Андрэ НОРТОН и Дороти МЭДЛИ
   ЗВЕЗДНЫЙ КООТ I-II


   ЗВЕЗДНЫЙ КООТ
   МИР ЗВЕЗДНОГО КООТА



   Андрэ НОРТОН и Дороти МЭДЛИ
   ЗВЕЗДНЫЙ КООТ

Глава 1

ДВОЕ И ДВОЕ

   В Вашингтоне установилась душная влажная летняя  погода.  Джим  Эванс
осторожно отодвинул неприколоченную доску и прополз  через  отверстие  в
заборе. Дальше начинались  заросли  сорняков,  они  такие  высокие,  что
скроют его, если он будет ползти на коленях. Он пробирался к  снесенному
старому дому,  от  которого  остался  только  погреб.  Повсюду  мусор  и
обломки. И в жару все это воняет. Джим сморщил нос,  садясь,  прислонясь
спиной к груде обломанного кирпича и облегченно  вздыхая.  Конечно,  его
исчезновение их не остановит. Он сморщился. Ну, почему его не оставят  в
покое? Хоть ненадолго!
   По крайней мере сегодня не нужно будет идти на  пляж,  но,  когда  он
вернется, придется слушать их болтовню. Он чуть не заткнул  уши,  только
вспомнив негромкий "разумный" голос  миссис  Дейл,  как  она  будет  все
говорить и говорить, что Джиму нужно уметь дружить с другими мальчиками.
   Джим нахмурился еще сильнее. Потом  за  дело  примется  мистер  Дейл,
будет говорить о малой лиге и о плавании на яхте и...  Джим  слышал  все
это уже миллион раз. Он всего лишь хочет, чтобы его оставили в покое. Но
никто этого не понимает.
   Он слышал, как они говорили о нем: "шок", "тоска" и прочее. Но  когда
весь твой мир, к которому ты  привык,  на  который  всегда  рассчитывал,
вдруг раскалывается на кусочки - нельзя просто пойти на матч малой  лиги
или в бойскауты, словно ничего не случилось. Ты  все  время  помнишь  об
этом, и внутри больно, и иногда хочется, чтобы последние два месяца были
только дурным сном, и ты  проснешься  и  все  забудешь.  И  утром  будут
оладьи, потому что сегодня суббота и у мамы есть  время.  А  потом  папа
скажет: "Как насчет поездки к озеру?" И...
   Джим сунул кулак в рот. Он не будет плакать!
   Он потянул себя  за  воротник  тенниски.  Там  кожа  чешется.  Может,
муравей заполз. Он попытался взглянуть, но не мог  увидеть  шею.  Однако
когда отказался от этой мысли и поднял голову, он был не один.
   Джим мигнул. Раньше они  жили  в  городском  многоквартирном  доме...
прежде чем папа и мама  улетели  на  самолете...  на  самолете,  который
разбился. И там ему  не  позволяли  никого  держать  дома.  Папа  всегда
обещал, что когда закончит свою работу, он попросится в другое место,  и
у них будет свой дом и, может быть, собака...
   Джим пожевал нижнюю губу. Животное неожиданно зевнуло, показав острые
зубы и изгибающийся язык, покрытый жесткой кожей. Джим никогда не  видел
такого большого и такого черного кота. На солнце  шерсть  его  блестела,
словно на конце каждой шерстинки сверкала радуга. Между зелеными глазами
странное V-образное белое пятнышко, кончики лап тоже белые.
   Кот внимательно смотрел на Джима. Джим мало что знал о котах,  но  он
сразу понял, что это  не  бродяга,  какие  иногда  появлялись  за  домом
Дейлов.
   Миссис Дейл выставляла мисочки с водой и едой,  но  коты  никогда  не
подходили, пока люди оставались поблизости. Мистер Дейл говорил, что  не
нужно их приманивать, что нужно вызвать службу бродячих животных.
   Этот кот нисколько не боится Джима и питается он совсем не отбросами.
   Разве могут коты просто так сидеть и смотреть? Как будто  заглядывают
тебе в голову и слышат твои мысли.
   - Здравствуй... котик... - Джим понял, что разговаривает с ним, как с
человеком. Он даже протянул руку, не  осмеливаясь  погладить  кота;  тот
осторожно обнюхал пальцы Джима. И ответил негромким вежливым ворчанием.

***

   Джим знал, что кот не может его понять, но  стал  расспрашивать,  как
расспрашивал бы другого мальчика.
   - Ты живешь в том доме? - Он показал  на  здание  по  другую  сторону
участка. К его удивлению, кот помахал  головой  из  стороны  в  сторону,
словно говорил "нет!"
   -  Ты  потерялся?  -  продолжал  Джим,  когда  немного  справился   с
удивлением.
   Кот вторично покачал головой. Немигающий взгляд зеленых глаз - зрачки
на солнце превратились  в  узкие  щелки  -  удерживал  Джима,  не  давал
мальчику возможности отвести взгляд.
   Джим заерзал. Он не понимал, что происходит, и немного испугался.  Но
он ведь не знает, как вообще ведут себя кошки.  Может,  они  так  всегда
встречают людей. По телевизору часто показывают умных кошек,  в  рекламе
кошачьей пищи и в других  передачах.  Может,  уличные  коты  тоже  умны,
просто никто не дает им возможности показать это.
   - Тиро, - сказал Джим вслух. Не похоже на имя; но кот снова  заурчал,
словно был доволен Джимом. Мальчик был так уверен, что кота зовут  Тиро,
словно тот сам сказал ему об этом. Хотя откуда он может это знать?
   - Я Джим, - сказал он, испытывая странное ощущение: он представляется
коту. - Джим Эванс. Я живу у Дейлов. - Он через плечо показал на ограду,
через которую только что пробрался. - Я... Они меня взяли, потому что  я
сирота. Мама и папа... - В  горле  у  него  застрял  комок,  он  не  мог
проглотить  его.  Он  сжал  руки  в  кулаки,  ударил  ими  по   покрытой
известковой пылью земле под коленями. - Суд решил, что я должен  жить  с
ними... здесь.
   Тиро слушал - и понимал. Джим  не  мог  сказать,  почему  он  в  этом
уверен. Просто это так. И вдруг что-то лопнуло,  словно  исчез  комок  в
горле, что-то отпустило сердце. Джим расплакался, и ему было теперь  все
равно. Тиро подошел к нему поближе. Положил лапу с белым пятном  ему  на
колени, и мальчик ощутил легкую дрожь. Он опустил руку на голову Тиро. И
теперь не только чувствовал, но и слышал: кот не ворчит, он мурлычет.  И
в этом мурлыканье сочувствие, которое Джим может принять, а  вот  слова,
даже самые добрые, которые он  слушал  все  прошлые  недели,  оставались
только словами, и их он не хотел слышать.
   Мурлыканье  продолжалось.  Мягкая   шерсть   коснулась   Джима,   кот
придвинулся ближе. Мальчик вытер  глаза,  размазав  пыль  по  щекам.  Он
чувствовал пустоту, но почему-то ему стало легче: он этого не  испытывал
с того момента, как ему рассказали о катастрофе.
   - Ты мне нравишься! - застенчиво сказал Джим. Он прижал к себе кота.
   Тиро вытянул передние лапы, протянул морду и коснулся  носа  мальчика
своим носом.
   - Дат, дат, ду, я иду!
   Джим  и  Тиро  повернулись.  Из  переулка  показалась  подпрыгивающая
маленькая фигурка, она  двигалась  на  пустырь,  в  котором  Джим  нашел
убежище.
   Старые  грязные  теннисные   туфли,   слишком   большие,   перевязаны
проволокой.
   Над ними смуглые коричневые ноги.  Верхнюю  часть  ног  с  бугристыми
коленками покрывают  старые  выцветшие  красные  шорты.  Шорты,  в  свою
очередь,  скрываются  под  грязной  тенниской.  На   тенниске   какая-то
выцветшая надпись, длинные рукава обрезаны, и края  их  обтрепались.  Из
них высовываются худые темные руки с  локтями  такими  же  острыми,  как
коленки.
   - Дат, дат, дя - дьявол взял тебя!
   Девочка. Маленькая головка покрыта  множеством  черных  косичек;  они
обрамляют лицо, на котором большие  глаза  разделены  пуговкой  носа,  а
широкий рот произносит слова детской песенки.
   На плече, таком хрупком и худом, что любая тяжесть, кажется,  сломает
его,  мешок  из  джутовой  ткани,  дыры  в  мешке  перехвачены  большими
неровными  стежками.  Часть  стежков  провисла,  словно  мешок   вот-вот
расползется и просыплет свое содержимое. Опустив мешок на землю, девочка
неожиданно бросилась к груде  старых  досок  и  вернулась,  торжествующе
размахивая двумя бутылками из-под коки.
   - Счастливый день, конечно, счастливый день!  -  объявила  она  всему
миру. - Кто-то оставил здесь хорошие денежки... - Она  осторожно  сунула
бутылки в мешок и повернулась, чтобы осмотреть груду с другой стороны. И
впервые заметила Джима и Тиро.
   - Что  ты  здесь  делаешь,  мальчик?  -  пронзительно  спросила  она,
подбоченясь и нахмурившись. - Это место - я его нашла.  Вчера.  Это  мой
пустырь!
   Тиро выскользнул из рук Джима и направился  к  девочке.  Он  испустил
негромкий резкий звук. Девочка отступила на шаг.
   - Какой большой кот. Я с ним не буду драться.
   Тиро сел, словно хотел убедить девочку, что не собирается ей вредить.
   Все время осторожно поглядывая на него, девочка  снова  взглянула  на
Джима.
   - Я тебе говорю, это моя территория. Все, что найду, мое. И я  никого
сюда не пущу.
   Джим встал.
   - Ты собираешь бутылки? Зачем они тебе?
   На лице у нее появилось удивленное выражение.
   - Зачем? Да они денег стоят, мальчик. Глупо об этом спрашивать.  Ага,
- она осмотрела его одежду, - вам, богачам, нечего думать о  деньгах  за
пустые бутылки. Ну, все равно, уходи с моего места. - Она  огляделась  и
схватила кусок старой рамы, из которой торчали ржавые гвозди.  Угрожающе
махнула в его сторону. - Я тебя побью, мальчик. Не позволю  никому  меня
прогонять...
   - Я не собираюсь тебя прогонять. - Джим подумал,  что  девочка  очень
смелая. Он ведь больше ее, и она не  знает,  что  он  не  станет  с  ней
драться.
   - Только попробуй! - Она взмахнула  рамой.  -  И  уходи  лучше  туда,
откуда пришел.
   - Послушай. - Джим сунул руки в карманы. Может, теперь  она  поверит,
что он не хочет ей вреда. - Я ничего здесь не ищу. Просто  увидел  здесь
кота... - Но как он может объяснить ей, что значит для  него  встреча  с
этим котом? Это личное, очень личное.
   Девочка посмотрела на Тиро.
   - Очень большой кот. Если он потерялся, за него могут заплатить. -  И
она посмотрела на Тиро так, словно решила сунуть его в мешок  вместе  со
своим хламом. Впрочем, подумал Джим, ей это будет трудно, если  Тиро  не
захочет.
   - Это теперь мой кот, - сказал и понял, что сказал правду.
   - Ты уверен? Ну, все равно его тащить трудно. А ты откуда пришел?
   Джим указал на забор.
   - Оттуда. Одна доска сдвигается. Я пролез.
   - Кортленд Плейс. Значит, тебе не нужно тут охотиться. - И она  снова
вернулась к первоначальной теме.
   - Нет. - Джим начинал сердиться. - Мне ничего  не  нужно.  А  ты  что
ищешь?
   - Все, что угодно, - ответила она. - Что можно продать. Бабушка... На
мгновение  лицо  ее  изменилось,  и  Джим  почувствовал,   что   девочка
испугана... - Бабушка болеет. Она и  я  -  вся  наша  семья.  Мне  нужно
продавать вещи и покупать что-нибудь для бабушки.
   - Я могу помочь, - неожиданно предложил Джим.  -  Если  скажешь,  что
тебе нужно, я тоже поищу.
   И, спрашивая, он  почувствовал  необычное  ощущение  в  голове.  Тиро
хочет, чтобы он это сделал. Но откуда он знает, о чем думает кот? В этом
нет никакого смысла.
   Девочка долго колебалась, потом коротко кивнула.
   - Хорошо. - Но голос у нее был недовольный. - Я  беру  бутылки,  все,
что можно продать. Вот здесь, - она показала на вход в погреб, -  может,
что-то есть. Никому это больше не нужно, так что если мы поглядим...
   Джим заглянул в дурно пахнущее отверстие. Видны обвалившиеся ступени.
   Он подумал, выдержат ли они  его  вес.  Девочка  уже  шла  туда.  Она
оглянулась через плечо.
   - Я Элли. Элли Мэй Браун, - объявила она. - И живу на Кок Эли.
   - А где это? - Джим смотрел, как она спускается  по  ступенькам.  Она
перепрыгивала с одной на другую и, казалось, совсем не думает,  что  они
могут обвалиться.
   - Там. - Элли махнула рукой, но Джим не понял, куда она показывает.
   Неважно. Он тоже начал спускаться, медленней и осторожней.
   Элли и Джим разглядывали груды поломанных кирпичей и мусора,  заросли
сорняка, а это время что-то шевельнулось. Тиро поднял голову и холодно и
критично взглянул в том направлении.
   Тень мгновенно замерла. Нужно  иметь  очень  хорошие  глаза,  кошачьи
глаза, чтобы увидеть ее. Это была еще одна кошка.
   - Ты поступила глупо! - Мысль Тиро устремилась  к  мозгу  появившейся
кошки. - Не время тебе показываться. Я установил контакт с  "мальчиком".
Но ему нельзя  видеть  нас  двоих  вместе!  У  них  нет  нашей  легкости
мысленного общения, но нельзя их и недооценивать.
   - Они кажутся безвредными, - ответила кошка.
   Тиро поднял голову, облизал шерсть на груди.
   - Ты видела исторические ленты!  Безвредные!  Это  самые  жестокие  и
самые нелогичные существа, каких мы только встречали.
   Он с некоторым беспокойством ожидал,  что  получит  замечание  насчет
своей симпатии к мальчику. Такое отношение к людям, если только  они  не
должны помочь, не входит в подготовку разведчика. Но у Мер хватило такта
не напоминать ему этот пункт руководства. В конце  концов  Тиро  старший
коот в этой полевой операции. А для  Мер  это  первый  полет;  некоторая
опрометчивость с ее стороны вполне естественна.
   Черный кот критично осмотрел свою спутницу. У  него  самого  четверть
земной крови, необходимая для  осуществления  полевых  операций  в  этом
мире,  но  его  величественная  внешность  свидетельствует  о  подлинной
принадлежности к коотам. У Мер ноги  длиннее  относительно  тела.  Хвост
тоньше, напоминает хлыст, морда узкая. Цвет  шерсти  серовато-белый,  не
очень отличающийся от известковой пыли, покрывающей здесь почву,  только
голова, лапы и хвост чуть темнее. Она  выглядит  так,  словно  несколько
дней не ела и сильно одичала. Отличная  маскировка,  подумал  Тиро.  Мер
может спокойно бродить по улицам и переулкам этого утомительного города,
где коот с его внешностью будет мгновенно замечен, даже  плохо  видящими
людьми.
   - Ты знаешь приказ. Два дна на устройство, потом встреча.
   - Я возьму "девочку".
   Тиро не мог поверить, что правильно уловил ее мысль.
   - Такая, как она, не имеет никакой ценности, сестра.  Ты  только  зря
потратишь драгоценное время. - Он старался не  показывать  испытываемого
раздражения.
   - Брат, я делаю то, что  нам  приказано.  В  тех  норах,  откуда  она
пришла, есть наши истинные родичи. Я уже заметила их: иначе зачем  бы  я
здесь оказалась? Я пришла - я пошла за ней.
   Тиро снова облизал шерсть на груди. Мер имеет право на выбор, и  если
она сделала его неверно, ее ждет наказание. Он ожидал, что  она  ответит
на его мысль. Но когда поднял  голову,  она  исчезла.  По  крайней  мере
соблюдает правила и установит контакт со своим "ребенком" на расстоянии.
   Он вслушивался в доносившиеся из погреба голоса и приготовился  ждать
возвращения Джима. Только поверхностные его мысли были заняты мальчиком.
В основном же он думал о другом, о том, что привело  его  сюда,  в  мир,
который древнейшие  записи  его  расы  провозгласили  самым  жестоким  и
несчастным.

Глава 2

ТИРО, МЕР И ПРОБЛЕМЫ

   - Нет, мы не можем пустить этого бродячего кота в дом, Джим.
   - Он не бродячий кот! Он потерялся. Только посмотрите на него. Он  не
из тех, что бродят по дворам.
   Тиро, которого мальчик прижимал к себе, положил лапы ему на  плечо  и
замурлыкал. Но на миссис Дейл он смотрел совсем не дружелюбно.  Неважно,
примут его эти люди или нет. Если бы мальчик так странно не нравился ему
да, нравился, - он в самом начале этого спора выскользнул бы из дома.
   Лицо Джима вспыхнуло. Тиро - первое, чего он действительно захотел со
своего несчастья.
   - Оставь пока. - Джим знал, что это значит. Тиро  может  быть  здесь,
пока не вернулся мистер Дейл. Тогда начнется разговор  о  сдаче  кота  в
питомник и...
   - Я оставлю его у себя, - решительно сказал мальчик. -  У  меня  есть
собственное денежное пособие. Я могу покупать ему еду...
   - Дело не только в еде, - предупредила миссис  Дейл.  -  Нужно  будет
делать прививки, хотя бы от бешенства.  А  они  дорого  стоят,  запомни,
Джим.
   Да, очень красивый кот. Но я  думаю,  ты  прав:  он  потерялся.  Надо
просматривать объявления в газетах.
   Джим дышал в шерсть на голове Тиро. По крайней мере хоть немногого он
добился: она согласна принять Тиро и  кормить  его.  Мальчик  знал,  что
испробует все, чтобы сохранить у себя кота. К счастью, зазвонил телефон;
миссис Дейл пошла к нему, а Джим поднялся по ступеням,  перепрыгивая  по
две за раз, и принес Тиро к  себе  в  комнату,  пока  она  не  заметила.
Посадил кота  на  кровать  и  стал  чесать  у  него  за  ухом.  Ответное
мурлыканье действовало успокаивающе, новый товарищ мальчика закрыл глаза
и впивался в покрывало когтями.

***

   - Откуда ты взялась? - спросила Элли. Пустой мешок она повесила через
плечо. Она уже побывала на сортировке  утиля  у  дядюшки  Слима,  и  под
тенниской у нее в тряпке деньги. И с мальчиком она  делиться  не  будет,
хотя это он отыскал стеклянные кувшины на полке в погребе.
   А с ней другая большая кошка, не черная, которую нашел мальчик. Сидит
на пороге и смотрит на нее, словно это ее дом, и к ней пришли гости.
   Интересная кошка, двуцветная и с  голубыми  глазами.  Голубые  глаза.
Элли раньше встречала только одичавших кошек, которые разбегались, когда
она начинала рыться в мусорных баках. Но это совсем  другая  кошка:  она
нисколько не боится. И поэтому боится сама Элли - немного.
   Это ее дверь, покривившаяся, потому что часть дерева сгнила.  На  Кок
Эли все дома убогие. Но ее дом, наверно, самый убогий,  решила  Элли.  В
нем только одна комната, и вместо окон пустые  рамы.  Элли  заткнула  их
старыми мешками. Так темно, но хоть меньше дует и немного  сохраняет  от
холода зимой.
   Кошка подняла переднюю лапу и лизнула шерсть. Элли  взмахнула  пустым
мешком.
   - Ты... уходи! - приказала она. - Этой мой дом, мой и бабушкин. У нас
нет кошек. Они нам не нужны!
   Она никогда не видела кошек с такими голубыми глазами. И они  смотрят
прямо  в  ее  глаза.  Элли  вытерла  рукой   лоб.   Жарко.   Хорошо   бы
сосульку-леденец, прохладную, ледяную. Надо  пойти  внутрь,  посмотреть,
как там бабушка.  Бабушка  сказала  утром,  что  плохо  себя  чувствует,
полежит немного, чтобы отдохнули старые кости.  Ужасно  старые  кости  у
бабушки, они теперь всегда болят.
   - Уходи! - Элли махнула мешком, но кошка даже не  моргнула.  Стараясь
держаться как можно дальше от кошки, девочка протиснулась в дверь.
   Внутри темно и душно. Но Элли так к этому привыкла, что  не  замечала
почти. У дальней стены старая проржавевшая печь, стол с одной ножкой  на
кирпичах. На нем сковородка бабушки и две  треснувших  чашки,  найденных
Элли. Под столом ведро с ковшом.
   - Это я, бабушка! - Элли пошла прямо к провисшей кровати.  -  Я.  Мне
повезло сегодня. Нашла старые кувшины, и дядюшка Слим дал мне  доллар  и
сорок два  цента.  -  И  она  достала  из-под  рубашки  свое  завязанное
сокровище.
   Голова бабушки повернулась на подушке, и Элли облегченно вздохнула.
   Иногда бабушка просто спит и даже не отвечает.
   - Иди сюда, дитя, - голос с кровати звучал не громче шепота. -  Ты  у
меня умница, Элли. Дай мне попить. Очень жарко...
   - Конечно. - Элли побежала  за  ковшом.  Привычно  приподняла  голову
бабушки одной рукой и смотрела, как та делает один-два  глотка.  -  Еще,
бабушка, - попросила она.
   - Достаточно, Элли. Хороший вкус - для городской воды. У нас дома был
колодец, нигде не было воды слаще. Давно это было, давно...
   - Ты поправишься, бабушка, и мне повезет еще, как сегодня, и мы сядем
в автобус и поедем туда. - Элли мечтала, как часто и раньше, но на  этот
раз вслух. Бабушка так много ей рассказывала о  своем  старом  доме.  Ей
казалось, что она сама там бывала.
   Маленькая женщина в постели села, и Элли торопливо принялась укрывать
ее стеганым одеялом и поправлять грязную подушку.
   - Я получила доллар и сорок два цента, - повторила девочка. - Пойду в
магазин. Крисси говорит, что  там  у  дверей  ведро,  а  в  нем  помятые
консервы.
   Их продают очень дешево. Я тебе куплю супа, бабушка, и  еще  зайду  в
булочную. Там вчерашний хлеб, он очень дешевый...
   - Что это, девочка? - Бабушка смотрела мимо Элли, и на ее  сморщенном
беззубом лице отразилось удивление. - Крыса? Возьми метлу, Элли!  Возьми
метлу. Не позволяй старой крысе...
   Глаза Элли уже привыкли к полутьме, и она видела, кто сидит у  ведра,
глядя на нее.
   - Это не крыса, бабушка. Большая кошка. Она сидела  у  наших  дверей,
когда я пришла, словно это ее дом. Я возьму метлу и...
   Но ей не хотелось прогонять кошку. Она  так  на  нее  смотрит,  будто
знает про Элли Мэй Браун все, с ног до головы.  И  она  не  шипит  и  не
ворчит.
   И если кошка будет тут, может, бабушка не  будет  так  бояться  крыс,
когда Элли уходит на поиски того, что можно продать.
   - Кошка? Где ты ее взяла? Мы не можем кормить кошку.
   - И не нужно, - ответила  Элли.  -  Если  она  тут  посидит,  поймает
большую крысу, которую ты так ненавидишь, бабушка. Она посидит,  пока  я
схожу и принесу чего-нибудь поесть. Не бойся.
   И она решила доказать это бабушке, протянув руку к голове гостьи.
   Серо-белая голова приподнялась, кошка обнюхала пальцы Элли, потом еще
выше подняла голову, потерлась о ее руку.
   Элли удивилась. Она понравилась кошке! Странно. Она девочка бабушки.
   На Кок Эли есть одна-две женщины, которые иногда дают ей что-нибудь.
   Например, миссис Дабни; она подарила тенниску, даже обрезала  рукава,
чтобы девочке было удобней. Но друзей у нее тут  нет.  Дети  с  Кок  Эли
отправлялись в  школу,  когда  их  ловил  надзиратель,  а  когда  он  не
показывался, просто бегали по улице. И бабушка  не  хотела,  чтобы  Элли
водилась с ними. А теперь Элли слишком занята, и у нее  нет  времени  на
глупости. Но... она понравилась этой кошке. И почему-то девочка  ощутила
какое-то новое, глубокое чувство.

***

   Джим осторожно спускался по темной  лестнице.  Где-то  снаружи  Тиро,
мистер Дейл вынес его, когда пришло время ложиться  спать.  Он  позволил
Джиму поставить в гараже коробку, положить туда  пару  старых  купальных
полотенец, которые нашла миссис Дейл, но твердо сказал: никаких кошек  в
доме. И Джим был так рассержен, что  совершенно  забыл  обо  всех  своих
горестях.
   У Гаррисов живет большая полицейская собака. Джим слышал,  как  Родди
Гаррис хвастал, что его собака ловит кошек,  даже  убивает  их.  Джим  с
самого начала невзлюбил Родди; теперь он готов был с ним драться. А  что
если Рекс поймает Тиро? От одной только мысли об этом мальчик вздрогнул,
хотя ночь жаркая. А Гаррисы на ночь всегда спускают Рекса во  двор,  как
сторожевую собаку. Тиро может пойти туда, не подозревая об опасности.
   Джим спустился вниз и открыл дверь,  ведущую  в  гараж.  Он  принесет
Тиро, может, спрячет  его  в  шкафу.  Дверь  наконец  подалась,  и  Джим
оказался рядом с машиной.
   - Тиро? - негромко позвал он. Подошел к коробке, но она пуста, как он
и опасался. - Тиро? -  Он  не  осмеливался  звать  громко:  Дейлы  могут
услышать.
   Снаружи ярко светит луна.  Слышно,  как  по  улице  проходят  машины,
дальше, там, где шоссе;  издалека  доносится  полицейская  сирена.  Джим
переступил с ноги на ногу. Он не может просто лечь в постель  и  лежать,
беспокоясь о Тиро.
   Тихо, как мог, мальчик выбрался во двор. Он услышал какие-то странные
звуки...
   - Тиро?
   И словно мысленно увидел большого  черного  кота,  ясно  увидел,  как
будто Тиро сидит перед ним,  освещенный  луной,  смотрит  на  него,  как
смотрел при первой встрече.
   Джим остановился. Тиро был здесь. Мальчик неуверенно  поднес  руку  к
голове. Тиро не заблудился, он не пошел к дому Гаррисов. Нет,  Тиро  все
знает о таких собаках, как Рекс, о том,  что  кошка  может  попасть  под
машину, и... Джим глотнул. Такого странного чувства у  него  никогда  не
было! Он все знал так же точно, словно... словно ему  сказали  папа  или
мама. А ничего более верного Джим представить себе не мог.
   Тиро в безопасности, он вернется.  Джим  не  должен  беспокоиться.  С
глубоким вздохом облегчения  мальчик  закрыл  дверь  гаража.  Ему  очень
хотелось спать. Побыстрее бы лечь в свою постель.

