С. Вартанов
Рассказы

Экологический аспект
Вирус Контакта. Степан Вартанов.
Deeply Ipmacted (Стукнутые).
Сказка.
Введение в негуманоидную логику.


С. Вартанов
Экологический аспект

...Снится нам трава, трава у дома,
Зеленая, зеленая трава...
    Выведя  корабль  из  гиперпространства,  Андрей,  как  и  полагалось  по
инструкции, включил приемник на свободный поиск, послушать, что  делается  в
эфире. Эфир оказался изрядно засорен. Писки,  свисты,  шумы  и  немелодичные
вопли сливались в сплошной пульсирующий гул, на фоне которого кто-то кого-то
вызывал на рыбьем языке. И так было на всех  частотах.  Андрей  недоумевающе
пожал плечами, и включил  локатор.  Однако  вместо  привычной  картинки,  на
экране возник стремительно меняющийся цветной узор.
   -  Надо  разобраться,  -  пробормотал  Андрей.  Однако  вышло  так,   что
разбираться  ему  не  пришлось.  Подал  голос  компьютер,  и  сообщил,  что,
во-первых, на планете используется не  менее  полутора  миллионов  различных
языков и кодов, ровно столько он насчитал в эфире, а во-вторых,  неизвестный
объект активно идет  на  сближение,  и  орбиты  пересекутся  через  двадцать
секунд. Андрей крякнул, и схватился за рычаги аварийного пилотажа.
   Когда преследователь остался далеко позади, компьютер  сообщил,  что,  по
его рассчетам, масса объекта составляет  около  ста  мегатонн.  Гнать  такую
массу с таким ускорением... И Андрей решил держаться от него подальше...
   ... Зато посадку он совершил - любо-дорого смотреть. Снижение, зависание,
выжигание зоны безопасности - все с точностью  до  миллиметра.  Наконец  рев
двигателя смолк.
   - Теперь можно и осмотреться, - произнес  довольный  Андрей,  и  небрежно
коснулся клавиши внешнего обзора.
   И  едва  не  вывалился  из  кресла.  Лишь  рука,  повинуясь  давным-давно
закрепленным навыкам, бросала в изумленно раскрытый рот космонавта  таблетки
из аптечки: успокаивающее, снотворное, слабительное, рвотное... Затем Андрей
поперхнулся, выплюнул пригоршню  таблеток,  и  принялся  щипать  подлокотник
кресла.
   Вокруг звездолета расстилалась унылая степь, поросшая то ли мхом,  то  ли
травой, серой и хилой с виду. То тут то там поблескивали лужицы черной, даже
на вид грязной воды, лишь усиливающие общую безысходность пейзажа.
   А в степи стояли корабли. Звездолеты. Много. До  самого  горизонта.  Всех
мыслимых форм и размеров. И немыслимых - тоже.
   - Внимание, гости! - произнес компьютер. И действительно, перед андреевым
звездоелтом, заложив крутой  вираж,  опустился  летательный  аппарат,  более
всего напоминающий ступу, только вместо  бабы-яги  в  ней  сидел  человечек,
маленький и печальный.
   - Так, - сказал Андрей. - Надо идти.
   Он поспешно натянул скафандр и направился к выходу.
   ... Вблизи человечек оказался  еще  печальнее,  чем  на  телеэкране.  Без
лишних церемоний он вытащил из кармана маленькую красную коробочку и  прижал
ее к плечу андреевого скафандра. Коробочка прилипла.
   - Теперь мы сможем понимать друг друга, - грустно произнес человечек.
   - Я очень рад, - с чувством произнес Андрей. - Позвольте  мне,  от  имени
человечества планеты Земля...
   - Знаем, проходили! - махнул рукой человечек.  Контакт?  -  он  посмотрел
Андрею в глаза сквозь пластик шлема. - Ясное дело, контакт!
   - А... - произнес Андрей.
   - Почему вы уклонились от орбительного посадочного модуля? - перебил  его
человечек совершенно безнадежным голосом.
   - Посадочного чего? А, понятно... Ну, видите ли, - Андрей развел  руками,
- у меня все-таки ядерная ракета...
   - Ядерная... - человечек всхлипнул. - Надо же, дрянь какая... - И тут,  к
величайшему ужасу Андрея, он заплакал.
   - Ну что вы,  -  неуверенно  забормотал  космонавт,  -  ну  не  надо,  ну
пожалуйста... - опыта утешения плачущих инопланетян у него явно не хватало.
   - Все! - всхлипывал  человечек.  -  Все  прилетают!  И  у  всех  ядерная!
Пи-мезонная! Ква-а-ркова-а-я!!! - уткнувшись росом в грудь  собеседника,  он
разрыдался.
   - И все... - переводила красная коробочка бессвязные  причитания,  -  ...
Контакт!.. Их бы... контакт!.. мордой!.. С добрыми намереньями!..
   Онплакавшись, и  слегка  успокоившись,  человечек  горестно  повздыхал  и
произнес:
   - Конечно, я понимаю, вы ни в  чем  не  виноваты.  Вы  же  не  знали.  Но
поставьте себя на наше место!
   И он поведал Андрею грустную историю Печальной планеты.
   Пятьсот лет назад это был обычный и  вполне  благополучный  мир.  В  меру
зеленый и в меру солнечный. Со временам,  конечно,  местные  жители  и  сами
додумались бы до космических кораблей, однако  этому  помешало  одно  весьма
существенног обстоятельство. Планета, как выяснилось, лежала на  перекрестке
неких гиперпространственных путей. Всех сразу.
   Итак, пятьсот лет назад на Печальную опустился первый пришелец. Тогда они
еще радовались Контакту.
   - В общем, - резюмировал человечек, - вы и сами можете  представить,  что
было дальше. За первым кораблем последовал второй,  тысячный,  миллионный...
Каждая цивилизация во Вселенной считает своим долгом посетить нас минимум по
разу. Сейчас ежедневно нам на голову валится до полумиллиона  кораблей!!!  А
ведь каждий из них при посадке пробивает озоновый слой, отравляет атмосферу,
жжет траву, наконец!
   - И еще... - тут голос человечка вновь подозрительно задрожал,  -  и  еще
они разбиваются! Восемь раз в секунду!!!
   - Но должен же быть способ,  -  пролепетал  потрясенный  Андрей.  -  Знак
какой-нибудь, или по радио... -  он  осекся,  сообразив  с  опозданием,  что
означала эфирная неразбериха, так поразившая его на орбите.
   - Почему же, - пожал плечами человечек. - Мы пытаемся установить связь  с
гостями. Вот только проблема языка... Радио, говорите? А почему не  лазерная
связь, не тахионы, антифотоны или, скажем, почтовые драконы? Мы пробуем все.
Но как угадать, что использовать на этот раз? Ты ему нейтронным пучком, а он
решит, что это нападение - и ответит антиматерией.
   - А недавно  к  нам  прилетела  мыслящая  планета.  То  есть,  там  океан
мыслящий, а планета так...  Вы  знаете,  как  вступают  в  контакт  мыслящие
планеты? Мы тоже не знали - до того момента. Ужас! - человечек содрогнулся.
   - С тех пор мы  построили  на  южном  полюсе  станцию  для  гиперпереноса
планеты, на небольшие, правда, расстояния.  Вот  только,  при  этом  терятся
часть атмосферы, да и землетрясения... - человечек вздохнул.
   - Они прилетают к нам со своим дурацким Контактом, они везут к  нам  свои
отходы, они хотят  выращивать  у  нас  сады...  А  три  раза  в  минуту  они
высаживают десант, и пытаются нас завоевать. Кстати, я вам  рассказывал  про
гипертранспортер на южном полюсе?
   Андрей кивнул.
   - Его захватили на прошлой неделе, - сообщил человечек. - Мы их, конечно,
сразу объявили верховной властью на  планете,  и  посылаем  туда  всех,  кто
пытается нас завоевать, но пока что безуспешно. Стоят насмерть.
   - Экология, - продолжал он после  паузы.  -  Все  упирается  в  экологию!
Сначала мы просто сбивали непрошенных гостей. Жест отчаяния, знаете ли.  Но,
во-первых, у многих такая начинка, что костей не соберешь, если взорвется, а
во-вторых, за каждым  пропавшим  звездолетом  обычно  посылают  спасательную
эскадру.
   Тогда мы создали орбитальные перехватчики.  Четыре  штуки.  В  их  задачу
входило перехватить гостя, не  дать  ему  приземлиться...  Ну  и...  н-да...
Красная коробочка покраснела еще сильнее, но ничего не перевела.
   - Первый сбила метеоритная защита какого-то не в меру осторожного  гостя.
Второй...  На  него  совершил  посадку   гость   из   антимира.   Со   всеми
вытекающими... А третий украли! - человечек хихикнул, впервые за  все  время
разговора. - Украли, как доказательство наличия разумной жизни  на  планете.
Вот. А четвертый - все еще  летает.  Тот  самый,  с  которым  вы  так  ловко
разминулись.
   - Простите, - сокрушенно пробормотал Андрей, - я же не знал...
   - Ничего, - утешил его собеседник, - большинство поступает так же.
   - А какая была планета! - грустно сказал он. - Все испортили!  Все!  Даже
наша техника не справляется с очисткой, а ведь у нас все самое передовое.  С
миру, так сказать, по нитке...
   Он замолчал, и стал глядеть на одну из  множества  точек,  движущихся  по
небосклону. - Антипротонный. И опять в моем квадрате. Мы пришлем вам кассету
с  описанием  технических  новинок.   Только   больше   не   прилетайте.   -
Повернувшись,  человечек  направился  к  очередному  пришельцу,  благо   тот
опустился неподалеку. "Ступа", как привязанная, двинулась следом.
   Более всего звездный гость напоминал гигантский  самовар,  который  долго
били ногами. Невидимые динамики откашлялись, и разразились серией молодецких
уханий и завываний.
   Замолчавшая было коробочка - переводчик щелкнула и забормотала:
   - От имени великой и прекрасной планеты ЫЫЫ-АТЬ мы  рады  предложить  вам
вступить в Контака во имя...



