издыхании...
 себе,будто я все это предвидел заранее и рискнул выступить	      Дальше-по жизни,ничего придумывать не надо. Мафусаллин;
 против Бабахина аж в начале декабря,когда все еще могло по-	      институт,вурдалак Иван Давыдович,клетчатое пальто в трам-
 вернуться и так,и этак...					      вае. Весь день моего Воробьева преследуют странные происше-
  И более того. Этот идиот Костя Кудинов считал мою рецензию	      ствия. То,скажем,самосвал,мирно стоявший на пригорке по-над
 поступком безрассудным,хоть и героическим,ибо полагал-не	      очередью в пункт приема стеклотары,срывается вдруг с тормо-
 без оснований,впрочем,-что Бабахины не умирают,что они все-	      зов и катит прямо на моего Воробьева,да так ,что тот едва
 гда возвращаются и никогда ничего не забывают.			      успевает отскочить. То вдруг огромный булыжник,невесть отку-
  Кому в наше время приятно попасть под подозрение в безрас-	      да свалившийся,врезается у самых ног Воробьева,присевшего
 судном геройстве? Но я только снисходительно похлопал Костю	      завязать шнурок на ботинке. (Пусть он у меня целый день шля-
 по плечу и дал ему понять,что все это комариная плешь и что	      ется по городу с этой своей авоськой осточертевшей.) То
 при моих связях никакие Бабахины мне не страшны.		      вдруг из рядов пенсионеров в доме культуры воздвигается
  На лице его при этом явственно проступило размышление на	      клетчатое пальто и задает вопрос... Какой же это будет во-
 тему:а нельзя ли (по возможности,немедленно) извлечь что-	      прос? А,черт,ладно,потом придумаю.
 нибудь для себя полезное из знакомства с такой значитель-	       А ночью они все к нему и заявятся. Их у меня,как и намеча-
 ной и благорасположенной к нему персоной,- и это каким-то	      лось,будет пятеро,паршивых и гадких. Пятеро древних гишу. Пя-
 не совсем понятным образом подвигло вдруг меня на прямой	      теро гнойных прыщей,каждый в своем роде.
 вопрос: 							       Во-первых,мой добрый знакомый-вурдалак Иван Давыдович. Он
  -Послушай-ка,-сказал я,-а чего это ты угрожал мне давеча,	      у нас на самом деле древний алхимик,еще императору Рудольфу
 в больнице? Что там у тебя,собственно,произошло? 		      золото добывал из свинячей желчи,а в наши дни-бессменный
  Признаюсь,я не люблю прямых вопросов. Ни ставить,ни слы-	      председатель месткома у себя в институте.
 шать. На прямые вопросы обычно следуют до отвращения ук- 	       Женщину бы туда нужно,вот что... Ледяную красотку,для кото-
 лончивые ответы,и всех вокруг начинает тошнить. Да и пря-	      ой мужики-что пауки для паучихи:попользовалась и за щеку...
 мые ответы,как правило,тоже не сахар. Однако же тайна стра-	      Самка гишу. Маркитантка из рейтарского обоза... Таскалась за
 шного Ивана Давыдовича и Костиного змеиного шипения ("О се-	      солдатней еще во время гугенотских войн...

 
 			117								      120
  Тут надо бы подумать,чтобы не было противоречий. Бессмерт-	      информации вполне равнодушной. Я не исключал,конечно,что
 ные-то они бессмертные,конечно,но только в том смысле,что	      она,как и я,слышала все это далеко не впервые. И тут Аполлон
 своей смертью не умирают. А убить их вполне можно. И пулей,и	      Аполлонович сказал весело:
 ножом,и ядом,и как угодно. Тогда все выстраивается. Костя Ку-	       -А вот и Михаил Афанасьевич собственной персоною. Комман са
 дюков,обожравшись тухлыми консервами,со страху решил,что	      ва, Мишель?
 помирает,и послал моего Воробьева к вурдалаку,чтобы тот дал	       Я взглянул.