***

   Луна пятнами освещала площадку, на которой когда-то стоял дом.  Много
тени, можно легко спрятаться. Тиро скользил от одной  тени  к  другой  с
осторожностью   хорошо   подготовленного   разведчика.   Он   чувствовал
облегчение:  успокоить  мальчика   оказалось   нетрудно.   Мальчик   так
встревожился,  что  Тиро  даже  слегка  удивился.  В  свое  единственное
предыдущее  посещение  Земли  он  остановился  в  семье,  которая   всех
"животных" отпускала на ночь. Может, Джим чем-то отличается  от  других,
подумал Тиро. Потом вспомнил рассказы  полуродичей.  Очевидно,  и  среди
людей встречаются такие, которые думают не только о своем виде.
   Большой черный кот остановился под неподрезанным кустом со сломанными
ветвями. Под лапами мягкие высохшие цветы сирени. Он послал мысль-вопрос
и стал ждать.
   Вскоре появилась Мер. Они скользнула, прижимаясь животом, под ветвь и
села рядом. Кончик хвоста аккуратно обернула вокруг лап.
   - Ты установила контакт с девочкой? - спросил-подумал Тиро.
   В ответной мысли Мер усмешка:
   - Меня приветствовали... как ловца крыс.
   Тиро не смог подавить отвращения. Полуродичи - охотники,  это  хорошо
известно. В конце концов они тысячи лет провели на  варварской  планете,
где им нужно было либо приспособиться, либо погибнуть.  Но  подумать  об
истинном кооте, благородного рода, как об охотнике!
   Усмешка Мер стала заметней.
   - Нет, я не гоняюсь за этими зверями. Достаточно сильной направленной
мысли, и они дважды подумают, прежде чем снова прийти. Девочка... -  Мер
колебалась. - Она боится за бабушку. И она много трудится. Не похожа  на
обычных человеческих детенышей, бессмысленных и  жестоких.  Она  считает
меня другом.
   Тиро заворчал.
   - Когда мы впервые обнаружили эту планету, мы были друзьями людей.
   Наши мыслители и их мыслители жили вместе, и между нами был мир. Наша
мудрость питала их мудрость; их мудрость обогащала нашу. Ведь  эти  люди
даже верили, что их великая богиня -  кошка.  Они  называли  ее  Баст  и
строили храмы, в которых  мы  жили.  И  люди  радовались  и  почтительно
относились к тем коотам, которые соглашались жить под их крышей.  Но  ты
помнишь, что последовало за этим, сестра? Темные годы, когда вожди людей
объявили нас злом и охотились  за  нами  с  огнем  и  мечом,  подвергали
пыткам? Даже те, кто в новых храмах  молился  Существу,  полному  любви,
даже они кричали, видя нас, и убивали. И теперь между  нами  и  "людьми"
пролегла река смерти. И у  нас  только  один  долг  -  освободить  своих
родичей, вернее тех полуродичей, кто еще не настолько огрубел, чтобы  не
слышать внутренний голос. - Хвост Тиро хлестал по траве, уши прижались к
черепу, глаза сверкали.
   - Ты говоришь, как предводитель Ана. - Мер разглядывала  его,  слегка
склонив голову набок. Тиро с раздражением понял, что она не испытывает к
нему должного почтения. Но он старший в этой экспедиции. И опыта у  него
больше.
   - Ана знает "людей", - ответил он. - Достаточно  послушать  записи  в
памяти корабля, чтобы понять, что  она  права.  И  мы  должны  соблюдать
Первое Правило...
   - "Не позволяй возникать эмоциональной связи между тобой  и  людьми",
послушно процитировала Мер. - Но мы ведь должны и сохранять свою  тайну,
верно? Я распугаю крыс в доме девочки и постараюсь узнать, что смогу.
   Когда следующая встреча с предводителями?
   - Я побывал в шаттле, - ответил Тиро. - На сканере никаких сообщений.
   Кстати, в сознании мальчика страх перед некоей  собакой,  которая  по
ночам убивает кошек. Этого зверя спускают по ночам в том направлении.  -
Он указал подбородком. - Будь осторожна.
   - Кажется, мальчик очень о тебе заботится, иначе у него в сознании не
было бы таких страхов, - сказала-подумала Мер. -  Что  будет  с  ним,  с
девочкой, когда случится то, чего мы опасаемся?
   Если бы кот мог пожимать плечами, движения  Тиро  соответствовали  бы
этому жесту.
   - Они, как и весь их род, получат заслуженное. - Только  такой  ответ
может дать уважающий себя коот. Но в глубине души Тиро испытал  странное
сожаление. Он помнил, что Джим тревожился о нем, помнил, как  искал  его
мальчик. Ерунда. Достаточно вспомнить историю  взаимоотношений  людей  и
коотов, чтобы позабыть о таких глупых слабостях.
   Мер встала.
   - Пора  за  работу.  -  Она  дернула  своим  длинным  хвостом.  -  Да
благословит великая Баст наше дело.
   Тиро тоже встал.
   - Будь осторожна, сестра. Этот мир полон опасностей.
   Он следил, как она  легко  скользнула  в  тень,  потом  направился  к
темному дому Джима. Он уже отметил подходящее дерево, на  которое  легко
взобраться. Вдоль по этой ветке, и он сможет позвать мальчика, пройти  в
окно, которое тот, конечно, откроет, и провести ночь в удобной  постели,
как и подобает кооту благородного происхождения.

Глава 3

ТЕНИ СГУЩАЮТСЯ

   Джим пнул кирпич и смотрел, как тот падает в отверстие  погреба.  Там
внизу так жарко и душно. Он даст Элли еще пять минут, потом уйдет. Можно
оставить коробку прямо здесь, она ее найдет.  Он  посмотрел  на  большой
картонный ящик. Джим  протащил  его  вокруг  дома,  потому  что  не  мог
протолкнуть в дыру в заборе, и, к счастью, его никто не видел. Если Элли
нужны еще бутылки, теперь сможет выбрать.
   До встречи с Элли Джим даже не знал, что всякий хлам можно продавать.
   О, конечно, можно отнести пустые бутылки коки в  магазин  и  получить
новые.
   Но тут совсем другое. Мистер Дейл сказал, что  Джим  хорошо  придумал
разобраться с мусором. И  оставил  Джима  рыться  в  хламе.  Джим  нашел
множество полезных для Элли вещей:  несколько  тарелок  от  замороженных
продуктов, пять  бутылок  разного  размера  и  пластиковый  занавес  для
ванной, у которого порвался верх и его нельзя починить.
   Тиро лениво лежал на груде старых досок. Он даже  не  моргнул,  когда
мимо пролетела черно-желтая бабочка. Прошло уже пять дней, как Джим  его
встретил, и никаких объявлений о пропаже в газетах. Тиро  умен,  подумал
Джим. Он позволяет мистеру Дейлу вынести его  на  ночь,  немного  погодя
взбирается по дереву к окну Джима и  возвращается  в  спальню.  Наверно,
самый умный из котов.
   Из открытого окна  дома  Дейлов  доносились  звуки  телевизора.  Джим
поежился.  Дейлы  в  последнее  время  много  говорят  о   новостях,   о
беспорядках на  Ближнем  Востоке.  Все  это  очень  далеко  и  Джима  не
касается. Или касается? Он с беспокойством  вспомнил,  как  мистер  Дейл
однажды упомянул, что он  офицер  запаса,  и,  если  начнутся  серьезные
неприятности, ему придется отправляться на службу. Миссис  Дейл  сказала
что-то о том, что они в таком случае переедут к ее сестре. Сестра  живет
в Мериленде, у нее там ферма. Ну, что ж,  если  они  туда  поедут,  Тиро
сможет поехать с  ними.  Джим  был  настроен  решительно.  Можно  купить
специальную сумку для котов, он видел такую в рекламе, и он позаботится,
чтобы Тиро было удобно.
   Но по телику всегда говорят, что дела идут плохо. И ничего  на  самом
деле не происходит. Забавно. Упоминали в самом конце новостей и  о  том,
что в некоторых городах исчезают кошки.  Джим  взглянул  на  Тиро.  Кому
нужно много кошек - не породистых,  которые  стоят  много  денег,  каких
обычно показывают на разных шоу, а самых обычных, всех подряд, больших и
маленьких?
   - Эти ловцы кошек, - сказал он Тиро, - они никогда тебя не получат.
   Да ты их и сам разорвешь на клочки, если они только попробуют.
   Тиро  выгибал  когти,  царапал  широкую  доску,  словно  острил  свое
природное оружие, готовился  к  схватке.  Джим  снова  испытал  странное
чувство. Он его не раз испытывал за последние пять дней, и ему  хотелось
кому-нибудь рассказать, расспросить. Он был уверен,  что  Тиро  понимает
его слова.  Собаки,  например,  понимают  много  слов:  сидеть,  лежать,
стоять. Но это команды. А кошкам никто не дает таких команд.
   Думая об этом, Джим увидел, что Тиро повернул голову. Кот  смотрел  в
дальний конец пустыря. И через несколько мгновений  появилась  Элли.  Но
шла она медленней, чем обычно, и совсем не улыбалась.
   - В чем дело? -  спросил  Джим.  -  Смотри:  мне  разрешили  отобрать
кое-что для мусорщиков. Смотри, что у меня есть!
   Он двинул вперед тяжелую коробку. Но Элли не стала торопиться к  ней,
как обычно.
   - Бабушка, - медленно сказала  она,  -  она  заболела,  на  этот  раз
серьезно. Миссис Дабни,  она  сказала,  что  бабушку  нужно  положить  в
больницу. Бабушку увезут и... - Элли сделала  быстрый  сердитый  жест  и
вытерла лицо рукавом старой тенниски. - Я не дам ее увезти! Я сама  могу
о ней позаботиться, я всегда это делала. Ей даже можно больше не бояться
крыс, когда меня нет  и  некому  взять  метлу.  Все  крысы  ушли,  когда
появилась Мер. Я ухожу, а Мер ложится в кровать и лежит тихо, и  бабушке
становится лучше, она так говорит!
   Мер? Это та кошка необычного вида, которую ему однажды показала Элли.
   Не красивая, как Тиро, худая и  серо-белая.  Элли  говорит,  что  они
друзья.
   - А что говорит врач? - неловко спросил Джим. Он надеялся,  что  Элли
не расплачется.
   - Какой врач? Мы не можем даже увезти  бабушку  в  больницу.  Она  не
может идти, а туда далеко. Бабушка, она говорит мне,  что  делать.  Есть
много растений, которыми можно лечиться, если знаешь их. Раньше  бабушка
их искала, и у нее есть сушеные травы, из них можно делать чай.
   Элли как  будто  живет  совсем  в  другом  мире.  Джиму  трудно  было
поверить, что она не может сесть в машину и поехать к  врачу.  Но  какая
там машина? Он два дня назад видел Кок Эли,  когда  помогал  Элли  нести
домой коробку с мусором, и там нет  никаких  гаражей  и  никаких  машин,
кроме старого изношенного грузовика в полуквартале,  с  которым  возился
какой-то парень. Джим странно себя  чувствовал  на  Кок  Элли.  На  него
смотрели, и мальчишки отпустили замечание, которого  он  не  понял.  Они
подошли и преградили ему путь. Но Элли поговорила с  ними,  и  слова  ее
Джим тоже не понял. Тогда мальчишки засмеялись и пропустили  их.  Но  он
чувствовал, что одному в таком месте ему бы не поздоровилось.
   - Если что-нибудь случится, -  у  Элли  перехватило  дыхание,  и  она
ненадолго замолчала, потом продолжала:
   - Если с бабушкой что-нибудь случится, я сама поеду домой. Мы  с  Мер
не будем дожидаться, пока меня сдадут в приют, а Мер отдадут кошатникам.
   Она опустилась на землю рядом с коробкой и равнодушно  провела  рукой
по занавеске для душа, которую Джим положил на самом верху.  Но  она  не
смотрела на вещи, смотрела на старый погреб, и лицо у  нее  осунулось  и
похудело. Элли боялась, и страх ее заражал Джима.
   Он неловко переступил с ноги на  ногу.  Если  что-то  случится  с  ее
бабушкой! Ну, что-то случилось с мамой и папой - быстрое, плохое  и  без
всякого предупреждения!
   - Тебя могут взять приемные родители, - медленно  сказал  он.  -  Как
меня...
   - Никогда! - Элли решительно покачала головой. - Я не позволю,  чтобы
меня передавали из рук в руки, потому что не знают, что со мной делать.
   Говорю тебе, мы с Мер поедем домой. В дом бабушки!
   - А где это?..
   Он словно раскрыл дверь в плотно набитый шкаф. Слова Элли потекли так
быстро, они так  перемешивались,  что  часто  Джиму  приходилось  просто
догадываться.  Но  ему  стало  ясно:  Элли  верит,   что   где-то   есть
удивительный дом, вокруг него поля и колодец с чистой холодной водой. На
кустах столько ягод,  что  их  все  никак  не  могут  собрать,  и  много
кукурузы, и яблоки на деревьях. Бабушка там жила до  того,  как  ее  муж
нашел работу в городе. Но дом по-прежнему там, ждет...
   - Ты знаешь, как туда добраться?
   - Туда идет автобус. Мы с бабушкой туда поедем,  как  только  наберем
денег на билеты. Я записала - название остановки автобуса. Бабушка...
   Элли вдруг нагнулась к коробке и спрятала лицо в занавесе,  слова  ее
сменились всхлипываниями. Она заплакала так сильно, что все ее маленькое
тело затряслось.
   Из тени вышла Мер. Подошла к девочке,  потерлась  о  ее  бок,  громко
замурлыкала. Время от времени кошка поднимала морду и терлась носом о ту
часть щеки Элли, которая видна была из-под рук. Джим с несчастным  видом
сидел рядом. Ему хотелось убежать; но в то же  время  он  хотел  сказать
Элли, как ему жаль, но не мог найти слов. Он видел, как  Элли  протянула
руку, прижала к себе Мер,  может,  слишком  сильно,  но  Мер  продолжала
мурлыкать.
   Постепенно рыдания Элли смолкли. Наконец она подняла голову, прижимая
к себе Мер. Икнула и сказала:
   - Я не плакса. Бабушка всегда  говорит,  что  у  меня  голова  крепко
привинчена, и я могу добиваться своего. И я это и  буду  делать!  -  Она
сердито смотрела на Джима, как будто ждала, что он станет спорить.
   - Наверно. Ты сделаешь все, что задумаешь.
   Элли кивнула, так что дернулись ее косички.
   - Больше я не буду плакать. А теперь, - она выпустила Мер и  обратила
внимание на коробку, которую принес Джим, - посмотрим на это.
   И хоть у нее еще слезы на щеках, это  снова  та  Элли,  которую  Джим
знал.  Он  почувствовал  себя  гораздо  увереннее,   когда   она   стала
пересматривать его находки, комментируя каждую.

***

   Ночью луны не было, все небо затянули тучи. Тиро был доволен этим.
   Выскользнув из  дома,  он  позвал.  Через  несколько  секунд  к  нему
присоединилась Мер.
   - Сегодня должно быть сообщение.  Наш  план  начал  осуществляться  с
запада. Даже люди,  занятые  своими  делами,  заметили.  В  этом  шумном
телевизоре сегодня были еще новости об украденных и сбежавших кошках.
   - Если сбор начался, новости должны быть плохими.  -  Мер  как  будто
встревожилась.
   - Ты, конечно, передала сообщения нашим полуродичам?
   Она даже не стала отвечать, и он решил,  что  заслужил  отповедь.  Но
тревога, которую он ощутил в ней, вызвала его любопытство. Однако он  не
стал нарушать молчания, когда  они  двинулись  в  ночь,  пробрались  под
оградой, нашли тропу, месяцами скрытую от людей и ведущую в  самую  гущу
кустов.
   Тиро откинул голову и испустил негромкий резкий звук. Часть ствола  в
середине зарослей изменила форму, показалось слабо освещенное отверстие.
   Черный кот прыгнул к этой двери, Мер за ним.
   Внутри  Тиро  с  удовольствием  потянулся.  Мягкая  упругость   пола,
знакомое зеленоватое освещение радует глаз:  иногда  яркое  солнце  этой
планеты очень неприятно. Он прошелся по небольшой  каюте,  принюхиваясь,
проверяя, не было ли в их маленьком корабле нежелательных гостей.
   Внутренняя поверхность космического шаттла была обита толстой  мягкой
тканью и имела ремни, чтобы коот мог закрепиться при старте. Если занять
положение пилота, то видна контрольная доска  с  горящими  огоньками,  а
ниже ряды рычажков, отвечающих на мысль коота.
   Но один - центральный - огонек на доске не  горит  ровно.  Он  мигает
зеленым светом. Взглянув на него, Тиро застыл. Приказ явиться на базовый
корабль! Хвост его дернулся: необходима быстрота и осторожность. Мер уже
легла на пол, прикрепила ремень,  приготовилась  расслабиться,  оставляя
пилотирование шаттла на этот раз ему.
   Тиро занял  позицию  пилота,  внимательно  глядя  на  доску.  Никаких
признаков присутствия поблизости людей. Он отдал  мысленную  команду  на
старт.
   И не успел он перевести дыхание,  как  они  уже  поднялись,  скорость
подъема  прижала  их  к  мягкой  обивке.  Тиро  продолжал   следить   за
контрольной панелью. Поднявшись, они доступны для наблюдателей, их может
засечь радар людей. Это, конечно, не означает большой опасности,  потому
что их маленький шаттл перегонит любой человеческий корабль, но  все  же
лучше оставаться незамеченными.
   Тиро не был уверен, что они ушли незаметно, пока  шаттл  не  поднялся
выше уровня реактивных самолетов. Мер лежала с закрытыми глазами.
   Излучение ее мозга свидетельствовало о том,  что  она,  по  логичному
обыкновению коотов, спала, потому что ответственность за полет полностью
лежит на нем.
   Вызов на базовый корабль - дело величайшей важности. Хвост Тиро  чуть
дергался: в сознании  Тиро  всплывали  все  многочисленные  чрезвычайные
происшествие, которые могли привести к этому вызову. Хотя, конечно,  нет
смысла тратить время на догадки. Скоро все станет ясно.
   Мысли его перешли к Джиму. Тиро подумал, что бы сказал мальчик,  если
бы узнал, кто он такой на самом деле.  Поверит  ли  мальчик  в  разумных
коотов? Люди обычно предпочитают не замечать то, что не совпадает  с  их
мнением. Или смеяться над этим. Для них коот и обычная кошка - одно и то
же. Мысль о том, что такой непохожий на них вид владеет космосом  тысячи
их лет, что он открыл их незначительную планету, когда люди еще  жили  в
пещерах, эта мысль затронет гордость людей, и  они  постараются  закрыть
сознание, представить эту мысль как нечто совершенно невероятное.
   Как он напомнил Мер, не всегда было  так.  Тиро  помнил  исторические
ленты. Жаркая окруженная пустынями земля за морем (теперь люди  называют
ее Египтом), где кооты и люди встречались как честные и  равные  друзья.
Но его народ оказался слишком  доверчив,  слишком  доверял  способностям
людей мыслить логически, не поддаваться эмоциям.
   И многим из его народа  понравилась  эта  планета,  они  жили  здесь,
растили детей. А потом, когда эту землю охватила война, кооты  оказались
захвачены ужасом, страхом и смертью. И тогда среди самих  коотов  мнения
разделились.
   Некоторые улетели, поселились на других планетах и жили в  мире.  Они
считали,  что  истинная  логика  утверждает:  контакт  с  этой  планетой
невозможен, тех родичей, что на ней остались, нужно забыть.  И  какое-то
время это мнение господствовало.
   Но у коотов всегда сохранялась способность к поискам нового  пожалуй,
единственная  черта,  общая  у  них  с   людьми.   Позже   кооты   снова
распространились в этой части галактики, и победило другое мнение.
   Человек  быстро  идет  к  самоуничтожению.  Он  может  скоро   совсем
исчезнуть - в яростном всплеске эмоций или отравит собственный  мир.  Но
на планете есть родичи, частично порабощенные.  И  исследователи  коотов
составили план. Те родичи, которые  не  слишком  изменились  и  способны
воспринимать мысленные призывы коотов, должны быть увезены.  Они  внесут
новую энергичную струю  в  древний  род  коотов.  Долгие  годы  изгнания
выработали у них особенности, которых нет у коотов. Только старейшие  на
базовом корабле - чистокровные кооты. У Тиро и других  разведчиков  есть
доля чуждой наследственности. Это необходимо для эксперимента.
   Но время эксперимента подходит  к  концу.  Тиро  догадывался,  какими
должны быть новости, если эвакуация действительно началась. Сколько  еще
времени пройдет, прежде чем человек попытается уничтожить свою планету?
   Месяцы, недели, может, дни? Наверно, уже сегодня они об этом узнают.

Глава 4

ПОСЛЕДНИЙ ПРИКАЗ

   Корабль-разведчик аккуратно вписался в шлюз на внешнем ободе большого
базового корабля. Услышав звонок, означающий, что полет окончен, Тиро  и
Мер освободились от ремней  и  перешли  в  основной  корабль.  Торопливо
прошли по узкому коридору и оказались в большой внутренней каюте.
   Обычная самоуверенность Тиро слегка  увяла.  Он  вовсе  не  старейший
коот. Напротив, очень молодой член экипажа, и ему не полагается посылать
мысленные сигналы, если его не пригласят. Вместе с Мер он сел  на  самом
краю и приготовился слушать.
   На мягких подушках в центре помещения лежала предводительница Ана.  А
рядом с ней - Фледи. Усы  Тиро  встали  дыбом,  когда  он  увидел  Фледи
старейшего из старейших. Фледи  из  всех  знакомых  Тиро  ближе  всех  к
идеальному кооту.
   Шерсть у него не желтая и не рыжая, а скорее смесь того и другого.
   Даже в зеленоватом освещении  корабля  шерсть  его  сверкает,  словно
каждый  волосок  выкован  из   драгоценного   металла.   Большие   глаза
пронзительно зеленого цвета. Он  крупнее  остальных  самцов;  хвост  его
величественно обвивает края подушки, как  знамя,  и  он  может  в  любой
момент поднять его, призывая к действиям.
   Ана лежит удобнее. Шерсть у нее серебристо-серая, глаза тоже зеленые,
что  свойственно  всем  коотам  благородной   крови.   Она   осматривает
собравшихся, замечая все. Тиро рад, что они с Мер пришли не последними.
   Затаив дыхание, вошли еще два разведчика и сели рядом с ними.
   - Доброго пути, - послала  Ана  мысленно  приветствие,  как  подобает
старейшему по отношению к младшим. - Работа идет  хорошо,  но  ее  нужно
ускорить. Послушайте Фледи и узнайте почему.
   - Осталось  совсем  немного  времени,  братья  и  сестры,  -  круглые
немигающие глаза Фледи обошли всех;  глядя  на  каждого,  он  задерживал
взгляд. - Люди движутся быстрее, чем мы надеялись. Я собственными  ушами
слышал, как они планируют неожиданное нападение на других людей.  Таковы
эти люди! Увидев друг друга, они начинают ворчать и выпускают когти. Чем
быстрее исчезнут они из времени и пространства, тем лучше для  остальных
форм жизни. Но нам нужно выполнить  нашу  задачу.  Ана  послала  дальний
сигнал и получила ответ. Десять кораблей в пути, они уже в пределах этой
системы.
   Наши забытые братья и сестры должны быть готовы к отлету. И поскольку
даже десять кораблей - очень мало, наши братья и сестры в  полете  будут
спать.
   Им не потребуется питание и очень немного места, пока они находятся в
космосе. Но даже при  таких  условиях  я  не  знаю,  сколько  мы  сможем
захватить.
   Ана шевельнулась.
   - Мы должны взять всех, кто ответит на наш призыв!
   Мысль ее произвела впечатление удара выпущенными когтями.
   - Они наши родичи. Неужели мы оставим их, и  они  будут  страдать  от
того, что делают люди?
   Мер следила за Аной, скрывая собственные мысли. Неужели все люди  так
злы, как ее учили? Некоторых молодых  можно  считать  безвредными,  даже
немного достойными доверия. Вечером Элли поделилась с  Мер  супом,  хотя
коошка знала, что девочка очень голодна и могла съесть  все  сама.  А  в
далеком прошлом разве люди и кооты не жили в мире? Неужели  нельзя  хотя
бы лучших из людей предупредить о надвигающейся беде?
   Неожиданно собственные мысли  вызвали  в  ней  ужас.  Коот  не  может
доверять человеку. Люди могут быть интересными, даже приятными в юности,
но когда вырастают... Достаточно просмотреть записи, посмотреть, во  что
они превратили собственную планету, чтобы понять, каковы  они  на  самом
деле. Она должна следить за собой, всегда придерживаться истинной логики
коотов.
   Кончик хвоста Тиро дернулся. Значит, конец человечеству приходит даже
быстрее,  чем  они  рассчитывали.  Он  знает  сообщения,  видел   ленты,
принесенные другими разведчиками. Люди построили огромные машины  смерти
и готовы пустить их в ход. Может, один из их городов исчезнет в огненном
дожде. Или еще хуже: родичи погибнут от яда в воздухе. В  человеке  есть
что-то  дикое  -  есть  оно  и  в  полуродичах;   человек   никогда   не
удовлетворяется  достигнутым,  хочет  все  отобрать  у   других,   хочет
заставить других служить себе, как машины служат коотам. Но кооты правят
машинами, а не своими родичами.
   Частью сознания Тиро слушал и запоминал  инструкции  предводительницы
Аны о том, как  быстрее  созывать  и  транспортировать  полуродичей.  Он
слышал, как Фледи еще дважды предупредил, что  времени  остается  совсем
мало. Ну, они с Мер  установят  сигнал,  как  только  вернутся  к  своей
станции. И все полуродичи, в которых осталось хоть немного  от  истинных
коотов, услышат и придут. Они смогут перевезти многих на шаттле, а когда
придут остальные корабли...
   Джим. Тиро не понимал, почему вдруг увидел  мысленно  Джима.  Мальчик
всего лишь  человек,  Тиро  использовал  его,  чтобы  прикрыть  истинную
сущность своей миссии. Джим - это ключ, с помощью которого Тиро проник в
один из домов в центре города и  оттуда  уже  мог  успешно  действовать.
Поколения людей использовали кошек и других  животных  с  гораздо  менее
"человечными" целями.
   Но почему-то кооту было неловко. Он вспомнил, как пальцы Джима  чешут
у него за ушами, слышал,  как  мальчик  разговаривает  с  ним.  Конечно,
человеческий вздор, насчет того, как красив Тиро и тому подобное. Может,
если человек еще молод...
   Тиро неожиданно понял, что предводительница Ана разглядывает  его.  И
подумал, не слал ли он открыто свои мысли. Как глупо!  Она  смотрела  на
него внимательно, и он ощущал, как ее ищущая мысль проникает в его мозг.
Должно быть, почувствовала или догадалась, что он  отвлекся.  Разведчику
не полагается так себя вести! Он не котенок.
   Но вот предводительница Ана выпрямилась во весь свой рост  -  она  не
ниже Фледи, и ее серебристо-серая шкура оттеняла его ярко-золотистую.
   - Каков Первый Закон разведчика? -  Мозг  ее  послал  этот  вопрос  с
яростью, как хвост может хлестнуть в гневе.
   Слушающие кооты зашевелились. Тиро ощущал их удивление. Ана не  ждала
ответа. Почти сразу за вопросом  она  сама  процитировал  Первый  Закон:
"Коот есть коот, он не становится  близок  ни  с  кем,  кроме  тех,  кто
принадлежит к его крови".
   Кончик хвоста Тиро дернулся. Слишком точный ответ на его  размышления
несколько мгновений назад.  Каким-то  образом...  каким-то  образом  Ана
догадалась! И тут же Тиро почувствовал, как  ерзает  Мер.  Она  излучала
так, как котенок,  пойманный  за  каким-то  нелогичным  действием.  Мер?
Может, Ана на самом деле смотрела не на него,  а  на  его  спутницу?  Он
предупредил Мер; когда они останутся наедине, он  твердо  скажет  ей,  к
чему могут привести подобные глупости.
   - Помните, - продолжала Ана, - людям нельзя доверять. Это не те люди,
что приветствовали нас на этой планете. Для них мы меньшие  существа,  с
которыми можно поиграть и  выбросить,  когда  надоест.  Между  нами  нет
родства. И пусть никакие глупые чувства к ним вас не заденут.  Если  они
уничтожат свой мир, то сделают это сознательно, потому что в сердцах  их
зло. То, что ждет их, выросло из семени, посаженного ими же; мы  в  этом
не участвуем. Давным-давно наши  предводители  допустили  ошибку,  когда
пришли в этот мир; они считали, что люди могут быть нашими друзьями, что
они равны нам. И предводители нашли среди людей таких, кого  можно  было
научить воспринимать мысли. Но люди узнавали  все  больше,  и  росла  их
гордость и жадность. Их предводители  не  говорили  им,  что  человек  -
только одна из разумных форм жизни, что нужно научиться жить  вместе  на
маленькой планете, научиться делить ее и жить в  мире.  Нет,  их  полные
гордости правители  заявляли,  что  вся  планета  и  все,  что  на  ней,
принадлежит одним людям, и они могут поступать, как им вздумается. Могут
по своей воле нести смерть, даже своим родичам. Так они  жили  и  теперь
они должны умереть.
   Это правда, согласился Тиро. Все кооты  знают  эту  правду.  Поступки
людей отвратительны и в конце концов приведут  к  их  уничтожению.  Тиро
слышал, что все посылают мысли-согласия.
   Но тут вмешался Фледи.
   - Люди не наше дело. Думайте, кооты, только о наших  родичах.  Теперь
возвращайтесь на места и устанавливайте сигналы. Времени у вам  мало,  и
это ваша обязанность.