Вирус Контакта. Степан Вартанов. 
 
   Я слишком легко принимаю чужое мнение. Это плохо само по себе, а  уж  для
журналиста и подавно. Почему-то  считается,  что  хороший  журналист  должен
иметь свою точку зрения, и стоять на ней, как греки на филиппинах... Или  не
греки... Так или  иначе,  но  когда  я  ответил  категорическим  отказом  на
предложение написать репортаж об открытии второго лунного завода, мой шеф не
долго думая принялся рассказывать мне о красотах Луны,  романтике  и  прочей
чепухе. Через пол-часа я сказал "да". Интересно, сколько времени пришлось бы
меня уговаривать, если бы я знал, на что иду? В смысле - лечу?
   До сих пор не могу понять, чем это лунный серп напоминает  каплю  янтаря,
хотя мой первый репортаж начинался именно так.  Четыре  десятка  лет  назад,
когда любой школьник знал слова Кеннеди "раз мы не можем быть первыми  -  то
будем единственными", сказанные как раз насчет подобного  путешествия,  вряд
ли кто мог представить себе, что на Луну будут посылать корреспондентов,  да
еще по таким пустякам.
   Однако техника не стоит на месте. Пришедшие на смену допотопным "Шаттлам"
русские "Прорывы" были вытеснены  атомными  "Спунами",  сделавшими  подобные
командировки вполне возможными, и даже  не  очень  дорогими.  Тот,  кто  так
окрестил эти крошечные ракеты, считал видимо, что они доставят груз в нужное
место, как на ложечке. Лишь в последний момент я узнал, что полечу не  один,
а в компании пяти  взрослых  самок  -  шимпанзе.  Проводивший  предстартовую
подготовку механик оказался словоохотливым парнем, так что к моменту  старта
я успел расстаться со всеми иллюзиями на свой счет.
   - Репортаж? - гудел он, зарывшись по пояс в недра какого-то  агрегата,  о
назначении которого я имел понятия не больше, чем мои  спутницы.  -  Пустое!
Нужен человек, чтобы их кормить в полете, ну и так далее.
   Заметив мой ужас, он счел  необходимым  дополнить  ожидающую  бедолагу  -
репортера "прогулку при Луне", как он выразился,  двумя  -  тремя  штрихами.
Больше  всего  меня  огорчило,  что   оказывается,   регенераторы   воздуха,
установленные в ракете, поглощают углекислоту, а вовсе не запах.
   - Там  в  клетках,  -  пояснил  он,  -  подстилка  специальная,  она  все
впитывает. Ну да вы почувствуете... - Он был абсолютно уверен, что наука тут
не при чем, а обезьян на Луну посывают, потому, что в штате станции  слишком
мало женщин...
   Старт я перенес неважно, видимо сказалось нервное потрясение от общения с
механиком. Ракета, более всего похожая на керамическую иглу, с оглушительным
визгом взмыла ввысь. Двигатель при этом работал почти бесшумно,  визжали  же
обезьяны. Затем наступила невесомость, мы сделали пол-витка вокруг Земли,  и
двигатель заработал вновь, унося меня к Луне.
   Чтобы хоть как-то  себя  занять,  я  стал  разглядывать  обезьян,  но  их
поведение в тесных клетках было столь  омерзительным,  что  я  вынужден  был
отвернуться. Может быть, механик и прав... Зачеи на Луне столько обезьян?
   Я  бегло  проглядел  библиотеку,  находящуюся   в   памяти   корабельного
компьютера, но нашел там лишь техническую литературу,  главным  образом,  по
космическим устройствам. Меня привлекло необычное название "дразнилка", и  я
на свою беду решил узнать, что это такое. Дразнилка  оказалась  ничем  иным,
как двигателем моей ракеты, сама идея которого должна бы  вызвать  невроз  у
нормального человека, даже если  отвлечься  от  того,  что  эта  конструкция
находилась в трех метрах под моей задницей. Представьте себе атомный заряд в
двадцать  килотонн,  распиленный  пополам.  Если  половинки   совместить   -
произойдет взрыв, а если растащить - взрыва не будет.  И  вот,  оказывается,
ракета получает энергию за счет того, что специальное устройство сближает  и
растаскивает эти самые половинки раз за разом.  То  есть  взрыв  каждый  раз
начинается, но не успевает произойти.
   Я  попытался   заснуть,   и   во   сне   мне   приснился   жизнерадостный
механик-шимпанзе,  который  больно  щелкал  меня  по  голове   кувалдой   из
обогащенного урана.
   Посадка на Луну сильно отличалась от взлета,  причем  в  худшую  сторону.
Прибывшая партия астрономического оборудования, разумеется,  шла  с  нулевым
приоритетом, а я - лишь с третьим. Позже, между  прочим,  оказалось,  что  и
этой высокой чести удостоили не меня, а обезьян.  Лети  я  один,  приоритет,
скорее всего, был бы пятым.
   После  получаса  поисков,  мне  удалось  извлечь  из  памяти   компьютера
инструкцию, и включить передатчик. К этому  времени  я  уже  был  достаточно
взвинчен, и высказал появившемуся на экране бородачу все, что я думаю о нем,
а так же об организации лунного сервиса.
   - Позвольте, - удивился бородач. - Вам, собственно, что нужно?
   - Посадят меня наконец?!
   В  наушниках  раздался  дружный  хохот,  видимо,  наш  разговор   слушало
несколько человек, из которых в кадр попал лишь один.
   - Обратитесь в полицию,  -  посоветовал  этот  остряк.  Прошло  не  менее
пятнадцати минут взаимных упреков и оскорблений, прежде, чем  я  узнал,  что
связался вовсе не с Луной, а с птицефабрикой где-то  в  Колорадо,  то  ли  в
Аризоне. Я понятия не имел, зачем птецефабрике  устройство  для  космической
связи, так что бородач любезно объяснил, что антенны у них самые обычные,  а
вот я вещаю на пол-Америки через какой-то там спутник-ретранслятор.
   - Привет колорадским жукам, - грустно резюмировал  я,  и  в  этот  момент
новый голос велел катеру СПУН-12-23-а заткнуться, освободить  частоту  и  не
мешать работе ЛРТ. ЛРТ означало - Лунный Радио Телескоп. Не успел я раскрыть
рта, как на экране компьютера возникли строчки:
   отключение передатчика
   команда к исполнению
   Передатчик выключился, а я остался ни с чем.
 