 две-три капли элексира. (А вурдалак,сами понимаете,пользуясь	       В одну зимнюю ночь сорок первого года,когда я во время во-
 государственным оборудованием,все пытается синтезировать	      здушной тревоги возвращался домой из гранатных мастерских,
 элексир,и две-три капли у него всегда есть-для химических	      бомба попала в деревянный дом у меня за спиной. Меня подняло
 целей.) Принимаем,значит,что элексир может действовать и как	      в воздух,плавно перенесло через железные пики садовой огра-
 лекарство тоже. Иван же Давыдович,вурдалак мой дорогой,бу-	      ды и аккуратно положило на обе лопатки в глубокий сугроб,и
 дучи существом в высшей степени подозрительным и недоверчи-	      я лежал лицом к черному небу и с тупым изумлением глядел,
 вым,решает,что произошла утечка информации,и направляет по	      как медленно и важно,подобно кораблям,проплывают надо мной
 следам Воробьева верного человека в клетчатом пальто. Что-	      горящие бревна.
 бы,во-первых,проследить,а во-вторых,припугнуть. 		       И вот с таким же тупым изумлением глядел я теперь,как со
 А уж ночью они ввалятся к Воробьеву в дом всей компанией. Не	      стороны холла наискосок через ресторан идет Михаил Афана-
 жалкие свифтовские струльдбруги,маразматики полудохлые,а	      сьевич,мой невеселый вчерашний знакомец,только без синего
 жуткие древние гишу-без чести,без совести,без жалости,энер-	      лабораторного халата,а в остальном в точности такой же,и
 гичные,свирепые,готовые на все. Тут-то,ночью,все и начинает-	      даже в том же синем костюме. Я видел,как шевельнулись его
 ся...								      губы,он что-то ответил Аполлону Аполлоновичу,а меня не за-
 Самое лакомое,конечно,-это ночное толковище. Пиршество бес-	      метил или не узнал и прошел мимо,к выходу в вестибюль ста-
 смертных. Это у меня может получиться. Это у меня должно по-	      рой княгини. И когда он скрылся за дверью,в мертвой тишине,
 лучиться! Черт подери,это у меня получится! Не-ет,государи	      какая бывает после страшного взрыва,скрипучий голос Апол-
 мои,у хорошего хозяина даром ничего не пропадет,все в дело	      лона Аполлоновича произнес то ли торжественно,то ли дове-
 идет. И клетчатые пальто загадочные,и свирепые председатели	      рительно:
 месткомов,и даже давно забытые наметки в рабочем дневнике	       В библиотеку пошел. Или в канцелярию.
 десятилетней давности...					       А я ведь,оказывается,уже стоял,готовый бежать за ним сле-
 Чрезвычайно довольный собой и своими перспективами,я всту-	      дом. Были у меня к нему вопросы? Да,были,конечно. Хотел ли я
 пил в клуб,как и прдполагал,в три без четверти. 		      спросить у него совета? Безусловно. Разумеется. Все то,о чем
  У входа дежурила на этот раз не подслеповатая Марья Тимо-	      догадался я сегодняшним горьким утром,поднялось вдруг во
 феевна,а молодая еще пенсионерка,которая и Работает-то у нас	      мне снова,как ядовитое варево в ведьмином горшке. И необхо-
 ез году неделя,а уже всех знает,во всяком случае меня. Мы	      димо стало мне узнать,правильно ли я его давеча понял,и ес-
 раскланялись,я предупредил ее,что жду даму,разделся и по-	      ли правильно,то что мне теперь с этим  пониманием делать.
 брел наверх в приемную комиссию. Зинаида Филипповна,черно-	      Уже только ради этого стоило бежать за ним,но не это было
 глазая и белолицая,как всегда очень занятая и очень озабо-	      главное.
 ченная,указала мне на шкаф,где на трех полках отдельными	       Я осознал вдруг,кто он мой невеселый знакомец с Банной,
 кучами лежали сочинения претендентов. Подумать только,всего-	      какой он такой Михаил Афанасьевич. Теперь это казалось мне
 то их восемь,а уже напечатали такую уйму!			      столь же очевидным,сколь и невероятным. Эта встреча была
  -Я вам отобрала, Феликс Александрович,-произнесла Зинаида	      достойным завершением моей бездарно-фантасмагорической не-

 			121								      124
 дели,на протяжении которой тот,кому надлежит ведать моей	      похоронили,еще не родив,а только едва зачав? Вы следите
 судьбой,распустил передо мной целый веер возможностей,ни	      за ходом моих рассуждений?