***

   Мер молчала, укладываясь в ремни. Тиро повел шаттл назад. От базового
корабля разлетались  другие  разведчики,  все  по  своим  районам.  Тиро
установил курс и наблюдал, не обнаружат ли их приземление.
   - Эта человеческая война ужасна.
   Мер удивила его своим неожиданным заявлением.
   - Ты видела записи. Люди изобретают все более страшное оружие.
   - Но ведь есть и такие люди, которые выступают против  этого  оружия,
пытаются остановить войны. Это тоже есть в записях.
   - Очень немногие. И против них все остальные, - напомнил ей Тиро.
   - Жаль. В них есть что-то хорошее. С ними можно договориться.
   Конечно, они ниже коотов -  может,  потому,  что  не  умеют  посылать
мысли.
   Если бы они хоть иногда могли соединяться мысленно,  как  соединяемся
мы, их дикость была бы побеждена. Если когда-то они могли слышать мысли,
почему не могут сейчас?
   Тиро гордился своими историческими познаниями.
   - Как сказала предводительница Ана, таких всегда было немного. И даже
тогда были войны и  убийства.  Говорят,  в  одной  из  таких  войн  были
уничтожены жившие в доме Баст, и после этого никто уже  не  мог  слышать
наши мысли. И люди забыли об этом. А потом пришли чужаки, которые даже о
Баст не помнили. Они увезли  наших  родичей  в  далекие  места,  где  им
пришлось добывать пищу, учиться убивать, чтобы есть. - Тиро вздрогнул. -
Наши родичи забыли  собственное  высокое  происхождение,  утратили  свои
способности, но никогда они не сдавались человеку, никогда не признавали
его хозяином. И это тоже поставили нам в вину.
   - У некоторых людей у самих ничего нет, - заметила Мер.
   - Делиться - не в их природе.
   - Это не всегда так. Девочка Элли делится со мной.
   Тиро повернул голову.
   - Сестра, помни Первый Закон. Мы должны выполнить свою миссию. Лучше,
если ты больше не будешь встречаться с этим человеческим ребенком.
   - Лучше скажи это себе, брат, - послала ответную мысль Мер. - Неужели
мальчик Джим так закоснел во зле, что ты его ненавидишь?  Я  следила  за
тобой. Он, возможно, не очень хорош в чтении мыслей, но откуда он  знает
твое имя? Ты пытался посылать ему мысль.
   - Это не запрещено, - защищался Тиро. -  Мы  можем  использовать  эти
способности, чтобы закрепиться. Но это не настоящая посылка мысли, у нее
нет четкости.
   Он уловил усмешку Мер и рассердился. Слишком быстро  ответил,  словно
устыдился того, как привлек внимание  Джима.  Но  это  вполне  в  норме,
всякий разведчик поступил бы так же. Давно уже установлено, что с детьми
легче вступить в связь, чем со взрослыми. И стандартное правило  таково:
когда нужно основать базу, необходимо вначале связаться с ребенком.
   Он закрыл свое сознание. Если Мер хочет дурачиться,  пусть.  В  конце
концов они здесь ненадолго. Им  дали  последний  приказ.  Отныне  у  них
только одна обязанность: собирание и направление  тех  родичей,  которые
услышат их призыв, эвакуация с мира, которому грозит гибель.

***

   Джим  проснулся.  Раннее  утро,  и  в  ногах  его  кровати  не  лежит
свернувшаяся черная фигура. Теперь он  вспомнил,  что  Тиро  вечером  не
мяукал на дереве у окна, не просил впустить его. Вернулось беспокойство,
охватившее мальчика,  когда  кот  исчез  в  первый  раз.  Слишком  легко
вспоминается Рекс, и полные машин дороги, и все  то  плохое,  что  может
случиться с неосторожной кошкой. Он не может просто лежать и ждать.
   Мальчик торопливо оделся. К счастью, сейчас каникулы и в  школу  идти
не нужно. Открывая дверь спальни, он  слышал,  как  зазвонил  телефон  -
громко внизу, приглушенно в спальне. Потом  звонок  прекратился.  Должно
быть, один из Дейлов отвечает. Тиро!.. Нет, никто  так  рано  не  станет
звонить из-за кота. И вообще мало кто знает, что у Джима  есть  кот.  Он
старался успокоиться, спускаясь в кухню.
   Открыв заднюю дверь, вышел. Раннее утро, прохладно,  но  скоро  снова
начнется жара. Как  справляется  Элли?  Эта  ужасная  старая  комната  в
отвратительном доме; там должно быть жарко, как в печи. А  что  будет  с
Элли, если ее бабушку увезут в больницу? Она говорила, что убежит,  если
останется  одна.  Элли  похожа  на  Мер,  на  Тиро.  Джим  не  мог  себе
представить, чтобы можно было девочку или кошек заставить делать то, что
они не хотят.
   Через забор перелетело черное пушистое тело.
   - Тиро! - В голосе Джима звучало облегчение. - Где ты был, старик?
   Кот потерся о его голые ноги, и мальчик опустился и обнял  его.  Тиро
позволил это только на одну-две секунды, потом решительно высвободился и
двинулся  к  дому,  оглядываясь,  мяуча,  призывая  поторопиться.   Всем
подчиняющимся логике существам пора завтракать.
   Джим накормил кота, потом  положил  еды  себе.  Он  решал,  стоит  ли
добавить еще банан, когда появился мистер Дейл.
   - Джим? Хорошо, что ты уже встал. Скажи Маргарет,  что  я  по  дороге
выпью чашку кофе и позвоню, как  только  у  меня  будут  новости.  -  Он
помолчал недолго, как будто хотел что-то добавить. Джим  виновато  встал
между ним и Тиро. Может, опять начнет насчет "кормления этого  животного
в доме". Слушай, не волнуйся, - мистер Дейл смотрел на него, не на кота.
- Мы все устроим. Если Маргарет уедет, ты поедешь с ней в Мериленд. Тебе
там понравится: там гораздо лучше, чем летом в городе. Пока...
   И он вышел, прежде чем Джим смог ответить. Значит, они на самом  деле
собираются в Мериленд. Джим подумал о своей копилке наверху: хватит ли у
него денег, чтобы купить сумку для переноса кота? Если не хватит, может,
поискать бутылки на продажу. На этот раз не для Элли: деньги  нужны  ему
самому. Он отложил банан и начал нарезать хлеб.  Тиро  обычно  по  утрам
спал.
   Ну, ладно, Джим закроет его, чтобы  найти  потом,  если  понадобиться
торопиться.
   Может, позвонить в магазины, спросить о цене сумки?  Джим  жевал  все
быстрее и быстрее, думая о будущем.

Глава 5

МЫ НАЙДЕМ ДОМ...

   Ничего интересного или полезного в мусоре  не  нашлось.  Джим  только
делал вид, что работает: ему приходилось заставлять себя.  В  копилке  у
него пять долларов: он проверил перед уходом. Но сумка для  кошек  стоит
вдвое дороже если она еще осталась в продаже.
   Элли радуется пенсам и десятипенсовикам, но  Джиму  нужно  больше,  и
побыстрее. Миссис Дейл сказала ему правду, когда спустилась  из  спальни
перед уходом  Джима  из  дома.  Ранний  телефонный  звонок  -  из  штаба
резервистов. Мистера Дейла призвали на военную службу. Потом миссис Дейл
включила радио на кухне, и там много говорили о  беспорядках  за  морем.
Джим почти не слушал, его поглотила мысль о покупке сумки для  переноски
кошек.
   - Позвоню  сегодня  Элизабет.  -  Миссис  Дейл  выключила  радио,  не
дожидаясь конца передачи. - Нам собраться недолго. Может, уедем в тот же
день, что Роберт.
   Но, Джим вспомнил, она не сказала, какой день это  будет.  Сколько  у
него времени? Ага - вот бутылка от коки! Он подобрал  ее  из  бака.  Да,
целая, ее можно сдать - за несколько пенни. Нужно много таких бутылок.
   Он не стал пролезать через забор  на  пустырь.  На  этот  раз  обошел
доски, оставленные рабочими во  дворе.  Джим  знал,  что  Элли  очистила
погреб от всего пригодного для продажи, но он все  равно  посмотрит  еще
раз.
   Ступив на лестницу, он услышал звук, от которого сразу остановился.
   Вначале ему показалось, что это какое-то животное, оно ранено и зовет
на помощь.
   Он заторопился к груде старых досок. Как будто звук отсюда.
   Обогнув доски, он увидел ее.
   - Элли! - Джим с разбегу остановился.
   Она обхватила руками коленки,  наклонила  голову,  так  что  лица  не
видно. Но именно Элли производила эти странные звуки! Рядом  с  девочкой
сидела  Мер  и  терлась  о  нее  головой,  время  от  времени   добавляя
собственный негромкий звук.
   - Элли, в чем дело? - Произошло что-то ужасное. Джим никогда не видел
Элли такой. Он протянул руку и с тревогой коснулся девочки.
   - ...уходи! - Слова звучали глухо, он их с трудом  разбирал.  Девочка
согнула плечи, словно хотела уйти подальше от прикосновений - и  его,  и
Мер.
   Должно быть, Элли заболела. Джим оглядел  заросший  сад  исчезнувшего
дома.  Может,   позвать   миссис   Дейл?   Он   чувствовал   собственную
бесполезность.
   Но он ведь никогда не говорил Дейлам об Элли.
   - Ты больна?
   Приглядевшись внимательней, он увидел, что рядом с ней лежит  большой
мешок, перевязанный веревкой. Джим узнал этот мешок. Стеганое  одеяло  с
кровати бабушки!
   - Элли. - Голос Джима дрогнул; он не хотел задавать этот  вопрос,  но
знал. что должен. - Элли, что-то случилось с бабушкой?
   Как будто он ударил ее ножом.  Она  вздрогнула,  подняла  голову,  он
увидел влажные щеки, распухшие от слез глаза.
   - Бабушка умерла, - плакала Элли. - Ее забрали  в  больницу...  Потом
врач... он сказал миссис Бегли, что она  умерла...  А  потом...  я...  я
просто убежала... Забрала свои вещи, -  она  похлопала  по  мешку,  -  и
убежала... потому что пришли за мной! У меня есть доллар. Но этого мало,
чтобы нам с Мер уехать. Мы должны найти место, чтобы спрятаться, пока  я
не заработаю достаточно. Но бабушка... - Рот у  нее  снова  задрожал,  и
кончила она плачем. Схватилась за Джима, билась,  закрыв  глаза,  о  его
плечо и плакала.
   Джим тоже закрыл глаза. Снова то же самое ужасное  чувство,  которое,
как ему казалось, он начинает забывать. Как будто он снова  в  школе,  и
его вызывают и говорят, что случилось с мамой  и  папой.  А  теперь  это
произошло с Элли.
   Вначале он хотел оттолкнуть ее,  уйти,  убежать  как  можно  быстрее,
чтобы не слышать, не вспоминать. Чтобы Элли замолчала, чтобы он не думал
о том, от чего ему так плохо.
   Но он не мог так поступить с Элли. Он знает, что она испытывает.
   Вместо этого он сжал ее почти так же  крепко,  как  она  его,  а  Мер
терлась о них обоих, издавая негромкие мягкие звуки.
   Элли шевельнулась, высвободилась, провела рукой по распухшим глазам.
   - Бесполезно об этом думать. Бабушка сказала  бы:  пользуйся  здравым
смыслом, который дал тебе Господь, девочка! Я это и сделаю. Найду место,
где мы с Мер сможем спрятаться, пока я не наберу денег. Потом мы  уедем,
и никакая благотворительность нас не найдет!
   Всхлипывая, она огляделась,  словно  хотела  поблизости  найти  такое
безопасное место. Потом протянула руку и погладила доски.
   - Похоже, люди, которые снесли  дом,  не  скоро  вернутся.  Может,  я
останусь здесь.
   Она встала, решительно вздернув подбородок, и сдвинула одну доску  из
груды.
   - Смотри,  можно  их  передвинуть,  вот  так,  сделать  навес.  Потом
поставим рядом другие, будет выглядеть, как будто упало само. А под ними
я могу прятаться.
   Она права. Джим, радуясь возможности что-то делать, а не слушать плач
Элли, помогал.  Когда  доски  заняли  свои  места,  Элли  отошла,  чтобы
посмотреть.
   - Похоже, что упали сами, - сказала она. -  Конечно,  тут  никого  не
бывает, но никогда нельзя быть уверенной. Посмотрим.
   Встав на колени, она забралась  под  навес,  втащила  за  собой  свой
мешок. Потом высунула голову и сказала:
   - Подойдет - пока.
   - А если пойдет дождь? И ночью здесь ужасно темно.
   Элли пожала плечами.
   - Если пойдет дождь, подставлю чашку, и у  меня  будет  вода.  Темные
ночи... - она колебалась. - У меня есть  Мер.  Говорят,  кошки  видят  в
темноте, лучше людей. Мер, она даст мне знать, если кто-то придет.  Мер,
она хороший друг. - Элли схватила тощую серо-белую  кошку  и  прижала  к
себе.
   Мер позволила это, прижалась головой к подбородку Элли.  -  Скажи,  а
этот большой кот не говорит с тобой... словно у тебя в голове?
   Джим удивился.
   - Говорит? В голове? Как это?
   Он видел, что Элли совершенно серьезна.
   - Ну, вот как. Мер, она смотрит на меня внимательно, и вдруг я  знаю,
о чем она думает. - Элли опустила кошку и потерла лоб. - У меня  никогда
не было кошки, может, они все так умеют. Правда?
   Джим покачал головой.
   - Не знаю.
   Говорит ли с ним Тиро? Откуда он знает имя Тиро? И тот раз, когда  он
испугался за кота и потом вдруг откуда-то узнал, что  все  в  порядке  и
Тиро благополучно вернется домой.
   Но мысли о Тиро заставили его вспомнить собственные проблемы.
   Предстоит переселение в Мериленд, и  нужно  взять  с  собой  Тиро.  А
теперь еще Элли. Джим не может просто уйти и оставить Элли  под  старыми
грязными досками. Она надеется уехать в какое-то место, о котором только
слышала.
   - Послушай. - Он присел на  корточки  рядом  с  Элли.  -  Может,  мне
придется уехать. Дейлы... я с ними  живу...  мистера  Дейла  призвали  в
армию, а миссис Дейл говорит, что поедет в Мериленд к своей сестре, и  я
поеду с ней.
   Маленькое личико Элли оставалось равнодушным.
   - Не думай обо мне! - заявила она, словно могла читать  мысли  Джима,
как и мысли Мер. - Я сама справлюсь! Мы с Мер справимся!
   - Нет, - решительно ответил Джим. - Откуда ты знаешь, что завтра сюда
не придет бульдозер и не разнесет тут все? Приемный ребенок - это совсем
не так плохо, Элли. Они добры ко мне. - Он вынужден  был  признать,  что
Дейлы действительно добры к нему.
   Но Элли покачала головой.
   - Я не буду связываться с благотворительностью, нет. Они  не  возьмут
Мер...
   Кошка сидела перед Элли, переводя взгляд с нее на  Джима  и  обратно,
словно понимала каждое их слово. И на самом деле Джим испытал все то  же
странное беспокойство. Как  сказала  Элли,  что-то  зашевелилось  в  его
сознании. Он знал, что выбор Элли неразумен, но в то же  время  какая-то
часть утверждала, что Элли права.
   - Я тебе  принес  поесть.  Ты  завтракала?  -  спросил  он,  стараясь
отогнать тревожные мысли.
   - Миссис Бегли дала мне немного хлеба,  -  призналась  девочка.  -  Я
вообще не могла есть...
   - Подожди, я  тебе  покажу!  -  Джиму  легче  было  действовать,  чем
разговаривать. Он торопливо протиснулся в дыру в  ограде  и  побежал  на
кухню. Слышался голос: это миссис Дейл разговаривала по  телефону.  Джим
надеялся, что она не скоро закончит. Взял хлеб,  намазал  толстым  слоем
арахисового масла, потом сверху положил несколько ложек джема. На  полке
стояло несколько бутылок с кокой, он взял одну. Пересыпал  в  мешок  для
сэндвичей печенья. Подумал  и  о  Мер,  наполнив  второй  мешочек  сухой
кошачьей пищей. И все время прислушивался к голосу миссис Дейл. Конечно,
он вполне может перехватить. Единственное правило: он должен  убрать  за
собой. Теперь он вымыл нож и ложку, вытер их и  выбежал  с  припасами  в
использованной полиэтиленовой сумке.
   Когда Джим снова пробирался через  ограду,  перед  ним  это  проделал
Тиро. Джим позвал его, но кот исчез в густых зарослях по другую строну.
   Джим направился к навесу и передал мешок Элли.
   - Все, что я смог достать. Вечером попробую еще, - пообещал он.
   Элли осмотрела принесенное.
   - Парень, ты не жалеешь ножа, когда режешь хлеб! Вкусно, как цыпленок
в горшке! - В одной руке она держала сэндвич, другой осторожно открывала
мешок с кошачьей пищей. - Мер,  куда  она  исчезла?  Была  здесь  минуту
назад.
   Ну, поест, когда вернется.
   Элли ела сэндвич, а Джим налил коки в крышечку от бутылки, чтобы  она
смогла пить.
   - Вкусно! - Элли проглотила оба сэндвича, но печенье снова спрятала.
   - Вы очень хорошо едите. Я давно такого не ела...
   - Я тебе еще принесу, - пообещал Джим.  Он  по-прежнему  считал,  что
планы Элли неосуществимы, но знал, что не может спорить с нею.  Наверно,
пара ночей здесь, даже одна покажут ей, что она не может  жить  сама  по
себе, как бы ей ни хотелось.

***

   Тиро наблюдал из-за укрытия - густо разросшихся кустов.
   - Смотри, - сказал он своей  спутнице.  -  С  ребенком  будет  все  в
порядке, мальчик позаботится о ней.
   - Ты касался его сознания сегодня утром? - спросила Мер.
   - Еще нет.
   - Тогда ты не знаешь. Мальчик уезжает. Люди,  с  которыми  он  живет,
меняют свое логово. Он намерен взять тебя с собой, потому что боится  за
твою участь, если ты останешься.
   Тиро вздрогнул.
   - За мою участь? Но...
   - Мы с тобой знаем, что причин для беспокойства нет. Но мальчик этого
не знает. Он видит в тебе животное без логова, думает, что тебя  поймают
люди, которые убивают животных. Он очень боится за тебя!
   - Я его не поощрял в этом, - ответил Тиро.
   - Может, и нет, брат. Но ты понравился мальчику. Если бы  он  не  был
человеком, я бы сказала, что он претендует на дружбу.
   - А девочка? - возразил Тиро, не желая поверить в слова Мер.
   - Она претендует на родство со мной.
   - Но ты не можешь... - начал Тиро, и Мер  устремила  на  него  взгляд
своих синих глаз. И в этом взгляде было выражение, удивившее и потрясшее
его.
   - Ты установил сигнал? - Она резко сменила тему, и  он  вынужден  был
сделать то же.
   - Да, уже готово для нескольких рейсов шаттла. - Тиро гордился собой.
   - Сегодня ночью мы откроем место, в котором содержат бездомных... ну,
ты говорила. С несколькими я установил очень прочный контакт. Мы  сможем
открыть снаружи их клетки.
   - Хорошо. Я буду готова.
   Мер не попрощалась, просто выскользнула из-под куста и направилась  к
навесу.

***

   Джиму не хотелось покидать Элли. Ему повезло: миссис Дейл была занята
своими делами и мыслями о будущем Джима и не обращала на него внимания.
   Позже он сумел стащить кусок  ветчины,  еще  сэндвичей  с  арахисовым
маслом и бутылку воды, прежде чем она заметила, что он исчез.  Но  когда
он вернулся, она ждала его.
   - Где ты был? - Никогда раньше она не говорила с ним так резко.
   - Во дворе искал Тиро. - Это правда, потому  что  большой  кот  снова
исчез. Джим все больше и больше беспокоился. Если Тиро будет  продолжать
так делать, его может не оказаться,  как  раз  когда  они  должны  будут
уехать.
   А он не думает, чтобы миссис Дейл стала ждать, пока он отыщет кота. И
он еще не раздобыл сумку.
   - Джим, коты часто бродяжничают. Несколько дней живут в одном  месте,
потом уходят. У Элизабет есть колли. Тебе она понравится. Не  беспокойся
о Тиро.
   Он понимал, что спорить не стоит. Надеялся только, что  кот  будет  в
доме, когда они уедут. И тогда он заберет с собой кота, даже без сумки.
   Джим не понимал, почему Тиро имеет  для  него  такое  значение,  знал
только, что это так, что он значит для него, Джима, больше всех,  с  тех
пор как не стало мамы и папы. Ну, может, еще Элли. Если они уедут, нужно
будет что-то делать и с Элли. Может, за его  пять  долларов  Элли  купит
билет до этого дома?  Джим  сомневался  вообще  в  существовании  такого
места. С тех пор как уехала бабушка  Элли,  ферму  давно  могли  снести,
построить на ее месте что-то новое.  Джим  знал  только,  что  не  может
уехать, оставив Элли одну, не зная, кто о ней позаботится.

***

   Тиро и Мер осторожно шли во тьме; за ними - пять  других  кошек.  Они
мысленно призвали  их  на  помощь.  Теперь  у  них  только  одна  задача
освободить родичей и обеспечить их безопасность.

Глава 6

ДЖИМ И ЭЛЛИ ИЩУТ

   Джима разбудил ветер за стенами дома. Потом начался сильный дождь.
   Мальчик сел в постели. Элли! Это буря, и сильная.  Он  закрыл  глаза,
когда сверкнула молния, послышался гром,  оглушительный,  казалось,  вся
крыша рушится на голову. Он не может оставить там  Элли  под  прикрытием
только нескольких прогнивших досок!
   Выбравшись из постели, вздрагивая каждый раз, как ударял  гром,  Джим
натянул одежду, которую бросил на стул. Тиро? Тиро не вернулся в дом!
   Где-то есть фонарик. Торопливо поискав в  верхнем  ящике,  он  ощупью
нашел его. Снова ударил гром, Джим выронил фонарик и  зажал  уши.  Потом
заставил себя поднять фонарик и спуститься вниз.
   Внизу горел слабый свет: значит, мистер  Дейл  еще  не  вернулся.  Но
дверь другой спальни закрыта, и Джим надеялся, что миссис Дейл спит.  Он
начал спускаться, медленно шагая по ступенькам.
   Дождь стучал так громко, что он слышал его даже сквозь стены дома.
   Что делает Элли?
   Джим открыл дверь в гараж. Он задержался  в  прихожей,  чтобы  надеть
свой дождевик и прихватить плащ миссис Дейл. Элли  он  будет  велик,  но
даст ей какую-то защиту.
   Снаружи дождь стоял сплошной стеной. Вода плескалась о наружную дверь
гаража. Джим  посветил  в  коробку  Тиро.  Внутри  кота  не  было.  Джим
заколебался,  когда  снова  вспыхнула  молния,  сопровождаемая  страшным
гулом.
   Оставаясь здесь, он не поможет Элли,  но  Джиму  ужасно  не  хотелось
выходить под дождь. Он закутал фонарик в плащ миссис Дейл.  Слабый  свет
фонарика поглотила окружающая тьма.
   Двор выглядел совершенно по-другому, и Джиму трудно  было  определить
направление к неприколоченной доске.  Наконец  он  решил  пробраться  на
пустырь спереди. За домом деревья,  а  он  слышал,  что  в  них  ударяет
молния.
   Как можно плотнее накрывшись плащом, он побрел по лужам.
   Когда он вышел  на  тротуар,  все  уличные  огни  погасли.  Отключили
электричество, а фонарик совсем не светит. Но Джим  заставил  себя  идти
дальше.
   Каким-то образом ему удалось добраться до досок у самой улицы, оттуда
он двинулся медленно, опасаясь  споткнуться  о  кирпич  или,  еще  хуже,
провалиться в погреб. Снова прогремел  гром,  но  на  этот  раз  он  был
дальше.
   Джим надеялся, что буря кончается.
   Фонарик осветил груду досок. Может, у Элли  хватило  здравого  смысла
вернуться на Кок Эли, когда начался дождь.  Но  если  нет,  Джим  должен
отвести ее в дом, что бы она ни говорила.
   - Элли? - Доски по-прежнему образовывали навес. Джим  посветил  в  их
тень.
   Кто-то там есть.  Элли  клубочком  свернулась  в  одеяле,  промокшем,
покрывшемся темными пятнами сырости. Она шевельнулась и как будто хотела
убежать через противоположный вход под навес.
   - Элли, это я, Джим!
   Элли застыла. Но лицо ее совсем не выглядело приветливым.
   - Элли, послушай... - Джим развернул плащ миссис Дейл и протянул его.
   - Надевай и пошли. Ты не можешь здесь оставаться!
   - Не пойду. -  Она  с  такой  решительностью  покачала  головой,  что
одеяло, которым она накрыла голову, слетело. - Ты  кому-нибудь  говорил,
что я здесь, мальчик? - Она  швырнула  вопрос,  как  могла  бы  швырнуть
камень. Где ты взял плащ?
   - Это миссис Дейл. Нет, я никому не говорил о тебе, - ответил Джек.
   Он пришел под таким дождем, чтобы спасти Элли, а она так  глупо  себя
ведет.
   Он даже хотел уйти домой, пусть дождь смоет ее. - Ты не можешь  здесь
оставаться, - настаивал он, - можешь даже соскользнуть в погреб...
   - Куда мне идти? С тобой? А что сделает миссис  Дейл,  с  которой  ты
живешь? Утром позвонит по телефону, явится благотворительность,  и  меня
поймают. Ты мне не друг, если хочешь этого.
   - Ты не можешь здесь оставаться! - раздраженно  крикнул  Джим.  -  Ты
спятила!
   Он сам уже промок, несмотря на дождевик.  Мокрые  волосы  прилипли  к
голове, вода текла по лицу и шее, затекала за  воротник.  И  в  башмаках
словно по галлону воды.
   - Я делаю,  что  хочу,  -  упрямо  ответила  Элли.  -  И  ты  мне  не
приказывай, мальчик!
   - Никто не узнает. - Джим не мог просто уйти и оставить  ее,  хотя  и
очень рассердился. - Миссис Дейл спит, а мистера Дейла нет дома. Они  не
узнают о тебе. А как же Мер? - Он неожиданно вспомнил о кошке. - Ей ведь
не нравится сырость.
   - Мер здесь нет, - ответила Элли. - И поэтому я никуда не  уйду.  Она
вернется, а если я уйду, может, никогда больше ее не найду.
   - Ну, возьми хоть это, - Джим почти сдался, он протянул плащ девочке.
   - Будет посуше.
   - А что ты скажешь, когда утром леди его станет искать?  -  возразила
Элли.
   - Придумаю что-нибудь... - начал Джим, но тут кое-что заметил.  Дождь
начал стихать. Молний больше не было, а  гром  ушел  далеко.  Он  увидел
также в свете фонарика, что Элли сняла одеяло и собирается выйти  из-под
навеса.
   Мальчик  облегченно  перевел  дыхание.  Теперь  надо  подумать,   как
провести ее в дом, а утром выпустить, чтобы Дейлы  ничего  не  заметили.
Если Элли так хочет, чтобы никто о ней не знал, придется послушаться ее.
   Девочка выбралась наружу. Неожиданно она вырвала плащ из  рук  Джима,
выхватила фонарик.
   - Эй! Что ты делаешь? - Джим  попытался  отобрать  фонарик,  но  Элли
отпрыгнула. Он поскользнулся в грязи и упал на одно колено.
   - Я иду искать Мер! Я видела, она  ушла...  туда,  -  Элли  взмахнула
фонариком, и его луч осветил ближайшие кусты. - Перед самым дождем. Она,
должно быть, ждет где-то, чтобы он кончился.
   - Невозможно найти кошку в темноте! - возразил Джим. -  Они  прячутся
и...
   - Я могу найти Мер, - все так же упрямо ответила Элли, -  потому  что
знаю, где она. Я тебе говорила, Мер думает, а я слышу в голове ее мысли.
   Она сейчас очень чем-то встревожена; может, она в беде. И я должна ее
найти! Поэтому я возьму на время плащ. - Элли  уже  натянула  его,  хотя
рукава ей оказались длинны, а  кромка  тащилась  по  грязи.  Но  девочка
затянула пояс, сделав несколько складок у талии.
   Правду ли говорит Элли? Глядя на нее, Джим подумал, что  сама  она  в
это верит. Может,  действительно  кошка  где-то  застряла,  заползла  от
дождя, а теперь не может выбраться.
   И где Тиро? Джим представлял себе,  как  Тиро  сидит  где-нибудь  под
кустом или под чужим порогом и ждет, когда кончится  дождь,  и  вдруг  в
сознании мальчика возникла картина: Тиро бежит по улице, а за ним другие
кошки. Они гонятся за ним? Нет, но все  равно  что-то  неладно,  чего-то
Тиро боится. Рекс... Может, Рекс на свободе и охотиться за кошками?
   Джим старался напряженно думать о Тиро, увидеть его, понять, где он.
   Но  ничего  не  получалось,  только  осталось  впечатление  страха  и
необходимости торопиться.
   Он вовремя пришел себя, чтобы увидеть уходящую Элли, темную фигуру на
фоне луча фонарика, который она направляла перед собой.
   - Эй, ты куда? - Джим заторопился за ней. Хоть дождь  совсем  мелкий,
он не видит причины отправляться на  поиски  кошки.  Разве  не  известно
всем, что кошки отлично заботятся о себе сами? Но ведь собаки, и  машины
- и люди, которые ставят ловушки, ловят их, а потом  убивают,  ведь  это
специальная служба. Теперь Джим не меньше Элли был уверен,  что  Тиро  и
Мер в опасности. Хотя у него не было ни малейшего представления, где  их
искать.