   Посадку я совершил через  шесть  часов.  Капсула  опустилась  в  глубокий
черный  колодец  шахты.  Затем  автоматы  закрыли  люк,  откачали  из  шахты
выхлопные газы, и подали взамен воздух.
   Через десять минут я почувствовал беспокойство. Обезьяны  тоже,  но  меня
это даже радовало. И все же... Никого и ничего.
   Я подошел к люку и без труда  его  открыл.  Воздух  снаружи  был  свеж  и
прохладен. Нелепо подпрыгивая при ходьбе, я вышел в  коридор  через  боковую
дверь.
   В свое время о Лунной Станции столько  писали,  что  не  знать,  как  они
устроена внутри нормальный человек был просто не в состоянии.  Я  прошел  по
короткому переходу, и оказался в помещении диспечерской, вырубленной в скале
на 20-метровой глубине. После нескольких аварий почти все постройки не  Луне
делали подземными, для защиты от микрометеоритов.
   Диспечерская была пуста. На большом экране под потолком  вращалась  Луна,
со всеми ее искусственными спутниками, а по малому экрану неторопливо  плыли
строчки. Как я понял, компьютеры Лунной в  автоматическом  режиме  принимали
очередных гостей - большой грузовой планетолет.
   Я  почувствовал,  что  начинаю  закипать.  Не  встретить  корреспондента!
Покинуть диспечетскую!  О  халатности  здешнего  персонала  ходили  легенды,
особенно с тех пор, как запрограммированный  ими  рудовоз  опустился  вместо
невадского космодрома на Пятой авенью. Но одно дело -  знать  понаслышке,  а
совсем другое - быть непосредственным участнпиком событий, да еще и  в  роли
пострадавшего. Заранее  сделав  свирепую  физиономию,  я  отправился  искать
кого-нибудщь, на ком можно было бы сорвать злость.
   И никого не нашел.
   База была пуста. Ровно гудели вентилляторы, подмигивали друг другу экраны
дисплеев, реактор превращал дейтерий в гелий, а 1-й  лунный  завод  исправно
перерабатывал "Луну в Землю", как не раз писали (и я писал) в газетах. Людей
не было.
   Больше того, через некоторое  время  я  понял,  что  персонал  не  просто
покинул  Базу,  а  покинул  ее  поспешно.  Недописаное  письмо,  недоеденный
бутерброд, ванна, из которой забыли выпустить воду... Особенно меня потрясла
ванна, рядом с которой, нетронутая, лежала смена  белья.  Похоже  было,  что
хозяин выскочил из воды в чем мать родила, и устремился к выходу, оставив за
собой влажную дорожку, и уронив по пути кресло.
 
   Я так подробно рассказываю обо всем, что предшествовало Великим Событиям,
по двум причинам. Во-первых, все, что было потом, описали - и я первый  -  с
точностью до последней детали, а  вот  что  было  до  -  об  этом  наш  брат
журналист пока помалкивает. Но теперь "Спейс ньюс" заказал мне статью,  и  я
смогу наконец высказаться, не опасаясь обвинений в непатриотичности. Сейчас,
после того, как "Гость", вопреки ожиданиям, заработал, и, опять  же  вопреки
ожиданиям, не так, как  мы  ожидали,  на  смену  нашему  оптимизму  приходит
постепенно ощущение, что нас надули, вот только непонятно как.
   Вторая же причина заключается в том, что не почувствовав, каково мне было
одному на пустой Луне - на  целой  Луне!  Представьте!  -  шарахающемуся  от
каждого щелчка реле,  растерянному  и  испуганному,  читателю  трудно  будет
понять то, что впоследствии окрестили "феноменом неприятия Контакта", а меня
- безо всяких на то оснований причислили к "инопланетяноненавистникам".
   Когда я, после двух  часов  поиска,  обнаружил,  наконец,  где  находится
персонал, я просто  озверел.  Забравшись  в  луноход,  игнорируя  трещины  и
совершая двадцатиметровые прыжки на  каждом  ухабе,  понесся  в  лунный  ВЦ,
расположенный в 5 км от Базы. Сказать, что я был зол  -  значило  ничего  не
сказать. Да, я схватил Клера, директора Базы, за грудки, и тряс его, пока  у
бедняги не выпала вставная челюсть. Да, я учинил такой дебош, которого  Луна
не видала со дня своего возникновения. Да, я пытался связаться с ООН.  Но  к
инопланетянам  это  не  имеет  никакого  отношения.  В  доказательство  могу
привести тот факт, что, осознав наконец, после сотого повторения, что Лунный
Радио Телескоп принял сигнал от внеземного разума, а  Лунный  ВЦ  его  почти
расшифровал, я немедленно успокоился, потребовал,  чтобы  меня  отвязали  от
кресла, и приступил к своим репортерским обязанностям.
 
		*		*		* 
   ... Конференц-зал постепенно наполняется. Скоро, видимо, начнут. Хотя  я,
признаться, совершенно не представляю, что нового нам  тут  могут  сообщить.
Похоже, оправдывается афоризм академика  Перкиса:  "Человечество  так  долго
готовилось к Контакту, что оказалось совершенно к нему не готово..."
 
		*		* 		* 
   После того, как я  принес  бедняге  Клеру  все  возможные  извинения,  он
смягчился и даже согласился дать мне интервью. Суть  дела,  по  его  словам,
сводиламь к следующему. Пять часов назад ЛРТ  принял  сигралы  от  внеземной
цивилизации. То есть, тогда еще не было  известно,  что  от  внеземной,  но,
во-первых, импульсы были прямоугольными, чистая морзянка, а во-вторых, в том
направлении, откуда они пришли -  а  пришли  они  из  созвездия  Девы  -  ни
бакенов, ни кораблей Космофлота не было.
   Сигнал расшифровали с поразительной быстротой. Ко словам  Клера,  он  был
устроен так, чтобы любой дурак сразу все понял. И вот что оказалось.  Сигнал
нес описание некоего устройства.
   - Понимаете, - горячился Клер. - С точки зрения техники здесь  все  ясно.
Это спутник, несущий огромной мощности радиопередатчик,  компьютер,  который
им управляет, и ядерный реактор, подающий туда энергию. Все очень просто. Но
вот с точки зрения морали...
   - При чем тут мораль? - не понял я.
   - Как при чем? - Клер в запале хлопнул ладонью  по  столу,  и  -  в  силу
слабого притяжения - слегка оторвался от кресла. - Ведь совершенно ясно, что
нам предлагают собрать эту штуку! Кот в мешке! Что будет потом?!
 
		*		*		* 
   Дальнейшие события известны в общем-то хорошо, так что я буду краток  при
их описании. Хотя я мог бы рассказать много интересного  -  ведь  меня,  как
"инопланетяноненавистника" приглашали на все мало-мальски важные мероприятия
и сторонники и противники Контакта. Оба, так сказать, лагеря.
   Ибо мир раскололся.  Одни  счититали,  что  нам  честно  предложена  рука
дружбы, и игнорировать ее глупо, да и невежливо. А другие столь же убежденно
утверждали, что это ловушка, и  по  Сигралу  передатчика,  как  по  пеленгу,
устремятся на Землю... Кто именно устремится - неизвестно,  но  в  вариантах
недостатка не было.
   Очень скоро я осознал, что речь идет о "прокручивании" в  масштабах  всей
планеты старой русской поговорки "и хочется, и колется". Самое обидное,  что
кроме этих двух аргументов - насчет "хочется" и "колется" я за все три  года
так ничего и не услышал.
 