 одну из которых я не сумел или не захотел осуществить,и 	       Я кивнул.
 все это прошло,как вода сквозь песок,не оставив ничего, 	       -Вы понимаете,что я только облек в словесную форму ваши
 кроме грязноватой пенки филистерского облегчения,да еще 	      собственные мысли?
 вот разве что сюжетик простодушный образовался... И теперь	       Я снова кивнул и сказал сиплым голосом,мимолетно поразив-
 вот-последняя возможность. Самая,может быть,невероятная. 	      шим меня самого:
 И пусть она ничего не обещает мне поверх моего привычного	       -Вы упустили еще третью возможность...
 бутерброда с маслом,но если я и ее сейчас упущу,пожертвую	       -Нет, Феликс Александрович! Не упустил! О вашей детской уг-
 ее ради солянки с маслинами или даже ради душистой моей 	      розе огнем я догадываюсь. Так вот,чтобы наказать вас за нее,
 Риты,тогда ничего у меня не останется,и незачем мне будет	      я расскажу вам сейчас о четвертой возможности,такой стыдной
 раскрывать мою синюю папку.					      и недостойной,что вы даже не осмеливаетесь пустить ее в
  Как во сне,я услышал брюзгливое барственное блеяние:		      свое сознание,ужас перед нею сидит у вас где-то там,на за-
  -Или я великий русский писатель,или я буду есть эту лапшу..	      дворках,ужас сморщенный,голенький,вонючий... Рассказать?
  И как во сне,повернувши голову,увидел я над дымящейся та-	       Предчувствие этого сидящего на задворках сморщенного ужаса
 релкой полное длинное лицо с брюзгливо отвисшей губой,сей-	      резануло меня,как сердечный спазм,и я даже задохнулся,но я
 час же скрывшееся от меня за согбенной спиной официанта.	      уверен был,что ничего он не может сказать такого,о чем я
  И тут,уже совершенно наяву,увидел я в дверях холла оста-	      сам уже не передумал,чем не перемучался тридцать три раза.
 новившуюся Риту в любимом моем,песочного цвета,костюме,и	      Я стиснул зубы и процедил сквозь платок,прижатый ко рту:
 глаз уколол мне блеск сережки в ее ухе,когда она медленно	       -Любопытно было бы узнать...
 поворачивала голову,отыскивая меня в зале,но я трусливо 	       И он рассказал.
 спрятал глаза и,слегка согнувшись,торопливо побежал по ко-	       Честью своей клянусь,жизнью дочери моей Катьки,жизнью вну-
 вровой дорожке прочь,туда,к той двери,за которой скрылся	      ков:не знал я заранее и представить себе не мог,что он мне
 Михаил Афанасьевич. Горестно промелькнула в голове моей	      расскажет обо мне самом. И это было особенно унизительно и
 мысль,что вот опять я совершаю поступок,за который приде-	      срамно,потому что четвертая моя возможность была такой
 тся извиняться и  оправдываться,но я отгнал эту мысль,по-	      очевидной,такой пошлой,такой лежащей на поверхности... Лю-
 тому что все это будет потом,а сейчас мне предстояло нечто	      бой нормальный человек назвал бы ее первой... Для Ойла Союз-
 несоизмеримо более важное.					      ного она вообще единственная,и других он не ведает... Толь-
  В канцелярии Михаила Афанасьевича не оказалось. Таточка 	      ко такие,как я,занесшиеся без всякой видимой причины,наду-
 здесь грохотала на своей машинке,а рядом с нею,развалившись	      тые спесью до того,что уже и надутости этой не ощущают,не-
 в кресле и освободив от пиджака округлое литое брюшко,вос-	      весть что вообразившие о себе,о писанине своей и о мире,ко-
 седал красноносый и красногубый,вообще румяный сатир и с	      торый собою осчастливливают,только такие,как я,способны уп-
 выражением,будто на трибуне стоя,диктовал ей по бумажке:	      рятать эту возможность от себя так глубоко,что сами о ней
  -..и с абстракционизмом в литературе мы должны бороться	      не подозревают...