***

   Буря не входила в их план. Тиро молча фыркал, стараясь не попадать  в
лужи. Он не любит, когда у него намокает шерсть.
   Сигнал Мер.  Она  приветствует  новоприбывших  на  борту  шаттла.  Но
потребовалось гораздо больше времени, чем он рассчитывал, чтобы  открыть
клетки. И из  всех  заключенных  только  в  десятке  нашлось  достаточно
древней крови, чтобы ответить на сигнал. Три  пленницы  оказались  очень
быстры и сообразительны в своей реакции.  Но  двигаться  быстро  они  не
могли, потому что у пяти кошек были котята.
   Полностью проснулся инстинкт, который выведет Тиро к  кораблю.  Нужно
пересечь еще одну улицу, потом они смогут укрыться под кустами  на  краю
парка, в котором спрятан шаттл. Тиро свернул  к  обочине,  остальные  за
ним.
   Приближается машина. Тиро прижался к  земле.  Но  фары  не  коснулись
небольшой группы на тротуаре.
   Пора!
   Они как можно быстрее пересекли улицу. Но когда добрались до  кустов,
Тиро отстал, послав вперед свою группу. Мер звала,  ее  сигнал  слышался
четко и ясно.
   Еще две тени отделились от тьмы и присоединились к группе. Они не  из
группы, которую вел Тиро, но они уловили сигнал и последовали призыву.
   Тиро думал, сколько еще родичей придет. Некоторые слишком  слились  с
этим варварским миром. Та  часть  их  мозга,  которую  нужно  пробудить,
завяла, иссякла за те столетия, которые целые поколения провели на  этой
планете; они не использовали эти способности, не тренировали  и  забыли.
Но кооты должны сделать  все,  что  смогут,  чтобы  помочь  своим  давно
утраченным братьям и сестрам.
   Тиро на мгновение остановился, чтобы  облизать  влажную  шерсть.  Чем
скорее кончится эта ночь, тем лучше. Может,  будет  даже  время  немного
поспать в гараже, прежде чем проснутся люди в доме Джима.
   Эти люди. Тиро снова лизнул шерсть. По тем словам и  мыслям,  что  он
уловил, он считал, что они скоро уедут.  В  основном  это  мысли  Джима,
иногда они так ясны, словно мальчик способен их посылать,  примерно  так
же, как необученный котенок. Но это неважно.
   Тиро перестал облизываться. Нет, если быть  правдивым  коотом,  нужно
признаться, что важно. Что-то есть в этом мальчике... Конечно,  коот  не
может дружить с человеком. Но Джим не похож  на  других  людей,  которых
показывают для предупреждения разведчикам. Он не так  ограничен,  думает
не только о своем виде, не...
   Коот покачал головой. Лучше не думать об этом. Неважно,  какой  Джим,
главное сейчас - работа Тиро. И ему пора ею заняться. Он  скользнул  под
мокрые  ветви  с  такой  легкостью  и  мастерством,  что  они  почти  не
шевельнулись,  и  быстро  догнал  маленькую  группу,  направлявшуюся   к
кораблю.

***

   - Уже недалеко, - Элли нетерпеливо дернула  плащ,  который  никак  не
отцеплялся от чего-то и задерживал ее. - Мер здесь.  -  Фонарик  осветил
густую путаницу ветвей. Джим решил, что так как они пересекли две темные
улицы и осталась одна освещенная, они близко к парку. Наверно, эти кусты
обозначают его границы.
   - Подожди! -  Он  схватил  Элли  за  руку.  Ему  показалось,  или  он
действительно видел, как что-то шевельнулось в кустах? Под давлением его
пальцев рука Элли, держащая фонарик, повернулась. Ветра нет,  почему  же
ветви слегка дрожат, как будто кто-то прошел под ними?
   - Мер здесь.
   - Ты ее видишь? - спросил Джим.
   - Нет. Просто знаю. - Элли  вырвала  руку  и  пошла  через  последнюю
улицу. Действительно, край парка, а парк по  ночам  опасен.  Джим  снова
попытался схватить Элли за плащ, но она увернулась, не оглядываясь.
   Мгновение спустя она пригнулась и стала рукой разводить ветви  в  том
самом месте, где Джим заметил  движение.  Они  увидели  туннель,  идущий
криво, так что вперед можно было заглянуть лишь ненамного.
   Фонарик погас.
   - Что случилось? - спросил  Джим.  -  Дай  его  мне!  Может,  если  я
потрясу...
   - Нет! - Элли была так же упряма, как и раньше. - С фонариком  все  в
порядке. Только им нельзя здесь пользоваться. Мы  не  хотим,  чтобы  они
знали, что мы идем... - Она уже опустилась на четвереньки  и  вползла  в
потайной туннель.
   Кто не должен знать, спрашивал себя Джим: у него  было  предчувствие,
что Элли все  равно  не  ответит.  Напротив,  она  зашипела,  как  шипит
рассерженный Тиро.
   -  Тише!  Ты  очень  шумишь,  и  может  быть...  -  Она  не   кончила
предложение, и Джим понял, что больше не видит ее  в  темноте,  она  уже
проползла вперед по проходу.
   Ничего не оставалось, как тоже опуститься на  четвереньки,  а  вскоре
лечь на живот и пробираться по несколько дюймов за  раз,  ощупью  находя
дорогу. Сердце мальчика билось сильно, во рту у него  пересохло.  Он  не
хотел этого делать, но если Элли может, он ее не оставит  одну.  Что  же
они ищут в этом узком тайном туннеле?
   Дважды Джим натыкался на куст, один  раз  больно  оцарапал  лицо,  не
свернув вовремя. Приходилось двигаться медленно,  одной  рукой  ощупывая
дорогу впереди, отыскивая проход, проводя рукой из  стороны  в  сторону,
чтобы определить направление.
   И тут справа он уловил свет, когда дорога снова неожиданно повернула.
   Не уличный свет - тусклый, зеленоватый.  Но  он  оставался  на  одном
месте, словно лампа. Между ним и  светом  темная  фигура  -  Элли.  Джим
остановился и через плечо Элли посмотрел вперед.
   Какая-то... штука... чуть больше гаража. Джим не видел  ясно,  потому
что свет, выходящий из отверстия в этой штуке, не освещает ее всю. В это
отверстие входили кошки, каждая на мгновение останавливалась и  касалась
носом носа той, что стояла у отверстия.
   И вот последняя кошка прошла, не вошла еще только большая черная.
   - Тиро!
   Черный кот повернулся, прижав уши, глаза его блеснули.  Но  Элли  уже
прорвалась сквозь куст и  бежала  к  другой  кошке,  той,  что  сидит  у
входа...
   - Мер! О, Мер, я думала, ты потерялась!

Глава 7

СПРАВЕДЛИВОСТЬ КООТА

   Элли  встала  на  колени  у  отверстия,  через   которое   пробивался
зеленоватый свет. Но между девочкой и Мер стоял Тиро, он шипел и хлестал
хвостом.
   Джим пошатнулся, поднес руки к ушам. Но этот голос-рычание он  слышит
не ушами, он звучит в голове.
   - Уходите!
   Мер прошла вперед к Элли, не обращая  внимания  на  Тиро.  Скользнула
мимо него в руки Элли, подняла лапу и потрогала подбородок девочки.
   - Тиро? - Джим колебался. Черный кот смотрел теперь не на мальчика, а
на Мер. В дверях свет стал ярче.
   Элли опустила Мер и на  четвереньках  поползла  к  двери,  серо-белая
кошка шла перед ней.
   - Элли! - позвал Джим. - Куда ты?
   Она даже не оглянулась.
   - С Мер.
   Джим присел ниже, чтобы глаза его сблизились с глазами черного кота.
   - Тиро, что происходит? - Он был потрясен и испуган. Кошки  не  могут
читать мысли, не могут так "говорить", просто не могут!
   - Я не кошка, - последовал твердый ответ.
   Джим мигнул.
   - Кто же ты?
   Тиро  смотрел  ему  прямо  в  глаза.   И   беспокойство   Джима   все
увеличивалось.
   - Ты кот, - медленно сказал мальчик. - Но ты...  еще  кто-то.  Может,
я...  ты...  как-то  ты  говоришь  со  мной...  в  голове.   Тиро,   что
происходит?
   Пожалуйста, скажи мне! - умолял Джим. Голос его дрожал от  страха.  -
Что это за штука... и что здесь делают все эти кошки?
   Уши Тиро по-прежнему были прижаты к голове, выглядел  он  свирепо.  А
Элли уже достигла входа,  вползала  в  него  на  четвереньках  вслед  за
исчезнувшей Мер.
   - Ты расскажешь, - мысль-послание Тиро дошла до мальчика. - Если тебя
отпустить, ты расскажешь им...
   - Не понимаю, о чем ты, Тиро, правда,  не  понимаю,  -  сказал  Джим.
Пожалуйста, пусть Элли выйдет. Мы уйдем и никому не расскажем...
   - Пошли! - Тиро начал пятиться к двери, не отворачиваясь от Джима. И,
не желая этого, Джим последовал за ним. Словно черный кот тащил  его  на
веревке.
   Опускаясь на  четвереньки,  чтобы  проползти  в  низкую  дверь,  Джим
дрожал.
   Внутри одно большое помещение, и повсюду кошки,  они  забиваются  под
ремни на мягком полу. Джим увидел контрольный  щит.  Это  сон...  должно
быть сном!
   - Сюда! - Тиро задержался у одной петли, в  которой  кошки  не  было.
Ложись!
   Мальчик увидел Элли. Девочка проползала под ремень, который,  помогая
ей, зубами оттягивала Мер. Лицо у Элли было возбуждено.
   - Ложись, - приказал Тиро. Джим ощутил боль, словно от слов Тиро.
   Он вытянулся на полу. Каким-то образом, несмотря  на  дрожащие  руки,
просунул голову и плечи под ремень. Дверь закрылась. Он и  Элли  закрыты
вместе со множеством кошек.
   Повернув голову, он увидел, как Мер быстро  лизнула  Элли  в  щеку  и
прыгнула в переднюю часть комнаты, а там села перед контрольным щитом.
   Тиро некоторое время смотрел на Джима, потом  прошел  среди  кошек  и
присоединился к Мер.
   Джим видел, как черный кот смотрел на панель. Ужасное чувство,  будто
пол поднимается, в то время как  сам  Джим  проваливается.  Внутренности
свело, затошнило. Джим закрыл глаза. Что с ними будет?
   - Джим?
   Мальчик  открыл  глаза.  Ощущение  странное,  слишком   легко,   тело
приподнимается, и его удерживает только ремень. Все тот же  сон,  он  не
может проснуться. Где они?
   - Джим? - Ему удалось повернуть голову, сдерживая рвоту.  Он  увидел,
что Тиро повернул голову и смотрит на него.
   - Другого выхода не было. Мы не могли оставить вас, вы слишком  много
видели. Но... - Слова-мысли поблекли, и Джим ощутил тревогу Тиро.
   Они с Элли увидели что-то такое, чего не должны были видеть. Но  Мер,
Мер приветствовала Элли, и девочка вошла в эту штуку по своей воле, а не
по принуждению, как Джим. Может, Элли знает больше...
   - Элли? - Мальчик снова повернул голову. Все кошки,  казалось,  спят,
но Элли, по-прежнему в мокром грязном плаще  миссис  Дейл,  улыбалась  и
выглядела такой счастливой,  что  лицо  ее  совершенно  изменилось.  Она
совсем не была похожа на знакомую Джиму Элли. Глаза у нее тоже  закрыты.
Может, она спит, как кошки.
   - Что будет с нами, с Элли и со мной? - Голос его звучал  слабо,  как
будто он плачет, но не хочет, чтобы об этом знали.
   - Это будет решено.
   - Кем? Тобой и Мер?
   - Нет, - Тиро отвернул голову. Он повернулся  к  мальчику  спиной,  и
Джим понял, что ему нужно молчать.
   Несмотря на тревогу, ему хотелось спать, хотя он боролся со сном.  Он
должен знать, быть готовым. Но глаза неумолимо закрывались.

***

   - Ты нарушила все правила. - Тиро не смотрел на  Мер,  но  мысль  его
была жесткой.
   - Дело не только во мне. - Мер не казалась встревоженной.  -  Девочка
восприимчивее любого человека. Она выследила меня вечером. А разве ты не
привел мальчика? Ты сказал правду: им нельзя было позволить уйти,  после
того как они увидели шаттл. Но  вся  ли  это  правда,  Тиро?  Они  дети,
неужели ограниченные взрослые поверили бы им?
   Тиро глухо зарычал.
   - Поверили бы им или нет,  они  привели  бы  с  собой  других.  И  мы
потеряли бы лучшую посадочную площадку. Но старейшие решат...
   - Подождем их решения.
   Тиро не понимал Мер. Она была довольна. Правда, их  работа  выполнена
успешно. Но то, что они взяли с  собой  двух  людей,  может  на  базовом
корабле перечеркнуть все их успехи. Чем же тогда довольна Мер? Ей  нужно
беспокоиться, как беспокоится он.
   Правда, девочка проявила гораздо  большую  способность  к  посылке  и
восприятию мыслей, чем другие  люди  за  много  поколений  испытаний.  А
мальчик... Тиро смог общаться с Джимом, смог даже привести его на шаттл.
   Может, люди и кооты снова смогут общаться? Невозможно. Давно миновало
время надежд на восстановление древних контактов.
   Тиро думал о Джиме. Странно. Во время первого разведочного полета  он
встречался с людьми, но ни с кем  не  установил  близких  отношений.  Он
вообще считал, что записи о таких отношениях  -  подделка,  хотя  обычно
кооты не используют воображение в этой теме. Джим - одинокий мальчик,  и
Тиро он считал своим другом. Он беспокоился о Тиро, хотел  взять  его  с
собой в деревню. Тиро читал в сознании Джима много такого,  что  тот  не
выражал в словах. Он начинал ворчать, вспоминая те или иные мысли Джима.
Но ничто не спасет Тиро и Мер от осуждения старейшими за их поступок.

***

   Джим попытался перевернуться, он еще не вполне проснулся. То, что  он
не может пошевелиться, показалось ему частью  дурного  сна.  Но  тут  он
достаточно пришел в себя, чтобы осмотреться.  Кошки  вокруг  шевелились,
выползали из-под ремней и направлялись к выходу. Мальчик видел, как села
Элли и принялась закатывать рукава плаща, чтобы высвободить руки.
   Никаких следов Тиро и Мер.
   - Элли, - умудрился прохрипеть Джим, - ты знаешь, где мы?
   Она рассмеялась. Такую Элли он не знал; этой  девочке,  кажется,  все
равно, что с ней будет.
   - Это что-то вроде самолета, -  быстро  ответила  она,  -  только  он
летает гораздо выше обычных самолетов. И мы  прилетели  к  другому.  Наш
входит внутрь того. Может, мы полетим на луну!  Мне  все  равно!  -  Она
снова рассмеялась, и ее косички задрожали. - Может, на луне  лучше,  чем
там, где я была...
   Джим глотнул. Он возился с ремнем,  тот  неожиданно  расстегнулся,  и
Джим смог его снять. Элли сошла с ума, просто сошла с ума!
   - Мы в летающей тарелочке?
   - Ничего не знаю о летающих тарелках, - ответила она. - Но мы  здесь,
правда? Мер и Тиро, они  привели  нас  сюда...  вместе  со  всеми  этими
кошками.
   Мер говорит, что они их дальние родственники, что племя Мер  когда-то
жило с нами. Потом что-то произошло, и очень  долго  такие,  как  Мер  и
Тиро,  не  появлялись  у  нас.  Кошки,  которые  остались,   изменились.
Некоторые настолько, что не смогли ответить на сигнал...
   - Кто тебе все это рассказал? Мер?
   Элли кивнула.
   - А что это за сигнал?
   Впервые за  все  время  счастливое  выражение  Элли  исчезло.  Что-то
плохое, очень плохое может случиться с нашим миром. Мер и остальные, они
боятся.  Поэтому  они  пришли,  чтобы  увести  своих   родственников   в
безопасное место.
   - Что-то плохое... - повторил Джим. Война? Неужели  снова  война,  на
этот раз атомная?
   - Если они знают об этом, то почему не остановят?
   Элли презрительно посмотрела на него.
   - Как?  Люди  такие  твердолобые.  Ты  думаешь,  они  станут  слушать
животное... кошку... которая говорит им, что они поступают неправильно?
   Люди всегда считают, что знают лучше.
   Джим вынужден был согласиться, что она права.  "Знаю  лучше"  -  Джим
словно всю жизнь это слышит. Он мог себе представить, что произошло  бы,
если бы Тиро, скажем, вошел в Белый Дом и сказал президенту, что  нельзя
начинать войну. Даже если бы президент ему поверил, тогда другие сказали
бы, что он спятил, поверив кошке! А  Тиро  не  может  обойти  весь  мир,
убеждая людей.
   - Мер говорит, что мы особенные. Мы понимаем их  мысли,  которые  они
нам посылают. Люди давно этого не делали, - продолжала  Элли.  -  Так  я
смогла найти Мер.
   - Может быть, но что же нам делать сейчас? - Джим подошел к главному.
   - Они привели  нас  сюда.  Тиро  сказал,  что  они  боялись,  что  мы
расскажем другим об их корабле... или что у них... и он должен  был  нас
взять. Но где они будут нас держать?
   - Мне все равно. Ничего из оставшегося мне не нужно, - заявила Элли.
   - Я хочу быть с Мер и, может, участвовать в ее приключениях.  Бабушка
умерла. И, наверно, никакого дома, куда бы я могла  уехать,  нет.  Но  я
найду себе место, для себя и для Мер!
   - Хотел бы я знать,  что  они  с  нами  сделают.  -  Джим  совсем  не
испытывал такой уверенности.

***

   - Люди! - Предводительница Ана была так удивлена, что шерсть у нее на
спине встала  дыбом.  -  Невозможно  сейчас  иметь  дело  с  людьми!  Вы
немедленно сотрете их воспоминания и вернете...
   - Я предъявляю свои права на девочку!
   Наступила тишина, все  головы  поднимались  и  поворачивались,  спины
напрягались. Ана и Фледи холодно смотрели на Мер.
   - По праву нашего древнего Закона, я предъявляю права на девочку. Мер
повторила, не дрогнув под свирепым взглядом старейших.  -  Такой  обычай
известен в нашей истории.
   - Человека невозможно приручить, - возразил Фледи.
   - Девочка установила со мной мысленный контакт. Она очень молода.
   Даже наших котят можно научить. Если она слышит мысли,  она  может  и
научиться. Разве не такова логика, которой мы так гордимся?
   - Ты понимаешь, что означает твое требование, младшая сестра?  Ты,  и
только ты  одна,  несешь  за  нее  ответственность.  Ее  поступки  будут
считаться твоими. Если она проявит себя не родственницей  нам,  ты  тоже
будешь не родственницей, и тебя изгонят, - серьезно мыслила Ана.  -  Это
задача не по силам большинству коотов. Подумай, младшая  сестра,  прежде
чем дать обещание. Твое обещание, если ты его  дашь,  ты  должна  будешь
исполнять всю жизнь.
   - Я это знаю. Но она родственна по мозгу. Я не могу  просто  оставить
ее той судьбе, которая ожидает людей.
   - А мальчик? - Вопрос задал Фледи. Он перевел взгляд с Мер на Тиро.
   Все ждали.
   Тиро  выставил  когти.  В  этот  момент  он  чувствовал  себя   очень
нелогичным, почти по-человечески, он даже  оглянулся  на  Мер.  Это  она
своим безрассудством втянула его. Он не хочет делать такое же  заявление
о Джиме.
   Но все же мальчик многообещающий. Однако  предъявить  на  него  права
перед всеми коотами, взять на себя такую ответственность - совсем другое
дело.
   Логичный выход таков: он должен согласиться на изменение воспоминаний
Джима, вернуть его в следующий прилет за беженцами и совершенно забыть о
нем. Вот что будет разумно.  Но...  он  просто  не  может.  Если  он  не
повторит то, что сделала Мер, больше никогда он не станет прежним  Тиро,
каким себя считал. Добровольно или недобровольно, он должен  последовать
за Мер. И постараться укрепить мозговой контакт с Джимом.  Он  надеялся,
что Мер права, что этих людей, как и котят, можно научить.
   - Я предъявляю требования на мальчика, - сказал он, принимая все, что
с этим связано.  И  почему-то  Тиро  был  глубоко,  абсолютно  нелогично
счастлив.

***

   Элли рассмеялась, и Джим, рассматривавший приборы, быстро оглянулся.
   - Они это сделали! Мер и Тиро сказали, что мы можем остаться с ними!
   - Откуда ты знаешь... - начал Джим, но тут тоже ощутил уверенность.
   Тиро... он нужен Тиро, по-настоящему нужен!
   Джим сел на мягкий  пол.  Теперь,  когда  решение  принято,  он  тоже
почувствовал себя свободным, как Элли. После смерти мамы и папы на земле
у него никого нет, а впереди самые невероятные приключения. Он  и  Тиро,
Элли и Мер - словно вступаешь в  теплый  круг.  Их  ждет  совсем  другое
будущее, но он больше не боится, теперь вокруг него родичи. Родичи?
   Какая-то небольшая часть сознания продолжала сомневаться,  но  вот  и
она удовлетворилась. Джим посмотрел на дверь. Скоро придет Тиро.  Все  в
порядке, отныне все будет в порядке.