		*		*		* 
   Дискуссия,  развернувшаяся  вокруг  того,  запускать  или  не   запускать
спутник, начавшись в тиши ученых кабинетов, мигом выплеснулась  на  страницы
газет, проникла на кухни и в оффисы, экраны кино и в армию.
   Пока ученые и  политики  просчитывали  варианты,  пока  военные  эксперты
анализировали технологию, которую нам предлагали использовать  при  создании
спутника - его очень  скоро  окрестили  "Гостем",  страсти  вокруг  проблемы
накалились настолько, что несколько кабинетов  правительств  вынуждены  были
уйти в отставку. Еще несколько правительств ввели в  своих  странах  военное
положение, чем достигли того же эффекта.
   Хорошо помню это время, особенно тот день, когда газеты  огласили  особое
мнение марсианской колонии. Я пытался добраться до конференц-дала в Лондоне,
однако, похоже, терпел неудачу. Движение было  парализовано,  по  улице  мне
навстречу двигалась колонна, состоящая из молодых людей, одетых  в  кожанные
штаны и кожанные же майки. На груди у каждого была  намалевана  ярко-зеленой
краской одна и та же надпись: "Вступим  в  Контакт".  Все  это  было  весьма
забавно, но, во-первых, я опаздывал,  а  во-вторых,  прекрасно  помнил,  чем
закончилось подобное шествие  в  Амстердаме,  когда  лига  "безконтактников"
вмешалась в такую демонстрацию в лучших традициях контактного каратэ.
   Кое-как выбравшись из пробки, я направил машину в  объезд,  но  дорога  и
здесь оказалась перекрыта. Пользуясь удостоверением журналиста, я  пробрался
через  полицейский  кордон,  и  подошел  к  самому  краю  огромной  воронки,
разрушившкй шоссе практически на всю его ширину. Как объяснил  мне  дежурный
офицер,  здесь  произошло  столкновение  грузовика  компании   "Сухофрукты",
набитого тонной, а то и больше,  аммонала,  и  лимузина,  начиненного  более
традиционным динамитом. По предварительным данным,  грузовик  направлялся  к
посольству одной "проконтактной" страны, видимо, чтобы его таранить. Однако,
не привыкший к левостороннему движению водитель выехал на встречную полосу и
столкнулся с лимузином. Последним управляла активистка лиги "Проститутки  за
контакт" и направлялась она, судя по  всему,  к  штаб-квартире  организации,
пославшей грузовик. Я удивился  тому,  как  бывтро  следствие  получило  эту
информацию,  однако  оказалось,  что  члены  обеих  организаций  уже  успели
позвонить в полицию, и взять на  себя  ответственность  за  террористические
акты, которые, как они полагали, были  совершены.  Поспешность  их  действий
объяснялась видимо, тем, что в  течении  последних  лет  в  ряде  государств
появились филиалы "лиги восемь".  Деятельность  ее  сводилась  к  тому,  что
прочитав  в  газетах  об  очередном  взрыве,  поджоге  и  т.п.,  члены  Лиги
немедленно звонили в полицию и брали  ответственность  на  себя.  Мотив  они
называли один и тот же - "из хулиганских побуждений",  чем,  по  их  мнению,
обесценивался данный террористический акт.  Отчасти  это  было  справедливо,
отчасти же привело к некоторой торопливости террористов, что также облегчало
борьбу с ними.
   На конференцию я слегка опоздал, однако, похоже, что в подобном положении
оказался не я один. В сущности, они еще и не думали начинать.  Пока  суд  да
дело, третьи страны выступали с совместным докладом, в котором указывали  на
важность "Гостя" для человечества,  и  просили  помощи  в  решении  проблемы
долгов.
   Я хорошо запомнил дату этой конференции еще и  потому,  что  "Гость"  был
запущен ровно два месяца назад, и сейчас, наконец, стали известны результаты
его работы. Само по себе решение о запуске мгновенно  накалило  атмосферу  в
странах ближнего востока, выступавших категорически  против  такого  выбора,
однако дальнейшее развитие событий привело к тому,  что  конфликт  утих  сам
собой.
   Километровая чаша передающей  антенны  развернулась  прочь  от  созвездия
Девы, и послала радиолуч к неприметной звездочке в Лебеде.  Затем  в  Весах.
Затем в Кассиопее. И вновь в Лебеде... Земля была изумлена. Даже  щедрые  на
гипотезы журналисты не смогли предложить ни одного мало-мальски  приемлемого
объяснения "ухода Гостя".
 
   Похоже было, что конференция начнется не просто с опозданием, а с большим
опозданием. Чтобы размяться, я вышел в холл и решил перекусить. Буфет  здесь
располагался почему-то на 5-м этаже,  и  я  встал  в  очередь  к  лифту,  за
какой-то делегацией, суде по всему, из центральной Африки. Открылись  двери,
и из лифта неторопливо вышел джентльмен в старомодных очках и с  тросточкой.
Я сразу узнал его - это был доктор Гиндилис, один из величайших  умов  нашей
эпохи, автор  теории  биочувствительности  (не  спрашивайте  меня,  что  это
такое).  Стоявшие  передо  мной  делегаты  дружно  устремились  в  лифт,   и
оказавшегося у них на пути гения завертело, как щепку  в  водовороте.  Двери
закрылись, и лифт пошел вверх.
   Я деликатно помог  ученому  подняться  с  пола,  и  будучи  прежде  всего
журналистом, попытался его разговорить. Это оказалось  несложно.  Рассказ  о
моем полете на Луну вызвал у Гиндилиса взрыв жизнерадосьного  смеха,  я  уже
прикидывал, как озаглавить интервью, как вдруг двери лифта раскрылись, и  мы
увидели в нем все тех же африканцев, изумленно на нас глядевших. Затем двери
закрылись, и кабина вновь ушла.
   Я рассказал доктору о своих наблюдениях по поводу  русской  поговорки,  и
наконец решился на прямой вопрос.
   - Ну а ваше мнение, доктор? Что есть Сигнал? И что будет на конференции?
   Мой собеседник усмехнулся.
   - На конференции не будет ничего интересного, можете мне поверить. Что же
касается моего мнения... Вы ведь журналист? - спросил он,  указывая  на  мой
значок. Я кивнул.
   - Могу лишь обещать, что вы напечатаете это первым, - загадочно  произнес
он. - Но вот когда... право, я еще не решил...
   Тут глаза его изумленно расширились, и он уставился  на  что-то  за  моей
спиной. Я обернулся.
   Створки дверей лифта опять разошлись, явив миру все  тех  же  африканцев.
Затем двери захлопнулись вновь.
   -  Почему  они  ездят  туда-сюда?!  -  озадаченно  произнес  Гиндилис.  Я
улыбнулся.
   - Предлагаю обмен, доктор. Я отвечаю на  ваш  вопрос,  а  вы  -  на  мой.
Согласны?
   Ученые - в чем-то дети. Ответ последовал немедленно.
   - Согласен, - сказал мой собеседник. - Итак?
   - Все очень просто, доктор. В этом лифте слабое освещение.
   - Я заметил.
   - Кнопки белые, и цифры на них - тоже белые...
   - Вы хотите сказать?..
   - Далее. Не знаю, кто проектировал этот лифт, но  панель  с  кнопками  он
разместил с явным чувством юмора.
   - Выходите, друзья! - приветствовал я бессменных пассажиров. Ответом было
гробовое молчание, затем двери захлопнулись в третий раз.
   - Так вот, насчет кнопок,  -  продолжал  я.  -  Где  ищет  их  нормальный
человек, войдя в  лифт?  На  уровне  своих  глаз.  Здесь  же  они  почему-то
находятся на уровне бедра.
   - Забавно, - протянул мой собеседник, сдерживая смех.
   - И это еще не все. Нумерация кнопок здесь - п, м, и лишь потом -  1,  2,
3... а наши бедолаги, пожоже этого не знают, не видя  белых  цифр  на  белом
фоне...
   - Они путают этажи!
   - Они не успевают нажать на кнопку! - мягко поправил я. - И тут  вступает
в действие последняя особенность этого лифта. Не получив в течение какого-то
времени команды, он закрывает двери, и едет сам, делая остановки  на  каждом
этаже.
   - Прелестно! - расхохотался Гиндилис. - А почему они не вышли?
   - Потому, - пояснив я, - что в этом заведении лифтовые холлы всех  этажей
похожи как две капли води. Они просто не знают, где находятся.
   - Да... - покачал головой ученый, - и вы все это заметили?!
   - Я же журналист! - гордо произнес я. На самом деле я был  в  этом  отеле
неделю назад, и "заметил" все  эти  особенности  на  собственной  шкуре,  но
что-то удержало меня от того, чтобы в этом признаться. - Однако, -  произнес
я вслух, - теперь ваша очередь меня просвещать.
   - Ну что же, - улыбнулся  Гиндилис.  -  Нам  предложили  создать  спутник
"Гость", и мы его создали. Однако, вместо того, чтобы информировать об  этом
событии своих хозяев, он ... э ... проигнорировал наши ожидания.
   - НАСА считает, что в  программу  компьютера  вкралась  ошибка,  -  робко
вставил я.
   - Черуха, - усмехнулся доктор Гиндилис.  -  Там  нет  никаких  ошибок,  я
убежден в этом. Ваша задача имеет очень простое решение,  больше  того,  она
имеет прототип на Земле.
   - Прототип?
   - Представьте себе вирус. Сам по себе, он абсолютно  нежизнеспособен,  но
попав в  клетку  определенного  вида,  воспроизводится  в  ней  за  счет  ее
ресурсов. - Он проводил задумчивым взглядом кабину лифта, и продолжал:
   - Где-то и когда-то во Вселенной родился Сигнал. Мы не знаем, кто и зачем
его послал. Это и  не  важно.  А  важно  то,  что  встречая  на  своем  пути
цивилизацию  определенного  типа,   достаточно   романтичного,   точнее,   и
доверчивого, этот сигнал выступает в качестве вируса, заставляя  ее  строить
спутник типа "Гость". Вот и все. Все! Мы стали жертвой паразита!
   - А-а! - я вцепился пятерней себе в шевелюру. - Купили! Господи,  как  же
нас купили!
   - Почему - купили? - спросил Гиндилис, - ведь мы  знаеи  теперь:  первое,
там, откуда пришел сигнал, есть цивилизация, похожая на нашу,  второе,  там,
куда он ушел, возможно, тоже. И кроме того, третье, мы знаем  язык  Сигнала,
который отныне наш с ними общий.
   - Но мне пора, - произнес он, взглянув на часы, - до свидания  и  удачной
статьи.
   - Спасибо, - задумчиво произнес я. -  Космический  грипп,  надо  же...  А
ведь, знаете, вашу аналогию с вирусом можно продолжить.
   - Да? - вежливо осведомился ученый, - и как же?
   - Мы переболели, - выпалил я, - и у нас выработался иммунитет.
   - Иммунитет к гриппу?
   - Ну да!
   - А как насчет кори, ветрянки и этой, как его... гепатита-Б? -  улыбнулся
мой собеседник.
 