 и будем бороться так же непримиримо,как с абстракционизмом	       Ну как,в самом деле,я, Феликс Александрович Сорокин,созда-
 в живописи,в скульптуре,в архитектуре...			      тель незабвенного романа "Товарищи офицеры!",как я мог пре-
  -И в животноводстве!-проорал я,чтобы остановить его.		      дставить себе,что проклятая машина на Банной может выбро-
  Он остановился,явно ослепленный новым поворотом темы,а я	      сить на свои экраны не семизначное признание моих, Сорокина,
 быстро спросил Таточку: 					      заслуг перед мировой культурой,и не гордую одинокую троеч-

                                                                      
 			125								      128
 ку,свидетельствующую о том,что мировая культура еще не соз-	      Весь ресторан клуба видел,как известный писатель военно-
 рела,чтобы принять в свое лоно содержимое синей папки,а мо-	      патриотической темы Феликс Сорокин,рослый,несколько груз-
 жет выбросить машина на свои экраны крепенькие и круглень-	      ный,среброголовый красавец с пышными черными усами,блестя
 кие "30 тыс.экз.",означающие,что синюю папочку благополуч-	      лауреатским значком на лацкане пиджака,свободно пройдя меж
 но приняли,благополучно вставили в план,и выскочила она из	      столиками,подошел к красивой женщине в элегантном костюме
 печатных машин,чтобы осесть на полках районных библиотек	      песочного цвета и поцеловал ей руку. И весь ресторан услы-
 рядом с прочей макулатурой,не оставив по себе ни следов,ни	      шал,как он,повернувшись к официанту Мише,произнес отчетли-
 памяти,похороненная не в почетном саркофаге письменного 	      во:
 стола,а в покоробленных обложках из уцененного картона. 	       -Мяса! Любого! Но только не псины. Хватит с меня псины, Ми-
  -...простите меня,-закончил он с сочувствием в голосе.- Но	      ша!
 я не мог оставить в стороне эту возможность,даже если бы не	       Половина зала пропустила эти странные слова мимо ушей,дру-
 хотел слегка наказать вас.					      гая половина сочла их за неудачную шутку,а Аполлон Аполло-
  Я молча кивнул.в который раз. Воистину:демон неба сломал	      нович,покачав черепашьей головкой,пробормотал: "Странно...
 мне рога гордыни.						      Когда это он успел?..".
  -Что же касается вашей угрозы сжечь синюю папку и забыть	       А Феликс Сорокин и не думал шутить. И тем более надираться
 о ней,-продолжал михаил афанасьевич,-то я,признаться,на-	      он отнюдь не собирался. Просто он был возмутительно,неприс-
 звал ее,угрозу,детской лишь в некоторой запальчивости. На	      тойно и неумело счастлив сейчас,и сам толком не знал,поче-
 самом деле,угроза эта мне кажется серьезной и весьма се-	      му,собственно.
 рьезной. Но, Феликс Александрович! Вся многотысячетелетняя
 история литературы не знает случая,когда автор сжег бы сво-
 ими руками свое любимое детище. Да,жгли. Но жгли лишь то,что
 вызывало отвращение и раздражение,и стыд у них самих...
 А ведь вы, Феликс Александрович,свою синюю папку любите,вы
 живете в ней,вы живете для нее... Ну как вы позволите себе
 сжечь такое только потому,что не знаете его будущего?
  Он был прав,конечно. Все это была кислая болтовня-насчет
 сжигания,забвения... Да и как бы я ее стал жечь-при паро-
 вом-то отоплении. Я нервно хихикнул:может быть,потому и
 печатается у нас столько барахла,что исчезли по городам
 печки?
  Михаил Афанасьевич тоже засмеялся,но тут же стал серьез-
 ным.
  -Поймите меня правильно, Феликс Александрович,-сказал он.
  -Вот вы пришли ко мне за советом и сочувствием. Ко мне,к
 единственному,как вам кажется,человеку,который может дать
 вам совет и выразить искреннее сочувствие. И того вы не хо-
 тите понять, Феликс Александрович,что ничего этого не будет
 и не может быть,ни совета от меня,ни сочувствия. Не хотите
 вы понять,что вижу я сейчас перед собой потного и нездо-