   Андрэ НОРТОН и Дороти МЭДЛИ
   ЗВЕЗДНЫЙ КООТ II
   МИР ЗВЕЗДНОГО КООТА



Глава 1

ПОСАДКА НА ЗИММОРРЕ

   Дул ветер, и трава шелестела  и  гнулась,  а  вверху  светило  теплое
солнце. Но небо - оно не голубое с  белыми  облаками.  Нет,  оно  слегка
зеленоватое. И трава, шелестящая и гнущаяся, темная,  такой  Джим  Эванс
никогда не видел, кое-где на ней  желто-коричневые  полосы.  И  в  траве
цветы с пятью лепестками, цвета неба.
   Мальчик глубоко вдохнул. И  воздух  -  другой.  Запахов,  которые  он
ощущал  всю  жизнь,  нет.  Но  есть  другие,  незнакомые.  Он  осторожно
осмотрелся. Все больше и больше небольших  отличий,  все  более  заметно
отсутствие много знакомого. Впервые с того времени, как он покинул  свою
родную планету, Джим слегка испугался.
   Рядом с ним Элли Мэй Браун широко развела руки, словно хотела  обнять
эту траву и весь этот чужой мир - Зимморру.
   - Просто отлично! Никаких  грязных  зданий,  никакой  вони.  Как  дом
бабушки в деревне! - воскликнула  она  и  негромко  рассмеялась.  -  Мне
кажется, это как сон!  Никогда  не  думала,  что  мы  окажемся  в  таком
прекрасном месте!
   - Но... оно другое, - тревожно возразил Джим. - Разве ты когда-нибудь
видела зеленое небо? А посмотри сюда, - он указал на цветок,  -  зеленые
цветы. Разве видела такое?
   - Может, и нет, - согласилась Элли. - Но не понимаю, почему один  мир
должен быть таким же, как другой. Это мир Мер и Тиро. И мне  он  кажется
прекрасным!
   Джим чуть повернул голову и взглянул на маленький космический  шаттл,
из которого они только что вышли в этот новый день. Из открытого люка за
ними внимательно наблюдали Тиро, его  черная  шерсть  сверкала  вся,  до
последнего волоска, и Мер, с ее тусклой серо-белой шерстью. Тиро не  кот
(хотя Джиму трудно не думать так о нем). Он коот, потомок  древней  расы
космических исследователей.
   Джим,  слегка  испуганный  всем   незнакомым,   почувствовал   теплое
прикосновение мысли Тиро.
   - Не волнуйся, детеныш. Все в порядке.
   Джим взглянул на большого черного коота, Тиро дружелюбно  смотрел  на
него своими зелеными глазами. Мальчик почувствовал себя лучше.  Конечно,
планета во многих отношениях чужая, но этого и следовало ожидать. Тиро и
Мер обещали позаботиться о нем и Элли Мэй, и Джим был  уверен,  что  они
сдержат обещание.
   Когда-то давно кооты прилетели на родную планету Джима и Элли - Землю
и нашли людей, с которыми могли мысленно общаться,  и  поэтому  кооты  и
люди смогли обмениваться знаниями. Кооты жили в храмах и домах людей,  и
к ним относились с почетом и уважением.
   Потом -  люди  изменились.  Начались  войны,  те  немногие,  кто  мог
мысленно  разговаривать  с  коотами,  были  убиты,  их  храмы  и  города
разграблены. И  кооты,  которые  жили  с  людьми,  тоже  изменились.  Им
пришлось измениться, иначе они все погибли бы. Они научились  охотиться,
чтобы добывать пищу, они все более походили на людей и все меньше  -  на
коотов.
   Кооты, продолжавшие летать в  космосе,  сочли  Землю  ловушкой,  злым
местом, где всегда войны и с  людьми  и  животными  происходят  страшные
вещи.
   Скоро среди коотов к власти пришла  новая  партия.  Кооты  продолжали
наблюдать за Землей и видели, как люди отравляют воздух, истощают почву,
убивают друг друга в войнах. И  было  решено  спасти  как  можно  больше
дальних родичей, земных кошек.
   По всей планете Джима  высадилось  множество  транспортных  кораблей:
кооты  торопились,  они  считали,   что   человек   идет   к   последней
уничтожительной войне. Полевые разведчики с этих кораблей отыскивали тех
на Земле, кто еще мог ответить на мысленный призыв коотов.
   Тиро и Мер были такими разведчиками. Тиро пришел к Джиму, потому  что
ему был нужен "дом", где бы он  мог  оставаться,  разыскивая  тех,  кого
можно спасти. А Мер точно так же выбрала Элли Мэй.
   Но потом произошло нечто неожиданное, на что кооты не рассчитывали.
   Они так давно не общались мысленно с людьми, что даже и  не  пытались
это сделать. Но Джим сумел узнать  имя  Тиро,  он  знал,  когда  большой
черный кот в безопасности. А Элли Мэй  вступила  в  контакт  с  Мер  еще
легче.
   Может, это потому, что Джим чувствовал себя очень несчастным, так как
его родители погибли в  авиакатастрофе,  он  был  одинок  в  доме  своих
приемных родителей (хотя Дейлы были очень добры к нему); поэтому Джим  и
смог немного понять Тиро. А Элли Мэй -  она  тоже  была  одинока.  Когда
умерла ее бабушка, у нее не осталось никого, кроме Мер.
   Именно Элли Мэй, отыскивая Мер в сильную бурю ночью, привела Джима  к
спрятанному шаттлу и вошла в него, а Джим  -  за  ней.  Остальные  кооты
хотели, чтобы Джим и Элли остались за Земле, но  когда  вначале  Мер,  а
потом и Тиро согласились признать детей своими  родичами  и  принять  на
себя ответственность за их  действия,  детям  было  позволено  лететь  с
коотами. И  вот  когда  большой  спасательный  корабль  сошел  со  своей
околоземной орбиты, на его борту находились Джим и Элли.
   Конечно, самого полета они не помнили. На корабле было мало  места  и
запасов продовольствия, и потому не только спасенные кошки, но и мальчик
и девочка все время  спали.  Джим  даже  никаких  снов  не  помнил.  Ему
казалось, что  совсем  недавно  он  слушал  объяснения  Тиро,  куда  они
отправляются и почему.  Потом  проснулся  и  вышел  из  шаттла,  который
доставил их на место.
   Пока он еще не очень хорошо умеет воспринимать и посылать мысли, хуже
Элли Мэй, хотя очень старается. Но он услышал достаточно,  чтобы  знать,
что это Зимморра, планета, с которой прилетели Тиро и Мер. Она не  очень
отличается от Земли, он и Элли могут дышать ее воздухом  и  жить  здесь,
хотя многое кажется чужим.
   Теперь заговорила Элли.
   - Они хотят, чтобы мы пошли. Для нас есть другое место, - она указала
на Тиро и Мер. - Мы  некоторое  время  пробудем  здесь  -  с  остальными
кошками.
   - Лоб у нее слегка наморщился. - Они считают, что мы можем загрязнить
их мир.
   - Загрязнить их мир? - подумал Джим. Он не  очень  понимал,  что  это
значит. Но уже шел назад к шаттлу. Приказ Тиро звучал  строго.  Сидя  на
мягком полу контрольной рубки,  Джим  старался  думать  четко,  отогнать
беспокойство, чувство чуждости этого мира. Несколько мгновений, несмотря
на присутствие Элли Мэй и Тиро, ему было очень плохо.
   Шаттл совершил резкой подъем, от которого  сводит  внутренности:  все
равно что в лифте, который поднимается слишком быстро.  Потом  с  легким
толчком снова приземлился.
   Когда на этот раз Тиро открыл люк, они услышали  шум  сильнее  любого
ветра. Слышалось мяуканье, ворчание, шипение; Элли засмеялась и поползла
к люку. Выглянула наружу, широко раскрытыми глазами посмотрела на Джима.
   - Никогда в жизни не видела столько кошек! - серьезно сказала она. Их
тут сотни.
   Она исчезла в люке, теперь очередь Джима. Он протиснулся  в  дверь  и
встал. Элли Мэй была совершенно права. Он стоял посреди моря кошек. Всех
цветов, всех размеров и пород:  сиамские,  персидские,  короткошерстные,
такие, каких он никогда не видел - они так странно выглядят. Было  много
матерей с детьми, они собирали котят вокруг себя и сердито шипели, когда
приближались чужаки; полувзрослые котята, худые и толстые кошки.
   Перед ними какое-то невысокое здание;  во  всяком  случае  Джиму  оно
кажется невысоким, хотя в мире коотов оно большое.  И  снова  отличия  в
размерах зданий напомнили мальчику, как далеко они от всего знакомого  и
привычного.
   В ближайшее из таких зданий вливался поток - широкая река - кошек. По
внешним краям потока стояли сами кооты. Джим не мог уловить их мысли, но
был уверен, что они успокаивают и направляют беженцев.
   Недалеко от Элли  Мэй  сидела  кошка-мать.  Тощая  пестрая  кошка,  с
грязной шерстью; она не похожа на  домашнее  животное,  скорее  была  на
Земле голодной бродягой. Теперь она  собрала  вокруг  себя  троих  своих
котят и сердито шипела, когда проходящие кошки смотрели не нее.
   Мер легко выпрыгнула из шаттла, подошла к  пестрой  кошке,  коснулась
носом носа беспокойной матери. Потом подняла черного котенка за шиворот,
так что он повис в воздухе, размахивая тоненькими  лапками.  Мать  взяла
рыжего котенка, а Элли Мэй подобрала оставшегося, серо-белого.
   - Пошли! - сказала она Джиму. - Они хотят очистить всех кошек от блох
и других насекомых. И позаботятся о раненых и больных.
   Блохи и насекомые! Джим слегка  возмутился.  Он  совершенно  чист.  А
может, нет? Он взглянул на грязные  пятна  на  своей  обуви  и  джинсах.
Может, для коотов он просто грязен.
   Им пришлось опуститься на четвереньки, чтобы пролезть в дверь здания.
   А внутри...
   Джим испустил слабый  негодующий  звук,  очень  похожий  на  возгласы
протеста кошек. Потому что руки... нет, не руки... крепко, но не  больно
сжали его.
   Он  попытался  вырваться,   но   не   смог.   Металлическая   машина,
напоминающая паука (у нее лап не меньше, чем  у  паука,  смятенно  думал
Джим), прочно удерживала его. Конечность, похожая  на  клешню,  схватила
его тенниску, погладила ее, потом на ней выросли  острые  края,  которые
разрезали его одежду на полосы. Голого, его сунули в тесное помещение, и
за ним захлопнулась дверь. И прежде чем он смог  выразить  протест,  его
окутал теплый воздух со странным запахом.
   Похоже на  воздушный  душ,  подумал  он.  Стены  отрастили  множество
стержней, каждый заканчивался мягкой подушечкой, эти подушечки терли его
тело, ерошили волосы, приглаживали, снова взъерошивали.
   После первой неожиданности  он  просто  спокойно  ждал,  пока  машины
проделают свою работу, и  думал,  что  будет,  когда  машина  попытается
расплести плотные  косички  Элли  Мэй.  Он  не  сомневался,  что  с  ней
проделывают то же, что с ним.
   Новый поток воздуха, на этот  раз  прохладней  и  с  другим  запахом,
окутал его тело. Затем дверь  ящика  распахнулась,  он  принял  это  как
приглашение и выполз наружу.
   Паукообразная машина ждала его. Но на этот раз она его  не  схватила;
наоборот, протянула конечность с какой-то пушистой вещью.  Вначале  Джим
подумал, что это полотенце, но, встряхнув, обнаружил,  что  это  костюм.
Без рукавов, но длиной до колен, сделан из толстого плюша,  похожего  на
шерсть.
   Джим натянул его, обнаружил, что он  растягивается,  плотно  облегает
тело и настолько легок, что кажется второй кожей.  Ничего  подобного  он
никогда не надевал. Костюм раскрывается на  груди,  и  никакой  застежки
нет. Но машина-паук словно поняла его затруднение, робот протянул руку и
плотно прижал края одежды.  Они  соединились  и  так  и  остались.  Джим
немного поэкспериментировал и обнаружил, что может раскрыть костюм, если
резко потянет, может и закрыть его, нажимая на соединение.
   - Лучше молнии, - заметил он вслух, поняв, как действует застежка.
   Он осмотрелся. Поток кошек, вместе с ним вошедший в здание, исчез.
   Даже Элли не видно.
   Откашлявшись, Джим снова заговорил.
   - Элли, где ты?
   - Здесь. -  Она  появилась  в  другом  конце  зала.  Хотя  на  стенах
виднелись следы других входов в небольшие помещения,  теперь  все  входы
были прочно закрыты. Джим мигнул.
   Элли выглядела совершенно по-новому. Все плотно  заплетенные  косички
распустились,  волосы  стояли  дыбом,  словно  каждую  косичку   сначала
распушили, а потом поставили вертикально.  Тоненькие  руки  и  ноги,  не
толще, чем у машины-паука, обнажены, как и у него, и  на  ней  такой  же
костюм, только другого цвета - желтый.
   Она ласково погладила свой костюм.
   - Похоже на шерсть. Мер, она велела сделать их для нас. Приятно.
   Приятно и мягко.
   - Кому велела? - Джим направился к ней.
   - Рабочим машинам. Они все  делают:  дома,  флаеры,  все,  что  нужно
коотам. Просто нужно сесть и подумать, что тебе нужно, и они сделают.
   Пойдем. Я есть хочу. А ты?
   Она схватила его за руку и повела к другой двери. Им  пришлось  низко
пригнуться, чтобы пройти. Но внутри они снова смогли распрямиться.
   Множество кошек с сосредоточенным голодным  видом  ели  -  каждая  из
отдельной мисочки. Джим всмотрелся в ближайшую  миску.  Темно-коричневое
месиво выглядит не очень привлекательно, но когда Элли Мэй сказала,  что
хочет есть, словно кто-то нажал кнопку, и Джим сразу почувствовал, какой
пустой у него живот. Он подумал, сколько  времени  прошло  с  той  ночи,
когда он в последний раз поужинал, а потом отправился на поиски Элли Мэй
и попал в приключение, которое и теперь иногда кажется ему нереальным.
   Элли Мэй миновала ряд едящих кошек - Джим заметил, что  у  каждой  из
них шерсть сверкает так же, как у Тиро. Девочка дошла до  другого  конца
помещения и показала ему две чашки, в которых было совсем не  коричневое
месиво. Напротив, на каждой лежала булочка  странной  формы,  и  из  нее
торчали бифштексы.
   Джим схватил одну.
   - Как ты их  раздобыла?  -  спросил  он  и  откусил.  Не  совсем  как
гамбургер, но вкусно; он энергично начал жевать.
   - Я сказала Мер, а она сказала машине, - гордо ответила Элли Мэй. - У
них не такая пища, как у нас. Здесь ее делают машины. Мер  пыталась  мне
рассказать, но, наверно, я недостаточно знаю, чтобы понять. - Улыбка  ее
чуть поблекла. - Я ведь никогда не училась в школе, хотя много знаю.  Не
могла просто оставить бабушку, когда  некому  за  ней  присмотреть.  Мер
говорит, что здесь мы пойдем в  школу...  будем  учиться  думать,  чтобы
уметь управлять машинами.
   Джим прожевал и проглотил.  Машина,  которая  делает  пищу.  Наверно,
правда. Как миссис Дейл, готовящая печенье. Только там женщина смешивала
муку, яйца и все остальное, а здесь это делает машина. Ведь у коотов нет
рук, как  у  людей.  им  приходится  пользоваться  машинами,  как  людям
инструментами, чтобы делать вещи.
   Но - тут Джим впервые заглянул подальше - как  кооты  сделали  первые
машины, ведь у них нет  рук,  чтобы  держать  клещи  отвертки  и  другие
инструменты? Он не думал, что можно мыслью закрутить винт или изготовить
металл. Как они могли сделать машины? Конечно, он читал рассказы о  том,
что можно изготовить робота, который изготовит  другого  робота,  а  тот
третьего, и так далее. В этом есть смысл.  Он  также  верил,  что  кооты
могут  отдать  мысленный  приказ,  и  машины  будут  работать  для  них.
Что-нибудь вроде компьютеров, только работают по мысленному приказу.  Но
ведь с чего-то нужно было  начать.  И  как  же  появилась  самая  первая
машина? Может, он узнает об этом в школе, о которой говорила Элли Мэй.
   Они прикончили гамбургеры,  которые  не  совсем  гамбургеры,  и  Джим
предложил, чтобы Элли Мэй попробовала получить мороженого... или коки...
   - Надо  попросить  Мер.  -  Девочка  облизывала  пальцы.  -  Вот  эта
машина... - Она указала на квадратный металлический ящик у стены.  Рядом
с ним стояла Мер. Элли Мэй подошла к ней и посмотрела  в  голубые  глаза
коошки. Джим неловко пошевелили плечами, меховой костюм плотно  прилегал
к  телу  и  легко  поддавался  движениям.   Так   много   нужно   понять
одновременно.
   И...  эти  мысленные  приказы  вызывали  его  беспокойство.  Ему   не
нравилась мысль о том, что любой коот может настроиться на  его  мозг...
словно он телевизор или что-то такое...
   Мер повернула голову к машине. Какое-то движение на  уровне  пола,  и
Элли Мэй достала из открывшегося внизу  ящика  две  чашки.  Вернулась  с
широкой улыбкой.
   - Ну, парень, на это стоит посмотреть!
   Она поставила перед ним одну из чашек, и  он  увидел  большую  порцию
чего-то   похожего   на   шоколадный   пудинг   или   мороженое,    чуть
переохлажденное.
   - Как мы будем это есть? - спросил он. - Никаких ложек...
   - Наверно, машина, работающая на коотов, не  может  придумать  ложку,
весело ответила Элли Мэй. - У нас есть пальцы и языки... пользуйся. -  И
она сунула два пальца в чашку, достала  большой  комок  мороженого  и  с
удовольствием сунула в рот.

Глава 2

ЗЛОЙ ГОРОД

   - Дом, настоящий дом, и только для  нас!  Никаких  протекающих  крыш,
никаких крысиных нор, как в моем старом доме! -  Элли  Мэй  захлопала  в
ладоши.
   Она  и  Джим  наблюдали  за  работой  паукообразных  роботов.  Роботы
действовали очень быстро и,  казалось,  знали,  что  нужно  делать,  без
всяких указаний коотов. Сначала на разровненную площадку  налили  пол  -
налили, как цемент. Но вещество это затвердело быстрее  любого  цемента.
Теперь группа роботов  возводила  стены,  ставя  одну  на  другую  плиты
тускло-серого металла.
   Интересные  плиты:  через  минуту  после  соединения  их   невозможно
разделить, как ни пытайся.
   Стены поднимались быстро, и в них чередовались плиты,  через  которые
можно видеть. Была и дверь - выше тех, что в других зданиях; Джим и Элли
могли в нее входить, а не вползать.
   Подошла Мер. Это она раньше вместе с Тиро  привела  роботов.  Девочка
подняла ее на руки, и Мер одобрительно мурлыкала, наблюдала за  роботами
и терлась о подбородок Элли. Чуть  позже  подошел  Тиро;  довольный,  он
оглядел работу.  Но  долго  не  оставался.  Обменялся  взглядом  с  Мер,
очевидно, объясняя свой уход - Джим ничего не уловил  -  и  лишь  дернул
ухом в направлении Джима, уходя.
   Джим перевел дыхание. Ему в последнее время  кажется,  что  Тиро  все
чаще уходит по каким-то загадочным делам -  загадочным  для  Джима.  Как
дети на Земле уходят, оставляя своих любимцев - кошек  и  собак.  Может,
теперь  Джим  и  Элли  Мэй  такие  любимцы?  Эта  мысль  ему  совсем  не
понравилась. Он считал, что они друзья.
   Дети уже три  дня  находились  на  Зимморре,  и  всегда  у  них  была
возможность увидеть что-то новое. Полуродичам с Земли отвели квартиры  в
здании, которое уже было построено, когда  Джим  и  Элли  Мэй  вышли  из
шаттла.
   Большую часть  времени  эти  кошки  проводили,  собираясь  небольшими
группами; пристально, не мигая смотрели они на коота, сидящего в  центре
такой группы. Джим знал, что они разговаривают мысленно, но он испытывал
тревожное чувство, проходя мимо таких молчаливых групп. Они  никогда  не
смотрели на него, но ему казалось, что они говорят о нем - о  нем  и  об
Элли Мэй.
   В прошлом у многих земных кошек  тяжелые  воспоминания.  У  них  есть
основания не любить людей. И что они думают о двух людях, привезенных  с
ними? А ведь они с Элли единственные "люди" на этой планете.
   Элли была счастлива. У нее не  было  никаких  сомнений:  удивительное
приключение, прекрасный мир, такой же хороший, как дом, о котором всегда
говорила бабушка. Но Джим размышлял - и немного  тревожился.  Кошки  все
время следили за ним, а Тиро он уже давно не видел.  Только  Мер  всегда
оказывалась  рядом,  когда  нужно  было  "надумать"  еду.   Кое-что   из
заказанного Элли имело странный вкус, но он все ел.
   И ему не сиделось на месте. Несколько раз он пытался уйти, но  каждый
раз словно ниоткуда появлялся коот и мысленно очень строго сообщал,  что
дети должны оставаться на месте. Джим плохо спал по ночам.  Наверно,  во
время долгого сна на корабле отдохнул, и теперь ему  трудно  устать.  Он
лежал на матрацах - постели коотов - и думал.
   Роботы одновременно интересовали и пугали его. Он пытался  -  а  Элли
еще чаще - заставить машину сделать что-нибудь. Но ни одна из  машин  не
обращала на детей внимания. Джим думал, что произойдет, если он так и не
научится заказывать пищу. Если только кооты могут контролировать машины,
им легко будет удерживать их с Элли здесь в плену...
   - Тебе, кажется, здесь не нравится? - Голос Элли прервал  беспокойные
мысли Джима. - Тут хорошо. Такого хорошего дома  я  никогда  не  видела!
Девочка сердится на него.  Посмотрев  на  нее,  Джим  заметил,  что  она
выпятила нижнюю губу.
   - Но это ведь не наш дом, -  медленно  сказал  он,  думая,  можно  ли
поделиться своим беспокойством с Элли. Она считает, что все хорошо, и  с
самого начала так считала.
   - Как это? Мер  сказала  мне,  что  этот  дом  только  для  нас.  Его
построили больше остальных, чтобы мы могли  входить.  Конечно,  это  наш
дом!
   - Но не мы приказали его построить, а кооты.  -  Джим  пытался  найти
нужные слова, выразить свое ощущение: они не принадлежат этому  миру.  -
Мы даже пищу не можем получить, если Мер не подумает об этом, а до  того
ты пошлешь Мер мысль. Мы... - он  указал  на  группы  кошек,  напряженно
слушавших своих инструкторов. - Никто на нас не обращает  внимания,  нас
ничему не учат.
   - А это потому,  что  настоящая  школа  еще  не  началась,  -  быстро
ответила Элли. - Мер обещала, что мы всему научимся.
   Джим невесело заерзал.  Роботы  кончили  стены  дома.  Теперь  четыре
робота занялись возведением крыши-купола. Купол складывался  из  секций,
которые роботы искусно соединяли друг с другом.
   Солнце, такое яркое утром, теперь исчезло за полосами  светло-зеленых
облаков. Поднялся сильный ветер. Кошки расходились по соседним  зданиям,
каждая группа продолжала держаться возле коота, очевидно, отвечающего за
нее.
   Упало несколько крупных капель, они громко застучали  по  только  что
построенному дому.
   - Пошли! - потянула его Элли. - Будешь стоять на дожде или войдешь  в
собственный дом?
   Зазвенел металл.  Роботы-пауки  выползли  и  направились  к  главному
зданию, не оглядываясь. Джим заторопился к двери, в которой уже  исчезла
Элли.
   Он думал, что внутри, несмотря на окна, будет сумеречно,  потому  что
пошел сильный дождь, и капли громко стучали  по  крыше.  Однако  в  доме
светло, свет тусклый и зеленоватый, но все же свет, он исходит от  самих
стен. В этом свете Джим осмотрел единственную комнату.
   Две приподнятые платформы, одна у левой стены, одна у правой. На  них
спальные матрацы коотов. Часть  дальней  стены  занимает  экран,  темный
сравнительно со светящимися стенами.
   Элли Мэй открыла дверцу в стене, и Джим увидел там  такое  же  тесное
помещение, как то, в котором его чистили в первый день.
   Пищевой машины не видно. Наверно,  для  еды  нужно  ходить  в  другое
здание.
   Больше всего Джима заинтересовал большой экран на  стене.  Он  провел
рукой по его гладкой поверхности. Это не окно. И на  пищевую  машину  не
похоже. Что же это?
   - Это обучающий экран!
   Джим повернулся. Элли Мэй сидела на выбранной постели,  рядом  с  ней
Мер. Девочка гладила шерсть коошки, глаза ее были полузакрыты. Как будто
она  сама  кошка,  которую  гладят.  Джим  почти  ожидал   услышать   ее
мурлыканье.
   - Обучающий экран?
   - Мы тупые, - сказала Элли Мэй, сказала так, словно ее это  вовсе  не
беспокоит.  -  Детеныши,  рождаясь,  знают  больше  нас.  И  думаем   мы
по-другому. Поэтому нам нужно кое-чему научиться, прежде чем мы пойдем в
их школу. Вот что мы будем делать.
   - А как это работает? - Джим сердился. У Элли Мэй всегда есть  ответ,
и обычно правильный, а он даже догадаться не может.
   - Он работает, когда ты  думаешь...  правильно.  Но  этому  научиться
трудно. Мы потренируемся. Смотри, сейчас это делает Мер.
   Джим отскочил от большого экрана. Он больше не был пустым или темным.
   По нему побежали быстрые  цветные  линии.  Они  слились  и  приобрели
узнаваемые очертания. Узнаваемые, но все же странно  искаженные,  словно
видимые под другим углом.
   Джим увидел  место  на  Земле  -  пустырь  за  домом  своих  приемных
родителей, полный мусора, оставленного людьми,  которые  сносили  старый
дом.
   Именно там он впервые встретил Тиро, Мер и  Элли.  Видна  даже  груда
старых досок, сорняки, вход в погреб, в котором  он  и  Элли  отыскивали
вещи на продажу.
   Не успел мальчик узнать это место, как  снова  появились  полосы.  На
этот раз он увидел не место на Земле,  а  свежий  и  пустой  мир,  каким
показалась ему на первый взгляд Зимморра.
   Джим перевел  взгляд  на  Мер,  которая  сидела  неподвижно,  охватив
кончиком хвоста лапы. Она смотрела не на него, не на Элли, а  на  экран.
Они видели ее "мысль".
   Так началось их обучение. Элли Мэй оказалась более чем права: учиться
было трудно, очень трудно. Джим иногда сидел  на  своей  постели  и  бил
кулаками по матрацам, уверенный, что не может вызвать на экране  ничего,
кроме путаницы цветных полос. Голова у него болела,  глаза  слезились  и
жгли. Наверно, если бы не Элли, он бы сдался. Но она старалась изо  всех
сил, и ему стыдно было сдаваться.
   С Элли работала Мер, иногда приходил и Тиро, хотя оба коота  помогали
немного и настаивали на том, что дети всему должны научиться сами: дверь
мозга может открыть только тот, кому принадлежит мозг.
   Для Джима учение превратилось в изматывающее сражение. Он еще  больше
расстроился, когда Элли наконец произвела сама, без посторонней  помощи,
картину на экране. Он думал, что появится какое-то  земное  изображение;
но на экране Элли изобразила линию холмов над колышущейся травой  -  то,
что они увидели при первом взгляде на новый мир. Он  отчаянно  завидовал
ей. Но именно зависть побудила его к еще большим  усилиям.  Он  перестал
считать дни - они ели, спали на своих платформах. Но все время Джим  был
исполнен решимости: на этот раз он добьется, докажет Элли, Мер  и  Тиро,
что и он может!
   Он   едва   замечал,   что   группки   кошек,   собирающиеся   вокруг
инструкторов-коотов, каждый раз, как они приходят поесть, становятся все
меньше. И странный привкус в пище больше  не  чувствовался.  Потом  Джим
заметил, что руки и ноги  у  Элли  больше  не  худые,  что  лицо  у  нее
округлилось.
   Каждый день роботы чистили их костюмы из меха,  а  может,  возвращали
новые, свежие, приятно пахнущие.  Вдобавок  детям  дали  обувь,  меховая
шкурка из толстого плюша покрывала ноги почти до колен,  внизу  подошвы,
которые не давали камешкам на дорогах царапать ноги.
   И наконец наступил день, когда Джим смог произвести  на  экране  свою
первую четкую картинку. Обычная картина  -  комплекс  зданий  вокруг  их
дома.
   Но он сделал это самостоятельно и смог надолго удержать на экране.
   Получив базовые знания, Элли  и  Джим  смогли  перейти  на  следующую
ступень обучения. И это оказалось гораздо интереснее.
   - Выходы в поле, - сказал сам  себе  Джим,  вспоминая  свою  прошлую,
казавшуюся теперь такой далекой и незначительной жизнь.
   Вместе с несколькими детенышами коотов и кошками-беженцами дети  сели
в  необычную  машину,  которая  поднялась  в  воздух  и   полетела   над
поверхностью.
   В  этой  машине  они  совершали  полеты  от  города-порта.  И   уроки
отличались от всего, что Джим видел раньше. Необходимо было  внимательно
наблюдать и запоминать все подробности увиденного. А когда возвращались,
он должен  был  воспроизводить  на  экране,  что  запомнил.  Требовались
мельчайшие подробности, и вскоре Джим начал понимать, что всю предыдущую
жизнь смотрел на мир, но по-настоящему не видел его. Он обращал внимание
на крупные детали, но многие  мелкие  подробности  ускользали  от  него.
Теперь нужно было видеть листья, насекомых - все, что впоследствии могло
бы завершить мысленную картину.
   Он учился, и наблюдая за товарищами по обучению.  Некоторые  замечали
такие подробности, которых никто другой не заметил. Он вскоре узнал, что
Элли не любит некоторых насекомых, и в  ее  изображении  на  экране  они
выглядели больше и отвратительней, чем в  его  воспоминаниях.  С  другой
стороны, ее листья и цветы все представали  в  мельчайших  подробностях,
они с каждым разом становились все прекраснее.
   Самого Джима интересовали камни; он не мог объяснить почему. Но часто
он приносил с собой разноцветные камешки  и  раскладывал  их  узором  по
полу.
   Может, среди них есть и драгоценные? Не алмазы или изумруды -  ничего
подобного, но, может, такие, о каких в его мире не знают. Ему  нравилось
выставлять  камешек  на  солнце,  он   менял   цвет   от   розового   до
масляно-желтого и, казалось, накапливал в глубине  свет,  как  маленькая
лампа.
   В горах, мимо которых пролетала их машина, были пещеры. Но  кооты  не
позволяли там выходить из  машины.  Напротив,  они  указывали  ученикам,
каких местностей следует избегать, чего опасаться.  Например,  растений,
которые зубцами поднимались по откосу и вдруг, к ужасу Элли, выбрасывали
петлю, как ковбой лассо, и хватали пролетающие существа.
   Им показали и тропы и предупредили об их опасности.
   - Как будто большая курица  тут  прошла,  -  заметила  Элли  Мэй.  Но
инструктор-коот показал на экране совсем  не  курицу.  Что-то  настолько
ужасное, что Джиму  такое  могло  присниться  только  в  кошмаре.  Жаба,
ящерица и крокодил - все вместе. К счастью, заверили  их,  этих  чудовищ
немного. И они никогда  не  уходят  далеко  от  омутов  с  темной  плохо
пахнущей водой, над которыми ненадолго зависла их машина.
   В  пятом  полете  Джим  заметил  какое-то  особое  возбуждение  своих
пушистых спутников. Некоторые глухо зарычали, словно  учуяли  опасность,
гораздо  большую,  чем  жабы-ящерицы.  Коот-инструктор  послал  мысль  о
необходимости крайней осторожности. Джим понял, что им должны показать -
с расстояния - то, что считается самой большой опасностью  на  Зимморре.
Этого полета все вообще боялись, но необходимо показать  новичкам,  чего
следует остерегаться.
   Флаер поднялся выше обычного и полетел быстрее на юг от порта.
   Коот-инструктор закрыл свое сознание, предоставив всем размышлять  об
увиденном. Как будто сосредоточил всю силу своей мысли на  необходимости
безопасно пролететь - и вернуться.
   Они летели над невысоким хребтом,  который,  однако,  становился  все
выше  и  выше,  напоминая  гигантскую  лестницу,  пока  не  оказались  в
настоящих горах. Джим знал, что у него  и  Элли  нет  острого  кошачьего
зрения, и гадал, увидят ли они опасность.
   По другую сторону гор расстилалась ровная местность, и флаер  полетел
на восток. Внизу показалась река,  и  дети  увидели  крупных  травоядных
животных. Кооты не обращали на них внимания. С точки зрения коотов,  они
не обладают разумом - только инстинктом.
   Флаер продолжал полет вдоль реки. И тут...
   Флаер почти неподвижно повис в воздухе.  Джим  схватил  Элли  Мэй  за
руку, неожиданно удивленно воскликнул:
   - Это город!
   Они находились далеко, но он был уверен, что правильно распознал  эти
прямоугольные сооружения. Слишком правильные, чтобы  не  быть  созданием
разумных существ.
   - Город... - повторил он. И был уверен, что это совсем другие здания,
не такие сооружают роботы. Большие, не меньше тех, что у него на родине.
   - Это смерть! - Мысль коота подействовала как удар. Флаер  повернулся
и начал удаляться, почти бежать, назад, в том  направлении,  откуда  они
прилетели.