   * * *
   Через две недели ЛРТ принял первое "святое письмо"...
  



Deeply Ipmacted (Стукнутые). 
План сценария. Настоятельно рекомендуется предварительный просмотр фильмов Deep Impact и Армагедон. 
 
1. Предыстория. 
Крупные планы Земли из космоса и Космоса с земли. 
 
2. Завязка. Фрагмент сценария. 
Эта история началась в ясную безлунную ночь в июне, в одной из обсерваторий в Скалистых горах. Именно там совершенно было открытие тысячелетия, хотя к сожалению, имя героя так и осталось при его жизни неизвестным. Это потом он стал героем. Началось же дежурство так же, как и все прочие. Сначала - рутина. Чудеса - потом. 
Джон Смит потянулся за пиццей. Одновременно его левая рука продолжала порхать над клавиатурой управляющего аггрегатом компьютера. Глухо заурчали моторы и труба телескопа повернулась в сторону созвездия Водолея. Ученый не знал, что это - исторический момент, поэтому он оторвал взгляд от экрана, и даже прекратил на время печатать, для того, чтобы подобрать упавший на клавиатуру кусочек пиццы - справедливости ради заметим - хорошей пиццы, и даже еще теплой. 
   Затем Джон снова посмотрел на экран, замер, пытаясь осознать, что  же  он
такое видит, и - поняв - судорожно сглотнул. Это было ошибкой.
   Оливка, обыкновенная оливка с  косточкой,  неведомо  как  оказавшаяся  на
пицце, попала ему в дыхательное горло, и мир перед глазами ученого потемнел.
Цепенеющими пальцами Джон Смит потянулся к  клавиатуре,  чтобы  предупредить
человечество о грозящей ему опасности, но было поздно.
 
3. Объяснение сути дела и формулировка позиции действующих лиц. 
 
   Терпеливый исследователь мог бы проследить  продолжение  этой  истории  в
корридорах Белого Дома, не того, что в России, а его менее известного  тезки
в США. Однако для среднего обывателя след сенсации тысячелетия прерывается с
трагической смертью астрономического  гения,  и  всплывает  вновь  два  года
спустя, на пресс-конференции Президента Соединенных Штатов Америки.
 
   Камера повернулась к двери, когда на  сцену  выкатилось  Самое  Известное
Инвалидное Кресло. Стоящий за камерой  оператор  показал  Президенту  четыре
пальца, три, два, и наконец - один (прим. Редактора: указательный!). На счет
ноль начинался прямой  эфир.  Наблюдающая  за  выступлением  Америка  дружно
вглядывалась в экраны и шевелила губами -  будучи  глухонемой  от  рождения,
Президент обращалась к американскому народу на языке жестов.
 
   - Сограждане! - говорила Президент...
   ...два года назад благодаря самоотверженным  усилиям  одного  из  ведущих
астрономов нации были полученны  уникальные  данные  о  необычном  поведении
приближающейся к Земле  кометы  Галея.  Как  можно  видеть  на  фотографиях,
впоследствии подтвержденных всеми ведущими обсерваториями мира, комета имеет
не один хвост, как  полагается  обычной  комете,  а  три.  Факт  этот  имеет
колоссальное  значение  для  безопасности  нашей   планеты.   К   сожалению,
совершивший открытие ученый трагически погиб в автомобильной  катастрофе  до
того, как он успел сообщить миру о своем открытии, и драгоценное время  было
упущено. Чтобы вы поняли, о чем пойдет речь дальше - небольшое  отступление.
Принцип работы газового лазера.
 
3. Теоретическое отступление - принцип работы газового лазера. 
 
   Принцип работы газового лазера заключается в  следующем.  Газовая  смесь,
например всем известный  углекислый  газ,  в  смеси  с  азотом,  под  низким
давлением  помещается  между  двух  зеркал  -  эта  конструкция   называется
резонатором. Далее газ освещается достаточно коротковолновым излучением  или
подвергается действию электрического разряда. Так в газовой смеси  создается
феномен, известный как инверсная заселенность уровней, сам же процесс  носит
название накачки. После этого свет, излучаемый возбужденными  атомами  газа,
отражается многократно от зеркал резонатора, формируя лазерный луч.
 
4. Истоки конфликта. 
 
   Нам стало известно, что группа безответственных граждан  Канады,  носящая
название "Imagineers" успешно воплотила данный проект в жизнь.  Да-да,  речь
идет о приближающейся к Земле комете Галея, этой  самой  природой  созданной
заготовке для лазера, в которой роль газовой смеси играет  хвост  кометы,  а
энергию для накачки  поставляет  Солнце.  Причина  же  раздвоения  кометного
хвоста  проста  -  как  известно,  хвост  кометы  является  не  газовым,   а
газо-пылевым  шлейфом.  Насколько  нам  известно,  террористы   использовали
электромагнитное поле Солнца для  отделения  мешающей  работе  лазера  пыли.
Нечто  подобное  происходит  в  телевизоре,  добавила   Президент,   показав
аудитории свое глубокое знакомство с технологией 50-летней давности.
 
   Почему Президент упорно называла создателей лазера  террористами?  Увы  -
для этого были весткие основания. Месяц назад они послали ООН  ультиматум  с
требованиями несовместимыми с высокими стандартами  демократии,  по  которым
живет наше общество, если  не  сказать  -  оскорбительными  требованиями.  В
случае отказа террористы угрожали  направить  лазер  на  Землю.  Это  может,
говорила Президент, вызвать резкие  и  необратимые  изменения  американского
образа жизни, в частности, средней температуры на планете. Это не что  иное,
как E.  L.  E  -  Erection  Level  Event  (прим.  Редактора:  Степан,  я  бы
посоветовал не сужать читательскую аудиторию - пусть  будет  Election  Level
Event - для Президента это даже важнее). Мы не сдадимся, сказала  Президент.
Нет, и еще раз - нет! В течение  этих  двух  лет  США  совместно  с  Россией
строили самый крупный из  когда-либо  существовавших  космических  кораблей,
названный "Bloodynose". Он стартует через неделю,  и  задачей  его  будет  -
взорвать созданный террористами лазер. Россия любезно предоставила для  этой
цели ядерные боеголовки, уничтоженные ею три года назад в Сибири.
   Одновременно,  на  случай,   если   все   эти   крайние   меры   окажутся
неэффективными, нами был  создан  подземный  город  в  центре  Гренландского
ледового щита. В ближайшие  двадцать  минут  компьютер  Сексиум-ХХХ  отберет
случайным образом два миллиона американцев,  остальные  же  переселятся  под
защиту ледника дабы пережить глобальное потепление.
 
5. Период формирования общественного мнения. 
 
В этой части сценария не происходит принципиально важных событий, в то время, как зрителю предоставляется возможность познакомиться с действующими лицами. Америка перед лицом катастрофы. 
 
   Второе выступление  Президента  состоялось  два  месяца  спустя,  и  было
значительно менее торжественным. "Как же  она  постарела",  думали  миллионы
американцев, глядя на усталое лицо негритянки на экранах.
   - Космический корабль "Bloodynose" потерпел  неудачу,  -  просто  сказала
Президент.
 
   ...корабль потерпел неудачу. Установленная на борту навигационная система
дала сбой, несмотря на все уверения ее разработчика - компании Майкрософт  -
что это невозможно в принципе. Вместо  кометы  Галлея,  космический  корабль
полетел к Марсу, где успешно заминировал и  взорвал  его  спутник  -  Фобос.
Попытавшись, по просьбе службы технической поддержки компании, воспроизвести
проблему, корабль взорвал оставшиеся бомбы - так  был  уничтожен  Деймос.  В
ответ лазер нанес первый - демонстрационный - удар по Земле...
 
6. Личные проблемы простого американца перед лицом глобальной катастрофы. 
 
   ... - Я не  поеду  без  тебя,  -  сказал  Джонни.  Они  сидели  в  старом
заброшенном парке, под деревьями. Несмотря на позднюю ночь,  небо  пылало  -
угрозы террористов оказались отнюдь не  пустым  звуком.  Джонни  был  выбран
компьютером  в  число  тех,  кто  должен  был  эвакуироваться  в   подземный
город-убежище, а вот его самый близкий человек - нет.
   - Ты должен ехать! - последовало горячее возражение.
   - Нет! - Джонни вдруг замолчал и широко раскрытыми глазами  уставился  на
сверкающий небосвод, словно увидел его впервые. - Ну конечно!  -  воскликнул
он. - Как это мне раньше в голову не пришло! - Что - не пришло?  -  удивился
Билли.
   Вместо ответа Джонии вскочил со скамейки,  и  опустился  на  одно  колено
перед своим другом.
   - Выходи за меня замуж! - сказал он. Его глаза сияли.
   - Ты что - обалдел?
   - Пойми, чудак - как член  моей  семьи  ты  имеешь  право  отправиться  в
убежище вместе со мной.
   - Джонни!
   - Билли!
   Мальчики обнялись и долгий страстный... (прим. Редактора:  Степан,  я  бы
посоветовал - пусть это будет рукопожатие, хотя  это  и  сузит  читательскую
аудиторию). (Зачеркнуто). Мальчики обнялись и обменялись рукопожатием.
 
7. Великая нация в период лишений. 
 
   Требования террористов общеизвестны, так что мы ограничимся лишь  кратким
перечислением той боли, позора и унижения,  через  которые  вынужденно  было
пройти человечество.  Не  будет  преувеличением  сказать,  что  весь  мир  с
нетерпением ждал, когда же завершится проход кометы Галея ...
 
7-1. Статуя Свободы получает полувоенный китель и усы. Неизвестно, имели ли террористы в виду Саддама Хусейна или кого-то другого, по крайней мере, официального заявления сделано не было. 
 
7-2. Снятие всех и всяческих запретов с исследований в области клонирования. Странам - членам мирового сообщества предписывалось производить минимум тысячу клонов ОДНОГО И ТОГО ЖЕ ЛИЦА ежегодно. Личность оригинала не уточнялась, что привело к ряду существенных разногласий в ООН и едва не вызвало вооруженные столкновения. Арабские страны предлагали уже упоминавшегося Саддама Хусейна, в то время, как Запад склонялся к тому, чтобы клонировать Билла Клинтона. Однако после того, как кто-то задал резонный вопрос - а зачем нам столько Биллов Клинтонов? - было решено остановиться на кандидатуре его тезки - Билла Гейтса, что в свою очередь, едва не привело к серии гражданских войн. Впрочем, запад и восток сумели в конце концов придти к разумному компромиссу - клонировать тешили Теодора Козински. 
 
7-3. Переименование созвездия Большой Медведицы в созвездие им. Ленина особых возражений не вызвало, равно как и Млечного пути в Путь Коммунизма. 
 
7-4. Поскольку группа террористов была ранее известна как клуб любителей фантастики, ни для кого не явилось сюрьпризом, что она вела черный список издательств, отказавшихся публиковать произведения членов банды. Тело российского лидера В.И.Ленина из мавзолея вынесено не было, однако ему пришлось потесниться - рядом с ним, в том же, образно выражаясь, гробу, с восьми до пяти каждый день должны были лежать вповалку опальные издатели. Прочие аттрибуты шоу были сохранены, включая смену караула и "доступ к телу", причем очередь в мавзолей отнюдь не уменьшилась. 
 
7-5. Столь же объяснимо и второе связанное с литературой условие злополучного ультиматума, хотя оно нашло значительно меньше поддержки в широких массах. Ежемесячно издаваемое, полное собрание сочинений членов преступной группы стало частью обязательной программы подготовки школьников во всем мире. Некоторым странам, например России, пришлось применять вооруженную силу для контроля за соблюдением этого пункта ультиматума... Любопытно, что новшество было с энтузиазмом встречено учителями литературы, немедленно обрушивших на детей поток заданий типа: сочинение на тему "роль марсиан в развитии социально - экономических отношений между Галактической Империей и Союзом Тысячи Планет", или "Тема Родины в романе Конан-созидатель". 
 
7-6. Прогрессивная общественность с воодушевлением встретила предложенный террористами пакет законопроектов об обустройстве семейной жизни американцев, в частности, о разрешении браков между человеком и компьютером. Значительно больше вопросов возникло всвязи с их идеями об иммиграционном законодательстве, в частности о предоставлении китайцам канадского гражданства. Все китайцы автоматически становились гражданами Канады. В порядке утешения все канадцы становились по совместительству гражданами Нигерии. 
 
8. Эпилог. 
 
   Комета  покинула  околосолнечное  пространство.  Наконец-то  человечество
могло вздохнуть  спокойно.  Ликвидированы  тысячи  тонн  книг,  выпущены  из
Мавзолея  изможденные  редакторы  "Tor  Books",  "Amazon",  АСТ   и   прочих
издательств. Лишь возросший процент китайцев в государстве  Канада  указывал
на то, что все забыть, пожалуй, не удастся, да Статуя Свободы...
   Президент откинулась на спинку кресла и устало закрыла глаза.  Наконец-то
можно отдохнуть. Словно в насмешку, в дверь постучали. Разумеется, стук  был
пустой формальностью, но все же референт всегда стучался, прежде, чем войти.
Он положил на стол листок бумаги и бесшумно выскользнул прочь.
   Президент вяло пробежала текст глазами, затем вздрогнула,  и  прочла  еще
раз, на сей раз внимательно. Она  изменилась  в  лице.  Прощай  американская
демократия, прощай заслуженный отдых, и главное - прощай выборы.
 
   Террористы захватили Солнце.
 
 
 



Сказка. 
 
   Ночь. Нет ни звезд, ни луны, и ничего не видно за пределами  круга  света
от костра. Ветер шумит в кронах невидимых деревьев, да тонко кричит за рекой
какая-то пичуга.
   - Расскажи мне сказку, - просит Жанна.
   - Ты же не любишь тимманские сказки.
   - А ты нетимманскую расскажи.
   - Ладно, - вздыхаю я, - попробую. Хотя рассказчик  из  меня...  ...Значит
так, все это случилось давным - давно, еще до Освобождения, и до  первой  из
Великих Битв, кажется, тоже. Не точно. Но уже тогда были орки и были  эльфы,
и не было в Кристалле двух рас, которые ненавидели бы друг друга сильнее.  И
вот однажды орк шел по лесу один.
   Жанна  слушает  полу-прикрыв  глаза,  и  вид  у  нее  от  этого  какой-то
обиженный.
   - Не знаю, искал ли орк приключений, отбился ли  от  своей  десятки,  или
просто хотел кого-нибудь убить.  Впрочем,  кажется,  тогда  у  них  не  было
десяток. Так или иначе, он услышал эльфийское пение. Он  пошел  на  звук,  и
вышел на поляну, где сидела эльфийка. Просто - сидела и  пела  -  они  часто
делают подобные глупости... ну, да ты знаешь. Что обычно делает  орк,  когда
видит эльфа? Поднимает лук, и пускает стрелу. Но в этот раз вышло иначе.
   Эльфийское пение очаровало орка, хоть считается, что они полностью  стоят
на стороне Зла, а значит, для Добра недостижимы. Но он не выстрелил.  Вместо
этого он затаился и стал слушать, а потом... В общем, если ты не возражаешь,
я пропущу всю романтику. Они полюбили друг друга. Ты еще не спишь, заморыш?
   - Не дразнись, - отвечает Жанна. - Не сплю.
   - Жаль. Ну так вот. Когда об  этом  узнали  в  Великом  Лесу,  они  очень
рассердились. Шутка ли - эльф и орк. Нашего вот Локара за орковский меч едва
не прикончили, а тут такое... Они усыпили эльфийку...
   - А как ее звали?
   - Ну откуда же мне знать. Мне лет было меньше,  чем  тебе,  когда  я  эту
сказку слышала.
   - А дальше?
   - Усыпили и засунули ее в один из этих  их  целебных  цветов,  чтобы  она
забыла о своей любви. Но цветок отказался ее лечить, так-то вот. И когда она
проснулась, она объявила эльфам, что уйдет из Великого Леса, если так надо.
   - Трудно любить того, кого ... - начинает Жанна, затем резко замолкает, и
осторожно косится на меня - не обидела ли. Я решаю ничего не замечать.
   - Тогда эльфы послали стрелка, чтобы он убил орка. Должна  тебе  сказать,
они, конечно, добрый народ, но иногда здорово перегибают  палку.  Причем  не
только в борьбе со Злом... Ну так вот. Когда  эльфийка  пошла  на  очередное
свидание со своим возлюбленным,  ну  с  орком,  стрелок  должен  был  пройти
следом, и выстрелить. Но оказалось, что и орк побеседовал со  своими,  и  те
тоже оказались недовольны. Я не знаю, как орки лечат  своих  сумашедших,  не
удивлюсь, если пытками. Только орк тоже  не  вылечился,  так  как  настоящая
любовь... Ерунда все это, малыш. Если  пытают  орки,  про  настоящую  любовь
забываешь в первые несколько секунд.
   - Это же сказка! - с укором говорит Жанна.
   - Ну тогда  конечно.  Тогда  слушай  дальше.  Орки  тоже  решили  послать
стрелка. И послали. Так что когда эльфийка и орк встретились и поцеловались,
их одновременно поразили две стрелы - светлая и  черная.  И  тогда  эльфийка
превратилась в цветущую яблоню, а туда, где  стоял  орк  ударила  молния,  и
сожгла яблоню наполовину. Так оно и осталось с тех пор, я бы сказала  -  как
символ  дурацкого  упрямства  двух  народов,  но  ты  знаешь,  малыш,  самое
удивительное, кое-кто из этих народов, кажется, гордится такими сказками.
 