Глава 3

ЛОВУШКА ХСИ

   - Говорю тебе: это настоящий город! - упрямо повторил Джим.  -  И  не
думаю, чтобы его построили  кооты.  Может,  здесь  все-таки  есть  люди,
такие, как мы.
   - Мер сказала, что город мертвый, - нахмурилась Элли Мэй.  -  И  даже
если там есть люди, почему ты хочешь к  ним?  Кооты  считают  их  злыми,
значит так оно и есть.
   Джим обхватил пальцами колено, приподнял его  к  груди.  Нет,  он  не
забыл ощущение страха  и  отвращения,  которое  послал  коот-инструктор,
когда флаер пролетал далеко от  башен.  Но  не  мог  забыть  увиденного,
несмотря на все предупреждения. Он хочет знать! Настоящий город - а  кто
его построил?
   Где теперь его строители? Почему кооты так ненавидят и боятся их?
   - Мир... - эта мысль скользнула в путаницу его вопросов без ответа.
   Он быстро повернулся. У двери стояли Мер и Тиро.  На  этот  раз  Джим
забыл об осторожности.
   - Там  был  город!  -  повторил  он  утверждение,  которое  сделал  и
инструктору-кооту. - И...
   Тиро с достоинством прирожденного коота пересек маленькую комнату.
   Сел, Мер рядом с ним. Оба  повернулись  спинами  к  учебному  экрану,
смотрели в глаза детям.
   - Это место - смертельная ловушка, - мысль Тиро  была  решительной  и
полной силы. - Если флаер слишком приближается к нему,  оно  притягивает
коотов и машину, и они больше никогда не возвращаются.
   - Но это город, - У Джима хватило решимости  настаивать.  -  Кто  там
живет? Люди... как мы?
   Он откинулся на своем матраце. В ответ на свой вопрос ощутил  гневный
удар. И понял, насколько уязвимы они с Элли Мэй.  Это  мир  коотов.  Они
управляют роботами, они мысленно связываются друг с другом.  Допустим...
допустим, Мер больше не будет управлять  пищевой  машиной.  Они  с  Элли
тогда умрут с голоду. Потому что как  ни  старались,  так  и  не  сумели
передать мысленный приказ ни одному роботу, ни  одной  машине,  которыми
легко управляли кооты.
   - Ты как весь твой род,  -  даже  мысль  может  казаться  холодной  и
угрожающей. - Вы тянетесь к запретному, не думая,  что  может  из  этого
получиться. Хорошо, я расскажу тебе об этой ловушке и о ее строителях, и
о Катене, который узнал, как коотам стать тем, кем они стали:  звездными
путешественниками, хозяевами своего мира и других миров -  со  временем.
Тиро помолчал,  его  зеленые  глаза  полузакрылись,  он  обдумывал  свой
мысленный рассказ.
   - Давно, очень давно кооты не  были  теми,  кем  стали,  -  хозяевами
Зимморры. Но даже тогда мы были собственными хозяевами, мы знали мысли и
желания друг друга. И потому, в отличие от "людей", как ты их называешь,
мы могли пользоваться логикой, а не выпускать когти и  оскаливать  клыки
при несогласии. Мы не похожи  на  орргов,  которые  живут  в  болотах  и
охотятся на неосторожных, не похожи на пернатых и чешуйчатых, не  похожи
на травоядных, которые знают только голод и жажду и большую часть  жизни
проводят, удовлетворяя свой аппетит.
   - В те дни мы тоже были охотниками, потому что не могли жить иначе.
   Но мы научились действовать вместе, а не против  друг  друга,  мы  не
позволяли жадности разделить нас.
   - И были  здесь  хси...  -  ровный  поток  мысли  Тиро  на  мгновение
приостановился. - Они были разумны, и потому мы могли читать  их  мысли,
хотя для этого требовались  большие  усилия.  Они,  однако,  наши  мысли
прочесть не могли. Они были... - Джиму  показалось,  что  Тиро  критично
разглядывает его, - они были внешне похожи  на  вас  и  обладали  даром,
которого не было у коотов. Их верхние лапы напоминали  ваши,  имели  то,
что вы называете "пальцы". Они  могли  держать  предметы,  подчинять  их
своей воле, а мы не могли.
   - Но посылать мысль они не  могли;  даже  друг  для  друга  они  были
закрыты. Вы умеете скрывать свое зло за словами и считаете,  что  другие
не узнают, что вы на самом деле думаете. Хси были  такими  же.  Но  если
посылать мысли они не умели, у них  были  другие  средства  познавать  и
учиться.
   - Кооты много думали. Некоторые не хотели вступать в контакт  с  хси,
боялись их неустойчивости, неожиданных взрывов эмоций.  Другие  считали,
что мы должны объединиться с ними и тогда сумеем  научиться  обороняться
от их орудий. Но даже эти кооты опасались, и не без оснований,  доверять
хси. Но все были согласны, что за хси надо внимательно наблюдать,  чтобы
они, сражаясь друг с другом (а они,  подобно  вам,  людям  Земли,  вечно
ссорились друг с другом), не уничтожили и весь этот мир.
   - И потому были выбраны самые  способные  детеныши,  достигшие  почти
возраста взрослых коотов. Их подкинули хси, они им  понравились,  и  хси
поселили их в своих домах. Но кооты давали клятву не открывать хси наших
тайн - умения общаться мысленно.
   - Хси становились все сильнее, а их машины - сложнее. Наступил  день,
когда они поднялись в небо,  а  потом  и  в  космос.  Но  всегда  в  них
оставался этот порок -  они  не  могли  по-настоящему  общаться  друг  с
другом, и потому их дружба никогда не была глубокой.
   - Катен принадлежал к третьему поколению детенышей, живших среди хси.
   И хотя мы тогда этого не знали, у него выработался новый интерес,  не
свойственный нашему племени, - интерес к машинам,  которые  работали  на
хси.
   И в сознании тех, кто за ними присматривал, он  читал  все,  что  его
интересовало.
   - Он и в других отношениях отличался от своих  родичей.  У  него  был
друг среди хси, по имени Киндарт; он был один из тех, кого хси  посылали
к звездам. И Катен путешествовал с ним и  посылал  нам  много  ценнейшей
информации; она нам очень пригодилась, когда мы сами вышли в космос.
   - Катен также обнаружил, что мозг Киндарта не совсем закрыт; его друг
отличался от других  хси,  в  ограниченной  степени  ему  была  доступна
посылка мысли. И Катен начал работать с ним, чтобы освободить хоть часть
закрытого мозга Киндарта. Он надеялся  -  а  Киндарта  он  считал  почти
родичем, - что среди хси могут отыскаться и другие, подобные ему,  и  мы
сможем в дальнейшем сблизиться с ними.
   - В своем последнем путешествии они высадились на новой планете.  Там
на Киндарта  напало  существо,  которое  несло  в  своем  теле  медленно
действующий яд.  Катен,  как  мог,  защищал  его,  но  существо  ужалило
Киндарта, и тот понял, что больше не увидит родную  планету.  Но  он  не
хотел, чтобы Катен оставался  в  этом  свирепом  мире.  В  этом  Киндарт
оказался подобен нам, он думал не только о себе и своей боли.
   - Он с трудом  вернулся  на  свой  корабль.  И  тут  использовал  все
возможности мозга, чтобы общаться с Катеном,  учил  его,  как  управлять
роботами, которые будут вести корабль на обратном пути. Поступая так, он
нарушил закон хси: те, кто умел управлять звездными  кораблями,  клялись
никому не открывать эту тайну, даже своим соплеменникам.
   -  И  Катен  учился.  Его  рот  не  мог  произносить  слова,  которые
заставляли роботов действовать,  и  потому  они  с  Киндартом  придумали
приспособление,  с  помощью  которого  можно  было   достичь   контуров,
управлявших роботами. Киндарт умирал долго, и у Катена была  возможность
научиться.
   - После смерти хси Катен взял на себя управление кораблем.  И  привел
его домой. Но не на то поле, где ждали хси. Нет, они высадился  в  диком
месте и призвал туда старших коотов.  Они  поняли,  что  Катен  совершил
великое деяние, потому что  Катен  мог  перепрограммировать  роботов  на
корабле и других роботов, чтобы они служили нам, как служили хси.
   - Катен очень хорошо упрятал корабль, и прошло много времени,  прежде
чем хси узнали о случившемся. Для них кооты не отличались от  травоядных
на больших  равнинах.  Но  теперь  они  испугались  нас.  Они  не  могли
признать, что кооты, существа меньше их и слабее, могут быть,  как  сами
хси, разумными, с разумом, более  глубоким,  чем  у  них,  способным  на
многое им недоступное.
   - Темный ужас охватил их, и они перебили наших  родичей,  кроме  тех,
кого успели вовремя  предупредить.  Не  зная,  что  Киндарт  мертв,  они
объявили его предателем своего рода.
   - В безумии они начали уничтожать саму Зимморру. Всю  растительность,
в которой  могли  скрываться  кооты,  они  поливали  ядом,  от  которого
растения чернели и  сморщивались.  Животные  разбегались  и  умирали  от
голода и огненных  стрел  хси.  Хси  больше  всего  боялись,  что  живое
существо, кроме них, способно обладать разумом, которого они не поймут.
   - Некоторые  кооты  оставались  в  укрытиях,  совершенствуя  роботов,
которые теперь  повиновались  только  им.  Другие  улетели  на  корабле,
который привел Катен, и отыскивали планеты, на  которых  можно  основать
мирные колонии. С собой они брали роботов. С  помощью  их  металлических
рук они строили, защищались, делали свои новые дома безопасными.
   - А хси все более и более впадали в безумие. Они выпускали  в  воздух
яды, и один из этих ядов вышел из-под их контроля. И  тогда  хси  начали
умирать - сотнями, а потом и тысячами. И остался на Зимморре только один
их город. Туда бежали их предводители, прихватив с  собой  продуктов  на
многие  столетия.  И  они  окружили  город  защитой,  которую  не  может
преодолеть ни коот, ни робот.
   - Но нас больше интересовала та новая и возбуждающая  жизнь,  которую
дал нам Катен. Мы улетели к звездам. На многих мирах побывали кооты -  и
на вашем, давно, очень давно. Наши роботы создавали все лучшие машины  и
все более совершенные корабли. И так как мы  можем  проникнуть  в  мысли
друг друга, жадность и злоба хси нас не коснулись.
   - Если хси еще живы, то только в этом городе, который они построили в
свои последние дни. Мы не осмеливаемся приближаться к нему,  потому  что
там  действуют  силы,  которые  притягивают  флаеры.  И  вокруг   города
невидимая стена, которую не может преодолеть ни один коот. Впрочем,  нам
и незачем туда ходить. Такова история твоего города, детеныш. И не очень
это хорошая история, тебе не следует углубляться в нее.
   - Эти хси - они были людьми? - спросил Джим.
   Если кооты могли пожимать плечами, Тиро сделал бы этот жест.
   - У них были две руки, голова, тело, похожее на  ваше,  -  равнодушно
ответил он, - и, может, мозг, подобный вашему.
   - Но ты не знаешь, живы ли хси? - продолжал расспрашивать Джим.
   - Это уже неважно. Но прошло много времени, и не  думаю,  чтобы  даже
дети детей их детей могли жить. Уже свыше четырехсот лет наши часовые не
видят никаких признаков жизни. Но город живет...
   - Как?
   - Роботы не умирают, - ответил Тиро.  -  Роботы  управляют  последним
городом. Его  защита  не  нарушена.  И  нам  по-прежнему  опасно  к  ней
приближаться. В  прошлом,  когда  мы  еще  не  понимали  этого,  пропали
несколько флаеров со всеми коотами на борту; их притянуло  к  городу,  и
они не смогли вырваться. Больше мы о своих родичах  ничего  не  слышали,
никого из них не видели. Теперь запрещено приближаться к городу,  но  мы
издалека показываем детенышам это древнее зло, как предупреждение.
   Тиро встал, дернул хвостом.
   - Видите, детеныши, у всего, чему вас  учат,  есть  основания.  Город
место тьмы и зла. Это последнее логово хси, и даже если они все  мертвы,
зло по-прежнему живет там. Поняли?
   Элли Мэй энергично кивнула, Джим тоже - чуть позже.
   Когда большие кооты ушли, Джим вытянулся на матраце, закрыл глаза  не
для сна, а чтобы подумать. Ну и историю  рассказал  им  Тиро!  Одно  она
объясняет  -  как  появились  первые  роботы.  Кооты  некоторым  образом
заимствовали их у хси, потому  что  у  них  самих  не  было  рук,  чтобы
работать.
   Ясно, что Тиро не очень высокого  мнения  о  хси,  а  Катена  считает
героем, потому что он привел назад корабль и принес знания, которые дали
возможность его родичам построить  все,  чем  они  сейчас  обладают.  Но
первыми это сделали хси. Хотя мозг у них устроен по-другому! А хси - это
люди!
   - Кооты очень умны. - Замечание Элли Мэй нарушило  последовательность
его мыслей. - Представь себе: один из них  научился  заставлять  роботов
делать все, что ему нужно.
   - Но ведь корабль принадлежал человеку... - заметил Джим.
   - Нет, он отдал его Катену, он хотел, чтобы у  коотов  были  корабли,
быстро поправила его Элли Мэй. - Мне не нравятся эти древние хси,  с  их
ядом и убийствами.
   - Они испугались, - медленно ответил Джим. - Мне  кажется,  в  испуге
люди делают много такого, чего не стали бы делать обычно. Если бы у  них
была возможность успокоиться, они бы устыдились сделанного.
   - Может быть. Но некоторые  их  них  никогда  не  стыдятся,  -  резко
ответила Элли Мэй. - Я знаю таких людей. И кооты совсем  не  хотели  ими
командовать, они хотели делиться.
   - А правда ли это? - В сознании Джима  возникло  сомнение.  Элли  Мэй
легко воспринимает способности коотов, она считает  их  правильными.  Но
когда Тиро мыслит, обращаясь к нему,  Джим  никогда  не  видит  кошку  -
коота,  он  видит  другого  человека.  Предположим,   вы   не   способны
представить себе разумное существо другим, только коотом. И вам кажется,
что он сейчас набросится на вас, не царапаясь  и  кусаясь,  а  завладеет
мозгом. Джим  пошевелился  на  своем  матраце.  Такая  мысль  хоть  кого
испугает!   Конечно,   теперь   он   понимает   все,   что    направляют
непосредственно ему Тиро или Мер.
   Но что содержится под  поверхностью  их  посланий?  Мысли  коотов  не
должны очень отличаться  от  мыслей  людей.  Джим  не  видел  для  этого
причины.
   Ему казалось, что он понимает,  что  так  испугало  хси,  почему  они
обезумели и пытались все уничтожить. Нужно очень  сильно  поверить,  что
можно говорить без слов, даже с таким внушительно выглядящим коотом, как
Тиро.

Глава 4

ПИЩА ДЛЯ КОТЯТ

   - Я не могу этого сделать! - Джим ударил кулаком по коленям, сидя  на
корточках перед пищевой машиной. - Я думаю, они меня вообще  не  слышит!
За последние несколько дней он все больше и больше беспокоился. Детеныши
и земные кошки, с которыми они учились,  без  труда  мысленно  управляли
роботами, начиная с самой необходимой машины - пищевой.
   - Я тоже не могу. - Элли Мэй нахмурилась. - Я все думаю и думаю,  как
велела Мер. Но для меня это только большой старый ящик, и из него ничего
не выходит. Нужно, чтобы Мер сначала выслушала  меня,  а  потом  сказала
ему!
   Почему это?
   - Потому что мы не кооты и не кошки, - ответил Джим.  Он  смотрел  на
большую машину. Ему было страшновато, но он не хотел, чтобы  Элли  знала
об этом. Что будет,  если  они  так  и  не  научатся  управлять  пищевой
машиной?
   Неужели все время это за них будут делать кооты? Джим в глубине  души
раздражался из-за того, что не  может  сделать  то,  что  доступно  даже
маленьким детенышам.
   - Мер нам поможет, - уверенно сказала Элли.
   - Если будет рядом. - Джим заметил, что  количество  коотов  в  порту
каждый день менялось. И Тиро исчез  после  своего  рассказа  об  истории
города хси. Уже два дня его не видно.
   Некоторые роботы - те, что чистили одежду и  убирали  в  доме,  -  не
нуждались в приказах. Очевидно, у них постоянная программа.  Но  пищевая
машина - другое дело.  Может,  это  потому,  что  там  каждый  раз  надо
выбирать.
   Они с Элли все время пытались думать о еде, заказывать ее, но  обычно
это означало, что они становились  все  голоднее  и  голоднее,  а  кошки
просто подходили, смотрели на ящик, и оттуда выскальзывала чашка с едой.
Джим даже пытался думать не о человеческой, а о "кошачьей" пище. Но даже
это ни к чему не привело.
   И потому он вспомнил о городе. А какой была пища хси?  Что-то  из  их
еды годится для них, может, даже понравится им. Если  роботы  коотов  не
отвечают им, может, ответят роботы хси?
   Элли топнула.
   - Я хочу есть, - объявила она. - И я все пыталась и пыталась  вызвать
Мер. Ее нет поблизости...
   - Можем обратиться к другим коотам, - предложил Джим, хотя ему самому
не очень хотелось это делать. Сначала нужно попробовать самим. Он  знал,
хотя ему никто об этом не говорил, что инструкторы-кооты считают  его  и
Элли глупыми. Все детеныши,  с  которыми  они  были  на  уроках,  теперь
научились управлять роботами и перешли к другим, более сложным заданиям.
А он и Элли, они застряли на одном месте, как ни старались.
   Но он не глуп, Джим уверен в этом. И Элли не глупа. Только  подумать,
как она управлялась на  Земле,  отыскивала  вещи,  продавала  их,  чтобы
помочь бабушке. Кооты считают всех людей глупыми, потому что те не могут
все сговориться, потому что у них  войны,  они  уничтожают  планету,  на
которой живут, - как эти  самые  хси.  Но  в  конце  концов  сами  кооты
научились у хси, и не только потому, что у хси были  инструменты  и  они
знали, как ими пользоваться. Возможно, хси могли придумывать  такое,  на
что не способны кооты.
   И эта машина есть у коотов только  потому,  что  хси  когда-то  давно
показали коотом, как заставлять машины работать. Живут ли  еще  в  своем
городе хси? Джим хотел, чтобы жили...
   От этих мыслей его неожиданно отвлекла Элли. Она сдалась.
   - Вон Ситка, она заставит машину работать для нас.  -  И  прежде  чем
Джим смог пошевелиться, Элли направилась к только что  вошедшей  большой
коошке. Он  узнал  в  ней  ту,  что  дважды  вела  их  флаер  в  полевых
экспедициях.
   Мех у нее рыжий и зеленые глаза, которые замечают  все  ошибки.  Джим
нахмурился: стыдно просить Ситку. Дважды на последнем  уроке  она  слала
ему гневное мысленное приказание быть внимательнее.
   Она нетерпеливо хлестала хвостом, повернувшись к машине.
   - Это самая легкая задача, - услышали дети  ее  презрительную  мысль.
Почему вы не можете сделать это...
   Джим старался думать об одном из тех  странных  гамбургеров,  которые
производит эта машина, и еще о стакане молока. Но то,  что  выскользнуло
из машины по приказу Ситки, он  себе  совсем  не  представлял.  Чашка  с
чем-то напоминающим редкую похлебку, со слабым рыбным запахом.
   Элли, не задавая вопросов, взяла чашу, и появилась вторая с такой  же
неприятной кашицей. А Ситка уже уходила, полностью закрыв свое сознание.
   Элли подняла чашку и попробовала содержимое.
   - Такое дают котятам, самым маленьким, - с сомнением сказала она.
   - Наверно, такими они нас и считают... парой котят, к тому  же  очень
тупых! - взорвался Джим. Ему хотелось бросить чашку с кашей в Ситку.
   - Ну, не так уж плохо - если голоден, - сказала Элли. -  Наверно,  им
надоело, что мы все время просим о помощи.
   Джим поворачивал в руках чашку.  Ему  не  хотелось  погружать  в  нее
пальцы. Если бы хоть ложка была... Хотелось  бы  набраться  решимости  и
вылить это все. Но Элли права: если голоден, бери, что дают.
   Он сморщил нос, принюхавшись. Должно  быть,  у  коотов  и  кошек  нос
устроен по-другому, если это им нравится. А вкус не лучше запаха. Но  он
не знает, когда им еще удастся поесть, поэтому он заставил  себя  съесть
все до последнего водянистого глотка.
   Если Тиро или Мер скоро не появятся, они могут оказаться в  беде.  Он
думал, догадывается ли об этом Элли, но почему-то побоялся спрашивать.
   Если она согласится, будущее покажется еще мрачнее.
   В животе у Джима было не  очень  хорошо,  когда  они  возвращались  к
своему дому, и он мрачно думал, что, наверно, пища для котят никогда  не
предназначалась людям. Войдя в дом, он сел на свой матрац и посмотрел на
Элли.
   - Послушай. - Он решил поделиться с нею  своими  тревогами:  в  конце
концов это и ее касается. - Что мы будем делать, если так и не  научимся
управлять машиной? Нам нужно есть, а коотам может надоесть  отдавать  за
нас команды.
   - Мер не надоест. - Но ему показалось,  что  Элли  не  очень  в  этом
уверена.
   - Мер может не быть здесь. Сегодня ее не было. И я  уже  два  дня  не
видел Тиро. Элли, нам нужно попробовать что-то другое...
   - Что? - спросила девочка.
   Но на этот вопрос Джим не готов был ответить  -  пока  не  готов.  Он
ответил собственным вопросом.
   - А что бы ты сделала? - Элли в прошлом доставалось нелегко,  и  Джим
был уверен, что она знает, как поступать, когда действительно прижмет.
   Но на этот раз Элли медленно покачала головой.
   - Дома мы могли бы найти что-нибудь  выброшенное,  продать  и  купить
себе еды. Но здесь нет никаких магазинов... - Она смолкла  и  впервые  с
того  времени,  как   умерла   ее   бабушка,   выглядела   по-настоящему
встревоженной. Она не знает, что делать и к кому обратиться.
   - Мы просто недостаточно знаем обо  всем  этом,  -  нахмурился  Джим.
Может, и сами кооты не знают. Они пользуются ремонтными роботами,  когда
что-то выходит из строя, но мысли роботов прочесть невозможно.
   У него появилась мысль, пугающая, со множеством  "если".  Нет  смысла
дальше пытаться управлять пищевой машиной или любыми  другими  роботами.
Они слишком часто пытались это делать и терпели неудачи. И если  Тиро  и
Мер не вернутся, большой помощи от таких коотов, как Ситка,  ожидать  не
стоит. Им нужно нечто большее, чем рыбная кашица для котят.
   - А если попросить Покадот? - спросил он. Пестрая кошка  с  котятами,
казалось, подружилась с Элли, с тех пор как та помогла ей  нести  котят.
Ты можешь говорить с ней мыслью?
   - Немного. Мы часто ошибаемся, - ответила Элли.  -  Но  она  хорошая,
почти как Мер. Она позволяет мне присматривать за котятами, когда уходит
на уроки.
   - Допустим, - медленно начал Джим, - ты  передашь  Покадот,  что  нам
нужно от машины. Не обычную кошачью пищу. Что-нибудь вроде крекеров  или
сыра. Такое, что долго не портится. Можешь попробовать?
   - Да. Но зачем?
   - Зачем? Нам нужно иметь запас, когда Тиро и Мер нет поблизости.
   Знает ли Покадот, что такое крекеры и сыр?
   Элли кивнула.
   - Они ей нравятся. Женщина, у которой она жила, иногда давала  ей.  Я
видела, как она однажды "подумала" сыр, чтобы котята могли  попробовать.
Но только один из них поел немного.
   - Хорошо. Сделаем список. - У Джима больше не было  записной  книжки;
но иногда он писал на  широких  листьях,  которые,  высыхая,  напоминали
бумагу; пользовался  тонкими  палочками.  -  Крекеры,  сыр.  Наверно,  о
шоколаде она не знает. Не  знает  и  о  фруктах.  Но  можно  попробовать
консервированное мясо для завтрака, его она наверняка пробовала,  и  еще
жареных цыплят.
   -  Она  знает  зеленые  бобы,  -  вставила  Элли,  наклоняясь,  чтобы
разглядеть каракули Джима, - и тушенку.
   - Ну, хорошо, отправляйся с ней и посмотри, что она сможет  вспомнить
из человеческой пищи. Завтра  утром  пойдем  туда,  и  она  потребует  у
машины, что сможет. Нам нужны припасы на несколько дней...
   - На несколько дней? - повторила Элли. - Ты думаешь, Тиро и Мер будут
так долго отсутствовать?
   - Я не думаю о Мер и Тиро, - сказал Джим. - Я думаю о нас  и  о  том,
что произойдет, если мы сами не позаботимся о своем будущем. Кооты могут
заставить нас делать все, что хотят, потому что  знают,  что  мы  должны
есть.
   И мы не можем  управлять  роботами.  Неужели  ты  хочешь,  чтобы  они
считали нас глупее котят? - Щеки его вспыхнули, он сложил листок вдвое.
   - Но что?...
   - Мы уходим отсюда! - сказал Джим. -  Пойдем  в  город.  По  рассказу
Тиро, хси были похожи на нас. И он  сказал,  что  они  прихватили  много
запасов, когда закрылись.  Если  мы  сумеем  прокормиться  сами,  мы  не
позволим коотам думать о нас как о беспомощных глупцах. Ты ведь  знаешь,
что они на самом деле не хотели нас брать с собой с Земли. Но Тиро и Мер
сказали, что берут на себя ответственность за нас. Ну,  мне  не  кажется
очень ответственным уходить  и  оставлять  нас  голодными.  А  остальным
вообще все равно, что с нами... вот что я думаю!
   Лицо Элли Мэй стало очень серьезным.
   - Если у Тиро и Мер будут неприятности из-за нашего ухода... - начала
она.
   - Кто  уходит?  -  возразил  Джим.  -  Нам  ведь  нужно  есть,  чтобы
оставаться живыми, а я не стану ждать, пока Ситка или кто-нибудь  другой
даст мне месиво, от которого болит живот. Они  не  имеют  права  считать
меня глупым, потому что мой мозг работает по-другому,  чем  их.  В  этом
городе давно никто не был;  Тиро  сам  это  сказал.  Вероятно,  все  хси
мертвы. Но мы не знаем, что они оставили. А если они были похожи на нас,
может, мы сумеем доказать  коотам,  что  мы  не  так  уж  глупы.  Можешь
оставаться, если хочешь, но я пойду в город!
   Элли Мэй потянула себя за нижнюю губу. Выглядела она несчастной.
   - Кооты говорят, что это плохое место, очень плохое...
   - Конечно. Но они признают, что никогда в нем не были.
   - А как мы туда попадем? - Элли Мэй ухватилась за этот вопрос, словно
ей хотелось, чтобы поход кончился, и не начавшись.
   - Попадем, потому что мы похожи на хси. Ну, попробовать  стоит.  И  у
нас есть повод - мы должны есть... и не такую грязь. -  Он  пнул  пустую
чашку.
   - Хотела бы я, чтобы  Мер  была  здесь...  -  Элли  Мэй  казалась  не
убежденной.
   - Ну, ее все равно нет, - возразил Джим. - Иди к Покадот. - Он  сунул
ей в руки листок. - Постарайся, чтобы она все поняла.
   - Город далеко отсюда. Как мы до него доберемся?
   Джим улыбнулся.
   - Что ж, может, я и  глуп,  когда  дело  касается  пищевой  машины  и
роботов, но я очень  внимательно  наблюдал  за  флаером...  Когда  мы  в
последний раз улетали, я попросил Франко объяснить мне.  Кажется,  кооты
просто приказали роботам  точно  повторить  все,  что  находили  у  хси,
добавляя только управление мыслью. И у их машин два  вида  управления  -
мыслью, которым пользуются кооты,  и  ручное,  которым  они  никогда  не
пользуются. Я собираюсь воспользоваться ручным управлением.
   - А если не сможешь лететь? - настаивала Элли Мэй.
   - Тогда придумаем что-нибудь другое. - Джим надеялся, что  его  слова
звучат  уверенно.  Роботы  сами  не  думают:  они  действуют  строго  по
программе.
   Копируя древние машины хси, они должны были все воспроизвести в  них.
И  Джим  предполагал,  что  старыми  приборами  управления  легко  может
пользоваться существо с руками.
   В эту ночь он долго не спал.  Снова  и  снова  обдумывал  планы;  они
казались простыми и ясными. Но многое может пойти не так, как надо. Если
появятся Тиро или Мер, Элли не только откажется идти с ним, но может, не
раздумывая, рассказать коотам о его планах. И он не уверен,  что  сможет
управлять флаером. Не уверен и в том, что если они доберутся до  города,
то смогут попасть в него. Если невидимая стена настроена  только  против
коотов, тогда у них есть шанс.
   Флаеры коотов затягивает туда, и они исчезают... Так сказал Тиро.
   Сработает ли та же защита не против коотов? Джим надеялся,  что  нет.
Но очень многое в его плане построено на надеждах.
   Незадолго до рассвета он разбудил Элли Мэй, не обращая внимания на ее
сонные жалобы. Она пошла искать Покадот, а Джим  нетерпеливо  расхаживал
взад и вперед по столовой, хмуро поглядывая на пищевую машину.
   Накануне вечером, когда еще не  совсем  стемнело,  Джим  прокрался  к
одному из стоящих флаеров. Несколько мгновений воспоминаний - и  у  него
стянуло горло; стало больно, он почти совсем  забыл  об  этой  боли.  Во
Вьетнаме папа вывозил  на  вертолете  раненых.  А  дома  иногда  навещал
приятеля, который работал пилотом вертолета в большой  компании.  Дважды
папа  брал  в  полеты  Джима,  и  мистер  Блекмер  показывал  ему,   как
управляется машина. Этот флаер коотов не похож в точности  на  вертолет,
но некоторые приборы похожи. Он уверен, что если будет осторожен, сможет
управлять этой машиной. Конечно, это  рискованно,  но  отступать  он  не
будет. Он должен доказать, что хоть что-то умеет не хуже коотов.
   Подошла вместе с Элли Мэй Покадот, за ней шел черный котенок.
   Посмотрев несколько минут в лицо Элли, пестрая  кошка  повернулась  к
пищевой машине. И машина тут же ожила, открылся  ящик  внизу,  а  в  нем
кривые крекеры и большой кусок сыра. Джим сложил  их  в  сетку,  которую
нашел в одной из больших комнат. Затем толстые куски  холодного  мяса  и
еще крекеры. Потом еще сыр (его Элли разломила пополам и отдала половину
Покадот) и какие-то зеленые овощи, слишком крупные для бобов, но той  же
формы.
   - Это все, что она может понять, - объявила  Элли.  -  А  если  будем
ждать еще, придут ночные бродяги. - В этом  отношении  кооты  похожи  на
земных котов: для выходов на территорию вокруг  порта  они  предпочитают
ночи.
   - Пока хватит. - Джим был голоден, но  не  стал  сразу  есть.  Сложил
запасы еды в сетку. - Пошли!
   Они, как робот-паук, выбрались из здания, миновали свой дом и подошли
к стоянке флаеров. Джим  не  стал  выбирать,  направился  к  ближайшему.
Положил сетку с припасами в кабину, помог забраться Элли. Потом, глубоко
вдохнув,  сел  сам   перед   контрольным   щитом.   Сидение   неудобное,
предназначено для коотов. Но он  забыл  об  этом,  тщательно  рассмотрел
приборы, выбрал, быстро нажал  две  кнопки  и  опустил  один  рычажок  -
опустил слишком быстро и сильно, потому что  флаер  подскочил,  чуть  не
сбросив детей  с  сидений.  Он  поднимался  все  выше  и  выше,  а  Джим
лихорадочно нажимал на рычаг, переводя его назад.
   Потом нажал другую кнопку.
   Они летели выше, чем кооты, ветер  пробивался  в  кабину,  и  у  Элли
начали слезиться глаза. Но Джим был полон возбуждения:  он  сделал  это!
Как планировал и надеялся, он собственными руками оживил флаер!