*** 
 
Ночь. Небо затянуто белесой облачной пеленой. Окружающие поляну кусты слабо светятся, по ним пробегают ленивые волны малинового и золотые нити плюща вплетаются в эти волны. Лес - прекрасен. За рекой поет ночная синица, а у самой реки в кустах затаился олень - смотрит на наш костер. 
   - Расскажи мне сказку, - просит Жанна.
   - Сказку - а о чем?
   - Расскажи мне о черной яблоне.
   Я осуждающе смотрю на Уну, но та делает вид, что дремлет.
   - Так случилось, - говорю я, вспоминая легенду, - что на заре времен  орк
- кажется, его звали Аратага, и эльфийка Аоминель...
   - Таких имен не бывает!
   - Да, наверное. Что-то я путаю. Ну неважно. Скажем так - на  заре  времен
орк полюбил эльфийку, а она ответила ему взаимностью. И  это  была  Истинная
Любовь, так что орку открылись пути Добра, а эльфийка увидела Тьму, так, как
ее  видят  орки.  И  они  были  счастливы  какое-то  время,  но  долго   это
продолжаться  не  могло.  Стоило  эльфийке  войти  в  Великий  Лес,  как   в
наполняющее Лес Добро вплеталась  черная  нить,  а  стоило  орку  подойти  к
Крепости Обелиска, как орковские Черные Глаза поднимали тревогу.
   - Черных Глаз тогда не было!
   - Ну... ладно. Пусть. И тогда орки пошли к оракулу и эльфы созвали Совет.
И потерпели неудачу - те и другие.  Совет  не  смог  ничего  решить,  ибо  в
Великом Лесу появилась Тьма, а оракул прогнал орков - ну и естественно, орки
убили оракула.
   Тогда эльфийку вызвали на Совет, и  объявили,  что  она  должна  покинуть
Великий Лес, либо расстаться с орком.
   - Так ее не пытались лечить? - спрашивает Жанна.
   - Не думаю. Я никогда не слышала  такого  варианта  легенды.  Хотя...  не
знаю. Когда я решила уйти с вами, меня  спросили,  не  предпочту  ли  я  все
забыть, но выбор оставался за мной.
   - Хорошо, что ты пошла с нами, - серьезно говорит Жанна. - Я бы без  тебя
пропала.
   Я хочу ее погладить по голове, но  знаю,  что  девочка  этого  не  любит.
Трудно, когда каждый встречный гладит тебя  по  голове,  а  тебе  уже  почти
десять.
   - Я продолжаю? Ну так вот. Эльфийка не могла ни уйти ни остаться, так как
в любом случае сердце ее было бы  разбито.  Поэтому  она  вышла  на  границу
владений эльфов и орков, и осталась там.
   - Умерла? - иногда глаза у этого ребенка становятся такими  же  большими,
как у эльфа.
   - Осталась. Она превтатилась в яблоню.
   - А орк - в молнию.
   - Орк убил себя под этой яблоней, и тогда в нее ударила молния, и  сожгла
ту сторону дерева, которая была  обращена  к  Великому  Лесу.  И  теперь  из
Великого Леса можно видеть лишь головешки,  а  из  темных  земель  -  цветы.
Наверное в этом есть смысл, вот только трудно сказать, какой.
   - Напоминание, - говорит Жанна, затем, подумав, встает и  направляется  в
дальний конец поляны.
 
*** 
 
   Ночь. За рекой орет потерявшая  всякую  совесть  крылатая  тварь.  Я  уже
подумывал о том, чтобы заткнуть ей глотку, но Тиал  болезненно  относится  к
такого рода вещам... пусть. Багровые тучи скользят над землей на восток, где
ни на миг не гаснет магическое сияние Крепости Пяти  Народов.  На  юге  тоже
сияние - там, где стояла Крепость Обелиска, а теперь, кажется, будет  озеро.
Это сияние умирает. Кроме того, светятся зеленым кусты, а у реки  на  костер
пялится олень - полагая, вероятно, что его никто не видит. Впрочем, у отряда
довольно еды. В воздухе остро пахнет  цветами,  костром  и  сырой  древесной
трухой.
   - Расскажи мне сказку, - просит Жанна.
   - Сказку... Расскажу-ка я тебе...  Да  вот  хоть  про  черную  яблоню,  -
задумчиво тяну я в ответ. Кто говорил, что самые круглые глаза у  удивленных
эльфов? Эта девочка невероятно талантлива, мне даже представить страшно, как
сильна она будет в магии лет через десять, но ребенок есть  ребенок,  и  его
очень легко озадачить. Я протягиваю руку, чтобы погладить ее по голове,  она
уворачивается - игра, в которую мы играем с первого дня нашего знакомства.
   - Откуда ты знаешь? - тон полу-вопросительный,  полу-возмущенный,  словно
она подозревает, что я сжульничал. В целом, так оно и  есть.  Слух  у  моего
народа куда острее человеческого, так что я слышал ее  беседы  с  Тиал  и  с
Уной. Вместо ответа я улыбаюсь, но Жанну этим не проймешь. Она вообще ничего
не боится.
   - Однажды орк услышал, как поет эльфийка, - говорю я. - Имена их  история
не сохранила, ни человеческая, ни даже эльфийская, но мы-то знаем, что звали
их Арага и Мита. - Я кошусь  на  сидящего  неподалеку  Мастера,  и  он  чуть
заметно кивает. Впрочем, внимание  Мастера  далеко  от  моей  истории  -  он
смотрит на тимманку, и в его глазах тоска. И всегда будет тоска, ибо я знаю,
что он обречен на одиночество. Не спрашивайте, как. Знаю. Дело не в Уне, она
- лишь напоминание, что  счастье  существует  в  этом  мире  -  для  других.
Истинная любовь.
   - Истинная любовь, - говорю я Жанне, - это редкая штука. И  она  поразила
этих двоих. Самое неудачное из всех возможных  сочетаний.  Эльф  не  полюбит
гоблина - мы слишком разные. Но эльфы и орки происходят из единых корней,  и
в то же время - это-то их и разобщает.
   - Но они же родственники.
   - Эльф пустит в свой лес собаку, но не пустит орка, подумай  об  этом.  А
орки вообще ненавидят все на свете, ну да ты сама все видела, - я киваю в ту
сторону, откуда мы так во-время выбрались.
   - И еще - когда ты живешь очень долго, как живут эльфы, особенно эльфы из
Совета, ты перестаешь думать о любви, ты просто  забываешь  об  этом.  Совет
мыслит категориями - "так надо" и "так не надо".
   - Так вот, они полюбили друг друга, но эльфы были  против,  и  орки  были
против. Да. Иное дело - гоблины. Для гоблина честь  -  это  главным  образом
чувство собственного достоинства, понимаешь ли. Если я вдруг захочу жениться
на эльфийке, то я женюсь, и мой род это примет. Если, конечно,  эльфийка  не
станет нам вредить. И дети  такого  брака  -  скорее  всего  их  постараются
держать подальше от войны, чтобы  им  не  пришлось  делать  выбор.  Мало  ли
ремесел на земле и под землей. Хотя, конечно, сомневаюсь, чтобы у гоблина  и
эльфийки могли быть дети. - Я снова смотрю на Мастера, но он уже спит.
   - Другое дело - эльфы, и другое дело - орки. Для орка честь - это  кодекс
Песни, и слово эльф там - ругательное слово. А позор смывается очень  просто
- самоубийством. Ритуальным, разумеется. А если нет - тебя казнят. А если ты
сбежал - твой род должен покончить с собой, а если нет - ты еще не устала? -
род будет казнен. Ну наш орк и выбрал - самоубийство.
   - Что касается эльфийки - полагаю, на нее  тоже  сильно  давили.  Знаешь,
Жанна,  ваше  так  называемое  Добро,  когда  дело  доходит  до  отстаивания
жизненных интересов, гораздо хуже Зла. По крайней мере,  лучше,  когда  тебя
убивают просто, чем когда тебя убивают со слезами жалости на глазах, как  ты
полагаешь?
   - А яблоня? - спрашивает Жанна.
   - Легенда, не более. Яблоня росла там всегда. Ты подумай  -  куда  пойдет
эльфийка умирать? Под цветущую  яблоню,  конечно.  У  них  совершенно  дикие
представления о красоте.
   Жанна вздыхает.
   - Извини, - говорю  я,  и  глажу  ее  по  голове.  На  этот  раз  она  не
уворачивается. - Древние легенды всегда жестоки. Не расстраивайся.
 
   - Жаль, - говорит Жанна. - Я так надеялась, что они  сумеют  договориться
по-хорошему.
 
 
 
 
 



Введение в негуманоидную логику. 
 
   Довольно давно, в середине  восьмидесятых  годов  двадцатого  века,  было
опубликовано блестящее исследование  посвященное  негуманоидному  разуму,  и
понятию негуманоидности вообще. Называлось  оно  "Введение  в  негуманоидную
логику". Исследование  имело  большой  успех.  Готовилась  к  выходу  вторая
монография, озаглавленная "Введение в негуманоидную этику". К сожалению, под
действием нового взгляда  на  жизнь,  сформированного  этой  работой,  автор
повредился рассудком, а после и вовсе исчез с научного небосклона.
   Что есть негуманоидный разум? Это, в очень упрощенном  изложении,  разум,
который из данных предпосылок сделает иные выводы, нежели  человек.  Давайте
остановимся, и зададим себе вопрос, настолько простой, что  за  всю  историю
человечества он был в  первый  (и  последний)  раз  задан  лишь  в  середине
вышеупомянутых восьмидесятых годов двадцатого века. "Так ли это?" А в  самом
деле... Вы можете никогда не придти  к  одним  и  тем  же  выводам  с  вашей
собственной тещей - значит ли это, что она - негуманоид ? (так  мы  будем  в
дальнейшем называть  негуманоидный  разум  -  исключительно  для  краткости.
Вопросы   анатомических   различий   мы    рассмотрим    несколько    ниже).
Напрашивающийся ответ способен лишь окончательно запутать дело. Может  быть,
следует сказать,  что  негуманоидным  является  разум,  мотивация  поведения
которого отлична от человеческой? Но ведь мотивация -  это  главным  образом
эмоции, разум же традиционно эмоциям противопоставлялся. Вообще, с открытием
химических   соединений,   влияющих   на   эмоции,    позиции    сторонников
"мотивационного" подхода сильно пошатнулись.  Кто  кому  негуманоид  в  паре
Джейкиль и Хайд? Негуманоидность, утверждает "Введение", и оно,  безусловно,
право, является частным случаем взаимоотношений двух  различных  разумов,  и
только присущий человеку антропоцентризм мешает ему разглядеть сей очевидный
факт. Факты же таковы...
   Человек - это гуманоидный разум (не  вздрагивайте  -  чуть  ниже  мы  это
обсудим). С этим тезисом почти никто не спорит. Попугай, с  другой  стороны,
хотя и способен на некоторые рудиментарные проявления разума, гуманоидом  не
является. Также не является  гуманоидом  крокодил,  и  примерно  по  тем  же
причинам - он "мыслит" совершенно иначе, даже когда  он  сыт  (это  мы  тоже
обсудим ниже).
   Получается - вот он, антропоцентризм  в  чистом  виде  -  что  попугай  и
крокодил попали, в результате наших ученых доводов, в одну и ту же категорию
разумных существ. Налицо  противоречие.  "Введение"  поступает  с  подобными
противоречиями  следующим  образом.  Попугай,   утверждает   оно,   является
негуманоидом только по отношению к человеку. По  отношению  же  к  крокодилу
термин "негуманоид" не имеет ни малейшего смысла. Для  того,  чтобы  описать
отношение попугая к крокодилу, вводится термин "некрокодилоид" - и все сразу
становится на места - задача получает общее решение, а  человек  исключается
из рассмотрения вообще.
   Неумолимая логика автора книги идет дальше. Человек, утверждает книга, по
отношению к попугаю является непопугаеоидом,  что  означает  несовместимость
суждений и общей шкалы ценностей.  Таким  образом  мир  становится  проще  и
логичнее, а отношения между любыми разумными - и  неразумными  -  существами
могут быть описаны в терминах новой теории.
   Однако, как заметил кто-то из великих, логика никогда не  останавливается
на полпути. В наших рассуждениях помимо крокодила и попугая  уже  упоминался
еще один объект исследования  -  теща.  Являясь  человеком  с  точки  зрения
анатомии, этот объект с точки зрения многих исследователей находится ближе к
крокодилу или на худой конец  -  попугаю,  нежели  к  хомо  сапиенс.  Однако
все-таки,  она  традиционно  причисляется  к  разряду  гуманоидных  существ,
например, с точки зрения юридической...
   Для того, чтобы включить  в  теорию  подобные  -  и  множество  других  -
парадоксальные  на  первый  взгляд  вещи,  "Введение"  переходит  от  жестко
заданной дискретной шкалы  "гуманоид"  -  "негуманоид"  к  шкале  гибкой,  в
традициях теории нечетких множеств. Негуманоидность одного  человека  (теща)
по отношению к другому может выражаться в процентах, и равняться,  например,
сорока двум. Такой подход дает окончательный  ответ  на  вопрос  о  разумной
жизни! Действительно, если степень "чужеродности" крокодила по  отношению  к
попугаю близка к ста процентам (или, что  то  же  самое,  степень  "подобия"
близка к нулю), то  между  людьми  подобие  возрастает,  приближаясь  к  ста
процентам в случае близнецов...
   Именно  исследование  близнецов  и  подтолкнуло  естествоиспытателей   на
следующее обобщение. Что, спросили  они  себя,  если  близнецы  находятся  в
разных условиях? Их реакции, мысли, а то и жизненные приоритеты будут  тогда
различаться,  и  пропасть  между  человеком  и  его  генетическим  двойником
(помните, что в восьмидесятые годы двадцатого  века  еще  не  было  скандала
связанного с подпольным клонированием тысяч копий Билла  Клинтона,  так  что
близнецы  были   единственным   инструментом   исследователей.   Тем   более
примечательны полученные  результаты)  может  оказаться  больше,  чем  между
человеком и крокодилом.
   Конечным итогом  рассуждений  ученых  явилось  утверждение,  что  человек
является негуманоидом по отношению к самому себе. В самом  деле,  достаточно
рассмотреть поведение человека в детстве, юности и  зрелом  возрасте,  чтобы
заметить существенные  различия.  Человек  трезвый  отличается  от  человека
пьянного настолько, что ни у кого, казалось бы не может  возникнуть  и  тени
сомнения о не-вполне-гуманоидности этих созданий.
   Нельзя не отметить изящество и наглядность проведенных  экспериментов  по
установлению контактов с существами, обладающими сходным разумом но отличной
от человеческой физиологией. К сожалению, чистых экспериментов  поставить  в
то время не удалось, что впрочем и не удивительно. Представьте себе, что  вы
изучаете реакцию жителя Марса на удар  молотком  по  пальцу.  Сравнивая  его
поведение  с  поведением  среднестатистического  человека,  можно  придти  к
ошибочному выводу о негуманоидности жителей Марса, в то время, как  проблема
заключается, всего лишь, в отсутствии в  их  языке  некоторых  болеутоляющих
выражений.  Интересен  подход,  который  был  разработан  для  решения  этой
проблемы, и получил впоследствии название "контакта методом погружения", эти
работы до сих пор являются основополагающими  в  области.  Что  же  касается
методов так  называемого  "силового"  контакта,  перечислим  лишь  несколько
общеизвестных, таких, как "sonic boom" и "water shock"...  Сообщалось  даже,
что с их помощью удалось вступить в  диалог  со  стопроцентно  негуманоидным
существом, человеком, у которого в ходе  эксперимента  были  отрезаны  руки,
ноги и голова...
   Приведем в заключение простой и эффективный способ,  с  помощью  которого
каждый человек может  на  короткое  время  превратить  себя  в  негуманоида.
Перестаньте дышать. Не пройдет и минуты, как вы обнаружите, что ваша система
жизненных ценностей претерпела  серьезнейшие  изменения.  Будьте  осторожны,
однако - в нескольких случаях исследователи показали необратимость  подобных
изменений...
 
 
 

Все авторские права на материалы принадлежат их законным владельцам. Материалы на сайте размещена только в ознакомительный целях и в случае скачивания должны быть удалены на протяжении 24 часов с носителей.
В случае если вы желаете пожаловаться на представленные на сайте материалы просим отправить жалобу по адресу - они будут удалены в кратчайшие сроки.