Глава 5

В ПОСЛЕДНИЙ ГОРОД

   У Джима не было точного маршрута, он  только  помнил  направление,  в
каком они летели в тот день, когда им в качестве предупреждения показали
запретный город. На юг, над холмами, потом  через  равнину,  где  бродят
стада  травоядных,  затем  вдоль  реки.  Но  взлетели  они  без   особых
трудностей и теперь могут лететь в любом нужном направлении.
   - Мне кажется, собирается дождь, - заметила Элли.
   Джим только хмыкнул, он слишком был занят для разговоров, хотя  часть
сознания отметила эти слова. Кооты не любят дождь, обычно  в  такие  дни
они остаются под крышей. Джим понял, что они в сущности почти ничего  не
знают о жизни коотов. Чем они занимаются в свободное время?  Иногда  они
все исчезали, и в зданиях  порта  оставались  только  земные  кошки.  Но
улететь в своих кораблях они все не могут. Большие корабли, как  тот,  в
котором прилетели с Земли Джим и Элли, по-прежнему стоят  на  поле.  Там
еще много меньших кораблей.  Джим  считал  их  разведчиками,  способными
нести только одного или двух коотов.
   Становилось темнее, небо затягивалось тучами. Джим вздрогнул, а  Элли
вскрикнула, когда на небе вспыхнула молния. Лететь через бурю  и  молнии
мальчику вовсе не хотелось.
   - Вот он - город! - Элли склонилась вперед со своего узкого  сидения,
удобного для коотов, но не для людей.
   В удалении за травянистой равниной виднелось пятно, темнее облаков.
   Только решимость Джима доказать,  что  они  не  во  всем  зависят  от
презрительных коотов, не дала ему дрогнуть. Он нацелил  флаер  прямо  на
это пятно.
   Приведет ли их флаер в действие  оставленную  хси  защиту?  Джим  был
уверен, что рассказы об исчезающих навсегда флаерах - не вымысел. Но что
приводит в действие механизм защиты: сам флаер  или  находящиеся  в  нем
кооты? Джим надеялся на второе, но не мог быть уверен.
   - Сажусь. - Если  сможет,  но  Элли  не  должна  догадываться  о  его
сомнениях. - Дальше сможем идти пешком...
   Дул сильный ветер. Джим  с  трудом  управлял  машиной,  надеясь,  что
нажимает нужные кнопки. Флаер относило в сторону. Элли снова вскрикнула,
на этот раз приглушенно. Но машина  опускалась.  Эти  флаеры  похожи  за
земные вертолеты; поднимаются вертикально, значит и садиться должны  так
же.
   Джим опустил  рычаг,  которым  поднял  машину,  делал  он  это  очень
медленно, не желая удариться о поле. И хоть ветер по-прежнему сносил  их
на запад, они снижались.
   Толчок сбросил бы Джима с сидения, если бы он обвязался  ремнем.  Они
сели! На самом деле сели! И тут же начался сильный  дождь,  в  несколько
мгновений превратившийся в сплошной поток.
   Джим расстегнул ремень и порылся в поисках запасов.
   - Пошли. Может, если побежим...
   Он выбрался из флаера. Какое-то время ему казалось, что Элли  Мэй  не
собирается идти за ним. Но тут показалась и она, вздрагивая  при  каждом
ударе молнии и грома. Джим схватил ее за руку. Он не  решился  подлетать
слишком близко к городу,  опасаясь  того,  что  притягивало  флаеры.  Но
высокие здания напомнили Землю, и он приободрился.
   Они побежали под дождем, вода окутала их, насквозь промочила пушистые
костюмы, прилепила волосы к голове, била по ним.
   Они подходили все ближе и ближе, и здания  вырастали.  В  отличие  от
приземистых сооружений в порту коотов, эти здания  в  несколько  этажей,
даже на окраине города. Несмотря на дождь, Джим видел дальше  еще  более
высокие сооружения. И вдруг они неожиданно оказались на голой  площадке,
на которой не росла трава. Эта  площадка  тянулась  до  стен  ближайшего
здания.
   Элли пыталась вырваться.
   - Тут нехорошо...
   Он еле расслышал ее слова из-за шума бури.
   - Пошли! - И побежал вперед, потащив за собой девочку.
   Странное ощущение, словно что-то невидимое пытается остановить его.
   Кожу закололо, в  голове  вспыхнула  боль.  Но  он  упрямо  продолжал
бежать. Они пробежали площадку и оказались у первой стены.
   Ни одного окна  или  отверстия,  а  здание  очень  длинное.  Повернув
направо, Джим пошел к концу этого здания. Он оказался прав: одно  здание
кончилось, но перед другим узкий проход, разделяющий эти два сооружения.
   Дернув Элли за руку, Джим вошел в него.
   Они оказались в узком переулке, ведущем  внутрь  города  между  двумя
зданиями. Впереди темно, и конца пути Джим не  видел.  Но  было  кое-что
еще.
   Как только они вошли в проход, буря кончилась.
   Джим  оглянулся.  На  открытой  площадке,  которую  они  только   что
пересекли, по-прежнему сильный  дождь;  сквозь  его  завесу  едва  виден
флаер.
   Но вокруг них сухо. Посмотрев вверх, Джим не увидел никакой крыши.
   Здания с обеих сторон представляли собой  гладкие  стены  одинакового
серого цвета, без всяких окон, как стенки огромных  ящиков.  Под  ногами
мостовая из того же материала, ни следа пыли, как будто  ее  только  что
подмели.
   Элли вырвала руку.
   - Мне не нравится это место. Оно... оно похоже на тюрьму!
   Джим испытывал то же самое, но не собирался признаваться.
   - Но мы ведь прошли? А кооты не могут. Теперь нужно осмотреться.
   Но, направляясь к центру по проходу - Элли шла на шаг  за  ним  -  он
чувствовал страх. Да. Как будто что-то знает о них, ждет...
   Нет! Думать так - значит напрашиваться на неприятности. Папа говорил,
что когда представляешь себе трудности, они всегда кажутся страшнее, чем
в действительности. И еще папа говорил... Джим  дважды  быстро  глотнул.
Как бы он хотел, чтобы здесь были папа и  мама.  Нет,  лучше  пусть  все
будет так, как было до катастрофы...
   Но как ни хоти, этого не будет. Здесь  только  они  с  Элли,  и  пока
ничего страшного не произошло. Джим пошел быстрее. Мягкие подошвы обуви,
которую дали им кооты, не стучат, но как ни старался Джим идти бесшумно,
все равно раздавался звук, похожий на шепот.
   Джим взглянул на Элли. Она смотрела прямо перед собой, глаза казались
слишком большими для ее лица,  на  каждом  шагу  она  чуть  поворачивала
голову, как будто боялась что-то  увидеть,  но  еще  больше  боялась  не
увидеть. И он испытывал то же самое.
   Переулок вывел на  более  широкую  улицу  с  поворотами.  И  тут  они
увидели, что у  зданий  без  окон  есть  двери.  Никаких  цветов,  кроме
тускло-серого, и каждое здание в точности похоже на  предыдущее,  и  все
двери прочно заперты.
   Страх заставлял действовать. Джим направился к ближайшей двери.
   Никакой ручки. Он нажал на  поверхность  ладонью,  она  не  подалась.
Может,  постучать  кулаком,  чтобы  внутри  услышали?  Но  Джим  не  мог
заставить себя сделать это.
   Так тихо... так... так покинуто. Элли Мэй стояла посредине улицы. Она
прижимала кулак ко рту, словно старалась  сдержать  крик.  Глаза  у  нее
широко распахнулись от страха, такими их Джим никогда не видел.
   - Я хочу назад, - прошептала она. - Хочу уйти отсюда!
   - Нельзя, - Джиму понадобилась вся храбрость, чтобы сказать это.  Нам
нужно найти пищу, помнишь?
   Но Элли покачала головой.
   - Лучше есть еду для котят, чем оставаться здесь.
   Эти слова увеличили страх Джима, но и гнев на себя за этот страх.  Он
не побежит назад, только потому что дверь не открывается! Они  не  могут
сейчас уйти, просто не могут!
   Он посмотрел вдоль улицы. Несмотря на полутьму, виден еще один проход
между домами - если это дома; он сможет ближе подвести их к центру. А он
считал, что если тут есть какие-то склады, то они должны быть в центре.
   Джим оглянулся. Элли Мэй, нахмурившись, шла  за  ним.  Может,  боится
уходить из города одна. Но шла она так медленно и  неохотно,  что  Джиму
пришлось остановиться у входа в переулок и подождать ее. Ему  самому  не
хотелось углубляться в темный переулок.
   Все ли хси мертвы? Он начинал думать, что да.  Но  город  не  казался
брошенным. Ни на одном из зданий не видно разрушений. Конечно, окон нет,
нечему разбиваться, но все двери закрыты. Как будто  жители  только  что
упаковались и уехали...
   Они шли по второму переулку и приближались к освещенному месту, когда
услышали звук. Дети остановились. Топот, решил Джим, но  не  похожий  на
топот ног... и он доносится спереди. Почему-то этот звук, хоть  и  очень
странный, немного рассеял страх.
   Но Джим продолжал прижиматься к правой стене переулка, Элли за ним.
   Они сделали несколько очень осторожных шагов вперед. И  выглянули  на
другую улицу, шире и с более высокими зданиями.
   - Смотри!
   Джиму не нужен был указательный палец Элли: он и сам видел, что слева
от них что-то движется, выходя из-за угла.
   Это не бегающий робот-паук коотов... Нет,  гораздо  более  компактная
металлическая фигура. И... она чистила улицу.
   Робот очиститель улиц! Значит, кто-то хочет, чтобы город оставался  в
порядке... Может,  если  они  пойдут  следом  за  ним...  на  безопасном
удалении, конечно... они найдут того, кто направил робота на работу.
   Но  когда  Джим  собирался  осуществить  этот  план,  Элли   отчаянно
вцепилась в него. И тут же  топот  робота  был  заглушен  гораздо  менее
невинным звуком.
   Тоже похоже на шаги - металла по  металлу.  Джим  снова  спрятался  в
переулке. Пригнулся в самой густой тени, плечом к плечу с Элли;  девочка
зажимала рукой рот, словно хотела заглушить звуки дыхания.
   Слева приближалась еще одна фигура, примерно ростом с  папу,  подумал
Джим. Хси?.. Нет, она тоже металлическая. Но внешне похожа на  человека:
две топающие ноги, яйцеобразное тело широким  концом  вверх,  коническая
голова. От тела отходят две пары рук, заканчивающиеся клешнями;  верхняя
пара гораздо меньше нижней. Вокруг головы, на которой ни следа  рта  или
носа, полоска  дисков.  Каждый  примерно  с  большой  палец  Джима,  они
попеременно вспыхивают.
   Если это глаза, то  детей  они  не  заметили.  Робот  целенаправленно
двигался вслед за уборщиком.  Но  Джим  видел,  что  это  гораздо  более
сложная машина; может, часовой, обходящий свой район. И вид его клешней,
больших и маленьких, мальчику совсем не понравился.
   Они подождали, пока робот скрылся за поворот, и только потом решились
пошевелиться.
   - Он меня не поймает! - заявила Элли. - Я иду назад!
   Может,  она  права,  вынужден  был  согласиться  Джим.  Его  потрясло
увиденное. Быть пленником этого металлического чудовища - просто кошмар.
   - Ну, хорошо, - сдался он. Элли уже двинулась по переулку назад.
   Но тут она вскрикнула и упала бы, если бы не уперлась плечом в стену.
   Закрыла обеими руками уши, плотно зажмурила глаза.
   - Нет! Нет!
   Может, не так ясно, как Элли, но Джим тоже уловил сигнал. Тиро! Ясный
и четкий сигнал-мысль Тиро - Мер и Тиро... - Элли дрожала. - Нет!
   Но это правда. Ни один  коот  не  мог  послать  такой  сигнал.  Флаер
приближается к загадочной границе города, его притягивают, а на борту  у
него - Мер и Тиро.
   Элли открыла глаза.
   - Они... наверно, искали нас. А теперь... эта  штука  с  клешнями  их
поймает. Мы не должны допустить этого. Не можем... - Она  отделилась  от
стены и побежала. Не от улицы, на которой они видели робота, а прямо  на
нее и вдоль по ней. Джим побежал за ней, мешок с продуктами бил  его  по
боку.
   Улица все время поворачивала.  Джим  подумал,  что  все  улицы  здесь
просто окружности, соединенные друг с другом узкими  переулками,  что-то
похожее на паутину огромного паука. Он догнал Элли.
   - Слушай, - выдохнул он на бегу, - мы не можем просто так бежать. Нас
поймает эта штука, прежде чем мы что-то сделаем. Нам нужно оставаться на
свободе, если мы хотим помочь...
   Он боялся, что Элли не способна его услышать. Там, где дело  касалось
Мер, с ней трудно спорить. Но она оглянулась.
   - Ты, наверно, прав, - сердито согласилась она. - Но мы должны помочь
им.
   - Поможем, - пообещал Джим, про себя  думая,  насколько  у  них  мало
возможностей сдержать его обещание. Но в одном мальчик  был  согласен  с
Элли. Если Мер и Тиро где-то в городе, они должны им помочь.
   - Ничего хорошего такая беготня нам не принесет, - он  тяжело  дышал.
Нужно идти в центр. У них там центральное здание.
   Элли побежала медленней. Они  снова  оказались  у  входа  в  один  из
переулков.
   - Имеет смысл. Ну, ладно, пошли!
   Они пробежали по переулку и вышли  на  новую  изгибающуюся  улицу,  в
выходящих на нее  зданиях  все  двери  тоже  закрыты.  А  впереди  новый
переулок.
   Он показался Джиму короче.
   Элли держалась на шаг перед ним.  Она  повернулась  и  сказала  через
плечо:
   - Они их взяли... Мер и Тиро...
   Джим использовал свои с таким трудом добытые способности... Да, Тиро.
   Но коот, казалось, не слышит мальчика. От него исходила смесь гнева и
страха.
   - Я могу найти Мер, - уверенно сказала Элли. - Но она боится... очень
боится. Не думала, что Мер может так  бояться...  -  Лицо  у  нее  очень
встревоженное.
   Они  подошли  к  концу  последнего   переулка:   перед   ними   центр
города-паутины. Четыре здания, гораздо  выше  остальных.  И  в  середине
пятое, уходящее в тусклое темное небо.
   Но открытое пространство перед ним занято; последняя  круговая  улица
перед сердцем города заполнена его населением.

Глава 6

В БАШНЮ

   Толпа  состояла  не   из   людей,   а   из   металлических   роботов,
передвигавшихся на двух ногах. У  некоторых  верхние  конечности  плотно
прижаты к телу, как и у того первого. Другие свободно размахивали ими.
   Иногда они раскрывали и закрывали клешни, щелкали  ими,  и  от  этого
звука дрожь пробежала по телу Джима. Элли Мэй прижалась к нему.
   - Они... они нас схватят, - еле слышным шепотом сказала она. Но Джим,
понаблюдав  с  минуту,  решил,  что  в  движениях  роботов  есть  что-то
странное.
   Это машины. Да, они движутся, как люди. И он не сомневался,  что  они
опасны; вид щелкающих клешней ему определенно не понравился. Но  это  не
настоящие люди.
   Однако сделали их люди. А это  значит,  что  они  выполняют  когда-то
данные приказы.
   Джим присел и притянул к себе дрожащую Элли.
   - Следи за ними, - приказал  он.  -  Видишь  хоть  что-нибудь...  что
угодно... настоящее?
   - Что значит настоящее? - спросила она. - Они настоящие, даже слишком
- Я имею в виду людей... как мы.
   Он внимательно  наблюдал,  а  роботы  продолжали  расхаживать  вокруг
зданий. Беда в том, что они  совершенно  одинаковы,  и  трудно  отличить
одного от  другого.  Единственная  разница:  одни  свободно  размахивают
руками, другие держат их прижатыми к туловищу. Но настоящих живых  людей
нигде не видно.
   - Никого не вижу, - прошептала Элли. - Джим...  -  Она  сильно  сжала
пальцами его руку. - Мер... Тиро... они  там...  в  этой  большой  башне
посредине.
   Джим тоже уловил сигнал. Не сигнал  в  сущности,  потому  что  он  не
содержит сообщения, - просто ощущение страха, такого сильного, что мысль
отшатывается. И мысль эта больнее пальцев Элли.
   - Да, - согласился он. - Они там. И нам нужно добраться до них.
   Но чтобы сделать это, нужно пройти через толпу  роботов,  марширующих
на открытом месте между детьми и зданиями. Джим считал, что  эти  роботы
охранники. Могут ли они с Элли пройти мимо них?
   Люди... если хси действительно были людьми... сделали этих роботов  и
дали им задание. Охрана - от коотов? Обдумывая это, Джим уловил  связную
мысль - не свою собственную.
   - Тиро! - Может, он даже произнес это имя вслух. Быстро, как мог,  он
ответил мыслью-сигналом, хотя это по-прежнему давалось ему с трудом.
   - Тиро, где вы?
   - Уходи! - Приказ был отдан с такой силой, что вызвал боль.
   - Нет! - ответил мальчик. - Тиро, есть ли там хси? Ты их видел?
   - Хси мертвы... давно мертвы. Живы только их злые слуги. -  Казалось,
Тиро справился со своим страхом.
   Джим задумался над сообщением коота. Он был уверен, что Тиро  мог  бы
уловить мысли хси, как  мог  пользоваться  этой  своей  способностью  на
Земле.
   Он не только установил тогда контакт с Джимом, но  и  узнавал  многое
другое.
   Джим облизал губы. Итак, хси мертвы. А эти... он  пытался  вспомнить,
что читал о  компьютерах,  о  роботах.  Большинство  его  информации  из
фантастики. Но он знал, что иногда фантастика становилась реальностью.
   Например, этот писатель, Верн, он ведь писал о подводных  лодках  сто
лет назад, когда все думали, что они  невозможны.  И  атомная  бомба,  и
атомная энергия - все это было в рассказах.
   Итак, допустим, можно создать компьютер, построить таких роботов.
   Люди  умрут,  все  исчезнут,  а  машины  будут  продолжать  работать,
выполнять то, на что  запрограммированы.  Эти  роботы  запрограммированы
быть охранниками. И продолжают охранять. Когда это теряет смысл,  как  у
того же уборщика: ведь нет ни одного хси, которому не все равно,  чистые
улицы или грязные.
   Но если роботы настроены против коотов, что  они  сделают  с  Джимом,
если он просто выйдет?
   Мальчик сильно потянул себя за нижнюю губу. Он не хочет пробовать эти
щелкающие клешни... эти размахивающие руки... Нет, он  совсем  не  хочет
идти туда. Но он знал, что рано или поздно придется  это  сделать.  Если
просто выйти и побежать... Папа всегда говорил, что  если  что-то  нужно
сделать, лучший способ - просто взять и сделать.
   Джим опустил свой небольшой мешок и встал.
   - Что ты будешь  делать?  -  Он  почти  забыл  о  Элли  Мэй,  но  она
по-прежнему здесь. Надо подумать и о ней.
   - Когда я пойду туда, - сказал он ей, - ты поворачивай и  беги.  Беги
как можно быстрее - подальше отсюда.
   В полутьме он видел, как она яростно качает головой.
   - Я не уйду! Здесь Мер. Я не стану убегать и не оставлю  Мер,  ни  за
что в мире! Пошли туда!
   Она страшно рассердилась, но Джим не знал, на него или на роботов.
   -  Тогда  оставайся  здесь.  -  Мальчик  ответил  на   ее   упрямство
собственным. Ему совсем не хочется беспокоиться о том,  что  случится  с
Элли, если роботам земные люди понравятся не  больше  коотов.  Он  может
бежать быстро. Два года назад он выиграл соревнование по бегу в школе.
   Может, он сумеет пробежать мимо марширующих  роботов.  Они  не  очень
быстро двигаются. Но Элли Мэй в такой забег он не хочет брать с собой.
   - Я могу бежать не хуже тебя. - Она вскочила на ноги,  сжала  руки  в
кулаки и поднесла их к груди. - И нам не нужно бежать вместе. Может,  мы
их спутаем, если побежим порознь. Слушай, - она показала, - я  побегу  к
тому месту. А ты беги к другой стороне этого здания. Мер и Тиро где-то в
центре.
   Джим пожал плечами. Он знал, что не стоит спорить с Элли Мэй, когда у
нее такое выражение. Черт возьми! Все  может  сорваться  из-за  нее,  но
придется делать, как она хочет.
   Они еще несколько мгновений  постояли  в  нерешительности,  глядя  на
роботов, которые не поворачивали и не оглядывались. Затем Джим  побежал,
не обращая больше внимания на Элли Мэй. Он  увертывался  от  марширующих
роботов, каждое мгновение ожидая, что его схватят  эти  клешни.  Но  для
стражников он словно был невидим. Ни один из  них  не  смотрел  на  него
(если, конечно, роботы могут смотреть). И ни одна клешня не  протянулась
к нему.
   Отдуваясь, он чуть не наткнулся на стену здания. Потом  повернулся  и
поискал Элли. Совсем недалеко от него у здания что-то движется - Элли.
   Итак, обоим повезло. К тому же Джим осмелел и был рад, что  установил
факт, который может им  в  дальнейшем  пригодиться.  Марширующие  роботы
вообще  не  обращают  на  них  внимания.  Неужели  они  так  похожи   на
исчезнувших хси, что роботы приняли их за своих старых хозяев?
   В узком промежутке между  зданием  и  центральной  башней  ничего  не
движется. Но Джим решил, что лучше обойти по кругу. Нужно найти открытую
дверь в это центральное сооружение, а  единственная  дверь,  которую  он
видит, закрыта.
   Он помахал рукой  девочке,  поманил  ее  к  себе.  В  наружном  круге
продолжал слышаться звон роботов. Дети подошли к центральному  зданию  и
начали обходить его. В отличие от всех остальных сооружений города,  это
круглое и указывает в небо,  подумал  Джим,  как  угрожающий  гигантский
палец.
   Он даже утончается с высотой, напоминая палец и по форме.
   Они обошли половину башни, когда Элли воскликнула:
   - Смотри!
   На площадке между башней и внешними зданиями стоял флаер коотов.
   - Это флаер Мер... - Элли побежал,  словно  ожидала,  что  бело-серая
кошка еще сидит за приборами. Но кабина пуста.
   Джим провел ладонью по лбу. С того момента как они  получили  сигналы
Тиро и Мер, он старался прогнать из своего сознания картину. К  счастью,
ему хватало, о чем думать, чтобы не вспоминать. Но теперь он увидел  эту
призрачную  картину  -  ужасную  газетную  фотографию;  он   никому   не
рассказывал, что видел ее. Фотографию разбитого самолета,  того  самого,
на котором были мама и папа... когда погибли.
   Он понял, что в глубине души считал: они найдут разбитый  флаер.  Как
тот самолет. Но они с Элли Мэй не видели  вообще  никакого  ущерба.  Как
будто Тиро и Мер просто посадили машину, словно на поле в порту.
   Джим облегченно вздохнул. Все, что нужно сделать, это найти коотов.
   Флаер маленький; может,  он  всех  четверых  не  поднимет.  Но  самая
большая опасность грозит коотам.  Они  с  Элли  без  всяких  препятствий
попали в город.
   Они отправят Тиро и Мер в их флаере, а потом пойдут к своему.
   Элли Мэй стояла неподвижно, зажав уши руками, плотно закрыв глаза.
   Джим без слов знал, что она пытается уловить  мысль  Мер.  Он  послал
собственный призыв, но держал глаза и уши открытыми.  Откуда  им  знать,
какие хитрости применили хси, когда  строили  свой  город?  Может  быть,
существует другая защита,  кроме  роботов,  и  Джим  предпочитал  видеть
опасность, если она возникнет.
   - Внутри. - Элли Мэй кивнула в сторону башни. - И...
   Джим уже начал  действовать.  Он  протиснулся  на  сидение  флаера  и
принялся изучать приборную доску. Тиро что-то хочет, это очень важно. Не
оружие. Во всяком случае так кажется  Джиму  по  той  нечеткой  картине,
которую он уловил от разведчика-коота. Почему-то на этот раз понять Тиро
оказалось труднее. И дело  не  в  его  несовершенных  познаниях:  как  в
телевизоре, когда одна из ламп выходит  из  строя,  картинка  на  экране
искажается.
   Джим последовательно прижимал палец к кнопкам и рычагам, надеясь, что
Тиро следит за его мозгом и подскажет, что ему  так  нужно.  Тиро  очень
боится, он в отчаянии. Страх коота постепенно заразил и Джима. С  самого
начала этого невероятного приключения, еще  на  Земле,  понял  Джим,  он
очень поверил в коотов, которые способны читать  мысли  и  могут  делать
многое, на что не способны люди; ведь племя коотов вышло  в  космос  еще
тогда, когда предки Джима впервые покинули  пещеры  и  соорудили  первые
маленькие поселки из глиняных кирпичей.
   Пятый предмет, которого  он  коснулся  -  циферблат,  выступающий  из
доски, - вызвал отчетливое мысленное согласие Тиро. Вот что нужно.  Джим
ощупал края  циферблата.  Размером  примерно  в  половину  апельсина,  с
стеклянистой   куполообразной   поверхностью.   Внутри   играют   цвета,
распускаются цветные полосы.
   Джим взялся за ободок, прикреплявший этот предмет к доске,  и  что-то
щелкнуло. Должно быть, открылся какой-то невидимый замок. Предмет выпал,
так неожиданно, что Джим едва успел подхватить его, чтобы он не ударился
о пол кабины. Теперь нужно найти Тиро.
   Одну дверь в башню они нашли - закрытую. Подошли к ней.
   - Там осталось мало жестяных людей, - сказала Элли.
   Держа одну руку на закрытой двери, Джим  повернул  голову  в  сторону
внешних зданий. Она права. Он  успел  заметить,  как  несколько  роботов
сворачивают в переулки и исчезают.
   Теперь остается только открыть эту дверь.  Никакой  ручки  нет.  Даже
когда они изо всех сил надавили вдвоем, дверь не подалась. Окон нет. Что
делать теперь?
   Элли пнула дверь.
   - Ее дьявол сделал! - закричала она, готовая расплакаться.
   Джим вполне соглашался с ней. Он был уверен, что коотам где-то внутри
грозит страшная опасность. Но  как  они  с  Элли  прорвутся  сквозь  эту
прочную дверь? Это невозможно.
   Что говорил папа? "Не срывайся, когда что-то не получается.  Попробуй
догадаться, что ты делаешь не так. Может, есть способ получше".
   Джим задумался. Двери бывают разные. Обычные, с ручками, с  замочными
скважинами, как почти в любом доме на Земле. Есть  двери  из  пластинок,
как было у мамы в спальне, в шкафу. Такие двери складываются, как ширмы.
Но все это не то. Никаких пластин, которые могли бы сложиться, тут  нет.
Двери в супермаркете раскрываются, когда ступаешь на  нужное  место  или
пересекаешь невидимый луч. Джим не знал точно,  как  они  действуют,  но
ведь действуют - открываются, когда подходишь к ним. Есть двери  лифтов,
которые открываются в стороны...
   Двери, которые уходят в сторону!
   - Элли, - Джим повернулся к девочке, - положи  руки  сюда,  на  одном
уровне с моими. Толкай! Не внутрь,  а  вбок,  словно  хочешь  отодвинуть
дверь к стене. Вот так!
   Она тут же поняла его. Они толкали  -  ничего  не  происходило.  Джим
отпустил руки. Мгновение назад ему казалось, что мысль хорошая.
   Потом ему пришло в голову еще одно: а что, если они толкают не в  том
направлении? Люди, если они не левши, обычно толкают  слева  направо.  А
что если в этом мире наоборот?
   - Попробуем еще раз, - приказал он, - только в другую сторону.
   Они толкнули.
   Послышался щелчок, потом скрежет, как будто какая-то машина не хотела
повиноваться. С трудом, но дверь начала двигаться - влево!
   Было так тяжело, что дети отдувались.  Но  наконец  дверь  раскрылась
настолько, что они смогли протиснуться.  Джим  взял  небольшой  мешок  в
продуктами и зажал его в щели. Теперь дверь не закроется.
   Элли уже протиснулась, и Джим услышал ее нетерпеливый голос:
   - Пошли! Нужно найти Мер! Там происходит что-то плохое. Нужно идти!

Глава 7

ПЛЕННИКИ

   Дети оказались в большом зале со множеством дверей со всех сторон.
   Прямо перед ними начиналась винтовая  лестница,  которая  исчезала  в
потолке.
   Элли побежала прямо к ней. Джим держался в полушаге  за  ней,  крепко
прижимая  к  груди  светящееся  полушарие.  Оба   одновременно   уловили
мысленный сигнал. Где-то наверху коотам грозит смертельная опасность.
   Ступени покрыты чем-то мягким, напоминающим ковер, хотя внешне похоже
на камень. Дети пробрались через отверстие в потолке.  Большая  комната,
без дверей. Вдоль стен приземистые ящики, на которые Джим посматривал  с
опаской: может, это тоже роботы, готовые ожить и протянуть свои  руки  с
клешнями.
   Но  ящики  оставались  на   месте.   На   их   передней   поверхности
располагались небольшие прямоугольники, размером с палец; они были живы.
С негромким гудением они вспыхивали и гасли, образуя последовательность,
которую трудно проследить.
   Джим  такие  видел  по  телевизору  год  назад.  Это  компьютеры!  Он
осмотрелся. Каждую минуту  ожидал,  что  машина  выплюнет  карточку  или
высунет длинный отвратительный язык - развернется бумажная  катушка.  Но
ничего подобного. Только негромко гудящие ящики.
   - Пошли! - Элли уже поднималась по новой секции все той  же  винтовой
лестницы, направляясь ко второму отверстию в потолке.
   Она опять права: кооты не здесь. Джим тоже заторопился. На  этот  раз
ему показалось, что сигнал в  голове  звучит  отчетливей,  громче,  если
мысль может быть громче. И когда они выбрались  на  следующий  этаж,  он
обнаружил, что догадка его верна. Вдоль изгибающихся стен,  приподнятые,
так чтобы пол находился на уровне пояса шагающих роботов,  располагались
- клетки!
   Невозможно ошибиться в назначении этих зарешеченных  прямоугольников.
В одном сидел Тиро, волосы  его  стояли  дыбом,  уши  плотно  прижаты  к
голове, он вызывающе рычал.
   Один из ходячих роботов искусно управлялся с Мер,  словно  делал  это
много раз  в  прошлом.  Схватив  сопротивляющуюся  шипящую  пленницу  за
шиворот, робот посадил Мер в другую клетку, рядом с Тиро.
   - Нет! - закричала Элли  и  прыгнула  к  роботу,  колотя  его  обоими
кулаками. Машина не обратила на нее внимания. Мер оказалась в клетке,  и
дверца защелкнулась.
   - Остановись, ты, старая жестянка!
   На робота не действовали ни крики Элли, ни ее попытка схватить его за
руку. Он стряхнул ее, и Элли  отлетела  к  Джиму.  А  робот  невозмутимо
повернулся к стене, на которой над двумя рычагами горели огоньки.
   - Они убьют... - Мысль Тиро ворвалась в сознание Джима с такой силой,
словно коот когтем провел по его лицу. - Сейчас убьют!
   Элли с криком побежала к клетке Мер и попыталась разорвать решетку.
   - Бесполезно... - Это Тиро.  Мер  смотрела  прямо  в  глаза  девочке,
словно пыталась успокоить ее.
   Джим встал у  стены  перед  роботом.  Рычаги  находились  у  него  за
плечами. Он смотрел на  машину,  держа  в  руках  полушарие,  хотя  это,
конечно, не оружие. Но больше ему сражаться нечем. А робот уже  протянул
руку, мальчик был уверен, чтобы оттолкнуть его и нажать на рычаги.
   - НЕТ! - В страхе и ненависти к этой движущейся  массе  металла  Джим
закричал. Но не высоко, как Элли, а хрипло и низко.
   К изумлению  мальчика,  клешня,  уже  почти  коснувшаяся  его  плеча,
застыла в нескольких дюймах. Робот  странно  загудел:  то  ли  спрашивал
что-то, то ли возражал.
   - Думай "нет", - мысль Тиро доходила очень ясно. - Говори "нет". Но в
силовое устройство у тебя в руке. Говори низко, как можешь.
   Джим не понимал смысла этого, но  согласен  был  на  что  угодно.  Он
прочистил горло и поднес к губам полушарие.
   - НЕТ! - повторил он как можно более низким голосом.
   Робот беспокойно переступил с одной широкой ноги  на  другую.  Диски,
шедшие вдоль всей его головы, замигали, как на экранах компьютера внизу.
   Вспышки становились все быстрее, руки  с  клешнями  бессильно  упали.
Джим попятился, пока не уперся плечами в рычаги.  Ему  удалось  удержать
эту штуку, не дать роботу нажать на рычаг. Но как он это сделал? И  если
робот снова двинется, как остановить его? Можно ли его разбить? Конечно,
нет.
   Что же теперь будет? Он изо всех сил направил мысленный вопрос Тиро.
   - Открой! Джим, открой дверь! - Элли, очевидно, даже не заметила, что
он остановил робота. Она цеплялась за решетку, колотила по ней кулаками.
   - Ее не открыть, - мысленный голос Тиро звучал громко, словно большой
коот крикнул Элли. - Она закрыта энергией.
   - Как же мы вас выпустим? И что мне делать с ним?
   Джим продолжал стоять перед рычагами,  но  изогнулся,  чтобы  увидеть
Тиро из-за робота.
   - Если я прикажу ему выпустить вас...
   - Ты не сможешь, - ответил Тиро. Элли плакала, слезы катились  по  ее
коричневым щекам; Джим только раз видел ее  плачущей,  когда  умерла  ее
бабушка и Элли поняла, что осталась одна в мире, который никогда не  был
добр к ней.
   - Но я не дал ему нажать на рычаг, - возразил Джим. - Если получилось
это, то почему не могу приказать ему открыть клетки,  а  потом  уйти  из
этой башни. И тогда мы убежим!
   - Кооты заставляют своих слуг работать мыслью. Но хси  были  другими,
ответил Тиро. - Хси боялись коотов и не позволили встроить в свои машины
устройства,  воспринимающие  мысль.  Эти  машины  хси  исполняют  только
приказ, отданный голосом... в то, что ты держишь в руке...
   Джим посмотрел на полушарие.
   - Не понимаю. Я ведь не говорю на языке хси.  А  может,  они  были  с
Земли? - Он не мог в это поверить.
   - Нет. Но ты думаешь "нет", когда произносишь это. А прибор,  который
ты держишь, изготовили хси.  Мы  используем  его  только  как  указатель
направления. Хси пользовались им по-другому. Они мыслили и  говорили,  и
машина воспринимала через это устройство их мысль.
   - Значит я могу приказывать ему.
   - Нет. Короткий приказ, как "нет", ты можешь передать. Но не больше.
   Попробуй, если хочешь.
   Элли прошла мимо, направляясь к лестнице, и Джим повернулся к ней.
   - Куда ты?
   - Принесу еды...  и  воды,  -  ответила  она,  не  оглядываясь.  Джим
вспомнил мешок, которым заклинил  дверь,  чтобы  она  не  закрылась.  Но
прежде чем он смог предупредить девочку, она исчезла. Он заторопился  по
лестнице за ней, но к тому  времени  как  догнал,  она  уже  вытаскивала
мешок. Последний рывок - и мешок у нее в руках. Дверь закрылась.
   - Ну, ты это сделала! - Джим чувствовал, что готов ударить ее.
   - Что сделала, мальчик? - сердито спросила она.
   - Закрыла дверь. Если мы отключим энергию и  Мер  и  Тиро  выйдут  из
клеток, дверь снова не откроется. Помоги мне.
   Ни слова не говоря, Элли опустила мешок, они надавили вдвоем изо всех
сил, и снова показалась щель. Джим сунул в нее мешок.
   - Нам нужно что-то поесть. И Мер и Тиро  тоже.  Мы  им  просунем  еду
через решетку, - сказала Элли.
   - Подожди здесь! - приказал Джим и переступил через мешок наружу.
   Остановившись, он спрятал полукруглый  локатор  в  карман  и  побежал
вдоль стены к флаеру. Поискал подушки  на  сидениях.  Их  там  три:  для
пилота, его помощника и чуть побольше в пассажирском отсеке.
   Джим отнес подушки к башне и просунул их Элли. Когда  подушки  заняли
место мешка, он осмотрел их и убедился, что хоть они мягкие, но не дадут
двери закрыться.
   Потом они вместе с Элли Мэй снова поднялись в комнату с клетками.
   Робот стоял на месте, по-прежнему вспыхивали огни у него  на  голове,
руки свисали. Элли открыла мешок и проталкивала куски еды через решетку,
вначале Мер, потом Тиро. Джим достал локатор.
   Тиро сказал, что он должен светиться ярче,  приближаясь  к  источнику
энергии. Джим положил полушарие на ладонь и  принялся  думать  о  городе
хси.
   Он почему-то был уверен, что центром города является эта  башня.  Ну,
хорошо, значит все самое ценное для  хси  должно  быть  здесь.  А  самым
ценным для них будет источник энергии, защищающей город.
   На Земле печи, генераторы и тому подобное размещаются в подвалах.
   Есть ли подвал у этой башни? Он не знает, но можно посмотреть.  Робот
останется стоять. Но Тиро сказал, что ему должны отдать  другой  приказ,
чтобы он  начал  действовать.  А  что  если  он  получит  такой  приказ?
Допустим, от одного из компьютеров внизу? Джим должен быть уверен,  что,
вернувшись, не застанет Тиро и Мер, даже Элли мертвыми.
   Джим как можно ближе придвинулся к рычагам, не  трогая  их.  Как  они
установлены. Ага! Он почувствовал знакомое возбуждение. Закреплены всего
двумя винтами, а в его распоряжении  острый  край  локатора.  Его  можно
использовать как отвертку.
   Джим снова поднес полушарие ко рту.
   - Иди вниз, - приказал он как можно более  низким  голосом,  стараясь
представить себе мысленно, как робот спускается по винтовой лестнице.
   Огни на голове продолжали вспыхивать. Но робот не  шевельнулся.  Если
Тиро прав, как же...
   - Как мы можем вас вытащить? - спросил он.
   - Выхода нет,  -  ответил-помыслил  Тиро.  -  Эти  клетки  много  раз
использовались для уничтожения нашего племени. Когда  их  закрывают,  их
держит закрытыми энергия. И ее нельзя отключить. Если бы ты не остановил
ее, машина нажала бы рычаг, и мы с Мер превратились бы  в  пыль.  У  нас
много рассказов об  этом  месте,  потому  что  хси  пользовались  такими
устройствами повсюду, до того как закрылись в этом городе и  постарались
забыть о существовании остального мира.
   Джим глотнул. Отвратительная ловушка, хуже он не видел. Если  они  не
сумеют вытащить оттуда Тиро и Мер, те  умрут  от  голода...  или  жажды.
Должен быть выход!
   - Эта штука может ожить? - спросил  он,  разглядывая  робот.  Ему  не
нравятся эти мигающие огоньки на голове. Но в остальном робот  оставался
совершенно безжизненным. Послышался какой-то звон, заглушивший негромкий
гул.
   - Нет, пока ему не дан новый приказ... мне  кажется..  -  Ответ  Тиро
звучит не очень уверенно. - Так по крайней мере работают наши  слуги,  в
основном они такие же.
   Джим подумал, можно ли  доверять  этой  догадке  разведчика-коота.  С
другой стороны, он не может просто стоять тут вечно. Нужно найти  способ
открыть эти клетки. Если найти какие-нибудь инструменты. В флаере он  ни
разу не видел набора инструментов. Или...
   На  глаза  ему  попалась  одна  из  конечностей  робота,  вооруженных
клешнями.  Она  напомнила  ему  консервный  нож,  и  клетка  похожа   на
консервную банку. Если бы он смог поднять эту свисающую руку...
   - НЕТ! - Тиро следил за его мыслью. - Если  коснешься  проводов  этой
клетки, умрешь, потому что энергия через металл пройдет в твое тело.
   Джим вышел из-за робота и остановился перед клетками с коотами.  Элли
Мэй что-то шептала Мер, та в ответ мурлыкала. Джим надеялся, что девочка
будет вести себя спокойно, пока он что-нибудь не придумает.
   - Ответа нет, - мысль-сигнал Тиро.
   Джим покачал головой.
   - Должен быть!
   Он не собирается сдаваться так легко. Сила, проходящая  по  проводам,
закрывающая двери, - электричество? Может быть. Или  что-то  похожее.  А
что происходит в бурю. Он вспомнил ночь, когда они оставили свою  родную
планету. Во время бури отключился свет на половине улиц.  На  земле  так
бывает: короткое замыкание может вывести  из  строя  систему.  Но  какая
система здесь? И если он даже увидит главный рубильник, сумеет ли узнать
его?
   О, конечно, многое может пойти не  так,  но  неожиданно  Джим  ощутил
сильное возбуждение. Если он только найдет этот главный  рубильник!  Или
то, что служило хси главным рубильником!
   - Да! - Джим вздрогнул, уловив резкую мысль Тиро. - Такой шанс  есть,
родич-детеныш. Поищи... то, что с тобой, тебе поможет. Чем ближе  оно  к
источнику энергии, тем ярче его свет. Но где в этом злом месте ты будешь
искать и сколько...
   - Сколько потребуется! - пообещал Джим.
   - Помоги мне, - попросил он Элли.
   - А что ты будешь делать?
   - Видишь эти винты? Я думаю,  если  вывернуть  их,  мы  сможем  снять
рычаги, оба рычага, и забрать их с собой. Тогда если этот робот  оживет,
он не сможет никого убить.
   - А потом что?
   - Потом я найду источник энергии, - сообщил он.
   - Только со мной, - сказала она, нахмурившись. - Тут моя  Мер;  никто
ей не повредит, пока я могу этому помешать. Мы пойдем вместе...
   Джим пожал плечами. Он давно уже понял, что когда  Элли  Мэй  говорит
таким тоном, она говорит серьезно. Первый  винт  выпал  и  покатился  по
полу.

Глава 8

СМЕРТЬ ГОРОДА

   Рычаги, думал Джим, взвешивая один из них в руке, похожи на маленькие
тяжелые дубинки. Вряд ли это надежная защита против робота, но с оружием
в руках он чувствовал себя увереннее. Элли Мэй схватила второй  рычаг  и
размахивала им, словно собиралась ударить робота.
   Джим вернулся к клеткам.
   - Мы идем искать рубильник, -  послал  он  мысль  Тиро  и  Мер.  -  И
вернемся как можно быстрее.
   Элли Мэй вытащила еду из мешка и дала несколько крекеров и кусок сыра
Джиму.
   Впервые он вспомнил, зачем они пришли в город - за пищей.  Но  искать
пищевые машины некогда. Да к тому же, если правда слова Тиро, что машины
хси отвечают только на команду голосом, искать их бесполезно: все  равно
нужные слова неизвестны.
   - Ты весь день собираешься тут сидеть?  -  Элли  Мэй  говорила  ртом,
набитым крекерами. - Надо достать оттуда Мер  и  Тиро.  Но  как  мы  это
сделаем?
   - Помнишь, как погасли уличные огни в бурю? - спросил Джим, торопливо
идя за ней. - Прекратилась подача энергии. Мы должны найти способ  здесь
сделать то же. Поищем.
   Они начали спускаться по лестнице, и Элли Мэй кивнула.
   - У нас с бабушкой никогда не было электричества. Но у тебя  было,  и
ты должен знать, что искать. С чего начнем?
   - С подвала, если он есть. - Джим с опаской взглянул на мигающие огни
компьютеров, проходя через второй этаж. По крайней мере ходячих  роботов
здесь не видно. Рычаги у них в руках; теперь, даже если роботы придут  в
комнату с клетками, они не смогут включить убийственную энергию.
   Они добрались  до  первого  этажа  со  множеством  дверей.  Элли  так
торопилась, что чуть не упала с последних трех  ступенек.  Джим  увидел,
что от основания лестницы отходит вниз другая, гораздо более узкая.
   Темно, но не настолько, чтобы они не видели ступеней. Они  уже  почти
спустились, когда услышали устойчивый топот ног робота.
   - Останови его, быстрее! Как того, первого! - приказала Элли Мэй.
   Может ли он это сделать? Руки у Джима вспотели, как всегда, когда ему
становилось страшно. Он локтем прижал Элли к стенке лестницу  и  нащупал
полушарие.
   - Тише! - прошептал он. - Может, он нас не заметит.
   Они смутно видели корпус идущего робота. Насколько мог  судить  Джим,
он точно такой же, как тот, вверху, в комнате с клетками. Только огоньки
на голове вспыхивали не так ярко.
   Джим  пытался  задержать  дыхание.  Локтем  он  прижал  Элли  в  знак
предупреждения, и она была тиха, как стена, к которой он прижимал ее.
   - Бам - бам - бам - бам... - робот подошел к основанию лестницы.
   Повернулся и поставил  ногу  точно  на  середину  ступеньки,  начиная
подъем.
   Джим облизал губы, поднес полушарие  ко  рту.  Голос  должен  звучать
правильно, в голове картина того, что он хочет.
   - НЕТ!
   Робот опустил ногу на  ступеньку.  Но  вторую  не  поднял.  Напротив,
испустил, как и первый, гудящий звук, словно о чем-то спрашивал. И  огни
у него на голове засверкали ярче.
   - Пошли! -  Джим  толкнул  Элли  Мэй  в  плечо.  Но  ей  этого  и  не
требовалось. Она уже  протиснулась  мимо  остановившейся  машины,  держа
рычаг наготове.
   Джим последовал за  ней.  Потом  оглянулся.  Огни  на  голове  робота
осветили проход на несколько футов.  Но  робот  не  поворачивался  и  не
пытался их схватить. Все равно лучше побыстрее уйти отсюда.
   Элли Мэй уже бежала  изо  всех  сил.  Выйдя  за  пределы  освещенного
роботом пространства, Джим ее не увидел. Мальчик побежал за ней.
   Вдоль коридора никаких  дверей,  только  сплошные  стены.  И  никаких
ответвлений. В конце коридора оказалась комната, такого же размера,  как
и та, что с компьютерами. Локатор в руке Джима неожиданно вспыхнул,  как
огонь, хотя никакого тепла не чувствовалось.
   Они оказались на балконе, нависающем над обширным пространством.
   Вдоль стен опять большие ящики. И лестница, ведущая вниз, в  темноту.
Джим начал спускаться и обнаружил, что локатор  теперь  дает  достаточно
света, чтобы видеть три или четыре ступеньки  впереди.  Спускаясь,  Джим
продолжал прислушиваться. Внизу  может  оказаться  целая  армия  ходячих
роботов. Или других разновидностей, еще опаснее.
   Лестница  показалась  ему  очень  длинной.  Когда  они  добрались  до
последней ступеньки, Джим протянул руку  и  преградил  дорогу  Элли.  Не
хотел, чтобы она неразумно устремилась к опасности.
   Ящики, которые они видели сверху, теперь нависали  над  ними,  каждый
размером в половину дома или по крайней мере с гараж. А пол  под  ногами
все время слегка дрожал.
   - Осторожней! - предупредил Джим. - Смотри по сторонам.
   Элли Мэй взмахнула своим рычагом.
   - Можешь мне этого не говорить, мальчик! Тут очень страшно.
   Они  прошли  вдоль  ближайшего  ящика,  потом  перебежали   небольшое
расстояние к следующему, потом еще к одному. Джим следил  за  локатором.
Тот светил все ярче. Джим передал на время свой рычаг Элли Мэй и прикрыл
локатор руками: боялся, как бы кто не увидел.
   Они оказались в обширном пространстве. Джим считал  ящики,  чтобы  не
заблудиться на обратном пути. И тут услышал слабый смех Элли Мэй.
   - Смотри... - Она показала маленький и  грязный  кусочек  сыра.  -  Я
помечала эти штуки, - она постучала рычагом по ящику, около которого они
задержались. - Видишь?.. - Она провела сыром  по  гладкой  металлической
поверхности.
   Почему он сам не подумал об этом? Джим рассердился на себя. Но у Элли
Мэй часто есть разумные ответы.
   Они вышли из тени последнего ящика и неожиданно оказались на открытом
пространстве. Не только открытом, но и  ярко  освещенном.  Дети  мигали,
привыкая к свету после темноты. В середине пола они увидели нечто  вроде
колодца с перилами вокруг. Колодец  не  очень  глубокий,  но  достаточно
широкий. Он накрыт куполом и полон сверкающего пламени - не  красного  и
желтого, как огни, знакомые детям, а с примесью зеленого и синего, и все
это переплетается. Элли Мэй ухватилась за перила.
   - У меня голова кружится!  -  пожаловалась  она.  Одной  рукой  сжала
живот. - Меня сейчас стошнит, словно я змею проглотила!
   Полушарие в руках Джима светилось почти так же ярко,  как  огонь  под
куполом. Он понял, что они нашли то,  что  искали.  Этот  горящий  внизу
разноцветный огонь - энергия, может быть, подобная электричеству.  Такое
можно увидеть, если включить яркую лампу.
   Но как ее выключить? Как и Элли Мэй, его затошнило, когда он  пытался
внимательней разглядеть пламя. Он медленно обошел колодец вокруг,  одной
рукой держась за перила, в другой сжимая локатор.  Никаких  рычагов,  ни
контрольного щита, ни кнопок - ничего!
   Он чувствовал все большую  и  большую  беспомощность.  Почему-то  ему
казалось: чтобы освободить коотов, нужно просто найти источник энергии и
отключить ее. Но как ее отключить, если перед тобой только огненный  шар
и больше ничего?
   Элли  Мэй  распрямилась.  Размахивая  рычагами  в  обеих  руках,  она
посмотрела на Джима.
   - Это та злая старя штука, которая держит Мер в клетке?
   - Я думаю, да.
   - Ну, хорошо. Чего же мы ждем? Надо ее просто разбить!
   - Нет! - закричал Джим. Они ничего не знают об огне под куполом.  Что
если он взорвется, разнесет все здание?
   Но у Элли Мэй был упрямый вид; она не собирается его слушать. Для нее
важно только одно: Мер в клетке, и ее надо оттуда выпустить. Прежде  чем
Джим успел перехватить ее руку, Элли размахнулась  и  швырнула  один  из
рычагов в огненный пузырь, зажмурившись при этом.
   Джим услышал звон удара металла о купол. Второй рычаг  последовал  за
первым.
   - Бросай это... - Элли Мэй обогнула  часть  стены.  Прежде  чем  Джим
успел увернуться, она выхватила локатор у него из руки и тоже бросила.
   Последовал ужасно громкий  звук.  Джим  закрыл  уши.  Он  видел,  как
присевшая на корточки Элли сделала то  же  самое.  Мальчик  ожидал,  что
через мгновение его охватит пламя, вырвавшееся из-под разбитого  купола.
Кожу закололо, волосы на голове Элли встали дыбом.  Он  впоследствии  не
был уверен, но ему показалось, что от ее волос посыпались искры.
   Но...
   Они оказались во тьме. Свет погас. На одну-две  ужасные  минуты  Джим
даже подумал, что ослеп. Потом понял, что все-таки еле-еле что-то видит.
   Протянув руку, он нащупал Элли Мэй.
   - Пошли отсюда! - По крайней мере он хотел это сказать  но  даже  сам
себя не услышал. И это тоже испугало его.
   Нащупывая на стенах полоски сыра, оставленные Элли Мэй, они  каким-то
образом умудрились добраться назад, к основанию лестницы,  держась  друг
за друга. Дрожь и гул исчезли.  Джим  вздрогнул.  Как  будто  находишься
рядом с огромным мертвым существом...
   У основания лестницы лежала груда металла. Рухнул робот, которого они
тут оставили. Должно быть, он  тоже  мертв,  подумал  Джим.  Теперь  ему
хотелось только  побыстрее  убраться  отсюда  и  как  можно  дальше.  Но
остаются Тиро и Мер.
   Они стали подниматься. На этот раз на компьютерах никаких огней,  нет
негромкого щелканья и гула. Комната мертва и  быстро  охлаждается.  Дети
торопливо миновали ее.
   Еще один пролет лестницы. Они с трудом поднялись. У клеток  еще  одна
груда металла, путаница рук и ног; здесь упал другой робот.
   - Надо убираться отсюда... - Теперь Джим услышал свой голос, хотя  он
казался слабым и далеким. Но клетки по-прежнему прочно заперты. Элли Мэй
заплакала и принялась колотить по клетке Мер, но Джим обратился к Тиро с
вопросом.
   - Есть ли еще энергия в двери? - Он старался мыслить как можно четче.
   Большой коот, казалось, принюхивается к проводам.
   - Нет, детеныш. Теперь это только металл.
   - Хорошо. - Джим подошел к мертвому роботу - он теперь думал  о  нем,
как о "мертвом". Мальчик дергал и крутил,  пока  не  высвободил  тяжелую
руку с клешней. Он принес ее к клетке и начал рвать решетку.  Как  он  и
надеялся, ему удалось прорвать ее. Вначале Тиро, затем Мер выпрыгнули на
пол.
   Тиро высоко поднял голову, прислушиваясь и принюхиваясь.
   - Город мертв, - послал он мысль. - Как и хси, которые его построили.
   Но даже мертвый, он может быть использован...
   Джим сидел на полу.  Он  устал;  его  трясло  от  ужаса,  который  он
испытал, когда Элли Мэй пробила купол: ему хотелось есть и пить. Итак...
город мертв... тогда  нужно  поскорее  уходить.  Это  место...  оно  ему
ненавистно! Эти тяжелые здания без окон и без дверей вызывали  ощущение,
что он тоже в клетке, как были Тиро и Мер.
   - Да, мы уйдем, детеныш, - согласился Тиро. - Но наши старейшие,  они
пошлют других. Тут много полезных знаний. Сюда хси  перенесли  все  свои
записи.
   - Вы... - он ласково потерся о щеку Джима головой, никогда раньше  он
так не поступал. Элли Мэй, с влажным от слез  лицом,  прижимала  к  себе
Мер, как будто больше не собиралась ее отпускать. - Вы оба очень  хорошо
действовали,  детеныши.  Среди  наших  старейших  есть  такие,   которые
опасались, что вы принесете нам только  неприятности.  Напротив.  Теперь
нам нужно запомнить еще два имени в  Зовах  Чести  коотов.  Давным-давно
Киндарт доказал, что он родич коотам. А теперь вы, детеныши, сделали  то
же самое.
   Наши племена могли ошибаться, кто кому родич. Родство не  обязательно
означает шерсть на теле у одних и голую кожу у других.  Родство  гораздо
глубже.  Я  назвал  тебя  своим  родичем,  детеныш,  а  Мер  -   назвала
родственницей девочку, и если  бы  мы  этого  не  сделали,  ловушка  хси
уничтожила бы нас. И злое место продолжало бы жить.
   - Мы слишком много говорим, - послала нетерпеливую мысль Мер. -  Если
старейшие захотят исследовать это место, пусть делают.  А  что  касается
меня... я побыстрее хочу под открытое небо.
   - Да - Элли кивнула. - Мне не нравится этот старый город, он плохой.
   Они вернулись к флаеру. В нем  четверым  было  тесно,  он  едва  смог
подняться, но все же полетел.  Второй  флаер  они  нашли  там,  где  его
оставили  дети.  Тиро  решил  лететь  на  нем  с   Джимом,   его   очень
заинтересовало ручное управление, о котором сами кооты почти забыли.
   - Мы многому можем научиться друг у друга, - сказал он  Джиму,  когда
они поднялись в воздух,  чтобы  последовать  за  другим  флаером,  почти
скрывшимся из виду. - И это будет хорошая наука, родич-коот. Больше я  о
вас не буду говорить как о детенышах: сегодня вы оба  доказали,  что  вы
настоящие родичи коотов.
   Приближаясь к порту, Джим забыл нетерпение и  боль,  которые  привели
его в город. Он даже  подумал,  что  его  интересно  будет  исследовать.
Защиты нет, роботы мертвы. И в будущем родичу коотов - он гордился  тем,
как назвал его Тиро, понимал, что это многого стоит, - ему найдется  чем
заняться на Зимморре. 

Все авторские права на материалы принадлежат их законным владельцам. Материалы на сайте размещена только в ознакомительный целях и в случае скачивания должны быть удалены на протяжении 24 часов с носителей.
В случае если вы желаете пожаловаться на представленные на сайте материалы просим отправить жалобу по адресу - они будут удалены в кратчайшие сроки.